Елизавета Петушкова мыла окно, напевая под нос незатейливую мелодию из какого-то мультфильма, а слова на ходу сочиняла сама. «Что вижу, то пою». Недаром язвительный дядюшка зовет ее акыном.
Совсем скоро будет лето,А пока ещё апре-ель,Трава зеленая уже-еИ одуванчики везде-е…Окно засверкало. Елизавета придирчиво осмотрела свою работу и выглянула во двор.
Двор был окутан светло-зеленой дымкой — это лопнули почки на деревьях. Через всю поляну тянулись бельевые веревки с простынями. Ветер надувал простыни, как паруса. На железной горке грелась акимовская кошка, красивая, но вредная (вся в хозяев). На качелях сидел Морюшкин. Елизавета по-разбойничьи свистнула. Морюшкин вздрогнул и оглянулся. Но Елизавета уже соскочила с окошка. Морюшкин человек тихий, скромный, во дворе ни с кем не общается, из него даже «привет» не вытянешь, не то что поболтать по-человечески.
— Елизавета! Что за свист! — раздалось из соседней комнаты: это дедушка.
— Простите, простите! — подхватив ведро с водой и тряпки, пропела Лизавета.
— Твои мальчишеские замашки удручают деда, ты не находишь? — спросила мама.
— Угу, — согласилась Лизавета, откусывая пряник.
Мама обняла ее за плечи, покачала из стороны в сторону.
— Ох, Ветка, тебе 11 лет, пора бы взрослеть.
— Ага! — беззаботно отозвалась Елизавета.
Одиннадцать ей исполнилась в начале апреля. Тот день был по-настоящему весенним. С Горы мутными глинистыми потоками неслись ручьи. После чая, который устроили по случаю тепла на балконе, все отправились на Гору, строить плотины. Как было весело! Только Олежка промочил ноги и немножко заболел…
— Дождалась бы обеда, — сказала мама, — а то всё всухомятку.
— He-а, за мной зайти должны.
Елизавета метнулась в свою комнату, вспомнив, что обещала Генке альбом с марками. По пути чуть не сбила с ног старшую сестрицу.
— У, рыжая бестия! — взвизгнула та.
— Сама такая! — огрызнулась Елизавета, хотя в Иринкином облике и намёка на рыжесть не было. Не то что в Елизаветином.
Комментарии к книге «Две дороги - один путь», Тамара Витальевна Михеева
Всего 0 комментариев