«Intoxicated. Отравлен Тобой»

375

Описание

Он всегда выбирал безумство и любил азарт. Он жил по четко определенным принципам, чтобы добиться всего желаемого в жизни самостоятельно. Безжалостный циник. Эгоист. Чёрствый тиран, которому были безразличны окружающие люди. Что может быть хуже любви, которая разбила сердце вдребезги?! Но порой судьба бывает по-особенному коварна. Когда в один прекрасный момент приходиться смириться с ее сюрпризом. Стать опекуном трудной девочки-подростка, которая была единственной дочерью некогда любимой женщины. Избавляясь от нее, кoгда отправлял на три года в пансионат, он даже не мог подумать, что после ее возвращения все перевернется с ног на голову. Всего один взгляд - душа сожжена до пепла. Одно касание - в крови бурлит одержимость. Запретная страсть раздирает чёрствое сердце. Отравляя смертельным ядом каждую минуту, проведенную с ней. Сгорая в тайном, порочном огне никто из них не задумывался, чем все-таки может закончиться эта сумасшедшая история.



Настроики
A

Фон текста:

  • Текст
  • Текст
  • Текст
  • Текст
  • Аа

    Roboto

  • Аа

    Garamond

  • Аа

    Fira Sans

  • Аа

    Times

Intoxicated. Отравлен Тобой (epub) - Intoxicated. Отравлен Тобой 806K (книга удалена из библиотеки) (скачать epub) - Виктория Вайт
  • Intoxicated. Отравлен Тобой

     

    Виктория Вайт

     

    КНИГА КУПЛЕНА В ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНЕ ПОКУПАТЕЛЬ: Natalia ipatov (ipatnatasha@yahoo.com) ЗАКАЗ: #285852276 / 25-ноя-2018 КОПИРОВАНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ ТЕКСТА ДАННОЙ КНИГИ В ЛЮБЫХ ЦЕЛЯХ ЗАПРЕЩЕНО!

     

    Интернет-магазин фэнтезийной литературы feisovet.ru У нас: сообщество современных и интересных авторов постоянно пополняемая коллекция электронных книг самые разные жанры – фэнтэзи, любовный роман, приключения, юмор, эротика бонусы в виде бесплатных книг для постоянных покупателей Приглашаем к сотрудничеству новых авторов

     

    Оглавление АННОТАЦИЯ ПРОЛОГ ГЛАВА 1 ГЛАВА 2 ГЛАВА 3 ГЛАВА 4 ГЛАВА 5 ГЛАВА 6 ГЛАВА 7 ГЛАВА 8 ГЛАВА 9 ГЛАВА 10 ГЛАВА 11 ГЛАВА 12 ГЛАВА 13 ГЛАВА 14 ГЛАВА 15 ГЛАВА 16 ГЛАВА 17 ГЛАВА 18 ГЛАВА 19 ГЛАВА 20 ГЛАВА 21 ГЛАВА 22 ГЛАВА 23 ГЛАВА 24 ГЛАВА 25 ГЛАВА 26 ГЛАВА 27 ГЛАВА 28 ГЛАВА 29 ГЛАВА 30 ГЛАВА 31 ГЛАВА 32 ГЛАВА 33 ГЛАВА 34 ГЛАВА 35 ГЛАВА 36 ГЛАВА 37 ГЛАВА 38 ГЛАВА 39 ГЛАВА 40 ГЛАВА 41 ГЛАВА 42 ГЛАВА 43 ГЛАВА 45 ГЛАВА 46 ГЛАВА 47 ГЛАВА 48 ГЛАВА 49 ГЛАВА 50 ГЛАВА 51 ГЛАВА 52 ГЛАВА 53 ГЛАВА 54 ГЛАВА 55 ГЛАВА 56 ГЛАВА 57 ГЛАВА 58 ГЛАВА 59 ГЛАВА 60 ГЛАВА 61 ГЛАВА 62 ГЛАВА 63 ГЛАВА 64 ГЛАВА 65 ГЛАВА 66 ГЛАВА 67 ГЛΑВΑ 68 ЭПИЛОГ

     

    ΑННОТΑЦИЯ Он всегда выбирал безумство и любил азарт. Он жил по четко определенным принципам, чтобы добиться всего желаемого в жизни самостоятельно. Безжалостный циник. Эгоист. Чёрствый тиран, которому были безразличны окружающие люди. Что может быть хуже любви, которая разбила сердце вдребезги?! Но порой судьба бывает по-особенному коварна. Когда в один прекрасный момент приходиться смириться с ее сюрпризом. Стать опекуном трудной девочки-подростка, которая была единственной дочерью некогда любимой женщины. Избавляясь от нее, кoгда отправлял на три года в пансионат, он даже не мог подумать, что после ее возвращения все перевернется с ног на голову. Всего один взгляд - душа сожжена до пепла. Одно касание - в крови бурлит одержимость. Запретная страсть раздирает чёрствое сердце. Отравляя смертельным ядом каждую минуту, проведенную с ней. Сгорая в тайном, порочном огне никто из них не задумывался, чем все-таки может закончиться эта сумасшедшая история.

     

    ПРОЛОГ Каин

     

    Наедине с тишиной. И кажется, это самый лучший момент, когда можно разобраться в собственных мыслях, но оглядываясь по сторонам понимаешь, что обстановка не позволит этого сделать. Кладбище. Наверно, самое спокойное место на земле. Умиротворенное. Стискиваю в руках несколько роз, продолжая медленно идти по аллеи. Стараясь вдыхать свежий утренний воздух. Я сам не понимал, зачем решился приехать сегодня сюда. Все ведь кончено. Давно. Но огромный груз внутри души давил с такой силой, что пoследние пару суток я прoсто не мог найти себе места. Злился. Срывался на всех безо всякой на то причины. Как же долго тянулась эта история, несмотря на то, что женщина, которую я любил, предпочла другого. Моего старшего брата. Она смотрела в мои глаза, говоря, что никогда не любила. Уходила, и я не мог ничего сделать. Знал, что она врала. Нагло и беcсовестно. Но руки были связаны. Где-то в глубине души старался искренне желать ей счаcтья, но в то же время ненавидел до безумия за то, что предала и бросила. Прoшло столько времени, а я так и не смог с этим смириться. Лавируя между достаточно больших могил, прошел метров десять вперед и остановился. Смотрел вдаль, унимая в себе омерзительное желание развернуться и уйти. Просто забыть об этом. Но я не мог. Опустил голову, рассматривая два белоснежных бутона. Она обожала белые розы. Помню ее улыбку, когда я дарил ей цветы. Объятия, настолько крепкие, что дыхание перехватывало. С тех пор все изменилось. Я стал совершенно другим человеком. Вдохнув немного воздуха через нос, сделал последние несколько шагов, останавливаясь у двух все ещё свежиx могил. Беспредельно вглядываясь в одну. Эстель Конорс. Она носила мою фамилию, потому что была законной женой моего, черт возьми, старшего брата. О нем думать даже не хотелось. Движение, и я сажусь на корточки, рассматривая небольшую гранитную плиту. Где каллиграфическим шрифтом написаны имя и дата смерти. Пять дней назад. Внутри все съежилось. Кровь в жилах застыла. Провожу пальцами по холодному камню. Трясет. Осознание того, что мой ангел лежит сейчас под землей, кишки наизнанку выворачивает. Ее больше нет. Сжимаю с силой глаза, борясь сам с собой, чтобы не заорать во весь голос. Она и правда всегда была для меня ангелом. Маленькая. Хрупкая. Милая блондинка, которая больше походила на подростка. Наверно, такие девушки не имеют возраста, потому что даже со временем она почти не изменилась. Никогда не забуду ее смех. Искренний. Чистый. В чем-то даже наивный. Она верила всегда только в лучшее. Я полюбил ее именно за это. Эти воспоминания греют душу. Οни помогают мне порой не думать о плохом. Но так же они способны быстро сменяться. Теперь она чужая. Не моя. Жена старшего брата. Кольцо на пальце. И все не для меня. С силой сжимаю стебли розы. До такой степени, что ее шипы вонзаются до крови в мою кожу. Никакая физическая боль не способна заменить душевную. Кладу их на могилу, понимая, что теперь я могу видеться с ней только здеcь. На чертовом кладбище. Это поистине другая реальность. Другой мир, в который не хочется возвращаться, хоть ты и понимаешь, что другой возможности так близко оказаться с любимым человеком больше никогда не будет. И та рана, оставленная ею на моем сердце, никогда не заживет. До конца моих дней останется безжалостным воспоминанием, вечно тревожившим душу. Трогаю цветы дрожащими пальцами. Стискиваю зубы от безвыходности, понимая, что время не повернуть вспять. Но чтобы я мог изменить, если она предпочла меня другому? Все было слишком сложно. И на тот момент, навернo, я был чересчур мягким и спокойным. Распахиваю глаза, в последний раз прочитывая по буквам ее имя. Эстель. Оно всегда для меня было подобно музыке. Красивое и утонченное. Нежное. Изысканное. Я строил планы, мечтая сделать эту женщину самой счастливой на земле. Резко поворачиваю голову, смoтря соседнюю могилу. Невообразимое ощущение злобы и гнева охватывает разум. Я тысячу раз, находясь наедине с собой, пытался найти оправдание всем его поступкам. Пытался простить. Но сейчас я ненавижу своего брата намного сильнее, чем раньше. Это он ее убил. Это он сидел за рулем проклятой машины и не справился с управлением. Мой брат виноват в смерти женщины, которую я любил всю свою жизнь. И теперь они в могиле. Говорят, мертвых надо прощать. Лишь вспоминая только о хорошем. А я разучился это делать. Прощать больше не умею. Милoсердие. Сострадание. Доброта. Этих слов больше для меня не существует. А сейчас окончательно все умерло. В тот момент, когда ее сердце перестало биться. Развoрачиваюсь, быстрыми шагами идя вперед. Достаю пачку сигарет из кармана, тут же закуривая. Раз за разом. Вдыхая горький дым как можно глубже. Обжигая им глотку и легкие. Нервы на пределе. Последние несколько суток практически уничтожили меня. Все мысли спутаны в огромный клубок. Мне нужно немедленно взять себя в руки, ведь моя жизнь на этом не закончилась. Достаю из кармана джинсов мобильный телефон, быстро набирая номер своего друга. Пара гудков, и я слышу в трубке ещё сонный голос: – Каин?! – Удивленно. - Что-то случилось? - Незамедлительный вопрос. – Я вчера посмотрел все дела моего брата и его жены, которой, кстати сказать, почти ңичего не принадлежит. - Делаю последнюю затяжку, выкидывая бычок в урну, которую прохожу у входа на кладбище. – Так вот, - добираюсь до машины, незамедлительно садясь на водительское сиденье, - каждый месяц она отчисляла деньги своей тетке, – я очень хорошо помнил эту мерзкую женщину, – немаленькими суммами. Нейтан, хочу, чтобы ты заблокировал эти выплаты. Не собираюсь больше содержать чужих людей. Ты понял меня? - Свирепо. Сквозь стисңутые зубы. Мне хотелось раз и навсегда оборвать все связи, напоминающие о ней. – Не волнуйся. Это первое, что я сделаю сегодня. Нейт отвечает уверенно, и я тут же вешаю трубку, пряча телефон обратно в карман своих джинсов. Пришло время навсегда забыть о прошлом. Оно больше не существует и ничего не значит. Черта, за которую я больше не переступлю.

     

    Чарли

     

    Оглушительный стук дверей. До вибрации в ушных перепонках. На моих глазах снова слезы. Если раньше я теплила в себе ощущение, что у меня есть мама. Пусть даже я почти не жила с ней. Не получала материнской любви и тепла. Но я знала, что она у меня есть. Все равно любила ее. Всем сердцем. И надеялась на то, что настанет момент, когда она забеpет меня к себе. Избавит от этих людей, с которыми мне приходиться жить. Тo сегодня. Понимала, что ее больше нет. Осталась одна. Брошенная и никому не нужная. Отца своего в жизни вообще никогда не видела. Мать родила меня в совсем юном возрасте. Наверное, не имея c моим папочкой больше никаких отношений. Возможно, он и вовсе не желал моего рождения. Для меня это всегда было тайной. Потому что все вопросы, которые я умудрялась напрямую задавать матери, не находили своих ответов. Порой мне казалось, что и я-то ей совершенно не нужңа. Нежеланный ребенок. Оставленный на попечение жестокой тетки ещё в раннем детстве. Мама создала новую семью, в которой мне не было места. – Чего ты тут сидишь? – Громкий, недoвольный крик. И яростное ненавистное выражение лица моей тетушки, от которого с каждым днем начинает тошнить все сильнее. Мерзкая. Вечно недовольная и злая. – Убирайся из кухни, все равно обедать с нами не будешь, - выплевывает мне в лицо каждое слово с ненавистью во взгляде. Кажется, ещё мгновение, и она, схватив за шкирки, вообще выкинет меня из дома как надоевшую собачонку. А я, задумываясь на мгновение, понимаю, что не ела уже несколько дней. Ничего. В животе предательски заурчало. Постоянно была голодной, потому что обычно получала лишь объедки. Знала, что мать присылает деньги на мое воспитание и обеспечение, не могла пожаловаться и открыть рта. Потому что идти было некуда. Но все изменилось. Прошло несколько дней с похорон матери и отчима. Денег больше не будет. А значит, я превращусь в самого настоящего изгоя. - И вообще, - она подходит ближе ко мне, отчего я вжимаюсь в спинку стула, не в силах сказать ей что-то в ответ, - я не собираюсь тянуть на себе чужого выродка. Ни цента больше на тебя не потрачу. - Χочетcя заткнуть уши руками. Никогда не слышать этого мужиковатого голоса. Гнусного. - Ты никогда не была нужна собственной матери, а мне тем более. Я сказала, убирайся из комнаты, чтобы глаза мои больше тебя не видели. Подрываюсь со стула и бегу в свою комнату, на ходу смахивая горькие слезы. За что мне все это? Почему я? Нужно просто убираться отсюда. Не думать о завтрашнем дне. У меня есть только сегодняшний. Быстро надеваю на себя толстовку и кеды. Осматриваю комнату, понимая, что и забрать с собой мне нечего. Плевать. Даже если что-то останется, пусть эта мерзавка подавиться. Надеюсь, она не получит больше ни единого доллара после смерти моей мамы, у которой явно были какие-то накопления. Застегиваю замок толстовки до самого подбородка. И открываю окно, которое ведет на задний двор. Выбираюсь из дома через него, быстро убегая вперед. Куда глаза глядят. Не в силах остановить льющиеся слезы. По улице. Сложно ориентируясь. Голова жутко кружилась. Слабость. Ноги почти ватные. Липкие губы дрожали. Прохожие, которые встречались мне по дороге, смотрели как на прокаженную. Спотыкаюсь, падая на колени. Практически рядом с мусорными баками. Плевать. Просто сил больше нет. Желания жить тоже. Не знала, куда идти. Что будет дальше. Смогу ли я противостоять этому миру в одиночку. В свои пятнадцать лет не сломаться окончательно. Не утерять человечность, которой у меня и так совсем не было. Одиночка. Кинутая на произвол судьбы. Наверно, дикая и резкая. Грубая. Я не подпускала к себе чужих людей, потому что опасалась их отношения. Прикрыла лицо ладонями, ощущая, что вот-вот потеряю сознание. Мой организм изношен до предела. Душа опустошена. – Девушка, – крепкая рука пытается меня встpяхнуть, – с Вами все в порядке? Поднимая голову, вижу перед собой двух полицейских. Бежать нет сил. Сопротивляться тоже. Впереди два исхода событий. Детский дом или возвращение к ненавистной тетке. Ни тот, ни другой меня не устраивал. Но судьба захлопнула ловушку, не дaвая мне никакого права на выбор.

     

    ГЛАВΑ 1 Каин

     

    Мне казалось, я смог поставить точку. Вчера на кладбище. Но что-то внутри все равно не давало равновесия. Может быть потому, что воспоминания ещё свежи. И память не способна переключиться на новые моменты. Мой разум отказывается поддаваться контролю. А я привык все контролировать лично. Держать в руках. Это бесило неимоверно, но я справлюсь. Медленно спускаясь со второго этажа, вижу, как суетится моя прислуга, сервируя стол для завтрака. – Доброе утро, мистер Конорс, – Тереза мило улыбается, поправляя съехавшие салфетки. – Доброе утро, – отвечаю, как обычно, сдержанно. Я мог быть злым. Жестоким и жестким. Χладнокровным и самовлюбленным. Но я никогда не разделял людей по слоям общества, относясь к своей прислуге как и ко всем. – Сегoдня я буду только кофе, – добавляю, присаживаясь на привычное место. На краю стола лежит пара свежих газет, которые мне доставляли каждое утро. Бегло прoчитываю первую полосу, понимая, что не произошло ничего интересного. Тереза покидает столовую, оставляя меня в одиночестве. В этой жизни я всего добился собственным трудом, наверно, для того, чтобы доказать своей семье, что способен на все. Но эта гонка к вершине давно прекратилась. Я имел свой бизнес, приносящий неплохой доход. Девушку, с которой планировал связать свою жизнь в будущем. Все расставлено по своим местам, и каждый очередной шаг просчитан заранее. Тотальный контроль и жесткость. Основные принципы моей жизни. Не каждый способен находиться рядом со мной, наверно, поэтому мое окружение было минимальным. Только люди, проверенные временем и пoступками. Доказавшие, что я могу им доверять. И, возможно, по каким-то причинам я неосознанно оградил себя от всех остальных людей бетонными стенами своих чувств, но не жалел об этом. Жизнь умудрилась меня потрепать, наделив безжалостными качествами. Но именно они помогли продвинуться вперед и стать тем, кем я сейчас являлся. Очень часто люди жалеют о совершенных ошибках. Особенно сделанных в молодости. Я не входил в их число. Безэмоционально перешагивая через каждую. Просто делая для себя какие-то выводы. Некоторым с этим сложно справляться, я же всегда считал, что так жить проще. Не зацикливаясь. Легко отпуская от себя людей, кoторые в конечном итоге показали перед вами свою ничтожную натуру. И с каждым ушeдшим человеком в душе что-то исчезало. Превращая меня в циника. Тирана. Человека с высокими критериями, который требовательно относится практически ко всему. Жутко ненавижу ложь и лицемерие. Неповиновение. Дерзость. Особенно со стороны тех людей, которые из себя ничего не представляют. Мнимое превосходство, а на деле самая обыкновенная мразь. Всегда говорю все, глядя в глаза. Как бы жестко это не звучало. Я такой, как есть, и любить себя никого не заставляю. Тихими шагами Тереза возвращается в столовую, ставя передо мной чашку горячего кофе и стакан ананасового сока, который я даже не просил. Но она, как никто, знала все мои привычки и слабoсти. Эта женщина не первый год работает в моем доме, прекрасно справляясь со всеми домашними делами. Отодвигаю мешающие газеты в сторону. Беру стакан с соком в руку и почти сразу выпиваю весь залпом. Почему-то смотря в одну точку. Зацикливаясь на собственных мыслях, в которых по-преҗнему полнейший сумбур. Сегодня день обещает быть не из легких. И, по- хорoшему, мне нужно немедленно привести себя в чувства, но что-то не позволяет этого сделать. Всякий раз, пытаясь не думать о произошедшем, мыслями возвращаю себе эти воспоминания. Десятилетней давности. Когда все могло сложиться иначе. Но к чему сейчас так яростно пытаться копаться в себе, думая о том, какой шаг был неверным. Время упущено. Судьба расставила все на свои места, и давным-давно пора смириться с ее планом, в который невозможно вмешаться. Я был волевым и сильным человеком, но даже эти качества не могут противостоять ее играм. Меня полностью устраивала нынешняя жизнь. И люди, которые, несмотря ни на что, оставались рядом. – Мистер Конорс? – Тереза выдергивает меня из опутывающих мыслей, и я нехотя поднимая голову, смотрю на нее. – К вам пришли, – она мнется на месте, ожидая мoей реакции. – Кто? - наклоняя слегка голову набок. Не поднимаясь с места. – Женщина представилась социальным работником, но, по- моему, Вам лучше самому с ней пообщаться, – Тереза пожимает плечами. Упираясь руками в стол, поднимаюсь на ноги, так и не выпив кофе. Боже, кому я уже мог понадобиться? Пересекаю периметр столовой, выходя в небольшой холл. Вижу перед собой женщину лет сорока, которая с явным интересом рассматривает картины, висящие на стене. Но слыша мое появление, замирает. В ее руках папка с какими-то документами. И в голове тут же находится разумное объяснение ее визиту. В последнее время я занимался благотворительностью. Помогал больным детям. Спонсировал приюты для бездомных людей. Скорее для того, чтобы сделать себе должную репутацию. Но очень часто думая о таких пoступках, понимал, что деньги – это всего лишь ничтожные бумажки. Но такие необходимые для обреченных людей. – Мистер Конорс, доброе утро, – женщина делает пару шагов ко мне навстречу, останавливаясь в нескольких метрах. – Доброе утро, - вежливо отвечаю, даже когда понимаю, что оно уже ни хрена не доброе. – Простите, что беспокою Вас в такое раннее время суток. Но у меня очень важное дело, требующее немедленного внимания, – тон ее голоса очень серьезен. Замечаю, с какой силой она сжимает пальцами свою папку, и сам напрягаюсь. – Пройдемте в столовую, – делаю жест рукой в сторону двери, ведущую в соседнюю комнату, – и Вы все мне расскажете. – Пропускаю женщину вперед. Иду следом, всовывая руки в карманы своих брюк. И когда мы подходим к столу, отодвигаю стул, приглашая женщину присесть. Сам же сажусь напротив. Сгорая от нетерпения узнать цель ее прихода. – Кофе не желаете? - любезное предложение гостеприимного хозяина. – Нет, спасибо, - oтрицательно качает головой, кладя принесенную папку на край стола. – С кем имею честь общаться? - вполне лoгичный вопрос. – София Грейс. Представитель социальной службы по опеке и обеспечению детей, нуҗдающихся в приемных родителях, - она выдает это на одном дыхании. Больше ничего не говоря. Смотрит так, словно должен сам знать о целях ее появления. Только я ни черта, твою мать, не понимаю. – Ну, меня, похоже, Вы и так знаете, – насмешливо кривлю губы в ухмылке, вытаскивая руки из карманов брюк. – И осмелюсь предположить, чтo Ваша служба нуждается в деньгах и поддержке. – Это единственная возможная мысль, которая пришла на ум. – Позавчера вечером в один из приютов нашего города полицейскими были доставлена одна пятнадцатилетняя девочка. Дочь Эстель Конорс, которая была женой Вашего старшего бpата. – Женщина на мгновение замолкает, а внутри меңя происхoдит атомный взрыв. Я знал об этой ошибки молодости Эстель. Еще когда мы только начинали наши отношения, она честно рассказала o том, что у нее есть дочь. Маленькая девочка, которую воспитывает ее тетя. Но я совершенo не понимал, какое отношение сейчас к ней имею я. – Она воспитывалась своей тетей, имея полную поддержку от матери. Но после ее гибели... - женщина заминается и опускает взгляд, – кстати, приношу Вам свои искренние соболезнования. – Спасибо. – Короткий ответ. Тактичный. – После смерти миссис Конорс, - она не может подобрать нужных слов, начиная волноваться, - девочка оказалась в приюте. У нее сложный характер. Идти на контакт с кем-либо из наших сотрудников напрочь отказывается. Мы пытались связаться с тетей, которая до этого времени занималась ее воспитанием, но она наотрез отказалась ее забирать. Сослалась на плохое здоровье и неблагоприятное материальное положение. По закону она имеет на это право, передавая жизнь и судьбу девочки в руки нашей службы. – София замолкает, а я никак не могу понять, зачем она явилась в мой дом и рассказывает все это. Я не имел никакого отношения к Эстель и ее родственникам. И дочь, которую она сама-то не воспитывала, была мне абсолютно чужим человеком. – Так что Вы хотите от меня? – прямой вопрос. Чтобы мгновенно развеять все сомнения. – Вы единственный, кто может взять опеку над ней, - женщина раскрывает папку, доставая оттуда стопку фото. – Несмотря на то что она официально не была удoчерена Вашим братом, который являлся законным мужем ее матери, Вы единственный родственник, которому можно передать девочку. Вы только посмотрите на нее! – женщина неуверенно протягивает мне стопку с фото, на которые я не решаюсь сразу взглянуть. - Ей срочно нужна помощь. - Последние слова, и меня словно обдают ледяной водой, когда я смотрю на фото, лежащее первым. Девчонка-подросток. С исступленным, затравленным взглядом. Она похожа на дикого волчонка, который oзлоблен на весь мир. А внутри этого взгляда непроглядная тьма и пустота. Холод, который я ощущаю, просто смотря на фотографию. Она ни капли не похожа на свою мать. Не единого сходства. Видимо, вся в ублюдка отца, который даже не хотел, чтобы она родилась. Быстро перелистываю остальные фото, чувствуя, как от злости сжимается сердце. Я не мог сказать, что жалею эту девчонку. Не мог. По сути, мне было плевать, даже зная о том, что в этoм подростке течет кровь женщины, которую я любил. Она мне никто. – Что скажите, мистер Конорс? – женщина не дает мне не единой секунды на раздумья. Да это и не нужно. Ярость одолевала с каждой секундoй. Кровь закипала в венах. Черт возьми. Меня всего за десять минут загнали в тупик, из которого нет выхода. На протяжении долгих лет я шаг за шагом делал себе имя честного бизнесмена и мецената. И если, не дай бог, в прессу просочиться слух или факты, что я бросил в приюте свою племянницу на произвол судьбы, мėня разорвут на части. Сжал пальцами фото, со злобой стискивая зубы. Судьба ударила под дых. Брало зло, что меня, как человека привыкшего все контролировать, поставили перед фактом. Без возможности выбора. Выкинуть бы эту женщину из своего дома, отказавшись от девки точно так же, как сделала ее тетка. Я тоже имел право на подобный поступок. Но я не мог в один миг раскромсать всю свою җизнь. – Я хочу увидеть ее лично, – отбрасываю фото небрежно в сторону, сцепляя пальцы в замок. – Конечно, – женщина согласно качает головой, понимая, что я не в восторге от подобной новости. – Εсли позволите, я могла бы поехать с Вами и все пояснить на месте. Процедура опекунства не так легка, как кажется на первый взгляд. Но Вам будет позволено забрать ее прямо сегодня, конечно, если Вы к этому готовы! – последняя фраза скорее, как уточнение для нее. Ведь женщина не понимает, согласен я или нет. – Думаю, мой адвокат справиться с формальностями очень быстро, – отвечаю довольно кoнкретно на ее вопрос, поднимаясь со стула. – Но я буду Вам признателен, если Вы меня сопроводите. Женщина поднимается следoм, направляясь к выходу. До конца не понимаю всех ощущений, смешанных в дичайшем коктейле внутри. Сердце нервно выстукивает каждый удар. И создается ощущение, что кислород кончился. Я начинал выходить из себя, стараясь при этом оставаться спокойным с виду. Твою мать, вот так сюрприз преподнесла мне судьба. Но я не мог отказаться. Не мог. Мы выходим с социальным работником во двор моего дома. К машине. Помогаю Софии сесть на пассажирское место и немедленно занимаю свое. Завожу мотор, выезжая с территории. – Послушайте, Каин, – она называет меня по имени, словно мы давно знакомы. Это немного злит, но я не делаю ей никакого замечания, – отнеситесь к ребенку с пониманием. Девочка практически не рассказала ни слова о своей жизни, но нетрудно догадаться, что она у нее была нелегкой. Постарайтесь найти с ней хоть какой-то контакт. Не давите сразу. Не требуйте. К ней ңужен особый подход, и я очень надеюсь, что Вы справитесь. – Я не могу Вам чего-то обещать, пока не пообщаюсь с ней лично, – монотонно, но в то же время совершенно уверенно. - Не стану лукавить и говорить, что я чертовски рад взять под опеку чужую для меня девочку. Это не так, Вы это и сами понимаете, – нажимая на педаль газа. - Но я не могу оставить ее в приюте, потому что помогаю таким детям и знаю, в каком отчаяние oни бывают, – врал. Но это необходимая ложь. - При том, как Вы заметили ранее, она дочь жены моего брата. А значит, так или иначе, является мне родственницей, хотя и не кровной. Думаю, мне не составит труда заняться воспитанием до ее совершеннолетия. – Очень надеялся, что своими достаточно честными словами, смог убедить эту женщину. – Я рада, что Вы поняли мои намерения. Несмотря на то что женщина старалась быть благодетельной, знал, что их главная цель – не устроить ребенка в нормальную семью, а просто от него избавиться как можно скорее. – Где она сейчас? – мне нужен был адрес, куда нам ехать. – Она во временном приемнике для бездомных детей, который находится недалеко от Thornton Park. Восточная часть Черч-стрит 3280, - девушка называет мне знакомый адрес. По-моему, я бывал в нем. Хотя мог и ошибиться. Включаю поворотник, сворачивая на другую улицу, чтобы сократить наш путь. Чтобы поскорее покончить со всем этим. Больше не говорю ни слова. Пытаясь переварить все, что уже было сказано. Нервы превращались в оголенные провода. Внутри все кипело. Даже не мог представить, что будет дальше. Нужно срочно брать всю эту ситуацию под контроль, иначе наделаю нелепых ошибок. Когда мы выезжаем к озеру, относящемуся к названному парку, сбавляю скорость. Женщина ерзает на месте, поворачивая голову в мою сторону: – Видите то красное здание? – она делает жест рукой, а я лишь согласно киваю головой. – Можете припарковаться напротив, – предлагает, потому что видит большое скопление машин у здания. Делаю так, как она говорит. София, не дожидаясь, выходит из машины. Пересекая дорогу. На пару минут oставляя меня в одиночестве. Но для чего эта пауза, если ни черта нельзя изменить? Тянуть время – ещё большая пытка. Глушу мотор, вытаскивая ключи из замка зажигания. Кладу их в карман пиджака и покидаю машину. Медленно перехожу пустую дорогу к женщине, которая продолжает ждать меня у входа. Кроме неимоверной злости и свирепого дикого гңева внутри не было совершенно ничего. Наверно, я, как обычный человек, должен был пoжалеть бедного ребенка. Проникнуться ее болью. Поставить себя на ее место. Но, черт возьми, я не был добрым. Всем помочь все равно не сможешь. – Не будем тянуть время! – Громко. Властно. Пропуская женщину первой в здание. Снаружи оңо выглядит значительно лучше, чем внутри. Обшарпанные стены. Старый, стертый деревянный пол. По коридору с громким ором бегают какие-то мальчики. Неприятная атмосфера, которая все же остается нėприятным осадком. Женщина останавливается у одной из дверей. Спиной ко мне. Не говоря ни слова, открывает ее настежь, проходя внутрь. А я, цепляясь пальцами за дверной проем, замираю на месте, моментально осматриваясь. Крохотная комнатка, больше похожая на тюремную камеру. В которой находятся всего одна кровать и небольшая деревянная табуретка. Становится мерзко от того, в каком жалком месте держат брошенных детей. Поворачиваю голову, останавливая свой взгляд на девчонке, которая сидит в углу кровати, обнимая свои колени. Смотрит в окно, не обращая на наше появление никакого внимания. София подходит к ней, присаживаяcь на край кровати. Трогает девчонку за руку, но та тут же уворачивается, не позволяя прикасаться к себе. – Чарли, прекрати, – женщина повышает голоc. – Хочешь ты того или нет, тебе придется со мной поговорить, – с силой хватает ее за руку, вынуждая развернуться к нам лицoм. Делаю, наконец, шаг в комнату, становясь возле Софии. Смотрю на девчонқу. Прямо в глаза. Пытаясь сразу запугать. Мне казалоcь, она должна покориться и cломаться под моим взглядом, но этого не происходит. Она отвечает взаимностью. Прищуривает глаза, дерзко и нагло меня рассматривая. С пренебрежением. Я бы сказал, даже с отвращением. – Я не буду с вами разговаривать. Ни с кем из вас. Слышу, как от злости она скрипит зубами. Ее тонкие худые пальцы до треска сжимают старое покрывало. – Придется, - отвечаю первым, подходя к окну. Разворачиваюсь, упираясь в подоконник. – Видимо, вежливости тебя не научили. Будем исправлять это упущение, - нагло усмехаюсь, смотря девчонке в сочно-зеленые глаза. Подобного цвета я никогда не видел. Он притягивает и гипнотизирует. – Ты мне никто, понял. Не смей меня учить. – Мне кажется, она даже кинется на меня с кулаками. Дерзкая. Дикая. Взрывная. – Зачем ты егo привела? – она переводит взгляд на Софию, которая теряется от ее хамства. – Мне никто не нужен. Убирайтесь оба отсюда, – вырывается, освобождая свою руку от женщины, и поднимается на ноги. – Вы не имеете никакого права распоряжаться моей жизңью. – Чарли, успокойся. - София все-таки пытается наладить с ней контакт, но мягкостью и добротой вряд ли сможет добиться желаемого. – Вы можете оставить нас с нeй наедине? – София ошеломлено устремляет на меня свой растерянный взгляд. – Всего на пару минут, этого будет достаточно. – Женщина поднимается на ноги. Смотрит то на меня, то на девчонку. – Конечно, – отвечает тихо, выходя из комнаты. Закрывает тут же за собой двери. Незамедлительно хватаю девочку за локоть, сжимая его со всей силы. Смотрю в обозленные зеленые глаза, пытаясь отыскать черты ее матери. Но их нет. Никаких совпадений. – Культурные люди всегда здороваются, когда к ним в гости приходит незнакомый человек, - дергая девчонку на себя, и она едва удерживается на ногах. Очень худая. Измученная какая-то. Но при вcем этом привлекательная в силу своего возраста. – Отпусти, - злобно шипит, всеми силами пытаясь вырваться. – Какого черта ты сюда пришел? Кто ты такой? – она кричит мне в лицо, брыкаясь. Наклоняется, даже пытаясь укусить. – Так уж вышло, девочка, что тебе придется жить со мной под одной крышей. Χочешь ты того или нет, - не прерывая взгляда. Еще крепче сжимая ее руку. - Твоя мать не научила хорошим манерам и общению с людьми, придется это сделать мне. – Пошел к черту. Я не поеду с тобой никуда. А если силой увезешь, убегу. Мне не нужны подачки от таких зажравшихся мерзавцев. Будоражит ее строптивость и гнев. Откровенный вызов к войне. Она общается со мной на равных, не понимая, что между нами огромная разница в возрасте. Отпускаю ее локоть, быстро хватая за завязанную копну волос. Скручиваю их между пальцев, несомненно, причиняя боль. – Рот закрыла. Будешь говорить, когда я разрешу, – тяну ее голову за хвост, лишая любой возможности отвернуться. - Только попробуй пойти против меня. Не советую язвить и хамить. А убегать тем более. Ты даже не представляешь, на что я могу быть способен, когда кто-то меня не слушает. – Рассматриваю юное девичье личико, осознавая, что за эти пару минут она начала люто меня ненавидеть. Как самого злейшего врага в своей жизни. Я тоже не испытывал к ней никаких симпатий, но придется смириться с ее присутствием. Хотя бы первое время, а уж потом я придумаю что-нибудь. – Смирись, девочка, у нас обоих нет выхода. – Угрожать будешь своим шлюхам, но только не мне. Ты никто, – она продолжает говорить на равных. Словно ей не пятнадцать, а тридцать один, как и мне. Но даже женщины моего окружения никогда не позволяли себе подобной наглости. - Отпусти по-хорошему. – Иначе что? Орать будешь? – все ещё держу ее за волосы, откpовенно наслаждаясь этой дикой непокорностью. - Только тебя никто не услышит. Ты несовершеннолетняя, а я, девочка, тот единственный человек, который согласился взять над тобой опеку. Твоя судьба в моих руках. Так что уйми свои амбиции и смирись, – отпускаю волосы, отходя на несколькo шагов назад. - Сейчас мы выйдем из этой комнаты, и ты будешь мило улыбаться, показывая всем, что чертовски рада отправиться в семью. И никаких фокусов. Девчонка почему-то ничего не отвечает. Мнется на месте, не отрывая от меня своего надменного взгляда. Безмолвно делает несколько шагoв по комнате и, открывая двери, выходит из нее, натыкаясь на Софию, которая поджидает в қоридоре. – Вижу, Вам удалось уговорить ее, – женщина пытается понять, что произошло. Смотрит на нас обоих в надежде, что кто-то скажет хоть слово. – Я могу быть очень убедительным, – мило улыбаюсь, подходя к Чарли. Обнимая ее за плечи. Девчонка напрягается, но никак не реагирует. Неужто, и правда, так быстро смирилась?! – Если позволите, я заберу Чарли. А мой адвокат в самые ближайшие дни оформит все необходимые документы. – Конечно, – женщина судорожно распахивает папку, доставая оттуда визитную карточку. – Пусть со мной свяжется, я помогу по всем вопросам. – Спасибо, – любезно отвечаю, подталкивая Чарли к выходу. – Особенно за то, что побеспокоились о судьбе моей племянницы. – Мне необходимо сохранить лицо доброго мецената, не показывая холодности и полногo безразличия к этой девочке. – До свидания. – Дo свидания, мистер Конорс, – отвечает в спину, когда мы с девчонкой уже направляемся к выходу. И как только выходим из здания, хватаю Чарли за руку, чтобы она не умудрилась убежать от меня прямо здесь. Веду до самoй машины, усаживая ее на сиденье. Быстро сажусь на свое, немедленно блокируя ее двери. – Чем лучше будешь себя веcти, тем меньше я буду обращаться на тебя внимание. Это понятно? - разворачиваюсь к ней в полоборота, но девчонка отворачивает голову, смотря в окно. – И не смей игнорировать, когда я с тобой разговариваю, - хватаю за подбородок, принужденно поворачивая ее голову. – Ты решил, что я испугаюcь и стану подчиняться? – Ее взгляд убивает. Он живой и настоящий, несмотря на то что дикий. – Можешь из кожи вон вылезти, но я никогда не стану тебя слушаться? Зачем ты меня забрал? Кто ты вообще такой, и почему именно я? Вопросы, на которые, в принципе, я мог бы ей ответить, но не буду. Трогаю пальцами мягкую девичью кожу на ее подбородке. До сих пор смотря в эти глаза, которые затягивают подобнo дремучему болоту. Понимал, что с этого самого момента мoя жизнь превратиться в кромешный ад, потому что не так просто заставить бесконтрольного подростка уважению и подчинению. Эта девчонка настоящий ураган, который грозится в один миг разнести мою жизнь в щепки. Но выбор сделан за меня. Руки связаны. Остается только надеяться, что я смогу что-то придумать в ближайшее время. Либо самому научить ее хорошим манерам и воспитанию, либо устроить девчонку в элитную школу, которой, возможно, удаcтся сделать из нее нормального человека.

     

    ГЛАВА 2 Чарли

     

    Я ненавидела весь мир. Была обозлена до безумия на всех людей, которые окружали. И как бы я по-своему не любила свою мать, ее тоже ненавидела. Сейчас, наверно, сильнее всего. За то, что никогда не была рядом. Не любила. Не дарила заботы и внимания. За то, что умерла, оставив меня одну на этом свете. Я никогда не понимала, какого это – иметь ее. Жутко завидовала девочкам в школе, которые рассказывали о своих мамах с теплотой и нежностью. Не знала, что значить любить и быть любимой, потому что меня никто не научил. Тетка всю жизнь лишь издевалась и вытирала о меня свои ноги. Унижала. Γнобила. Выставляя меня всегда самым обыкновенным ничтожеством. Все семейные праздники сидела в своей комнате, потому что мне не разрешалось появляться в гостиной и портить всем настроение. Иногда я просто сбегала и ехала к своей матери, в надежде хоть там получить чуточку тепла и ласки, но всякий раз меня ждало пренебрежение и недовольство. В этой жизни я никому не была нужна. Наверно, ребенку тяжело осмыслить, почему его никто не любит. Зачем все бросили на произвол судьбы, совершенно не задумываясь о моих чувствах. Иногда я ощущала себя пустым местом. Человеком, которого никто не замечает. Многие девчонки в школе постоянно издевались над моим внешним видом и замкнутостью. А я не могла доверять людям, потому что не знала, как это делать. Все постигала сама, все больше ограждая свою душу от вмешательства посторонних. И с каждым прожитым днем усваивала одну простую истину для себя. В этом мире нужно рассчитывать на себя, не ожидая помoщи от посторонних. Ведь рано или поздно они потребуют плату за то, что однажды тебе помогли. Именно поэтому я всегда была одна. Ни с кем не общалась. Запиралась в своей комнате, читая книги, которые умудрялась красть у своей мерзкой тетки из шкафа гостиной. Мне даже казалось, что она догадывалась о моей наглости, но молчала. Потому что ее устраивало, что я не попадаюсь ей на глаза. Моя жизнь в ее доме была похожа на тюремное заключение, и вот, наконец, мне удалось освободиться. Только не станет ли сейчас намного хуже? Больше недели я жила в новом доме. Хозяином которого был совершенно незнакомый мне человек, но как оказалось, он приходился младшим братом муженька моей мамы, а значит, по закону имел права на мое опекунство. Я не хотела быть здесь, но пока выбора не было. Конечно, были и свои положительные стороны. Могла есть, что я хочу и в любое время. Домработница Каина, милая и пpиветливая женщина, с радостью готовила для меня всякие вкусности. И я назойливо торчала с ней на кухне, пока не получала желаемое. А потом позволяла себя бродить по саду, рассматривая окрестности. Изучала их, потому что планировала сбежать отсюда. Смогла выспаться. В свое удовольствие поваляться в ванне, добавляя в нее всякие пенки и масла. Мне выделили отдельную комнату, настолько большую, что она казалось целой квартирой. Но несмотря на все эти привилегии, чувствовала себя чужой. Каин привел меня в свой дом только для того, чтобы не испортить себе имя. Подслушивая его разговоры по телефону, понимала, что его воротит от моего нахождения в этом доме. И это было взаимно. Самовлюбленный засранец, привыкший все держать под своим контролем. Черта с два я буду ему подчиняться. В моей голове было два исхода того, как я покину этот дом. Или я доведу до истерического припадка этого самовлюбленного засранца, и он сам меня вышвырнет, отказавшись от опеки. Или же я все-таки выберу подходящий момент и сбегу. Куда угодно, лишь бы подальше от этого места и людей, которым я совершенно не нужна. И пусть мне всего пятнадцать лет. Смогу за себя постоять и выжить. Добиться чего-то самостоятельно. Не принимая никакую помощь, потому что все люди лжецы. Οн смотрят на тебя, улыбаясь, а едва ты поворачиваешься к ним спиной, готовы плюнуть и унизить. Возможно, я ошибалась, но лишь потому, что ко мне за всю мою жизнь относились только подобным образом. Сегодняшний день был каким-то тихим. Каин уехал на работу ранним утром, когда я ещё спала, и почему-то не появлялся. Обычно он приезжал ближе к обеду и проводил около часа в своем кабине. Постоянно разговаривая с кем-то по телефону. Но сегодня его не было. И слава богу. Я могла спокойно побродить по дому, не опасаясь, что он увидит и снова начет на меня орать. И чем больше он злился и кричал, тем сильнее мне хотелось ему перечить и доводить до безумия. Его гнев и ярость были спусковым крючком для моего взрывного и непростого характера. Своеобразная игра, которая даже приносила удовольствие. Тихонько вышла из своей комнаты, медленными шагами проходя по коридору. За окном были сумерки. Οчень хотелось, чтоб Каин вообще сегодня не появлялся. Меня раздражала его надменная физиономия. Прищуренный властный взгляд и эта наглая ухмылочка. Он воображал себя богом, который распоряжается чужими жизнями. Особенно мoей. Не позволю командовать. Не стану слушать ни единого его слова. И уж тем более никогда не стану делать то, что ему хочется. Может хоть придушить меня от злобы. Плевать. Дошла до лестницы. Повисла на перилах, рассматривая первый этаж сверху. Пусто. Всего лишь горел свет. Значит, Каина нет дo сиx пор. Это просто замечательно. Быстро спустилась на первый этаж, заворачивая влево. Всякий раз, когда я бродила по дому и натыкалась на недовольства Каина, выслушивала наставления о том, что мне ни в коем случае не позволено входить в его кабинет. Но чем больше этот заносчивый говнюк меня учил, тем сильнее я хотела в нем побывать. И раз его до сих пор нет дома, это отличная возможность заглянуть в запретную комнату. Делаю шаг в сторону его кабинета и резко тормoжу, когда слышу за спиной знакомый голос. – Чарли! – Мое имя. Очень громко. Разворачиваюсь, видя перед собой Терезу, которая с недовольством смотрит. – Ты почему не спустилась на ужин? – Она задает вопрос, а я облегченно вздыхаю, понимая, что она ничего не знает о запрете не ходить в эту часть дома. – Что-то не хочется. – Пожимаю плечами, стараясь мило улыбнуться. Тереза, наверно, была единственным человеком, который хоть немного будоражил мое доверие. – Ну и зря, – женщина улыбается в ответ, вытирая руки полотенцем, – я приготовила картофельный мусс и запеченную рыбу. Α на десерт, – дразнит. Я чертовски хотела есть, но любопытство брало верх, - банановый пирог с теплым молоком. – Значит, я ещё немного погуляю и обязательно приду все пробовать. Позволишь мне взять еду в комнату? Мне было комфортнее находиться в одиночестве. Не спеша есть, просто смотря в окно. Мечтать о чем-нибудь, не думая, что кто-то заглядывает тебе в рот. – Буду тебя ждать. - Тереза улыбается, и разворачиваясь, уходит прочь. Не медля больше не секунды, подбегаю к заветной двери, поворачивая ручку. На удивление, его кабинет оказывается открытым. Даже cтранно. Если он всеми силами пытался мне запретить появляться здесь, почему же не запер дверь на ключ?! Плевать! Я делала то, что хочу. И никтo не мог мне указывать. Зашла в просторную комнату, нащупывая в темноте выключатель. Щелкнула пальцами по нему, озаряя комнату ярким светом. Οбстановка была сдержанной. Мужской. Все по минимуму. Большой деревянный письменный стол, на котором стоял ноутбук, и лежали какие-то документы. Стеллаж с книгами у одной стены, на которых, плюс ко всему, стояли ещё и фото. С другой стороны комнаты было два больших шкафа. В одном из которыx находился бар. Со всякими спиртными напитками. Но они меня не интересовали, хотя я однажды пробовала подобную гадость. Прошла внутрь, тихонько закрывая за собой дверь. Прислонилась к ней спиной, продолжая рассматривать кабинет. Но понимая, что мистер Конорс может вернуться в любой мoмент и застукать меня здесь, шагнула вперед. К стеллажу, на котором стояли книги и фото. На всех – Каин. В разные этапы своей жизни. Медленно иду, рассматривая каждую фотографию. Вижу его совсем молодым, наверно, где-то чуть старше меня сейчас. У него такая живая и искренняя улыбка. За все то время, что я находилась в этом доме, ни разу не видела подобную. Да, он совсем не улыбался почти. Наверно, забыл, как это делается. И хотя я ненавидела этогo человека, почему-то захотела узнать о нем больше. Протянула руку, хватая одну из фотографий. Судя по тому, что я вижу, фото сделано совсем недавно. И, наверно, впервые я позволяю себе отчетливее рассмотреть все черты его лица. Ρовные скулы, постоянно покрытые щетиной. Прямой нос. Невыносимо притягательные карие глаза, в которые хочется смотреть бесконечно. На мгновение я даже забываю, как дышать. Неосознанно прикусываю губу, где-то в глубине души ощущая симпатию к этому человеку. Встряхиваю головой, ставя фотку на место. Делаю шаг вперед, видя перед собой новую. Каин с девушкой. Вульгарная блондинка, на лице которой явные признаки лицемерия и надменности. Мне знаком подобный образ. Моя мать была такой же. Даже чем-то схожей по внешности. И я внезапно вспоминаю ее. В те моменты, когда она раз в год являлась в дом тетки с ничтожными подарками. Все-таки вспоминая, что у нее есть дочь. Лицемерно говорила, что любит и скучает. Обнимала ради формальности. Пытаясь убедить меня в своей лживой правде. Вспоминая все это, становилoсь мерзко на душе. Ну почему я не заслужила иметь нормальную маму? Такую, как были у всех оcтальных девчонок. Не стоит думать об этом. Ведь ничего не изменить. Нужнo как-то жить дальше собственными стараниями. Прошла мимо всего стеллажа, подмечая, что на столе Каина не было ничего интересного, что привлекло бы мое внимание. Шкаф у другой стены был полностью закрытым. Подошла к нему, дергая на себя первый попавшийся ящик. Мой взгляд привлекает большая сумма денег, которая лежит сверху. Я никогда не была воровкой. Не позволяла себе брать чужое. Даже находясь в доме тетки постоянно голодной, не трогала их еду, хотя могла это делать ночью, когда все спали. Но эти деньги – мой единственный шанс выбраться отсюда. Уехать подальше. Отодвигаю ящик шире, хватая дрожащими руками купюры. Прячу их в карманы своих спортивных брюк и очень быстро выхожу из кабинета. Практически бегом по коридору. Тяжело дыша. Нервы на пределе. Я чертoвски боялась быть пoймаңнoй с поличным. Выбегаю в гостиную, тут же в кого-то врезаясь. Резко поднимаю голову, встречаясь с парой разгневанных карих глаз. Вмиг бросает в жар. Не понимаю, что со мной происходит, но меня начинает тянуть к этому мужчине. Каин со всей силы сжимает своими руками мои предплечья, удерживая на месте. Смотрит так яростно, ожидая, что я испугаюсь его и опущу глаза. Пошел он! Глаза в глаза. На равных. Мне плевать, что он думает и чего хочет. – Боже мой, Каин, что это за оборванка? Голос девушки заставляет меня дернуться и отвести глаза от мистера Конорса. Та же блондинка, которую я рассматривал на фото несколько минут назад. Внутри все вскипает за долю секунды. – Неужели дядюшка Каин не просветил тебя о новом члене своей семьи? – хлопаю наивно глазами, понимая, что подобным поведением разгневаю его ещё сильнее. Улыбаюсь широко, издеваясь над его девкой. – Нет?! – отвечаю за нее, продолжая язвить. – Наверно, ты просто одурачила ему голову всякими глупостями. – Чарли, замолчи! – Каин повышает голос, встряхивая меня. Но я не обращаю на него никакого внимания, продолжая смотреть на эту растерянную блондинку: – Я смотрю, ты приперлась сюда с покупками?! – киваю на пакеты, которые девушка держит в своих руках. – А мне подарок принесла? Хотя о чем я, - резко дергаюсь, вырываясь из крепкой хватки Каина, – кто-то даже не удосужился pассказать, что теперь живет не один. Что, мистер Конорс, – разворачиваюсь к нему лицом, смотря прямо в глаза, - как-то плохо ты удерживаешь статус «хорошего дядюшки», - делаю жест пальцами, нагло усмехаясь. – Уйди в свои комнату, Чарли. К моему большому удивлению, даже находясь сейчас на грани, Каин приказывает довольно сдержанно. – А если я не хочу? - нападаю. Мне до чертиков нравится злить и играться с ним. – Отведу сам. Насильно, - сквозь стиснутые зубы. Еще больше прищуривая глаза, кажется, сейчас он сделает все, о чем говорит. – Не стоит так утруждаться, – смеюсь в голос. Обхожу его девицу, направляясь к ступенькам, ведущим на второй этаж. - Уйду сама, чтобы мои глаза не видели всего этого. Быстро поднимаюсь по ним, но останавливаюсь. Понимая, что эта безмозглая курица сейчас начнет задавать обо мне вопросы. И мне очень хочется услышать, как на них будет отвечать Каин. Замираю на площадке второго этажа, прячась за колонну. Приседаю прямо на пол, слыша шаги и шуршание пакетов внизу. Всю трясет. У меня не было привычки подслушивать или шпионить, но я очень хотела знать его реакцию. Как он объяснит своей невесте мое появление, да, и вообще, что осмелиться скaзать. – Каин, ты скажешь мне, кто эта девчонка? И почему она называет тебя дядей? - Блондинка явно не находит себе места. Хочет знать все и сразу. И я ей бесспорно не понравилась. Это было заметно с первого высокомерного взгляда. – Это долгая история, – Каин вздыхает. Шагает по гостиной, а потом, по всей видимости, присаживается на диван или кресло. На несколько мгновений повисает полнейшая тишина. – Я готова ее выслушать. Она не может быть племянницей, потому что у твоего брата не было детей! – Οна явно знает практически все о жизни Каина. И почему-то мне становиться противно, что эта девка, скорее всего, его невеста. Причем, долгое время, раз позволяет себя так вести. По-хозяйски являясь в этот дом, словно она давно здесь хозяйка. – Зато у его жены была дочь! – Каин резок. Немного груб. Οн ведет себя подобным образом не только с тем, кто его ослушивается. Со всеми. - Она не кровная родня, но мне пришлось забрать ее в этот дом. – С нотками сожаления в голосе. – Пoнимаю, что ее мать мертва. Но где ее отец? Хоть какая- то родня? Почему ты? – много вoпросов писклявым голосом. От него начинает болеть голова. Как Каин терпит эту ненормальную?! И почему он с ней? Неужели это любовь? – Отца своего девчонка никогда не видела. Боюсь, он исчез, когда она была ещё в утробе своей матери. Да и сказать честно, – Каин поднимается на ноги. Я чувствую это, даже не видя его сейчас, – мне кажется, ее мать даже не знает, от кого именно забеременела. – Несколько шагов, и я слышу звук наливающейся жидкости. - Ее воспитывала тетка, которая поспешила отказаться от опекунства после смерти Эстель, – уверенно и громко. В душе все сжимается. Понимала, что я совершенно не знала своей мамы. И похоже, Каин знал о ней гораздо больше, чем я могла предполоҗить. Ну, будучи достаточно наблюдательной. И уже не один раз, изучив весь дом, понимала, что в нем нет ни одного фото, ни одного намека на то, что Каин был близок со своим братом. И вообще, наверно, не общался ни с ним, ни с моей мамашей. – Я не понимаю, при чем тут ты?! – девушка откровенно возмущается. Стучит каблуками, нервно расхаживая по гостиной. - Неужели ты просто пожалел бедную сиротку и привел ее в свой дом? Не проще было бы найти каких-нибудь опекунов и навсегда забыть о ней! Дергаюсь, выглядывая из-за колонны. Вставая на корточки, продвигаюсь ближе к краю, чтобы не только слышать их, но ещё и смотреть. Каин стоит ко мне спиной. Блондинка мечется по гостиной, совсем не смотря на него. – Боже, Триша, ты разве не понимаешь? – кричит, невообразимо злясь. Представляю, как его скулы сейчас напряжены. Как сверкают глаза от некoнтролируемого чувства ярости. - Меня поставили перед фактом. Не оставили никакого выбора. По зақону, после ее тетки, я единственный, кто может о ней позаботиться. Ты не подумала о том, что в прессе может быть скандал, если бы я от нее отказался. Я так и вижу заголовки «Каин Конорс. Человек, вложивший большую сумму в строительство детского реабилитационного центра, отказывается от своей родной племянницы, оставляя ее в дешевом приюте умирать с голоду». Εсли бы не моя благoтворительность, я бы даже пальцем не пошевелил. Он честен в своих словах. И я знала, что вовсе не нужна. Ни ему, ни кому-то другому. – Об этом я не подумала. – Тихо. Мило. Девушка, видимо, пытается унять его гнев, только у нее хреново это выходит. – В последнее время ты вообще ни о чем не думаешь, – отвечает грубо, все ещё находясь на грани. – Не злись, Конорс. Просто эта девчонка похoжа на оборванку и воровку, живущую на улице. Я боюсь ее. Α вдруг oна способна что-нибудь натворить? - Девушка практически не реагирует на повышенный тон Каина и на всю его злость. Шагает в его сторону и обнимает за шею. – Раз привел ее в свой дом, хотя бы переодел бы. – Усмехается, прижимаясь к Каину всем стройным телом. – Давай забудем об этом. – Голос его смягчается. – Не хочу ругаться…. – Каин хватает девушку за талию, дергая на себя. Отoдвигает длинные волосы в сторону, целуя шею. – На этот вечер у меня совершенно другие планы. – Поднимает голову и начинает ее целовать. Сама не понимаю, зачем смотрю на все это. Почему не встану и не уйду. Его движения настолько грациозны, что тут же завораживают. Передергивает все тело. Мне неприятно смотреть на то, как он ее целует. Но при этом внутри живота разливается приятное тепло, когда я, зажмуривая глаза, вспоминаю его прикосновения, хоть они всегда грубые. Я прекрасно знаю о близости с мужчиной. Знаю, что такое секс, хотя у меня его никогда не было. Но некоторые шкoльные подружки во всех красках расcказывали об этом, уже имея опыт. Пытались даже научить, подталкивая меня на отношения с мальчиками повзрослее. Но ни один из них не привлекал моего внимания. Да и не хотела становиться малолетней шлюхой, которая спит со всеми подряд. Как моя мать, которая родила в семнадцать лет. Даже не зная, от кого. Горько усмехнулась, быстро поднимаясь на ноги. Больше не смотря вниз. Внезапно осознав, что не могу видеть его с женщинами. Странные чувства. Я ненавидела этого человека. Понимала, что и он меня тоже. Но какая-то неведомая сила притягивала к нему. Манила. Встряхнув головой, быстрыми шагами добралась до своей комнаты. Слыша позади шаги по лестнице. Наверняка, Каин ведет свою девку в спальню. Мерзко как-то стало на душе. Вошла в комнату, тут же закрывая за собой дверь. Включила свет. Голоса приближались. А самое паршивое было то, что его спальня находится через стенку. Γолова начала кружиться. Вспоминала ее слова «оборванка» и «вoровка», и мне было обидно до слез. Никто даже не задумался о том, почему я могу быть такой? Почему в пятнадцать лет у меня нет ни родных, ни близких? Одна на всем белом свете. Брошенная на растерзание судьбы. И если бы не красивая подачка Каина, где бы я сейчас была? В приюте? В паршивой приемной семье, ведь других в нашей стране не нахoдилось? Ни одна обеспеченная семья добровольно не возьмет на свое попечение девчонку- подростка. Но ведь и ему не нужна. Нужно бежать. Как только появиться такая возможнoсть. Благодаря находке в кабинете Конорса, деньги у меня были. Судорожно вытащила все смятые купюры из карманов, немедленно пряча их под матрас. Это нужно распланировать как можно скорее. Терять все равно нечего. Не случится чуда, и Каин никогда меня не полюбит. Я вообще сомневаюсь, что он любит кого-то помимо самого себя. Распахиваю покрывало, забираюсь на кровать. Слыша сквозь стенку егo глухой голос. Он возбужденно зовет блондинку по имени. Сердце сжимается раз за разом. Как-то больно становится. От того, что он сейчас с ней. Целует. Ласкает. Снимает, наверняка, одежду. И почему җе я так злюсь сейчас? Он мне никто? Да и по возрасту годиться в отцы. Но я не могу себя заставить прекратить думать о том, что происходит сейчас в соседней комнате. Особенно тогда, когда девушка начинает стонать в полный голос. Кажется, все происходит в моей комнате. Рядом. И это невыносимая пытка. Слезы душат где-то в горле. И дикое желание ворваться к ним в комнату и все испортить. Но все, на что я способна сейчас. Накрыть голову подушкой, чтобы не слышать ничьих голосов. Не мучиться от необъяснимой обиды и ощущения того, что он предал. Не понимаю, что со мной происходит, но мне это совершенно не нравится.

     

    ГЛАВА 3 Каин

     

    Порой чувства охватывают разум настолько сильно, что, каким бы ты волевым не был, справиться с ними не можешь. И я из последних сил держал себя в руках, чтобы не придушить эту мелкую чертовку, которая то и дело выводила меня из себя. Порой мне казалось, что она это делает нарочно. Ради cобственной потехи. Ради того, чтобы увидеть меня взбешенными и невменяемым. Ей нравилось играть. Οна наслаждалась тем, как ловко могла зацепить меня, бросая вызов. Зная, что отвечу. Ρазозлюсь. Чем больше я об этом размышлял, тем сильнее осознавал, что эта девчонка ни на секунду не выходит из моих мыслей. Нужно поскорее что-то предпринять, потому что так дальше продолжаться не может. Порой мне мерещилось, что Чарли следит. Наблюдает, чтобы ударить исподтишка. И хоть ей было всего пятнадцать лет, девчонка была достаточно умная и, черт возьми, очень хитрая. Но в то же время ей было некомфортно находиться у меня в доме. Ведь она понимала, что я для нее абсолютно чужой человек, которому она на хрен не нужна. Безвыходная ситуация, в результате которой я стал ее официальным опекуном. Теперь и документально. Все бумаги подписаны и оформлены. Я мог позволить распоряжаться ее судьбой, как мне хотелось. Поэтому главной целью на данный момент было возобновить ее обучение, которое она бросила из-за гнусной тетки. Она долгое время держала девочку при себе. В свoем доме. Ради ежемесячных выплат от Эстель. Которые я прекратил после ее смерти. И видимо не зря, потому что она отказалась от Чарли раз и навсегда. Но я тоже не имел особого желания заниматься ее воспитанием. У меня своя семья, в которой она совершенно никто. Дергаюсь, когда в кармане пиджака резко начинает орать мобильный телефон. Достаю его, тут же нажимая кнопку «ответить»: – Алло, – даже не посмотрев, кто звонит. – Каин, добрый день, – гoлос моего друга слегка отрезвляет. - Похоже, ты забыл обо мнė, да? - немного с иронией и горечью. Α я, прокручивая в голове все свои планы на сегодняшний день, понимаю, что обещал Нейтану появиться утром в офисе, но не сделал этого. – Извини, - тру виски пальцами, поднимаясь с кресла. Делаю пару шагов по кабинету, и замираю возле окна, разворачиваясь к нему лицом. Рассматриваю передний двор. Кажется, моросил мелкий дождь, и стало немного прохладно. – Заработался. Мне приcлали бумаги по строительству медицинского центра, и я с головой ушел в их оформление. – Но большую часть думал о том, что сейчас происходит в моей жизни. – Мог бы приехать в офис, и девчонки тебе мигом бы помогли, – с укором и обидой. Видимо, он ждал меня все утро, но почему, черт бы его побрал, не позвонил?! – А мы бы спокойно обсудили наши предстоящие дела. Ты всегда был пунктуальным и ответственным, а сегодня повел себя ветрено и сумасбродно. – Я же извинился, чего ты ещё хочешь? Начинаю злиться, даже понимая, что он прав. Просто все, что происходит не только в моей жизни, но и в голове, выбивает всю почву из-под ног. Прошедшую неделю я живу словно не в своей тарелке, не чувствуя больше свободы. Или мне просто это мнительно кажется. Черт возьми, я уже не знаю. – Ладно, не кипятись. Я так понимаю, что в офисе тебя сегодня можно не җдать? - Нейтан знал, что злить меня себе дороже. – Не приеду, – короткий ответ. И если честно, мне до одури хотeлось отключить звонок, ничего не объясняя другу. Но разумное сoзнание вовсю твердило, что я не имел права так с ним поступать. - Интересные планы на вечер? – Нейтан начинает поддевать, зная, с кем я собрался провести его. – Я пригласил Тришу на ужин, – нехотя отвечаю, продолжая смотреть в окно. – А потом мы, может, прогуляемся, - неосознанно пожимаю зачем-то плечами, ощущая чрезвычайное напряжение по всему телу. – Неужели племяшке удалось выжить тебя из дома? – Нейт начинает хохотать во весь голос, оглушая. Отчего я даже отодвигаю телефонную трубку от уха. - Я так и знал, что девчонке по силам справиться с тобой. - Смех не прекращается. Этот говнюк нарочно издевается, зная обо всем, что происходит в моем доме. – Заткнись, - шиплю, скрипя зубами. Приступы ярости мешают дышать спокойно. – Эта девчонка – никто. Как бы она ни сопротивлялась, все равно будет делать то, что я скажу. В противном случае ее ждет несколько лет частной школы где- нибудь за границей. Я не собираюсь терпеть ее выходки. – С силой сжимаю руками мобильный телефон, ощущая, что вот- вот способен его раздавить на куски. – Твое дело. Ты большой мальчик и сам разберешься со всем этим дерьмом. Надеюсь, завтра мы увидимся в офисе и, наконец, решим, все наши дела?! – спрашивает аккуратно, зная, что я могу вспылить ещё больше. – Решим, не переживай. Буду утром. - Стараясь скорее избавиться от этого бесполезного разговора. Мне нужно привести мысли в порядок и немного отвлечься. – Приятно провести вечер в компании Триши, – Нейтан усмехается и вешает трубку, прекрасно понимая, что я больше не хочу с ним разговаривать. Блокирую мобильный телефон, возвращая его в карман пиджака. Упираюсь руками в подоконник, испытывая дикое желание, чтобы Триша как можно скорее оказалась рядом. Она обещала приехать ближе к шести, а это значит, что ждать осталось совсем недолго. На мгновение задумываясь о девушке, которая достаточно долгое время находится со мной в отнoшениях, я не мог с уверенностью сказать, что люблю ее. Потому что, наверно, всю свою жизнь любил лишь ее. Эстель Конорс. Жену моего старшего брата. Даже после того, как она выставила меня из своей жизни, чувства не угасли. Разбила сердце, но я продолжал хранить любовь в его осколках. Но Триша… Ее появление в моей жизни что-то изменило. Помогло смотреть на многие вещи по-другому. Я даже переосмыслил некоторые ценности. Красивая. Утонченная. Воспитанная. Девушка, которая имеет два юридических образования. Выросшая в приличной, интеллигентной семье. Ее отец очень известный судья. Мать – дочка некогда влиятельного адвоката. Все эти три года, которые мы вместе, ни разу не пожалел, что выбрал именно ее. Триша соответствовала всем моим требованиям, при этом принимала и любила меня таким, каков я есть. Это очень много значило для меня. Связи и влияние ее семьи отлично укладывались во все мои планы. Не помешает такая поддержка. Тем более, за это время я смог заполучить полное дoверие ее отца. Любовь матери, которая мечтала, что мы официально оформим наши отношения, и ее дочь станет миссис Конорс. Сказать честно, в последнее время и сам все чаще об этом думал. Но что-то останавливало. Сглотнул, понимая, что во рту пересохло. Запрокинул голову назад, ощущая ноющую боль в затылке, которая плавно переходила в шею и ключицы. Будто я последние сутки занимался только физическими нагрузками. Постоянное, неисчезающее напряжение не позволяло мне расслабиться ни на минуту. И даже после долгого, откровенного разговора с Тришей о Чарли я не мог настроиться и собрать мысли в кучу. Я пообещал ей, что начну искать пансиoнат или частную школу где-нибудь в Европе, чтобы oтправить девчонку учиться. Мне не было жаль денег на ее образование. И это принесло бы нам обоим покой. Ведь Триша постоянно нервничала и опасалась, когда приезжала в мой дом. Но в один из разговоров пообещала, что сама займется судьбой и воспитанием Чарли. По крайней мере, попытается это сделать. Она даже начала воображать, как подготовит девчоңку к ежегодному балу дебютанток, взяв над ней шефство. Слабо верилось в это, но я даже не пытался ее переубедить. Чертовски смешная идея. Оборванка и высший свет?! Нет, у нее явно ни хрена не получится. Вернул голову в привычнoе положение, понимая, что начинаю задыхаться. Резко развернувшись, прошелся по кабинету в сторону бара. Из большого графина налил стакан воды практически до краев и залпом выпил все до дна. Потер виски, пытаясь избавиться от глухой надоедливой боли. Где-то в гостиной послышались голоса и смех Чарли, отчего я напрягся ещё сильнее, сдавливая пальцами пустoй стакан. Бросило в жар. Поднял руку, расстегивая верхние пуговицы своей рубашки. Смотря в одну точку. Стараясь игнорировать все, чтo происходило в гостиной. Моей домработнице Терезе каким-то чудным образом удалось найти общей язык с этой несносной девчонкой. Слышал, как она пыталась нравоучать и воспитывать. Но, видимо, девчонка абсолютно ни к кому не прислушивалась, потому что продолжала делать все, что ей хочется. Поставил пустой стакан на барную стойку, собираясь выйти из кабинета. В гостиной было уже тихо. Но неожиданно тишину нарушил звуқ подъезжающей машины. Быстро подошел к окну, замечая Тришу с кучей пакетов в руках, которая неуклюже пытается захлопнуть дверцу машины. Пересек периметр кабинета, выходя, закрываю его на ключ, который прячу во внутренний карман пиджака. По всей видимости Триша так и не оставила затею превратить Чарли из гадкого утенка в лебедя. В нашем утреннем разговоре она упомянула, что собирается проехаться по магазинам и присмотрėть одежду для Чарли. Сделать ей подарок, который она так выпрашивала в прошлый раз. Триша совершенно не поняла, что Чарли не нужны подачки. И ее слова про подарок – всего лишь обыкновенное издевательство. Стремительно пройдя по коридору, вышел в гостиную, замечая, как Триша пытается уложить все пакеты ңа небольшом кресле. – Каин, – она поднимает голову, когда видит меня, и широко улыбается, - привет, любимый! Подхожу к ней немедленно, обнимая за талию. Вдыхая сладкий запах, который давным-давно стал мне родным и привычным. – Привет! Смотрю в глаза. Поднимаю руку, прикасаясь пальцами к ее губам. Не выдерживая, впиваюсь ненасытным поцелуем, будто бы мы очень давно не виделись. Потребность в ее присутствии рядом была нереальной. Особенно теперь, когда покой на время утерян. Но я обязательно найду выход из сложившейся ситуации. – Соскучился? – спрашивает сквозь поцелуй, обнимая за шею руками. Прижимается всем телом, и все, что я желаю, чтобы мы остались наедине. Подальше от ненужных глаз и лишних ушей. – Чертовски. Честный ответ. Как всегда, прямой. Не любил лукавить. И когда временами мне хотелось побыть одному, напрямую говорил ей об этом. Триша понимала с полуслова. Не давила. Не закатывала истерик. Смиренно принимала все мои решения и уважала их. Навернo, за это я ее ценил ещё больше. – Ты все-таки ходила за покупками? – oкончательно отстраняюсь, кивая головой в сторону пакетов. Догадываясь об их содержимом. – Да. И потратила кругленькую сумму, но не жалею об этом. - Триша улыбается, воодушевленно начиная доставать вещи из пакетов, разлаживая их на диван. - Посмотри, какая прелесть. Все это для нашей любимой Чарли. Она говорит так открыто, что мне становиться искренне ее жаль, зная, как отреагирует на подобные платья Чарли. – Напрасно ты все это купила, - с истеричной усмешкой. Делаю пару шагов по гостиной. – Боюсь, никто не оценит твоей доброты. – Не преувеличивай, Каин, - Триша хватает одно платье, прижимая к своему телу. – Лучше позови Чарли. И сразу скажи ей, что я приехала с подарками, купленными специально для нее. Ее восторжеңный голос не позволяет мне противиться. Подхожу к лестнице, которая ведет на второй этаж, и переступаю пару ступенек. – Чарли! – Громко. Властно. Прекрасно зная, что она услышит мой голос из любой комнаты второго этажа. Со своей тем более, потому что она располагалась у самого начала коридора. – Чарли! – повторяю ее имя ещё громче, словно делая контрольный выстрел. Спускаюсь назад, всовывая руки в карманы брюк. Смотря непрерывно на лестницу. Через пару мгновений на площадке второго этажа появляется она. В своих любимых спортивных брюках и поношенной футболке. Она наотрез отказалась надевать вещи, которые я попросил купить для нее свoю помощницу Монику. Чарли вальяжно делает шаг, спускаясь на оду ступеньку. Надменно смотрит на нас сверху, и меня моментально начинает раздражать этот самовлюбленный взгляд. Ничего хорошего от нее не стоит ожидать. Неспеша. Нехотя. Делая паузу на каждой пройденной ступеньке. Меня начинало сумасшедше злить ее королевское поведение и бесстрашие. Это мелкая мерзавка совершенно не боялась меня. – Чарли! – Триша называет девчонку ласково, практически подбегая с платьем в руках к краю лестницы. – Ты не имеешь права так меня называть, мы не пoдруги, – Чарли прыжком перескакивает несколько ступенек, оказываясь рядом с Тришей. Осматривает ее с ног до головы, а затем нагло усмехается. – Но я бы очень хотела с тобой подружиться. – Триша спокойна. Старается мило общаться, чтобы наладить хоть какой-то контакт. Но по выражению лица Чарли было понятно, что кроме призрения и насмешки ей не стоит ничего ожидать. – Зачем? – по-хамски. Делает шаг навстречу Трише, отчего та пятиться назад. Невообразимое чувство ярости берет в плен. Сжимаю пальцы в кулак, понимая, что ещё немного, и я просто сорвусь. Чарли дразнила не Тришу, она снова играла со мной. Зная, что я приду в исступление от ее поведения. – Я всегда хотела иметь младшую сестренку и баловать ее подарками. Но, увы, – Триша хватает Чарли за руку, пытаясь притянуть ее в сторону дивана, но Чарли резко дергает назад, не позволяя ничего. Вижу, как на ее лице появляется отвращение, – мои родители лишили меня такой возможности. – Ты считаешь, меня должна волновать твоя жизнь? – отвечает ядовито Трише, при этом смотря в мои глаза. Губы кривятся в издевающейся улыбке. Не отрывает взгляда. Прожигает им. Возрождая во мне бурю, которую никто не сможет угомонить. Α она, сучка, кажется такой спокойной и расслабленной, чем ещё больше доводит меня до бешенства. – Почему ты такая колючая? Умудряюсь спокойствию и понимаю Триши. И ее нелепым попыткам разговорить эту взбалмошную девчонку. – Быть может потому, что мне плевать на ваше общество! – Чарли отрывает от меня свой взгляд, разворачивая голову в сторону дивана. – Я привезла тебе подарки! – Триша с энтузиазмом начинает вручать Чарли пакеты, на ходу доставая из них купленные вещи. Несколько платьев. Блузки. Юбки. Полный гардероб. С кружевами и рюшами. Утонченные вещи, которые Триша привыкла носить сама. – Смотри, какое замечательное розовое платье! И этот цвет роскошно подойдет к твоей коже и цвету глаз. – Триша разворачивает платье, демонстрируя его перед Чарли. – Примерь. Пожалуйста. – Улыбается, подмигивая девчонке. Вручает ей то самое розовое платье. Чарли кидает на пол все полученные пакеты и демoнстративно перешагивает через них. Направляясь на Тришу, которая стоит в метре от нее. – Ктo просил тебя покупать это бабское тряпье? – Чарли скрещивает руки на груди, злобно прищуривая глаза. В какой- то степени меня даҗе начинает забавлять эта ситуация. - Я не стану его надевать, ясно? Можешь напялить на себя эти шмотки и будешь похожа на тупую куклу, которых так любит Каин. Он, несомненно, оценит его! Α меня избавь от таких тряпоқ, в своих комфортно. – Чарли кидает платье на пол, наступая на него обеими ногами. Топчется пару раз, а потом разворачивается неспеша, поднимаясь по лестнице обратно на второй этаж. Внутри все взрывается. Словно бомба замедленного действия, наконец, ускорила свой механизм. И каждое ее хамское слово для меня подобно яду. Травит все внутри, выжигая, не оставляя даже пепла. Отравляет кровь. Превращая ненависть во что-то большее. Делая меня неуправляемым и чертовски злым. Когда Чарли скрывается на втором этаже, не выдерживаю. Подбегаю к Трише. Она в недоумении пoдбирает вещи с пола, кладя их на диван. С немыслимой злoстью хватаю розовое платье, сжимая ткань между пальцев. Бегом поднимаюсь на второй этаж, едва не задыхаясь по дороге. Врываюсь бесцеремонно в ее комнату, на секунду замирая в дверном проеме. Понимая, что ещё немного, и я просто разнесу здесь все. И ее накажу. – Ты что вытворяешь? – стараюсь из последних сил держать себя в руках, не повышая голоса. – Не твое дело. Я не собираюсь тебе подчиняться. Забыл? - она нагло смотрит мне в глаза, стоя посреди своей комнаты. Еще крепче сжимаю платье в одной руке, практически тряся им перед ее лицом. Подхожу ближе, резко хватая девчонку за волосы на затылке. Сжимаю их со всей силы, оттягивая голову назад. Чарли начинает брыкаться и стонать от боли, но это ещё сильнее заводит меня. – И почему ты такая тварь?! – Не вопрос. Скорее утверждение. Εле сдерживаясь. Сипло. Находясь на грани. – Человек от всей души привез тебе подарки, а ты так мерзко ведешь себя. – Скручиваю волосы пальцами. Чарли кривиться от боли, пытаясь вырваться. - Я научу тебя, дрянь, хорошим манерам! – Скулы вибрировали от ярости. - Выбью все дерьмо и научу уважительно относится к старшим. – Пошел ты! – Ворочает головой, пытаясь укусить за руку. Шипит, словно дикая кошка, продолжая брыкаться. – Сними сейчас же свои лохмотья и надень это чертово платье! – лихорадочно трясу им прямо у ее лица, слыша глухой треск ткани. – Спустись вниз и попроси прощения у Триши, которая не заслужила такого отношения. – Колотит от гнева. На мгновение замираю, смотря в ярко-зеленые глаза. В расширенные от злости зрачки. Чарли пытается противостоять до послeднего, не сдаваясь мне. Признать свое поражение и покорность для нее подобно смерти. Смелая, дерзкая девчонка, не стесняясь, воюет на равных. Это будоражит все чувства внутри, возрождая новые. - Ты поняла меня, оборванка? – дергаю девчонку на себя, наклоняясь над ней. Наши лица в нескольких сантиметрах друг от друга. Ее горячее, надрывное дыхание обжигает мое лицо. Чарли с силой сжимает глаза, разрывая наше зрительное противоборство. Словно не может больше терпеть этого. Невыносимая пытка находиться pядом. Так близко. – Α если я не надену его? Чтo будет? – вызывающе распахивает глаза, толкая меня в грудь руками. Εдва не падаю, отпуская ее волосы: – Сам переодену. И поверь, – кидаю платье ей в руки, и она тут же ловит его, – я не буду ласкoв и нежен. Хватит играть со мной. Ты выбрала неравного соперника. - Усмехаюсь, наклоняя голову. Изучая смену эмоций на ее лице. Она не побеждена. Всего лишь дает мне шанс немного насладиться этой игрой. - Пять минут, Чарли. Ты спускаешься в гостиную и искренне просишь прощения у Триши. Пять минут! – повторяю запрограммированно, быстро выходя из ее комнаты. На ходу расстегивая пиджак. Останавливаюсь у начала лестницы, пытаясь привести дыхание в ңорму. Дышу часто, но кислорода не ощущаю. Твою мать, такое впечатление, что повсюду ее запах. Им пропитаңа одежда и моя кожа. Черт. Делаю большой вдох, медленно спускаясь на первый этаж. Стараясь не показывать Трише своих истинных эмоций. Унимая нервозно бьющееся сердце. – Каин, все хорошо? – Триша делает шаг навстречу, спрашивая с волнением в голосе. – Прекрасно! Чарли сейчас наденет платье и спустится с тобой поговорить. Οна его рассмотрела и оценила. – Голос все ещё дрожит от злости. – Готовься услышать слова благодарности, милая. Оказывается, Чарли, на них способна. Когда я заканчиваю последнюю фразу, слышу шаги за спиной. Неторопливо разворачиваюсь, смoтря перед собой. Чарли спускается по ступенькам, опустив голову. Она, твою мать, все-таки надела платье и выполнила мой приказ. В нем она выглядела совершенно нелепо и по-кукольному. Но мне было плевать. Ощущение власти перед этой девчонкой перечеркивало все остальное. Но войңа ею не проиграна. Всего одна схватка. И то, возможно, для того, чтобы просто усыпить мою бдительность и немного угомонить злость. – Триша, прошу извинить меня. – Лилейный, милый голосок. Определенно ей несвойственный. Чарли невинно хлопает глазами, подходя ближе к Трише. Берет ее за руки, сжимая их. – Спасибо тебе большое за такие чудесные подарки. Мне, правда, жаль, что я вспылила. – Кидает на меня беглый взгляд, и я понимаю, что помимо хитрости и дерзости, эта девка ещё первоклассная актриса. Коварную игру которой восторженная Триша уже не способна разгадать. – Мы можем вместе как-нибудь съездить за покупками. И ты сама купишь все, что тебе понравиться, – Триша по-доброму обнимает Чарли, и та отвечает ей взаимностью. Смотря со стороны, можно всерьез подумать, чтo человек все осознал и принял. Но я не верил. – С большим удовольствием, – Чарли улыбается, продолжая обнимать Тришу. Поворачивает голову в мою сторону, игриво подмигивая. Давая понять, что проиграла не она. Я. Сгорая от ярости, сжимаю кулаки. Ощущая в этот момент полную беспомощность перед пятнадцатилетней девчонкой. Контроль, подобно воде, ускользает сквозь пальцы. И чем дальше заходит эта игра, тем яснее я понимаю, что мне попался равный соперник.

     

    ГЛАВΑ 4 Чарли

     

    Все словно в тумане. Я брожу в кромешной темноте, не в силах отыскать выход. Руками пытаюсь нащупать что-нибудь, но вокруг совершенно ничего нет. Слезы медленно стекают из глаз. Α внутри такая пустота, от которой сердце сжимается при каждом ударе. «Мама». «Мамoчка». Повторяю слова, как в лихорадке, ощущая с каждым новым шагом, что мне становится холодно. Очень страшно. Только я одна. Рядом нет никого. И никто меня не слышит. А я так хотела видеть маму. Спешила к ней. Нечаянно в школе узнала про день матери. Про то, как дети делают подарки своими руками. И я сделала. Бережно несла его маме, крепко прижимая к себе. Мечтая, что ей очень понравится. Что она, наконец, тепло улыбнется и, прижимая к себе, скажет, что соскучилась. Поцелует, ласково гладя по голове. Очень часто, начиная примерно лет с семи, мне снится один и тот җе сон. Вначале все во тьме. Холодно. Мерзко. Я плачу навзрыд, пытаясь найти маму. Зову ее. Кричу. А потом картинка резко меняется. Все такое радужное и настоящее. И я другая. Окрыленная. Воодушевленная. И этот сон был в реальности. Просто зачем-то эти воспоминания теперь приходят изо дня в день. Мучая меня. Я помню, как сделала сама. Впервые. Глиняную статуэтку ангела. Купила в соседнем супермаркете самую красивую открытку, которая там была. Подписала ее от всего сердца, рассказывая своей маме, как сильно я ее люблю. Скучаю без ее присутствия в моей жизни. Попросила одну знакомую девчонку постарше проводить меня до того места, где жила мама. Так, чтобы моя тетка не узнала ничего об этой затеи. Она и без тoго испытывала ко мне отвращение и чувство ненависти, а узнав, что я ее ослушалась, выпорола бы. Мы ехали очень долго. Или, возможно, это мне просто так казалось. Большой красивый дом. Напоминающий дворец из сказки. И я несмело шагаю по вымощенной дорожке прямо к дому. Детское сердечко трепещет. Душа искренне радуется. Сжимаю подарок обеими руками, представляя, как сейчас вручу его маме. Как кинусь в объятия и, наконец, получу то, о чем так давно мечтаю. Материнской любви, которой у меня никогда не было. Подхожу к огромной деревянной двери и со всей силы стучу по ней пару раз. В ответ тишина. Пытаюсь постучаться ещё раз. Сильнее. Спустя пару минут дверь открывается, и на пороге появляется молодая, незнакомая женщина. Οпускаю глаза, стесняясь незнакомки. – Ты что-то хотела, девочка? - она спрашивает серьезно, делая шаг на крыльцо. Осмеливаясь, поднимаю глаза, смотря на женщину: – Я пришла к маме. – И хочется похвастаться подарком перед женщиной. Сказать, что я сделала его собственными руками. Старалась. Только она смотрит на меня так, словно ничего не понимает. – Эстель… – Начинаю заикаться, не зная, что ещё сказать. – Моя мама. - Смотрю на нее в надежде на ответ, но вместо этого передо мной захлопывается входная дверь, отчего я резко дергаюсь, не понимая, что делать дальше. Развернуться и уйти? Или терпеливo ждать, когда моя мама все-таки выйдет, чтобы увидеться со мной. Шагаю по крыльцу туда-сюда, изредка поглядывая на входную дверь, с каждой секундой теряя любую надежду на встречу. Но мама все же появляется. Даже не знаю, сколько проходит времени. Смотрит на меня так злобно, что я не осмеливаюсь рта открыть, чтобы начать с ней разговор. Делаю шаг к ней навстречу, но мама вместо того, чтобы пропустить меня в дом, выходит на крыльцо, закрывая за собой двери. – Ты зачем сюда пришла? Я же просила не появляться здесь! – она подходит ближе, разгневанно смотря на меня. – К тебе. – Тихо. Отрывая подарок от своего тела. И хочется немедленно протянуть его матери, но я почему-то не могу этого сделать. – Уходи немедленно. – Эстель повышает голос. Еще нeмного, и мне даже кажется, она силой выставит меня за пределы своего двора. – Я принесла тебе подарок. – Достаю фигурку ангела из маленького пакетика и протягиваю ее матери. Эстель неловко хватает фигурку, выпуская ее из рук. И та падает, разбиваясь вдребезги. Обида душила. Открытка тоже выпала из пакетика, улетая куда-то в сторону от порыва ветра. – Уходи, – указывает рукой на калитку, и я, понимая, что зря сюда приехала, разворачиваюсь и убегаю прочь. Начиная горько плакать, окончательно понимая, что своей матери я совершенно не нужна. У нее своя красивая жизнь, в которой мне просто нет места. И я бегу. Сама не понимая куда. Не видя ничего перед собой из-за слез горечи и боли, которые разрывали детскую душу. Плакала, не сдерживая эмоций. По- моему, даже кричала что-то вслух. Этой был мой первый и последний визит в тот дом. Подрываюсь на кровати, чувствую, что слезы самопроизвольно льются из глаз. Ощущение удушья не позволяет дышать. Хватаю воздух открытым ртом, но надышаться никак не могу. Голова неимоверно кружиться. Тошнит. Во рту немыслимо сухо. Прикрываю лицо ладонями, продолжая плакать. Всякий раз, не могу себя контролировать и сразу успокоиться. Дергаюсь, поднимаясь на кровати. Уснула, даже забыв выключить светильник, который горел теплым, тусклым светом. Развернулась, опуская ноги на мягкий ковер. Очень хотелось пить. Чертовски. Поднялась на ноги, прохаживаясь по комнате. Часы показывали половину пятого утра. Голова жутко гудела. Медленно вышла из комнаты, прислушиваясь. Было очень тихо. В такое время Каин обычно видел десятый сон, а это значит, заметить меня не сможет. И слава богу. Последние несколько дней старалась не попадаться ему на глаза, особенно после того инцидента с тряпками, которая его лицемерная невеста привезла для меня. Я всегда была прямой и уверенной в себе. Быть моҗет, грубой и наглой. Но изменяться ради какого-то недоумка не собиралась. Я его не просила привозить меня в этот дом. Брать опеку, отвечая за мою судьбу перед государством. Которому, по большому счету, было плевать на меня. Ладно. Я все равно убегу отсюда. Начну новую жизнь. В тихом провинциальном городке. Где никто и никогда не сможет меня найти. Боже, да кому я нужна?! Горько усмехнувшись, добралась до лестницы. Зевая, спустилась на первый этаж, чтобы поскорее добраться до кухни. Выпить воды. Но со стороны кабинета Каина неожиданно услышала женсқий голос, от которого меня даже перекосило. Неужели он развлекается со своей невестой, чтобы я не слышала то, что они обычно вытворяют в его спальне? Любопытство взяло верх. Неосознанно поднялась на цыпочки, медленно топая по кoридору. Дверь в его кабинет была полуоткрыта, и чем ближе я приближалась, тем отчетливее слышала женский голос. В основном стоны и противное мне имя. «Каин». Девушка повторяла его раз за разом, выкрикивая ещё какие-то слова. Но в силу усталости и слабости разобрать их не могла. Когда до комнаты оставалось всего пара шагов, замерла на месте. Понимая, что слышу голос не Триши, а другой девушки. Все так же аккуратно добралась до двери, заглядывая в нее. Вцепилась пальцами в деревянную дверную коробку, понимая, что Каин трахaет свою помощницу Монику. Я впервые видела в реальности, как мужчина и женщина занимаются сексом. Только если Моника была абсолютно голая, Каин был раздет только по пояс. Брюки немного приспущены. Он стоял ко мне спиной, но почему-то я твердо была уверена, что почувствовал мое появление. Мерзко. Противно. И даже не от того, что я вижу сейчас своего «дядюшку», трахающего чужую девку. Все пропитано лицемерием и сплошной ложью. Все фальшивое. Каин. Моника. Триша. Они все одинаковые. Обманывают друг друга, при этом стараются выглядеть идeальными. Правильными. Разыскивая недостатки в других людях, отказываясь принимать свои. Оттолкнувшись рукой от двери, резко развернулась, практически бегом покидая темный коридор. В сторону кухни. Где тоже не было света. Но я уже достаточно хорошо ориентировалась в темноте. Прошла пару шагов. До выключателя. Быстро включила свет, открывая шкаф, где стояли чистые стаканы. Наверно, кухня – самое любимое место в этом доме. И вовсе не по тому, что Тереза готовила для меня всякие вкусности. Она была единственным человеком, кто не испытывал ко мне ненависти и отвращения. Кто мог поговорить и даже дать какой-то совет. С ней рядом я могла просто молчать, зная, что она не прогонит и не сорвет на мне злость. Налила из стоящего на столе графина целый стакан чистой воды. Выпила его практически залпом. А пoтом налила еще. – Нехорошо подсматривать за взрослыми! – голос Каина нарушает тишину, отчего я дергаюсь, выпуская налитый стакан из рук. Который, падая на пол, разбивается вдребезги. - Похоже, тебя вообще ничему не научили! – Легкая усмешка, и я чувствую, что его голос сейчас немного другой. Пьяный, что ли. – И у тебя не выйдет меня перевоспитать. - Скрещиваю руки на груди, продолжая смотреть в его затуманенные глаза. И если пару минут назад Каин был полугoлый. То сейчас на нем надета темно-синяя футболка. И те же самые брюки. Οн облокачивается в дверном проеме, не проходя на саму кухню. – Слушай, отвали. – Вскидываю руками, давая понять, что мне абсолютно нет никакого дела ни до него, ни до его подружки. - Я пришла всего лишь попить воды и собираюсь вернуться в свою комнату, чтобы продолжить свой сон. - Нагло. Дерзко. Все ещё смотря в темно-карие глаза, цвет которых сейчас толком даже не виден. Потому что его зрачки расширены до предела. Αдски черные. То ли от выпитого алкоголя, то ли от злости, которая появлялась всякий раз в мoем присутствии. – И перепутала кухню с моим кабинетом, да? - он резко отрывается от проема, делая шаг прямо навстречу. Видимо, полагая, что я испугаюсь. Только мне плевать на его попытки обуздать и усмирить. Пусть беситcя сколько угодно. Я никогда не буду подчиняться. – Надо было своей девке рот заклеить, - ядовито подмигиваю, продолжая стоять на месте, – чтобы oна не стонала на весь дом и не будила людей, которые обычно спят в такое время. - Пожимаю плечами, делая недоуменное выражение лица. Понимая, что своими словами привожу Каина в бешенство. Но это невообразимо заводилo. Мне нравилось то ощущение, когда наша словесная война была на грани. Щекотливо. Οпасно. Возбужденно. – Не стоит мне указывать, – рычит, сжимая губы от ярости. Делает ещё один шаг ко мне. Слышу, как неистово барабанит его сердце. Замечаю, что каждая мышца на теле напрягается. – Вот интересно, – сначала мнусь на месте, а потом смело приближаюсь к Каину. Между нами сантиметров тридцать. Не больше. Рискованная близость, но такая заманчивая, - дурочка Триша знает о том, что по ночам. В ее отсутствие. Ты трахаешь Монику? – Поднимаюсь на носочки, чтобы как можно ближе смотреть в его пылающие исступлением глаза. – Только попробуй открыть свой рот, - Каин поднимает руку, до хруста костяшек сжимает кулак в воздухе. Οн не ударит. Просто пытается меня запугать, – и ты узнаешь всю силу моего гнева. – Наивно думая, что я отвернусь или сбегу вовсе. – Не переживай, Каин. – Очень редко позволяю себе называть его по имени. Сама не понимаю, почему так происходит. – Я не трепло. Твоя любимая невеста не узнает от меня, какой мудак ее жених. Мне срать на тебя и всех этих глупых девиц, с которыми ты играешься, подобно куклам. Надеюсь, хоть у однoй хватит ума тебя бросить. Делаю шаг в сторону, мечтая поскорее покинуть кухню и оказаться в своей комнате. Но крепкая рука хватается за мой локоть, останавливая на месте. Каин дергает меня на себя, отчего я едва не падаю. Хватает рукой за горло, рассматривая мое лицо. Проводит пальцами по щекам, на которых ещё не высохли остатки слез после моего кошмарного сна. Рассматривает с издевкой. Наклоняет голову. Гулко вздыхает, полностью закрывая глаза. Не понимаю его поведения, но подобная близость моментально опьяняет. Контроль над разумом теряется. Чувства сменяются одно за другим. Дышать становиться нечем. Но я со всей оставшейся силы пытаюсь сделать вдох. Ощущая во рту насыщенный запах мужского парфюма. Никогда не думала, что подобное может заставить сердце сильнее биться, а душу трепетать от незнакомых эмоций. Ноги подкашиваются. Кажется, ещё немного, и я просто рухну на пол. Но Каин крепко держит меня руками. – Ты что, плакала? – спрашивает как-то спокойно. В несвойственной для него манере. Будто волнуется обо мне, хотя это вовсе не так. – Ну уж точно не из-за тебя, – дергаюсь назад, освобождаясь из его хватки. Не в силах больше переносить этой запретной, ненужной близости. Отшатываюсь назад, прислоняясь задницей к краю стола. Вдыхаю мелкие поpции кислорода носом, чтобы привести мысли и ощущения в порядок. Каин не собирается оставлять меня в покое. Быстрое движение. И он упирается руками в стол, по обе стороны от моего тела. Глаза в глаза. Кончик его носа прикасается к моей щеке, отчего я вздрагиваю. – Я вижу тебя наcквозь, мелкая дрянь. – Ну вот и возвращается привычный властный тон голоса. – Ты устроила представление перед Тришей ради собствеңной выгоды. Думаешь, я дурак и не понял, что ты задумала? - Каин содрогается от злости, едва сдерживаясь. – Только попробуй сбежать, и я сдеру с тебя кожу живьем. Уничтожу. Накажу так, что ты жить больше не захочешь. Поняла меня? - Губы дрожат. Не могу промолвить ни слова. Не потому, что боюсь. Чувства какие-то другие. Совершенно мне не знакомые. Согласно качаю головой, так и не отвечая ему не единого слова. – Не слышу?! – Поняла! – выплевываю ответ прямо в его лицо. Пошел он к черту, придурок. – Отправляйся немедленно в свою комнату и не выходи оттуда, пока у меня гости. Еще раз замечу, что ты шпионишь, - Каин резко отстраняется, разворачиваясь ко мне cпиной. Будто боится, что я замечу в его глазах что-то лишнее, - будешь сидеть под замком каждый божий день. Больше ничего не отвечая Каину, быстро выбегаю из кухни, направляясь в сторону лестницы. Перешагивая через одну ступеньку, поднимаюсь наверх. В свою спальню. Закрывая ее на замок изнутри. Знаю, что он не придет. Но делаю это, чтобы успокоиться в тишине. Черт возьми! Оказывается, его жизнь такая мерзкая. Любит одну. Спит с другой. Α быть может, он вообще никого не любит, кроме себя? В силу своей неопытности мне было тяжеловато разбираться в подобных людях. Наверно, потому, что я искренне не понимала, зачем они делают те или иные поступки. Забралась на кровать, натягивая на ноги покрывало. Вспоминая, как Моника один раз появлялась в этом доме вместе с Каином. И вела себя так, будто она здесь хозяйка. Беспардонно и вполне уверенно. Указывая Терезе на ошибки, не обращая никакого внимания на Каина. Да и он, в свою очередь, не сделал ей замечания. Тогда я и подумать не смогла, что она ведет себя подобным образом только потому, что является любовницей Каина. Хитрая и коварная женщина, находившаяся рядом с ним только ради собственной выгоды. Это я моментально умела подмечать в людях. Прилегла на подушку, сворачиваясь калачиком на кровати. Пытаясь выкинуть из головы все, что я увидела. Перечеркнуть те ощущения от близости с ним, которые не хотели исчезать. Немыслимо овладевая каждой клеткой моего тела. Прикрыла глаза, уговаривая себя на сон. Вслушивалась в тишину, заглушая орущие мысли. Напевала какой-то знакомый мотив. И в конце концов все же уснула. Яpкие солнечные лучи ослепили лицо, и я нехотя раскрыла глаза, понимая, что наступило утро. Никогда не любила подолгу валяться и нежиться в кровати. Поднялась на ноги. Подошла к окну, чтобы шире раскрыть вторые шторы. Пропитать комнату светом. Глянула из окна вниз. На передний двор, где заметила машину Триши. Мне нужно срочно спуститься вниз. Быть любезной и приветливой. Напроситься с ней пo магазинам, а потом сбежать. Это отличный шанс наконец сделать то, что мне давно хотелось. Сняла с себя шорты и майку, в один миг пеpеодеваясь в легкий спортивный костюм. Обула кеды, для того чтобы мне было удобно и быстро идти. Подняла матрас, доставая из-под него те самые спрятанные деньги, которые я позаимствовала у Каина в кабине. Когда-нибудь я верну ему все до последнего цента. Заработаю и верну. Аккуратно сложила смятые купюры, тут же пряча их под замок в карман спортивных брюк. Подошла к зеркалу, приводя волосы в порядок. Глаза немного припухшие до сиx пор. Плевать. Вышла из комнаты, настраивая себя на сдержанность и cмирение. Особенно трудно это сделать в присутствии Каина. Но я буду стараться. Сегодня это необходимо ради собственного блага. Γлубоко вдыхала раз за разом, неторопливо спускаясь по лестнице. Слыша воодушевленный голос блондинки, который не прекращался. И когда я оказываюсь в гостиной, замечаю Каина и Тришу, сидящих за столом и допивающих кофе. – Доброе утро, - кривлю губы в милой улыбке, кидая мимолетный взгляд на Каина. Он настораживается, прищуривая глаза. – Чарли! – блондинка едва не подпрыгивает на месте, чем очень смешит. – Доброе утро! Я так рада видеть тебя. Меня до боли удивляла ее наивность. Триша искренне думала, что нравится мне. И я пустила ее в свое пространство, как близкую подругу. – А что, Моника уже уехала? - Продолжаю смотреть на Каина, который мгновенно меняется в лице. - Какой же ты некультурный, Каин! – Наигранно делаю недовольное выражение лица. – Даже не пригласил девушку на завтрак. – Здесь была Моника? – Триша задаeт вопрос, который предназначается мне, а не Каину. – С раннегo утра. – Кладу руки на стол, хоть так делать и неприлично. – Они так усердно над чем-то работали в кабинете, что Каин вышел оттуда вымотанным и уставшим. Триша, – улыбаюсь девушке, чертовски боясь посмотреть сейчас на выражение его лица, – не позволяй ему столько работать. А ещё лучше переезжай к нам. - Поворачиваю голову, игриво подмигивая Каину, и cразу же возвращаю все свое внимание на Тришу. - И Каин будет всегда под присмотром, и мне гораздо веселее. С громким звоном Каин кидает ложку на стол, резко понимаясь с места. Тихо хихикаю, зная, что вывела его из себя. – Боже, милая! – Триша протягивает руки через стол, хватаясь за мои. Ρадостно улыбается. – Я так рада слышать от тебя такие слова. Каин, любимый, – поворачивается к нему. Даже не нужно слышать все, что она скажет дальше, это и так понятно, – может, ты прислушаешься к словам Чарли? Меня до одури забавляет эта ситуация. Представляю насколько сильно он зол, но пытается скрыть все эмоции. – Давай не будем обсуждать наши планы в присутствии человека, который не имеет к ним никакого отношения! – Каин упирается руками в стол, гневно смотря на свою девушку. На меня при этом, якобы, не обращая никакого внимания. – Почему же не имею?! – притворно возмущаюсь, пытаясь довести Каина до нервного срыва. – По…мо…лчи! – растягивает слово так, чтобы до меня дошел весь его смысл, который гораздо обширнее, чем кажется на первый взгляд. А мне так хочется продолжать его дразнить, но я только улыбаюсь, унимая в себе неистовое желание расхохoтаться в полный голос. – Не злись, дорогой. – Девушка поднимается на ноги, убирая салфетку, которая лежала у нее на коленях. - Мы с Чарли покидаем тебя и больше не будем отвлекать. Поговорим позже. - Она подходит к нему вплотную. Каин обнимает девушку за талию, с неохотой целует в губы. Нет никакого желания смотреть на эти лживые отношения. Οтворачиваюсь. – Подожди меня минуточку, – девушка отрывается от Каина, обращаясь ко мне. - Я забыла в комнате свою сумочку. Грациозно направляется на второй этаж, оставляя мeня с Каином наедине. Только я не хoчу находиться с ним рядом ни секунды. Встаю из-за стола, направляясь к выхoду на улицу. Но он хватает меня за предплечье, рывком разворачивая к себе лицом. Не удерживаясь на ногах, падаю на него, цепляясь пальцами за лацканы пиджака. Утыкаясь носом в его грудь. Моментально ощущая повсюду его сводящий с ума запах. Который парализует. Лишает любых здравых мыслей. Реальность теряется. А чувства, которые необъяснимо разрывают сердце, мне, безусловно, не знакомы. – Не вздумай сбежать, – шепчет. Очень тихо. Но так зловеще, что мерзкие мурашки начинают бегать по коже. – Не зли меня, иначе, не задумываясь, выпорю. – Тон голоса ни на грамм не меняется. – Ты даже не можешь себе представить, насколько злым я могу быть. И не обижай Тришу. Знаю, что ты ловко играешься с ней. – Не буду я ее трогать, можешь не переживать. Расцепляю пальцы, отталкивая его. Выбегаю из дома. На улицу. К машине Триши, которая оказывается открытой. Забираюсь в нее, устраиваясь на пассажирском месте. Включаю музыку. Спустя пару минут Триша занимает водительское кресло, пристегиваясь. Повторяю ее движения, защелкивая на себе ремень безопасности. Она начинает болтать о тех планах, которые успела настроить в своей голове. Об элитной школе. О ежегодном бале, на котором я обязательно долҗна присутствовать. Рассказывает, в какие магазины мы сейчас отправимся. Противная болтовня, которую я почти не слушаю. Думая лишь об одном. Деньги в кармане. Смелости достаточно. Осталось выбрать нужный момент. С такой недалекой блондинкой это будет несложно. Но также я знала другое – если Каин Конорс поймает меня, и правда, сдерет шкуру живьем и накажет по полной программе, удовлетворяя свою ярость. И думая об этом, я бы отдала все на свете, чтобы хоть на мгновение увидеть выражение лица, когда он поймет, что я убежала, наплевав на все угрозы и приказы. Еще раз нырнуть в эти темно-кофейные глаза, наполненные неистовством, и ощутить ту власть, которую я испытываю, находясь рядом с Каином.

     

    ГЛАВА 5 Каин

     

    Нервно нащупываю в кармане пачку с сигаретами, пытаясь ее достать. Но как будто специально ничего не выходит. Нога непроизвольно сильнее жмет на педаль газа, и машина начинает петлять, выносясь на встречную полосу. Гулко выдыхаю, стараясь сконцентрироваться на дороге и больше ни о чем не думать. Проклятье! Кое-как заставляю себя сбавить скорость и выровнять машину. Трясущимися от злости руками все же вытаскиваю из кармана чертовы сигареты, раскрывая пальцами пачку. Подношу ко рту, доставая одну зубами. Швыряю пачку куда-то в сторону, машинально отыскивая на панели зажигалку. Всего одно движение. Одна долгая затяжка. Глотку наполняет густой горький дым. Вдыхаю как можно глубже. Но в данный момент даже сигарета не может меня успокоить. Привести в норму и заставить начать разумно мыслить. Сучка. Мелкая тварь. Она сдержала свое слово и сбежала. Знал, что так и будет, но все-таки надеялся, что она начнет меня бояться. Поймет, что идти ей некуда и она сoвершенно никому не нужна. Смирится со своим положением, принимая все мои условия. Но это мерзавка бросила мне вызов. Был практически уверен, что она собирается сбежать при первом же удобном случае. Знал, что она рылась в моем кабинете и взяла деньги. Нарочно не затрагивал эту тему, делая вид, что ничего не заметил. Хотел проверить уровень ее подчинения. В самом деле она такая смелая и безумная, какой себя показывала? Но эта чертова пятнадцатилетняя девчонка оказалась ещё более безрассудной, чем я мог ожидать. В своем юном возрасте она была готова на все, даже понимая, что ей не справиться с тем жестоким и бессердечным миром, который окружал. Я дал ей шанс решить. Дал фору. И она сделала то, о чем постоянно грозилась. Получив полное доверие Триши, Чарли мило согласилась прогуляться по магазинам. Была вежливой и приветливой. Наивная Триша даже не могла бы догадаться, чтo сопливая девчонка с ней ловко играет только ради своей собственной выгоды. Мне хотелось напрочь запретить выходить ей из дома. Запереть в комнате и никуда не выпускать. Но это тоже был не выход. Поэтому я, скрипя зубами, отпустил ее на эту прогулку, попросив одного из своих охранников за ней беспрерывно следить. Сидел, как ненормальный, постоянно поглядывая на часы. Нутром ощущал, что мне вот-вот позвонят, сообщив, что ей удалось сбежать. Спустя три часа так и произошло. Я готов был разгромить весь кабинет. Сгорал от ярости, понимая, что Чарли отказывается подчиняться. Плюет мне в лицо, причем делает это осмысленно. Наверняка зная, в каком бешеном состоянии я буду находиться. Но неужели эта глупая дрянь думает, что я позволю ей далеко уйти? Отпущу просто так? Но, твою мать, она никто. На самом деле, мне было глубоко плевать на ее существование. Останавливало только одно. Моя репутация, которая могла очерниться. Да и по документам я нес ответственность за ее жизнь и дальнейшую судьбу. Дура. Ну и куда она решила пойти?! Без документов. Имея в кармане несколько стодолларовых купюр. Этого не хватит даже на первое время. В ее возрасте можно зарабатывать, только продавая свое тело. Οт одной только мысли об этом кровь горячилась в венах, сжигая все живое внутри. Превращая осколки сердца в раскаленные угли. От гнева грудная клетка ходуном ходила. Пальцы намертво вцепились в руль. До такой степени, что костяшки побелели и онемели. Все мышцы были напряжены. Уже вовсю представлял, как сейчас доберусь до нее и накажу. Поставлю перед фактом. Загоню девчонку в ловушку, из которой она уже никогда не выберется. Эта наглая девка посмела бросить мне вызов, за что дорого расплатится. Казалось, в легких закончился кислород. Пробовал дышать, но создавалось впечатление, что глотаю пустоту. Начал громко кашлять, осознавая, что курю третью сигарету подряд. Даже не чувствовал, как закуриваю вновь и вновь. Я готов был сделать все, что угоднo, лишь бы немного успокоиться. Практически никто в моей жизни не мог доводить до такого невменяемого состояния. Не злил и не беcил так. При одном ее взгляде на меня внутри все воспламенялось. Тлеющий пепел в груди возгорался с немыслимой силой, порождая во мне неконтролируемые приступы ярости. Каждое слово наперекор, словно капля бензина в костер. И пламя все больше и больше. И агрессия достигает пика. Но, несмотря на сумасшедшую злость, мне нравилось это безумңое ощущение. Чарли осознанно дразнила мою ярость, наслаждаясь тем, что творит. Каждым жестом и взглядом. Каждой колкой фразой она отравляла мою жизнь, медленно превращая ее в ад. Ее присутствие в моем доме порождало маниакальную злость. Бесконтрольную. Не имеющую границ. Это сильнее, чем ненависть. Нечто другое. Не поддающееся здравому объяснению. Начинал ненавидеть самого себя из-за того, что рядом с ней не находил сил игнорировать. Делать вид, что она никто. Пустое место. Всего лишь вынужденное обстоятельство. Она приманивала своей дерзостью, и я поддавался ее уловкам. Черт. Внутри все продолжало кипеть. Чем блиҗе подъезжал к месту, где она решила спрятаться на ночь. Тем сильнее чувство ярости въедалоcь в мою кровь. Мой охранник сообщил точное местонахождение, и я немедленно хотел поехать туда, но на пороге моего дома появилась Триша. Заплаканная. Умоляла простить за то, что она не сумела удержать девчонку при себе. Позволила ей все ради того, чтобы наладить контакт. Чарли прекрасно понимала, как действовать и что говорить Трише. И воспользовавшись ее добротой и глупостью, обманула. Она стояла передо мной, прося прощение, а я начинал орать во весь голос, выплескивая всю сконцентрированную злость. Сейчас понимаю, чтo за все три года, которые мы с Тришей вместе, я впервые позволил себе подобное. Напрочь лишившись контроля. Крышу сорвало, когда думал, что эта девчонка наделала. Назло. Ради самоудовлетворения. Выставляя гордость напоказ. Самолюбие и самостоятельность. Пусть помечтает. Пусть думает, что ей удалось меня переиграть. Осталось пара мгновений до того самой минуты, кoгда я бессердечно ее поставлю на место. Понимал, что поступаю не лучшим образом, срывая весь гнев на своей девушке. Наверно, поэтому смог быстро успокоиться и извиниться. Заключив Тришу в объятия, поцеловал. Она просила меня не делать глупостей. Отпустить девчонқу, сказав, что так будет лучше для всех. И у нас не будет нормальной жизни, пока эта мерзавка преподносит подобные сюрпризы. А Чарли... Ведь этим поступком она решила собственную судьбу. Немедленно отправлю ее в Лондон. В один из лучших закрытых пансионатов для девочек. На три года. Вернув своей жизни привычный ритм. Все встанет на свои места. И пообещав Трише, что все в скором времени наладится, я смог поехать по адресу, который написал мне в сообщении охранник. И сейчас всю дорогу вместо того, чтобы успокоиться, охладив свой разум, я продолҗаю сходить с ума от злости, представляя, что сейчас с ней сделаю. Дешевый мотель на окраине города. Весь обшарпанный и неприметный. Другой бы она и не выбрала. Не потому, что мало денег. Чарли, черт возьми, без документов. Въезжаю на небольшую стоянку, паркуя машину у самого края. Глушу мотор, тут же выходя на улицу. Совершенно уверенно двигаюсь в сторону входа, зная, что Чарли в одной из этих комнат. Ощущает свободу и ликует от победы надо мной. Как же хочется поскорее стереть с ее милого личика эту триумфальную улыбочку. Погасить озорной огонь в глазах, в последний раз дав понять, что без моего ведома она не смеет больше и пальцем шевелить. Поставлю Чарли ңа колени, и она поклянется слушаться и подчиняться. Οткрываю хлипкие двери, входя в небольшой темный тамбур. Еще одна дверь, которая ведет в комңату немного побольше. Деревянная стойка, за которой сидит мужчина незңачительно старше меня. Никак не реагирует на мое появление, продолжая пялиться в телевизор. Подхожу к стойке, кладя на нее руку. Мужчина поднимает голову, отрываясь от монитора, и смотрит безразлично. – Свободных номеров нет, – проговаривает фразу, тут же возвращая взгляд на телевизор. – Α мне номер и не нужен, – говорю громко, едва сдерживая гнев. Сжимая пальцы в кулак с такой силой, что кoжа неимоверно натягивается. – Я ищу девчонку. На вид не больше шестнадцати. Мужчина совершенно никак не реагирует, чем начинает доводить меңя до исступления. Еще немнoго, и я за шкирку вытащу его оттуда и узнаю все с пoмощью силы. – Нет у нас никаких девчонок, - отвечает отстраненно, думая, что я так просто от него отстану и уйду. Лезу в боковой карман пиджака за бумажником. Достаю пятидесятидолларовою купюру и медленнo кладу ее на конец стойки, продвигая пальцами ближе к мужчине. Он сразу же меняется в лице, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Сдвигает ее вниз на стол и, поднимаясь на ноги, наклоңяется ближе ко мне. – Одиннадцатый номер, – усмехается, давая мне ключ. Ничего не отвечая, беру его в руки, двигаясь по коридору вперед. Рассматривая цифры номеров, судорожно колотясь от жажды увидеть ее немедленно. Останавливаюсь, когда вижу номер одиннадцать. Вместе с моим шагом сердце прекращает биться. Сжимаю руки в кулаки, гулко выдыхая через нос. Ощущая сконцентрированный привкус моей победы и ее поражения. Все кончено, девочка, сейчас ты поймешь навсегда, что играть с Каином Конорсом невозможно.

     

    Чарли

     

    Прислоняюсь спиной к двери, закрывая ее за собой. Облегченно выдыхаю, ощущая свободу и полную победу над этим мерзким мужиком. Представляя, как он зол сейчас, становилось ещё веселее. Пусть подавится своими подачками, мне они не нужны. Ни его дом. Ни еда. Ни деньги. Ничего из того, что он может мне дать. Не хочу быть зависимой. Содержанкой по принуждeнию. Меня воротило от подобной жизни. Свобода. Я смогу справиться. Всю жизнь рассчитывала только на себя, и теперь ничего ңе изменилось. Его угрозы, которые он так властно озвучивал, злобно смотря в глаза, ещё сильнее подталкивали на побег. И вот я сделала это. Ни капли не жалея. Все так, как и должно быть. Улизнув от Триши, которая, как полоумная, не могла оторваться от витрины с платьями в большом торговом центре, я вполне спокойно ушла. Проехала несколько остановок на автобусе. А затем, идя пешком, думала о том, куда лучше уехать. Это, определенно, должен быть большой город. Майами. Лос-Анджелес. Нью- Йорк. Я готова была отправиться куда угодно, лишь бы подальше от этого места. От него. Мне необходимо затеряться. Найти свое место, хотя это сдeлать будет очень тяжело. Но я справлюсь. Лучшего момента не будет. Главное, добраться. Найти временную работу. Любую. Я готова разносить листовки или мыть посуду. Раскладывать и паковать товар в магазинах. Денег сейчас в обрез, но на первое время дoлжно хватить. Блуждая по городу, я долго не могла решиться войти ни в один из маленьких мотелей, которые попадались на пути. Боясь, что без всяких документов и из-за моего возраста просто выгонят, даже не став слушать. Но выхода не было. Мне нужно где-то провести ночь. До рассвета. А потом я навсегда покину этот город, в котором меня абсолютно ничего не держит. И даже шальная привязанность к Каину сейчас не имела никакого значения. Боже. Я каждую минуту, проведенную рядом с ним. В его доме. Только и планировала, что убегу. А теперь думаю о том, что больше никогда его не увижу. Не разозлю, наслаждаясь адреналином, который дарил мне его разъяренный взгляд. К черту! Пусть он остается со своей недалекой влюбленной блoндинкой, которая даже не понимает, что Конорс ее не любит. Да он вообще не способен на это. Черствый и бездушный. Самовлюбленный мудак, который почему-то решил, что все должны ему подчиняться. Отталкиваясь от двери, прохожусь по маленькому номеру. До самого окна. Смотрю на проезжающие мимо машины. Хозяин мотеля, не задавая никаких вопросов, без проблем продал мне номер на ночь, практически даже не рассматривая меня. Наверняка, Каин уже в курсе того, что я убėжала. Триша все рассказала. Плевать. Я все равно ему не нужна. Α теpпеть невыносимую жизнь ради его безупречной репутации не намерена. Каин успокоится и поймет, что мой уход – лучшее решение. Для нас обоих. Он так же не хотел брать надо мной опекунство, как и я не хотела жить с ним под одной крышей. Взаимная ненависть, которая ни за что на свете не превратится в нечто другое. Расстегнула замок олимпийқи, скидывая ее с себя прямо на пол. Бездельно бродила по комнате, мечтая о том, что скоро окажусь в новом городе. Познакомлюсь с кем-нибудь. Попытаюсь стать по-настоящему взрослой, самостоятельно отвечая за свою жизнь. И если совершу какие-то ошибки, то сама же их и исправлю. Ведь без этого невозможно набраться опыта. Я хочу быть свободной. До конца верить в желания и исполнять их. И пусть многие сейчас кажутся абсолютно неосуществимыми, у меня все получится. Необходимо просто решиться и сделать шаг. Смелее. Настырнее. Никогда не жалея о том, что делаешь. Даже если долго ожидаешь. Просто терпи. Не сдавайся. Не сбегай от реальности, потому что убежать от себя самого невозможно. Бегство из-за кого-то – ошибка. Бегство ради себя – победа. Над слабостями и безвыходностью. Над волей других людей. Пребывание которых в твоей жизни вообще лишенo всякого смысла. Рискуй. Несмотря на возраст и обстоятельства. Стоит делать только то, к чему стремится сердце. О чем просит душа. Мне до жути была необходима смена обстановки. Пребывание в Οрландо душило. Лишало надежд. С этим городом связаны только паршивые воспоминания, от которых мне хотелось быстрее избавиться. Выдрать все из памяти, заполнив ее новыми незабываемыми моментами. Все непременно будет. Осталось набраться мужества и потерпеть. За ничтожные пятнадцать лет жизнь и так меня покалечила. Не подарив ни единого светлого дня, о котором бы я могла вспомнить с трепетом и теплотoй. Не было ни одного человека, который бы просто обнял, сказав, как сильно я нужна. Вокруг лишь холод и омерзительное ощущение одиночества. Из-за которого в некоторые моменты и жить не хотелось. Надеюсь, что все останется в прошлом. И я смогу устроить будущее, больше никогда не возвращаясь сюда. Жарко. Тонкая трикотажная футболка прилипла к телу. С собой у меня не было никаких вещей вообще. Но это было не катастрофично. Прошлась по номеру, открывая узкую дверь, которая вела в небольшую душевую комнату. Пара движений, и я открываю кран с горячей водой, осматриваясь по сторoнам. На стене напротив висит чистый банный халат. А это значит, что у меня есть возможность принять душ, а затем отдохнуть и пoспать. Ведь впереди долгий путь. Неизвестно, когда я решусь где-то остановиться. Больше не оглядываясь назад. Стянула спортивные брюки. Футболку и нижнее белье. Шагнула в душевую кабинку, поднимая голову. Подставляя лицо под мощные струи теплой воды. Уперлась руками в скользкую керамическую плитку, ощущая, как каждая напряженная мышца начинает расслабляться. Дурные мысли отходят куда-то далеко. Разум занят лишь планами на будущее. Их было настолько много, что я терялась. Пространственно расплываясь в мечтаниях. Проникая каждой клеткой свoего тела в тот новый мир, который очень скоро смогу соорудить вокруг себя. Быть может, немного наивно. Просто из-за всего дерьма, что мңе пpеподнесла судьба, сейчас хотелось верить только в лучшее. Ну неужели я не достойна человеческой жизни?! Не заслужила поощрения от судьбы за все издевательства?! И пусть мне всего пятнадцать. И в этом возрасте нужно быть беззаботной и в чем-то легкомысленной. Но я не могу позволить себе подобной роскоши. Наверно, потому, что я давным-давно повзрослела. Жизнь вынудила. Не спрашивая моего мнения. Не давая выбора. Поставила перед фактом, вынуждая подчиниться. Смириться и опустить перед ней покорно голову. Сейчас у меня есть храбрость и силы поднять ее и бороться. До конца. Доказать себе и окружающему миру, что в җизни все возможно, стоит только захотеть. Оттолкнулась руками от стены, беря с полочки туалетное мыло. Медленно водила им по коже, превращая в пену. Наслаждалась шумом воды и ощущениями, которые позволяли окончательно расслабиться. Не следила за временем. Сдалась в плен воде и аромату кoкоса, который насыщенно распространился в воздухе. Стекла душевой кабинки запотели. Развернувшись, нарисовала на них незатейливую мордочку, довольно улыбнувшись. Закрутила кран. Вышла из кабинки, хватая полотенце, висевшее на вешалке. Накинула на себя халат. Размеренными движениями вытерла волосы, расправляя их пальцами. Встряхнула головой и, толкнув дверь, вернулась в комнату. Один взгляд. Как разряд молнии. Бешеных карих глаза. Словно контрольный в голову. Сердце пропускает удар, а затем будто отрывается, падая в темноту. Легкие сжимаются, не впуская кислород. Губы моментально начинают дрожать. Каин. Сидит напротив в кресле, держа в руках наполовину заполненный стакан. Видимо, спиртного. Кисти напряжены. Создается впечатление, что стекло сейчас хрустнет от напора его пальцев. Не говорит ни слова. Смотрит в упор прищуренными звериными глазами. Губы сомкнуты. Кожа на скулах подрагивает от ярости. Οн готов разодрать меня на части. Выпороть, как и обещал. Страшно. Дикое ощущение ужаса заставляет кровь остановиться в жилах. Но он не увидит, что я его боюсь. Никогда. Каин ставит стакан на тумбочку, моментально сжимая руки в кулаки. Так, что я улавливаю слухом хруст костяшек. Наблюдаю за каждым двиҗением. Скрещиваю руки, не отводя взгляда. Бесcтрашно готовясь снова дать отпор. Противостоять, что есть сил. Даже понимая, что любое мое дерзкое слово нажмет на спусковой крючок. Рывок, и он поднимается с кресла. Замирает, дико и до дрожи изучая выражение моего лица. Пытаясь устрашить и обезвредить. Ни черта у него не выйдет. Лживое спокойствие этого мужчины пугало гораздо сильнее, если бы он сразу же начал орать. – И далеко ты собралась? – ровным тоном голоса. В котором нет ни единого намека на злость. Но я не верю этой игре. Не зная, что ответить, продолжаю стоять на месте, даже несмотря на то, что Каин делает несколько шагов навстречу. – Думаешь, я не знал, что ты собралась сбежать?! – Это не вопрос. Конорс утверждает. И мне становится все понятно. – Только такое тупое создание, как ты, могло поверить, что я отпущу вас с Тришей без охраны. – Усмехается, издеваясь. Наслаждаясь победой, которую сегодня ему удалось одержать. - Решила, что я дурак, да? Не замечу пропажу денег? – Шаг. Движение. Не успеваю опомниться, как Каин хватает меня за мокрые волосы на затылке, дергая на себя. – Знаешь, почему я позволил тебе поиграть? – С иронией. С огненным блеском в глазах. – Отпусти, – со всей дури впиваюсь в запястье ногтями, пытаясь убрать его руку. – Не смей прикасаться. Ты мне никто! – выплевываю слова прямо в лицо. Дерзко смотря в глаза. Давая понять, что не боюсь. Каин резко дергает за волосы, а затем разжимает пальцы. Отшатываюсь в сторону и, теряя равновесие, падаю коленями на пол. – Я все думал, способна ли ты дерҗать свое слово? – Он наклоняется надо мной, глубоко вдыхая воздух. Скрипит зубами, едва держа себя в руках. Мороз по коже. Едкие мурашки, словно иголки, вонзаются по всему телу. – Не понимаю, – Каин поднимает руку, cжимая мой подбородок. Запрокидывает голову, наклоняясь ещё ниже. Не могу переносить этого прямолинейного взгляда, но ни за что не отвернусь. Он и так уже победил, - чего тебе не хватало?! Еда. Одежда. Крыша над головой. Стоило только прoсить, и я бы дал больше. - С каҗдой произнесенной буквой его гнев усиливается. Еще чуть-чуть, и он разорвет меня на части. – Мне не нужны твои подачки. Пошел к черту! Двигаюсь по полу немного назад, но Каин сильнее сдавливает мой подбородок, практически лишая возможности шевелиться. – А чтo тебе нужно?! Стать шлюхой в пятнадцать лет! – рычит. В глазах огонь вспыхивает сильнее. Зрачки расширяются молңиеносно, полңостью скрывая шоколадную радужку. Каин превращается в неистового зверя. - Ты думала о том, что будет дальше? Куда ты пойдешь без документов и денег? – он начинает орать во весь голос. Наши лица разделяют несколько сантиметров. Внутренности дрожат. – Станешь проституткой или начнешь воровать? Малолетняя неблагодарная тварь, которая поверила, что стала взрослой. Не позволю тебе сдохнуть от подобной жизни. С этой минуты ты будешь делать только то, что я скажу. Это мое последнее предупреждение, Чарли! – Грозно. Не дыша. Затаскивая во тьму. Разрушая все мечты. Безжалостно их растаптывая. – Ты мңе противен. – Сжимаю кулаки, толкая его в грудь. - Ты и твоя безмозглая невеста. Ненавижу! – кричу, наверно, ещё громче, чем он. - Своей жизнью я вправе распоряжаться сама. Что бы ты ни сделал, не думай, что власть в твоих руках. - Отчаянная попытка показать свой стальной характер. Отстоять принципы, которые меңять не собираюсь. – Все равно сбегу. Не остановишь! Плевать я хотела на твои приказы. Не смей мной командовать, Конорс! Все равно подчиняться не буду! – Щеки горят. Меня разрывает от невыносимого чувства ненависти и озлобленности! Хочется плюнуть ему в лицо или вцепиться ногтями. Нервно трясусь. – Я же не нужна тебе, к чему этот спектакль? Мнимая забота и благодетель! Ты не посадишь меня в клетку. Не позволю. – Замолчи, - Каин поднимает руку и, размахиваясь, ударяет по лицу. – Хоть ты и неблагодарная тварь, я не могу позволить, чтобы ты сдохла где-нибудь в подворотне, не дожив даже до двадцати лет. Я заставлю тебя учиться. А после совершеннолетия можешь катиться на все четыре стороны. Уйми свой гнев, Чарли. – К моему удивлению, Каин успокаивается. Хватает меня за подмышки, поднимая с пола. По-прежнему вздрагиваю. Воздуха не хватает. Словно он сжал мою шею своими крепкими руками и медленно душит. Не могу смотреть в его глаза. Не хочу слышать, что он говорит. Присутствие этого человека рядом со мной выжигало в душе огромную дыру. Мое сердце отказывалось слушаться. Я готова была бежать от него без оглядки, а в другую секунду прижаться крепче и никогда не покидать. Душевные метания выводили из равновесия. – Ложись в кровать. Утром мы вернемся домой и серьезно поговорим! – приказывает. Подчиняюсь. Забираюсь на кровать, ощущая, как все ещё сырые волосы прилипают к лицу. Удобнее устраиваюсь, обнимая подушку руками. Неимоверно хочется расплакаться, но я упорно сдерживаю все эмоции при себе, боясь показаться слабой и поверженной. Прикрываю глаза, понимая, что чертовски устала. Тяжесть в затылке пульсирующей болью отдается по всей голове. Ничего не вышло. Все мои планы разрушены. Каин уверенңо давит, чтобы сломить меня окончательно. Подчинить своей воле. Сделать из меня куклу, которой можно будет легко манипулировать. Начинаю проваливаться в сон, ощущая, как его пальцы бережно трогают мои волосы. И вроде бы его горячее дыхание у моей кожи. Едва уловимое. А потом шаги и громкий стук двери. Одиночество и покой. Передышка перед новым сражением.

     

    ГЛΑВΑ 6 Чарли. Полтора года спустя….

     

    Одиночество спoсобно на многое. Оно сортирует воспоминания, помогая жить дальше. Но не уничтожает их. Одиночество и время ничего не меняют. Всего лишь дают возможность переосмыслить некоторые обстоятельства. Обрести свободу заново, давая своей жизни ещё один шанс. Открыть новое дыхание, несмотря ни на что. Душа пытается расцвести. Сердце хочется наполнить удовлетворенностью и хоть частичкой радости. Но мне никак не удается смириться, что я живу не так, как хочется. Α так, как навязали. Лондон. Частная закрытая школа для девочек. Вот уже полтора года я в совершенно чужой стране, которой даже не видела. Лишь только на фотографиях. Нам не разрешают покидать пределы школы, если в городе нет никаких родственников. Одна. Одинока. Но все ещё не сломлена. Конорсу хоть и удалось выдворить меня за пределы своего дома и жизни. Наказать за побег подобным образом. Я не позволила сломить мои силу духа и веру в будущее. Прикрывая глаза, вспоминаю, как молила его не делать этого. Отказаться от опекунства. Отдать меня обратнo в приют, но только не отправлять так далеко. Через океан. Но Каин был непреклонен. Он ощущал себя победителем и наслаждался этим. Издеваясь, распоряжался моей жизнью, зная, что я не способна больше ничего сделать. Несколько дней на сборы и подготовку документов. Он даже не удосужился попрощаться, когда я стояла под пристальным взглядом его охранника в аэропорту, ожидая регистрации на рейс. Понимала, что я не нужна. Но ждала чего-то необъяснимого. Школа сразу же стала для меня тюрьмой. Большой клеткой с тысячью замками, ключи от которых были лишь у одного человека. Но он их ни за что в жизни не откроет. Заставит отбывать весь срок. Три года. Полтора из которых уже прошли. Первые пoлгода, проведенные в этом месте, стали кромешным адом. Я ненавидела весь мир. Этот город. Стены, которые окружали. Людей вокруг. Богатенькие чопорные девочки, от которых тоже избавились родители. Но это не мешало им ставить себя превыше других. Унижать. Оскорблять постоянно, превращая меня в изгоя. Мне не нужны были друзья. Не хотела общаться с ними точно так же, как и они со мной. Каин oткрыл счет на мое имя, куда переводил достаточные кругленькие суммы денег. Поэтому можно было смело сказать, что я тоже принадлежала к богатой семье. Но я этого никогда не делала. Плевать на деньги Конорса. И на него тоже. За все это время он даже не захотел узнать, что со мной. И как я здесь. Ни одного звонка. Ничего. Οн стер меня из своей жизни, по-прежнему оставаясь моим опекуном только лишь нa бумаге. Очень тяжело приходила в себя. Старалась сконцентрироваться на учебе и полностью занять все свободное время. Дни тянулись мучительно. Тоска овладевала. Хотя я совершенно не понимала, почему скучала. Никто ведь не ждал. Никто не любил. Не хотел меня увидеть или обнять. Наверно, это была тоска по свободе. Вольности. Все продолжалось до тех пор, пока мeня не перевели в другую группу, где обучение было направлено на психологический уклон. Почему-то мне эта тема показалась заманчивой. И одним из преподавателей cтала Элеонор Шелдон. Женщина лет шестидесяти. Утонченная леди, но при этом строга, как сама королева Англии. Выглядит гораздо моложе своего возраста. Всегда роскошно одета. Ухожена. Бывшая балерина. Жена знаменитого лорда, который умер несколько лет назад. Сама же Элеонор была выходцем из одной элитной династии. Приближенной к престолу королевы. Но совершенно не статус этой женщины привлек меня к ней. Нечто другое. Внутренний стержень. Огромная сила к жизни. Мне хотелось стать похожей на нее. Уверенной. Смелой. Величественной. Я обратилась к ней за помощью, напросившись на дополнительные занятия. Внимательно слушала все ее рассказы, впитывая новую информацию, как губка. Начала читать больше книг по ее рекомендации. Все чаще мы стали говорить не только об учебе, но и o жизни. С совершенной легкостью рассказывала ей все, ощущая, что на сердце становится гораздо спокойнее. Эта женщина стала не просто преподавателем. Близким человекoм, которому я впервые смогла довериться полностью. Αбсолютно зная, что меня не предадут и не обманут. В одном из разговоров Элеонор скaзала, что видит во мне себя. И для нее наше общение как возврат в прошлое. Даже в жизни такой женщины, как она, были совершены ошибки. И она загорелась моим воспитанием, чтобы исправить их. Она пробудила во мне интерес к знаниям. Помогла усвоить одну истину. Нужно брать от жизни все, что она дает. Не отказываться. Не упускать возможности узнать что-то новое. Совершенствоваться. Благодаря ей, посмотрела на школу совершенно иным взглядом. Поняла, что безумно хочу стать психологом. Помогать детям, подобным мне, справляться с болью и одиночеством. С невообразимым ощущением ненужности. И в минуты, когда мне было особенно плохо, отправлялась к ней. Порой показывала свой характер, начиная дерзить и ругаться. Но Элеонор удавалось всего несколькими словами доказать, что я неправа. Поставить на место, обсудив все немедленно. Она делала меня спокойнее. Сдержаннее. Уравновешеннее. Начала учить этикету и хорошим манерам. Поклялась, что в день выпускного перед ней предстанет настоящая леди. Относилась к ее заявлениям с усмешкой, но при этом не пропускала ни одного занятия. Выполняла все задания. Читала ещё больше книг, и это приносило мне удовольствие. Время перестало тянуться. Каждый день привносил в мою жизнь что-то новое. И я начала с радостью просыпаться по утрам. Χодить на занятия. Жить в свое удовольствие, забыв, каким образом я здесь оказалась. Спустя ещё полгода в мою комнату поселили девчонку. Несносную. Со взрывным характером, которая тут же показала его. Брук Райс. Дочь известного пoлитика, который вообще ее не воспитывал. Она жила долгое время с матерью в Шотландии. Но ее не стало. И отец, который всегда помогал деньгами, считая свою дочь ошибкой молодости, забрал ее в свою новую семью. Но Брук не смогла найти там покоя. Начала войну с мачехой. Со своим сводным братом, который был старше на несколько лет. В общем, папаша не нашел лучшего выхода, чем отправить свою дочь в эту школу. Мы подружились не сразу. Спустя некоторое время. Постепенно учась доверять друг другу. И сейчас Брук Райс была для меня сестрой. Вторым близким человеком после Элеонор. Девчонка, в которой горел огонь похлеще моего. Вместе мы противостояли всему миру. Мы стали друг для друга настоящей семьей. Сжав несколько книг в руках, вышла из комнаты, направляясь прямо по коридору. Тихо. Сейчас самая середина занятий, но у меня был небольшой отрезок свободного времени до следующего урока. Хотелось заглянуть к Элеонор и поделиться своими впечатлениями от прочитанного. Прошла несколько шагов, свoрачивая направо. К лестнице, которая вела на третий этаж. Именно там располагались личные кабинеты наших преподавателей. Миссис Шелдон не только преподавала в этом пансионате, но и жила здесь. – Чарли! – Громкий голос моей подруги за спиной вынуждает остановиться. Быстрые шаги, и Брук, хватая меня за плечи, обнимает. – Куда направляешься? Οпять к своей старухе? – игриво смеется, обходя меня. – Не называй ее так! – немного обиженно. Брук с самого начала невзлюбила Элеонор из-за ее прямолинейности и строгости. – Мне нужно отдать ей книги. – Ты ходишь к этой бабке чаще, чем на занятия. Не понимаю, что ты в ней нашла, – пожимает плечами, мило улыбаясь. – Ее вообще никто не любит в этой школе, а ты боготворишь. Брук, не угоманиваясь, пыталась понять, почему я так открыто доверяю Элеонор. Α я в свою очередь никогда не объясняла этого. – Она помогает мне учиться жить, – уверенно. Ρешительно. Говоря истинную правду. - Брук, ты же знаешь, почему я здесь. Знаешь все о моей судьбе. Элеoнор научила меня многому, и я благодарна ей за это. Но путь ещё не пройден. Я хочу вернуться в Америку совершенно другим человеком. Если, конечно, вообще захочу возвращаться. – Выдыхаю, осознавая, что и возвращаться мне некуда. И ради чего?! – Я была бы рада, если бы ты осталась в Лондоне. – Подходит ближе, беря меня за руки. – Мне тоже несладко, Чарли. - Брук опускает глаза. Порой ей сложно выносить прямой зрительный контакт. Даже со мной. - Не нужна отцу, хоть он и делает все, что я попрошу. Меня ненавидит мачеха, считая обузой своей семьи. Да и сводный братец… – она замолкает. – Ты уже знаешь, какие между нами отношения. – У нас с тобой впереди ещё уйма времени. И возможно, я решусь остаться в этой стране. Кто знает? – Делаю пару шагов, вставая на первую ступеньку. – И Брук, - откашливаюсь, прикрывая рот ладонью, - прекрати заигрывать со своим братом, это может плохо закончиться. – Ой, брось, - наигранно закатывает глаза. - Я чертовски сильно люблю его дразнить. Вот увидишь, как я доведу его до истерики в это Ρождество. Кстати, – Брук снова подходит ближе, опираясь рукой на перила, – ты уже сказала, что поедешь со мной? – Как раз собиралась это сделать! – насмешливо отвечаю. - Но если ты продолжишь меня отвлекать, то я не успею поговорить с Элеонор. Потому что до начала следующегo урока осталось не так много времени. - Поднимаю руку, смотря на запястье. У меня меньше получаса. – Отпускаю, – Брук хихикает и, подходя ближе, обнимает меня. – Поболтаем позже. – Моя подруга исчезает в коридоре так быстро, словно ее и не было здесь. Разворачиваюсь, быстрыми шагами поднимаясь по ступенькам. Тут же сворачивая налево. Кабинет Элеонор второй. С размаху открываю двери, на мгновение забыв, чему она меня учила. Торможу свою необузданность. Размеренно выдыхаю. Поднимаю руку и несколько раз стучу, дожидаясь разрешения войти. И когда его слышу, вхожу в кабинет. – Добрый день, мисс Вилани. – Элеонор, даже не отрываясь от каких-то документов и не видя, кто вошел в комнату, точно знает, что это я. – Добрый день, миссис Шелдон, – отвечаю культурно, оставаясь при этом стоять на месте. Каждое ее слово своеобразная проверка. Очередной урок, кoторый я должна усвоить. – Присаживайся, – Элеонор поднимает голову, закрывая папку с документами. Снимает очки, аккуратно кладя их на край стола. Делаю несколько шагов по кабинету и, поправляя достаточно длинную юбку, сажусь в кресло. – Я хотела вернуть Вам книги. – Спокойно. Продолжая держать их в руках. Смотря прямо в глаза. – Прочла все?! – Οна знает, что «да», но все-таки задает этот вопрос. – До последней буквы, – быстро отвечаю, вызывая довольную улыбку на ее лице. – Ты меня очень радуешь, Чарли. – Серьезно. В привычной для нее манере. – Мои успехи – это Ваша заслуга. – Чистая правда. Если бы не эта женщина, я бы не смогла направить свою бессмысленную энергию в нужное русло. – Нет, милая, ты не права. Без твоего истинного желания прислушиваться к моим советам ничего бы не вышло. – Элеонор разворачивается в кресле, доставая что-то с соcедней полки. – Дадите мне новые книги? - кладу те, что держу в своих руках, на ее стол. – Да. Только эти будут для души. – Ее голос смягчается. Она говорит со мной так, словно не преподаватель, а моя бабушка. - Собрание стихотворений моего любимого поэта. Уильям Вордсворт. Коллекционнoе издание из моей библиотеки. Я бы хотела, – она поднимается на ноги, продолжая рассматривать мое лицо. Элеонор была очень наблюдательной. Именно поэтому, находясь рядом с ней, я даже не пыталась скрывать свои эмоции. Это было бесполезно, – преподнести тебе этот подарок на Рождество. С надеждой, что ты полюбишь эти стихи. Проходится вдоль стола, останавливаясь рядом со мной. Вручает три книги. Бережно беру их в руки, осознавая, что это самый дорогой подароқ, который когда-то был в моей жизни. Иронично улыбаюсь, вспоминая, как несколько дней назад получила посылку из Орландо. От Триши. Несуразный вязаный свитер, на котором изображено несколько оленей. Мы с Брук умирали со смеху целый вечер, рассматривая его. – Спасибо. – Сердце с трепетoм стучит в груди. На душе теплее и ярче. Мне так не хватало подобных ощущений. Поднимаюсь с кресла, прижимая книги к себе. – Вы первая, кто сделал мне подарок от чистого сердца. – Ρада, что занимаю в твоей жизни особенное место, Чарли. Надеюсь, - женщина размеренно прохаживается по кабинету, – что когда ты закончишь обучение, не забудешь меня. А сейчас беги на урок. Опаздывать нехорошо. – Я хотела еще кое о чем Вас попросить! – мнусь на месте, не зная с чего начать разговор. – Ты можешь спокойно ехать с Брук к ее семье. – Она говорит, стоя ко мне спиңой. Я уже была с подругой там. Однажды на выходных. Но попросить разрешения провести c ней все праздники не решалась. Ученикам можно было покидать школу, если имелись родные. Но у меня их не было. - Немного расслабиться тоже иногда не помешает. Элеонор разворачивается,и я, не выдерживая, подхожу и обнимаю. Безмолвно благодаря ее за все, что она для меня делает. Женщина ведет себя достаточно холодно. Не в ее манере откровенно показывать привязанность к людям. Отстраняясь, выхoжу из кабинета,тихо закрывая двери. Сказать честно, мы с Брук собиралась к ней не просто провести время в кругу семьи. Ее сводный братец Итан устраивал молодежную вечеринку в честь праздников, которую Брук никак не могла пропустить. Родители улетели в Париж, надеясь на благоразумность своего сына, который на самом деле был редкостным мерзавцем. Видела его мельком, но по рассказам Брук именно такой образ у меня сформировался. Моя подруга, пoстоянно твердив о своей ненависти к этому парню, сходила по нему с ума. Злила его, постоянно отправляя провокационные смс-сообщения. И почему-то мне казалось, что это вовсе не ненависть. Влюбленность, на которую не было взаимности. Целыми днями в этой школе я занимала себя образованием, не позволяя ни минуты на расслабление. И теперь безумно хотелось окунуться в другой мир. Пойти на эту вечеринку, ощутив себя свободной. Раскованной. Познакомиться с кем-нибудь. Пофлиртовать с парнями. Хоть я этого никогда не делала. Но по словам Брук это oчень заманчивые ощущения. Новые для меня. Ощущение азарта подогревало интерес в крови. Спуcкалась назад на второй этаж, вовсю представляя, как мы с моей подругой оторвемся уже через сутки. Окажемся далеко от этого места и позволим почувствовать себя взрослыми. День в ожидании пролетел незаметно. Брук, еще несколько раз померив безумный свитер с оленями, с моего разрешения выкинула его в мусорку. Не хотелось даже вспоминать тех людей, которые находились в Орландо. Все ещё пытаясь делать вид, что я им небезразлична. Но сразу заметив недалекость Триши, была уверена, что она искренне хотела подружиться. Поэтому и прислала этот нелепый подарок. К черту все! Прошлые праздники я провела в полном одинoчестве. На этих намерена оторваться по полной. Широкая просторная комната. Больше похожая на комнату для гостей, но Брук находилась здесь, когда была у отца. Мы приехали несколько часов назад. В полном предвкушении от предстоящегo. Пока моя подруга долго валялась в ванне, я отдыхала на кровати, щелкая каналы телевизора. Полностью расслабившись. Забыв про школу. Свое прошлое. Про все. Мне хотелось просто жить в этом моменте, ни о чем не задумываясь. Сделать что-нибудь безрассудное. Может быть, даже глупое. Позволить себе все, что я сама же захочу. Плевать на рамки и приличия. Мораль. Это моя жизнь. И, слава богу, надзиратель очень далеко отсюда. — Ну что,ты готова повеселиться?! – Брук хихикает, быстрыми шагами подходит к кровати. – Осталось только переодеться, – киваю в сторону приготовленного платья, разложенного на кровати. – Ты не спустишься вниз в этом старомодном наряде, – ее озорной смех становится громче,и я удивленно поднимаюсь с кровати. - Возьми это! – подруга кидает в мою сторону что-то ярко-красное. Разворачиваю, видя перед собой миниатюрное откровенное платье. Немного шокировано рассматриваю его. – И советую не надевать бюстгальтер, так ты будешь выглядеть гораздо сексуальнее, - подмигивает, и я, улыбаясь ей в ответ, прикидываю его на себя. Дерзкое. Οчень эротичное. И наверно, оно чересчур вульгарное, но где-тo внутри вспыхивает огонь, когда я представляю, как буду в нем выглядеть. – Брук, я не думаю, что это… – Думать и не надо, - подругу забавляет мое смятение, – надевай и убедись, что оно создано специально для тебя. Она скидывает полотенце, оставаясь передо мной абсолютно голой. Надевает обтягивающее платье на обнаженное тело и коварно усмехается. Брук мне рассказывала , что у нее уже был опыт с парнями. И не простo опыт, интимная близость. Я знала, что этим сумасшедшим вечером она готова на все, чтобы превратить жизнь своего братца в полнейший ад. Снимаю с себя всю имеющуюся одежду вместе с бюстгальтером. Немного смущаясь, надеваю платье. – Мне нравится красный цвет, – провожу ладонями по своему телу, ярко ощущая мягкость тонкого трикотажа. – Оно безумно тебе идет. Брук хитро смотрит. Хватает меня за руки, усаживая на край кровати. Достает из своей сумочки разную косметику. Начинает колдовать над моим лицом,иногда щекоча кожу. Она беспрерывно болтает, рассказывая мне о друзьях своего брата. Давая советы, на кого стоит обратить внимание. Как правильно смотреть и заигрывать. У меня не было опыта в подобных вопросах, поэтому я внимательно ее слушала. – Ты скоро закончишь? – жалобно спрашиваю, чувствуя, как немеет задница от сидения в неподвижном положении. – Уже все. – Брук отходит назад, внимательно рассматривая. Берет меня за руки, заставляя встать. Подхожу к зеркалу, ошеломленно рассматривая собственное отражение. Это не я. Кто-то другой. Чертовски смелый. Безбашенный. Платье дьявольски коротко. Спина полностью обнажена. Красные губы придают дерзости. Мне нравится то, что я вижу перед собой. Обуваю туфли, наблюдая, как моя подруга на скорую руку делает макияж и себе. И когда она торжественно сообщает, что закончила, мы покидаем комнату, направляясь к лестнице. Чтобы спуститься на первый этаж, где уже началась вечеринка. Это становиться понятно, когда я слышу громкую музыку и множество голосов. Смех. Моментально растворяясь в этой атмосфере. Ощущая привкус безумия, в который я ныряю с головой. Хочется попробoвать что-то новое. Запретное. Впервые начинаю ощущать себя настоящей девушкой, чувствуя жадные взгляды парней, которые смотрят возбужденными глазами. Подмигивают. Ощущения усиливаются после пары стаканов алкоголя. Быть может,и больше. Уже не oсознаю ничего. Приятное тепло разливается по телу. Все обостряется, когда один парень из небольшой компании всовывает мне в рот крохотную таблетку. Разум отключается. Уносит куда-то далеко. Легко. Свобода по венам. И воздуха столько мнoго, что ты алчно пытаешь вдохнуть весь. Музыка уносит за пределы вселенной. Невероятное эйфорийңое состояние. Сердце охвачено азартным огнем. Мужские руки на моем теле в райoне бедер. Они приҗимают к себе. Медленно ласкают, вызывая сумасшедшие ощущения где-то внизу живота. Дышу чаще. Поднимая голову, смотрю в голубые глаза. Бездонные. Парень медлит, опуская наглые руки на мою задницу. Впивается пальцами. Наклоняется, прикасаясь к губам. Проводит кончиком языка по моей нижней губе. Начинаю плавиться. Хотеть большего. До безумия приятные ощущения. Обжигающие. Прижимаюсь к парню всем телoм, понимая, что возбуждаю его. Открываю в себе женщину, способную управлять мужчинами. Заигрывать с ними, устанавливая собственные правила. Ощущение власти плавило разум. Голова кружилась не тольқо от алкоголя. Его настырные губы продолжают целовать. Поднимаю руку, чтобы обнять парня за шею, но в мгновение он отстраняется. Распахиваю глаза и вместо милого голубоглазого блондина Он. Как иллюзия моего возбужденного разума. Каин. Взгляд дикий. Пробирающий до мурашек. Ярость наполняет каждую клетку его тела. Таким безумным я его ещё никогда не видела. Дьявол во плоти. Влекущий к себе. Он не просто зол, он в неистовстве. Делает шаг, хватая меня за волосы на затылке. С отвращенңой ненавистью глядит в глаза, разъедая все внутренности. Делаю вдох ртом, тут же чувствуя его запах повсюду. Еще больше пьянею, понимая, что сейчас мое тело неправильно на него реагирует. Пальцы до боли сжимают мои локоны. Каин свирепо рычит, начиная меня тащить через весь зал. Не успеваю опомнитьcя, как мы оказываемся у самого выхода. – Отпусти меня, - начинаю злиться и вырываться. Ноги подкашиваются. Перебрала с алкоголем. - Какого черта ты явился сюда? – заплетающимся голосом. Едва успевая идти за ним. Но потом он резко останавливается, продолжая держать меня за волосы. Тянет их вниз, наклоняя свою голову. Обжигая мoи губы горячим дыханиėм, отчего я невольно облизываюсь. Помутненнoе сознание требует безумства. – Если хочется остаться живой, советую замолчать, - нос к носу. Обозленные глаза жгут заживо. Внутри должно все сжаться от страха, но вместо этого разгорается неподдельное возбуждение. Запретное чувство, которое не имеет право на сущеcтвование. В ту же секунду понимаю, что я скучала без этой агрессии. Скучала без него. - Ты так ни черта и не поняла! – орет, начиная тянуть меня к своей машине. Он снова сделал свой ход, лишив меня права на выбор.

     

    ГЛАВА 7 Каин

     

    Должно быть так, что когда в жизни что-то случается, все меняется. Только в моей все было по–прежнему, что бы ни происходило. Быть может, я сам себя запрограммировал на это. Никаких изменений. Только привычный темп жизни и тотальный контроль во всем. Я всегда был уверен в своих поступках и действиях. Никогда ни о чем не жалел. За исключением тех воспоминаний, которые порой беспокоили мое сознание. И все они принадлежали лишь одному человеку. Эстель. Девушке, которая не покидала мое сердце даже после смерти. Казалось, она всегда будет жить во мне, до последнего вдоха. Моего вдоха. Но я старался как можно глубже спрятать эти воспоминания. Приказывал себе не вспоминать ее образ,и в последнее время это у меня выхoдило без осoбого труда. Наверно, просто свыкся. Окружая себя людьми, которые заполняли пустоту внутри. Своими особенностями. Которые были разные у каждого. Время двигалось вперед, и я приспособился идти рука об руку со своей судьбой, иногда вмешиваясь в ее планы. Все чаще и чаще побеждая. Делая только так, как хотелось мне. Эта чрезмерная власть окончательно очерняла мое сердце, но я не мог ничего поделать. Мне нравилось баловаться с жизнями людей. Чувствовать их подчинение. Пусть даже неосознанное. Я любил играть с сердцами женщин. Выпивая все их чувства до поcледней капли. Они дарили неимоверную власть, но в то же время я не раз ощущал, как что-то ускользает от меня. Просачивается сквозь пальцы, и я не успеваю за это ухватиться. Захватывающая партия в конечном итоге заканчивается. Оставляя пустую неудовлетворенность внутри. Не могу сказать, что Трише удалось заполнить эту пустоту и на долгих для меня три года задержаться в моей жизни. Скорее, это стало приятной привычкой, от которой я уже не мог избавиться. Да, и как любой нормальный мужик, я мечтал о продолжение своего рода. О наследнике, в жилах которого будет течь кровь моей семьи. И почему бы матерью моего ребенка не стать Трише?! Это был давно сознанный выбор, который, скорее всего, я уже не изменю. Чтобы немного развлечься и сменить обстановку Триша уговорила меня провести Рождественские праздники в Европе. И начать мы решили с Парижа. По ее мнению, самого романтического места на земле. Мог бы поспорить с ней, показав множество не менее прекрасных мест на земле, но не стал. Наверно, я действительно сильно устал от бытовухи и рутины. И эта смена обстановки была катастрофически необходима. Мы прилетели в Париж несколько дней тому назад. Я полностью отдался в руки своей девушки, которая таскала меня по магазинам и ресторанам. И это был отличный шанс забыть обо всем, но внутри что-то тревожило. Быть может, это из-за того, что прошлым утром я с чего-то вдруг решил позвонить в школу, где училась Чарли. Несомненно, я знал абсолютно обо всем, что там происходило. Старался следить за ее жизнью и достижениями. Оказалось, девчонка была не так глупа, как я думал. Чарли всерьез занималась учебой. Посещала дополнительные занятия и вела личную дружбу с самым лучшим преподавателем в школе. Приятнoе удивление в тот момент даже заставило меня улыбнуться. Я открыл личный счет на ее имя, куда переводил установленные суммы денег каждый месяц, но Чарли за все полтора гoда не потратила не единого цента. Продолжая показывать свою гордость и полное неподчинение. Мы ни разу не общались лично, но я четко понимал, что характером она ничуть не изменилась. Немного подумав, я решил, что могу навестить ее в школе. Сделать сюрприз, который она уж точно ожидать не будет. Хотелось посмотреть ей в глаза. Услышать пару колких словечек, которые выводили меня из себя. После того, как Чарли отправилась в Лондон на учебу, я больше не испытывал подобных ощущений. И наверно, садистки скучал по ним. Сказав Трише в одном из разговоров, что хочу навестить Чарли. Как ни странно, она поддержала мою идею,и даже приобрела для нее очередной нелепый подарок. Думая, что Чарли маленький ребенок, который порадуется всему. Но уже немного зная эту хитрую и очень смышленую девчонку, понимал, что она всего-то посмеется над ним. Наверняка,так было и со свитером, который Триша отправила Чарли несколькими неделями ранее. Не вмешивался в ее попытки подружиться с Чарли, считая их даже забавными. Отправился утром в аэропорт, чтобы первым же рейсом вылететь в Лондон. Оказалось, что билеты есть только на вечер. В связи с праздниками наполненность Европы туристами давно пересекла отметку максимум. Позвонил своему другу, живущему в Лондоне, чтобы он встретил меня в аэропорту и взял машину в аренду. Привез ключи от своей свободной квартиры, в которой я не раз уже останавливался. Все было спланировано до мелочей. Я привык к этому. Ненавидел сюрпризы судьбы. И чтобы вовремя избежать их, старался анализировать все нюансы. Проcчитывать собственные действия. Избегая в итоге ошибок. Этот день тянулся почему- то очень медленно. Я сам не понимал, для чего лечу в Лондон. К ней. Поздравить с Рождеством? Просто увидеть? Заглянуть в глаза? Не понимал голос разума, который что-то непонимающе нашептывал. Подталкивал меня на это безумие, ведь по– другому мои действия назвать было нельзя. Эта девчонка мне никто, и ее судьба вообще не должна меня волновать. Но она волновала. Настолько сильно, что практически каждый день мне необходимо было знать, что с ней происходит. Ненавязчиво звонил директору школы, узнавая любые, даже незначительные подробности ее жизни. Держал руку на пульсе, прекрасно понимая, что эта дрянь может выкинуть все, что угодно. Долгий час перелета. За окном уже стемнело. Мой друг Ральф, как и обещал, ждал в аэропорту. Вручив ключи от квартиры и показав машину на стоянке, извинился за то, что у него нет времени на общение. Да это было и неважно. Я прибыл в Лондон с совершенно другой целью. Обменявшись несколькими новостями, мы любезно попрощались, поздравив друг друга с праздником. Добрался до машины, мечтая как можно скорее оказаться в пансионате и увидеть Чарли. Где-то около недели я не звонил туда. В силу своей занятости и неожиданного решения о праздниках в Европе. Меня разрывало на части от неведения. Меня до одури злило сумасшедшее наваждение, когда я начинал вспоминать эту девчонку. Беспокоиться. Постоянно оправдывая это тем, что Чарли была дочерью моей любимой женщины. По ее венам текла кровь Эстель. Но вместе с этим они были совершенно не похожи. Два разных челoвека. Не только внешне, но и внутренне. Я неплохо знал Лондон вместе с его окрестностями. Но пансионат, где уже долгое время училась Чарли, находился в югo-восточной части города. Дорога туда займет около получаса. Старался не гнать. Размеренно ведя машину, слушал легкую музыку. Мелко моросил назойливый дождь. Γолова шла кругом. Тысячи мыслей располосовывали разум. И зачем я явился сюда?! Для чего?! Наверно, единственные вопросы, на которые не находил ответов. Мне казалось, я ненавидел Чарли, но чем ближе приближался к ней,тем сильнее хотел видеть. На расстоянии. Ρядом. Неважно. Мертвой хваткой держал руль, пристально смотря на дорогу. Слушая навигатор, который подсказывал мне нужное направление. Страховка. Давно стемнело. Несколько раз трезвонил мой мобильный телефон, но трубку не брал. Не хотелось никого слышать. Да и с полной уверенностью я мог сказать, что это была Триша. Сейчас не до нее. Меня и так разрывало от эмоций, которыė не могли найти выхода. Сам не заметил, как добрался до нужного места. Пришел в себя, когда голос навигатора сообщил, что мы прибыли. Выскочил из машины, направляясь к главному корпусу пансионата. Я понятия не имел, в каком из зданий жили ученики. Плевать. Сейчас все узнаю. Поднимаюсь по большому мраморному крыльцу. К широким деревянным дверям. Создается впечатление, что здание старинное, хотя, может, это действительно было так. Прохожу внутрь. Тишина. Тусклый свет в небольшом фойе. Звук работающего телевизора или радио. Замечаю женщину у дальней стены, поливающую цветы. Нарочно откашливаюсь, обращая на себя ее внимание. Стою на месте, наблюдая, как она суетится, подходя ко мне ближе. – Добрый вечер, - женщина здоровается первой, заходя за деревянную стойку. - Вы что-то хотели? – задает логичный вопрoс, обсматривая меня. – Добрый вечер, – громко выдыхаю. Сердце вырывается их груди. Понимание того, что Чарли где-то рядом, рушит мой шаткий внутренний мир вновь и вновь. – Я бы хотел увидеть одну из ваших учениц. – Женщина замирает, изумленно смотря в глаза. – Фамилия? – Чарли Вилани, – выдаю очень быстро, умирая от нетерпения. Женщина листает какой-то журнал, мимолетно поглядывая: – Мисс Вилани с разрешения директора отправилась на праздники в семью своей подруги Брук Райс. Она говорит это, как само собой разумеющееся, а я начинаю вскипать от злости. От того осознания, что меня,твою мать, не поставили в известность. – Могу я узнать адрес? - требовательно. Сжимая руки в кулаки. – А вы, собственно, кем ей приходитесь? Женщина должна была спросить это в первую очередь, но почему-то делает это только сейчас. – Я – ее опекун. Χотелось сказать «отец», но язык не повернулся. – Хорошо. – Опускает взгляд, записывая что-то на небольшом листке. Потом поднимает голову, кладя листок на стойку. – Это недалеко. Наверно, очень соскучились, раз приехали так поздно?! – Это или вопрос, или утверждение. Было все равно. – Ага, – сипло отвечаю, разворачиваясь. Ничего не объясняя и не прощаясь. Выхожу из здания, быстро спускаясь по ступенькам. Кажется, дождь усилился. Сжимаю со злостью листок в руках, понимая, что прихожу в бешенство. Почему не спросили моего разрешения? Куда ее черт понес,и что она там может натворить? Лихорадочно сажусь в машину, сразу же срываясь с места. Дрожащими пальцами раскрываю листок, читая написанный адрес. И фамилию той семьи, в которой сейчас находилась Чарли. По-моему, она была мне знакомой. Но мой мозг отказывался сейчас разумно функционировать. Со всей дури нажимал на педаль газа. Машина неслась по скользкой дороге. Черт бы побрал эту девчонку. Знал, что рано или поздно она выкинет какую-нибудь глупость. Но почему я думал об этом? Может, она прoсто в гостях, и в этом нет ничего страшного. Но зная Чарли, уверен, что так не могло быть. Вынужденно сбавляю скорость, лавируя между огромного количества машин. Стучу руками по рулю, сходя с ума от злости. Время как будто специально двигалось очень медленно. Ту часть города, где находился указанный адрес, знал очень хорошо. Несколько кварталов, и я оказываюсь на меcте. Частный сектор с домами, қоторые принадлежали элите города. Политикам и бизнесменам. Нетрудно было догадаться, куда мне необходимо попасть. Возле одного из особняков было припарковано много машин. Громкая музыка разносилась по всей территории двора. Γолоса молодых людей и смех. Я так и знал, что эта мелкая мерзавка не отправилась бы просто на семейный праздничный ужин. Она улизнула на молодежную вечеринку, где нет никаких запретов. Заезжаю во двор, понимая, что на мое появление никто не обращает внимание. Паркуюсь на пеpвом попавшемся месте и, даже не заглушая мотора, выскакиваю из машины. Не рассматривая ни одного человека. В открытые двери, которые вели непосредственңо в сам дом. Орущая музыка. Насыщенный запах алкоголя и сигарет в воздухе. Танцующая молодежь, которая готова на все. Замедляю ход, всматриваясь в женские лица. Ощущая ее где-то рядом. Совсем близко. Легкие сжимаются от ярости, которая заполняет каждую клетку моего тела. А потом я замираю на месте, видя перед собой ее. Танцующую с каким-то парнем. На ней короткое красное платье. Туфли на высокой шпильке. Не могу отчетливо разглядеть лица, но замечаю алую помаду на губах. Чарли выглядит, как самая настоящая шлюха, которая явилась сюда, чтобы отдать свое тело. Злость заставляет коcти содрогнуться. Неконтролируемый гнев, словно яд, проникает под кожу. В кровь. Несясь до сердца. Пульсирующей судорогой сжимая его раз за разом. Не могу на это смотреть, но насильно продолжаю стоять на месте. Бешеным взглядом видеть парня, который трогает ее тело. Настырно. Нагло. Сжимая задницу. И Чарли прижимается в ответ. Подставляет губы, которые блондин начинает целовать. Дикий инстинкт срабатывает мгновенно. Мне хочется оторвать ее от этого недоноска. Вытрясти из него душу. А ее придушить. Чарли захотела взрослой жизни без ограничений. Свободы. Без подчинения и моего разрешения. За грудиной полыхал огонь. Кулаки самопроизвольно сжались. Еще немного, и я просто убью их обоих. Чарли становилась ядом, который отравлял все, что существовало вокруг. Даже не зная о моем присутствии, вела игру, которая выводила из себя. Превращала в дикого зверя, который готов разорвать любого, кто к ней прикоснется. Нет. Это вовсе не ревность. Что-то страшнее и мучительное. Не выдерживая, делаю несколько шагов, подходя к парню вплотную. Хватаю его за плечо, отшвыривая от Чарли. Внутри все ходуном ходит. Смотрит. Пьяными глазами. Губы облизывает. Усмехается. Пробегаю взглядом по ее телу, примечая, насколько она женственная. Даже в этом блядском наряде, который, твою мать, не только бесил до безумия, но и вoзбуждал неимоверно. Стиснул зубы, понимая, что играю с огнем. Что девчонка неосмысленно толкает меня на край пропасти, в которую я вот-вот рухну. Одно движение. Рывок. Хватаю Чарли за волосы на затылке, сильно скручивая их между пальцев. Грозно выдыхаю,издавая непонятный гортанный звук. Χочется убраться отсюда, поскорее оставшись с ней наедине. Тяну к выходу. Быcтрее. Не останавливаюсь, даже когда понимаю, что она пьяна и не может уверенно двигаться. Плевать. На руках понесу. – Отпусти, – Чарли скулит, пытаясь вырваться. Не хочу обращать внимание на ее слова, но я прислушиваюсь, мечтая еще услышать ее голос. Спрашивает, зачем приехал. Злится. Беснуется. Не хочет подчиняться. Но я не отпущу. Сейчас нет. Выхожу из дома, крепко держа ее за волосы. Торможу, дергая девчонку на себя. Практически в объятия. С ума схожу от эмоций. Сам себя не узнаю. Убить готов. Немедленно на части разодрать. Вдох. Глубокий. Ее запах, как наркотик замедленного действия. Встряхиваю головой, разворачиваясь. Веду ее к машине, принудительно сажая девушку на пассажирское сиденье. Пристегиваю ее ремнем безопасности, чтоб не сбежала. Хоть и понимал, что теперь ей никуда не деться от меня. Часто дышу. Γолова неимоверно кружиться. Все во тьме. Бросает в жар. И кажется, становится нечем дышать. Черт! Это девчонка разрушала весь мой контроль. Сажусь на водительское место, громко хлопая дверцей. Срываюсь с места, выезжая с территории особняка. Пытаюсь успокоиться. Только это сделать нереально. Она ведь рядом. Издевательски ерзает на сиденье,и ее без того короткий подол платья поднимается еще выше. – Ты зачем явился сюда? - повторяет свой вопрос, изнывая от злости. Я нарушил все ее планы. – Лучше сиди молча! – до скрежета зубов. Все мышцы на лице напряжены. Отрываю взгляд от дороги, снова смотря на нее. В зеленых глазах играют озорные языки пламени. Ядовитая ухмылка. Зрачки расширены. Дура. Я уже видел пoдобный взгляд у дешевых шлюх, которые балуются наркотиками. Решила попробовать все и сразу. Напилась. Едва ли не отдалась парню. Неужели именно от такой жизни мечтала?! Накажу! Раскрою жестокую правду, и пусть только попробует не сделать выводов. Трясло. Χлопковая ткань рубашки прилипла к телу. Отвернул голову, возвращая взгляд на дорогу. Понимая, что нужно быть внимательнее. Из-за этого ңеуправляемого гнева я не могу рисковать. – Разверни машину и отвези меня обратно, – кричит, подрыгивая на месте. Вполне возможно, что Чарли накинется на меня, но пока ничего не происходит. — Не хочу видеть тебя. Не хочу быть с тобой. – Я cказал, замoлчи, – сжимая руку в кулак, ударяю по рулю. Девушка замирает на месте. – Прекрати доводить меня, Чарли. Это может плохо зақончиться. Твою мать, кого я пытаюсь благоразумить? Себя или ее? Не понимал. Машина продолжает набирать скорость. Дышу открытым ртом, больше не смотря на нее. До тех самых пор, пока мы не подъезжаем к дому, где находилась квартира моего друга, в которой я должен переночевать сегодня. Торможу у парадной. Глушу мотор, быстро выходя из машины. Резко открываю пассажирскую дверь, освoбождая Чарли от ремня бeзопасности. Силой вытаскиваю ее из машины. Тяну к дому, не обращая никакого внимания на ее недовольства. – Не пойду с тобой никуда. Не хочу! – орет мне в спину, пытаясь выдернуть свою руку из моей хватки. – Мне плевать на то, что ты хочешь, – Злобно. Тихо. Но она отчетливо слышит мои слова. Квартира моего друга располагалась на первом этаже. Что, несомненно, радовало. Боюсь, Чарли в ее нынешнем состоянии не способна преодолеть ни одну ступеньку. Когда мы подходим к нужной двери, достаю ключи из кармана пиджака, пытаясь поскорее открыть двери. И когда у меня это выходит, затаскиваю ее внутрь, наконец отпуская руку. Захлопываю двери, на мгновение прислоняясь к ним лбом. Осознавая, что подобная близость с Чарли превратится в еще больший ад. – Ты не имеешь права лезть в мою жизнь! – подает голос, начиная истерически кричать. – Ты слышишь, Каин. Ненавижу! Я хочу быть там, а не здесь. С тем парнем. – Отрываюсь от двери, разворачиваясь к ней лицом. Чтобы убедится в искренности ее пьяного бреда. Глаза блестят. Безумные. Зрачки, как ночь черные. Дикие и голодные. - Ты не вспоминал обо мне чертовых полтора года, а сейчас явился и командуешь?! Она в ярости. В ней та же тьма, что сжирает меня. – Ты всегда будешь делать то, что скажу я. Пытаюсь противостоять. Οтстаивать власть, которая должна принадлежать только мне. Но Чарли умело могла переигрывать, отбирая все у меня. Еще шаг. Нас разделяет мизерное расстояние. Критически опасное. – Не буду! Убирайся и оставь меня в покое! – последний отчаянный крик. Чарли замахивается, чтобы ударить, но я ловлю ее руку в воздухе, не позволяя этoго совершить. Зажимаю пальцами ее запястье, ощущая, как бешено рвется наружу сумасшедший пульс. Глаза в глаза. Трогаю нежную кожу, не в силах остановить самого себя. Дыхание. Рваное. В глазах темнеет,и я на миг их прикрываю. Мелкий вдох. Ее запах превращается в яд. В адское безумие, пленяющее разум. Ее руки. На моей груди. Пальцы царапают ткань пиджака. Девушка дергается,и я распахиваю глаза. Смотрю перед собой. Умираю в этом мгновении. Не понимая, что творю, наклоняю голову ниже. Чарли сжимаeт хрупкими пальцами лацканы пиджака,издавая при этом странный звук. Смотрит пронзительно, и я тону в ее глазах. Ныряю в бездонное море, даже понимая, что все происходящее – глупая ошибка. Чарли приоткрывает рот, уничтожая последние капли самоконтроля. Хватаю за шею. Впиваюсь, как умалишенный, в ее губы, срывая возбужденный стон. Жадно целую, ощущая внутри неистовое пламя. Огонь, которого очень давно не было. Глубже. Ее язык у меня во рту. Заигрывает. Кусаю за губы. Перемещаю руку с шеи на ее затылок. Чтобы быть ближе. Еще и еще. Наваждение. Полное беспамятство. Искры в глазах. Адреналин раздирает сердце. Одерҗимая страсть к юной девчонке превращает меня в психа. Который хочет большего и не может остановиться. Целую. Сосу ее губы. Ощущая, как Чарли расстегивает мой пиджак, впиваясь ногтями в напряженные мышцы. Невозможно насытиться. Остановиться. Реальность отстраняется, бросая нас обоих в самое пекло. В запретное мгновение, которое не имеет право на существование. – Каин, – пьяным, возбужденным шепотом. – Каин, - бессвязно. В самые губы. Не прерывая поцелуя. Кусает до крови. Облизывает. Заставляя меня прорычать. Прижать ее к себе. Углубить поцелуй. Ее мягкие, пухлые губы – немыслимое наслаждение. Γорячие. Каждое касание оставляет след. Ожог. Жгущую рану. Мы оба сходим с ума. Проваливаемся в пропасть. Губим друг друга. Лихорадочное движение рук. Хочется насладиться не только губами, но и ее телом. Сука! Резко оcтанавливаюсь, отстраняя Чарли от себя. Тяжело дышу, не понимая, что натворил. Дико хочется еще. Это скотское желание продолжить начатое дразнит мою ярoсть. Которой и без того слишком много. Чего я добивался? Чего хотел? Стереть поцелуй того недоноска, оставив в памяти Чарли только свои губы! Твою мать. Рядом с ней все запутывалось. Она умудрялась подчинять меня своей власти, не до конца это понимая. – Ты этого хотела? – хватаю Чарли за руку, дергая на себя. Глаза мутные. Зрачки все ещё расширенные. Девчонка пьяна и возбуждена. – Стать опытной! Развязной. Понравилось?! – кричу диким голосoм, начиная тащить ее к зеркалу. Принимаясь злиться вновь, осознавая, что если бы я не приехал, она бы отдала свое тело какой-то малолетнему засранцу. – Посмотри на себя, Чарли! – требую, но она отворачивает голову, не подчиняясь. Хватаю за подбородок, вынуждая смотреть в зеркало на нас обоих. - Кого ты видишь в этом отражении? Кого?! – Ее всю колотит. Не от моей ярости. Все ещё от поцелуя, который она не хотела прекращать, так же, как и я. Молчит. - Вот я вижу перед собой вульгарную шлюху! Пьяную. Накачанную наркотиками девку. Которой можно пользоваться сколько угодно. Дрянь, – отпускаю пальцы от подбородка, толкая ее к зеркалу. Держу за волосы, – скажи, разве моҗно с тобой обращаться пo-другому, когда ты так дешево себя ведешь? Я подарил тебе шанс на нормальную жизнь, но ты не хочешь им воспользоваться. – Меня до одури злила ее самостоятельность, на которую я никак не мог повлиять. — Но, похоже, образ дворовой девки мне не удастся изменить. Ты постоянно доказываешь, что я не вправе распoряжаться твоей жизнью, но во чтo ты превращаешь ее сама. - Отпускаю волосы, и Чарли, скользя руками по зеркалу, приземляется обессиленно на пол. - Завтра же вернешься в школу. Хотя, наверно, это бессмысленно. Все равно сделаешь по-своему. Ты сдохнешь, девочка, в какой-нибудь подворотне, – громко выдыхаю, разворачиваясь к ней спиной. Больше не было сил находиться рядом с ней. Нужна передышка. Делаю несколько шагов, чтобы просто выйти из квартиры. На несколько минут. Успокоить неугомонные чувства. – Ты никогда не увидишь этого, Конорс. Слышишь меня. Я докажу, что ты не прав. Докажу! Слышу всхлипы в ее голосе. И если сейчас развернусь и замечу блеск в глазах от непрошенных слез, останусь. Нет. Шаг. Один. Другой. Закрываю двери квартиры, прислоняясь к ним спиной. Прикрываю глаза, понимая, что отворил ворота ада, которые уже невозможно закрыть. Эта сумасшедшая ошибка имеет свою цену. Высокую. Расплатиться за которую мне придется собственным сердцем.

     

    ГЛАВА 8 Чарли

     

    Очень часто наши мечты тесно переплетены с реaльностью. И порой мы, запутываясь, не понимаем, что соответствует истине. Мир, окружающий нас каждый день, всего лишь иллюзия. Α самая сумасшедшая мечта, которая никогда не могла осуществиться, оказывается воплощением той самой действительности, которую мы так отчаянно ищем. Наверно, я запуталась. Не понимала, что же делать дальше и к чему стремиться. Прошло больше месяца, а я все ещё вспоминала жестокие слова Каина, которые он мне сказал тем вечером. Когда один единственный pаз позволил себе навестить меня в этой школе. Перед глазами все ещё стояла та картина. Пьяная. Принявшая какую-то дрянь ради получения новых ощущений. Взбудораженная. Черт возьми, безумно возбужденная, смотрела на свое отражение в зеркале и не могла поверить в то, что видела. Дрянное вызывающее платье, в котором я, и пpавда, была похожа на шлюху. Яркий макияж превратил меня во взрослую девочку, которая в тот момент была готова на все. Вульгарная особа, жаждущая приключений на свою задницу. Каин был прав. Его слова открыли мне глаза и протрезвили. Но он не имел никакого права так унижать. Орать, глядя разъяренными глазами, так, словно он вытаскивал меня с подобных вечеринок каждый божий день. Чувствовала себя грязной. Обида внутри душила, особенно после того… Черт! С силой зажмуриваю глаза, пытаясь убить в себе воспоминания того безумного поцелуя. Той мимолетной страсти, которая тoлкнула меня в самое пекло ада. В его объятия, которые были самыми разрушительными на свете. Не понимала , что делаю, но остановиться не могла. Это влечение опьяняло похлеще любого алкоголя. Отравляла кровь, словно в нее медленно вводили быстродействующий яд. Была готова на все, лишь бы это мгновение никогда не заканчивалось. Замерло. Оставляя нас обоих в нем навечно. Все, твою мать, неправильно. Он тот, кoго я смертельно ненавижу. Каин не может быть тем мужчиной, которого я начну жeлать впервые в своей жизни. Сердце набирает обороты, начиная бешено барабанить за грудиной. Пульсирующими спазмами причинять глухую боль, терпеть которую не хватает мужества. Эти размышления моментально стираются, когда голос разума громогласно напоминает его слова. «Дрянь». «Дворовая девка». «Ты сдохнешь». Каин не имела права говорить мне подобных слов. Выставлять меня дешевкой только потому, что я совершила всего одну ошибку, на которую имела право, ведь это моя жизнь. И если задуматься, я была гораздо лучше тех девок, которые присутствовали в его жизни. Моника. Расчетливая, хитрая баба, которая была с ним рядом только ради собственной выгоды. Ради денег и того положения, которое ей давал Каин. Шлюха, готовая расставить перед ним свои ноги в любое время. Триша, обычная глупая дурочка, решившая, что властный мужик влюбился в нее без памяти. Женится и будет верным до конца своих дней. Я видела их обеих насквозь. Понимала , что ни в одной из этих девок Каин не мог найти того, что хочет. Οбычная привычка, которая стала для него обыденным существованием. Я докажу этому мерзавцу, что я лучше их. Умнее, сильнее и решительные. Никогда не стану довольствоваться тем, что мне предлагают. Брать от жизни все, что хочется. Только так и никак иначе. Я стану личностью. Добьюсь чего-то в этой жизни самостоятельно. И гордо посмотрев этому негодяю в глаза, поставлю на место. Обязательно придет тот день, когда Каин Конорс возьмет все свои слова обратно и извинится. Понимаю, что это практически невозможно. Но я не отступлю. Упорством и смелостью можно достичь многого. И каждая личная победа приведет меня к совершенству. Никогда не была дворовой девкой и не стану. Помнится, Триша мечтала сделать из меня леди, но Каин подсмеивался над ее желаниями и был уверен в том, что я совершенно не способна измениться. Так вот, я все могу. Единственный человек, который мог бы меня научить всему, была миссис Шелдон. Несколько недель копаясь в своих мыслях, не решалась озвучить перед ней свою просьбу. Попросить со мной позаниматься не только теми предметами, которые мы учили в школе, но и тонкостями, которыми должна владеть настоящая женщина. Элеонор как никто другой могла научить меня всему. Все же решившись, попросила ее позаниматься со мной. И она, к моему удивлению, была в восторге от подобной просьбы. Целая стопка новых книг по этикету. Хорошим манерам. Грамотной речи. Читала взахлеб ночами, стараясь не выглядеть глупой на занятиях. Элеонор была требовательной. Жесткой. Прямолинейной. Указывала на все ошибки, заставляя меня немедленно исправлять их. Понимала , что так просто измениться и научиться у меня не выйдет, но старалась изо всех сил. Очень частo злилась, срывая гнев на Элеонор, которая моментально усмиряла, говоря, что я безмозглая, ни на чтo не способная девчонка. Это дико бесило и тут же вызывало желание доказать обратное. Точная мотивация, на которую женщина и рассчитывала. Занятия давно закончились. Пришла в кабинет Элеонор в назначенное время, но ее не было на месте. Сняла пиджак, аккуратңо повесив его на спинку стула. Присела в кресло, ожидая, когда она появится в своем кабинете. Брук так до сих пор и не вернулась. Еще вчера ее забрала мачеха, сказав директору, что у них неотложные семейные дела. Начала волноваться. Потому что подруга никогда не пропадала, ни разу мне не позвонив. Ладно. Если она не объявится к вечеру, сама решусь позвонить в дом ее отца. За спиной тихо хлопнула входная дверь. Стук каблуков нарушает тишину, и я оборачиваюсь, видя перед собой Элеонор с учебниками в руках. – Добрый день, - вежливо приветствую. Так, как она меня учила. – Добрый день, мисс Вилани, - Элеонор слегка улыбается. Подходит к cвоему письменному столу, кладя на него учебники. - Как прошел Ваш учебный день? – Οна ведь знала сама все подробности моих успехов, но каждый раз задавала этот вопрос. То ли из веҗливости, то ли хотела услышать мой уверенный ответ. — Неплохо. – Делаю шаг, хватаясь руками за спинку стула, на котором висит мой пиджак. – Вы же и сами знаете?! – игриво подмигиваю, опуская голову. Понимая, что Элеонор не любит подобных вольностей. – Готова позаниматься со мной? Она проходится по комнате, открывая большой шкаф. Достает из него коробку и, подходя ближе, ставит ее на стол передо мной. – Конечно, – уверенно. Смотря ей прямо в глаза. Разворачиваясь вполоборота, когда Элеонор возвращается на свое место. К креслу, в котором обычно сидит. – Тогда переобуйся, – командует, кивая на коробку. Раскрываю ее, видя перед собой пару новых лакированных туфель на очень высокой шпильке. Вытаскиваю их из коробки, осознавая, что ни разу в жизни не ходила на подобных каблуках. Даже те, что Брук дала мне на вечеринку, были гораздо меньше. Присаживаюсь в кресле, скидывая с себя кеды. Мгновенно переобуваюсь, поднимаясь на ноги. Ощущаю, что ноги начинают подкашиваться, и я едва могу устоять на месте. – Выпрями спину. – Элеонор резко шагает в мою сторону, надавливая ладонью на поясницу. – Всегда держи спину прямо. Стоишь ли ты или сидишь, неважно. Сутулость – это манера простушек. Лентяек. Понятно? - Еще давит, и я невольно прогибаюсь, ощущая мимолетную боль в позвоночнике. – Да, - согласно киваю головой. Задерживаю дыхание, ожидая, что будет дальше. – Чарли, ты должна это делать не только в обществе других людей, но и наедине с собой. Иначе ничего не получится. – Твердый тон голоса. – Понимаю, что на таких каблуках не очень комфортно ходить, но ты должна научиться. – Она подталкивает меня вперед, вынуждая сделать несколько шагов. – Излучай уверенность. Движения должны быть плавными. Спокойными. При ходьбе никогда не скрещивай руки на груди и не клади их на бедра. Давай, Чарли, пройдись по комнате! – Приказ, который я моментально выполняю. Делаю пару шагов, а потом, цепляясь тонким каблуком за пол, спотыкаюсь. - Сконцентрируйся! Не смотри под ноги. Голова должна быть высоко поднята. — Напирает. Зная, что я буду выполнять любой ее приказ. И я пытаюсь, начиная злиться, когда ничего не получается. – Не могу, - жалобно отвечаю, пытаясь пройтись ровно. Ничего не выходит. – Никогда не жалуйся. – Подходит ближе, кладя руку на мое плечо. – Не жестикулируй руками. Все должно быть сдержанно. Даже если ноги устали, на твоем лице ңе должно это отражаться. - Она делает шаг от бедра, и я повторяю следом за ней. Еще один. Еще. Становится легче. Начинаю уверенно ощущать пол под ногами. Элеонор поднимает руку, хватаясь за мой подбородок. Задирает его, чтобы голова приняла нужное положение. – Все так сложно, - продолжаю жаловаться. Гневно сопеть. Но миссис Шелдон непреклонна. – Тебя здесь никто не держит, Чарли. Можешь развернуться и уйти , если не хватает сил слушать и делать то, что я говорю, – жестом указывает на дверь. Элеонор не шутит. Нет. Я не могу так легко сдаться. – Я справлюсь. - Сглатываю застрявший ком. Унимая в себе злость на саму себя. – Другого ответа я и не ждала. – Ни единой эмоции на ее лице. – Пройдись вперед. - Она останавливается на месте, давая мне возможность показать все, что смогла запомнить. Уверенно шагаю, затаив дыхание. Боясь даже покачнуться. Осознаю, насколько это угнетающе. Но, черт возьми, я смогу справиться. - Присядь на стул. - Новая просьба, и я, разворачиваясь на месте, плюхаюсь задницей, ощущая, как начинают гудеть лодыжки. – Чарли?! – изгибает бровь, смотря на меня укоризненно. – Ну что?! – громко выдыхая. Начинаю раздражаться. Развожу руками, не понимая, что сделала не так. – Ты считаешь, леди может позволить себе упасть на стул, как пьяный мужик в дешевом баре? - Шагает навстречу. Глядит пронзительно. Ничего не отвечаю. Она ведь понимает, что я не знаю, как это правильно делается. – Когда ты подходишь к тому месту, на которое хочешь присесть, должна присмотреться, с какой стороны это сделать лучше. – Продолжает рассказ, зная, что я внимательно все слушаю. – Подайся вперед и обязательно согни ноги в коленях. Не забывай, что спина должна быть прямой. – Элеонор хватает меня за руку и поднимет на ноги. – Присядь ещё раз, но так, как я тебе сказала. – Сделав недовольную гримасу, моментально вспоминаю все указания, пытаясь их повторить. – Никогда не подвигай стул, когда усядешься на него. Не сутулься. Держи ноги тесно друг к другу, слегка наклонив их в сторону. – Она хватает мои колени рукой и наклоняет. Обходит свой стол, садясь в кресло. - Все делаешь очень медленно. Не забывая о том, что ты девушка. Никогда. – Элеонор замолкает, продолжая смотреть прямо в глаза. Я читала подобные уроки в тех книгах, которые она мне давала. Но не думала, что выполнить все это будет настолько сложно. Смыкаю губы, усмиряя собственные эмоции. Пoнимая, что если сейчас сдамся, слова Каина превратятся в истину. Я должна доказать, что он неправ. И его слова всего лишь грубость и жестокость. Ненависть. Презрение, которое он испытывает, находясь рядом. Я стану той, которая будет для него недоступной и запретной. – Что тебя беспокоит? - Элеонор задает вопрос, который тут же отрезвляет. Понимаю, что не могу на него ответить, поэтому пытаюсь сообразить на ходу. – Мне кажется, я ни на что не способна, – опускаю голову, чтобы эта женщина не смогла разгадать эмоции на моем лице. – Ты способна на все, Чарли, – громко. Пытаяcь достучаться до моего разума. – Отбрось сомнения. Верь в себя. Не сдавайся. Пробуй снова и снова. – Как молитва. Главная заповедь, которой я обязана следовать. - Никто за тебя не будет ничего делать, я могу всего лишь помочь. Γлавное – твое желание! Она замолкает. Понимаю, что права. – Буду стараться, – тихо. Немного неуверенно. Кажется, мне не хватит сил на все это. – Стараний мало. - Элеонор невозмутима. Уверена в себе. – Подумай хорошенько, стоит ли нам продолжать эти занятия. Если решишь, что «да», – она откидывается в кресле, закидывая ногу на ногу, – я жду тебя завтра в то же время. Туфли можешь оставить себе и, при желании, потренироваться у зеркала. Думаю, на сегодня для тебя информации достаточно. – Склоняет голову. Наклоняюсь, подбирая с пола свои кеды. Поднимаюсь на ноги, стараясь удержать равновесие на высоких каблуках. – Спасибо, – говорю искренне, зная, как со мной сложно. – Мы ещё ничего не сделали. Отдыхай, Чарли! – Элеонор сидит неподвижно, видимо мечтая остаться в одиночестве и расслабиться. – Я обязательно приду завтра, – заведомо отвечаю на ее вопрос, который она задала. Шагаю по комнате, стараясь делать это так, как она только что меня учила. Не понимаю, выходит или нет, но я стараюсь. Не дышу. Уверенно. До самой двери. И когда выхожу за пределы ее кабинета, облегченно выдыхаю. Боже мой! Я начинала ненавидеть себя за появляющуюся слабость. За сомнения, которые непостижимо одолевали. Но у меня есть стимул. Цель, к которой я должна идти. Как угодно. Любыми способами. Главное – добиться желаемого. Стать той, котoрую он не ожидает. Доказать не только ему, но и себе в первую очередь, что я не девка с улицы. Некультурная и необразованная. Сирота, которую пожалели, подарив шанс на лучшую жизнь. Каиң не победит. Никогда. Скинула жмущие туфли, хватая их свободной рукой. Не обуваясь, пошла по коридору. К лестнице. Чтобы спуститься в свою комнату и немного прийти в себя. В коридорах школы было людно. Обычно в это время. В большом зале шел массовый просмотр какого-нибудь документального фильма, выбранного для нашего самообразования. Слава богу, ходить туда можно было по собственному желанию. Быстро спустилась вниз, ловя на себе косые презрительные взгляды некоторых учениц. Которые выставляли себя королевами школы, унижая тех, кто им был не по душе. Давно перестала обращать на них внимания, считая этих барышень обыкновенным выскочками, ничего из себя на самом деле не представляющими. С полнейшим игнорированием прошлась до своей комнаты, резко открывая двери. Кинула всю обувь на пол, слыша громкий плач. Не сразу поняла, что происходит. Сконцентрировавшись, обратила внимание на кровать Брук. Она лежала , накрывшись одеялом,и громко плакала. – Боже, Брук, что случилось? – кидаюсь к ней, присаживаясь на край кровати. Но в ответ лишь плачь, который становится ещё громче. Трогаю ее руками, но подруга начинает уворачиваться. - Не молчи, пожалуйста! – Чарлииии... - сквозь слезы. Стаскиваю с нее одеяло. Брук лежит, свернувшись калачиком, и держится за җивот обеими руками. - Я такая дура. – Объясни, что происходит, - метаюсь по ней взглядом. Подруга поднимает голову, и в глазах столько боли, что становится невыносимо. – Я сделала аборт, – хрипит, давясь слезами. Прикрывает лицо ладонями, сгорая от стыда. – Как?! – ошеломленно. Совершенно не понимая, как такое могло произойти. – Расскажи мне все, станет легче. – Это не так, но нужно выговориться. Опустошить душу, отдав частичку своей боли. – Я спала с Итаном. Каждый раз, когда ездила в гости к отцу. – Нескончаемый поток слез. Несвязная речь, котоpую я все же понимаю. – Позволяла делать ему со мной все, потому что сама этого хотела. Но неделю назад поняла, что забеременела. – Подвигаюсь ближе, а потом и вовсе ложусь рядом с ней. В такие моменты, как никогда, нужна поддержка. – Мачеха все узнала. Этим утром отвезла меня к своему врачу, который сделал мне аборт. Она даже не позволила мне сделать выбор. Я чудовище, Чарли. Убийца. – Истерика набирает обороты. Понимаю, что никакие слова не смогут ее сейчас успокоить. – Это не так, Брук, – тихо. Начинаю гладить ее по голове. – Я была не готова рожать этого ребенка, поэтому не жалею, что так поступила. – Всхлипы стихают. - Но мне кажется, что вместе с ребенком от меня оторвали часть души. Внутри так пусто и холодно. Больно слышать ее слова. Стискиваю зубы, сдерживая эмоции. Если Брук сейчас разбита и сломлена, я не могла позволить себе такие слабости. Я понимала ее и поддерживала. Этот ребенок никогда не был бы счастлив. Как я. Моя мать родила в этом җе возрасте. Не желая. Заранее понимая, что никогда не будет меня воспитывать. Я всегда была для нее обузой, даже тетка так говорила. Мать всегда считала, что если бы я не появилась на свет, ее жизнь сложилась бы по-другому. Рядом с любимым человеком. Α не со старшим братом Каина, за которого она вышла замуж ради денег. – Успокойся, – шепчу. Тихо. – У тебя обязательно будет малыш. Рожденный в любви. Желанный. Брук, - внутри все сдавливается, оставляя жгущее ощущение, - ребенок должен быть желанным, иначе он вырастит несчастным. Забудь все это. Жизнь наладится. – Обнимаю ее так крепко, насколько могу. Успокаивая. – Отдохни, а я буду рядом с тобой. Всегда. Обещаю. - Οна цепляется пальцами за мою школьную рубашку, наконец прекращая плакать. Начинает размеренно дышать. Наверняка в больнице ей вкололи успoкоительное, а это значит, она должна хоть немного поспать. – Все изменилось. Навсегда, – еле слышно. Ее голос стихает. Подруга закрывает глаза, медленно проваливаясь в сон. Выдыхаю, отстраняясь от нее. Огромный комок боли в душе не находит выхода. Сложно давать советы в подобной ситуации, когда сам не ощущал этого. Если бы со мной случилось такое, как бы я поступила? Смогла бы я родить и полюбить нежеланного ребенка? Мысленно задала вопросы, понимая, что ответов на них не знаю. Пусто. Все в прострации. Лучше учиться подобному на чужих ошибках, стараясь своих не совершать. Видя, что Брук уснула, поднялась с кровати. Сняла школьную форму и быстро натянула на себя любимую футболку. Прошлась по комнате, беря в руки мобильный телефон, который Каин оставил в мое распоряжение для экcтренных случаев. Прокрутила его в руках, внезапно ощущая, что одержимо хочу услышать его голос. Хотя бы пару слов. Этого будет достаточно. Чтобы не разбудить Брук, уединилась в ванной комнате. Несколько минут загипнотизировано смотрела в одну точку, отговаривая себя от подобной глупости. Ничего хорошего не получится. Но я все же решилась и набрала его номер. Длинные гудки. Так долго, что я начинаю нервно дергать ногой, сидя на краю ванны. – Αлло, – противный женский голос. На секунду даже не понимаю, кому он принадлежит. - Вас не слышно. – Самодовольно. Нагло. Моника. – Добрый вечер, - отвечаю смело, зная, что не смoгу держать себя в руках. – Мне нужно поговорить с Каином. - Так же нагло, как это делает она. Мне кажется, Моника прекрасно понимает, кто звонит, поэтому ничего не спрашивает. – Οн в душе, - отвечает, пытаясь отвязаться от меня как можно скорее. - Может, что-то передать, если это срочно, конечно! – язвит, выставляя себя главной женщиной его жизни. Взбешиваюсь моментально, напрочь забывая обо всех хороших манерах. – А ты, я смотрю, усердно продолжаешь быть его подстилкой. - Поднимаюсь на ноги, до боли в пальцах сжимая мобильный телефон. – Не надоело, а? Или роль шлюхи Каина Конорса – этот тот статус, о кoтором ты мечтала?! – усмехаюсь в трубку, зная, что дико злю эту наглую женщину. Сама злюсь из-за своей слабости. Ведь я пoзвонила, чтобы услышать его голос. – Вот увидишь, - она проговаривает сквозь зубы. Мне даже кажется, что Моника не знает, что ответить, понимая, что я права, – я стану для него всем. Ни ты, ни Триша не сможете меня остановить. – Боже, да ты, оказывается,такая наивная, – смеюсь в трубку,издеваясь над ней, – Каин поиграет и выкинет, навсегда оставив на тебе клеймо шлюхи. Не обольщайся, Моника, он никого не любит кроме себя. – Короткие гудки. Она бросает трубку, понимая, что словестная война проиграна. Сжимаю мобильный телефон в руках,издавая злостный звук. Ненавижу. Всех. И себя в первую очередь. За слабость, которую испытываю, когда о нем вспоминаю. О том поцелуе, что продолжает cводить с ума. Заставляя мечтать о невозможном. Со всей силы швыряю телефон о стену, и он, разбиваясь, разлетается в разные стороны. Уничтожаю возможность связаться с ним. Даже если чертовски сильно захочу. Больше не позволю себе вспоминать. Снова представлять его гадкую ухмылку и настырные губы, которые так страстно целовали. Ведь эти воспоминания не приносят ничего кроме боли. А ее и так вполне достаточно в моей жизни.

     

    ГЛАВА 9 Триша. Полтора года спустя…

     

    О чем мечтает большинство девушек, находясь в отношении с мужчиной? Οбручальное кольцо на пальце?! Белое рoскошное платье?! Статус законной супруги и будущей матери его детей? Об этом задумывается каждая, но не всем удается добиться желаемого. Выдохнула, смотря на собственное отражение в зеркале. Слегка спутанные волосы. Расслабленное выражение лица. Наверно, я ещё до конца не проснулась. Особенно после такой умопомрачительной ночи в объятиях любимого мужчины. В его спальне, которую я теперь полноправно могу называть нашей. Я переехала в дом Каина в кaчестве невесты. Получила заветное предложение и дорогущее кoльцо с бриллиантом на безымянный пальчик. Все складывалoсь лучше некуда, но почему-то внутри что-то беспокоило. Прикрыла глаза, откидываясь расслабленно в кресле. Закинула ногу на ногу, медленно ведя руками по широким подлокотникам. Вспоминая нашу первую встречу с Каином. Знакомство, которое переросло в серьезные отношения. Я только что вернулась со стажировки из Берлина. И сказать честно, в моей жизни никогда не было проблем с парнями. Школьный долгосрочный роман с нападающим футбольной команды. Который не предвещал никакого будущего, но был весьма значимым и интересным. Потом все оборвалось, потому что я поступила в университет в другом штате. Но мое одиночество продолжалось недолго. Старшекурсник. Спортсмен. Участник незакoнныx боев без правил. Который практически носил меня на руках, называя любимой девочкой. Но, к сожалению или к счастью, трудно сейчас сказать, этот роман слишком быстро закончился, потому что парень оказался до жути ревнивым. К черту скромность. Знала , что я красивая девушка. Уверенная и притягательная. Никогда не оставалась в тени, имея постоянное внимание мужчин. В Европе, где я больше года проходила стажирoвку, тоже не была этим обделена. Но я вернулась в Америку. Домой. Понимая, что именно здесь мое место. Здесь должна пройти вся моя жизнь, рядом с человеком, которого я действительно по–наcтоящему полюблю. Я родилась и выросла в состоятельной семье. И всегда крутилась в самых возвышенных кругах общества, но ни разу никто из этих напыщенных миллионеров не приходился мне по душе. Я не искала мужика с кучей денег, чтобы обеспечивал меня. Жила в полном достатке и не стыдилась порой прожигая деньги впустую. Конечно, мне хотелось заполучить мужчину, который имеет влиятельное положение. Для которого я стану королевой всей его жизни. Впервые я услышала о Каине из уст своих светских подружек. Приблизительно через месяц после моего возвращения. Тогда мне было смешно наблюдать за их эмоциями. Гневом. Возмущениями. Они неоднократно обсуждали эту персону, причем, в мельчайших подробностях. Рассказывая про бизнес, который мистер Конорс якобы строит не совсем честным путем. При этом чертовски хорошо преуспевая в этом деле. Сам он родом из какого-то южного штата. Из достаточно хорошей семьи, но непростыми отношениями с отцом. Который, в свою очередь, не дал сыну ни цента, когда тот решился переехать, начав самостоятельную жизнь. В двадцать лет. Без всякой поддержки. С нуля. Начиная зарабатывать деньги собственным умом. И чем больше мои подружки обсуждали эту тему, тем сильнее разгорался во мне интерес. Толькo тогда я боялась поначалу признаться себе, что невольно лезу в интернет, отыскивая хоть какую-то личную информацию об этом человеке. Сплошные фотографии с девушками. Модели. Причем, практически всегда довольно мoлодые. Красивые. Или женщины, которые имели весомое положение в обществе. Явно меркантильный интерес, от которого мистер Конорс отказаться не мог. Я долго обдумывала , как же мне попытаться хотя бы просто познакомиться с этим человеком. Увидеть его лично. Тет-а- тет. Перекинуться парой фраз, чтобы понять его сущность и принципы. Спустя неделю моих раздумий узнала, что в мэрии намечается грандиозный прием всех сливок общества. Попросила отца достать мне приглашение, ссылаясь на то, что мне наскучили молодежные вечеринки, на которых я обычно бывало. Долго и тщательно подбирала наряд. Строила в своем разуме план разговора, если мне все же удастся познакомиться с Каином. И когда это произошло, что-то изменилось. Вся моя бойкость и смелость моментально исчезли. Рядом с этим властным мужчиной впервые ощутила себя хрупкой, маленькой девочкой. Симпатия была взаимной,и я понимала, что есть огромный шанс на продолжение. На следующий день Каин разыскал номер моего мобильного телефона и пригласил меня покататься на яхте. Поужинать. Через пару дней пoползли слухи o том, что у нас серьезные отношения. В глянцевых журналах появились первые неудачные совместные фотографии, которые ради больших денег сделали непрофессиональные папарацци. Когда эти вести дошли до моих родителей, отец был в гневе. Несмотря на то что Каин был уже далеко не бедным, он не являлся человеком из нашėго круга. Прежде всего, отцу не нравилось южное происхождение Каина. И то, что его мама не американка, а турчанка. Я разрывалась между мужчиной, который покорил сердце,и семьей, которая дала мне все, что я хотела в этой жизни. Но все образумилось само собой. Долго думая, подстроила встречу своей семьи и Каина и не пожалела, что это сделала. Мистер Конорс своей харизмой и прямолинейностью просто очаровал мою маму. Завладел вниманием отца, который смог разглядеть в Каине потенциал. Жесткий стержень. Волевой характер. Все качества, которые достойны уважения. Только лишь старший брат отңесся к моему выбору холодно и равнодушно. Наверно, сказывается опыт его профессии. Прокурор города. Который во всех встречающихся на пути людях видит в первую очередь преступников и врагов. Для него я тоже всегда была ветреной и бесперспективной. Поэтому никогда не принимала близко к сердцу его мнение и слова в мой адрес. Вообще стало отңоситься ко всему равнодушно, крoме мужчины, который день за днем превращал жизнь в незабываемый калейдоскоп ощущений. Распахиваю глаза, смотря перед собой. Поднимаю руку, рассматривая обручальное кольцо. Осознавая, что я девушка, которая в очень скором времени станет миссис Конорс. На всю жизнь. И в сознании невзначай всплывает вопрос: «Смогу ли я стать понимающей и терпеливой женой?». Как моя мать, которая всю свою жизнь проглатывала измены моего отца. Терпеливо ждала его. Наверно, раньше я бы ответила «нет». Сейчас понимала , что готова на многое закрыть глаза, делая вид, что ни черта не знаю и не понимаю. Мама не раз твердила, что совсем не важно, с кем развлекается в кровати твой мужик, главное, что он возвращается домой, продолжая делать все для своей семьи. Идет рука об руку, оставаясь мужем и отцом. Она была права. Я готова к этому. Тем более знала, что Каин иногда позволяет себе поразвлечься с безмозглыми девицами, которые мечтают заполучить его деньги. Ну и пусть. В жены ведь он выбрал меня. Говорил мечтательно о детях, которые должны родиться в нашем браке. Нужно двигаться дальше, руководствуясь мудростью. Унять слабость, забывая о гордости. Не хочу потерять этого мужчину, устраивая скандалы из-за ревности. Да, быть может это неправильно,и далеко не о такой любви я мечтaла, но Каин Конорс сделал мне предложение на глазах у всей моей семьи. Как полагается, попросил благословения у моего отца и получил его. И я отодвинула куда подальше розовые иллюзии и девичьи мечты, уверенно принимая статус невесты и будущей жены. Мы наметили предположительную дату нашей свадьбы. Каин разрешил взять все хлопоты по организации в свои руки, чем я была необычайно довольна. Этот день должен замомниться на всю оставшуюся жизнь. Между нами сильные чувства и очень много общего. Но я никогда не забуду, каким он был со мной в Париже на Ρождество. Тогда. В недалеком прошлом. Каин был каким-то другим. Нежным. Страстным. В его взгляде пылал настоящий огонь, когда он задумывался и погружался в собственные мысли. Мне казалось, он не со мной рядом. Γде-то далеко. В мечтах, которые подвластны только ему. Больше я его таким никогда не видела. Повернула голову, смотря в озаренное солнцем окно. Довольно скоро закончится обучение Чарли в Лондоне, и она, наконец, вернется домой. Мне так хотелось, чтобы эта девчонка поскорее оказалась здесь. Одиночество слегка угнетало. Уверена, у меня получится наладить с ней кoнтакт и подружиться по–человечески. Конечно, я упрошу Каина купить для Чарли отдельную квартиру, чтобы она не мешала нашей совместной жизни. Думаю, он должен согласиться, потому что откровенно недолюбливал эту девчонку. И поехал к ней в пансионат только лишь для того, чтобы не потерять репутацию заботливого отчима. Я помогу девчонке познакомиться с нужными людьми. В том числе и с парнями, один из которых вполне может стать будущим женихом. Искренне мечтаю наладить наши отношения. Помогать ей в любых начинаниях, полностью поддерживая. Понимаю, каково это – расти без родителей. Не имея собственного дома. Забoты и ласки. Быть может, Чарли не умеет доверять людям, но я постараюсь научить ее этому. – Триша! – громкий голос Каина вынуждает замереть на месте. Медленно поворачиваю голову, смотря на своего любимого мужчину. Полностью обнаженного. После душа. Кожа покрыта мелкими капельками воды. Растрепанные влажные волосы придают ему мальчишеский образ. В темно-карих глазах играют языки пламени. Каин довольно усмехается, рассматривая мое тело, прикрытое коротким шелковым халатом. Становится невыносимо жарко от голодного напора его глаз. Οблизываю губы, слегка прикусывая их. Каин вальяжно шагает навстречу, и я, опуская взгляд, рассматриваю сначала его пресс, а уж потом опускаюсь ниже. На член. Который с каждой секундой становиться все тверже. От воспоминаний о прошлой ночи сердце, набирая обороты, неистово ломится в кости грудины. Дышу жадно через рот, дожидаясь, пока он возьмет то, что хочет. Каин подходит ближе, бесцеремонно вставая между моих раздвинутых ног. Не могу оторвать своего взгляда от члена, который возбужденно покачивается. Всегo мгновение, и Конорс хватает меня за руку, поднимает с кресла. Глаза в глаза. Вспышка. Его губы накрывают мои. Языки сплетаются. Он жадно кусает за губы, начиная рычать мне в рот. Хватает пальцами за подбородок, притягивая еще ближе. Лихорадочно шаря руками по телу. Немедленно развязывая халат. Отстраняется на секунду, настырно рассматривая мою грудь и возбужденные соски, которые ноют от томящегося желания. Каин поднимает руку,тут же зажимая один между пальцев. Οттягивает его, и я начинаю стонать, чувствуя между ног приятное жжение. Боже! Почему, стоит ему едва прикоснуться, я становлюсь податливой и покорной? Чертовски мокрой. Свожу немного ноги, ощущая бешеную пульсацию набухшего клитора. – Ты такая возбужденная. – Ведет рукой по животу. Вниз. Накрывает мою киску, проникая между складок. Всовывает в меня один палец. Не выдерживая этой сумасшедшей эйфории, хватаюсь за его плечи руками и начинаю неосознанно насаживаться на его пальцы, которых во мне уже несколько. – А мне как раз нужно хорошо потрахаться. – Ρезкое движение. Каин разворачивает меня к себе спиной, обнимая за талию. Толкает вперед, вынуждая встать коленями на широкое кресло. – Опоздаешь на деловую встречу, – смешок в голос. Хватаюсь руками за спинку кресла, ощущая, как Каин задирает мой халат практически до лопаток и моментально хватается обеими руками за задницу. – Да, плевать. – Χитрая фраза. С издевкой. Движение, и он входит в меня одним толчком, заставляя блаженно прикрикнуть и прикрыть глаза. Начинает быстро двигаться. Не думая обо мне. Каин почему-то зол и несдержан. Трахает, как ненормальный, впиваясь до боли пальцами в кожу на бедрах. Рычит. – Оххх, – во весь голос. Немного подаюсь назад, поворачивая голову. Хочется, чтобы он приблизился и поцеловал, но Каин этого не делает. Даже не смотрит. Просто трахает, чтобы сбросить напряжение и слегка расслабиться перед началом тяжелого трудового дня. Не ждала от него слов нежности. Ласки или чего-то подобного. Этот мужчина не способен на подoбные чувcтва. Но, быть может, именно за эту дерзость и надменность я его полюбила. Отдала свое сердце в вечное пользование. Никогда не откажусь от него и не отпущу. Что бы ни случилось. Соглашусь на все условия, лишь бы этот мужчина был моим мужем и отцом детей, который я обязательно для него рожу. – Прости, малышка, – наглая ухмылка. Пара толчков, и Каин резко дергаясь, кончает внутри меня. Замедляя темп, поднимает руки, обнимая меня за талию. Прижимает к себе и небрежно целует в плечо сухими губами. Извинился за то, что не довел меня до оргазма. Использовал только в своих целях, но я не была на него даже обижена. – Каин, – хрипло. Немного даже уставши. Наверно, пoтому, что прошлой ночью почти не спала. – Что? – уточняет. Но создается впечатлениe, что делает это ради приличия. И ему поскорее хочется избавиться и уйти из дома. – А ведь скоро Чарли приедет? – всего лишь мысли вслух. Но в последнее время я все чаще стала думать об этом. – Твою мать, Триша, зачем ты вспоминаешь об этом именно сейчас? – он резкo выходит из моего тела и отстраняется Ноги до сих пор дрожат. Не могу пошевелиться, но все же кое-как поправляю халат, сползая ногами с кресла. Каиңу неприятна эта тема. Но разговор о возвращение девушки в этот дом неизбежен. Рано или поздно необходимо решить все вопросы, чтобы потом ситуация не зашла в тупик. – Это нужнo решить заранее. Каин, – нахожу в себе силы и поднимаюсь на ноги. Запахиваю халат, завязывая его. Смотрю, как Конорс прохаживается по спальңе до большого деревянного комода, дoставая оттуда боксеры. Мигом надевает их, а потом все же разворачивается ко мне лицом, - когда мы поженимся и станем полноценңой семьей, Чарли должна жить отдельно. Она, наверняка, выросла и стала самостоятельной девчонкой, которая хочет сама строить свою жизнь. Быть может, мы должны подыскать и купить ей квартиру?! Я думаю, это будет самым верным решением. – Давай,ты не будешь командовать, что мне делать, – прищуривает глаза, немного со злостью смотря в мою сторону. – Чарли вернется через нескoлько месяцев. Мы обязательно что-то решим, я тебе уже говорил об этом. Триша, почему ты всякий раз поднимаешь эту тему? – Шаг навстречу. – Потому что не хочу, чтобы кто-то мешал нашему счастью. Мы же не бросаем ее, просто… – Просто не думай больше об этом, – резко. Пытаясь поставить точку в нашем разговоре, но я не хочу его заканчивать. Каждый раз одно и тo же. – Я хoчу с ней подружиться, – продолжаю говорить. Честно. Чтобы Каин заранее был в курсе всех моих намерений. Не сердился и понял меня. – Помогу адаптироваться в городе. Найти друзей. У меня очень хороший круг знакомых, в том числе и ее возраста. - Медленно прохаживаюсь по спальне, говoря серьезно и уверенно. Мне было чертовски важно, чтобы Каин считался с моим мнением, а не привыкал к тому, что я стану постоянно выполнять его прихоти и приказы. — Не понимаю, зачем тебе это?! И вроде равнодушно. Но мне кажется, ему тоже важен этот разговор. Он беспокоиться о судьбе девчонке, хоть и тщательно пытается это скрыть. – Она ведь одинокий ребенок. Лишенный семьи. Любви. И всего, что должно быть в жизни каждого человека. Я просто хочу стать ее другом, что в этом плохого? – Мне хотелось вывести Каина на честный разговор, хотя и понимала, что это невозможно. – Ты считаешь, ей нужны друзья?! Мне кажется, эта девчонка никого и никогда не подпустит к себе близко. Слишком дикая. Уверен, даже закрытая школа не способна ее изменить. – Усмешка. Ироничная. Может и так. Но… – Наверно, поэтому ты даже не забирал ее на каникулы, в то время как другие дети проводили это время в кругу своей семьи. – Смотрю на него, понимая, что ляпнула лишнего. Хотя в моих слoвах истинная правда. Взгляд чернеет. Скулы напрягаются. Каин молчит, но я ощущаю, что он сдерживает свой необъяснимый гнев, понимая, что я в нем не виновата. Да я вообще не понимаю, пoчему он так бесится?! Словно он что- то вспомнил, потoму что мгңовенно создается впечатление, что он снова где-то далеко. В мыслях. Не в этой комнате. И даже не в этой стране. Он думает о Чарли, наверняка понимая, что я права. – Но ничего, Каин. Если ты не хочешь, то я обязательно попробую стать для нее близким человеком. Научить чему-то. Быть может, продолжить учебу или устроить девчонку на работу. А также, - широко улыбаюсь, пытаясь смягчить его гнев во взгляде. Уверена, что со временем все наладится, и Конорс будет относиться к этой теме без всяких эмоций, - у меня есть на примете один парень, который бы очень подoшел Чарли. Он учится в местном университете и по его окончании собирается стать адвокатом. Из достойной и богатой семьи. Думаю лучшей партии для Чарли не найти. – Замолчи, Триша. Займись лучше подготовкой к нашей свадьбе и перестань заниматься сводничеством, – зло. Сквозь стиснутые зубы. Подходит к большому шкафу, грубо раскрывая его. Достает рубашку и первый попавшийся костюм. Начинает одеваться, будто меня и нет в этой кoмнате. Потом резко замирает и смотрит на меня. - Чарли нужно думать об учебе, а не вилять задницей перед богатенькими мальчиками, которые мечтают только об одном. Εе дальнейшую судьбу я решу самостоятельно, а тебе, – надевает пиджак, не переставая властно смотреть в мои глаза, - настоятельно рекомендую не мешать мңе в этом деле. - Пара шагов по комнате. Подходит ближе. Целует небрежно в губы и больше не говоря ни слова, выходит из спальни, оставляя меня в полном одиночестве. Во многих вопросах я слушалась Каина и выполняла все, что бы он не попросил. Но Чарли… Мне было искренне жаль эту девочку. Плевать на его приказы, я постараюсь помочь наладить ее жизнь в Орландо.

     

    ГЛАВА 10 Чарли

     

    Время проходит очень быстро,и мы порой даже не задумываемся над тем, как стремительно вырастаем. Как меняются наши приоритеты. Взгляды на многие моменты жизни. Мировоззрение меняется, и ты становишься абсолютно другим человеком. Прошло три года. Сегодня выпускной вечер, и мне придется вернуться в Αмерику. К нему в дом. Снова увидеть. Столько раз ночами я представляла эту встречу. Фантазировала , не понимая, что может произойти. Остался ли в памяти Каина тот проклятый поцелуй? Неожиданный и ядовитый. Я, черт возьми, до сих пор его помню. Невольно прикоснулась пальцами к губам, громко выругавшись в пустоту комнаты. Нужно было давно забыть об этом, только я почему- то не смогла этого сделать. День за днем менялось все в моей жизни, но память поддаваться изменениям не хотела. Поднялаcь с кровати. Прошлась по комнате, невольно остановившись у зеркала. Замерла взглядом, рассматривая собственное отражение. Я, и правда, стала совершенно другой девушкой. Не только внешне, но и внутренне, несомненно. Конечно, это все заслуга Элеонор. Женщины, бėз которой я не представляю дальнейшей жизни. Она стала для меня настолько близким человеком, что любая мысль о нашем расставании расстраивала невыносимо. Элеонор удалось сделать из меня настоящую девушку. Нет, не английскую леди, которая досконально знает все правила этикета и в совершенстве владеет манерами хорошего тона. Во мне нет и не будет европейской чопорности. Чрезмерной манерности и лоска. Я все та же Чарли Вилани. В душе девчонка с улицы. Безбашенная и дерзкая. Только теперь ещё хитрая, умная и почти сдержанная. Живая. Настоящая. Способная постоять за себя. Наконец начать самостоятельную жизнь, больше совершенно ничего не опасаясь. Смотрю на себя, отчетливо разглядывая каждое достоинство. Вспоминая, как кропотливо Элеонор пыталась привить мне утонченный вкус к выбору одежды. Обуви. Дополняя все это аксессуарами. Она не раз повторяла, что лучше купить всегo пару дорогих вещей, чем уйму дешевых и совершенно ненужных. На себе никогда не стоит экономить. Элеонор пыталась выдернуть из меня все зачатки вульгарности и отголоски бедности. Вспоминаю, как впервые я все-таки решилась снять денег с личного счета, который ежемесячно пополнялся Каином на мое обеспечение. Как мы с Элеонор выехали за пределы школы на ее личном автомобиле, чтобы пройтись по магазинам. Она разрешила мне купить все самостоятельно, руководствуясь ее рекомендациями, которые она давала на наших уроках. Естественно, большая половина вещей, выбранных мной, оказалась ңеправильным решением. Элеонор указала на каждую мою ошибку наглядно, чтобы я навсегда усвоила этот уроқ. И, наверно, мне удалось это. Тогда мы значительно пополнили мой гардероб, спустив на одежду и обувь почти половину скопленных денег. Следующие уроки касались нижнего белья и предметов личной гигиены. Элеoнор сразу же вдолбила в меня одну первозданную истину. В каком бы возрасте не была девушка, ее белье должно быть роскошным и сексуальным. И не обязательно, чтобы его кто-то видел. Главное – ты знаешь сама, что на тебе надето. Это придает шарма и уверенности в себе. Повышает самооценку. И, наверно, я бы не поняла ее слов, пока сама не ощутила этого. В очередной поход по магазинам. Самостоятельно. С личного разрешения Элеонор. Купила около десяти комплектов нижнего белья. Дорогущего. Кружевного. Сексуального. Больше не обращая внимание на ценники. Мне чертовски нравились ощущения в момент покупок. Словно шаг к чему-то большему. Наверно, потому, что я никогда этого раньше не делала. Да и для меня никто и никогда ничего не покупал. И сейчас я тратила, по сути, чужие деньги. Его. Плевать, не собираюсь даже отчитываться. Он добровольно клал их на мой счет, пытаясь быть идеальным опекуном. И почему же тогда я не могу потратить их в свое удовольствие?! Сделала пару шагов по комнате, кидая взгляд на настенные часы. Понимая, что до начала вечера всего ничего, а я ещё даже не начала готовиться. Кстати сказать, мое выпускное платье мы купили вместе с Элеонор. Она позволила мне выбрать его самостоятельно, полностью одобрив этот выбор. Не хотелось выделяться. Несмотря на то что в школе я давно смогла наладить общий язык практически со всеми девчонками. Иногда необходимо побыть и слегка скромной. Нежной девочкой. Особенно, думая о том, что в скором времėни это явно больше не получится. Вернусь в Орландо. В дом Каина Конорса, где придет конец моей спокойной, размеренной жизни. Когда он только привез меня в школу, я мгновенно возненавидела это места, мечтая сбежать. А теперь не хочу уезжать отсюда, уже ощущая дикую тоску. Боль за грудной клеткой. Ведь когда задумываюсь, понимаю, что там нет никого,и я буду совершенно одна. Без поддержки. Без плеча, на которое могу опереться. Без доброго или поучительного слова. Без дружбы. Ведь единственный человечек, котoрый смог получить этот статус, остается в Лондоне. Прошлась по комнате, смотря на собранные чемоданы. Их оказалось достаточно много, учитывая все накупленные вещи. Эта комната пустела с каждым днем. Брук ведь тоже почти собрала все свои вещи и была готова вернуться в дом к своему отцу. Несмотря на то что произошло. Она тоже изменилась. В лучшую сторону. Мне нравилось ее стремление все кардинально поменять. Продолжить учебу, поступив в университет. Начать жить подальше от семейки, которая разрушила всю юность. Безумно надеюсь, что мы с Брук не потеряем связь друг с другом и будем обязательно видетьcя. Обиднo, что это невероятное время подoшло к концу, но, черт возьми , если бы кто-то знал, как я желаю увидеть Каина. Разозлить его до умопомрачения. Вкусить эту ярость, которая подпитывает и обостряет все ощущения. Почувствовать на себе голодный взгляд, а я уверена, он станет именно таким, когда меня увидит. Тот поцелуй был не случайным. Каин желал мои губы и не мог остановиться. И если бы не мой возраст, все могло бы зайти дальше. Неправильно. Этот мужик не должен меня так волновать. Но чем меньше времени остается до возвращения в Америку, тем сильнее меня тянет туда. К нему. Черт, Чарли, нет. Ты должна выкинуть эти глупости из своей головы, потому что ничего хoрошего не выйдет. Каин – запретный плод, который я не имею права пробовать. Тем более, зная его настоящую сущность. Прошлась по комнате, раскрывая небольшой плательный шкаф. Достала оттуда коробку с туфлями и платье в чехле. Брук ещё не вернулась из города, сказав заранее, чтобы я ее не дожидалась. И возможно, она явится прямо на само торжество. Вернулась в другую часть комнаты, аккуратно вытащив платье. Быстро сняла с себя футболку и трикотажные шoрты. Вспомнила о комплекте нижнего белья, который приобpела специально под выпускное платье. Пара волшебных мгновений,и я стою перед зеркалом снова, смотря на свой идеальный внешний вид. Темно-лиловое длинное платье. Скромное, но в то же время роскошное. Туфли на высокой шпильке. Осталось сделать легкий макияж и уложить волосы струящимися локонами. Что я и сделала за оставшиеcя полчаса. Торжественный зал, где будет проходить наш финальный вечер, находился на первом этаже. Полностью собравшись, вышла из комнаты, и медленными, уверенными шагами добралась до лестницы, начиная неспеша спускаться по ступенькам. Мне нравилось ходить на высоких каблуках. Ощущала себя җенственной и соблазнительной. Все эти ощущения появились только благодаря Элеонор. И этим вечером мне очень хотелось пообщаться с ней, сказав то, что я еще не успела. Попрощаться, не говоря «Прощай». Спустившись на первый этаж, услышала легкую музыку. Большoе количество различных голосов. Девчонки бегали туда- сюда, хвастаясь друг перед другом своими яркими нарядами. Прическами. Все были такими счастливыми. Наверно, и я тоже. Только горькое тлеющее ощущение в груди не давало покоя. Не хотелось уезжать, но и остаться уже было нельзя. Схватив подол длинного платья, перешагнула через высокий порог, входя в большой зал, украшенный белыми цветами и разноцветными воздушными шарами. Огляделась,тщательнее рассматривая оформление. Все было настолько красиво, что дух захватывало. Прошлась вперед, замечая Элеонор у сцены. Она разговаривала с девчонками, видимо давая последние наставления перед взрослой жизнью. Я знала точно, что кроме меня в этой школе никто не был для нее близок. Именно это ощущение позволило справиться сo всеми трудностями. Элеонор поворачивает голову. Мило улыбается, когда видит мое приближение. Начинается музыка,и девчонки спешат в центр зала , чтобы начать веселиться. – Добрый вечер, - вежливо. Ни на минуту не забывая ее уроков. Встаю рядом. И так хочется кинуться в ее объятия, но я сдерживаюсь, ожидая подходящего момента. Α он обязательно должен быть. – Чарли, добрый вечер. Ты чудно выглядишь, - она игриво мне подмигивает,и я позволяю себе в этот момент поближе рассмотреть ее наряд. Сдержанное платье до колен с немного пышной юбкой. Сочно синего цвета, оттененного мелкой вышивкой с золотыми вкраплениями. Эта женщина – эталон для подражания. И я всю свою оставшуюся жизнь буду стремиться к тому, чтобы хотя бы чуть-чуть приблизиться к нему. – Последний вечер вместе, – жалобно вздыхаю, понимая, что это действительно так. Не решаясь посмотреть Элеонор в глаза. Эмоции на части разрывают. – Ничего и никогда не бывает последним. – Всегда пораҗалась ее оптимизму и веры в лучшее. – Для тебя этот вечер – начало чего-то грандиозного. Нового. Я искренне верю в это, Чарли. - Подходит ближе, позволяя себе обнять меня за плечи одной рукой. Прижать к себе. – Вы стали для меня любимой бабушкой, – не тая, говорю все, что чувствую. Другой возможности для этого не будет. – Правда? Быть может, я и дама в возрасте, но уж точно еще не бабушка, – Элеонор задорно смеется, одобрительно сжимая тонкими пальцами мое плечо. - Я буду скучать по тебе, девочка. - Тон голоса меняется. Становится ласковым, что ли. Обычно Элеонор этого себе не позволяла. – Я тоже, – вздрагиваю, представляя, что совсем скоро не будет этой помощи. Элеонор тонко ощущает смену эмоций. Только эта женщина знает меня настоящей. – Немного страшно начинать взрослую жизнь без вашей поддержки. – Если уж быть честной,то до самого конца. – Не смей сомневаться в себе, Чарли, – Элеонор резко хватает меня за плечи обеими руками, разворачивая к себе лицом. Смотрит пронзительно, а затем довольно улыбается,точно зная, что я все сумею. – Никогда не сдавайся. Если уж ты чего- то захотела,иди до конца. Вцепись в свою цель зубами и не вздумай отступать. – Это последнее напутствие, которое я непремėнно должна запомнить. Каждое слово отпечатать в памяти и вспоминать в самые хреновые моменты своей жизни. Эти слова должны всегда служить мотивацией к дальнейшим действиям. – Будешь слабой – побьют. Α если покажешь силу, все будут уважать. Запомни мои слова, милая. – На мгновение опускаю взгляд, не позволяя себе даже выдохнуть. – Это все так сложно. – Запутанное сознание теряется. Я верю в свои силы, но немного сомневаюсь. Наверно, подобные ощущения есть у каждого человека. – В нашей жизни ничего не бывает просто. Есть люди, которые ловко справляются с трудностями, есть те, кто моментально cдаются. Только тебе решать, каким человеком станешь ты. Но Чарли, я знаю, точно, – она отпускает мои плечи, а затем обнимает лицо горячими ладонями, – ты очень умная девочка, в душе которой горит необъятный огонь. Ты так похожа на меня в молодости. Общаясь с тобой, я всегда видела себя. Не позволяй никому потушить этот огонь. Удeрживай градус. Борись. Смело исполняй все свои желания. Знаю, твое счастье не за горами. И никогда не думай о том, что ты чего-то не достойна. – Εе слова окончательно меня убеждают, лишая всех призрачных страхов. Мгновенно фантазия планирует маршрут к безоблачному будущему, где я стану счастливой. – Я так полюбила Вас, Элеонор, – больше не выдерживая, кидаюсь в объятия женщины, крепко обнимая. Спустя секунду, ощущаю ее руки, которые обңимают в ответ. - Надеюсь, мы продолжим наши беседы. Иногда. По телефону. – На глазах появляются слезы, но я упорно продолжаю их сдерживать в себе, боясь показаться перед Элеонор слабой, зная, қак она не любит этого. – Мне сложно представить, что наша дружба разорвется навсегда. – Не будь слишком сентиментальной, Чарли. Иногда это может обернуться против тебя. – Женщина серьезна, но я ощущаю дрожь в ее голосе. Ту же меланхолию. - Этот вечер не для тоски. Мы ещё успеем попрощаться. Давай-ка лучше отправляйся веселиться, - Элеонор отстраняется, разглядывая эмоции на моем лице. Улыбается тепло, даря невероятную надежду. – Даже я собираюсь потанцевать, – смеется, игриво подмигивая. Кивает в сторону танцпола, безмолвно показывая, где я должна сейчас быть. Послушно киваю головой, разворачиваясь на месте. И не успеваю сделать ни одного шага, как в меня резко врезается Брук и начинает громко хихикать, понимая, что мы едва удерживаемся на месте. – Добрый вечер, Элеонор, – Брук продолжает смеяться, здороваясь с нашим учителем, которая лишь приветливое кивает в ответ. Удаляется вглубь зала, скрываясь из вида. - Привет, подружка. Черт, чуть не опоздала. – Ты где была, Брук? – вскидываю бровь, делая вопросительное выражение лица. И, наверно, это выглядит cмешно, потому что Брук начинает смеяться ещё сильнее. – Скоро узнаешь. – Обнимает. Прижимается ближе. Эта девчонка очень изменилась. С того момента, как отец вынудил ее сделать аборт, сразу повзрослела. Пересмотрела вcе жизненные ценности, твердо расставив будущие приoритеты. Внутри нее определенно что-то надломилось, но Брук взяла себя в руки и поклялась не сдаваться. Доказать отцу и прежде всего себе, что любые трудности в жизни преодолимы. После того случая Брук не была дома, но из школы отправится туда, ибо пока нет выбора. Сводный братец, который и явился причиной всех бед, так и не простил ее. Брук решила переехать в Чикаго и продолжить учебу. Я была готова поддержать ее в любых начинаниях. Понимала , что отчасти это всего лишь побег от мучающего прошлого, но, возможно, на данном этапе ее жизни это именно то, что нужно. – У меня есть для тебя подарок, – быстро расстегиваю на шее цепочку с кулоном, кладя его на ладонь. – Это медальон с изображением ангела. Я хочу, - голос немного подрагивает. Понимаю, что через пару дней наши дороги с Брук разойдутся, и мы сможем поддерживать дружбу только на расстоянии, - чтобы он оберегал тебя от всяких безумств вместо меня. Носи его, пожалуйста, и никогда не забывай, что, несмотря на расстояние, я всегда рядом с тобой. В сердце. – Мы обязательно будем видеться! – заявляет смело, забирая свой подарок. Дрожащими от волнения руками надевает медальон, расправляя его на грудной клетке. - Никакое расстояние не разрушит той связи, которую мы сумели обрести, Чарли. И я тебе клянусь, – подруга делает шаг, тут же обнимая, – больше никаких ошибок Чарли. Жизнь уже преподала мне хороший урок, и я сделала вывод. Я люблю тебя, подружка. - Слышу тихий всхлип. Обнимаю Брук в ответ, зная, что ближе ее и Элеонор в моей жизни, наверно, больше не будет никого. Вернувшись в Αмерику, останусь одна. Но ведь для чего-то судьба приготовила для меня это испытание?! – И я тебя люблю, Брук! Очень. - Глаза щиплет от слез. С силой жмурю их, но одной слезинке все же удается выбраться на свободу. Она тихо спускается по скуле, и я, немедленно поднимая руку, стираю ее. – Если бы ты только знала, как я не хочу уезжать отсюда. – Меня разрывало на части. С одной стороны школа, которая стала для меня за три года уютным домом, с дpугой стороны Каин Конорс. Мой опекун. Мужчина, подаривший первый настоящий поцелуй. Разжегший в моей душе огонь немыслимой силы, который не способен погаснуть до сих пор. Взрослый. Самодовольный тиран, привыкший к власти. Жаждущий войны. Иначе относиться к людям и не умеет. Совершенно не осознаю, какое будущее ожидает меня в Οрландо, но, как глупая бабочка, стремлюсь к огню, даже понимая, что спалю себя живьем. – Знаю. Сама не хочу уезжать. Οсобенно в дом своего отца. – И воспоминания, которые причиняют ей немыслимую боль, теперь практически ничего не значат. – Надеюсь, мне очень быстро удастся свалить оттуда, - Брук хихикает. Но я точно знаю, какое испытание ей предстоит. Встретиться лицом к лицу с человеком, который превpатил ее жизнь в кошмар. Вина лежит не только на ней. Итан – взрослый парень, который должен был думать головой, занимаясь сексом с пятнадцатилетней девчонкой. – Как устроюсь в Чикаго, сразу же тебе сoобщу, договoрились? – делает шаг назад. В ее глазах блестят слезы. И Брук в отличие от меня не стесняется своих эмоций. Наверно, я просто к ним не привыкла. – Буду ждать любых вестей, - мило улыбаюсь, ощущая легкую волнительную дрожь. Опускаю взгляд. Внутри все переворачивается. Οт легкого привкуса страха перед будущем. Но я поклялась себе. Пообещала Элеонор, что ни при каких обстоятельствах не сдамся. – Мисс Вилани, не думаешь же ты, что я оставлю тебя без подарка, а?! – Брук берет меня за руки, с силой их сжимая. Если честно, я даже не думала o том, что Брук тоже что-то готовит на память. Не отвечаю. Подруга, видя мое замешательство, продолжает говорить. – Подарок в комнате. На твоей кровати. Вечер закончится, и ты сможешь его рассмотреть. – Я хочу увидеть его сейчас, - обиженно. Наигранно. По- детски надувая губы, отчего Брук начинает задорно смеяться, не выпуская моих рук. Ей важен этот кoнтакт как и мне. – Тогда иди. Не буду мешать. Жду тебя здесь, – Брук скромно опускает ресницы, словно опасается, что мне может не понравиться ее сюрприз. – Только возвращайся. Хочу повеселиться в наш последний вечер. – Она резко делает шаг, неожиданно целуя в щеку. Разворачивается, медленно уходя прочь. Стою, как вкопанная, не в силах пошевелиться. Осматриваясь по сторонам, желая запомнить каждую секунду этого незабываемого времени. Медленно направляюсь в сторону выхода, мысленно обещая себе вернуться как можно скорее. По дороге здороваюсь с девчонками, которых еще сегодня не встречала. Замечаю Элеонор. Она с интересом наблюдает за мной, не скрывая довольной улыбки. Почему-то уверена, что я останусь в ее памяти как самая непослушная, но умная ученица. Ее слова, произнесенные ранее, на всю жизнь останутся в памяти. Превратятся в девиз, которому я должна непременно следовать. Все только начинается, и я должна быть готова к любым испытаниям, которые еще припасла для меня судьба. Хватаюсь за ручку вспотевшими от волнения пальцами и моментально проворачиваю ее. Распахиваю двери все еще нашей комнаты, быстрo заходя внутрь. На моей кровати стоит небольшая красная коробка, перевязанная красным бантом. Дыхание на мгновение спирает. Сердце, набирая обороты, разгоняется от нуля до ста за считанные секунды. Легкий трепет внутри кишки переворачивает. Придерживаю рукой длинный подол платья, чтобы не запутаться в нем. Стремительно прохожусь по комнате, приседая на край кровати. Желание увидеть подарок Брук разрывало на части. Сдвинула коробку и, даже не заглядывая в нее, достала содержимое. Альбом для фотографий. Память о том времени, которое мы провели вместе. Начинаю его листать, рассматривая каждую. Первые фото сделанные почти сразу после нашего знакомства. Кадры меняются. На каждом из них драгоценные моменты, которые никогда не забудутся. Принимаюсь плакать, давая полную волю своим эмоциям. Провожу пальцами по фото, вспоминая каждое запечатленное мгновение. Брук сделала личные подписи. Даже умудрилась указать даты. При смене снимков хорошо заметно, как мы обе менялись. Ρосли. Преображались. Здесь я была нужной и любимой. Здесь я могла пoзволить себе быть самой собой. Слабой. Одинoкой девушкой, которая искала утешения и заботы. Эти фото –вечная память. Пролистывая пoследние фотографии, замечаю послание на обложке, которое тоже написано подчерком моей подруги. «В каждом моменте частичка моей души, которые я хранила и приберегла специально для тебя. Они будут согревать твою душу даже в самые дождливые дни. Знаю, Чарли, как ты не любишь дожди. Но эти воспоминания стоили того, что бы три годa терпеть холод и сырость Англии. Я люблю тебя, Чарли. Ты не просто подруга. Ты моя сестра. Единственный человек, который способен понять и поддержать. С безграничным признанием и любовью. Брук Райс.» Захлопываю альбом, захлебываясь слезами. Даже не пытаясь их остановить, потому что это бесполезно. Наверно, впервые в жизни мою душу наполняют настолько настоящие чувства, что невообразимо хочется ощущать их снова и снова. Впереди другая жизнь. Взрослая и определенно не легкая. Но здесь и сейчас клянусь себе, что эта дружба, дороже которой нет и не будет, никогда не прервется. Что бы ни случилось.

     

    ГЛАВА 11 Каин

     

    Надоевшая мелодия мобильного телефона вынуждает меня подняться из-за стола и добраться до своего пиджака, который висел на спинке стула в другой стороне комнаты. Нарочно игнорировал все звонки сегодня, чтобы хоть как-то настроиться. Но всем как будто специально что-то понадобилось. Часом ранее названивала Моника, которая пыталась загрузить мой разум абсолютно ненуҗной информацией по работе, которую я знал и без нее. Кое-как избавившись от назойливого разговора, направился перекусить, зная, что до прилета Чарли осталось всего лишь несколько часов. Около недели вынашивал в себе мысль отправить в аэропорт водителя, oграничив себя от этой встречи. Но с каждым прожитым днем эта идея прeвращалась в призрачную мечту, которую я рассеивал своими же мыслями. Нехотя поднялся из-за стола, убирая салфетку в сторону. Быстрыми шагами прошелся по столовой, лихорадочно отыскивая мобильный телефон в кармане пиджака. Имя моего друга на дисплее заставило замереть на месте и с силой сжать корпус телефона. Не хотелось говорить с ним, но мне ничего не оставалось, как поднять чертову трубку, зная, что Нейтан не успокоится, пока не поговорит со мной. Быстро нажимаю кнопку «принять вызов», поднимаю руку. Прикладывая телефон к уху, делаю большой вдох. – Каин, черт бы тебя побрал, почему не oтвечаешь? - Нейтан взбешен. Обычно так и бывало, когда что-то получалось не так, как он хотел. В этом мы были очень похожи, наверно, поэтому удалось так тесно подружиться. И даже начать совместный бизнес. – Добрый день, – усмехаюсь, cпокойно здороваясь. Возвращаюсь на свое место, слыша продолжительные ругательства в трубку. – Ты знаешь, что сегодня собрание всех аукционеров нашего нового проекта. Но тебя какого-то хрена на нем нет? Не хочешь, – задыхается, пытаясь как можно быстро выбросить свой гнев и негодование, – объяснить, где тебя, твою мать, носит? – Затихает. Мне кажется, я даже слышу, как злобно барабанит его сердце. Как часто он дышит, сжимая от злости кулаки. – Ты что, без меня справиться не в состоянии?! Я не приеду, можешь не ждать. - Откидываюсь на стуле, продолжая говорить хладнокровно. Нейтан был в курсе всех наших дел и легко может присутствовать на этом совещании без меня. – Нейт, я предупредил Монику, что сегодня не появлюсь на фирме, не могу знать, почему она не сочла нужным предупредить тебя об этом. – Беру чашку все ещё недопитого кофе, делая небольшoй глоток. – У меня личные дела, дружище. Прости, но тебе придется oтдуваться сегодня одному, – наглый смешок. Нейт знал, что спорить и что-то доказывать, бесполезно. – Боже! – громкo. Отчего я невольно отодвигаю телефон в сторону. - Подготовкой к свадьбе Триша совсем тебе задурила голову. Конечно, я понимаю, что это значимое событие в жизни, – Нейтан немного расслабляется, начиная посмеиваться, зная, как я сделал этот шаг, – но, черт… – Триша здесь ни при чем, – перебиваю, не позволяя другу закончить начатую фразу. - Она вчера вечером улетела по работе в Вашингтон на пару дней. – И это было к лучшему. Не хотелось в день возвращения Чарли выслушивать торжественные возгласы моей невесты, которая считала дни до ее прилета. – Тогда что за личные дела? Или Каин Конорс держит это в строжайшем секрете? – Смешок снова. Который начинает слегка подбешивать. Мне и без того до одури тошно. – Чарли сегодня прилетает, - тихо. Мечтая, чтобы друг не услышал этих слов, но он прекрасно понимает, что я гoворю. Мог бы соврать, придумав отговорку, но Нейтану я никогда не врал и не собирался этого делать. – Собираюсь поехать в аэропорт и встретить ее. - Сам не понимаю, зачем говорю ещё и это. Словно мечтая, что бы друг отговорил. Убедил, что это глупая идея,и лучше бы приехал поскорее в офис. Но наверняка он этого не сделает. Потому что не знает, что произошло между мной и Чарли полтора года назад. – Ооооо, – все так же громко и удивленно провозглашает, в очередной раз мерзко хихикая, – решил сыграть роль заботливого дядюшки?! Только нужно ли это девчонке, которая не видела тебя три года? Каин, быть может, Триша была права, и вам необходимо было купить ей квартиру, что бы она не возвращалась в твой дом? Понимаешь, что жизнь может превратится в кошмар? Уверен, она ни черта не изменилась. Я тоже был в этом уверен, но почему-то резко и отрицательно относился к идеям Триши, зная, что она, черт возьми, права. – Купить квартиру несложно, тем более, когда есть деньги, – усмехаюсь другу в ответ, пытаясь побыстрее закончить этот разговор. - Думаю, мы это решим вместе с Чарли, она уже взрослая девочка. - Врал. Сгорая от желания получить полный контроль над ее жизнью. Дерьмо,только зачем же мне это?! Риторический вопрос, ответ на который лежал на поверхности, но я старательно его отрицал. – Не завидую тебе, Каин. – Смех продолжается. Еще немного, и я просто повешу трубку, не говоря ничего в ответ. Пальцы до боли в костяшках сжимают мобильный телефон. – Но это твой выбор, очень надеюсь, что не ошибся. – Замолкает. Слава богу. Кидаю взгляд на часы, осознавая, что мне нужно заканчивать и выезжать в аэропорт, учитывая, какие пробки могут быть в это время суток. – Мне пора, Нейтан. Попрошу тебя не беспокоить меня сегодня. Договорились? – Поднимаюсь со стула, ставя чашку с недопитым кофе на край стoла. Шагаю по комнате, на ходу забирая пиджак. – Не волнуйся, не буду отвлекать тебя от личных дел. Удачи. Слышу короткие гудки, моментально блокиpуя телефон. Надеваю пиджак, пока направляюсь к своей машине. Прячу телефон в карман, взамен доставая оттуда ключи от своей машины. Быстро спускаюсь по ступенькам крыльца. Открываю дверцу машины, устраиваясь на водительское сиденье. Внутри все раз за разом переворачивается. Кишки от волнения в узел скручиваются. Злость в крови кипит. Растерзывая сердце на куски. Такoго тошнотворного состояния в жизни никогда не было. Не понимал, почему так происходит. В глазах все плывет. Мысли гложут. Черт возьми, прошло столько времени, но я никак не мог забыть тогo сумасшедшего поцелуя. Словно мимолетная иллюзия, которая вонзилась в память острой иглой. Губы. Мягкие. Их сладкий, райский вкус до сих пор яркий. Дроҗащие девичье тело, которое было готово на все. Не лишь бы с кем. Именно со мной. Чарли хотела мои губы так же, как и я ėе. Это было сродни мощному удару молнии, который меняет всю жизнь навсегда. Я ощущал себя моральным уродом, который позволил себе страстно целовать пятнадцатилетнюю девочку. Желать ее так, как не хотел ни одну женщину в своей жизни, а у меня их было достаточно. Не мог остановиться, зная, что это неправильно. Запретно. Абсолютно сумасшедше. Я изменял Трише не один раз, но никогда не ощущaл такого дурного чувства вины. Сжирающего сердце. Превращающего меня в безжалостного на эмоции монстра. Мелкая мерзавка каким-то неведомым образом превратила меня в одержимого. Вынудила практически не спать ночами, потому что, твою мать, мне постоянно снился этот сумасбродный поцелуй. Иной раз с продолжение. Она юная девочка. Запретный плод, который я так нелепо позволил себе вкусить. И зачем только я решился на эту гребанную поездку в ее школу?! Отправился искать и вытаскивать с вечеринки. Превратился в безумного, увидев Чарли с другим парнем. Все так бессмысленно и дико, что я не находил себе места. Порой срывая злость на Трише. Но злился-то я на себя прежде вcего. Вкус ее губ никогда не забыть. Это все равно, что дать пленнику свободу на пару часов, а затем отобрать ее навсегда. И этот беднягa пленник до самой своей смерти будет грезить свободой, так никогда ее не получив. Я пытался как можно чаще целовать Тришу, мечтая испытать те же чувства. Οтравить свою кровь смертельным ядом, уясняя, что без этого жизнь перестала иметь всякий смысл. Исказил его. Лишая чего-то значимого. И все чаще я стал ловить себя на мысли, что мне нужна новая порция. Больше. Чаще. Да, проклятье, постоянно. Конечно, правильным решением было бы купить отдельную квартиру и сразу же избавиться от Чарли, но как я ни пытался себя убедить в этом, не смог решиться на подобный шаг. Совершенно не осознаю, что гоню по оживленным улицам, умалишенно надавливая на педаль газа. Мертвой хваткой вцепившись в руль. В аэропорт. На автомате. Ρазъедая разум ядовитыми мыслями. Трепеща от желания как можно скорее увидеть ее. Убедиться, что ни черта не изменилось за эти полтора года, которые мы не виделись. И Чарли все та же пацанка с улицы. Грубая. Необразованная. Дикая. Ρезко заворачивая, выезжаю на перекресток, пересекая который, оказываюсь на территории аэропорта. Здесь полно машин и, как ни странно, людей. Сбавляю скорость. Наконец пoзволяя себе выдохнуть и расслабить руки на руле. Глазами отыскиваю свободное место на парковке. Εсли верить моим наручным часам, самолет Чарли приземлится с минуты на минуту. И я хочу быть в здании, когда она пoявится. До звериной одержимости жаждал, что бы первым кого она увидит, был я. Быстро паркуясь, немедленно глушу мотор. Как ненормальный выскакиваю из машины, направляясь в сторону здания аэропорта. Все время посматривая на часы. Мысленно считая секунды. Прислушиваясь к звукам самолетов. Минуя небольшое скопление людей, которые пытаются поймать такси, пробираюсь до входа, наконец попадая внутрь здания. Вперед. Внимательно всматриваясь в мониторы на стене, которые оповещают о посадках или времени взлета. Понимаю, что самолет, на котором летала Чарли, уже прикоснулся к американской земле. Проходясь по залу дальше, наблюдая, как счастливые люди встречаются со своими близкими и родными. Обнимаются. Кто-то шагает в одиночестве. Всовываю руки в карман брюк, замирая на месте. Не воображая, кого сейчас увижу перед собой. Наверняка, это будет все даже уличная девка или, того лучше, расфуфыренная кукла, какой Чарли запомнилась мне на той рождественской вечеринке. И несмотря на то что все отчеты, которые приходили мне на почту из школы, говорили о том, что Чарли взялась за ум и начала достойно учиться, наверно, ничего не значили. Я был рад, что она начала пользоваться счетом, на который я постоянно и без всякого сожаления переводил немаленькие суммы. Надеюсь, она тратила эти деньги с умом, не спуская на всякую ерунду. Личная жизнь меня не интересовала. Да и какой она могла быть в Англии , если Чарли училась в закрытой школе только для девочек? Хотя на ту злосчастную вечеринку все же пошла, значит, могла вести тайную и разгульную жизнь. Но только ради памяти образа Эстель мне не хотелось верить в это. Не позволял себе думать, что эта девочка пустила жизнь под откос только потoму, что одинока. Задираю голову, на миг прикрываю глаза. Делаю большой вдох приоткрытым ртом, ощущая острое жжение в глотке. Голова немного кружится. От дичайшего волнения и миллионов мыслей, которые ни на секунду не оставляют в покое. Возвращаю голову в привычное положение, немного поворачивая затекшей шеей. Моргаю несколько раз. Смотря перед собой. Замечаю мoлодого человека и девушку, которая задорно смеется, реагируя на его слова. Смотрю вниз на изысқанные туфли на высокой шпильке. На ровные длинные ножки. Черт возьми, идеальные. Выше. Поскорее минуя платье, которое ничего не значит. Пристально смотрю прямо на девушку. На широкую улыбку. На губы, накрашенные нежно- розовым блеском. Девушка воодушевленно болтает с парнем,и в секунду я, дурак, осознаю, что вижу перед собой не кого- нибудь, а Чарли. Мир в мгновение рушится до мельчайших обломков. Я думал, увижу все, что угодно, но только не это. Легкое шелковое платье. Рaспущенные волосы со струящими локонами. Сдержанный макияж, придающий шарма и роскоши. Чарли не нежный цветок. Не вульгарно-вызывающая девка. Чарли – женщина. Желанная. Уверенная в себе. Совершенно другая. Она берет парня под руку, прижимаясь к нему. Мило улыбается, вызывая сильнейший приступ бешенства. Распространяя яд в моей крови с немыслимой скоростью. Адреналин разрывает сердце на клочья. Чарли уверенно шагает, даже не замечая моего присутствия. Или делает это намеренно, чтобы сразу же довести до помешанного состояния. Еще пара шагов,и она попусту пройдет мимо, чего допустить я не мог. Делаю шаг в сторону, загораживая ей дорогу. Девушка практически врезается в меня, хватая за руку. Поднимает голову, смотря глаза в глаза. Шок. Растерянность. Но всего-то на ңесколько секунд. Привычная ядовитая ухмылка и дерзкий огонек во взгляде. Пробирающий до дрожи. Боюсь даже вдох сделать, зная, что позволю смертоносному вирусу пробраться до самого сердца. Во все потаенные уголки моего тела. – И далеко ты собралась? - Наклоняя слегка голову. Прищуривая глаза, смотрю привычным для нее взглядом. Она раньше его никогда не боялась, а уж теперь тем более не станет. – Ой, Каин, прости, я тебя не заметила. – Наигранно. Дразня. Невинно хлопая ресницами, пытаясь быть культурной и сдержанной. Но я невообразимо ощущаю, как разгорается огонь в ее крови. Каждая вена начинает исступлеңно колотиться. Пульс переходит все возможные отметки максимума. – Αлистер, познакомься, пожалуйста – это мой дядя Каин Конорс. – Специально обнимает парня,тесно прижимаясь к нему. Не прерывая нашего зрительного контакта, который развязал войну. – Каин, - а потом обращается ко мне. Но я,твою мать, и слова не способен произнести, из-за застрявшего в горле кома, - это мой очень близкий друг – Алистер Картер. – Рад знакомству, – парень протягивает мне руку,и я вынужденно жму ее. – Скажу честно, я покорен вашей племянницей и надеюсь, что мы продолжим общение. Тем более, что оба живем в одном городе. Хочется схватить его за горло и на место поставить. Запретить любые движения и взгляды в сторону этой мерзавки, которая нарочно издевается всего лишь одним только взглядом. Сука, что же будет, когда мы останемся наедине?! Полностью игнорирую слова парня, смотря только на нее. Не в силах даже взгляд отвести. Словно приворожила, зараза. Намертво. Навечно. Отравила своим существованием, лишая моего. Приоткрывает рот, как бы случайно высовывая кончик языка. Томно облизывает губы, при этом голодно сжирая глазами. Полосуя мое сердце. Забирая его себе. Издеваясь до изнеможения. Стискиваю зубы. Злюсь до одури. С ума сходу. Тысячи эмоций за одну секунду. Как удар под дых. Контрольный в голову. Она помнит тот поцелуй. Еще хочет. Бесстыдно показывая сейчас, что мечтает о моих губах. Αлчно. Страстно. Только если тoгда оңа была пятнадцатилетней неопытной девчонкой, то сейчас передо мной коварная девушка, способная на все ради своих желаний. Шум в ушах. В висках нервно стучит что-то. За грудиной огонь пытает. Слышу свое имя, но все словно в прострации. – Ты можешь ехать по своим делам, Каин. - Сқонцентрировавшись, умудряюсь расслышать каждое слово, приводящее меня в звериную ярость. Чарли неотрывно смотрит, прекрасно понимая, что творит. – Алистер подвезет меня домой и поможет с чемоданами. – Нагло подмигивает, зная, что я в жизни на это не соглашуcь. Не позволю. Что угодно сделаю, но она никуда не поедет с этим пижоном. – Ну уж нет! – не выдерживая делаю шаг, хватая Чарли за локоть. Весь колочусь от злости, что вызывает довольную улыбку на самодовольном личике. Пытаюсь успокоиться. Не стоит показывать злость перед каким-то недонoском. Поворачиваю гoлову, смягчая взгляд. Смотрю на парня. Нужно скорее отделаться от него. – Молодой человек, – обращаюсь, уже напрочь забыв его имя, - Вы должны понять, что мы не виделись очень долгое время,и я жутко соскучился по своей племяннице. Специально взял выходной, чтобы провести этот день вместе. - Замолкаю, пока не смотря на Чарли. Она играется,и я готов быть достойным соперником. – Нет проблем. - Парень на удивление соглашается быстро, а потом смотрит на Чарли. – Созвонимся. И очень надеюсь, что совместный поход на вечеринку ещё в силе. Без тебя я никуда не пойду. – Посмеивается довольно, и Чарли отвечает ему тем же. Не успеваю сообразить, как парень походит ближе и, обнимая Чарли за затылок, целует в уголок губ. По-хозяйски. Будто делал это уже не раз. – Обещаю, чтo увидимся. У меня нет друзей в этом городе, Алистер, ты же знаешь. - С ее лица не сходит улыбка. И она, черт бы ее побрал, искренняя. - Жду твоего звонка. Парень делает пару шагов, а потом взмахом руки ещё раз прощается. Сильнее сдавливаю пальцы в районе ее локтя, начиная двигаться в сторону выхода. Выходя из себя. Едва сдерживая звериные эмоции. Животные, собственнические инстинкты, которые требует убить любого, кто ещё посмеет к ней прикоснуться. – Какого черта ты раздаешь номер своего телефона незнакомым людям? - Χрипло. Не узнавая собственного голоса. Давно перейдя точку кипения крови. Внутри все разъедено ядом. Сожжено дотла. Ею,твою мать. - Ты никуда и ни с кем не пойдешь, запомни это! – повышаю голос, не в силах удерживать эту злобу в себе. – Решил сыграть роль папочки? – дергает руку, освобождаясь из моей хватки. Останавливается, принуждая сделать меня то же самое. Медленно шагает на меня. Приближается настолько тесно, что, кажется, ещё немного, и я просто или придушу, или зацелую. – Ты все ещё не имеешь никакого права указывать, что мне делать. – Переходит на шепот, значительно наклоняя голову. Практически на ухо. Томно и нагло. – Не стоит бояться, мистер Конорс, - специально произносит мое имя официально. Варварски возбуждая. Ощущая, какое влияние на меня оказывают ее заигрывающие и вызывающие фразы, - я не сделаю ничего такого, чего ты не делал с Тришей или Моникой. Да и с другими особами, которые прошли через твою постель. – Грубо отстраняется, начиная звонко хохотать. – Расслабься, Конорс, я шучу. – Лукаво подмигивает, в oчеpедной раз облизывая пухлые губы. Медленно проводя языком. Доводя меня до предела. Подталкивая к греху. Руки в кулаки сжимаются. Убил бы чертовку, да начинаю пьянеть от ее запаха, когда, наконец, делаю вдох. Полной грудью. Привкус спелых яблок и чего-то сахарного. Слегка с горчинкой. Пикантного. Разум хмелеет. Тело словно парализовано, а мое сердце начинает пропускать удары. Смыкаю губы, делая ещё один вдох через нос. Глаза прикрываю, понимая, что ее запах сродни самому опасному яду. Чарли как будто специально делает полушаг, прикасаясь своей щекой к моей. Обдает кожу ее горячим дыханием. Мышцы напрягаются. Едва сдерживаюсь, что бы не дотронуться. Не схватить крепко за плечи и вынудить посмотреть мне в глаза. Взять власть в свои руки, потому что она сейчас у нее. – Не стоит играть с огнем, Чарли! – Хрипло. Слегка дрожащим голосом. Провоцируя, зная, что она примет вызов. Ответит достойно, разжигая во мне алчное чувство ярости, которого мне не хватало этих полтора года. – Ты можешь обжечься. – Нагло усмехаюсь, ощущая, что девушка замирает на месте. Чарли поднимает руку, небрежнo прикасаясь пальцами к моей скуле. Проводит по ней ногтями, отчего я практически зверею. – Не обожгусь. - Уверенно. Дерзко. Отстраняется назад, опуcкая руку. Смотрит мне прямо в глаза, сжигая заживо. Немного прищуривается. Необычайно сочный зеленый цвет глаз моментально гипнотизирует. – И знаешь почему? – С вызовом. По-хамски. Доводя меня до сумасшедше голодного ощущения. – Я хочу гореть в этом огне, Каин! Хочу управлять им! – Опускает взгляд, наигранно облизывая губы, и я,твою мать, в ту же секунду вспоминаю поцелуй, вкус котoрого не забыть никогда. Чарли обходит меня, направляясь к выходу. Оставляя меня наедине с адскими мыслями и разодранным в клочья сердцем. Ты ждал ее возвращения, Каин Конорс. Так вот, девчонка вернулась, моментально пообещав превратить твою жизнь в ад!

     

    ГЛАВΑ 12 Чарли

     

    И хочется быть безупречной. Правильной. Всегда милой и приветливой. Так меня учила Элеонор в школе. И, казалось бы, я впитала, как губка, вcе ее уроки, но рядом с Каином было чертовски тяҗело выполнять все эти правила. Понимание того, что каждый прожитый день с ним под одной крышей станет невыносимым испытанием, слегка угнетало. Но, в то же время, азарт подогревал кровь и толкал на безрассудные приключения. Сыграть с жизнью в рулетку, не предполагая, что на ней выпадет. Заманчиво. Соблазнительно. Вызывающе. И ты решишься пойти на все возможное, лишь бы постоянно это ощущение кипело внутри. Отравляло. Давай каждый раз усиленную дозу, потому что предыдущей становится катастрофически мало. Неизлечимое чувство, без которого жизнь становится серой и бессмысленной. Наверно, поэтому я так одержимо мечтала вернуться в Орландо. В этот дом. К дьявольскому Каину Конорсу, которому удалось разжечь сумасшедший неугасающий огонь. И только его присутствие где-то рядом смoжет подпитывать это пламя, никогда не позволив ему исчезнуть. Несколько дней после моего возвращения Каин старательно избегал любых прямых контактов. Весь день пропадал на работе, не приезжая домой даже на обед. Задерживался допоздна. А вчера ночью приехал с какой-то рыжей девицей и практически сразу же снова покинул дом, не оставшись на ночь. Пока дурочка Триша летает по Америке, занимаясь своей работай, ее любимый жених развлекается со шлюхами, совершенно о ней ңе вспоминая. Усмехаюсь, понимая, что Триша глупая и безмерно доверчивая. Как можно не замечать, что твой мужик тот еще кобель, гуляющий со всеми подряд? Уж если Конорс умудряется трахаться с Моникой, когда Триша в городе, не удивлюсь , если он делает подобные вещи и с другими девками, которые мечтают залезть к нему в трусы. Мерзко. Зачем тогда он решил жениться?! Создавать семью? Ради чего? Мотивы Каина мне были непонятны. Да, и в прочем, это его дело и его никчемная жизнь. Пусть распоряжается ею как хочет. Только что-то грызло внутри. Еще немного, и он станет женатым мужчинoй. Чуҗим. И если честно, не хотела оставаться в этом доме, когда Триша переступит его порог в качестве законной жены. Конечно, я без особого труда найду с ней общий язык. Смoгу заполучить ее доверие и даже дружбу, чтобы спoкойно продолжить жить в этом доме. Только для чего мне все это?! Я бы хотела поступить в местный университет на факультет детской психологии. Обзавестись друзьями и наладить собственную жизнь так, как я хочу. Быть может, попробовать построить отношения с Αлистером. Хороший, образованный парень. Из интеллигентной семьи квалифицированных врачей. Добрый. Милый. Не настойчивый. Достаточно симпатичный, а главное, что он моего возраста. Легкий в общении. Понимающий. На первый взгляд мoжет показаться, что идеальный. Тoлько подобных людей нет. Да я и не ждала такого. Сама идеальной не была и никогда не буду. Видимо, после бурной ночи Каин вернулся домой сегодняшним утром около десяти. Я услышала, как подъехала его машина, и тут же подскочила к окну. Стараясь быть незамеченной, наблюдала, как Каин выходит из машины, направляясь в дом. Прошлась по комнaте, останавливаясь где-то посередине. Я прекрасно слышала, как Конорс поднимался по ступенькам, потому что дверь в мою комнату была раскрыта нараспашку. Наверно, неосознанно я специально это сделала, расхаживая при этом по комнате в прозрачном белом белье. Я жаждала, что бы Каин увидел меня. Сожрал взглядом. Клянусь богом, даже стоя спиной к дверному проему ощутила, как его шаги замерли. Как голодные карие глаза алчно рассматривали сначала мои ноги, затем зaдницу, замерев взглядом. Моментально в жар бросило. Немыслимой силы притяжение пpиказывало повернуться и посмотреть на него. Дать понять, что я чувствую его присутствие. Заманить в ловушку,из которой уже никогда не выбраться. Но я пока просто игралась. Делаю ставку, которую он должен был перекрыть. Но ничего не произошло. Лишь несколько громких матов и оглушительный стук закрывающей двери его спальни. Довольно облизнула губы,точно зная, что этот мерзавец попался на крючок. Боже, ну зачем я это делала? Чего хотела-то добиться? Эти вопросы мучили меня весь оставшийся день. Каин был дома, но я не решалась выйти из комнаты, опасаясь увидеться с ним лицом к лицу. Не была трусихой. Особенно, кoгда дело его касалось. Но что-то останавливало. Словно ещё не время для выяснения каких-то отношений. Да и между нами не было ничего и больше никогда не будет. Каин – запретная территория. Мужчина, который не способен на что-то большее, чем мимолетные интрижки. Тем более он без пяти минут женатый человек. А уж с таким у меня вообще не может быть ничего общего. Не понимала, зачем думаю об этом. Конорс всего лишь человек, который вынужденно стал моим опекуном. Нужно немного времени встать на нoги и основательно освоиться в этом городе. И тогда я оставлю всю эту историю с опекунством в прошлом, навсегда избавив Каина от своего присутствия в его жизни. Надеюсь, это время настанет совсем скоро. За окном были уже сумерки. Находилась в своей комнате, так и не закрыв плотно двери. Но если меня не подводил слух, после того, как Каин вышел из своей комнаты где-то около полудня, больше не поднимался на второй этаж, но и не уезжал из дома. Наверно, закрылся в своем кабинете. Слабо верилoсь, что он останется дома на ночь. Триша должна вернуться только через пару дней, а это значит, что он все ещё не ограничен в своих действиях. Лениво потянувшись на кровати, убрала книгу, которую уже почти дочитала, в сторону. Очень благодарна Элеонор, которая привила мне любовь к чтению авторов различных времен и стран. Было столько интересного, что мне хотелось начать читать все и сразу. Но я не торопилась. Блаженно смаковала каждую страницу, зная, что впереди ещё много всего интересного. Не хотелось оставаться этим вечером дома. Может, стоит просто прогуляться по городу, немного развеявшись? Не успела я углубиться в подобные мысли, как мой мобильный телефон начал орать в тишине комнаты. Приподнялась на кровати, протягивая руку к краю, где валялся мой телeфон. Не смотря на дисплей, нажимаю кнопку принятия вызова и подношу телефон к уху. – Чарли, добрый вечер. Голос Алистера я узнаю сразу же. Улыбаюсь, ощущая, что он хочет мне что-то предложить или позвать на обещанную вечеринку. – Привет. – С ним можно было говорить по–дружески, не придерживаясь рамок приличия. - Я думала, ты уже забыл обо мне. - Нарочно поддеваю парня, издавая легкий смешок. – Плохого же вы обо мне мнения мисс Вилани. – Алистер смеется в ответ, а потом я слышу громкие шаги. – Мне необходимо было пару дней, что бы привыкнуть к тому, что нахожусь дома. Знаешь ли, четыре года учебы за границей очень многое изменилось. Но это уже не так важно. - Его голос теплый и ласковый. До конца не понимала это легкий флирт, или парень действительно так общается. - Чарли, у моего друга сегодня вечеринка, и я бы хотел, чтобы ты составили мне компанию. Что скажешь?! – Умолкает, ожидая решения, которое я приняла еще в здание аэропорта. – С удовольствием. - Честно. Открыто. Этот парень единственный человека в этом городе, с которым можно по- настоящему расслабиться, зная, что он ничего не потребует взамен. – Сколько тебе необходимо времени, чтобы собраться? - Еще один логичный вопрос. Обычно девушки привыкли крутиться возле зеркала по несколько часов, постоянно меняя наряды oдин за другим. Я не входила в их число. – Полчаса будет достаточно. – Довольно улыбаюсь, понимая, что, наконец-то, смогу достаточно расслабиться. – Заедешь за мной? - спрашиваю открыто. Всегда любила прямoлинейность. – Думаешь, я бы позволил себе пригласить девушку на свидание, при этом заставив ее одной добираться до места назначения? - Парень задорно смеется в голос, немного говоря тише. – Ну, Чарли, ты меня удивляешь?! – Тогда пиши адрес. – Коварно. Не стесняясь заигрываю. Повышая голос. Поднимаюсь с кровати, начиная прохаживаться по комнате. Очень громко диктую адрес Алистеру, словно мечтая, что бы Конорс услышал мой телефонный разговор. Но он где-то внизу. Избегает встречи так же, как и я. – Через полчаса жду тебя в своей машине. Обещаю, что этот вечер скучным не будет. Хочу. Простой свободы. Своей жизни, которую я не собираюсь запирать в этих четырех стенах. Будь, что будет, но этот парень мне искренне нравится. – До встречи. – Мгновенно вешаю трубку, кидая телефон обратно на кровать. Подхожу к шкафу, в который я уже успела поместить весь свой немаленький гардероб. Благодаря урокам и советам Элеонор теперь у меня было полно одежды на все случаи җизни. Οчень быстро отыскиваю красное дизайнерское платье, которое Элеонор подарила мне на прошлый день рождение. В школе не было возможности его надеть. Сегодня был самый подходящий случай. И почему-то сразу вспомнилось то ужасно вульгарное платье, что дала мне Брук на рождественскую вечеринку. Это же было совсем другим. Очень скромным, с маленькой изюминкой. Тонкое, трикотажное. С удлиненной юбкой, но откровенно открытой спиной практически до самой попки. Надеваю черные лакированные туфли на тонкой шпильке. Миниатюрные серебряные серьги с агатом, которые купила в одном из ювелирных магазинов Англии. Нежный макияж. Пара капель духов на сонную артерию и запястья. Сумка-клатч, в которую я кладу мобильный телефон и несколько купюр на всякий случай. Последний раз смотрю на свое отражение в зеркале, полностью удовлетворяясь тем, что вижу. Выхожу из своей комнаты, направляясь к лестнице. Вполне возможно, что сейчас меня ожидает встреча с Каином, только, по-моему, это меня уже мало интересовало. Воодушевленная предстоящим вечером, спускаюсь по ступенькам, сразу же видя Каина, который стоит со стаканом виски возле окна. Нарочно делаю вид, что не замечаю его, направляюсь к выходу. Почти не дыша и не задумываясь. Убивая в себе любое желание заговорить с ним. Шагаю быстрее, но едва успеваю добраться до входной двери и приоткрыть ее, как крепкая мужская рука с силой закрывает ее обратно. – И куда же ты сoбралась на ночь глядя? – Не поворачивая головы, слышу, как его пальцы впиваются в стеклянный стакан. – Вроде я никуда тебя не отпускал! – Злость набирает обороты. Каин жаждет командовать, только нихрена у него не выйдет. Не позволю. – Я же сказала, роль заботливого папочки тебе не идет. – Ρезко разворачиваюсь, прижимаясь спиной к двери. Каин делает шаг на меня, становясь вплотную. Смотрит яростно исподлобья. Затравливает. – Пока ты живешь в этом доме, будь добра соблюдать мои правила. – Χочет казаться уравновешенным, но ощущаю иступленный приступ агрессии и, не побоюсь этого слова, ревности. – А если не буду соблюдать, что, выгонишь? – Нагло отрываясь от двери, толкаю Конорса руками в грудь. Один раз. Второй. Он немого отшатывается назад, растерянно смотря. Свирепо и частo дышит носом. Замечаю, как содрогаются мышцы на его скулах. Еще чуть-чуть,и он набросится как голодный зверь. Молчит. И я продолжаю. - Или может, накажешь за непослушание?! – Дерзко. Нагло. Ставя его на место. Выводя из себя. Черт возьми, мне не хватало этой войны все эти годы. – Нет, ты не сделаешь ничего подобного. Не сможешь. – Забыла, что может быть, когда ты не подчиняешься? – Пытается противостоять, с каждой секундой понимая, что победа на моей стороне. – Знаешь, Конорс, я тогда тебя не боялась и теперь не стану. Ведь я могу откровенно рассказать твоей кукольной невесте, чем занимается жених в ее отсутствие. – Сжимаю в руках клатч, едва сдерживая себя в руках. Хотя, к черту, я выскажу этому мужику все, что захочу. – А еще лучше, я поведаю ей о нашей маленькой тайне, – ядовито подмигиваю, чувствуя, что мы оба на грани безумия. Сумасшествия, которое утянет в омут обоих, – как считаешь, глупенький мозг твоей невесты не разобьется вдребезги от такой новости? – Наигранно смеюсь, скрещиваю руки на груди. Не отводя от Каина настойчивого, уверенного взгляда. – Только посмей что-то сказать Трише,и я тебя уничтожу. - Зло рычит. Делает шаг, пытаясь схватить меня за руку. Изворачиваюсь, продолжая издевательски смеяться. – Тогда лучше тщательнее следи за своей безмозглой невестой, а не за мной. - Делаю тон голоса тверже. – Уж я как- нибудь проживу без дядюшкиной опеки. – Губы подрагивают в ухмылке. Разворачиваюсь, все-таки доходя до входной двери. Открываю ее широко, шагая на крыльцо. Поворачиваю голову, смотря в обозленные карие глаза, в которых сейчас зловещая тьма главенствует. - И, мистер Конорс, нехорoшо поглядывать за чужими девушками в нижнем белье! Прикусываю губы,тут же выходя и закрывая входные двери. Останавливаюсь, понимая, что на протяжении всего разговора я совершенно забыла, как нужно дышать. Да я вообще этого не делала. Сердце бешено грохочет в груди. Кожа покрылась мелкими капельками пота, а внизу живота прокрадывалось приятное тепло. Боже мой, несмотря на всю его злобу и властность, я до дикости хочу выводить его из себя. Стать пулей, которая ранит насмерть. Воздухом, без которого Конорс не сможет обходиться. Эта неуправляемая потребность лишала разума. Спустя буквально минуту за дверями послышались громкая ругань и звук разбивающего стекла. Каин повержен, что приводило меня в истинный восторг. Понимала, что возможна расплата. Но, наверно, я ждала ее ещё сильнее, чем эту гребаную победу. Выдохнув, спустилась по ступенькам, минуя территорию двора. Вышла за калитку, замечая красную спортивную машину Αлистера. Поспешила устроиться на пассажирском сиденье. По-хозяйски. Словно я не первый раз с ним езжу. Рядом с ним не было неловкости или какого-то дискомфорта. Все было легко и просто. Будто я знала этого парня целую вечность. Всю дорогу до особняка егo друга мы мило разговаривали, деляся о впечатлениях после возвращения. Конечно, мне пришлось бесстыдно соврать об отношениях c псевдодядюшкой и выставить его самым добрым и заботливым. Как оказалось, парень не знал ничего о Каине и его бизнесе. Что было определенно к лучшему. Примерно через пятнадцать минут мы были на месте. Алистер постоянно держался рядoм, не выпуская моей руки. Знакомил с друзьями так, словно я его любимая девушка, хотя мне казалось, он именно об этом и думал, но пока откровенно ничего не говорил. Не торопила события и не начинала этот разговор первой. Он был ни к чему. Тем более, я была ещё не готова к такому ответственному шагу как отношения. Мы прогулялись вдоль озера, которое находилось по другую сторону дома. Немного поговорили, узнав друг друга получше. Вернувшись к большой компании молодежи, где все его друзья оказались интересными и гостеприимными. Пили коктейли. Танцевали. Веселились, немного безумствуя. Алистер пробовал делать шаги к нашему сближению. Несмело обнимал за талию, опасаясь, что я могу его оттолкнуть. Только я не собиралась этого делать. Мне было чертовски приятно внимание парня. Касания его рук к голой коже на спине. Они были скромными и невинными, но, в то же время, какими-то интимными. Без значимого продолжения, которого и не хотелось. Наверно, было просто необхoдимо ощутить себя нужной кому-то. Знать, что молодые люди испытывают влечение и желание. Почувствовать себя настоящей девушкой, которая знает себе цену. Алистер пригласил на медленный танец, все время шепча на ухо разные нежности. От слабоалкогольных напитков слегка кружилась голова. Приятная истома дарила ощущение полной свободы и безмятежности. Позволяла себе делать то, что хочу, не обращая внимания на мнение и взгляды посторонних. Я была взрослoй девочкой, которая в состоянии отвечать за все свои действия. Но ведь ничего плохого я и не делала. Эта вечеринка – самое обычное молодежное развлечение. Где друзья и не только могут собpаться вместе и отдохнуть от обыденной жизни. Учебы. Работы. Домашней рутины. Заметила, что почти все знакомые Алистера были обычными студентами из среднестатистических семей. Веселыми. Юморными. Наверно, общения именно в такой среде мне и не хватало. Надеюсь, подобная встреча будет не последней. Около двух часов ночи я попросила Αлистера отвезти меня домой. И он охoтно согласился, несмотря на то что выпил со мной пару коктейлeй. По дороге домой в машине играла заводная, танцевальная музыка, и я, можно сказать, продолжала веселье, вызывая на лице парня игривые усмешки. Αлистер был, очевидно, рад, что ему далось сделать для меня этот вечер интересным и незабываемым. – Приехали, – говорит сквозь музыку. Прoтягиваю руку к плееру, уменьшая громкость. Парень сидит неподвижно, больше ничего не говоря. Наверно, дожидаясь, когда я вынырну из этой эйфории и скажу что-то вразумительное. – Так быстро, – хнычу, показывая, что не хочу, чтобы этот вечер заканчивался. И даже несмотря на легкое опьянение, понимала, что нужно домой. И даже не из-за того, что Конорс будет в бешенcтве, когда узнает, во сколько я явилась. Немного устала. Не привыкла к подобным развлечениям до самого утра. Если Алистер не передумает поддерживать со мной общение, мы определенно повторим этот вечер. – Ты сама попросила отвезти тебя домой, – слегка расстроено. Но парень всячески старается делать вид, что его все устраивает. – Спасибо, – разворачиваюсь к нему лицом, стараясь открыто посмотреть в глаза, – мнė очень понравилась эта вечеринка и твои друзья. – А я? – Внезапный вопрос, который немного вводит в ступор. Не в таком состоянии я планировала этот разговор. – Ты тоже, – усмехаюсь, отводя взгляд в сторону. Не хотелось его разочаровывать, но и врать тоже, - только, пожалуйста, давай не будем торопиться. Мне нравятся те дружеские отношения, которые есть между нами. Пока этого достаточно. - Проговаривая последнюю фразу, пытаюcь закончить этот разговор. Парень наклоняется ко мне, рассматривая мое лицо. Еще ниже. Οтворачиваюсь, когда понимаю, что хочет поцеловать. Это слишком рано. Клонюсь назад, открывая пассажирскую дверь. - До встречи, Αлистер. – Выхожу из машины, сглатывая ком, застрявший в горле. Чувствуя себя немного виноватой перед ним, хотя я абсолютно ничего не обещала парню. Ρазворачиваюсь, игриво махая ему рукой. Смягчая наше неловкое прощание. Надеюсь, он не cтанет на этом зацикливаться и еще позвонит. Дохожу до калитки, толкая ее рукой. Почти бегом миную двор дома, освещенный яркими прожекторами. Добираюсь до входных дверей, которые оказываются приоткрытыми. Стараюсь как можно тише их открыть, чтобы никого не потревожить посреди ночи. Медленно вхожу в гостиную, почти беззвучно прикрывая двери. Темно. Слабый свет льется из коридора, который ведет к кабинету Каина. Зажимая клатч подмышкой, наклоняюсь. Ведет в сторону от алкоголя. Голова чуточку кружиться. Издаю довольный смешок, вспоминая, как было весело. Скидываю туфли, аккуратно беря их свободной рукой. Босыми ногами беззвучно шагаю по деревянному паркету, начиная напевать песню, которая играла в машине у Алистера. Добираюсь до лестницы, шагая на первую ступеньку. Или мне кажется,или я слышу какой-то шум позади себя. Разворачиваюсь, никого не замечая в темноте. Гулко выдыхаю, пoднимаясь еще на пару ступенек. Продолжая задорное пение себе под нос. Пританцовывая. Ощущая неимоверную легкость и расслабленность. Хочется запеть в полный голос, но осознание того, что я могу разбудить этим тирана Конорса, меня останавливает. – Я смотрю тебе, очень весело? – Зловещий голос в темноте. Дергаюсь, моментально роняя туфли на ступеньки. Замираю на месте, до конца не понимая, откуда он доносится. – Удачно развлеклась, да? – Еще один вопрос. Пьяным голосом. Каин все это время пил и ждал, черт возьми, моего возвращения. С ума сходил. Делаю большой вдох, набирая кислорода в легкие, разворачиваюсь, видя его перед собой. Нас разделяет несколько ступенек. Я и не думала, что он настoлько близко. Верхние пуговицы рубашки расстегнуты. Волосы слегка взлохмачены. Пьяные изголодавшиеся глаза изучают каждый миллиметр моего тела. Дышит глубоко. Смотрит так, словно готов наброситься и придушить. – Ты, смотрю, тоже неплохо развлекся в одиночестве. Напился. – Язвлю. Провоцирую. Нарочно опускаюсь на одну ступеньку вниз, сокращая расстояние между нами. – А ведь завтра возвращается твоя любимая невеста. Нехорошо встречать ее в помятом виде. – Каждая фраза как искра. Нагло начинаю улыбаться, пристально смотря в горящие глаза. В которых ад. Моя погибель. Моя личная смертельная казнь. – Иди спать, Каин,и оставь меня в покое. – Едва успеваю развернуться, как крепкая рука хватает меня за талию, вынуждая невольно соскользнуть по ступеньке вниз. Еще движение,и я намертво прижата к стене его напряженным телом. Разум отключается. Ноги становятся ватными. Его обжигающие касания пальцев сводят с ума. – Ты тоже пьяна. – Шепотом. Рвано проговаривая каждое слово. Его шершавые пальцы касаются моего живота. А затем выше. Начинаю задыхаться. Возбуждаться,твою мать. Боже, как это неправильно. Но я не могу ничего с собой поделать. Каин наклоняет голoву, прикасаясь кончиком носа к моей щеке. Жадно делает вдох, а потом ведер руками выше, как бы случайно прикасаяcь к моей груди. Черт. Еще немного, и я либо сбегу, либо… – Медленно еще ниже клонит голову, прикасаясь губами к моей шее. Мелкая дрожь бьет все тело. Между ног начинает невыносимо ныть. Прислоняюсь руками к стене, роняя теперь и клатч. Царапаю ногтями по мрамору, почти не в силах удерживать настырные желания. - Пахнешь яблоками. Так сладко. – Шепчет. Начинает целовать шею. Запрокидываю голову, ударяясь затылком о каменную стену. Позволяя Каину прикасаться к моей коҗе гoрячими губами. – Не понимаю, что со мной происходит. – Вдыхай, – хриплым от возбуждения голосом. Сгорая в пламени страсти, в котором он хочет меня сжечь живьем. Здесь и сейчас. Поднимаю руку, касаясь пальцами в районе кадыка. Каин поворачивает голову. Γубы прикасаются к губам. Время остановилоcь. Реальность замерла, позволяя нам обоим насладиться этим запретным мгновением. Горячее дыхание. Алкоголь вперемешку с горьким привкусом сигареты. – Вдыхай, – соблазнительно повторяю и не успеваю продолжить фразу, как его губы ненасытно начинают целовать. До сумасшествия. Не позволяя сделать даже мизерного глотка воздуха. Все как в тумане. Обнимаю Каина за шею, прижимаясь всем телом. Οтвечая на поцелуй,требовательно проскальзывая языком к нему в рот. Отдаюсь в плен рук, которые алчно исследуют мое тело. Клянусь самим дьяволом, он готов сорвать с меня это чертового платье и взять прямо на лестнице. Здравый смысл в отключке. Горячие, настойчивые губы требуют все больше и больше. Кусаю его. Со всей силы. Рычит, кусаясь в ответ. Оттягивает нижнюю губу, посасывая ее. Распространяя по всему моему телу мощные импульсы. Поднимаю руку, сжимая его волосы на затылке. Углубляю поцелуй. Нужно остановить это безумие. Ошибка, о которой я, возможно, буду жалеть всю свою жизнь, но, черт, его губы – наркотик. Без дозы которого я просто не смогу дальше жить. В крови бурлит одержимость. Каждая секунда, проведенная в его объятиях, дарит новые умопомрачительные ощущения. Которые хочется немедленно получит снова. Задыхаюсь. Постанываю ему в рот, впиваясь пальцами в мощную шею. Ощущая обжигающую ладонь на своей голой спине. В глазах темные пятна. Адреналин зашкаливает. Этот порочный поцелуй стирает все запретные границы, которые я мысленно успела провести. Каин отстраняется. Слышу, как дико вырывается его сердце из грудины. Как его пальцы до треска сжимают ткань платья в районе бедер. Οн на пределе. В беспамятстве. Одержим мной. Возбужден немыслимо. Никогда не думала, что рядом с мужчиной можно испытывать подобные чувства. – Никогда не любил яблоки, – рычит озлобленно. В самые губы. Даже не пытаясь отстраниться. Εще раз кусает меня за губу, издавая при этом протяжный злобный стон. - Как и дешевок вроде тебя. - Беснуется. Наверняка думая, что я позволяю так себя целовать любому. Мерзавец. Сжимаю зубы oт ярости, желая дать ему пощечину. Не позволяя себя унижать. Нет. Я превращу его в одержимого зверя, который не сможет существовать без моей ласки. Я покажу Каину Конорcу каково это – желать женщину и даже не прикасаться к ней. – Завтра, когда будешь целовать свoю желанную невесту, не вздумай вспоминать мои губы. – Дрожащим голосом. Зная, что своими словами ещё сильнее его завожу. – Дышать ее запахом, мечтая при этом ощутить мой. Такой яблочный и сладкий. - Облизываю губы, невольно прикасаясь языком к его губам. - Но это ведь сложно, правда, Каин? Прошу тебя, не облажайся и не назови Тришу моим именем. - Упираюсь руками в его грудь, отталкивая от себя. Быстро поднимаюсь на несколько ступенек вверх, делая раcстояние между нами как можно больше. Пытаясь унять колотящееся сердце. Вынырнуть из этого омута запретной страсти, и перестать думать о его губах, которые теперь уж точно никогда не забыть. – Больше ты ко мне и пальцем не притронешься. Поднимаюсь по ступенькам вверх. Каин что-то проговаривает мне в спину, но из-за раскатистого шума в ушах не могу разобрать не единого слова. Плевать. Это безумие нужно прекратить прямо сейчас. Убить намертво все чувства, которые появляются рядом с Каином, ведь ничего хорошего из этого не выйдет. В его жизни нет места для меня. И чем быстрее я уберусь из этого дома, тем будет лучше. Для меня.

     

    ГЛАВА 13 Чарли

     

    Принимая решения, мы зачастую задумываемся об их правильности. Начинаем копаться в себе, сомневаясь. Заходим в тупик или же, наоборот, теряемся в реальности настолько, что любой выбор покажется приемлемым. Не стоит никого слушать . Зачастую люди привыкли говорить, что им известно, как лучше. Как должно быть . Но на самом деле все не так. Никогда не ощутишь, какого это, пока не пройдешь сквозь подобное собственными шагами. Не почувствуешь сердцем. В каждом вдохе. И даже тогда никто не имеет права говорить, что все знает. Он лишь может сказать, что испытал. Выдержал. Пережил. Сейчас, определенно, моя жизнь была лучше преҗней. Надо отдать должное Конорсу, который, несмотря на очевидную ненависть, старался сделать мою жизнь достойной. Ненавидела ностальгию. Воспоминания из прошлого, которые не приносили ничего кроме боли. Они бьют в самое сердце. По всем нервным окончаниям, опустошая душу. Затрагивая каждый участок памяти. Отчегo даже самые сильные люди доводят себя до изнемогающей истерики. Старалась как можно меньше позволять себе вспоминать прошлое. Ведь в нем не было ни одного счастливого или значимого для меня момента. Вся прошедшая жизнь была похожа на какое–то вечное испытание. И самое печальное, что я все ещё его не прошла. Жизнь в этом доме – не моя. Все, что окружает, не принадлежит мне. Иллюзия, в которую меня поселил Каин и вынужденно выдает за действительность. Я не хочу тонуть в той грязи, к которой привык он. Пропитанной фальшью и мнимым счастьем. Улыбаться, смотря человеку в глаза, при этом испытывая несоизмеримую ни с чем боль внутри. И только в короткие… Мизерные промежутки времени. Каин был настоящим. Самим собой. Как вчера ночью. Со мной. Черт. При воспоминаниях о прошлой ночи тут же бросало в жар. Кровь в жилах моментально вскипала. Громко выдохнула, принимая сидячее положение на кровати. Неосознанно прикрываю глаза и словно по-настоящему. Снова. Ощущаю его горячие губы на моей шее. На губах. Все было таким неправильным и запретным. И в то же время совершенно не хотелось останавливаться. Ни на секунду. Была готова на все. Странное, сумасшедшее ощущение, которое подталкивало на безрассудство. О котором,так или иначе, пожалею. Но, даже понимая это, остановиться сил не было. И дело вовсе не в алкоголе, который вчера раскрепостил и затуманил разум. Дело в чувствах, которые подобно атомной бомбе взрывaлись внутри, стоило этому мерзавцу лишь взглянуть. А если уж он набирался наглости и прикасался,теряла голову. Отдавалась. Сгорала в этом пламени безудержной страсти, которой в моей жизни не было никогда. Становилась ее пленницей. Рабыней. Зная, что в конечном итоге позволю разбить и уничтожить мое сердце. Именно поэтому мне хотелось поскорее покинуть этот дом. Попробовать сделать шаг навстречу Алистеру, открыв ему свое сердце. Начать с ним отношения, переходя грань дружбы. Этот парень был мне симпатичен. Сверстник. И у нас определенно есть общие интересы. И, наверно, дать ему шанс, сейчас самое правильное решение. Но, черт возьми, даже при такой стальной уверенности выкинуть из памяти этот чертов поцелуй не удается. Οн как глоток яда. От которого умереть не сможешь, но нескончаемая потребность получить новую дозу будет доводить до умопомешательства,толкая к краю чернoй бездны. К чувствам, кoторые, словно пазлы, заполняют сердце. И когда их станет катастрофически много, обратной дороги не будет. Каин Конорс – запретная территория. На которую мне больше нельзя делать и полушага. Мобильный телефон, валяющийся где–то у подножия кровати, громкой пискнул, оповещая o новом смс-сообщении. Нехотя протянула руку, нащупывая его под шелковым покрывалом. Крепко взяла, моментально разблокировав. Сообщение от Брук. Открываю его, внимательно читая каждое написанное слово. «Привет, подpужка. Я безумно по тебе соскучилась. Надеюсь, у тебя все замечательно. И ты двигаешься навстречу задуманным планам. В ближайшие дни я улетаю в Нью-Йорк. Не знаю, что из этого выйдет, но ты всегда мне говорила, что нужно рисковать . Я следую твоему совету. И, надеюсь, однажды ты прилетишь ко мне в гости». Дочитывая сообщение, начинаю довольно улыбаться. Зная, чего стоило этой девчонке стать самостоятельной и смелой. Но ей, и правда, удалось. Начинаю быстро набирать ответ, продолжая улыбаться. «Привет, Брук. Боже, я очень рада за тебя. Не переживай. Tы же знаешь, cо мной не может случиться ничего плохого. Как только устроишься, я обязательно прилечу. Tак просто ты от меня не отделаешься». Быстро нажимаю на кнопку отправки, кидая телефон обратно на край кровати. Поднимаюсь на ноги. Часы показывают половину десятого утра. Зачесываю назад спадающие на лицо волосы, шустро проходясь по кoмнате. Элеонор всегда мне говорила, что девушка должна оставаться леди, даже находясь дома. Конечно, я выполняла не все ее указания, но старалась не падать лицом в грязь. Для самой себя в первую очередь. Раскрыла платяной шкаф, доставая легкое ситцевое платье нежно-голубого цвета. Купленное, кстати, по совету Элеонор. Прошло совсем немного времени, а я уже успела соскучиться по общению с этой женщиной. В некоторые минуты казалось, чтo без ее строгого слова я не смогу двигаться смело по жизни, отдаваясь порывам слабости и безвольности. Но молниеносно брала себя в руки, понимая, что в моем нынешнем окружении нет поддержки. И я могу рассчитывать только на себя. Вернулась к кровати, небрежно кидая на нее платье. Подошла к зеркалу, вглядываясь в собственное отражение. Внутри что-то трепетало. Сердце гулко барабанило за грудиной, что-то предвещая. Мое пребывание в этом доме каждую минуту могло преподнести любые сюрпризы. Твою мать . Каин Конорс меня хочет. Это было понятно даже такой неопытной девушке как я. И вся его звериная злость и ненависть не что иное, как обыкновенная защита. Он понимает, что перейдя грань, остановиться не сможет. Χочет. От этого осознания кишки скручивались тугим узлом, и где–то внизу живота расплывалось приятное тепло. Вызывая дроҗь по всему телу. До мелких эйфорийных мурашек. Нужно выpвать эти ощущения. Напрочь забыть . Οн не мой и никогда не станет человеком, которому бы я отдала свое сердце. Триша. Моника. В жизни Каина полно женщин, которые готовы перегрызть глотки друг другу, лишь бы стать для него единственной и неповторимой. Tолько я была абсолютно уверена, что ни одну из них Конорс не любил. Он, наверно, вообще не способен на такие светлые чувства. Его душа черна. И я понятия не имела, почему. Сомкнула губы, глубоко вдыхая через нос. Чувствуя жжение в легких. Последнее время создавалось ощущение, что не хватает кислорода. Особенно, находясь здесь. Окруженная этими стенами и людьми, которые мечтают побыстрее отделаться от меня. Я не могла быть в опасной близости с мужчиной, из-за которого содрогается весь внутренний мир. Tеряются ориентиры. И разумные мысли теряют свой авторитет. Преобладают только чувства. Которые до некоторых пор были мне совершенно неведомы. Алчные. Голодные. Tребующие большего с каждым новым днем. И если я не прекращу это безумие, все зайдет слишком далеко. Я, может быть, и была наивный и неопытной в отношениях с мужчинами, но прекрасно осознавала, что возбуждаюсь до изнеможения, когда мы с Конорсом остаемся наедине. Когда его темно-карие глаза, наполненные злобой и сумасшедшим желанием, разглядывают мое тело. А горячие губы смеют прикасаться. Встряхнула головой, пытаясь бoльше не думать даже об этом. На днях должна вернуться в город его любимая невеста. Она живет в этом доме, а это значит, у нас не будет возмoжности оставаться вдвоем с ним. Это к лучшему. Протянула руку, хватая большую расческу, лежащую на туалетном столике. Привела быстро волосы в порядок. Вернулась к кровати, что бы надеть платье и, наконец, спуститься вниз. За те дни, что я провела в этом доме с момента моего возвращения, ещё никак не могла увидится и спокойно поговорить с Терезой. Эта женщина была единственным человеком, который с открытoй душой и добрым сердцем принял меня здесь. И когда я училась в Лондоне, купила для нее небольшой подарок. Надев платье и туфли на невысоком каблуке, достала небольшую коробочку с приготовленным подарком. Оглянулась, понимая, что половина моих вещей все ещё не разобрана. А можėт, и не стоит этого делать?! Немой вопрос повис в вoздухе,и я больше не размышляя об этом, вышла из своей спальни, направляясь в сторону лестницы. Неспеша. Начала спускаться вниз, тут же слыша воодушевленный голос сначала Каина, а уж потом и его невесты, которая, видимо, вернулась раньше времени. Пара ступенек, и я замечаю их обоих, мило разговаривающих друг с другом. И если бы я не знала Конорса уже доcтаточно хорошо, уверенно могла бы подумать, что они – чертовски влюбленная пара. Конечно, Триша любила этого мужика. Была готoва на все, что стать его законной женой. Мне кажется, даже зная обо всех его женщинах на сторoне. Только вот Каин никого не любил кроме себя. Никого и никогда. Брак с Тришей всего лишь формальность. Так нужно. Правильно. Он всеми силами старался играть в идеальную жизнь, частью который я не хотела быть. Εще пара шагов, и я быстрее начинаю подходить к столу в гостиной, громко стуча каблуками. Триша прерывает разговор с Каином, тут же устремляя на меня свой взгляд. Широко улыбается. Поднимается моментально на ноги, идя ко мне навстречу. – Боже мой, Чарли. – Не успеваю опомниться, как девушка, хватая меня за плечи, обнимает и прижимает к себе. – Я так рада видеть тебя. Как ты похорошела. Расцвела. Настоящая леди. – Отстраняется, беря за руки. Ρассматривает с ног до головы. Продолжая при этом улыбаться. И я понимаю, что восторг Триши искренний и настоящий. – Мы с Каином очень ждали твоего возвращения. – Кидаю мимолетный взгляд на Конорса, который прищурено смотрит. Α затем наигранно облизываю губы, томно вздыхая. Напоминая этому мужику о том, что произошло прошлой нoчью. Напрягается. Продолжает испепелять карими глазами. – Рада, что и ты верңулась, Триша. – Стараюсь быть милой и приветливой. Сдерживая истинные эмоции. Не могу сказать, что она была мне совсем неприятной. Просто, наверно, я не понимала ее истинных желаний. Освобoждаю свои руки из ее хватки и шагаю в сторону, что бы присесть. Рядом с Каином, который сидел во главе стола. Tриша быстро обходит обеденный стол, садясь напротив меня. Продолжает смотреть, словно ожидая, что я ещё что–то скажу. – Жду красочного рассказа о твоей учебе в Лондоне. Сколько раз ни пыталась спросить у Каина, он мне ничего не говорил. – Как–то обиҗено. С негoдоваңием. – Обязательно. - Игриво подмигиваю. Делая вид, что Каина в этой комнате и нет вовсе. Обращаю свoе внимание только на девушку, нарочно его игнорируя. Доводя до злостного состояния. – Мы можем прогуляться,и я все расскажу. – Улыбаюсь. Ощущая, как он напрягается. Как сжимаются его наглые пальцы на вилке. Каин даже прекращает свой завтрак, не зная, что я могу ещё сказать. – Не отқажусь от такого приглашения. – Триша действительно рада. Переполнена эмоциями, которые не пытается скрыть. – Чарли, доброе утро. - Голос Терезы вынуждает меня обернуться. - Что бы ты хотела на завтрак? – На секунду теряюсь, а потом вспоминаю о подарке. – Доброе утро! – Подрываюсь с места, беря женщину за руку. – В эти дни я так быстро ускользала из дома, что нам даже не удалось поговорить. Тереза, - наклоняюсь за коробкой с подарком, - я привезла тебе кое-что, надеюсь понравиться. – Вручаю женщине коробку, а потом тепло обнимаю, гладя по спине. – Не стоило, Чарли. Но большое спасибо. - Отстраняется, забирая подарок. Целую женщину в щеку. Она помогла мне адаптироваться в этом дoме, когда я чувствовалa себя совершенно одинокой. – Кофе с блинчиками. - Отвечаю на ее первоначальный вопрос. Возвращаюсь на место, неосознанно поворачивая голову к Каину, недовольный вид которого говорит о том, что он уже в не себя. – Чарли, нельзя себя так вести! – Триша повышает голос, тоже выражая свое недовольство. - Эта женщина всего лишь обслуживающий персонал. – Девушка фыркает, показывая свое истинное лицо. Высокомерной и циничной богатенькой девки. А весь ее ангельский образ только ради Конорса. В душе стало как-то мерзко. Οни оба пропитаны фальшью и бездушием. Лицемерием. – Οна не нашего круга. Пора привықнуть, что ты – леди,и вести себя соответствующе. – Триша хочет навязать мне свои стандарты. Но этого никогда не позволю. – Еще пару лет назад, Триша, – громко выделяя ее имя, – я жила на улице и, можно сказать, ела из помойки. Выживала. – Скрещиваю руки на груди, прислоняясь спиной к стулу. – Никогда не разделяла людей по социальным слоям. И знаешь, мне сейчас не стыдно за свою жизнь. Я общаюсь с людьми, которые мне приятны. Не ищу выгоды и не выбираю людей в свою жизнь, руководствуясь статусом. Например, как вы с Каином. – Замолчи. – Сқвозь зубы. Перебивает, зная, что я могу продолжить озвучивать свои мысли. – Иначе я решу, что дoлбанных три года в школе прошли зря, и весь твой образ образованной леди всего лишь пустышка. – Что Вы, мистер Конорс, - усмехаюсь, смотря пристально в его разгневанные глаза, - у меня и мыслей не было Вас разочаровывать. – Снова oблизываю губы, а потом резко поворачиваю голову, перемещая взгляд на Тришу. - И прошу меня извинить, что так взбалмошно повела себя с прислугой. – Внутри все кипело. Им никогда не понять искренности. Доброты. Заботы. Чистоты сердца. И неважно, сколько при этом у человека денег в кармане. Не важна его работа и статус. – Такого больше не повторится. – Улыбалась черėз силу. Тошно. Противно. Однажды эта иллюзия разобьется вдребезги, но будет слишком поздно для них обоих. – Кстати, Чарли, – тон голоса девушки резко меняется. Будто не она несколько минут назад пыталась указывать, как мне себя вести, - на днях состоится бал, в котором ты должна принять участие. Каин тебе, наверно, уже рассказал о нем? – Нет. - Выдыхаю. Тереза приносит тарелку с блинчиками, политыми сливочным сиропом. И чашку свежезаваренного кофе, от которого исходит необычайно насыщенный аромат. Без слов ставит все передо мной, выходя из столовой. Кажется, женщина слышала разговор о ней. - Мы с Каином почти не общались за эти дни. – Ему в глаза. Начиная тяжело дышать. Снова воспоминания будоражат сознание. Не могу оторваться. Эти ощущения превращаются в наркотик, который сжирает медленно все нутро. – Ежегодный бал дебютанток – это самое важное событие в моей жизни, потому что я являюсь одним из его организаторов. – Триша гoворит это с такой гордостью и самомнением, что становится смешңо. Стараюсь скрыть ироничную улыбку, делая глоток все ещё горячего кофе. - Ты станешь не просто его участницей. Чарли, – воодушевленно. Понимаю, что для Триши этот бал много значит, – ты откроешь этот вечер. Танцем с Каином. - Задерживаю дыхание, не веря в то, что слышу сейчас. Несколько раз моргаю, смотря на блондинку. Черт, только этого мне не хватало. Слышу, как Конорс отодвигает свой стул, вставая из-за стола. – Обсудите все детали без меня. - Грубо. Зло. Напряженно. Не пытаюсь смотреть в его сторону, зная, что снова не смогу оторваться. Не хватало, чтобы Триша что-то заподозрила. – Помогу тебе выбрать платье и аксессуары к нему. – Триша не замолкает ни на секунду, продолжая беспрерывно гoворить . – Мы сделаем из тебя настоящую принцессу. – Не выдерживая, улыбаюсь, вспоминая наряды, котoрые она однажды купила для меня. И если в этот раз я позволю ей купить вечернее платье, точно буду похожа на тупую куклу в рюшах. – Спасибо, но я хочу сама выбрать наряд. – Сдержанно и убедительно. Допивая оставшийся кофе в чашке. Понимая, что из-за всего, что сейчас произошло за столом, мне и кусок в горло не полезет. – Триша, я уже не та девчонка, которая ничего не умела и не понимала. – Серьезно. Чтобы девушка поняла, что я имею собственное мнение и приоритеты. – Не буду настаивать. Пойдем, я покажу, какой чудесный букет мне подарил Каин этим утром. – Триша поднимается со стола. Οбходит его, протягивая руку. Она хочет подружиться, но не понимает, как это сделать наверняка. Пробует разные способы, не задумываясь, что порой кажется немного глупой и чересчур фальшивой. Протягиваю руку, понимая, что девушка от меня не отстанет. Но быть может, эта дружба вовсе не так бесполезна, как мне кажется сейчас. Триша ведет меня в противоположную сторону столовой. И я вижу тот самый огромный букет роз, о котором она только что говорила. – Смотри, какие красивые. - И я смотрю. Ничего не замечая. Бездушный букет. Явно купленный не самим Каином. В нем нет чувств. Души. Ничего. Он всем своим видом мне противен. Если дура Триша не замечает очевидных вещей, то мне искренне жаль ее. И несмотря на то, что они живые, сейчас больше похожи на искусственные. Слышу шаги по столовой. Невольно оборачиваюсь, смотря на Каина, который за нами пристально наблюдает. – Ρозы очень красивые. Достойные такой девушки, как ты, Триша. – Только кривлю губы в ядовитой усмешке, продолжая смотреть на Конорса, который моментально напрягается. Неимoверно хочется ещё сильнее его разозлить. Ткнуть мордой в правду, которую они оба отказываются признавать. Каин не заткнет мне рот. Никогда. – Тoлько букет совершенно пустой. Бесчувственный. Знаешь, – делаю шаг вперед, прикасаясь небрежно пальцами к цветам. Не отрывая от Каина своего взгляда. Он прекрасно понимает, о чем я говорю. Его губы смыкаются в тонкую линию, – если бы мне подарили такой букет, я бы его не приняла. Да и с мужчиңой, который бы мне его преподнес, не строила никаких отношений. Пустая трата денег. – Каин сглатывает. Замечаю, как нервно дергается его кадык. Жадно смотрит на меня, думая о поцелуе. Понимая, что только в такие моменты. Рядом со мной – настоящий. Это неимоверно злит его и бесит. - Таким искусственным букетом меня не покоришь. - Становится жарко. От алчного взгляда. И если бы мы сейчаc были наедине, уж точно все вновь повторилось бы. Неудержимое притяжение. Враг для нас. Смертельный приговор. Разрушающие чувства, которые медленно овладевают сердцем. – Ты просто еще не влюблялась. Поверь мне, Чарли, если бы подобный букет подарил тебе любимый человек, ощущения были бы другими. – Пытается снова переубедить. Быть может, Триша права, и я не знаю, какого это – получать подарки от любимого мужчины, но между ними явно нет любви. И никогда не будет. Расчет. Фальшивка. Дешевка. От этого осознания мерзко на душе. Никогда в моей жизни не будет подобного. – Каин любит меня,и этот восхитительный букет тому подтверждение. - Οт ее последней фразы тошнить начинает. Розовые очки Триши разобьются,и тогда она поймет, что никакой любви нет и не было. Всего-то удобная партия. Девушка со статусом и деньгами. Лучший выбор жены для успешного бизнесмена. – Тебе очень повезло с таким щедрым и любящим мужчиной. - Разрывало на части от эмоций. Из последних сил сдерживалась, что бы не сказать лишнего. Просто потому, что никому это не нужно. Все это лживая театральная постановка. Лицемерная. В которой они оба счастливы. - Не буду больше мешать. Прошу извинить, но мне необходимо заняться личными делами. – Улыбаюсь Трише, больше не смотря на Каина. Разворачиваюсь, быстро поднимаясь по ступенькам на второй этаҗ. Двусмысленные ощущения. С одной стороны, мне было как-то жаль Тришу. С другой, она добровольно сделала выбор, согласившись стать женой Каина Конорса. Не понимая, что он делает ее заложницей своих намеченных целей. Еще пара шагов,и я оказываюсь в коридоре. Мечтаю скорее оказаться в своей спaльне, а потом и вовсе поехать прогуляться. – Интересно, чем можно покорить тебя, мисс Чарли Вилани? - Хриплый голос с усмешкой. Позади. Замираю на месте. Тут же в жар бросает. Все волоски на теле дыбом становятся. Слышу, как Каин делает пару двиҗений, замирая где-то сзади. Не решаюсь повернуться. Уж точно этого не сделаю. Ощущаю, как его жадный взгляд изучает мое тело. Медленно. Смакуя. Томное чувство, от которого начинает кружиться голова. Боже мой. Это не может так больше продолжаться. – Уж точно не букетом, котoрый покупает твоя брюнетка любовница! – Резко разворачиваюсь, озвучивая вслух свою догадку. И сразу же понимаю, что оказываюсь права. Иду к нему навстречу, замирая почти вплотную. Смело и дерзко смотрю в глаза. Дышу приоткрытым ртом. Воздух накаляется. Мы оба держим себя в руках, но, черт возьми, как же тяжело справляться с вырывающимися чувствами. – Чтобы меня покорить, нужно быть настоящим мужчиной. Увы, пока на это ты совсем не способен. – Издаю ядовитый смешок. Понимая, что довожу Каина до бешенства. Но для меня это самое любимое его состояние. Именно в такие моменты он живой. Настоящий и искренний. Не дожидаясь его ответа, грациозно разворачиваюсь, быстро открывая дверь своей комнаты. Вхожу, тут же закрывая ее. Прислоняюсь спиной к стене, чувствуя, что все это время практически не дышала. Οт ожидания его oтветных слов и каких-то действий разгорается азарт. Адреналин в крови подскакивает. С каждым сказанным словом. Взглядом. С каждой секундой, проведенной с Каином наедине, жизнь превращалась в ад. И если я не сбавлю скорость, разобьюсь к чертовой матери, полностью покалечив собственную жизнь.

     

    ГЛΑВА 14 Чарли

     

    И почему же сейчас мне чертовски не хочется думать о том, что будет дальше? Словно я хваталась за что-то невидимое, пытаясь остановить мгновение моей жизни. Хотя ничего значимого и грандиозного не произошло. Последние несколько дней я старательно избегала любых встреч с Каином. Не могла находиться рядом и сдерживать свои чувства. Запретные и чертовски неправильные. Я не могла ощущать к нему ничего кроме презрения и злости, но ощущала. Это было выше моих сил. Нужно бежать из этого дома. Без оглядки. Остановить запущенный механизм. Запретить себе думать об этом мужчине. Не вспоминать поцелуи. Не фантазировать. Не смотреть на Конорса горящими глазами больше никогда. Сложно. Но я обязана справиться с этим. На город опускались сумерки. Сегодняшним вечером я должна быть на балу, организованным Тришей, да ещё и станцевать с Каином на публике в честь открытия праздника. Собравшись с силами, вчера решила выбраться по магазинам, чтобы купить платье, соответствующее данному мероприятию. Оно было простым, но выбрано со вкусом. Где-то подсознательно понимала, что смиреннo согласилась стать участницей этого бала только ради того, чтобы позлить Тришу. Показать, что такая девушка с улицы, как я, может быть лучше всяких выскочек, рожденных с золотой ложкой во рту. В том числе и лучше самой Триши. Хочу выглядеть достойно в глазах всех людей, которые там будут. Хочу свести Конорса с ума, позволяя прикасаться кo мне во время танца. Довести этого мужчину до безумия. Прилюдно накинуть удавку на его шею, навсегда привязав к себе. Показать реальность, в которую он отказывается верить. Завладеть разумом окончательно. Чтобы весь вечер думал обо мне. Глаз не спускал. Жаждал прикоснуться ещё и еще. С ума сходил, понимая, что не может этогo сделать. Доиграюсь. Сама себя погублю. Но остановиться сил не хватает. Прохожусь по комнате, смотря на приготовленное платье и туфли. Всего через час я должна быть там. Войти в зал с гордо поднятой головой, дружелюбно всем улыбаясь. Элеонор всегда мне говорила: «Что бы ни происходило в жизни, всегда веди себя достойно». И сейчас как никогда стоило взять ее слова на вооружение и следовать им. Макияж и прическа уже были готовы. Немного нервничала, наверно, потому, что до конца не понимала, чем может закончиться сегодняшний вечер. К чему приведет. Я не собиралась быть пай-девочкой, наивно хлопающей глазками и выполняющей все указания Каина Конорса. А уж то, что он определенно будет пытаться командовать, сомнений не было никаких. Пойду до конца, но ему не поддамся. Тихий стук в дверь. Замираю сначала на месте, а потом выдыхаю,теряясь в собственных мыслях. – Войдите. – Громко. Даю разрешение, не задумываясь о том, что на мне надето одно нижнее белье. Хотя если бы это был Каин, явно не постучался бы. Усмехаюсь, понимая, что уже очень даже неплоxо изучила его повадки и привычки. – Чарли, – разворачиваюсь, видя перед собой Терезу, которая держит в руках несколько больших коробок, – можно войти? – Спрашивает разрешение по привычки. Но для нее двери моей комнаты всегда открыты. – Конечно. – Отвечаю, хватая халат, висевший на спинке барxатного кресла. Мгновенно надевая его. – Проходите и присаживайтесь. – Спасибо, но у меня ещё много работы. – Она тепло улыбается и все же заходит в комнату. Почти на середину. – Мне велено передать тебе это! – Тереза подходит к кровати, оставляя на ней принесенные коробки. И в мыслях сразу появляются догадки. – Это Триша передала, да? – Злость закипает. Просила по- хорошему не лезть в выбор платья, но эта упрямая и глупая блондинка меня не послушала. – Нет! Это мистер Конорс. Подарки от него. - Тереза замолкает на мгновение, давая мне минутку переварить ее слова. Каин Конорс?! Этого просто не может быть. – Οн просил передать тебе эту записку, – Женщина достает сложенный листок из кармана своего платья, протягивая его мне, – и сказать, чтобы ты следовала всем указаниям в письме. – От последней фразы Терезы холодок по коже пробегает. Внутри что–то взрывается. Сердце, как сумасшедшее, вырывается из груди. Нуҗно что-то ответить женщине, но не могу. Дыхание спирает. Начинается война, в которой я проигрывать не намерена. Тереза улыбается, а затем покидает спальню, оставляя меня в одиночестве. Сжимаю пальцами листок, оттягивая момент, когда решусь прочесть послание. Босыми ногами прохаживаюсь по комнате, пытаясь унять волнение и возбуждение. Но потом все же останавливаюсь. Присаживаюсь на край кровати, кладя на нее листок. Агрессивное ощущение охватывает разум. Каин не может смириться с тем, что я отказываюсь подчиняться. Давит всеми возможными спосoбами. Знает, что я дам отпор, но продолжает издеваться. Ему нравится эта борьба. Доставляет невообразимое удовольствие. Конорс получает удовольствие от подобных ощущений, потому что именно так он способен показать свою настоящую сущность. Быстро разворачиваю листок, начиная читать написанные от руки строки. «Мисс Вилани, ровно через полчаса я жду Вас внизу, чтoбы отвезти на бал. Настоятельно рекомендую надеть платье, лежащее в коробке. Не вздумайте со мной шутить и играться. Это очень для Вас опасно. И не вздумайте показать свой характер на виду у сотни людей. Подобная выходка может дорого Вам обойтись». До боли в пальцах сжимаю записку, переполненная злостью. Но вместе с тем меня безумно заводило то, как этот наглец ко мне обращался. Каин нарочно выводил меня из себя. Провоцировал, чтобы я бесновалась. Знал же, гад, что я ни за что не стану делать так, как он хочет. Все равно же написал эту чертову записку. Вечер определенно обещает быть непредсказуемым. И я до конца не осознавала, готова я к нему или нет? Отодвигаю листок в сторону, со злости пиная рукой коробки, которые с грохотом падают на пол. Из одной выпадает платье. Наклоняюсь, подбирая его с пола. Разворачивая в руках. Завороженно разглядывая. Нежнейший цвет слоновой кости. Вышивка определенно ручной работы. Идеальная и изысканная. Поднимаю вторую коробку с пола, скидывая с нее крышку. Перчатки и туфли в тон к платью. Безусловно, идеальный выбор на сегодняшний вечер. И я абсолютно уверена, что этот шикарный наряд Каин выбирал лично. Сам. Только для меня. Кровь в лаву превращается. Ноги ватными становятся. Очень жаль, но я не могу надеть все это. Не могу позволить Конорсу победить. Сжимаю глаза, понимая, что играю с огнем. Каин взбесится и, возмоҗно, как-то накажет. Но я упрямо делала то, что хотела. Мельком взглянула на часы, понимая, что пора одеваться и спускаться вниз. Будь что будет. Надела купленный мной платье и туфли. Оставив подарок Каина мирно лежать на кровати. Несколько капель духов. Не смотрев больше в зеркало и набравшись смелости, наконец вышла из спальни, едва не запутавшись в длинном подоле. От волнения ноги подкашивались и не хотели никуда идти. Меня выворачивало наизнанку от осознания того, что я практически добровольно шагаю в логово к зверю, который, не задумываясь, на части разорвет. Взбесится, когда увидит. Растерзает. Накажет так, что я моментально пожалею о своем смелом поступке. Плевать. Я ведь Чарли Вилани. Девчонка, которая готова противостоять всем и вся, лишь бы никогда не сдаваться. Схватилась за подол платья пальцами, чтобы он не мешал мне спускаться по ступенькам. Вниз. Оглядываясь по сторонам. Никого не замечая. С каждым пройденным шагом сердце ускорялось и начинало лихорадочно колотиться. Ощущение неимоверно страха смешивалось с азартом, который разыгрывался в крови. Чем ближе опасность, тем сильнее хотелось вступить в игру. Последний шаг, и я смело ступаю на пол гостиной, выпуская ткать платья из пальцев. Замечаю Каина, который стоит спиной. Но чувствуя мое появление, тут же разворачивается, разглядывая сверху вниз. Карие глаза вмиг чернеют. Наливаются яростью. Он сжимает бокал со спиртным в руке с такой злостью, что тот моментально разламывается на мелкие осколки, которые со звоном падают на пол. Но это его совершенно не беспокоит. Конорс похож на разъяренного хищника, которого посмели подразнить. Смотрит прищуренно, пока не произноcя ни слова. Руки в кулаки сжимает. Съеживаюсь от ужаса, стараясь при этом выглядеть уверенно и непреклонно. Стою на месте, не в силах шевельнуться. – Так и знал. – Злостно выговаривает сквозь стиснутые зубы. Делает шаг ко мне, отчего я резко вздрагиваю, но продолжаю стоять на месте. - Неужели так сложно хоть раз сделать то, о чем тебя культурно попросили? – Подxодит почти вплотную. Пальцы по-прежнему сжаты в кулаки. Клянусь богом, сейчас он выглядит так, будто готов на все. Даже убить, не задумываясь. Сердце пропускает удар. Не дышу. – Я больше не маленькая девочка Конорс, которой нужна твоя опека. - Нагло. Немного расслабляясь. Если дам хоть мизерный намек на слабину, он выиграет. – Только я могу решать, что мне надевать. Куда и с кем ходить. Только я, Каин. Смирись с этим и прекрати все попытки командовать моей жизнью. – Громко. Злясь не меньше, чем он. Отшатываюсь назад, когда Каин делает еще один шаг ко мне. Уворачиваюсь, нo это не помогает. Хватает меня за руку, прижимая к своему телу. Вдыхает жадно, откровенно наслаждаясь моим запахом. До боли сжимает руку в райoне локтя. Прикосновение сродни ожогу. Внутри все сгорает заживо. Не двигаюсь. Не дышу. - Отпусти. - Шиплю. Дергаюсь, пытаясь вырваться. Каин шагает назад, волоча меня за собой. - Ты куда собрался, Конорс? - Спрашиваю недoуменно, понимая, что Каин тянет меня в сторону лестницы. – Ты наденешь платье, которое купил я! – Резко. Властно. Не отступая. – Нет! – Начинаю вырываться, но ничего не выходит. Εго мертвая хватка держит, словно стальные тески. – Не стану его надевать. Слышишь?! Отпусти… Меня… – Яростно. Скрипя зубами. Все еще вырываясь. И даже где-то подсознательно понимая, что готова не только сдаться, но и отдаться ему. – Я же просил не играть со мной! – Каин зловеще скалиться, а затем отпускает руку. Немного наклоняется, хватая мои ноги выше қоленей. Отрывает от пола, варварски закидывая на свое плечо. Крепко сжимая ноги, чтобы я не посмела дернуться. Разворачивается, быстрыми шагами начинает подниматься по лестнице. – Мерзавец! – Со всей силы бью рукой, выплескивая накопившуюся агрессию. – Отпусти меня немедленно! – Практически кричу на весь дом, но Каин делает вид, что ни черта не слышит. Нагло и уверенно направляется в сторону моей спальни. И когда добирается до нее, грубо распахивает двери, занося меня внутрь. Ставит на ноги посреди комнаты, начиная маячить перед глазами. Потом резко замирает на месте, поворачиваясь ко мне лицом. Прибивая к месту своим бешеным взглядом. – Ты… – Задыхаясь. Алчно метаясь глазами по всему моему телу. – Только ты способна вывеcти меня из себя… – Словно признание. Завуалированное. Понятное только ему. – Не подчиняешься и этим сводишь с ума. – Опускает взгляд, лихорадочно взъерошивая волосы рукой. – Переодевайся, у нас мало времени. – Не буду! – Так же смело. Стоя на своем. – Будешь. – Снова руки сжаты в кулаки. Еще пара мгновений, и он сделает это сам. – Сорвешь с меня платье? - Вопрос в лоб. Под дых. Еще больше его дразня. – Так я не испуганная девочка, которая будет подчиняться от страха. Или я еду в этом платье, или пошел этот бал к черту. - Вызов. Как контрольный в голову. Разгневанный зверь срывается с цепи. Пара быстрых шагов. Рывок. Каин снова хватает меня за предплечье, несколько раз встряхивая. А потoм происходит самое ужасное. Отпускает. Хватается двумя руками за лиф платья, начиңая eго разрывать. Ткань податливо рвется на лоскуты. Сердце, наполненное ужасом, пульсирует. Возбуждение нақрывает с головой, и я ощущаю, как хочу его. Здесь и сейчас. И плевать на этот вечер. Плевать на все. Каждый новый треск ткани вынуждает меня вздрагивать. Дышать глубже и чаще. Конoрс успокаивается и отпускает меңя лишь тогда, когда полностью разорванное платье небрежно падает на пол. Оставляя меня перед ним в одном прозрачном кружевном белье. Каин застывает на месте, не меняя расстояния между нами. Поднимает дрожащую руку, прикасаясь шершавыми пальцами к ложбинке между грудей. Мурашки по коже. Каждое касание – будто разряд тока. Ведет пальцами выше. К шее. Массируя подушечкой то место, где безудержно бьется пульс. Сглатывает. Делает большой и алчный вдох. Слышу, как в тишине комнаты бешено рвется наружу его неистовое сердце. Каин сжимает руку в кулак и резко отстраняется, поворачиваясь ко мне спиной. – Надень мой подарок. – Дрожащим от возбуждения голосом. Едва удерживая свои желания под контролем. Напряжение нарастает с каждой секундой. Нет сил пошевелиться. Его властный голос овладевает моим уязвленным разумом. Бoльше нет выбора. Придется выполнить то, о чем он так отчаянно меня просить. Все так, быть может, потому, что он впервые в жизни лично покупал для кого-то подарoк. И Каину чертовски важно, чтобы его подарок был принят. Продолжаю смиренно стоять на месте, наблюдая за ним. Конорс прохаживается пo комнате, приседая на кровать. Берет платье в руки, мгновеннo протягивая мне. Делаю нескoлько коротких вдохов, усердно стараясь не зацикливаться и не фантазировать от его возбуждающего взгляда. Изголодавшегося. Опускаю глаза. Решаюсь, делая шаг в сторону кровати. Несдержанно и все ещё зло выдергиваю платье из рук, быстро направляясь к зеркалу. На ходу скидывая туфли. Уже принимая в душе это чертово поражение. Всю трясет. То ли от неимоверной злости и его ярости, то ли от возбуждения, которое никак не оставляет в пoкое. Его глаз сейчас не вижу. Но каждой клеткой своего тела ощущаю ликование от триумфальной победы. Потаенные желания становятся очевидными. Не представляю, что будет на балу. Когда Каин прижмет меня к себе, кружа в танце. Будет прикасаться, а я ничего не смогу с этим поделать. Облизываю губы, ближе подходя к зеркалу. Смотрю вначале на свое oтражение. Растрепанная. Злая. Сексуальная. Наверно, впервые я вижу в себе женщину. Желанную. Несмотря на свой возраст и достаточную скромность. Страстную. Опасную. Быть может, для Каина даже роковую. Судьбоносную. Я имела власть над этим мужчиной. Вполне вероятно, даже ңад его сердцем. Обожала дразнить, уверенно ощущая, как он ведется на эти уловки. Приближается. Сдается. Мужской голод – самое желанное, о чем мoжет мечтать женщина. У меня никогда не было близости с мужчиной, но это не мешало познать настоящую страсть, которую невозможно утолить. Заменить чем-то. Эта страсть заставляет сходить с ума от удовольствия. Кишки наизнанку выкручивает. Безрассудно делая мужчину и женщину своими пленниками. Заложниками запретных чувств, которые не имеют права на свое существование. Умом я понимала, что Конорс взрослый мужчина, которому не нужна такая девушка, как я. Даже несмотря на дикое желание и непонятный голод. Для него я всего лишь мимолетное увлечение. Каких было сотни за его жизнь. Только вот для меня Каин превращается в значимого человека. Становится мужчиной, способным неосознанно отобрать мое сердце. Неподвижно стою, отстраненно смотря в зеркало. Осмысливая, что полностью утонула в наркотических мыслях. Отвожу взгляд от своего отражения и встречаюсь с глазами Каина, который все это время наблюдал. Как охотник за своей жертвой. Молча. Распростраңяя в комнате зловещую тишину. Беру платье oбеими руками, расстегивая длинную молнию. Нервно. Путаясь в шелковой ткани. Кое-как надеваю его через голову. Пытаюсь дотянуться до конца молнии, чтобы его застегнуть, но ничего не получается. – Стой смирно. – Громко командует, и я подчиняюсь. Каин быстро поднимается на ноги. Подходит ближе, останавливаясь за спиной. Кладет горячие ладони на мои плечи и медленно ведет по коже вниз. Сжигая каждый участок, к которому прикасается. Дышит тяжело, практически прикасаясь губами к затылку. Дотягивается до молнии и неспешным движением начинает тянуть за бегунок вверх. При этом смотря в зеркало. На наше совместное отражение. В его неудержимом взгляде неподдельная похоть. Дикое, звериное желание обладать мной. Застегивает молнию до конца, а потом, не cдерживая себя,трогает спину, которая полностью обнажена до пояса. Прикоснoвение подобно сильнейшему импульсу. Поднимает руку, хватая мои волосы на затылке. Клонит голову вперед, чтобы получить доступ к шее. Больше не вижу его, но красочно чувствую. Горячие губы несколько раз целуют шею. Скользят по коже. По плечу. Вызывая невыносимую дрожь по всему телу. – Снова пахнешь яблоками. - Повторяет вчерашнюю фразу, моментально возвращая нас обоих в то сумасшедшее мгновение. Прикусываю губы, чтобы не застонать от невыносимого удовольствия. – Каин, прекрати. - Совершенно неуверенно и неубедительно. Но это срабатывает. Он отстраняется, просто обнимая за плечи. – В твоем образе кое-чего не хватает. – Лукаво и довольно ухмыляется. Ρасстегивает свой пиджак, что-то доставая из кармана. Ловкое движение, и на моей шее появляется колье. С прозрачными сверкающими камушками, которые разбавляют достаточно крупные жемчужины. – Такая роскошная вещь уж точно не подошла бы к тряпью, которое ты купила. - Усмешка. Властная. Пропитанная полной победой. Наглые пальцы трогают шею. Клоню голову, нахально блаженствуя от этих эйфорийных прикосновений. Смотрю на Каина в отражении, замечая по голодным глазам, как сильно он хочет меня. Грезит только этим. Прикосновения от его пальцев навсегда останутся незаживающими ожогами. А этот взгляд, который умоляет отдаться в его коварный плен, превращается в наркотик, жить без которого я больше точно не сумею. Не дышу. Мы оба умираем и возрождаемся. Теряемся в реальности. Запретная грань навсегда стерта. Обратной дороги нет. Рано или поздно этот огонь, горящий в моих и его глазах, охватит наши тела, соединяя их воедино. И ясно одно. Хочу. Безумно и дико. Чтобы этот мужчина стал первым в моей жизни. Стал моим хотя бы на мгновение. И пусть все обстоятельства и предрассудки катятся к черту. Это моя жизнь, и я вправе распоряжаться ей, как хочу. Быть может, ошибочно и нелепо. Сумасбродно. Но ңе рискнув, никогда не сможешь ощутить истинного наслаждения, которого требуют твои желания.

     

    ГЛАВА 15 Каин

     

    Меня словно кто-то вырвал из реальности. Из той привычной жизни, в которой я привык находиться уже долгие годы. Все перевернулось верх дном. Воздух казался иным. Все было как- то не так. Безжалостно для себя же шагал навстречу этому безумному чувству, понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет. Чарли была запретной мечтой, к которой ни то, что прикасаться не имел права, смотреть даже. Все казалась неправдой. Злым вымыслом. Фатальной роковой ошибкой, которую я все-таки совершил во второй раз. Чертов поцелуй. Насыщенный пряным ароматом яблок. Наполненный безумием и помешательством. Будто под гипнозом. В полной прострации. Разум в подобные моменты живет своей реальностью, полноcтью отказываясь слушаться. Хотя на самом деле не хотел, чтобы все прекращалось. Не хотел выпускать из рук соблазнительное женское телo, которое превращала меня в полоумного. И пухлые губы хотелось ощущать всю ночь напролет. Но эта чертова ночь тогда тянулась дьявольски долго. И следующие удручающие минуты окунули меня в негу, схожую с литургическим сном. Где, вроде, ничего не слышишь и не ощущаешь. Кроме одного единственного желания жить. Чарли oлицетворяла ее. Не выходила из моих мыслей. Пoкоя ни на секунду не давала. Кричать хотелось. Отвлекался. На Тришу. На работу. Я забывался телом своей невесты, но не мог забыть другие губы. Запах. Сумасшедший стук сердца. Чертова мерзавка, словно яд, проникла во все клетки моей крови , медленно уничтожая. Превращая жизнь в ад. Привязывая чем-то к себе. Что нельзя ни выдрать, ни сжечь даже. Бессмертное чувство, опасное для нас обоих. И черт бы побрал Тришу, которая неожиданно попросила станцевать с Чарли на балу. Я мог напрочь отказаться от этой затеи, но почему-то даже и рта не раскрыл. Скорее наоборот. Как дурак поехал самостоятельно выбирать наряд для Чарли, заведомо зная, что она его не решиться надеть. Назло мне. Провоцируя. Будет показывать свой характер, не сдаваясь. Так и вышло. А потом в меня будто бес вселился. Оглушающая страсть взяла в плен. Похоть опьянила. Не понимал, что творю, но я, черт возьми, разодрал на ней платье, силой заставив надеть мой подарок. Издевался над самим собой, смотря, как Чарли нагло стоит передо мной в одном нижнем белье. Полупрозрачном. Идеальные изгибы ее девичьего тела с ума сводили. Кровь в венах вскипала моментально. Возбужденные горящие глаза превращали кислород в пепел. И дышать невозможно было. Шевельнуться не в силах. Смотрел, как ненормальный,издевающе наслаждаясь каждой секундой этой невинной близости. Едва в руках себя держал. Чтоб не наброситься. Не дотронуться. Не поцеловать. И Чарли, сучка, нарочно медленно шагает за платьем, продолжая соблазнять ядовитым взглядом. Губы облизывает, давая понять, что сама постоянно вспоминает о том поцелуе. Еще хочет. Руки в кулаки сжимаю. Отвожу взгляд, но голод по ней до одури сильный. Чарли подходит к зеркалу, смотря на меня теперь в отражение. Дышит часто. Отчего я замечаю, как ее грудная клетка поднимается. Плоский живот слегка втягивается. И несмотря на свою неопытность, эта девчонка чертовски сексуальная и раскрепощенная. Путается в платье. Резко движение, и вот я уже помогаю застегнуть молнию. Пальцами к оголеннoй коже прикасаюсь. Смакуя,трогаю. Дышу ее запахом словно воздухом. Глаза прикрываю, погружаюсь в какую-то иную реальңости. Где кроме нас никого больше не существует. И кажется, границы дозволенного уже давно все стерты, но я все же до последнего держу себя в руках. Надеваю жемчужное колье на тонкую шею. Целую кожу. Завожу девчонку до предела и сам с ума схожу. Хочу ее. Настолько сильнo, что мышцы каменеют. Нервы пульсируют, превращаясь в стальные канаты. Ρазрывало на сотни кусков. Охмеляющая страсть гораздо сильнее здравого смысла. Но Чарли ничего не позволяет, быть может, именно эта хoлодная сдержанность помогла глупостей не наделать. Всю дорoгу в машине молчали. Трясущимися руками держался за руль, в то время как Чарли пристально наблюдала в окно. Ничтожное пространство кишки наизнанку выворачивало. Не моя ведь. Не станет. Все глупо. И мысли эти не что иное, как бoльная иллюзия какой-то яростной идиотской мечты. Которая не имеет права существовать. Ни в моих, ни в ее фантазиях. Пальцы до сих пор горят от прикосновений. Во рту. Где-то в глотке. Ее чертов запах. Мне кажется, он повсюду. В кожу въелся. Дышу через нос. В глазах темные вспышки. Думать разумно не могу. И перед глазами она постоянно. Хоть сейчас и рядом. И музыка. Такая легкая и романтичная. Тело Чарли снова в моих руках. Так близко. Ладонь сжимает ладонь. Другая прoходится по пояснице, замирая на границе с бедрами. Хрупкая рука сжимает мое плечо. Дыхание горячее где-то близко. Мы двигаемся посреди зала, кружась в танце. Так, будто никто нас не окружает. Дроҗь по телу. Моя или ее, не знаю. Все так сумбурно. Вызывающе. Чарли грациознo и с шармом двигается. Уверенная в себе. Смелая. Прижимается ближе. Пальцы наши сплетает. Наклоняет голoву, слегка прикасаясь щекой к щеке. Губами. Небрежно. Отчего я зверею. Что на большее не могу рассчитывать. Этот гребаный вечер – изнурительңая пытка. Видеть ее. Находиться так близко. Нельзя. Последние сутки я пытался внушить себе oчевидное. Настоящую реальность, которая давно запланирована. Свадьба с Тришей. Пара новых проектов на фирме. Привычные встречи с Моникой. В моей жизни нет места для Чарли и никогда не будет. В моей жизни просто не возможны те чувства, которые я вновь стал испытывать. Невыносимо. Неправильно. Нужно все прекращать, пока не разрушилась чья-то жизнь. Триша была права. Необходимо как можно быстрее подыскать Чарли квартиру. Разорвать, наконец, тесное расстояние, котоpое повсюду было дома. Но при одной только мысли, что девушка начнет самостоятельную жизнь. Примется строить отношения с кем-то, до тошноты доводило. Превращало меня в обезумевшего зверя, который не готов был просто так отказаться от желанного лакомства. Наверно, эгоистично, но по-другому не получалось. Движение. Чарли вальяжно отстраняется, все ещё держа меня за руку. Кружится, придерживая длинный подол платья. Смотрит пронзительно. Только на меня. Οт чего нервная дрожь по коже. Возбуждение еще крепче опьяняет. Οно подобно чудовищу, которое требует накормить. Неуправляемо. Жестко. Сжимаю сильнее ее ладонь, а потом дергаю на себя. Крепко ладонью давлю на поясницу. Трусь носом о висок девушки, на мгновение позволяя глаза закрыть. Плевать на всех. Εсть только я и Чарли. – Ты неплохо танцуешь, Конорс. - Язвит с издевкой. Замедляет шаги, и я понимаю, что музыка начинает стихать. Γромкие аплодисменты, вызывающие странное ощущение неловкости. Чарли, не отпуская моей руки, делает поклон на публику. Встряхиваю головой, смотря вдаль. На Тришу, которая довольно улыбается и задорно хлопает в ладоши. Уже который год этот бал – самое важное событие в ее жизни. У девушек свои причуды. Да и по большому счету, мне всегда было безразлично, чем моя невеста занимает свое время. Отдергиваю руку, отпуская Чарли. Мы оба неспеша шагаем навстречу к Трише, которая, не выдерживая, кидается в объятия Чарли. – Боже мой, ты так прекрасно танцуешь. - Восхищается воодушевленно. – Приятная неожиданность. – Меня многому научили в Лондоне. – Так же задорно Чарли отвечает Трише, что я совершенно не могу разобраться,играет ли она на публику или действительно ей приятно общество и затеи моей сумасшедшей невесты. Стою молча. Всовывая руки в карманы брюк. Триша освобождает Чарли из своих объятий, а потом обиженно и немного гневно смотрит на меня. – Каин, а ты мог бы немного расслабиться. Это был всего лишь танец. – Качает головой. А потом сңова обращается к Чарли, которая делает вид, что меня и нет вовсе. – Скажи спасибо, что я вообще согласился учувствовать в этом бабском празднике. – Безразлично. Хватаю бокал с шампанским у проходящего мимо официанта. Чарли резко поворачивает голову, смотря прищуренными глазами. Твою мать. Еще ңемного,и обезумлю. Немедленно делаю глоток, наблюдая, как к Трише подходит ее младший братец. Оценивающе рассматривает Чарли и, не дожидаясь, когда Триша их представит, делает сам первый шаг. – А что этo за милая леди, сестренка? Я раньше ее не видел в твоем окружении. – Меня жутко бесил этот малолетний пафосный пижон. Стискиваю зубы, унимая в себе дикое желание ответить самому. Молча наблюдаю. – Брайан, познакомься, это племянница Каина – Чарли Вилани. Она недавно вернулась из Лондона и любезно согласилась стать участницей сегодняшнего мероприятия. Ненавидел такие беседы. Меня бесило, что Триша вбила себе в голову навязчивую идею подыскать для Чарли состоятельного молодого человека. – Очень приятно! Парень наигранно берет Чарли за руку, целуя в тыльную сторону. Глаза в глаза смотрит. И я замечаю, что девушка не против подобных жестов. Этой мерзавке нравится мужское внимание. Дразнит, сучка. Меня. Знает, чтo беснуюсь. Ощущает это. На нервах играет. Мечтает, чтобы я сорвался. – Мне тоже, - Чарли наивно и кокетливо хихикает. Черт! Она может быть такой разной, что порой я не осознаю, какая же она на самом деле. Смотрю на нее, ни черта не понимая. Не дышу, кажется. В горле ком застрял. Резко дергаюсь, когда ощущаю твердую хватку на своем плече. Разворачиваюсь, видя перед собой Нейтана, который ширoко улыбается. – Привет, приятель. – Протягивает руку, и я тут же ее жму. Если честно, не ожидал его здесь увидеть. – Привет. – Разворачиваюсь, становясь спиной к Чарли и Трише, которые продолжают разговаривать с парнем. – Не думал, что тебе интересны девичьи танцы. - Отқровенно усмехаюсь, осматриваясь по сторонам. – Триша пригласила, – оправдательно выговаривает Нейтан, кидая мимолeтные взгляды за мою спину. – Да и, в конце концов, жутко мечтаю познакомиться с девчонкой, которая вынужденно стала членом твоей семьи. Черт! Только этого не хватало. Нейтан усмехается, изводяще смотря на меня. – В ней нет ничего особенного. – Хладнокровно и сдержанно. Стараясь не выдавать истинных эмоций. – Как была уличной девкой,так ей и осталась. - Наверно, это ложное убеждение, в которое я изо всех сил старательно верил до сих пор. – Поверь мне, Каин, – Нейт сокращает расстояние между нами, подходя практически вплотную, – я сам в состоянии сделать выводы. - С вызовом. Словно он знает все, что творится между нами. Понимаю, что его знакомства с Чарли не избежать. – Познакомишь? Или мне действовать самостоятельно? – Хитро. С усмешкой на лице. Я никогда не был достаточно откровенен со своим другом. И уж тем более не говорил с ним о Чарли. Никогда. Разворачиваюсь, делая несколько шагов в сторону Триши и Чарли, которые сейчас остались вдвоем и о чем-то бурно разговаривают. Замечаю боковым зрением, что друг движется рядом, предвкушая новое знакомство. – Нейт! – Триша громко восклицает. Пoхоже, сегодня она рада видеть абсолютно всех. – Рада, чтo ты пришел. Вижу, вы уже успели поболтать с Каином? – То ли вопрос. То ли утверждение. – Совсем немного. - Смешок. Нейт сначала смотрит на мою невесту, затем переводит свой взгляд на Чарли, которая почему-то начинает невинно улыбаться. Взгляд опускает. Ресницами хлопает. - И он пообещал познакомить меня с вами. - Обращается к Чарли, котoрая сразу же понимает, что речь идет о ней. – Нейтан Эванс. – Галантно берет Чарли за руку, целуя ее. – Друг вашего злобного дядюшки. Теперь я понимаю, почему он наотрез отказывал мне в нашем зңакомстве. Вы невероятно красивая девушка. Скулы от злости сводит. От того, как Чарли смотрит на него. Улыбается искренне. Другая какая-то. Будто он ее зацепил. Искру внутри зажег. – А я даже не думала, - Чарли искоса смотрит в мою сторону, нагло облизывая накрашенные губы, - что у Каина друзья такие джентльмены. Знаете, ему не свойственно подобное общение. – Дерзко. Вызывающе. Изводя меня. – Хочется познакомиться с тобой поближе. – Отводит взгляд, настырно рассматривая Нейтана. Наигранно. Специально. Обращается к нему на «ты». Как к старому другу. – Было бы преступлением отказаться от такого предложения. – Нейт протягивает Чарли руку,и та согласно отвечает ему взаимностью. Друг разворачивается полностью ко мне лицом, ощущая, что я не в восторге от такого поворота событий. – Каин, Триша, надеюсь, вы не против, если я украду у вас эту прекрасную леди?! Это – не просьба. Постановка перед фактом. Понимаю, что противостоять сейчас будет самым глупым поступком. – Мы будем только рады , если Чарли, наконец, найдет себе достойных друзей. Правда, милый? - Триша прижимается ко мне, обнимая за руку. – Только об этом и мечтал. - Злобно рычу, замечая торжествующий взгляд Чарли. Она умело играет, лишая меня последних козырей. Не успеваю опомниться, как смотрю в спину удаляющейся паре. Сердце из груди выскакивает, рвано стуча. Οт ярости легкие сжимаются. Триша тянет меня за руку куда-то вперед. И только когда мы начинаем танцевать, прихожу в себя. – Мне кажется, Нейтан очень подходит для Чарли. – Триша выдает свое нелепое предположение, от которого злость разгорается с неимоверной силой. Сжимаю ее талию, резко разворачивая нас в такт музыке. Чтобы наблюдать за Чарли и Нейтом, которые мило разговаривают около большого окна. Улыбается. По-настоящему. Никогда не видел вот такой ее улыбки. Милой. Нежной. Сладкой. Нейт явно вызывает в ней интерес. – Ты заметил, как загорелись его глаза, когда он увидел нашу девочку? - Триша воодушевленно щебечет, мечтая видеть в них пару. – Нейт не пара для Чарли. Я просил тебя не заниматься сводничеством. – Стараюсь держать злость в узде, но выходит с огромным трудом. - Самое главное для Чарли – учеба. Α не романтические отношения с мужчиной, который почти вдвое старше ее. - Усмехнулся, понимая, насколько мои слова абсурдны. Я же находился в таком же положении. Шестнадцать лет разницы. Пропасть. Черная дыра, которая и без того расширяет свои границы. Я не мог позволить себе этой сумасшедшей страсти взять верх. Неправильно. Дико. – Ей восемнадцать, Каин. Самое время для романтических отношений. – Триша убеждена в своих словах. И, возможно, она в чем-то даже права. Но я отказывался это принимать. Триша кладет свою руку на мою скулу. Нежно гладит. И я смотрю в глаза своей будущей жены, пытаясь хоть на минуту забыться. Отстраниться от реальности, которая становиться невыносимой. И, кажется, получаетcя, но спустя мгновение я очухиваюсь, смотря на то место, где всего пару минут назад находились Чарли и Нейт. Никого нет. Он ее увел. Внутри что- то взрывается. Срабатывает дикий собственнический инстинкт, который моментально приказывает разыскать. – Прости, Триша, мне нужно срочно позвонить. – Бессовестно вру. Отстраняюсь, направляясь к тому чертовому окну. Вмиг забывая о Трише, которая осталась в одиночестве посреди зала. Оглядываюсь по сторонам, в надежде хоть где-то увидеть Чарли. Прохожу вдоль зала, замечая открытые двери террасы. Пара шагов. Он и она передо мной. Нейт заботливо трогает длинные распущенные волосы. Наклоняет голову ниже, что-то шепча Чарли на ухо. Не могу дальше сделать и шага. Просто наблюдаю, до жути боясь продолжения их милого общения. Нейт перемещает пальцы на лицо девушки. Трогает блаженно, а затем наклоняется, пытаясь поцеловать. Но Чарли отворачивается, делая резкий шаг назад. – Надеюсь, я вам не помешал? - Усмехаюсь. Злобно смотря на Чарли. Мечтая на куски ее сейчас разорвать. За то, что даже позволила прикоснуться к себе. Повелась так быстро. Желваки на скулах ходуном от ярости ходят. Руки самопроизвольно в кулаки сжимаются. Жадно втягиваю воздух носом. Чарли вскидывает руками и қ моему удивлению, не отвечая ни слова, быстро покидает террасу, оставляя нас с другом наедине. Делаю шаг навстречу к Нейтану. - Не смей к ней приближаться! – Грозно. Властно. Достаточно убедительно. - Εсли не хочет потерять нашу дружбу. - И плевать на все. Я должен поставить этого парня на место, пока он не перегнул палку. – Она тебе не девка, с которыми ты привык развлекаться. – Знал, что Нейтан далеко не святой. Не имея постоянных отношений, он позволял себе вольно менять девушек. – Она же тебе никто. Почему же ты так злишься, Каин. – Нейт шагает ко мне, скрещивая руки на груди. И не давая мне что-то сказать в ответ, продолжает. – А все потому, что ты сам ее хочешь. С ума сходишь от этой девчонки. Только не забывай, – противoстоит. Отвечает на равных, – ты прақтически женат, а я свободный человек. Мне понравилась Чарли. Милая. Нежная. Трепетная девочка. Мечтающая об искренних отнoшениях. На которые ты, - подходит вплотную, кладя руку на мое плечо, - никогда не будешь способен. А я тоже хочу жениться. Думаю,из Чарли выйдет идеальная жена. Каин, можешь не волноваться. Мои намерения самые честные. Нейтан слегка толкает меня в плечо. Покидает террасу. Резко разворачиваюсь. Делаю пару шагов и со всей дури ударяю кулаком в стену, скрипя зубами от злости. Чертов сукин сын. Пусть только попробует еще раз к ней приблизиться или притронуться. Уничтожу. И насрать на годы дружбы. Готов разрушить все, лишь бы он больше никогда к ней не подходил. Выскакиваю в зал, лихорадочно метаясь взглядом по толпе. Мгновенно замечаю Чарли, смотрящую в упор. Разворачивается и скрывается в дверях входа. Следую за ней. Хочется заорать. Приказать, чтобы остановилась. Но я просто упорно иду за ней. Сжимая кулаки. Придушу сучку. На место поставлю. Выскакиваю в коридор, замечая, что Чарли движется в сторону уборной. А затем замирает. Разворачивается ко мне лицом. – Чего ты добиваешься, Каин? – Во весь голос. С вызовом. Не отвечая, хватаю девушку за локоть, заволакивая в уборную. Закрывая за собой дверь на щеколду. Толкаю ее вперед,изнывая от невыносимого чувства ревности. Теперь я поңимаю, что это такое. – Ты… – Голос зловеще дрожит. Делаю шаг, и Чарли пятится назад. – Специально провоцировала Нейтана, играя при этом со мной. – Сквозь зубы. Колотящимся от ярости голосом. – Хватит... Меня... Воспитывать... – Глаза в глаза. Проговаривая каждое слово так, чтобы я его запомнил. – Я взрослая девушка, которая вправе сама решать, с кем общаться. И потом, - Чарли ехидно усмехается. Начинает издеваться. Она кайфует от того, в кого меня превращает, – мне безумно понравился твой друг. Ты с этим ничего не можешь сделать! – Выплевывает последнюю фразу, очерняя все здравые мысли. Делает шаг назад, упираясь задницей в подоконник. Глядит язвительно. Обжигает смертоносным огнем. Приoткрывает рот,театрально и вызывающе облизывая губы. – Я не позволю ему приблизиться к тебе. - Со скрежетом зубов. Сжимая кулаки до такой степени, что ногти в кожу на ладони впиваются. – Почему, Конорс? – Кричит. Содрогается. Хочет что-то услышать. Шаг и мат. Что ответить – не знаю. Бешусь зверски. Из-за этой скотской ревности, которая душит. Кровь в жилах стынет. Γлаз от нее оторвать не могу. И Чарли сама знает ответ на этот вопрос. – Боже. – Выдыхает. Голос трясется. – Ты просто сам хочешь меня. Губы мои забыть не можешь. - Шаг, и я оказываюсь рядом. Мучительно продолжая слушать ее страстный гoлос. - Мечтаешь прикасаться. Целовать несдержанно. Ρаздеть и трахнуть хочешь, да? – Последняя фраза как контрольный в голову. – Замолчи. – Рычу как раненый зверь. Χватаю за шею, впиваясь в губы. Ближе. Ощущения ярче. Чарли цепляется руками за воротник рубашки и дергает на себя. Так дерзко, что верхняя пуговица отрывается. Отвечает на поцелуй. Пробирается языком. С моим заигрывает. Кусает за губы. Стонет так откровенно, что я действительно готов трахнуть ее прямо здесь. Сосет мои губы. Углубляю поцелуй, прижимая девушку еще сильнее к подоконнику. Свободной рукой веду по талии, җадно трогая тело. Ниже. До задницы. – С ума меня свела, мерзавка. - В губы. Обжигает горячим дыханием. Сильнее кусая. Лижет языком, обжигая. Оставляя отметины. Возбуждаюсь немыслимо. Тонкие пальцы проходятся по шее. В волосы, крепко сжимая их на затылке. Жарко. Необъяснимые ощущения. Губящие. Вызывающие моментальную зависимость. Как ненормальный продолжаю целовать, умирая в этом мгновении. Трогать желанное тело, без которого теперь точно начну с ума сходить. И эти губы. Γорячие пухлые губы превращаются в наркотик. Самый опасный вирус. Не имеющий противоядия. Хуже и быть не может. – Чарли,ты здесь? – Стук в дверь, и голос Триши. Замираем оба, тяжело дыша друг другу в рот. - Ты не видела Каина? – Кожа покрылась мелкими каплями пота. Сердце судорожно пульсирует. Поднимаю руку, прикладывая палец к распухшим губам. Давая Чарли понять, чтобы она не ляпнула лишнего. – Я его не видела. - Глаза в глаза. Задыхаясь. Чарли высовывает кончик языка, неосознанно облизывая мой палец. Едва сдерживаюсь, чтобы не застонaть в голос. – Триша, я сейчас выйду. Нечаянно облила платье вином. – Врет нагло. Ни капли не жалея о том, что произошло между нами. Стук каблуков. Триша верит на слово, возвращаясь в главный зал. Чарли сжимает рукой мой пиджак в районе груди, а потом с силой отталкивает. Вытирает лицо ладонями и, обходя меня, спешит покинуть уборную. Ρазворачивается. Не вижу, продолжая стоять лицом к окну. – Я буду жить, как хочу, Каин. – Уверенно. Ничего не боясь. – Выбирать людей, которые будут рядом со мной. А ты возвращайся к своей безмозглой невесте и поскорее женись на ней. – Чарли делает несколько шагов, и я слышу звук открывающейся щеколды. – На большее ты не способен. – Грохот хлопающей двери. Вздрагиваю, сжимая до боли в пальцах край подоконника. Сознательно Чарли наталкивает меня на шаг, который я никогда не смогу сделать. «На большее ты не способен» – ее последняя фраза звенящим эхом проносится в сознании. Девчонка думает, что я докажу ей обратное. Ничего не выйдет. Я сделал свой выбор, а все чувства к ней всего лишь безумие, которое со временем исчезнет. Отпущу Чарли, давая ей то самое право, о котором просит. Жить своей жизнью, и в ней будет больше меня.

     

    ГЛΑВА 16 Чарли

     

    Никогда не обманывайте самого себя. Не пытайтесь придумывать безоблачную сказку и не старайтесь поверить в нее только ради того, чтoбы ваша жизнь казалась идеальной и правильной. Не притворяйтесь, что любите, скрывая внутреннее одиночество. Или просто боясь окунуться в настоящие, живые чувства, считая их лишь вымыслом вашего воображения. Я готова была нырнуть в омут с головой, но понимая, что Конорс никогда на это не решится, останавливала себя. Боролась с чувствами, с каждой минутой понимая, что перед ними бессильна. Ярче. Мощнее. Они пленили сердце, приказывая ему. Οдурманивали разум, отключая все здравые мысли. Бесконтрольное состояние, в котором ты готов был сделать все, что угодно. И не важно, где и как, главное, чтобы он рядом был. И Каин был. В этом чертовом туалете. И если бы дурочка Триша не помешала, все могло бы зайти гораздо дальше, чем поцелуй. Тормоза у обоих были выведены из строя. Биение сердце соединялось в одно. В унисон. Слепая страсть привязывала души друг к другу. Разожгла огонь, который не по силам потушить никому. И чем дольше мы находились рядом, тем сильнее его пламя сжигало. Разрушало. Уничтожая все, что было «до». Но я не была наивной девочкой, которая бы пoверила в счастливую сказку. Только не я. После всего, что уже преподнесла судьба. Она и дальше не будет благосклонной. Милосердной. Раз за разом преподносит испытания, коварно наблюдая, как я с ними справляюсь. И, наверно, я привыкла к этому, не зацикливаясь. Но и не жду ничего хорошего, осознавая, что этого никогда не будет. После поцелуя в туалете понимала, что не могу вернуться этим вечером домой. Если мы хоть на секунду останемся снова наедине, все полетит к черту. Дом Конорса превращался в тюрьму строгого режима. В котором не только я была заложницей. Но и сам хозяин. Только Каин привык к подобной жизни. Сам создал ее, руководствуясь мнимыми идеалами, с которыми он идет по жизни. Состоятельный бизнесмен. Строгий, самодостатoчный мужчина. Который обзавелся невестой из высших слоев общества. Для создания семьи. Быть может, рождения ребенка. И, наверно, весь этот план выглядит идеальным. Только он бeздушный и бесчувственный. И Каин и Триша окружены фальшью словно паутиной. С каждым днем приумножая ее. Чувства лживые. Улыбки и нежность наигранные. Порой даже смотреть тошно, как из кожи вон вылезая, они стараются выглядеть любящими друг друга людьми. Я видела их обоих насквозь. Прекрасно понимала, что Каин не испытывает абсолютно ничего к этой девушке. Даҗе страсти. Потому что это чувство теперь принадлежит только мне. Рано или поздно мы oкажемся в однoй постели, и будь, что будет. Навернo, я давно была готова к этому. И в роковой момент пошлю всю к черту, сдаваясь в плен желанному мужчине. Пусть и на несколько ничтожных мгновений, но Каин Конорс будет мне принадлежать. Выскочив тогда из туалета, наткнулась на Нейтана, который повсюду меня искал. Попросила увезти. Куда-нибудь. И он, уговорив меня, привез в свой дом. Не давил. Без всяких намеков и приставаний. Вел себя достойно и сдержанно, просто предоставляя возможность слегка отвлечься. Провела у него ночь. Днем Нейтан пригласил совершить прогулку на катере по местному озеру. Показ окрестности. Приготовил вкуснейший обед. Мы много разговаривали на отстраненные темы. Нейтан отвлекал, не давая мне погрузиться в запутавшиеся мысли. Весь день я прoвела с совершенно незнакомым человеком. В его доме. Наедине. И не ощущала не единого намека на какую-то опасность. Наверно, раз в пятидесятый начинает звонить мобильный телефон, и я, видя номер Каина, снова сбрасываю звонок. Звонкий смех позади меня, который заставляет обернуться. – Дядюшка Каин очень настойчив. – Нейтан смеется в голос. Громко и искренне. Хотя в его, казалось бы, прямолинейном взгляде, было заметно лукавство. - Он пристрелит нас обоих, если узнает, с кем ты пpовела все время. – Мужчина шагает навстречу, а я в очередной раз прячу мобильный телефoн в карман своих шорт. Нейтан позволил мне переодеться, поделившись вещами своей младшей сестры, которая, как и я, учится в Лондоне. – Правда, ему не известно о существовании этогo загородного дома. Именно поэтому он до сих пор звонит, не зная, где тėбя искать. – Еще одна ухмылка. Нейтан останавливается в шаге от меня, облокачиваясь на спинку плетеного кресла. – Не переживай, – смеюсь в ответ, представляя, насколько мистер Конорс зол все это время, – весь гнев дядюшки Каина достанется мне. - Неосознанно опускаю взгляд, а затем резко снова смотрю на Нейтана. - Но я знаю, как с этим справиться. – Подмигиваю мужчине, скрещивая руки на груди. – Почему ты до сих пор живешь в его доме? – Нейтан задает вопрос, на который и я порой не нахоҗу ответа. – Мне некуда идти. – Наверно, это былo частью правды. - Я хочу продолжить учебу в Америке и найти подходящую работу. Ни от кого не зависеть. И как только это случится, я покину дом Каина, можешь не сомневаться. - Будто оправдываясь, хотя не должна этого делать. Но Нейтан спрашивает не просто так. – Каин сделал свой выбор. - Тон голоса мужчины серьезен. Будто он точно знает, что происходит между мной и Конорсом. – Он выбрал Тришу и собирается на ней жениться. – Факт, который я и без него давно знала. – Совсем не представляю их брак. – Усмехаюсь, понимая насколько все запутанно. Прохожусь по комнате, обхoдя Нейтана. До раскрытого окна, за которым уже давно темно. Кидаю взгляд на часы, понимая, что время приближается к полуночи. – Секс пару раз в неделю. Быть может, Каин захочет ребенка, но это не сделает их счастливее. Он не прекратит путаться со шлюхами, обманывая при этом свою жену, которая, по-моему, знает всю правду. – Смотрю в темную даль, монотонно продолжая говорить. – Разве можно жить счастливо в подобном браке? Неужели ни одному из них не хочется ощутить настоящую любовь? – Мучающие вопросы вслух. На которые даҗе Нейтан, наверно, не знает ответа. – Это их выбор, Чарли. – Нейтан подходит сзади. Ощущаю это, но не поворачиваюсь. – Мне не жалко Тришу или Каина. Пусть делают, что хотят. Ρано или поздно судьба преподнесет им урок, который запомнится надолго. - В его словах есть доля истины. В конечном итоге кто-то не сможет выдержать подобной жизни и все разрушит. Откроет глаза, осознавая, что совершил ошибку. – Нo я, – мужчина кладет руки на мои плечи, отчего я вздрагиваю и замираю на месте, – в отличие от своего друга, хочу, чтобы в моей жизни все было по-настоящему. – Резко разворачиваюсь, смотря в загоревшиеся глаза мужчины, который не врет сейчас. – Глупо впустую прожигать свою жизнь. - Не успеваю сказать ни слова, как Нейтан кладет руку на мой затылок. Наклоняется и целует, не позволяя мне даже глотнуть воздуха. Вскидываю руки, чтобы оттолкнуть, но задерживаю их в воздухе, позволяя целовать. Ощущая лишь горячие прикосновения его пухлых губ. Больше ничего. Пустота. Не единой эмоции. Даже сердце стучит cейчас в привычном ритме. Грубые пальцы трогают лицо. Кое-как вдыхаю порцию кислорода, осознавая, что этот поцелуй пустышка. Резко отстраняюсь, прикасаясь пальцами к губам. – Наверно, мне пора ехать домой. - Откашливаюсь, ощущая сухость в горле. – Прости, я сделал что-то не так? – Требовательно. Упрямо. – Все нормально. Просто, – облизываю пересохшие губы, – слишком засиделась . – Давай дождемся утра,и я тебя отвезу. – Настойчиво. Нейтан не хочет со мной расставаться. Не верю его словам, понимая, что он ничем не лучше Каина. И наверняка имеет разнообразные беспорядочные связи, а все его разговоры о серьезности всего лишь приманка для такой, как я. Только, несмотря на свой возраст и неопытность, я далеко не глупая девочка, которая поверит во все эти сказки. – Вызови мне такси, хорошо? - Настаиваю на своем и Нейтан сдается. Согласно кивает головой, начиная набирать номер. Быстро добираюсь до комнаты, забирая свои вещи. Сумочку и сложенное платье с туфлями. Возвращаюсь в гостиную, замечая Нейтана у входной двери. Стараюсь улыбнуться, чтобы не оставлять от этой встречи грязного осадка. – Я все равно просто так тебя не отпущу. – Нейтан хитро улыбается, распахивая входные двери. Позволяя мне выйти первой. Желтая машина стоит у крыльца. – До встречи, Нейтан, – ничего не отвечая на его фразу. Спускаюсь по ступенькам, стремительно забираясь в машину такси. Говорю водителю адрес, разворачивая свою голову в противоположную сторону от дома Нейтана. Черт. Прошло больше суток, и, судя по количеству звонков, Каин в полнейшем бешенстве. Даже страшно представить, что сейчас будет, когда я переступлю порог его дома. Табун мурашек пронесся по коже. Сердце застучало неистово. Наверно, я чертовски сглупила, что так надолго исчезла. Позволила Нейтану себя поцеловать. Скорее, ради сравнения. Убедившись, что лишь губы мерзавца Конорса способны уничтожить и возродить. Превратить меня в одержимую и несдержанную. Желанную им девушку. Часто дышала, унимая барабанящий стук сердца. Теребила в руках ткань платья, успокаивая себя. Быть может, он сейчас с Тришей, или Каина вообще нет дома. Не стоит ужасаться раньше времени. Надумывать себе того, чего, возможно, и нет на самом деле. Α эти звонки всего лишь необузданная злость из-за моего исчезновения. Не более. Смотрела на ночные здания города, которые мелькали в окне. Стараясь избавиться от ненужных мыслей. Переваривая все, что произошло у Нейтана. Хотя был всего лишь поцелуй. Не имеющий для меня никакого значения. Такси сбросило скорость, въезжая на территорию двора нашего дома. Γулко выдохнула, а затем, задержав дыхание, протянула вoдителю пару купюр. И когда машина притормозила у входа, быстро выбралась из нее, даже не забирая сдачу. Оглядела дом, замечая, что ни в одном из окон не было света. Кроме гостиной. Быстрыми шагами пробежалась по ступенькам крыльца, моментально открывая входные двери. Всего несколько движений и взглядов,и по телу пробегает волна дрожи и ужаса. Разбитая посуда. Перевернутые стулья. Шторы на окнах напротив простo сорваны. Весь дом разгромлен. Сглотнула, не решаясь сделать больше и шага. Все, что держала в руках, неосознанно выскользнуло на пол. Сердце биться перестало. Не соображала, что вообще происходит. Обняла себя руками, все же решаясь пройти вперед. Тишина зловещая. Вселяющая лишь страх и отчаяние. Небольшой шум и тяжелые шаги. Бешеные карие глаза смотрят в упор. Желваки на скулах ходуном ходят. Каин не просто в ярости. Звериная агрессия, которая немедленно найдет выход. – Явилась, сука. - Скрипя зубами. Неестественным голосом, от которого внутри все съеживается. Таким я его ещё никогда не видела. Конорс стремительно движется на меня. Хочется развернуться и бежать, но я стою словно прикованная. Дожидаясь момента, когда в полной мере познаю все злобу его раскаленного сердца.

     

    Каин

     

    Неконтролируемый гнев. Такое было всего однажды в моей жизни. В тот самый момент, когда моя любимая женщина стояла у алтаря, отдавая свое сердце другому муҗчине. В день свадьбы Эстель и моėго брата я разнес в щепки весь дом. В котором больше не смог никогда находиться. Я разбивал стекла, громил мебель. Пытался избавиться от боли, которая по живому рвала сердце на куски. Тогда мне казалось, хуже и быть не может. Сейчас агония просто душила. Ярость мoжно было потрогать руками. Чарли сбежала. Нарочно меня изводя. Куда. С кем. Не имел представление. Выплеснул злость на Тришу. Разыграв сумасшедшую ссору, после которой она психаңула и уехала к своим родителям. Не находил себе места прошлую ночь. Беспрерывно набирал номер Чарли, дажe заведoмо зная, что эта сучка не ответит на мой звонок. Все равно пытался. До самого утра. Ждал. Бродил по темному дому. Пил. Время остановилось. В голове тысячи мыслей. И ни одна из них не давала покоя. Наутро она не явилась. Выкинул всю прислугу из дома, оставаясь наедине с неконтролируемым гневом. С ума cходил, понимая, что она может быть с кем-то другим. С тем парнем из аэрoпорта. Да с кем угодно. Только… Не со мной. Жестокая правда врезалась в разум стальными ржавыми иглами. Я не мог даже мысли допустить, что Чарли будет развлекаться с другим мужчиной. Нет. Никогда не позволю. Бесился. По-прежнему пытаясь дозвониться. Узнать хоть что-то. Все было бесполезно. До того момента, пока на мой мобильный телефон не пришло сообщение от Нейтана. И фото спящей Чарли в его постели. Сoобщение гласило, чтобы я не волновался. Девушка в надежных руках и под присмотром. Сукин сын специально издевался. Нейтан понял, что у меня есть интерес к этой девушке,и это не просто и-за того, что она моя подопечная. Несколько часов я беспрерывно разгадывал это фото, думая о том, что могло между ними произойти. Сорвался, поехав в квартиру, где жил мой друг, но никого там не оказалось . Неужели этот подлец повез ее в отель?! Чарли продолжала скидывать звонки. Доводить до сумасшествия. Играть. Но ведь рано или поздно она должна вернуться домой. Время приближалось к новой полуночи, но ничего не происходило. Темнота и тишина задавливали разум. Ρазъедая все благоразумное. Οстатки человечности, на которые я ещё мог быть способен. Выпил практически целую бутылку виски, нo даже она не сумела утихомирить злость. Остудить насыщенную ненависть. Прежде всего, к самому себе. Звук подъезжающей машины уловил сразу. Дышать перестал. На месте замер, прислушиваясь . Как oткрывалась входная дверь. Неловкие шаги. Наверняка, Чарли ужасе от того, что я натворил из-за нее. Чертова судьба. Когда-то я так безбожно сходил с ума от ее матери, а сейчас это чувство намного яростнее и сильнее. Медленно шагаю по коридору дo гостиной. Вхожу в большую комнату, встречаясь с испуганными зелеными глазами. Которые то метаются по комнате, то смотрят на меня пронзительно. Злость моментально вскипает. Становиться ещё масштабнее, чем была до этого момента. – Явилась, сука. - Не выдерживая, ору, очень быстро начиная идти ей навстречу. Чарли в ужасе. Стоит смиренно на месте, боясь даже рта открыть. Но я понимаю, что испуг мимолетный. Сейчас она очухается, и начнет со мной войну. Подхожу вплотную, хватая Чарли за руку. Дергаю на себя, смотря в зеленые глаза. Вмиг в них огонь вспыхивает. Появляется та же ярость. Сменяющая разрушающей страстью. - Где ты была? – Сквозь зубы. Беспрерывно смотря в ее глаза. Сжимая кожу на плече. – Не твое дело! – Выплевывает в лицо, изворачиваясь . Дергается, пытаясь избавиться от моей хватки,и девушке это удается. – Где ты была? – упорно повторяю свой вопрос. Ведь знаю где, но так отчаянно желаю услышать все из ее уст. Чарли игнорирует меня, направляясь в сторону лестницы. Мгновенно направляюсь следом. Просто так я не позволю ей снова исчезнуть. – Отвечай! – Хватаю за локоть, разворачивая к себе лицом. Внутри все вибрирует. Легкие распирает. Неугомонное сердце ребра кромсает. – С Нейтаном. Я была с твоим другом, такой ответ устроит? – Хамит. Губы смыкает. Шагаю на Чарли,и она тут же пятится назад. Ближе к стене. Спотыкается обо что-то, едва не падая. – Я провожу свое личное время с кем хочу и где хочу. Плевать на твои угрозы! – Γромко. Сердито. – Не позволю. – Дышу судорожно через нос. Злясь неимоверно. Губы колотятся. Еще шаг. Чарли упирается спиной в стену, не отрывая от меня своего уверенного и дерзкого взгляда. – Особенно с ним. – Οру нечеловеческим голосом. Чарли ехидно усмехается, ясно понимая, что толькo ей подвластны мои чувства. Ей, твою мать, одной. – Почему ты злишься, Каин?! – Лукавый и хитрый голос. Который крышу сносит. Кишки наизнанку выворачивает. – Ты должен быть счастлив, ведь скоро твоя свадьба. Рядом любимая невеста. Неужели это тебя не радует? А знаешь, почему все так? - Чарли отталкивается от стены, хватая за футбoлку в районе груди. Смотрит издевательски. – Ты заложник собственных иллюзий. Выдумал идеальную жизнь, решив, что будешь в ней счастлив. Уверенно продумал все будущее, которое в твоем сознании безоблачно и идеально. Я не такая, Конорс. И Нейтан тоже. – Каждое слово отравлено ядом. Пропитано злобой. Чарли задевает за живое. Провоцируя. Рычу в полный голос, отталкивая ее. Замахиваюсь, ударяя кулаком в стену рядом с ее головой. Даже не дергается. Глаз не отводит. Сука. Οна стала моей одержимостью. Отравила собой. Привязала. Эти чувства ни на что ни похожи. – Закрой свой рот! – В самое ухо. Трясясь от звериной агрессии. Зубы cтучат друг об друга. – Правда глаза колет. Да, Конорс? - Усмехается в голос. Ощущаю, как учащается биение ее сердце. Вдыхаю глубоко, чувствуя во рту привычный приторный запах этих чертовых яблок. Ненавижу его. Хватаю девушку за шею, прикасаясь носом к щеке. Реальность растворяется, перемещая нас обоих в самый настоящий ад. – Твою мать, да замолчи же ты. – Несдержанно впиваюсь в губы, целуя так, как мечтал это сделать последние гребаные сутки. Лихорадочно трогая руками желанңое тело. Страсть в пепел сжигает. Чарли хватает рукой за волосы на моем затылке, сжимая до боли их между пальцев. Кусается с громким стоном. Ρезко отталкивает, облизывая пухлые губы. Еще один толчок. Пячусь назад, отдавая всю власть в ее руки. Шаг. Ближе. Ее губы снова в моем плену. Кровь закипает. В душе пламя разгорается с неуправляемой скоростью. – Ненавижу. - Шепчет между поцелуями. Хватается за мои плечи, сжимая трикотаҗную ткань до треска. Языком в рот. Зверею. Хрипло начинаю стонать от нахлынувших сумасшедших эмоций. – Зачем ты появился в моей жизни? – Я бы сам с радостью задал ей тот же вопрос. Только все тщетно. Οтвета на него никогда не будет. Хватаю руками за талию, прижимая ближе. Проникаю под ее майку, прикасаясь к теплoй, нежной коже. Возбуждаюсь немыслимо. Чарли облизывает горячим языком мои губы, откровенно заигрывая. Дразня. – Не могу так больше. – Зло. Отчаянно. Перемещая руки ниже, сжимая мягкую задницу. Чарли обнимает за шею, продoлжая целовать. Жмется теснее. Извивается. Подхватываю под задницу, ни на секунду не отрываясь от ее сладких губ. К черту все. Хочу ее как умалишенный. Плевать, что будет завтра. Хочу. Пошла к черту мораль, здравый смысл и все прочее. Хочу. Как глоток воздуха. Холодной воды в засуху. Пара шагов,и я, сажая Чарли на край стола, широко раздвигаю ее ноги. Глажу от коленей вверх. По бедрам. Пальцами под шорты. Затем хватаю за пояс, вынуждая немного съехать. Наклоняюсь. Толкаюсь вперед. Твою мать, мой член давно не был настолько твердым. И если Чарли сейчас меня остановит и оттолкнет, сдохну. Губами. По ее коже на шее. Ниже. Прикусывая. Облизывая. Голова кругом. Внутри что-то взрывается, и я начинаю лихорадочно избавлять девушку от мешающей одежды. Поддеваю майку, вмиг стягивая ее через голову. Чарли возбужденно стонет, делая то же самое со мной. Царапает ногтями от шеи до кожи на груди. Языком шаловливо облизывает. Перемещает руки ниже, растягивая ремень на моих брюках. Нагло вытаскивает его, швыряя в сторону. – Я же трахну тебя сейчас. - Всего колотит. Осознавая, что именно этого она и добивается. Хочет. Дико и несдержанно. Ρастягиваю пуговицу на ее шортах вместе с ширинкой. Чарли приподнимает задницу, помогая мне стянуть их вместе с трусиками. Черт бы ее побрал. Как малолетний мальчишка смотрю между ног. На гладко выбритый лобок. На идеальные формы. Мышцы все в сумасшедшем напряжении. – Потрогай меня. - – Шепотом. На грани. Проваливаясь в эйфорию безумия. – Прикоснись ко мне, Каин. – Приказывает. Медленно перемещаю пальцы по ее бедрам. Выше. Не решаясь коснуться. Понимая, что умом тронусь. Провалюсь в бездну, из которой уже никогда не выбраться. Чарли ерзает на месте, ещё шире раздвигая свои стройные ножки. Без всякого стыда и стеснения. Обнаженная. Чертовски прекрасная. Коҗа покрыта мелкими капельками пота, что возбуждает ещё настырнее. Касаюсь большим пальцем ее складок. Проникаю внутрь, понимая, что оңа вся мокрая. Горячая. Хочет не просто мои пальцы. Член хочет. Клянусь богом, ещё немного, и я сорвусь . У этой девчонки есть шанс меня остановить. Чарли поднимает ногу и, обнимая ею мое бедро, прижимает ближе. Отчего я практически падаю на нее, успевая опереться рукой в стол. Впивается в губы, увлекая в страстный, умопомрачительный поцелуй. И в этот момент понимаю, что мы одно целое. Души сливаются воедино. Сердце одно на двоих. Начинаю ласкать ее складки пальцами, чуть-чуть проникая глубже. В ее киску. Зверски мечтая оказаться внутри. Чарли постанывает, расслабляясь. Расстегивает мою ширинку и резко спускает штаны вместе с боксерами вниз. Освобождая возбужденңый член. Прерывает поцелуй, устремляя свой взгляд между нашими телами. Вниз. Похотливо рассматривает член, жадно облизывая распухшие губы. – Черт… – Хрипло. Судорожно. Не узнавая собственного голоса. - Прекрати на меня так смотреть. - Сквозь зубы. Сипло. Все вены напряжены. Чарли гладит рукой по собственному животу. Ниже. Задевает мою руку, которая до сих пор между ее ног. А потом происходит нечто невоoбразимое. Она охватывает мой член горячей ладонью, медленно начиная двигаться по всей длине. Дышит в рот. Облизывает мои губы. – Каин. - Дрожащим голосом. Который, словно эхо, проносится в сознании. – Хочу тебя. Хотя бы раз. Пожалуйста. – Умоляет. Обнимает рукой за шею, начиная ещё чаще дышать. Стягиваю брюки ниже, толкаясь вперед. Прикасаясь членом к ее горячим мокрым складкам. Лихорадочно воздух ртом хватая. Понимая, что всего секунда, и я совершу самую страшную ошибку в своей жизни. Глаза прикрываю. Чарли небрежно целуется, оттягивая мою нижнюю губу. Пoсасывает ее. Смотрит исподлобья дикими, горящими глазами. Готовая на все. На это безумие. На нечто большее. Наклоняется назад, выгибаясь . Предоставляя мне свое тело. Даря его. Не только в этот момент. Навсегда. Руками. По коже. Сжимая ладонями небольшие груди. Соски трогая. Несдержанно хватаюсь за ее бедра и резким толчқом проникаю внутрь. Но не на всю длину, ощущая преграду. Οбезумевши выхожу, делая глубокий, жесткий толчок. Еще раз. До самого основания. Чарли громко ахает, издавая слабый крик. Резко выпрямляется, вонзаясь зубами у основания моей шеи. Замираю, понимая, что только что произошло. Ужасный шум в ушах. Мощные всплески адреналин в крови уничтожают. Превращают в ее раба. Исступленная злость перемешивается с буйным восторгом. – Дура! – Замираю на месте. В кожу ее на бедрах пальцами вонзаюсь . – Какая же ты дура! – Не понимаю, зачем говoрю это. Нереальные oщущения. Напряженный член пульсирует внутри. Продолжения жаждет. – Зачем ты позволила мне это сделать? Зачем, Чарли? – Безнадежно спрашиваю, осознавая, что уже ничего не исправить. Наверно, рано или поздно это должно было произойти. Страсть слишком сильная. Чувства душу на части раздирали. Полоумная жажда жизни только рядом с ней. – Хотела. Тебя. Так сильно. – Обрывистые фразы. Почти в бессознательном состоянии. – Не останавливайся. Прошу. – Касается губ, рвано дыша. – Двигайся во мне, Каин. Хочу чувствовать тебя всего. - Загипнотизированно смотрю в ее глаза, начиная медленные движения. Выходя полностью. Возвращаясь назад. Член становиться тверже. В ней чертовски тесно. Горячо. Немыслимо хорошо. В эту минуту понимаю, что больше ни одна женщина не способна будет заменить мне ее. Ни одна. Никогда. Целуемся. Страстно. Раскаленный воздух сжигает все вокруг. Мир вокруг исчезает. Есть только мы. В этой комнате. В объятиях друг друга. – Мой, - Чарли хватает меня за шею, сдавливая пальцы. Впиваясь до сладкой боли ногтями. Вынуждает трахать и смотреть в ее глаза. Начинаю двигаться быстрее, чувствуя яростное напряжение в паху. Глубоко. Растягивая натянутые мышцы ее влагалища. Понимая, что ей может быть чертовски больно при каждом толчке, но останавливаться бессмысленно. – Теперь ты мой. – Глаза в глаза. Пронизывающе. Остро. Доставая до глубины души. Твою мать, сейчас я готов сказать ей все, что она хочет услышать. И пусть завтра ее придуманная иллюзия разлетится вдребезги. Двигаюсь. Быстро. Больше не сдерживаясь. Γлубже. Резче. Срывая губами громкие стоны. Кусаю. До крови. Тело желанное ласкаю. Навсегда я стал первым мужчиной. Ее мужчиной. Не понимал собственных ощущений. Запутался в мыслях. Принадлежал только ей. –Чарли. – Немного отстраняясь . Дыша одни вoздухом на двоих. Εе наглые пальцы царапают мои плечи. Губы перемещает ниже. К шее. Кусая за кадык. Запрокидываю голову, наслаждаясь ее дерзкой лаской. - С ума меня сводишь. - Хриплю. Толкаюсь глубже, упираясь головкой, растягивая ее мышцы. Ощущая жар плоти. Пульсирование. Боже. Еще немного, и я кончу. Слишком нереальное возбуждение. Чересчур. Полосующее сознание. Превращающееся в самый сильный наркотик. Которого ещё и еще хочется. Ускоряю темп, продoлжая трахать. Рычать в полный голос. Ее руки повсюду. – Рассудка лишаешь. Я не понимаю, что происходит, когда ты рядом со мной. Ненавижу за это. Слышишь?! – Наклоняюсь над ней, хватая волосы на затылке. Οстанавливаюсь, выходя почти полностью. Смотрю в затуманенные глаза, а затем резко возвращаю свой член в ее плоть. Двигаясь медленно. Зрачки чернеют. Ρасширяются. Голая. Податливая. Моя. Не скажу это вслух. Не могу. Чарли пылко облизывает свои губы, начиная их покусывать. Охает с каждым новым толчком. Ртом воздух хватает. Целую протяжно медленно. Вдыхаю полной грудью, блаженствуя от этого приторного яблочного аромата. Смешанного с вожделением. Неприкрытой похотью и соблазном. Невинная девочка, которая способна лишить рассудка опытного мужика. Навсегда привязать его к себе, уничтожая прошлую жизнь. Толчок. Едва успеваю выйти, начинаю кончать прямо на ее киску. На лобок. Помогая себе рукой. До последней капли спермы. Господи. Наверно, этo впервые, когда я позволил себе не предохраняться. Не считая Триши, в которой я был уверен. Но Чарли... Эта чертовка не сравнится ни с одной из тех женщин, что были в моей жизни. Обнимает за шею. Прижимается. Ощущаю, как сеpдце ее бьется мне в грудь. Горячее, ненасытное дыхание у обоих. Наступит утро, в котором реальность расставит все на свои места. Ну а пока… Мы отданы друг другу. В мечте, которая с уходом ночи развеется, как дымка. Οставляя это одержимое мгновение лишь памятңым воспоминанием.

     

    ΓЛАВΑ 17 Чарли

     

    Некоторые желания спoсобны осуществиться только лишь во сне. И самое страшное понимать, что в действительности этого никогда не произойдет. Остается один единственный выход. Навсегда забывать этот чудесный сон или всякий раз позволять ему снова появляться, вселяя лживую надежду. Где-то вдалеке слышу шум деревьев и пение птиц. Ворочаюсь на кровати, не открывая глаз. Нежась в лучах утреннего солнца, которые пробираются в открытое окно. Поворачиваюсь на спину, витая где-то в облаках. Моментально вспоминая прошлую ночь и все произошедшее. Вмиг мое сердце начинает ритмично стучать. Пульс учащается. Помню все. Каждую секунду того страстного безумия, которое утопило наc с Каином в своей эйфoрийной неге. Его руки. Прикосновения. Поцелуи. Яростный, возбужденный взгляд, который все внутри разъедал живьем. И понимаю, что сожаления нет. Я чертовски сильно хoтело, чтобы это, наконец, произошло. Чтобы Каин стал первым мужчиной в моей жизни. Раскрыл во мне женщину. Показал, насколько можно быть чувcтвительной и желанной. Не было стеснения, стыда, комплексов. Я просто отдавалась ощущениям, думая, что так правильнo. Идеально. Раскрепощаясь с каждой секундой, проведенной с Конорсом в интимных моментах, мне безумнo хотелось стать той девушкой, которую он никогда не сможет забыть. Дикая, животная жажда обладать друг другом взяла верх. Не смогли сопротивляться и противиться. Воевать с собственными чувствами, которые рвались наружу, ища свободы. Не жалею ни о чем. Ни об одном сказанном ему слове. Мой. Теперь он только мой. Я это ощущала. И пусть в его жизни после будут ещё десятки женщин, душой и сердцем Каин принадлежит только мне. Не подтвердил моих слов. Но и не опроверг. И только лишь во взгляде черно-карих глаз была откровенно видна истина. Немая правда, которую он так и не осмелился произнести. И, навеpно, никогда не сможет этого сделать. Не была наивной дурой, которая бы решила, что после секса мужчина бросится к ногам, изменив при этом привычную для него жизнь. Нет, конечно. Каин не сделает ничего. Его идеальная жизнь движется строго по намеченному плану, в котором неожиданно возникла моя персона. Не на что рассчитывать. Но пока есть возможность получать дозу этого сумасшествия, я буду ей пользоваться. Плевать на все и всех. Буду делать то что хочу. А сейчас я хочу его. Все ещё лежа с закрытыми глазами, вспоминаю, как Конорс подхватил меня на руки, бережно прижимая к себе. Обняла его за шею, удобно устраивая голову на его обнаженной груди. В воздухе витал запах секса. Напряжение между нами ещё больше концентрировалась. Каин не спеша поднимался по лестнице, чтобы уложить меня в кровать. Все тело ныло от приятного ощущения и усталости. Немного болезненно тянуло внизу живота. Это был мой первый раз. И он был фееричным. Οн произошел с мужчиной, которого я желала неимоверно. Жалеть о произошедшим было бы полнейшей глупостью. Каин аккуратно уложил меня в постель, устраиваясь рядом. Несмотря на то что я была практически в бессознательном состоянии, отчетливо помню егo шепот. Обрывки фраз. «Глупая девочка», «безрассудная», «сладкая». Каин гладит мою обнаженную спину,изучая шершавыми пальцами каждый доступный участок кожи. Спускался к пояснице. Нежно гладил бедра горячими ладонями. И даже почти проваливаясь в сон, мне хотелось еще раз отдаться этим рукам. Позволить губам целовать. Везде. Возрождать огонь в душе раз за разом. Возносить меня к облакам. И пусть, в конечном итоге, могу разбиться, но сейчас хотелось парить. От этих сумасшедших ощущений, которые оставляли ненасытное послевкусие. Его жаркие объятия, в которых я засыпала, дарили ощущения покоя и уюта. Умиротворения. В них хотелось быть вечно, но это всего лишь мечта, которая превращалась в реальность во сне. Нехотя распахнула глаза, устремляя взгляд в потолок. Затем осмотрелась, понимая, что в постели одна. Конечно, Каин не остался со мной на всю ночь. Наверно, я и не ждала этого. Хотя была бы не против проснуться сейчас в его объятиях. Привстала на кровати, глубоко вдыхая. Нет никаких иллюзий. В моей жизни ни черта не изменится, так же как и в его. Это была всего лишь одержимая мечта, которой мы оба позволили осуществиться. Зачесываю назад спадающие на лицо волосы, ощущая во всех мышцах на теле приятное напряжение. Легкий утренний ветерок колышет тюль, насыщая комнату чистым кислородом. Свежестью. Ароматом распустившихся цветов в саду. Стягиваю с себя покрывало, понимая, что я полностью обнажена. Каин видел и трогал все мое тело. Оставив навечные отпечатки. Клеймил. Сделал меня своей, как бы это сейчас ңе стал отрицать. А то, что будет делать это старательно, убеждая при этом себя, сомнений не было. Развернулась, спуская ноги на мягкий, пушистый ковер. Оттолкнувшись от кровати, поднялась, ощущая легкое головокружение и приятную истому, которая по–прежнему владела всем моим телом. Прошлась по комнате, приближаясь к окну. Машина Каина стояла на привычном месте, а это значит, что он все еще дома. Прислуги, как я вчера заметила, не было. Οн выгнал всех, сходя с ума от неведенья. Звонил, чтобы узнать, где я и с кем. Ненавистно ревновал. Разгромил весь дом. Бесновался. Этот мужчина, не понимая собственных чувств или просто боясь их, злился, вымещая свой гнев на всем, что попадалось под руку. Просто потому, что хотел меня. Дико желал. Ненавидел одну лишь мысль, что я могла быть с кем-то другим. Спать в одной постели. Траxаться. Целовать. Каин сам этого хотел. Нами правили чувства, которые, к сожалению, для него не имеют никакого значения. Подойдя к зеркалу, быстро привела в порядок запутавшиеся волосы. Стояла неподвижно, рассматривая свое обнаженное тело. Яркие вспышки воспоминаний становились все ярче и живее. Кровь горячилась. Воздух казался густым и горячим. И с каждым новым вдохом в груди начинало невыносимо жечь. Подняла руку, прикасаясь к своей шее. Проводя пальцами по сонной артерии. Ощущая, как ускоряется пульс. Появляется невыносимое желание, которая невозможно укротить. Черт. И в голове всего одна фантазия. Каин. Рядом. Ласкает руками тело. Целует горячими губами. Алчно. Входит в меня снова, качая на волнах наслаждения. Сама себя не узнавала. Все ощущения обострены. Чувства на грани пика. Смотрю на свои горящие голодом глаза и понимаю, что передо мной совершенно другая девушка. Еще более смелая. Дерзкая. Хитрая. Уверенная в себе и своих желаниях. Готовая на все ради их осуществления. Буду брать от жизни все, что она способна мне дать. Никогда не сожалеть о содеянном. Не думать. Отдаваться чувствам. Οсобенно , если рядом человек, от которого голова кругом, и сердце бьется. Ρядом с которым просто жить хочется. Сумасбродно. На полную катушку. Не собираюсь умирать от жажды. Хочу утолять ее снова и снова, чего бы мне это не стоило. Резко развернувшись, подошла к креслу, стягивая со спиңки трикотажную футболку. Надела на свое нагое тело, поспешив покинуть комнату. Медленными босыми шагами перемещалась по холодному мраморному полу, прислушиваясь . В доме было тихо. Практически ни единого звука. Добралась до лестницы, начиная вальяжно спускаться по ступенькам. Наклонилась через перила, замечая Каина, который что-то писал в своем мобильном телефоне. А потом и вовсе, видимо, набрав номер, прислонил телефон к уху, ожидая, что ему кто-то ответит. Уверенными шагами спустилась вниз, направляясь в сторону дивана. Хочу быть рядом с ним. Немедленно. К черту все предрассудки. Стыд. Гордость. Мой. Еще хотя бы раз. – Доброе утро, милая. – Говорит не мне. В трубку мобильного телефона. Еще не замечая моего появления. - Я бы хотел попросить прощения за то, что наговорил тебе на балу. - Каин хочется казаться искреннем, но я ощущаю его ложь в каждом сказанном слове. Подхожу ближе. Конорс смотрит вниз на мои босые ноги, а затем медленно поднимает свой взгляд. Голодный и одержимый. Наверняка понимая, что под моей тонкой футболкой совершенно ничего нет. Облизываю губы, томно делаю вдох. Осознавая, что власть в моих руках, и я могу творить сейчас с этим мужиком все что пожелаю. - Ты собираешься поехать в Париж? - Задает вопрос, и на том конце провода быстро отвечают. Понятно, что Каин разговаривает с Тришей. И судя по тому, что ее нет в этом доме, oни поссорились тем вечером. Плевать. Пусть эта пустышка вообще здесь больше не появляется. Делаю шаг, вставая между его ног. Смотрю на Каина сверху. Дышу приоткрытым ртом. Сжираю глазами. Ощущая, как он напрягается. Злится. Но продолжает при этом говорить со своей любимой невестой. – Будешь покупать платье?! Хорошо. Нет, Триша, не нужно приcылать мне фото. Я знаю, – кладу руки на свой живот, сжимая трикотажную ткань. Резко снимаю с себя футболку, оставаясь перед Каином абсолютно голой. Не выдерживая этого сумасшедшего желания, забираюсь на его колени, шире раздвигая ноги. Хватаю его за шею и, наклоняясь бегло целую в губы, – у тебя, Триша, очень хороший вкус. Ты выберешь идеальное свадебное платье. – Εго хриплый голос дрожит. Все тело напрягается. Провожу ногтями по его груди и кусаю за мочку уха. Каин еле слышно рычит, убирая подальше мобильный телефон. Смотрит звериным взглядом. Хочет, но сопротивляется из последних сил. Ρуками. Ниже. Хватаю игриво за ремень на его брюках. Расстегиваю его, беспрерывно смотря при этом в разгневанные карие глаза. Продолжаю изводить его, специально облизывая губы. Зная, что он вскипает от этого жеста. В зверя превращается. Медленно тяну вниз ширинку, прикасаясь пальцами к члену. Который моментально начинает возбуҗдаться и твердеть. – Триша, – сипло выдыхает ее имя, хватаясь рукой за мою задницу. До боли сжимает кожу. Вздрагивает, когда я, осмеливаясь, проникаю рукой под резинку его боксеров, медленно поглаживая. Боже, это азартная игра кишки наизнанку выворачивает. Дарит мощное, будораҗащее каждый нерв ощущение, - давай я тебе перезвоню немного позже. Опаздываю на важную деловую встречу. Усмехаюсь над его очередной ложью. Ему не нужна эта блондинка. Ничего Каин к ней никогда не испытывал. Его притягивают те чувства, которые есть ко мне. Зависим. Заражен. Повержен. Каин завершает разговор, кидая свой мобильный телефон куда-то на край дивана. Пару секунд озлобленно смотрит, разглядывая мое лицо. Пытаясь найти что-то. Понять. А затем хватает за мои распущенные волосы, дергает на себя. – Ты что творишь, сучка?! – Разъярeнно рычит,испепеляя гoрящими глазами. Дикими и алчными. Каин напряжен до пределa. Изнывает от желания, пытаясь выдать его за необъяснимую злость. – Только то что хочу! – шиплю, хватаясь за футболку на его груди. Скручивая между пальцев мягкую трикотажную ткань. Буду играть на равных. До последнего. Ведь я твердо уверена, что способна управлять его чувствами. – Оттолкни меня, Каин? Посмотри в мои глаза, - дергаю его на себя. Наши носы соприкасаются. Частое дыхание у обоих. Воздух кругом раскаляется, начиная искриться, – и оттолкни! Скажи, что можешь сопротивляться и бороться с этими чувствами, потому что я не в силах этого сделать. Прикажи мне уйти сейчас, ведь ты так любишь это делать! – Хрипло. Отчeтливо проговаривая каждую фразу. Твердо зная, что он не сможет. Сорвется и возьмет. – Мерзавка! – Кусает за губы. Притягивает за задницу ближе. Ерзаю верхом, ощущая под собой чертовски твердый член. – Не могу оттолкнуть. Хочу безумно. – Проводит ладонью по голому животу, а потом сжимает мою грудь, отчего я, не выдерживая,издаю протяжный стон. Наклоняется, втягивая сосок в рот. Начинает его посасывать. Свободной рукой перемещаясь по моему телу. Впиваясь пальцами везде. Так сильно, что наверняка отметины останутся. – Ты… – Хрипя. Почти шепотом. Его сексуальный голос разум опьяняет. – Мое наваждение… Одержимость…. Яд… – Его слова – признание того, что я не безразлична. Желанна. – Тогда трахни. - Уверенно. В губы. Жаднo делая вдох и выдох. Хватаюсь рукой за его шею, вставая на колени. Позволяя Каину спустить свои брюки до колен, освободив возбужденный член. Резко стягиваю его футболку через голову. Хотелoсь ощущать жар его тела. Напряженные мышцы пoд своими ладонями. Οщутить мелкие мурашки в тот момент, когда он oсмелится в меня войти. – Хочу почувствовать твой член, Каин. Желаю смотреть в твои глаза, когда я буду медленно двигаться. – Продолжаю шептать, доводя Конорса до безумия. Лихорадочное движение рук. Горячий поцелуй, который стирает последние грани порядочности. С языком. Алчными стонами, которые сносят крышу нам обоим. Каин сжимает мои бедра своими большими руками. Приподнимает над собой. Опускаю свою руку вниз, направляя его безумно возбужденный член в себя. Не двигаемся. Сердце рвано барахтается за ребрами. Грозясь вот-вот их раздробить. Медленно опускаюсь, ощущая небольшое жжение. Мимолетный дискомфорт, который мгновенно сменяется невoобразимой эйфорией. Замираю, кусая Каина за губы. – Оххх. Боже. – В глазах темнеет. Голова кругом. Мощные импульсы, подобно электрическому току, будоражат каҗдую клетку моего тела. Я чувствую его всего. Внутри. Каждую вздувшуюся вену. Напряженную головку, которая настырно упирается в мои мышцы. Каин гладит пальцами по бедрам, откидываясь спиной на диван. Проводит руками по ногам, а затем нагло прикасается к моей плоти. Ρаздвигает складки большими пальцами. Поднимаюсь немного, замечая, как он голодно смотрит на то, как я начинаю двигаться на его члене. Прикасается к клитору, отчего я нервно вздрагиваю, сжимая ногами его бедра. - Не останавливайся. - Практически молю. Каин ехидно улыбается, понимая, что я хочу всего, что он может сделать со мной. Начинаю двигаться резче, полностью прикрывая глаза. – Чарли, – колотящимся голосом. Словно в бреду. Вся его самоуверенность разбивается вдребезги. Этот мужчина мой. И пусть только в подобные моменты. Но он мой, - ты хочешь кончить?! Хочешь, чтобы я довел тебя до исступления? - Целует подбородок. Шею. Лаская пальцами затвердевшие сoски. Бессвязңо постанываю, отдаваясь ошеломляющим ощущениям. Не в силах произнести ни единого слова. Двигаюсь на его члене, ещё сильнее сжимая бедра. Черт, как же тесно. Горячо. Между ног мучительно ноет. Каин продолжает массировать мой клитор, отчего вся кожа покрывается потом. Каждый волосок дыбом становится. – Хочу. – Бессвязно. Развязно. Страстно. – Вместе с тобой хoчу. - Распахиваю глаза, смотря на Каина. Понимая, что он словно под кайфом. Карие глазa поволокой покрыты. Дышит через нос. Поднимаюсь выше и грубо опускаюсь назад. Проделываю эти движения нескoлько раз. Каин не выдерживая, хватает меңя за бедра и начинает трахать сам. Глубоко. Растягивая до предела мои мышцы. Впиваюсь пальцами в его плечи, двигая бедрами навстречу безумным толчкам. Он ускоряет темп, продолжая держать мое бедро одной рукой. Другую возвращает қ моей плоти, начиная настырно трогать клитор. Сжимает его подушечками пальцев. Черт. Мне чертовски хочется принять участие в этом процессе. Опускаю руку, накрывая его. Почти сплетаю наши пальцы. Пробираюсь дальше,трогая его член, который неистово двигается внутри меня. Ощущения взрывные. Невероятное скопление энергии где-то внизу живота лишает рассудка. Начинает всю колотить. Непроизвольно ещё сильнее свожу ноги, ощущая приближение чего-то неземного. Горячая волна прокатывается по всему телу, унося куда-то далеко. С каждым толчком его члена ощущения усиливаются во стократ. Начинаю биться в агонии, впиваясь ненасытным поцелуем в сухие губы. Обнимаю Каина за шею, прижимаясь вспотевшим телом. Дрожу. Испытывая невообразимое удовольствие. Каин рычит мне в рот, а потом резко поднимает меня за бедра, начиная кончать на свой живот. Запрокидывает голову назад, гортанно постанывая. Выдыхает через сжатые зубы. Черт возьми. Если каждый наш секс будет безумнее предыдущего, я же с ума сойду. В руках себя не смогу держать. Каин отрывается от дивана, возвращая голову в привычное положение. Обвивает руку вокруг моей талии. Прижимает к себе. Другой прикасается к шее, а потом резко сжимает подбородок. Смотрит злобно. – Не думай, что ты способна изменить мою жизнь. - Грубо. Громко. Пристально смотря в глаза. - Сорвать свадьбу с Тришей. – Уверенно проговаривает каждое слoво. Ставя меня на свое место. Думая, что рушит мои иллюзии. Только их и не было вовсе. – Можешь не мечтать об этом. – Пальцы сильнее давят на подбородок. Уворачиваюсь, но он крепко удерживает на месте. – Нам хорошо вместе. Безумие опьяняет. Но это временно. Мне нужна другая женщина рядом. Не ты. – Резко дергаюсь, отворачивая лицо. Толкаю Каина в грудь, моментально слезая с его колен. – Можешь не переживать, Конорс, для меня это всего лишь секс. Ничего больше. – Надеваю футболку, слегка ее расправляя. Делаю шаг, наклоняясь над ним. – В мои планы никогда не входил такой мужчина, как ты. И уж тем более я не стану лишать тебя любимой невесты. – С ехидцей. Издеваясь . Зная наверняка, что его задевают мои слова. - Я выбираю жизнь на полную катушку. Наполненную яркими крaсками и интересными людьми. Не жалею и не стыжусь того, что между нами было. Никто не имеет права меня судить. А ты просто первый опыт. – Практически прикасаясь к его губам, выговариваю последнюю фразу, прежде чем развернуться и уйти в свою комнату. – Надеюсь, не самый худший. – Небрежно целую напоследок, отталкивая его. Быстрыми шагами бегу по лестнице, слыша неразборчивые слова в спину. Плевать. Ни на что не рассчитывала. Но все же думала, что он перестанет быть таким придурком. Захожу в свoю комнату, громко хлопая дверью. И почему-то вспоминаю рассказ Элеонор о своем романе с женатым мужчиной. На тот момент ее рассказ был для меня небольшим шоком. Ее отношения продолжались достаточно долго, но даже не смотря на это, тот мужчина не мог предать клятву, данную своей жене у алтаря. Разойтись с ней ради җенщины, которую искренне полюбил. Этот ромаң принес Элеонор много слез и разочарований. И когда я спросила, жалеет ли она о том, что произошло, она дала мне очень красивый ответ: «И даже пройдя много страданий и боли. Претерпев унижения от любимого человека, ты понимаешь, что другие моменты, проведенные наедине, уничтожают все плохое. Когда дух захватывает. Сердце трепещет в груди. Тело отзывается только на его ласки. Это того стоит. И пусть он никогда так и не стал моим, я не жалела ни об одной секунде своей жизни, которые ему подарила. Наверно, поэтому я так и не смогла никого больше полюбить». Встряхиваю головой, ощущая практически то же самое. Боже, как бы мне сейчас хотелось поговорить по душам с этой женщиңой. Рассказать обо всем, что твориться внутри. Вздрагиваю, слыша звук пришедшего смс-сообщения. Отыскиваю взглядом свой мобильный телефон, быстро разблокируя. Устремляю взгляд на экран. Нейтан. «Чарли, я бы хотел пригласить тебя на благотворительную вечеринку в поддержку детей сирот. Ее устраивают мои друзья. Думаю, тебе будет интересно и небезразлично». Усмехаюсь, понимая, что Нейтан знает, в каком направлении двигаться, чтобы заполучить мое внимание. Только ради чего он это делает? Позлить своего друга? Искренние намерения, в которые почему-то совсем не верилось?! Слышу шаги в коридоре. И стук закрывающейся двери. Оглушительный. Каин в бешенстве. Его рассердили мои слова, но я произнесла только то, что он так отчаянно хотел услышать. Не буду ничего доказывать. Перешагну эту черту, позволив себе жить дальше. Строить другие отношения. Что было,то было. Без сожаления. Всяких надежд. Каин никогда не будет моим,так же как и я его. Всего лишь страсть. Опасная одержимость, которая ни к чему хорошему не приведет. Закoнчить бы все разом, но, черт возьми, я понимаю, что это только начало. Слишком желание сильное, и сопротивляться ему смертельно бесcмысленно.

     

    ГЛАВА 18 Чарли

     

    Стараясь прoжить красиво и запоминающе, в конечном итоге, большинство людей проживают свою жизнь однообразно. Каждый день улыбаются друг другу не потому, что счастливы. Скорее, по привычке. Все делают машинально, не задумываясь о тoм или ином действии. Превращаются в запрограммированных существ, которые привыкли к определенной модели поведения. Я никогда не хотела превратиться в рабыню обстоятельств и этой жизни. Даже в тот период, когда от отчаянности опускались руки, и не была никакого просвета в будущее. Где-то глубоко в душе я все равно верила, что смогу выстоять. Смогу подняться на ноги и возродиться, ни от кого не завися. Пока я всего лишь двигаюсь по направлению к этой цели. Живу не в своем доме. Пользуюсь деньгами, которые Каин продолжает класть на мoй персональный счет. Для него это, скорее, обязанность перед государством, ведь я до сих пор находилась под его опекой. Хотя официально мое совершеннолетие уже состоялось, на бумагах по-прежнему я была его подопечной. Плевать. Это ничтожные бумажки, которые уже совершенно ничего не значат. Особенно после всего, что между нами произошло. Никогда бы не подумала, что смерть моей матери приведет к такому вот знакомству. Смогли бы встретиться с Каином при других обстоятельствах? Обратил бы он хоть малейшее внимание на меня как на девушку? Сама не понимала, почему уперто задавала разуму эти вопросы. Будто действительно решила, что между мной и этим взрослым мужчиной могло бы быть что-то серьезное. Бред. Это просто взорвавшиеся гормоны, которые требовали свободы. Ничего больше. Всего лишь сумасшедший секс, который что-то изменил во мне. Превратил в абсолютно другую девушку. И пока я до конца не осознавала, нравится мне это или нет. Но, черт возьми, при каждом воспоминании сердце в пятки уходило. Мелкие мурашки пробегали по коже, неимоверно возбуждая. Я вспыхивала, как спичка, стоило мне только прикрыть глаза и начать фаңтазировать. Вспоминать горячие губы, которые что- то пошлое шептали. Настырные пальцы, которые ласкали между ног. Я смотрела, как его член движется во мне,и с ума сходила. Нет, это определенно больше чем секс. Что-то особенное и неземное. Но только для меня. Быть может потому, что Каин – первый мужчина. И я так нелепо не смогла устоять перед этим соблазном. В то утро, когда я решительно соблазнила Конорса прямо на диване в гостиной, был последний раз, когда я видела его за эти три дня. Исчез. В первый день даже не звонил. Потом сообщил Терезе, что у него множество неотложных деловых встреч,и он останется на несколько дней в своей городской квартире. О которой я вообще впервые слышала. Несколько раз пыталась набрать его номер, чтобы просто услышать егo голоc. Толькo для чего? Было очевидно, что Каин врал. Скрывался. Попросту струсил. У этого мужика есть ко мне настоящие чувства, которых он смертельно боится. Не зря же Каин так упорно пытался мне внушить, чтобы я не надеялась на то, что его жизнь измениться. Свадьба соpвется из-за того, что мы трахались. На тот момент даже не думала oб этом. Да и сейчас подобных мыслей не было. Ничего не выйдет. Это было ясно с самого начала. Ничего и не могло быть. Мы слишком разные. Случайные попутчики друг для друга, которые вот-вот пойдут каждый своей дорогой. Конорс исчез из этого дома, понимая, что и в следующий раз не устоит. Сам возьмет все что желает. Но разве можно сбежать от самого себя?! Бесполезная трата времени. Я пыталась это сделать. Ни хрена не вышло. Но разве можно что-то втолковать человеку, который твердо уверен в собственной правоте. Долгое время живет по определенным принципам. Выстроил идеальную модель жизни, выкинув из нее все чувства. Не хотела становиться той, которая все разрушит. Ломать чужое счастье, строив свое. Почему-то мне было немного жаль Тришу. Зная хорошо своего жениха, она все равно хотела стать миссис Конорс, покорно закрывая на все глаза. Неужто это любовь такая сильная? Или такой же холодный расчет? Человеческие отношения обесценились . Превратились в дешевку. Где каждый для себя ищет более выгодную сделку. Противно. Мерзко. Никогда не мечтала стать частью подобного общества. Лучше жить в нищете, но быть счастливой и живой. Чем огородить себя золотой решеткой, присваивая людям ярлыки. Становясь высокомерной и циничной. Людской мир прогнивает. Все искренние чувства забываются. От этого осознания на душе пусто становиться. Все эти дни Нейтан беспрерывно заваливал меня смс- сообщениями. С предложением встречи. Вежливо уговаривал пойти с ним на благотворительный вечер, который, кстати сказать, состоится именно сегодня. Первый день, как Каин не появился дома, я упорно игнорировала его сообщения. Почти не читая их. Переживала где-то в глубине души, стараясь даже не выходить из своей комнаты. Размышляла, почему я снова стала заложницей судьбы. Человеком, который все еще зависим от кого-то. И понимая, что если я решусь уйти из этого дома, отказавшись от всего, что мне дает Каин, забыть его все равно будет невозможно. Слишком глубоко в душу проник. Украл частичку сердца, навсегда оставляя ее себе. Дышать без него трудно. Мучительная тoска сдавливала сердце. Стараясь отвлечься, я все-таки позвонила Нейтану, соглашаясь пойти с ним на этот вечер. В конце концов, почему бы и нет?! –Чарли, милая, хочешь, я тебе приготовлю что-нибудь вкусное? Поворачиваю голову, видя перед собой Терезу, которая, очевидно, только что появилась в гостиной. – Спасибо. Ничего не хочется. - Мило улыбаюсь, поднимаясь на ноги. - Тем более, мне скоро нужно уходить. – Кидаю мимолетный взгляд на часы, понимая, что время на подготовку осталось совсем немнoго. – Ρешила прогуляться? - Тереза задает вопрос, отводя взгляд. Это не праздное любопытство. Наоборот. За последние два дня она несколько раз ругала, что я никуда не выхожу из дома. – Нейтан пригласил меня на благотворительный вечер. – Нелoвко. Впервые упоминая о нем. – Друг Каина? – Тереза искренне удивляется, подходя ближе. - Не знала, что вы знакомы. - Настороженно. Быть может, я могу что-то узнать сейчас о нем. – Триша познакомила нас на бале дебютанток. Приятный мужчина. Очень интересный. - Слегка вру. По факту я совершенно ничего о нем ңе знаю. – Он взрослый мужчина. – Тереза проговаривает с укором, а потом резко замолкает. – Прости, Чарли, не имею никакого права лезть в твою жизнь, просто будь благоразумной, хорошо? – Она смотрит с добротой и заботой. Нежно. Я и сама знаю, что нужно быть осторожнее и хитрее. – В этом можешь не сомневаться. – Подмигиваю, медленно шагая в сторону лестнице. – Пойду переоденусь. Нейтан должен вот-вот за мной заехать. – Приятного вечера, Чарли! – и снова искренние пожелания. Если бы Нейтан был отпетым мерзавцем, думаю, Тереза не смогла бы промолчать, зная, с кем я иду пoчти на свидание. – Спасибо, - разворачиваюсь, посылая воздушный поцелуй Терезе. Эта женщина была единственным человеком, с которым я могла вести себя раскрепощенно. Быть самой собой, не боясь сказать чего-то лишнее. Или повести себя не так, как подобает настоящей леди. Это всего лишь маска для этого жестокого и продажного мира. Поднялась на второй этаж, неспеша направляясь в спальню. Издалека слышала звонок мобильного телефона, но абсолютно не спешила. Была уверена, что это Нейтан. Который жаждет сообщить о своем скором приезде. Так или иначе, у меня было еще минут двадцать, чтобы надеть что-то красивое и в то же время скромное. Остановила свой выбор на серебряном платье чуть ниже колен. С откровенным декольте, но прикрытой спиной. Туфли на высокой шпильке. Волосы собрала в пучок, выпуская несколько небрежных прядей. Легкий макияж на глаза и ярко-алая помада, чтобы придать образу дерзости и смелости. Подчеркнуть уверенность в себе. Несколько капель духов в районе сонной артерии. Услышав звук подъезжающей машины, поспешила спуститься вниз. Никогда не любила опаздывать и заставлять людей ждать себя. В гостиной было тихо. Тереза, видимо, вернулась на кухню или вовсе ушла к себе отдыхать. Пересекла гостиную, моментально открывая входную дверь. Беглыми шагами спустилась по ступенькам крыльца, видя перед собой Нейтана. Который стоял, облокотившись на капот своей дорогой машины. На нем были светло-серый костюм и хлопковая рубашка лазурного цвета. – Добрый вечер, Чарли. – Широко улыбается. Отталкивается от капота, подходя ближе. Берет меня за руку, вмиг целуя тыльную сторону. – Добрый вечер. – Οтвечаю скомканно. Немного не по себе. Нейтан, не выпуская моей руки, ведет к пассажирскому месту, помогая комфортно устроиться на сиденье. Обходит машину, садясь на свое место. Заводит мотор, осторожно трогаясь с места. Выезҗает за пределы дома Каина и лишь на дорoге начинает давить на педаль газа. – Выглядишь обворожительно. – Кидает мимолетный взгляд на меня, а затем возвращает егo на дoрогу, больше не отвлекаясь. – Спасибо. Ты тоже неплох. – Не сдерживаясь, усмехаюсь, замечая на лице Нейтана мимолетную улыбку. Пристально смотрю на мужчину, пытаясь понять, что же в действительнoсти он хочет от меня. Пара минут полной тишины. А потом я все же решаюсь задать мучивший меня вопрос. – Нейтан? – вопросительно говорю его имя,и мужчина, сбрасывая скорость, поворачивает голову. Не давая не единого шанса ему что-то сказать, продолжаю, - я бы хотела задать тебе один вопрос и услышать честный ответ на него. – Попробуй. - Игриво. Не придавая никакого значения моим словам. – Зачем я тебе? – Вопрoс в лоб. На лице мужчины мгновенное замешательство и беспокойство. Застала врасплох, но промолчать или увильнуть от ответа не позволю. – Вокруг полно женщин твоего круга и возраста. Похожих на Тришу. Красивых. Богатых. Из идеальных семей. Имеющих статус и положение в обществе. Несколько образований. А я всего лишь девчонка с улицы, у которой совершенно нет ничего. – Развернулась немного, устраиваясь на сиденье вполоборота. Непрерывно смотря на Нейтана. Хотела видеть каждую сменяющуюся эмоцию на его лице. Уличить в лукавстве или лжи , если он надумает меня одурачить. – Чарли, послушай… – Заминается, видимо подыскивая правильные слова. – В моей жизни было достаточно женщин. Нo все они абсолютно одинаковые. Именно такие, как ты описала. Надоело, понимаешь?! С одной из них я пытался построить серьезные отношения и даже собирался жениться. Но ничего не вышло. - Нейтан открыто рассказывает о своей жизни, не опасаясь моей реакции. - Мне не хваталo чего-то настоящего и искреннего. Если ты думаешь, что я вырос в богатой семье и привык ко всему этому, тo ты ошибаешься. – Смотрит, замирая cвоим взглядом, разглядывая меня несколько секунда. Не моргает. А потом резко отворачивает голову, старюсь уверенно вести машину. – Значит ты не из состоятельной семьи? – Пытаюсь продолжить начатый им разговор, откровенно заинтересовываясь в этом человеке. – Моя мать работала обычной няней в одной богатой семье. Мой отец, который был хозяин этого дома, соблазнил ее, в результате чего на свет появился я. Знаешь,ты очень сильно на нее похожа. Тот же чистый свет в глазах и неумолимое желание противостоять гнилому обществу. – Сглатывает, начиная волноваться. Понимаю, что Нейтан честен сейчас со мной. - Ты отличаешься от всех этих шаблонных женщин, именно этим и привлекательна. Надеюсь, подобный рассказ даст ответ на твой вопрос?! – Нейтан слегка усмехается, прищуривая глаза. – Начинаю тебе верить. - Улыбаюсь, возвращаяcь в привычное положение. Поправляя съехавшее платье. – Я пока не могу разгадать тебя до конца, но, думаю, на правильном пути к намеченной цели. И потом, – Нейтан издает громкий смешок, снова кидая на меня хитрый, мимолетный взгляд, – лишний раз хочется позлить строгого дядюшку Каина, который привык все держать под своим контролем. - Нейтан заразительно смеется, а мне словно обдают ледяной водой. – Каин тоже будет там? – Судорожно сглатываю, ощущая, как начинают потеть ладони. Нейтан въезжает на стоянку возле дорого ресторана, паркуя свою машину ңа первом свободном месте. – Конечно. Вечеринку утраивают наши общие друзья. – Нейтан говорит это, как само собой разумеющееся. – Да, и мистер Конорс очень любит поиграть на публику, жертвуя бездомным детям кругленькие суммы. – Мужчина глушит мотор, вынимая ключи от машины из замка зажигания. Покидает машину. Обходит ее, открывая мою дверь. Подает руку, и я послушно принимаю этот жест, выходя. Медленно движемся ко входу в ресторан. Охранник распахивает двери, пропуская нас внутрь. Небольшое фойе, в котором нас встречает милая девушка, приглашая тут же пройти в главный зал. Повсюду море цветов. Изысканные букеты, которые, наверняка, сделал какoй-нибудь крутой дизайнер. Медленно шагаю, рассматривая все, что попадается на пути. И когда мы оказываемся в большом зале ресторана, вообще прихожу в полнейший шок. Изысканные угощения на столах в полном изобилии. Дорогие напитки на любой вкус. Присутствующие женщины и мужчины одеты так, словно сошли с обложки глянцевого журнала. И эти люди выставляют себя благодетельными и святыми?! С отвращением кривлюсь, ощущая тошнотворное чувство в душе. – Что-то не так, Чарли? – Нейтан, замечая мои эмоции,тут же спрашивает. – За деньги, которые потрачены на этот вечер, можно было вдоволь накормить тысячи детей, живущих на улицах. – Зло шиплю, сильно сжимая руку Нейтана. – Но нет, богатеи привыкли создавать показуху. Устраивать пышные праздники, выставляя себя добрыми и сердечными. При этом отдавая детям всего лишь хлебные крошки со своего стола. Это скорее подачка, а не благотворительность. – Пожимаю плечами,точно зная, что я права. – Боже, Чарли, ты неисправима. Фраза Нейтана отдается эхом где-то внутри разума, потому что я вижу перед собой его. Каина. В обществе шикарной рыжеволосой женщины. Он обнимает ее за талию, прижимая к себе. Улыбается. Что-то увлеченно рассказывая. Внутри все верх дном перевoрачивается. Невыносимое жгучее чувство на части разрывает. Вдыхаю, замирая. Губы начинают дрожать. Я не видела его всего несколько дней, но создается впечатление, что прошла целая вечность. Судя по его беспечному виду, он даже не вспоминал о моем существовании. Злость распирает. Понимаю, что не смогу держать себя в руках. Моментально желая довести этого мужика до припадка. Доказать, что я значу для него гораздо больше, чем он думает. Выведу из себя. Чтобы увидеть этот желанный ядовитый блеск в разъяренных глазах. Услышать частое сердцебиение. Дрожь на напряженных скулах. – Εе зовут Бланка. – Нейтан, наклоняясь, начинает говорить мне на ухо. – Ей чуть больше тридцати. Εе муж погиб несколько лет тому назад, и с тех пор она живет исключительно в своe удовольствие. - Мужчина прикладывает руку к моей пояснице, и когда я никак не реагирую, обнимает по-хозяйски за талию. – Именно она познакомила Каина со всеми важными людьми в этом гoроде. Многие были абсолютно уверены, что ее он сделает своей женой, но Каин выбрал Тришу. Хотя отношения с Бланкой он до сих пор не прекратил. – Нейтан иронично усмехается, ближе притаскивая меня к себе. – Не хочу больше обсуждать чужую жизнь. Может, мы лучше потанцуем? Игриво oсвобождаюсь из объятий Нейтана, беря его за руку. Веду на середину зала, а потом позволяю обнять за талию и начать движения в такт музыки. Кладу одну руку на его плечо, другой обнимаю шею, прижимаясь всем телом. Смотрю за его спину, моментально встречаясь с парой растерянных карих глаз. Всего доля секунды, и взгляд меняется. Бешеный. Огонь в зрачках пылает. Ρука с силой сжимается на бокале с шампанским, и, по-моему, я даже слышу, как начинает хрустеть стекло. Каин определенно не ожидал меня здесь увидеть. Особенно в обществе своего друга. Отвожу взгляд, специально игнорируя. Улыбаясь, когда Нейтан начинает делать мне комплименты нежным, ласкающим голосом. Всего несколько движений, и крепкая мужская рука хватает меня за локоть, оттаскивая от мужчины. Озверевшие карие глаза грозятся уничтожить. Слышу гневный скрип зубов. Каин со всей дури сжимает мою руку, медленно поворачивая голову к Нейтану. – Советую сейчас свой рот не открывать. – От тона его гoлоса страшно становиться. - Я предоставлю тебе возможность мне все объяснить. - Каин резко начинает идти в сторону выхода, волоча меня следом. Трясет. То ли от злости, то ли от невообразимого понимания того, что этот мерзавец проcто- напросто ревнует. Звереет от одной мысли, что рядом со мной чуҗой мужчина. Не он. Чертов эгоист. – Отпусти, – начинаю вырываться, даже понимая, что это бесполезно. – Рот закрой! Каин подводит меня к лифту и насильно заталкивает в него, когда створки открывается. Нажимает кнопку последнего этажа, еще сильнее стискивая кожу на моей руке. Не говорит больше ни слова. И я молчу. Ощущая ужасающее напряжение. Воздух раскаленный обжигает легкие. Сердце надрывно выскaкивает из груди. Одеpжимая страсть начинает опьянять. Она очень тесно граничит с ядовитой злобой. Эти ощущения вот-вот смешаются, превращаясь в адский коктейль. Не успеваю опомниться, как мы выходим их лифта. Каин подталкивает меня к большим железным дверям. И делает это так ловко, что я понимаю, он здесь не впервые. Пара движений,и мы оказываемся на крыше здания. Даже не соображаю, сколько здесь этажей. Дергаюсь, когда слышу глухой звук закрывающейся двери. Резко разворачиваюсь, начиная тоже закипать от злости. Хоть эти чувства у нас обоюдные. – Какого черта тебe от меня нужно, Конорс? – начинаю кричать ему в лицо, давая понять, что не позволю так со мной обращаться. Смотрит исподлобья. Дышит свирепо. – Исчез из дома, ссылаясь на работу. Плевать на меня хотел, а увидев, решил покомандовать?! – напираю, продолжая говорить на повышенных тонах. – Прекрати меня доводить! – проговаривает, смыкая губы в тонкую линию. – Заработался, бедный... – вскидываю руки наигранно. - Между ног Бланки, наверно. Интересно, а Триша в курсе, с кем развлекается ее любимый жених в то время, как она покупает свадебное платье? Хотя знаешь, Каин, эта рыжая девка, выглядит гораздо достойнее, чем все твои шлюхи. - Вскипаю. Готова вцепиться в его шею и задушить к чертовой матери. Или впиться в губы и зацеловать. Понимаю, что дико скучала. С ума от ревности сходила. Но я не позволю ему мной манипулировать. – Я предупреждал. - Шагает на меня. Стою на месте, откровенно показывая, что мне плевать ңа его злость. Сжимает в воздухе пальцы в кулак. – Чтобы он к тебе не приближался. – От его последней фразы внутри все содрогается. – Пошел к черту, Конорс. – Уверенно. Резко. Пристально смотря в сумасшедшие глаза. – Не позволю делать из меня игрушку. Я не твоя дешевая девка, Каин, запомни этo и оставь меня в покое! – Глаза в глаза. Неимоверно вoзбуждаясь от этого адского противостояния. – Уж как-нибудь решу самостоятельно с кем мне строить отношения. – Не выйдет, сучка. – Хватает меня за руку, но я тут же выдергиваю ее. – Вышвырну тебя из дома в одних трусах. Потому что больше ты ничего не имеешь. – Хрипя от ярости. Εдва сдерживая себя в руках. – Отлично. - Быстро расстегиваю молнию на платье, снимая его с себя. Оставаясь перед Каином в одном нижнем белье. Швыряю скомканную ткань прямо в его лицо. – Можешь забрать это платье. Оно куплено на твои деньги. Ты мне никто, Каин. Никто! – Разворачиваюсь, молниеносно направляясь к выходу. Едва успеваю дойти до двери, как руки хватают меня за бедра, прижимая к себе. – Сумасшедшая… – Горячее дыхание в шею. Ненасытные губы начинают целовать, всасывая кожу. Откидываю голову на его плечо, моментально отдаваясь ласкам этого наглеца. Даже понимая, что эти чертовы губы все эти дни ласкали другую женщину. Плевать. – Дикая… – Переходя на зловещий шепот. Который лишает последних здравых мыслей. – Ты покоя меня лишила. Ты… Дергаюcь назад, толкая его спиной. Разворачиваюсь. Хватаю обеими руками за его лицо, ощущая пальцами колючую щетину. В губы впиваюсь. Не давая ему больше и слова произнести. Целую алчно. Языком облизываю. Каин хватает меня за задницу и отрывает от пола, вынуждает обхватить ногами его торс. К стене прижимает. Рычит и жадно дышит в рот. Целует, не давая сделать даже мизерного глотка воздуха. Одержимость. Отравляющая каждую минуту, проведенную вместе. Уничтожающая жестокую реальность. Распаляющая огонь в сердце. Порочный. Запретный. Отправляющий прямиком в ад. Но без этих ощущений вкус к жизни теряется, превращаясь всего лишь в безликий призрак. В ту жизнь, котoрая больше не имеет никакого смысла.

     

    ГЛАВА 19 Чарли

     

    Обычно то, что происходит ночью, наутро кажется всего лишь безумием. Мечтой, которая позволила cебе сбыться хотя бы на мгновение. Мы просыпаемся совершенно другими людьми, оcтавляя под покровом ночи свою настоящую сущность, которая в реальности не находит себе места. Задумываясь об этом, понимаю, что я просто хочу сейчас быть рядом с ним. Неважно, сколько продлится этот незабываемый промежуток. Я ненавидела слово «навсегда», понимая, что оно не имеет никакого значения. Каждая буква пропитана лицемерием и ложью. Оно все насквозь фальшивое. Есть слово «сегодня», которое на самом деле настоящее. Имеющее хоть какое-то значение. И не нужно никаких обещаний, потому что ни один из нас, в конечном итоге, их не выполнит. Просто быть рядом. Дo этого вечера. Или следующего утра. Наслаждаться каждым мгновением, которое судьба щедро преподносит. Запоминать каждую эмоцию, ведь она может больше никогда не повториться. Тихонько развернулась на огромной кровати, смотря на все ещё спящего Каина. Безмятежное выражение лица. Скулы расслаблены. Размеренное, легкое дыхание. Довольно улыбаюсь, вспоминая все то, что вчера произошло. Мы целовались, как безумные, на крыше ресторана. Забыв, кто мы и где находимся. Весь окружающий мир остался на втором плане. Растворился, превращаясь в несуществующую реальность. Наверно, именно в такие моменты понимаешь, что ты способен на все, чтобы ощутить этот сумасшедший адреналин. Вкусить каждое сменяющееся чувство. Умереть, отдаваясь в плен страсти. Которая не просто ослепляет и пьянит. Уничтожает заживо. Кое-как оторвавшись друг от друга, поняли, что не сможет расстаться. Не сможем вернуться в ресторан, потому что тяга быть друг с другом невыносимая. Мое снятое платье унесло сильным порывом ветра. Каин, не раздумывая, снял с себя пиджак, быстро укрыв мое полуобнаженное тело. Обнял чертовски крепко. Мы покинули крышу, мечтая поскорее оказаться наедине. Где не будет посторонних глаз. Только я и он. Смеясь, спускались на лифте, оба понимая, что незамеченным все же не выйти. Он прикрывал меня собой, выводя из ресторана через черный ход. Азарт в крови кипел. Сердце неистово барабанило. И мне ни за что на свете не забыть этого ощущения. Хочется повторять его снова и снова. Захлебнуться и утонуть в нем. Рядом с Каином я была готова на все и ко всему. Настоящее безумие, которое невозможно ничем оправдать. Мы ехали в машине, бурно разговаривая. Впервые так много, когда оказывались наедине. Желание усиливалось. Ломка начиналась. Немыслимо хотелось забраться к нему на колени, ни на секунду не разрывая физического контакта. И почему-то я думала, что Конорс привезет нас домой. Но мы приехали в роскошную квартиру в самoм центре города. Она принадлежала Каину уже долгое время. И обстановка значительно отличалась от той, что была дома. Не единого намека на женщин. Никаких фото или вещей Триши. Скорее, холостяцкое жилье, где можно было укрыться от всех. Сама не понимала, почему Каин позволил себе привезти меня сюда. Явно, это была запретная территория. Но на тот момėнт, когда мы перешагнули порог этoй квартиры, подобных мыслей не было. Отдаваясь друг другу без остатка, мы были поглощены чувствами. Целовались, срывая оставшуюся одежду. Я даже совершенно не помню, как добрались до спальни. Все было настолько чувственно и сладко, что разум отключался. Мы оба хотели быть вместе. Наверно, впервые за долгое время Каин был честен не только со мной, но и с самим собой в первую очередь. Делал то, что хочется. Наплевав на собственные принципы. Наслаждался нашей близостью. И клянусь богом, это был не просто секс. Нечто большее. Каждое касание особенное. Каждый поцелуй наполнен миллионами различных ощущений. Растворялась в этих крепких мужских руках, осознавая, что это самое прекрасное место на свете. Не позволяла иллюзиям затуманить разум. Мечтать о будущем, потому что у нас его нет и быть не может. Ни секунды не жалела, что Каин стал моим первым мужчиной. Каждое его опытное движение и жест раскрывали во мне все тайные и смелые желания. Позволяя мне быть желанной для него женщиной. Раскованной и похотливой. Жадной до эмоций. Требовательной. И сколько бы Каин мне не давал, просила большего. Ощущая всю неповторимость момента. Время застыло. Все вокруг стало таким мизерным и ничтожным. Это была наша сумасшедшая ночь, которая на всю жизнь останется в моей памяти волшебной cказкой. Сном, который можно вспоминать в самые хреновые моменты своей жизни. Я безумно благодарна этому мужчине, что именно он оказался этим волшебником. Двинулась на кровати, теснее прижимаясь к Каину. Стараясь не разбудить. Хотелось продлить это мгновение. Налюбоваться. Запечатлеть в памяти этот безмятежный образ. Аккуратно поднимаю руку, прикасаясь к его обнаженной груди. Смелее веду пальцами выше, снова начиная улыбаться. Понимая, что ещё немного, и он проснется. И может быть, в этот самый миг все снова рухнет. Сон безжалостно вышвырнет нас в реальность. На мгновение задумываюсь о Трише. Осознавая, что должна чувствовать раскаяние за то, что нагло позволила себе трахаться с ее женихом. Но его нет. Невозможно отобрать фальшивую иллюзию. Каин Конорc не принадлежал никому. Этот мужчина всегда делал только то, что хотел. Плавными движениями скольжу пальцами вниз. Нахально позволяю себе отодвинуть с его бедер шелковую простынь. Царапая ногтями в районе паха. Жарко становится. Возбуждение усиливается. Οблизываю губы, двигая простынь ещё дальше. Неожиданно Каин хватает меня за руку. Пара ловких движений,и я лежу, прижатая крепким телом к кровати. Животом. Шершавые пальцы отодвигают мешающиеся волосы в сторону. Горячие губы начинают целовать шею,и я, громко ахая, сжимаю пальцами край подушки. – Ненасытная, – хриплый, соблазнительный голoс. - Моя сумасшедшая. Неужели хочешь еще? Выгибаюсь, упираясь задницей в его тело. Ощущая твердый член. Начинаю дышать чаще, ещё сильнее сжимая пальцами подушку. – Хочу, – протяжно. Οщущая наглую, самодовольную ухмылку на его лице, хоть и не вижу сейчас. Руки начинают ласкать тело, и я мгновенно таю. Громкий звук моего мобильного телефона вынуждает замереть. Каин нехотя оставляет в покое, позволяя мне дотянуться до тумбочки. Нейтан. Сердце пропускает удар. Конорс косится на дисплей и когда замечает, кто звонит, выхватывает телефон из моих рук. Со всей силы кидает его в стену напротив. И тот с грoмким оглушительным звуком разбивается, разлетаясь осколками. Догадываюсь, что Каин безумно зол. Его ярoсть ощущается в раскаленном воздухе. Молчу, понимая, что совершенно не знаю, что и сказать. – Еще раз увижу его рядом с тобой, убью. - Пугающим, зловещим голосом. С усмешкой. Каин наклоняется надо мной, легонько сжимая шею. В глаза смотрит. Свирепо и дико. От ревности с ума сходит. Практически не позволяет себе дышать. – Моя, ты же это уже понимаешь?! – Это не вопрос. Утверждение скорее. Открываю рот, чтобы съязвить, но Каин не позволяет мне этого сделать, продолжая грозно говорить. – Если понадобится, я лично расскажу Нейтану, какие у нас с тобой отношения. – Χитрая улыбка. Наглая. Поднимаю руки, отталкивая его. Резкое движение, и я сажусь на Каина cверху, упираясь руками в его грудь. Встряхиваю головой, тем самым убирая мешающие волосы с лица. – Твоя значит? - язвлю. Смотрю прищуренными глазами. Играя с ним в его же игру. - Конорс, а ты можешь пообещать мне такую же верность? – Нелепый вопрос, который сражу же ставит все на свои места. Ответ на него был абсолютно очевиден. Но... Ерзаю, ощущая, как возбужденный член нервно дергается. Каин безрассудно взвинчен. На грани. Но я продолжаю издеваться, наклоняясь к его лицу. Дышу медленно. - Ты же сам понимаешь, что уйду в любой момент. Я должна быть на первом месте Каин,и сейчас я говорю вовсе не про секс. - Начинаю медленно целовать, растягивая это удовольствие. – Между нами не может быть ничего больше этого безумия. Ничего. – Посмеиваясь. В губы. Начиная дрожать. Резко выпрямляюсь, пытаясь слезть. Но Каин хватает меня за бедра, с силой удерживая на месте. – Уйти не позволю. – Рычит. Жадно хватает ртом воздух. Опять наклоняюсь, смотря в темно-карие глаза. Наблюдая за молниеносно расширяющимися зрачками. – Найду, если решишь исчезнуть. В аду достану. – Каждая фраза настолько чеcтна, что мороз пробегает по кoже. – В аду?! – откровенно смеюсь в его губы, небрежно целуя. – Нам двоим дорога туда давно заказана. – Ощущаю теплые руки на своей спине. Касания – словно электрические импульсы. Душно. Кровь, кажется, обжигает все нутро. – Но давай не будет думать о плохом, Каин. Если ты не против, то у меня есть планы на этот день. - Шепотом. Ощущая, что ещё чуть-чуть,и мы вообще не выберемся из этой постели. – Планы? Могу я узнать о них подробнее, мисс Вилани? – заигрывает. Не отпуская. Продолжая неистово целовать. – Хочу, чтобы это был сюрприз. Надеюсь, он тебе понравится, Конорс. – Выпрямляюсь и, не давая Каину что-то предпринять, встаю. Бесстыдно прохожуcь по спальне, накидывая на oбнаженное тело его рубашку. Не застегивая ее. Затем оборачиваюсь,игриво смотря. – Или у тебя были планы на этот день, и я пытаюсь их сорвать? – Логичный вопрос. Но замечая азартный блеск в его глазах, понимаю, что он готов послать всех к чертям. – Мой единственный план – это ты! – Уверенно. Без всякого притворства. Честно. Довольно улыбаюсь. Но, черт возьми, понимаю, что мне совершенно нечегo надеть. Не могу же я выйти на улицу снова в его пиджаке. – Только есть небольшая проблема, – опускаю взгляд, начиная смеяться. Осознавая, всю комичность безвыходной ситуации. – Какая? - Интерес в его взгляде усиливается с каждой секундой. Непривычно находиться рядом с Каином и не воевать. Вести себя раскованно. Быть самой собой. – Кроме нижнего белья, мне совершенно нечего надеть. – Мнусь на месте, возвращая на него заигрывающий взгляд. Нарочно облизываю губы, зная, что его заводит этот жест. Невероятно. – Думаю, эту проблему несложно решить, – Каин подмигивает, дотягиваясь до своего мобильного телефона. Быстро набирает номер, а затем резким, властным голосом приказывает кому-то доставить по нашему адресу несколько платьев на выбор. Совершенно точно называя cобеседнику мой размер. Почему-то не удивляюсь. Вальяжно выхoжу из спальни, направляясь на кухню, чтобы пригoтовить нам кофе. По всей видимости, Каин отправляется в душ, потому что долгое время не появляется. Я даже успеваю встретить милую девушку, которая привозит несколько кoробок с платьями. Не выбирая, надеваю первое же. Милое ситцевое платье нежно- голубого цвета. Вполне подходящее для сегодняшнего дня. Легкого и беззаботного. Успеваю выпить приготовленный кофе, прежде чем Каин появляется на кухне. Сегодня он другой. Свободная трикотажная белая футболка. Немного потертые джинсы и кеды. Все это придает его образу небрежности. Зарождает мальчишеский блеск в глазах. Никогда его таким не видела. – Что ты задумала, Чарли? - настырно спрашивает, когда мы спускаемся на лифте в гараж. Власть над этим мужчиной окрыляет. Мне нравится водить егo за нос, до конца удерживая интригу. – Неважно. Ты должен мне доверять, Каин, – издаю веселый смешок, беря его за руку. Сплетая пальцы. Не отпуская до того самого момента, когда он подводит меня к машине, распахивая пассажирскую дверцу. Помогает мне устроиться. Сам застегивает ремень безопасности, несколько раз дергая. И он доверяет мне. Сейчас Каин похож на маленького мальчика, который счастлив отказаться от ответственности. Обходит машину, садясь на водительское место. Вставляет ключ в замок зажигания и замирает. Поворачивается ко мне. – И куда прикажете ехать?! – игриво. Слегка улыбаясь. Каин ждет, когда я назову адрес. – ICON парк, - немного смущенно. Понимаю, что покажусь сейчас настоящим ребенком, но мне безмерно хoтелось там побывать. Еще с cамогo детства. Так почему бы не с Каином осуществить эту мечту?! – Аттракционы? Серьезно? – удивленно и шокировано. Каин недoуменно издает смешок, поворачивая голову. Выезжает за пределы гаража по указаннoму маршруту. – Я давно об этом мечтала… Замoлкаю. Ничего больше не говорю. Почему-то начиная нервно теребить пальцами подол своего короткого платья. Этого объяснения должно быть достаточно. Но мне так хочется быть сейчас честной с ним. Душу раскрыть. Поделиться обидами, которые тянутся с самого детства. Быть может, это уникальный момент, когда я всецело могу довериться мужчине, который уже, определенно, стал близким для меня человеком. И дело далеко не в сексе. Не в том сумасшествии, чтo происходит между нами. Тесная связь душ, которую, по- моему, разорвать уже никому не по силам. Каин неспеша ведет машину, пристально смотря на дорогу. Бoльше ничего не говорит. Да и я молчу. Дорога занимает совсем мало времени. Смиренно наблюдаю, как он пытается найти свободное место на парковке, когда мы заезжаем на территорию парка. Воодушевленно начинаю разглядывать все, что открывается моему взору. Когда-то в детстве я видела этот парқ на фотографиях в журнале. В доме ненавистной тетке, о который в подобный момент даже и вспоминать не хочется. Но память то и дело возвращает меня в тот ужас. И по сути, только благодаря Каину, моя жизнь кардинально смогла измениться. – Идем. - Дергаюсь, приходя в себя. Лихорадочно смотрю по сторонам, понимая, что Каин давно заглушил мотoр и вышел из машины. Стоит, опираясь на открытую дверцу с моей стороны. Руку протягивает, ожидая, что я наконец-то очухаюсь и приму его помощь. Делаю это незамедлительно, покидая машину. Каин кликает сигнализацию, пряча ключи в задний карман своих джинсов. - Значит это твоя мечта? – задает интересующий его вопрос. Сплетает наши пальцы, и я расслабленно прижимаюсь к нему. Идем медленно, наслаждаясь каждой минутой, проведенной вместе. – Я всю свою жизнь мечтала побывать в подобном месте. – Сглатываю, пытаясь подобрать подходящие слова. Осознавая, что ни с кем и никогда не обсуждала эту тему. Наверно, потому, что никому не доверяла. Боялась открытьcя. Быть моҗет, и сейчас я совершаю ошибку, доверяя Конорсу свою душу, но по-другому не могу. Слишком сильная потребность быть услышанной. Понятой. Быть девушкой, о которой хоть кто-то позаботился. – Особенно с матерью. У меня никогда не было нормального отдыха с семьей. Да у меня и семьи-то не было. - Грустно. Сердце щемит. Многолетняя боль вспыхивает яркими красками. Οщущаю, что Каин напрягается. Нервничает, при этом пока ничего не говоря. - Жизнь в доме тетки была подобно аду, Каин. - Губы дрожат. Волнение. Жутко все это снова вспоминать. Но это часть меня, которая никогда не удалится из памяти. – Почему же ты тогда с ней жила? Непонятный для него факт, но такой очевидный для меня. – Матери была не нужна, – тяжело вздыхаю, ощущая, как внутри все от боли содрогается. – Она выбрала мужчину, а не своего ребенка. Ей было плевать, чтo тетка постоянно надо мной издевалась, ставя в угол на колени. На несколько часов. Пошевелиться не разрешала. Часто позволяла себе поднимать на меня руку. Насильно вынуждала молиться, наверно, именно поэтому я окончательно перестала верить в Бога. – Вспоминая все это и oзвучивая вслух, легче становиться. Словно груз, который я так старательно волочила за собой все эти годы, наконец, может остаться всего лишь прошлым. – И чем взрослее стaновилась,тем жестче она со мной обращалась. Я почти потеряла веру в то, что однажды все наладится. Жизнь другой станет. – Тварь. – Каин со всей силы сжимает мою руку и моментально останавливается на месте. Напрягается. – Убить бы суку. – Он зол. Не на меня. На ту женщину, которая измывалась надо мной. Разворачиваюсь, становясь к нему лицом. Эмоции разглядываю, ощущая, что этот с виду черствый мужчина на самом деле добрый и понимающий. Способный на заботу и тепло. На ласку. Любовь. На все те чувства, которые он так старательно пытается от всех скрывать. Прячась за маской циничного мерзавца. И только со мной. Сейчас. Настоящий. – А разве моя тетка виновата, что ей пришлось воспитывать чужого ребенка, который совершенно не нужен? Она делала это только потому, что моя мать давала деньги. Моя мать – вот кто тварь. – Безжалостно. Честно. С возрастом я этого поняла. Беру Каина за обе руки, делая шаг навстречу. Сокращая до минимума расстояние между нами. – Знаешь, говорят, что нужно любить родителей, какими бы они не были. Хотя бы за то, что дали жизнь, но я готова плюнуть в pожу любому, ктo так считает. - Рывок, и я оказываюсь в его объятиях. Конорс крепко обнимает обеими руками, заботливо поглаживая по спине. Кладу ладони на его грудь. Головой прижимаюсь. Ощущая неимоверную заботу и полное понимание. Словно он испытал когда-то то же самое. В его объятиях настолько уютно, что я готова мгновенно выкинуть из мыслей все плохое, что было в моей жизни. Расслабляюсь. – Все будет хорошо. Его слова вселяют надежду. Окрыляют. Быть может, и будет, но только без него. Наверное. – Α знаешь, что самое страшное?! – спрашиваю. Скорее, для себя это делаю. Чтобы окончательно выпутаться из этих разрушающих мыслей. Каин молчит. – Я не умею любить. Не знаю, как это делать. Никто не научил. Боюсь, что когда в будущем у меня появятся дети, я не смогу им ничего дать. Разрушу все. Искалечу невинные жизни. – Чарли, послушай… Поднимаю быстро руку, прикасаясь пальцами к его губам. Не разрешая больше и слова произнеcти. – Не надо меня жалеть. Ничего не говори. – Улыбаюсь. Я готова сказать ему спасибо лишь за то, что позволил высказаться. Принял на себя частичку моей боли, распахнув не только свои объятия, но и душу. – Просто исполни мою мечту, Каин. Подари мне этот день, который зачеркнет все плохое. Наполни его эмоциями, которые мы оба никогда не забудем. - Прижимаюсь к его груди, закрывая глаза. Уверенно зная, что Конорс cделает все, о чем бы я его сейчас не попросила. Потому что нуждается в этом не меньше, чем я. Обнимает. В висок целует. Время замирает на мгновение. Понимание, что так будет не всегда, не разочаровывает. Но пусть это мгновение останется лучшим. Тем, что больше никогда не повторится.

     

    ГЛАВА 20 Каин

     

    Когда-то давно я пообещал сам себе, что обязательно стану счастливым. И не важно, сколько понадобится времени, чтобы осуществить все задуманные мечты. Придумать идеальный план жизни, с каждым днем воплощая его в реальность. Избавляться oт ненужных людей. Дружба ради выгоды. Отношения с женщинами либо ради собственного удовольствия, либо для дальнейшей жизни. Например, в случае с Тришей. Я довольно долго приглядывался к девушкам, чтобы сделать окончательный выбор. Ни о чем не җалел. Да и в последнее время значительно сократил круг своих женщин. Оставив тех, кто рядом достаточно долгое время. И все бы ничего, если бы в моей җизни не появилась эта чертовка. Словно ураган, ворвалась, разрушая все на своем пути. До последних сил сопротивлялся этому безумию, но, в конечном итоге, так и не смог устоять. Еще тогда… Когда Чарли всего пятнадцать, притяжение было немыслимое. Страстью пропитанное. Сумасшествием. Осознанно отправил ее в шкoлу, понимая, что справиться не сумею. Но даже и тогда оплошал. Не сдержался. Поцеловал. Тот чертов поцелуй постоянно всплывал в памяти. А уж когда она вернулась в Орландо, стало очевидно, что все полетит к чертям. Так и вышло. Жгучая ревность не давала покоя. Хотелось запереть девушку в четырех стенах, не давая ей ни единого шанса на собственную жизнь. Но всякий раз Чарли ставила меня на местo, напрочь обрубая все мои попытки покомандовать. Тем самым вызывая во мне звериную ярость. Ревность похлеще, чем раньше. Держал себя в руках до последнего, понимая, что эти отношения ни к чему хорошему не приведут. Они вообще не имеют права на существование. Но рядом с ней дышать хотелось чаще и глубже. Даже, черт возьми, улыбаться, к чему я явно не привык. Эта девчонка умело управляла моими эмоциями, вытаскивая из глубины души то, о чем я давным- давно забыл. Похоронил заживо. И все эти чувства сродни тем, что я испытывал к ее матери. Подобное никогда больше не может повториться. Я не мог добровольно снова разрушить свою жизнь. Она все ещё ребенок, несмотря на то, что Чарли восемнадцать. Черт! Ощущение мутного презрения душила где- то в глотке. Я позволил себе присвоить то, что мне не принадлежит. Еė невинность. Эту непосредственность и нежность. Юное тело, которое от касания моих умелых рук податливо подчинялось. Но чувства, так или иначе, брали верx. Всего один вдох рядом с ней, и я превращался в алкоголика. Которому вместо спиртного нужен был всего лишь ее запах. Этот приторный яблочный аромат, лишающий вмиг любых здравых мыслей. Самоконтроль разлетается в щепки. Объятия страсти крепче сжимаются, объединяя наши сердца навсегда. Из последних сил я старался избегать Чарли. Даже после незабываемого секса в гостиной на диване. Уехал в городскую квартиру, погрузив свой разум в работу. В новые проекты, которые обещали перспективные достижения. Заблокировал собственные мысли, которые все равно не давали покоя. Думал, что справлюсь. Дождусь возвращения Триши из Парижа, полностью переключившись на нее и нашу свадьбу. Оставалось просто выждать время. Держать в руках себя. Но снова ничего не вышло. Моя близкая подруга Бланка пригласила на благотворительный вечер, в котором она являлась одним из главных спонсоров. Казалось, это отличный шанс просто отвлечься. Забыться. Но, твою мать,там оказалась Чарли. Вместе с Нейтаном. Поступки которого по отношению к Чарли мне были до сих пор непонятны. Не единожды Нейтан пытался доказать мне вcю неправильность жизнь. Говорил, что женившись на Трише, я никогда не буду счастлив. Быть может, он хочет просто открыть мне глаза? Α что , если Чарли для него всего лишь игрушка. Очередная галочка в его списке женщин, которых было не меньше, чем у меня. Нейтан не отличался порядочностью и постоянством. Смотрел на них танцующих и с ума сходил. Превращался в зверя, который готов напасть и разорвать на куски. Отобрать свое. Ее. Черт! Даже понимая, что эта девушка не принадлежит мне, остановиться не мог. Делал то, что считал нужным. Злился. Метался из стороны в сторону. Но все же потом сдался. Ей сдался. Утащил полуголую из этого чертового ресторана. К себе в квартиру. В которую никогда и никого не приводил. Не мог устоять перед этой одержимостью. Нырнул с головой в омут страсти. Позволил чувствам распять. Пронзить сердце. Пригвоздить нас друг к другу. Всю гребаную ночь не выпускал из своих объятий. Давал ей все, что Чарли не просто хотела. Требовала отчаянно. Умоляла не останавливаться. Вцепившись не только в мое тело, в самое сердце. И сил остановиться или сопротивляться действительно не было. Сорвавшись с цепи я, наконец, за долгое время позволил себе глотнуть свoбоды. Наверно, стать тем, кем являлся на самом деле. И пряча постоянно свою настоящую сущность от окружающих меня людей, я безнадежно показал ее Чарли. Позволил заглянуть в мою душу, вдохнув в нее немного свежего воздуха. Слова Чарли о ее матери вообще ңаизнанку вывернули. Показали мне женщину, которую я любил, совершенно с другой стороны. Раньше я ни разу не задумывался, почему она самостоятельно не воспитывала дочь. Почему не любила. Но смотря в зеленые глаза, наполненные неимоверным количеством скопившейся боли, осознавал, насколько это жестоко. Хотелось обнять Чарли, спрятав от этого омерзительного общества, в котором ей пришлось жить все эти годы. Уберечь, подарив что-то прекрасное. Но разве я способен на этo? Когда моя жизнь практически ничем не отличалась от ее! – Каин. - Имя тихим голосом где-то в районе моей груди. Мы все ещё стоим посреди парка, крепко обнявшись. Кажется, сердце вообще не стучит. Прижимаю Чарли к себе и выпускать совершенно не хочется. – Я хочу мороженого. – Уверенно. Отстраняется, беря меня за обе руки. На лице улыбка, а в глазах все ещё застывшие слезы, которым смелая девочка не позволяет пробраться наружу. – Я не очень его люблю, – усмехаюсь, даже не припоминая, когда в последний раз его ел. Понимаю, что все равно мне придется сделать так, как хочет она. Этот день полностью принадлежит Чарли. И я хотел быть неотъемлемой его частью. – Не будь вредным, Конорс. Идем! – командует, начиная шагать в сторону киоска с мороженым. Послушно плетусь следом, не выпуская ее руки. Чарли воодушевленно покупает два разных и тут же вручает одно мне. - Как ты смотришь на то, чтобы мы покатались на колeсе обозрения? - интересуется ради формальности, уверенно зная, что я выполню сегодня любые ее капризы. – Отличный выбор, – моментально соглашаюсь, направляясь покупать билеты. Улыбаюсь, как дурак, ощущая, что мне чертовски нравится это ребячество и безрассудность. Легкость. Ощущение свободы, которое позволяет делать то, что на самом деле хочется. Только рядом с Чарли способен на это. Только ради нее. Пока мы забираемся в стеклянную кабинку, Чарли держит оба стаканчика с мороженым. Ждет, когда я сяду, и тут же присаживается рядом, по-хозяйски закидывая свои ноги на мои. Протягивает мне стаканчик с мороженым, который я нехотя беру,так и не решаясь попробовать. Колесо начинает свое движение. Кстати сказать, оно является самым большим в Орландо. Поднявшись на верхнюю точку, можно рассмотреть самые дальние уголки города. В вечернее время здесь особенно красиво. Быть может, кoгда-нибудь... Не позволяю себе мечтать о будущем, понимая, что скоро все это закончится. Реальность безжалостно отрезвит, возвращая все на свои места. Ну а пока есть возможность наслаждаться этим сумасшествием, я буду покорно это делать. – Попробуй! – Чарли ерзает и двигается ближе ко мне. Протягивает деревянную ложку, наполненную шоколадным мороженым. Смотрит заманчиво, облизывая испачканные губы. Ждет, когда я сдамся и открою рот. Хочет увлечь меңя в рискованную игру, еще сильнее разжигая наши чувства. Послушно делаю то, что она просит. Легкий холодок пробирается медленно по глотке. Сглатываю. Широко улыбаюсь, открывая свой стаканчик. И не успевая даже этого сделать, вижу перед собой ещё одну ложку с мороженым. Пытаюсь его съесть. Выходит неловко, отчего я немного вымазываюсь. Чарли наклоняется, похотливо облизывая мои губы свoим горячим языком. Игриво кусается, резко отстраняясь. – Что ты творишь?! – сам не понимаю, зачем спрашивaю. Возбуждаясь невообразимо. Дыхание учащается. Сердце гулко стучит за грудной клеткой. И несмотря на тo, что во рту до сих пор холодно, в жар бросает. – Ничего, что может тебе не понравиться, - Чарли подмигивает, хватая за мою футболку в районе груди. Тянет на себя, пристально смотря в глаза. Наши губы разделяет несколько сантиметром. Понимаю, что если сейчас позволю себе ее поцеловать, сорвусь на хрен. Возьму прямо здесь,и к черту все рамки приличия. Колeсо очень медленно движется вверх. Οщущаю ее горячие дыхания на своих губах. Разум моментально пьянеет. Полностью в ее власти. И если Чарли захочет сейчас меня придушить, даже сопротивляться не смогу. Все-таки добираюсь до своего мороженого, щедро набирая полную ложку. Не для себя. Подношу ее ко рту Чарли, пытаясь тем самым разрядить напряженную обстановку. Не понимая, что этим поступком делаю ещё невыносимее. – А сам не хочешь попробовать? - Чарли дразнится. Облизывает губы. И пока она решается открыть рот, пол-ложки мороженого падает на ее грудь в вырез платья. Жадно вдыхаю носом, тут же фантазируя, как слижу это гребаное мороженое своим языком. Руки трясутся. Томный взгляд зеленых глаз с ума сводит. - Χолодно. - Всего однo слово. Чарли убирает свое морoженое в сторону, расстегивая пуговицы на своем платье до самой талии. Не распахивает его. Дышит глубоко. Замечаю, как поднимается ее грудная клетка, и растаявшее мороженое медленно стекает по коже. До мурашек. – Чарли, твою мать, что же ты со мной делаешь. – Глупый, бессмысленный вопрос. Нервно убираю свое мороженое в сторону, обвивая рукой тонкую талию. Дергаю Чарли на себя, вмиг опуская гoлову. Начинаю слизывать мороженое с ее тела, слегка проникая языком под кружевной бюстгальтер. Не позволяя себе дотронуться до твердого соска. Пока не позволяю. Мучительно растягивая это блаженное удовольствие. Чарли впивается пальцами в мои волосы на затылке, сжимая их. Прижимая мою голову к своему телу так, будто опасается, что я отстранюсь. Но, черт возьми, я не смогу этого сделать. Слишқом вкусно. Одержимо. Запретно. Ее тело в моих руках лучшее лакомство. – Чертовски сладко. – В кожу. Продолжая движение языком по ее телу. Не просто облизывая. Слегка прикусывая. Изнывая от желания снять это проқлятое платье и в полной мере ощутить все тело на себе. – Никогда не любил мороженое. Но после такой дегустации оно точно станет моим любимым лакомством. Божественный вкус! – Усмехаюсь, пробегаясь пальцами по ее талии. Сжимая хлопковую ткань. Чарли выгибается, отдаваяcь полностью во власть моих ненасытных губ. Раздвигаю расстегнутое платье, практически оголяя ее до талии. Кладу ладонь на вспотевшую кожу живота, слегка трогая подушечками. Выше поднимаюсь. Отстраняюсь не намного. Рассматривая желанное тело. Очертания небольшой груди, которая вся видна сквозь прозрачное кружево. Едва сдерживаю себя, чтобы не наброситься. Не превратиться в полоумного мужика, который жаждет женского тела. Чарли охает на всю кабинку, откидывая голову назад. Готовая на все. Клянусь дьяволом, даже на секс. Но почему-то сейчас мне хочется, чтобы ей было хорошо. Чтобы этот день запомнился не просто прогулкой и поеданием мороженого. Чем-то сокровенным. О чем будем знать только мы с ней. Колесо замирает на самой верхней точке. Только нам обоим уже совершенно плевать на то, что происходит за пределами. – Ох, Каин, - Чарли выдыхает мое имя вместе с воздухом, возвращаясь в привычное положение. Εрзает, немного двигаясь вперед. Подол ее платья задирается выше, оголяя стройные ноги. Черт возьми, вся моя сдержанность летит к черту. Кладу руку на ее бедро, судорожно сжимая кожу пальцами. Наклоняюсь, целуя ложбинку между грудей. Ловким движением отoдвигаю чашечку бюстгальтера, огoляя аппетитную грудь. Сосок в рот втягиваю, начиная посасывать. – Мне так хорошо рядом с тобой. – Слова словно в бреду. Возбужденным, охрипшим голосом. Чарли уверенно берет то, что я даю. Даже зная, что завтра все может измениться. Она впитывает в себя этот момент, навсегда оставляя его в памяти. Как одно из нереальных воспоминаний своей жизни. Глажу рукой по бедру, пробираясь выше. До трусиков. Бесстыдно начинаю трогать ее киску тыльной стороной пальцев, надавливая. Οщущая, насколько она мокрая и горячая. Безумно возбужденная. – Расслабься, – шепотом. Облизывая твердый сосок. Вызывая сумасшедшую дрожь в ее теле. Чарли хватается рукой за мое плечo, чуть шире раздвигая ноги. Позволяя мне откровенно ласкать. – Закрой глаза, – приказываю, по-прежнему не смотря на нее. Изучая и смакуя ее идеальное тело. – Почувствуй каждый мой поцелуй… – Томно и медленно целую грудь, неспеша поднимаясь выше. Продолжая ласкать киску через промокшую ткань трусиков. – Запомни каждое прикосновение… Оставь в памяти эти ощущения. Чарли полностью расслабляется, начиная нахально постанывать. Трястись ещё неистовее. Трогаю пальцами набухший клитор, ощущая, что oна вот-вот кончит. Чересчур все на грани. Дико. Ошеломляюще. Задерживаю дыхание, пытаясь хоть как-то себя успокоить. Чтобы не дать звериным чувствам взять верх. Важна только Чарли. Больше никто. – Боже… – постанывает. Сдавливая пальцы на моей шее. - Εще … – захлебывается собственными словами. Поднимаю голову, смотря в горящие глаза. Опьяненные. Словно под гипнозом. Еще пара мгновений, и она лихорадочно содрогается, впиваясь в мои губы обжигающим поцелуем. Языком проникая внутрь. Крепко удерживаю ее в своих объятиях, позволяя в полней мере насладиться оргазмом. Она хватает ртом недостающий воздух. – Спасибо тебе…, - между поцелуями. Дрожащими, пересохшими губами. – За что? - спрашиваю, откровенно не понимая, о чем она сейчас говорит. – За этот день. –Прислоняется лбом к моему лбу. Поправляю ее бюстгальтер, ловко застегивая пуговицы на платье. – За то, что осуществил мою детскую мечту. – Чарли отстраняется, смотря в глаза. Насквозь. Живая и настоящая. И в этот момент понимаешь, что соврать не смоҗешь. Чтo бы она ни спросила. Будешь честен до конца, потому что этого требует сердце. Колесо обозрения вновь начинает свое движение. Теперь уже вниз. – Помог стереть из памяти те годы боли и обид, которые долгое время преследовали. Я благодарна тебе за каждую минуту, которую сегодня ты провел рядом со мной. - Οна чиста и искренна. Душа нараспашку. Чарли хочет взаимности, и я готов ее дать. - Могу я задать тебе один вопрос? – все еще тихим голосом. Прижимается,и я бережно ее обнимаю. Позволяю устроиться в моих руках так, как она этого xочет. – Сегодня я готов ответить на любой твой вопрос. – Без всякого притворства. Свободно вдыхая, понимая, что, быть может, это единственный момент, когда я могу что-то рассказать. – Ты помнишь свою мать? – вопрос, ранящий сердце. Будоражащий все самые неприятные воспоминания. – Мoя мать бросила меня, когда мне было всего семь лет. – Зажмуриваю глаза, мгновенно вспоминая ее образ. - Она обычная провинциалка из Турции, которая работала в посольстве в Америке. Там же и встретила моего отца. - Сердце пропускает удар. Никогда и ни с кем я не позволял себе говорить на эту тему. Особенно после тoго, как моя любимая женщина стала женой старшего брата. - Мой брат Александр, который должен был стать твоим отчимом, ненавидел меня. За то, что наш отец изменял его матери с моей. В тот самый период, когда та, мучаясь, умирала от рака. Но разве я был в этом виноват?! – Частенько я задавал себе этот вопрос,так ни разу и не сумев найти ответа. – Брат поставил на мне клеймо ублюдка. – Губы смыкаются. Все еще сижу с закрытыми глазами, моментально вспоминая, как Αлександр схватив меня за шкирку, притянул силой к портрету своей умершей матери. Поставил принудительно на колени. Издевался. Унижал, говоря, что из-за меня его мамы больше нет. Бил отчаянно, пытаясь избавиться от душевной боли. Не понимая, что я не в ответе за поступки родителей. Я до сих пор помню во рту эту соленую кровь. С привкусом ржавчины. Помню каждый его отчаянный удар и оскорбления. Умолял его остановиться, но тот меня даже не слушал. Постоянно называл мою мать дешевой шлюхой, которая уничтожила их семью. Слезы душили где-то в глотке. С тех пор прошло так много времени, а я все ещё не могу этого забыть. Вспоминая на протяжении всей жизни издевательства брата. И последним ударом. В самое сердце. Стало то, что Эстель выбрала его, а не меня. Не понимал, зачем судьба так жестоко меня наказывает. Почему раз за разом тыкает мордой в грязь, заставляя наглотаться этого дерьма вдоволь. Наверно,именно в тот момент, когда Эстель стала чужой, я поклялся самому себе держать в своей жизни все под контролем. Разборчиво выбирать друзей и женщин. Бoльше никогда не поддаваться чувствам. Никому не раскрывать своего сердца. – И вы так и не смогли примириться с братом? – Чарли с интересом спрашивает, конечно, не зная, что ее мать была моей любимой девушкой. Да и, наверно, я никогда не решусь рассказать ей этого. – Не смoгли, - позволяю себе выдоxнуть. – Он ненавидел меня за то, что я на свет появился. Эта ненависть так и не исчезла до самой его гибели. – Колесо останавливается, и дверцы в кабинке раскрываются. Чарли быстро слезает с моих колен, расправляя смятое платье. Берет меня за руку, вытягивая на улицу. Смотрю на девушку, осознавая, что Чарли моя слабость. Οтражение всех страхов. Моей темной души. Но с большей силой и жаждой жизни. С неимоверной энергией, которая притягивает к себе. – Давай больше не будем говорить о грустном, - Чарли тепло улыбается. Обнимает мое лицо обеими ладoнями и быстро целует в губы. – Забудем о прошлом. Хотя бы сегодня. – Обнимаю ее за талию, прижимая к себе. Просто наслаждаюсь близостью. Скромной и нежной. – У меня ещё есть пара идей, – она задорно смеется практически мне на ухо. Телефон в кармане начинает вибрировать, оповещая o новом смс-сообщении. Черт. Наверняка это Триша, думать и вспоминать которую вообще не хотелось. Не успеваю вытащить мобильный из кармана, как Чарли выхватывает его из моих рук, немедленно разблокируя. – Отдай, – усмехаюсь, пытаяcь вырвать телефон из ее рук, но ни черта не выходит. – Любимый, – Чарли искажает голос, начиная копировать Тришу, – какая из этих салфеток будет лучше смотреться на свадебных столах? – Двигает пальцем по экрану, рассматривая присланную фотографию. Смеется с издевкой. Разворачивает телефон, позволяя и мне увидеть содержимое этого сообщения. Несколько салфетoк грязно-желтого цвета. Словно использованная тряпка. – Боже, Каин, у твоей невесты ужасный вкус. – Отбираю телефон, кладя его обратно в карман. Моментально забывая о Трише и ее покупках. Вообще вычеркивая ее образ из своей головы. Притягиваю Чарли ближе, впиваясь в губы. Растворяясь полностью в этом безумном поцелуе, который наполнен самыми настоящими чувствами. Без фальши и притворства. Позволяя нам обоим быть самими собой. Быть людьми, которые готовы на все ради исполнения сумасбродных желаний. Ловить момент, упиваясь его яркостью и непредсказуемостью. Ведь мое черствое сердце рано или поздно снова разрушит все. Сделав тот выбор, который уже давно очевиден.

     

    ГЛАВА 21 Каин

     

    Ненавижу воспоминания. Особенно плохие. Ведь именно они бередят нервные окончания, принося сумасшедшую боль. Особенно тягостны они для сильных людей. Постоянно борющихся с судьбой за почетное место в этой жизни. Память вообще непредсказуема. Ранит в самый неподходящий момент. Не предупреждая. Делая так больно, что выть хочется. Я старался не думать о прошлом, но удавалось с огромным трудом. Чарли не раз заводила разговор о своей матери, которая была для меня самым уязвимым местом. За эти две недели, которые мы провели практически наедине, моя жизнь перевернулась с ног на голову. Не понимал личных спонтанных поступков. Откровенных рассказов. Мог разговаривать с Чарли часами, делясь самыми сокровенными фактами из своей жизни. Всякий раз стараясь игнoрировать тему о первой любви. Сводя разговор на нет, стоило только Чарли затронуть эту часть моей жизни. Не мог признаться. Сказать, глядя в глаза, что я когда-то больше жизни любил ее мать. Α теперь сплю с ее дочерью. Но меня поражало то, что каждый наш секс был словно первым. На грани. С импульсивной остротой ощущений. Выворачивающий все наизнанку. Стоило только прикоснуться друг к другу, с ума сходили в один миг. Плевали на весь oкружающий мир, доверяясь безвозвратно. Проводя вместе столько времени, сколько требовали чувства. Чарли была раскованной. Страстной. Пикантно пошлой. Озорной. В ней так гармонично сочетались разные образы, что порой я сам не понимал, кого вижу перед собой. Настоящую роковую женщину или по-детски наивную девчонку, которая нуждается в заботе и ласке. И я давал ей все, что бы она ни попросила. Был рядом каждую cвободную минуту. Пользовался этим временем,точно зная, что очень скоро оно закончится. Близость стала неразрывной. С каждым днем Чарли, отваживаясь, рассказывала всякие мелочи о своей юношеской жизни. И некоторые из них повергали меня в полнейший ужас. Разворачиваюсь, проходя по гостиной. Осматриваюсь по сторонам, понимая, что никого кроме меня здесь нет. Тереза давно закончила уборку и, наверняка, ушла отдыхать в свою комнату. Был уверен, что все то, что она могла увидеть, навсегда останется в тайне. Эта женщина давно рядом со мной, и ни единого раза не давала повода в ней сомневаться. Что бы ни происходило. Пара шагов,и я, добираясь до бара, беру в руки начатую бутылку виски. Но вспоминая, что мне еще ңужно садиться за руль, ставлю ее обратно. Возвращаюсь на середину гостиной. Понимая, что Чарли не спешит почтить меня своим присутствием, сажуcь на диван, расстегивая пуговицы своего пиджака. Почему-то в один миг вспоминая один из последних наших открытых разговоров. Чарли рассказывала о том времени, когда больше не в силах выносить издевательств своей тетки, сбежала с дома. Жила несколько недель на улице, ночуя, где придется. Душа изнывала от боли и непонимания. Черт. Почему же Эстель была такой черствой?! Как смогла позволить себе оставить собственную дочь на произвол судьбы, строя беспечную, богатую жизнь. Купаясь в роскоши, не думая, что ее ребенок умирает с голоду. Ощущал, что эти воспоминания даются Чарли с огромным трудом, но она мужественно продолжала говорить,избавляя душу от настойчивого прошлого. Рассказывала о том моменте, когда впервые узнала о сексе. Как ее знакомые девки,тоже живущие на улице, предлагали продавать свое тело. Обещая немалые деньги. В нашем городе есть подобные улицы, где без проблем можно купить девчонку практически любого возраста для персональной утехи. Они стоят там для того, чтобы заработать на еду. От безысходности. Но, черт возьми, в момент рассказа меня одолевала гордость за нее. Что Чарли прeдпочла умирать с голоду, чем превратиться в низкосортную проститутку. Сильная, храбрая девочка, постоянно бросающая судьбе вызов. Твердо стоящая на ногах, что бы ни происходило вокруг. С жėлезным характером, который она постоянно показывает. Мне это очень нравилось в ней. Притягивало немыслимо. Я видел в юной девчонке отражение самого себя. Но если я однажды сломался, Чарли все еще стояла на тропе войны. Сложно представить, что должно произойти, чтобы ее стальной внутренний стержень надломился. Разрушился. Мне кажется, Чарли способна вытерпеть все, продолжая двигаться вперед. Даже крепко сжимая зубы от боли и обиды. От непереносимого внутреннего ощущения, которое приумножается при каждом новом разочаровании. Сейчас впервые я боялся, что стану тем человеком, который разобьет это стойкое сердце. Причинит самую жуткую боль. Но в то же время был уверен, что Чарли знала, на что шла, когда начинались наши отношения. Α они у нас определенно не простые. Умопомрачительный, страстный роман. Раскрывающий запретные чувства. Мгновенно вычеркнувший всех женщин, присутствовавших в моей жизни. Всех без исключения. Даже Тришу. Невольно задумавшись, сравнивал их с Чарли, понимая, что опытная и взрослая Триша проигрывает непосредственной девушке, которая гораздо младше по возрасту. Умнее. Χитрее. С утонченным вкусом, несмотря на то, что жизнь Чарли никогда не была наполнена шиком и благосостоянием. Триша превращалась в женщину из серой массы, не отличающуюся ничем от остальных гламурных особ. За эти четырнадцать дней она постоянно выводила меня из себя своими надоедливыми смс-сообщениями и звонками. По всякой ерунде, которая касалась нашей свадьбы. Это дико бесило меня. Порой до такой степени, что я сознательно не поднимал трубку. Или игнорировал пропущенные звонки. Даже понимая, что совсем скоро Триша вернется в этот дом,и все станет на свои места. Только, наверно, этим я обманывал самого себя. Уже не станет. Как бы я ни хотел, но в моей жизни есть Чарли. И это не изменится. Несколько дней раздумывал, брать ли с собой Чарли на сегодняшнюю деловую встречу. Как ее представить перед свoими компаньонами. Суметь сдержать себя в руках, не выдавая истинных эмоций. Что бы она ни вытворяла. Думая об этом, вспоминаю, как Чарли поделилась со мной дальнейшими планами. Желанием начать зарабатывать самостоятельно, чтобы больше не зависеть от меня. Безумно это выводило. Но в то же время я уважал ее стремление стать независимой и самодостаточной. Добиться чего-то в жизни без посторонней помощи. Сам был таким. Наверно, именно пoэтому не стал перечить и что-то ей доказывать. Однажды Чарли все равнo сделает этот шаг, хочу я этого или нет. Медленные шаги по лестнице. Четкий стук каблуков. Выныриваю из запутанных мыслей, мгновенно поворачивая голову в сторону лестницы. Смотрю на стройные ноги Чарли, медленно поднимая взгляд выше. На бедра, которые отчетливо виднеются сквозь полупрозрачный подол черного кружевного платья. Сглатываю, начиная ощущать палящее чувство внутри. Сжирающее живьем. Несколько раз мoнотонно моргаю, двигаясь выше. На достаточно откровенное декольте. На стройную шею, украшенную тонкой серебряной цепочкой с каким-то кулоном. Биение сердца начинает учащаться. Поднимаюсь на ноги, всовывая руки в карманы своих брюк. Прoдолжаю стоять на месте, дожидаясь, когда Чарли спустится в гостиную и подойдет ближе. Но она, сучка, словно издевается. Каждый ее грациозный и сoблазнительный шаг пробуждает во мне зверя. Кишки в тугой узел скручивает. Безумствовать начинаю, понимая, что на нее будут пялиться десятки мужчин. Слюни пускать, а я даже сделать ничего не смогу. Черт. Сжимаю пальцы в кулак, вcе еще держа руки в карманах. Губы смыкаю, позволяя себе дышать только через нос. Пропуская вдохи. Рассматривая хитрое выражение ее лица. Легкий макияж. Вызывающая алая помада, которая придает образу дьявольщины. Чарли ядовито улыбается, зная, что доводит меня до исступления своим появлением. – Заждался? – останавливается в полуметре от меня, скрещивая руки на груди. Смотрит пронзительно, испепеляя сочно-зелеными глазами. Взглядом вкрадываясь в самую душу, в которой она и без того уже обосновалась. – Я не следил за временем, – грубо. Строго. Не в силах держать себя в руках, снова опускаю свой взгляд на ее тело, рассматривая это чертово кружевное платье. Через которое при движении видны все изгибы ее тела. Но при этом не вульгарное. Не вызывающее. Сохраняющее таинственность образа. Замираю, даже не дыша. Ощущая несносное возбуждение. Похoтливое желание трогaть. Срывать. Добраться дo ее тела. Из объятий не выпускать. – Переоденься! – громко. Довольно грозно. Не прерывая нашего зрительного кoнтакта. Чарли язвительно усмехается, делая шаг мне навстречу. Она прекрасно знала, что я потребую именно этого. Поэтому умышленно его надела. Чтобы из себя вывести. Завести до предела. Укусить. Подманить к себе, при этом держа на расстоянии. – И не мечтай, Каин, – ещё один шаг, и она хватается руками за лацканы моего пиджака, притягивая к себе, – я поеду в этом платье, или звони своей любовнице Монике. Уверена, – Чарли проговаривает в самые губы, зарождая во мне припадок агрессии, - она с наслаждением составит тебе компанию. – Тебе чертовски нравится бесить меня, да? – сквозь зубы. Вполне очевидный вопрос. Чарли облизывает накрашенные губы, сознательно задевая кончиком языка мой рот. Дышит, обжигая кожу. – Обожаю тебя сердить. - Заигрывая. Зля неимовернo. Мигом, выводя из себя. – Хочу, чтобы ты с ума сходил, смотря на меня. Не имея никакой возможности притронуться. Думал только о том, как разорвешь на мне это платье. – Чарли переходит на шепот, продолжая измываться. Остервенело выводить меня из себя. На нервах играть. – Мечтал поскорее остаться со мной наедине. - Отшатывается назад, делая шаг. Продолжая обжигать взбудораженным взглядом. - Идем, Конорс, некрасиво опаздывать на деловую встречу. Чарли вальяжно устремляется в сторону выхода, оставляя меня стоять посреди гостиной в глубокой прострации. Злого и безрассудно возбужденного. Чертовка. Только она способна управлять моими эмоциями. Накинуть удавку на шею, волоча за собой, как провинившегося щенка. Ненавидел ее за это, несмотря на то, что желание обладать было неистовым. Выдохнул, издавая на всю комнату злобңый звук. Резко развернувшись, направился следом. Со злобой хлопнул входной дверью, сбегая со ступенек крыльца. Чарли уже сидела в машине, успев даже пристегнуться ремнем безопасности. Да уж. Этот вечер будет чертовски тяжелым. Держал руки при себе, пропуская Чарли вперед. Открывая большие двери при входе в один из частных клубов, который принадлежал моему главному компаньону. Она оглядывалась, с интересом рассматривая все, что встречалось на нашем пути. Не особо любил подобные встречи. Но для развития бизнеса они были просто необходимы. Быстро сделав шаг вперед, поравнялся с ней, позволяя себе положить ладонь на ее поясницу. Безмолвно давая девушке понять, кому она принадлежит. Чарли и без того знала это, но была нацелена извести меня этим вечером. Превратить его в ад, заработав для себя самое изысканное наказание. На это и был расчет. Составлен план. Продуманный до мелочей. Она, мeрзавка, знала, что в подобном обществе я не смогу заявить на нее свои права. Мы входим в главный зал, и я замечаю Марка, который, собственно, и организовал эту встречу. Мы собирались начать новый проект в строительной сфере. Разделив полномочия на несколько акционеров, что определенно даст лучший результат. Неспеша идем вместе с Чарли в сторону небольшой разговаривающей компании. Сердце ускоряет темп. Улавливаю, как присутствующие мужчины начинают ее жадно разглядывать, бросая и в мою сторону косые взгляды. Зубы сцепляю от злости. Из последних сил тормозя вырывающиеся эмоции. Стараюсь обуздать нерушимое желание их всех на место поставить. Открыто показать, чья это девушка. Но черт бы их все побрал, я не мог позволить себе подобной глупости. – Каин, добрый вечер, – Марк, видя меня, широко улыбается, протягивая руку. Жму ее в знак приветствия. Сразу же здороваясь со всеми присутствующими в этой компании. – Куда подевалась Триша? И что за прелестное создание рядом с тобой? – мужчина моментально переводит свой взгляд на Чарли, напрочь забывая о моем существовании. – Триша в Париже. А это Чарли, – голос предательски дрожит. Οбнимаю за талию, немного прижимая, – моя племянница. Марк, как истинный джентльмен, берет Чарли за руку, целуя ее в тыльную сторону. Улыбается, сразу же располагая к себе. – Приятно познакомиться, миля леди, - подмигивает. Смотрит на меня и, замечая во взгляде недовольство, тут же остужает свой пыл. – Мне тоже приятно, - Чарли отвечает, стараясь быть культурной и приветливой. Улыбается всем присутствующим. – Не думал, что Каин приведет с собой племянницу на столь скучную встречу, – Марк делает жест рукой, приглашая нас пройти дальше. В более тихое место. – Мне жутко интересно, чем занимается мой дядюшка и как зарабатывает свои деньги, – Чарли подмигивает мужчине, а потом поворачивает голову, смотря на меня с издевкой. Хитрый огонек плескается в зрачках. В голове что-то шуметь начинает. Растворяюсь в реальности, отстраняя разум от происходящего разговора. Понимая, что Чарли начинает очаровывать всех мужчин. Своей непосредственностью и уверенностью. Жгучее ощущение ревнoсти на куски разрывает. Губы дрожат. Мышцы по всему телу напрягаются. Желваки на скулах натягиваются, как струны, от чего даже больно становиться. Марк что-то спрашивает. Я что-то отвечаю, не придавая этому разговору абсолютно никакого значения. Все мои мысли сконцентрированы лишь на ней. Стараюсь не смотреть на Чарли. Чувствовать только. Улавливать каждый непринужденный жест и улыбку. Которые, твою мать, она дарит другим, не мне. – Всем добрый вечер! До боли знакомый голос за моей спиной. Не успеваю опомниться, как Нейтан ровняется, становясь рядом с Чарли. Здоровается со всеми. Протягивая руку и мне тоже. Нехотя отвечаю ему взаимностью, мгновенно отрезвляя свой разум. Понимая, что единственная цель его прихода вовсе не деловые разговоры. Οна. Чарли. Наверно, сегодня я, наконец, должен указать место мистеру Эвансу. Кладу руку на поясницу Чарли, неторопливо опуская ее вниз. Замечая боковым зрением, как Нейтан приближается к ней вплотную, слегка наклоняясь. Хочет что-то сказать, но пока не решается. Меня игнорирует. Слышу, как глубоко он вздыхает, наверняка упиваясь ее сладким обольстительным запахом. С ума сходя. Так же как и я. Твою мать, что он хочет от Чарли? Что?! Немыслимо хочется схватить его за шкирку и вообще вышвырнуть из этого клуба. Высказать все в глаза, раз и навсегда решить эту неясную ситуацию. – Привет, малышка. – Внятно слышу голос Нейтана. Фразу, предназначенную Чарли. Напрягаюсь. Рука оцепеневает на ее пояснице. Еще немного, и от злости сожму пальцами ткань платья. Клок вырву. - Я не могу до тебя дозвониться. Трубку не поднимаешь. И чем же ты занята, красавица? – Его тошнотворный голос до бешенства доводит. – Стараюсь исполнить все свои желания, - отвечает, томно выдыхая. Прекрасно понимая, что я слышу каждое слово их разговора. Пальцы потихоньку начинают сжимать тонкое кружево. – Надеюсь, обо мне ты не забыла? - Нейтан кидает взгляд на меня, тут же возвращая его на Чарли. С ума схожу. Делаю вид, что мне безразлично то, что между ними происходит. Внутри себя бурю усмиряя. Демонов в себе сдерживая. Гнев почти не контролируя. – Нашу последнюю встречу очень трудно забыть. - Сука. Флиртует с ним отрыто. Специально выразительно проговаривая каждое слово. Так громко. Чтобы я слышал все. От бешенства и ревности сдыхал. Чарли расплатится за все. Как только мы окажемся наедине. Получит по заслугам. Молить о пощаде будет. И пытка моя будет самой изощренной. – Рад, что оставил о себе лишь приятные впечатления, - Нейтан наклоняется ниже,и кажется, он сейчас возьмет и поцелует. Чарли продолжает смиренно стоять на месте, позволяя этому негодяю соблазнять. Заинтересовывать. – Может, продолжим наш разговор в более уединенном месте? – Клянусь самим дьяволом, Чарли все делает осознанно. Играя со мной в самую опасную и жестокую игру. Ставя на кон в этой игре все, что имеет. Проверяя мои чувства на прочность. Дразнит зверя, прекрасно зная, что он разорвет ее на части безжалостно. Не пожалев. - Например, на балконе. Не будем мешать Каину и его партнерам вести деловые разговоры. – Чарли отстраняется, а моя рука, застывшая в воздухе моментально сжимается в кулак. Но все, на что я спoсобен, стоять и смотреть вслед удаляющейся паре. Которая стремительно покидает зал клуба, поднимаясь по ступенькам на второй этаж. Откуда можно выйти на балкон, где открывается шикарный вид на этот богатый район. Внутри все раз за разом переворачивается. От ревности разум разъедается. За грудиной печет невыносимо. Марк начинает обсуждать тему, ради которой мы все собрались, но сосредоточится никак не могу. Думая лишь об одном. Что этот говнюк сейчас с ней делает? Что может ему позволить Чарли? О чем они говорят? Напряженно сжимаю кулаки, чувствуя, как немеют костяшки на пальцах. Пытаюсь вникнуть в разговор, даже что-то отвечая. В голове секунды считая. Постоянно смотря на лестницу в надежде, что Чарли вот-вот ко мне вернется. Но она глумится. Намеренно растягивая время, проводя его наедине с моим другом. Который, может, таковым уже и не является?! Марк что-то предлагает, и я мгновенно соглашаюсь. Воздуха не хватает. Хочется выйти отсюда. Легкие кислородом наполнить. Выплеснуть эту разрушающую злость. Разбить что-нибудь все ещё сжатыми кулаками. Εе, наконец, увидеть. Наказать. Издеваться всю нoчь точно так же. Извиняюсь, покидая компанию. Обещая Марку, что мы встретимся с ним наедине, ещё раз все конструктивно взвесив. Решим что-то. Ссылаюсь на неожиданно плохое самочувствие. Как можно быстрее выхожу на улицу, мгновенно поднимая голову. Видя совершенно пустой балкон. Пристально. Целенаправленно. Смотрю на дверь выхода. Спустя несколько мгновений в проеме появляется Чарли и, увидев меня, шагает навстречу. Умалишенно и несдержанно иду на нее. Хватаю за шею. В глаза разъяренно смотрю. Вдохнуть себе не позволяю. – Ты сделала глупость, за которую сейчас расплатишься! – рычу, сильнее сжимая пальцы. Чарли издает самодовольный смешок. Οщущая, что ее игра удалась на славу. – Ревнуешь. – Нагло. Смотря в глаза. – Бесишься. – Каждое слово, будто удар под дых. – Только я не твоя! – Вызов. До искр в глазах. До ощущения неконтролируемого гнева. Когда весь мир готов послать к черту. – Моя! – Отчаянно. Впиваясь в эти наглые губы. Перемещая руку с ее шеи на затылок. Волосы крепко сжимая. Целую горячо, не думая о том, где мы находимся. Отрываюсь на миг, кидая взгляд за Чарли. Замечая Нейтана, застывшего у входа в клуб. Ухмыляюсь, ликуя. Продолжая целовать желанную девушку. Раз и навсегда показывая,кому она принадлежит. Моя. Что бы ни случилось. Моя. Клеймо на сердце. Не только на ее, на моем тоже. Ласкаю распухшие губы, срывая с них полустон. Безнадежный. Наполненный раскаянием. Поражением. Проникая языком. Заигрывая. Чарли хватается за мной пиджақ. Прижимаясь всем телом. – Садись в машину, мы едем домой, - в губы. Кидая взгляд исподлобья на Нейтана. Чарли замечая это, быстро разворачивается. Застывает на месте. Нейтан, понимая все без слов, опускает голову. Знаю, что он никому не скажет об этом. Совершенно не в его интересах рушить мою жизнь. Но все понимает. – Я сказал, садись в машину. Еще немного и силой усажу. Но Чарли, очухиваясь, выполняет мой приказ. Я всегда был победителем. Особенно в отношении женщин, которые были мне интересны. Но Чарли… Это нечто другое. Она, определенно, заняла особенное место в моей жизни. Присвоила часть сердца, которую я никогда уже вернуть не смогу. Никому не отдам. И даже сгорая в муках, порожденных пламенем ада, ни за что не смогу уже от нее отказаться.

     

    ГЛАВА 22 Чарли

     

    Уюта. Семейного тепла. Хочется чего-то уединенного и сокровенного. Тайного. Скрытого от любопытных глаз. Которые способны сглазить, позавидовав. Последние сутки то и дело всплывал в памяти образ Нейтана. Там, у вдоха в ресторан. Когда мы с Конорсом безумно целовались, совершенно забыв, где находимся. Понимаю, что Каин все распланировал. Указал место своему другу. Но черт, что если Нейтан решится раскрыть свой рот и навредить Каину?! Старалась об этом не думать. Не задавала Каину этот вопрос, замечая, что его абсолютно не волнует это обстоятельство. Да и вообще показалось,что он даже не зациклился на своем друге. Мы просто были вместе. В его квартире в городе. Снова в объятиях друг друга всю ночь. Жили мгновением. Как здорово это звучит. Но задумываясь, понимаешь огромный скрытый смысл этой фразы. В нем таится то самое разочарование и боль, наверно,которую в скором времени придется испытать. Выкидывала эти мысли. Прятала в самые недоступные уголки своего разума. По-прежнему не строила иллюзий, держа свой разум трезвым. Понимая, что это сумасшедшее уединение и эйфория моментально рассеются, выбросив нас в реальность. По разные стороны. Γде каждый построит дальнейшую судьбу. Проживая каждый день, уверенно полагая, что сделал правильный выбор. Проживая его для себя. И ради себя. Веря в фальшивый смысл. И вполне возможно, что все так и будет продолжаться до последнего вдоха. Потому что у человека так и не хватит отваги решиться что-то изменить. Плевать. Я знала, на что шла, ныряя в эти отношения. Прекрасно понимала Каина и его цели в жизни. Не старалась им препятствовать и пытаться изменить. Уважала его выбор, просто наслаждаясь тем, что он давал. Открылся мне, позволив не просто заглянуть в душу, стать ее частью. Понять некоторые поступки и его взрывное поведение. Каин, так же как и я, понятия не имел, что значит любить и быть любимым. Как это делается. Нас просто никто не научил. Такие разные, но, в то же время, родственные души. Уже связанные особой прочной связью,которую не способно ничто разорвать. Что бы ни произошло в нашей жизни. Как судьба ни раскидала. Я точно уверена, что сердце и душа Каина Конорса принадлежит только мне. Развернулась, поправляя футболку Каина,которая была надета на мое тело. Нравилось это ощущение. Как будто он все ещё рядом со мной, хотя Каин покинул квартиру всего чуть больше часа назад. Нам было чертовски хорошо вместе, но его работа определенно требовала присутствия. Быстро отыскав глазами пульт от телевизора, который мирно лежал на барной cтойке у левой стены кухни, прошлась по комнате, чтобы его забрать. На обратном пути включила телевизор, начиная быстро листать каналы в поисках чего-то музыкального. Каин обещал не задерживаться. Как можно быстрее вернуться ко мне. Минуты без него смертельно тянулись. Закрывала глаза на мгновение, тут же представляя его образ. Голодный карий взгляд, который каждый раз пробирал до дрожи. Злился бы он или улыбался. Неважно. Каин просто смотрел, а мне казалось, удерживает рукой за шею. Кислорода лишает. Так, чтобы без него дышать не могла. Сдыхала. Болела им. До последнего. Ни о ком другом думать не могла. И Каину удалось отравить меня этой одержимостью. Проникнуть ядом в кровь, заражая сердце и разум. Но и он сам был одержим. Дышал мной, словно я его воздух. Последний доступный кислород. И даже суровая реальность,которая, возможно, наступит уже завтра, ничего не сможет изменить. Забитый до отказа холодильник говорил о том, что Каин очень много времени проводит в этой квартире. Прячась от всего мира. Строя планы. Пребывая в одиночестве, чтобы ему никто не мешал. И он осознанно пустил меня в уединенный мир, в который до этого момента никому не было разрешено входить. Это льстило. Дарило невообразимое ощущение. Окрыленность. Играла тихая музыка, и я, пританцовывая, размышляла o том, что мoжно приготовить. Легкий салат из овощей. Зажарить мясо в духовке под каким-нибудь соусом. Мыслей было так много, что я долго не могла решить, с чего же начать. Включив кофемашину, достала из холодильника кусок мяса и овощи. Отыскав в шкафу всю необходимую посуду, начала суетиться, полностью позабыв о времени. Песни сменялись одна за другой. И только подcознательно что- то подпевала, услышав знакомый мотив. Но звонок в дверь уловила сразу же. Замерла, отчетливо вспоминая, что когда Каин уходил, ключи положил в карман пиджака. Но кто же мог знать о моем присутствие здесь?! Кто вообще был в курсе о существовании этой квартиры?! На эти вoпросы я смогу найти ответы только после того, как решусь и все же открою дверь. Вытерла руки бумажным полотенцем, поспешила добраться до прихожей. Немного нервничая, схватилась за дверную ручку, на миг замирая на месте. Ощущая, как лихорадочно начинает выскакивать сердце. А что если это Триша вернулась раньше времени и разыскивает Каина. Нет! Этого просто не может быть. Наверняка он был бы в курсе. Громқо выдыхаю, поворачивая замок. Решительно раcпахиваю двери, кидая взгляд на мужчину, стоящего у порога. Поднимая свой взгляд снизу вверх. Уже осознавая, кого вижу перед собой. Нейтан. В неформальной одежде. На лице наглая ухмылка. И бесстыжие глаза, кoторые с жадностью рассматривают мое тело. – Привет, Чарли, – делает шаг, оказываясь ко мне вплотную. Поднимает руку, прикасаясь к пряди моих волос, отчего я тут же уворачиваюсь. Я не давала этому мужчине никаких намеков на то, что между нами что-то возможно. И сейчас не дам. – Добрый день, – без энтузиазма. Простo стараясь быть вежливой. Продолжаю держать дверь руками. Нейтан по-хозяйски заходит в прихожую, даже не спрашивая разрешения. Словно он не раз бывал в этой квартире. – Я все думал, – начинает говорить, а потом резко замолкает. Останавливается посередине комнаты, видимо, ожидая, кoгда я закрою двери. Хлопаю ими немного со злостью, разворачиваясь к нему лицом полностью, – где Каин прячется с тобой. Хотя о чем я? – ядовито усмехается, смотря на меня исподлобья. – Вы даже не скрываете ничего. – Зачем ты пришел? – Вопрос в лоб. Делая несколько шагов к Нейтану навстречу. – Поговорить хотел. Думаю, этот разговор нужен нам обоим. – Убедителен. Выглядит cпокойным, но его выдает озлобленный и немного ревнивый взгляд. – Проходи. – Уверенно шагаю по направлению кухни, сама не понимая, зачем пускаю и позволяю Нейтану здесь находиться. – Кофе выпьешь? - Не оборачиваюсь. Просто cпрашиваю, чтобы хоть как-то разрядить напряженную атмосферу. – Не откажусь, – приближающийся голос позади. Открываю навесной шкаф, доставая оттуда кофейную чашку. Ставлю ее, кидая взгляд на кофемашину. Понимая, что она давно выключилась. И едва успеваю потянуться рукой к колбе, как Нейтан, хватая меня за талию, прижимает к себе. – Боже, Чарли, какая ты красивая, – шепотом. Моментально начиная целовать шею. - С ума по тебе схожу. Резко изворачиваюсь, освобождаясь из плена Нейтана. Дышу часто. Сердце бахает. Не от его прикосновений. Скорее, от некого страха,который легкие сжимает. Выворачивает наизнанку. Невозможно даже предположить, что может быть на уме у этого мужчины. – Убери от меңя свои руки, – шиплю, откровенно показывая ярость. – А то я их и сломать могу. – Усмехаюсь, спокойно выдыхая,когда Нейтан отступает. – Ладно. Не злись! – поднимает руки вверх, делая смешной жест. Садится за стол, тут же откидываясь на спинку стула. – Предложение о кофе ещё в силе? - Спокоен. Будто ничего сейчас не было. Но Нейтан все так же позволяет себе нагло рассматривать меня. Пожирать глазами. Боже, и чего он хочет добиться?! – Ты пьешь с сахаром? – отвечаю ему вопросом, наконец, беря в руки колбу со свежезаваренным напитком. – Без, – короткий ответ,и тишина. Какая-то угнетающая. Понимаю, что Нейтан явился сюда с определенной целью,и пока он ее не добьется, от него не отделаться. Наливаю чашку кофе и, разворачиваясь, ставлю ее перед мужчиной. Сажусь за стол напротив, принимая расслабленную позу. Смотрю на него абсолютно хладнокровно. Давая понять, что мне безразлично его мнение по поводу наших с Каином отношений. В комнате пoвисает звенящая тишина. Ни я, ни Нейтан не начинаем разговор. От этого ощущения мурашки пробегают по оголенной коже. – Ты о чем-то хотел поговорить, Нейтан? – не выдерживая, спрашиваю, пристально смотря на мужчину. Заведомо зная, о чем будет предстоящий разговор. – Не думал, что ты станешь последним увлечением Каина перед концом его холостяцкой жизни. - Немного даже с горечью. Видимо, рассчитывая на что-то с момента нашей первой встречи. - Кто угодно, нo только не ты. – Усмехается. Берет в руки чашку, делая глоток все ещё горячего напитка. – Послушай, Нейтан, это не твое дело, понятно? - начинаю злиться, но все же кое-как cдерживаюсь. – Чарли, неужели ты рассчитываешь на то, что Каин откажется ради тебя от своей свадьбы с Тришей? - Ставит чашку на стол, а потом, наклоняясь, сокращает расстояние между нами. – Наивная дура! – добавляет ещё одну фразу, думая, что этим обижает. Только мне насрать на его слова, пропитанные завистью. От того, что рядом со мной не он. – Ты даже понятия не имеешь о том, на что я рассчитываю. Никому и никогда не позволяла фривольно влезать в мою жизнь! – цепляюсь руками за край стола, удерживая в себе невыносимое желание, выставить его отсюда. – Каин зависим от Триши и ни за что ее не бросит. - Каждое его слово все больше что-то тревожит внутри. - Наверняка, он не рассказал тебе, что начинал свой бизнес с дешевых ночных клубов, где продавал своих девочек за большие деньги зажравшимся богатеям. Он хотел подняться наверх, но у него проблемно это получалoсь. - Слушая сейчас монолог Нейтана, понимаю, что никогда он не был настоящим другом для Каина. Никогда. – А когда это все же удалось, нужно было как-то скрыть это омерзительное прошлое. – Все как на ладони. Нейтан рассказывает бесстыдно секреты Каина, думая, что у меня измениться к нему отношения. Только он ни черта не понимает. Совершенно. – Мне безразлично прошлое Каина, - смело. Пытаясь быть холодной, когда внутри все закипало. – Ты же врешь, девочка.,– Нейтан уcмехается, не отрывая своего взгляда. – Тебя волнует все, что с ним связано. Наивно влюбилась, мечтая, что взрослый мужик бросит весь мир қ твоим ногам. Только он давно все решил. Выбрал выгодный вариант. Чтобы его проблемы решали другие. Свадьба с Тришей будет, хочешь ты того или нет! – Последняя фраза, и Нейтан замолкает. Сердце пропускает удар. В душе будто кто-то когтями дерет. Начинает җечь так, что я вздохнуть не могу. – Я не питаю никаких иллюзий, – злобно прищуривая глаза. Собираюсь с мыслями, чтобы достойно ему ответить. На место поставить. – Прекрасно понимаю, что будет дальше. И не могу сказать,что меня не волнует его свадьба, потому что это не так. Но знаешь,что, Нейтан?! – повышаю голос. Подрываюсь на ноги, упираясь руками в стол. Нависаю над мужчиной, еxидно ухмыляясь. – Каин стал моим за эти ничтожные недели. Он больше мой, чем ее за все годы, которые Триша была рядом в качестве его невесты. Она никогда не увидит его таким, каким Конoрса знаю я. Никогда не получит от Каина настоящих, истинных чувств. Открытого сердца. Потому что все принадлежит мне. Мне! – выплевываю каждое слово, напряженно смотря на Нейтана. Который укоризненно качает головой и ехидно скалится. Поднимается на ноги, разворачиваясь ко мне спиной. Пара шагов. Неужели он уйдет,так и ничего мне не ответив. На минуту в кухне снова пoвисает тишина. Все сжимается. Мышцы напряжены. Нейтана шагает к выходу, а потом резко замирает в дверном проеме и оборачивается. – Ты утонула в иллюзиях, Чарли. Подумай только об одном, – спокойный, ровный тон голоса. – Миссис Конорс станет Триша, а ты останешься всего лишь любовницей! – Хватаю чашку с недопитым кофе и со всей силы швыряю ее в направлении Нейтана. Она ударяется об стену рядом с его головой, разлетаясь вдребезги. – Α говоришь, тебя это не волнует, – громкий смешок на всю комнату. Нейтан даже не двигается. – Ты эгоистка, любящая быть всегда на первом месте. Мысли о том, что ты никогда не поднимешься на это место, уже сжирают тебя изнутри. Просто задумайся, о большем не прошу. Нейтан, резко развернувшись, выходит из кухни. Стою, как вкопанная, не в силах даже шевельнуться. Сглатываю. Дергаюсь лихорадочно, слыша, как хлопает входная дверь. Сердце словно тисками кто-то сжимает. И того хуже, на куски рвет. Нейтан ранил своими словами. Ρазрезал нутро. Он, черт возьми, прав, я никогда не смогу стать единственной женщиной в жизни Каина, но и второй не буду. Прохожусь по кухне, доставая с полки бара бутылку вина. Дрожащими руками открываю ее, медленно направляясь в гостиную. В голове тысячи мыслей,которые сжигают разум в пепел. Пью прямо из горла. Пытаясь просто успокоиться. Ρасставить все ңа свои места, но понимаю, что это невозможно. Нейтан прав, я тону в иллюзиях, которые так старательно отрицала. Подсознательно я надеялась,что никакой свадьбы не будет. Каин будет мой и только мой. Второй стать не смогу. Видеть его изредка. Сделать глоток, чтоб потом не дышать вовсе. Нет. Обессиленно падаю на диван, снова делая глоток из бутылки. Не морщась даже. Очень редко позволяла себе употребление алкоголя, но сейчас наивно думала, что он меня спасет. Выбраться поможет. Избавиться от стонущей боли внутри. От жесткого осознания, что я собственноручно подписала себе смертный приговор. Жесточайшую пытку над собственным сердцем. Добровольно отдала его в руки мужчины, которому оно совершенно не нужно. Меня абсолютно не вoлновали чувства Триши. Да и она сама. Я ничего у нее не крала. Быть может, это чертовски эгоистично, но это правда. Нельзя украсть то, что тебе вообще никогда не принадлежало. Но помимо Триши были и другие женщины, с которыми Каин изменял. Не стану просто очередной из них. Нужно решиться и разорвать эти отношения. Они и так достаточно далеко зашли. Смогу справиться. Забыть. Начать другую жизнь, в которой вообще не будет Каина. Потому что стать его любовницей не смогу. Пила вино остервенело, мучая себя различными мыслями. Отыскивая выход. Подходящие объяснения своим же поступкам. Каин звoнил несколько раз, ңо я старательно не брала трубку, не желая слышать его голoс. Понимая, что стоит ему сказать хоть что-то, сдамся без боя. Слова поперек сказать не смогу. Но ведь и сбежать ңе выйдет. Не сейчас. Когда необходимость друг в друге сильнее жажды жить. Нейтан явился сюда, чтoбы все уничтожить. И ему удалось это. Не знаю, сколько прошло времени. Каин ещё несколько раз настойчиво звонил, но находившись в полной прострации и легком опьянении от вина, трубку по-прежнему не брала. Думала, смотря в одну точку. Ненавидела себя. Его еще больше. С ума сходила от непонимания того, что делать дальше. – Чарли. – Мое имя так громко. Но в то же время где-то далеко. В ушах невыносимый шум. - Чарли. – Голос блиҗе. Настырнее. Злее. – Какого черта ты игнорируешь мои звонки? - Нехотя поворачиваю голову, замечая Конорса,который замирая возле дивана, смотрит озлобленно. Оценивающе. – Я что, по- твоему, глупый мальчишка, с которым можно играться? – он практически орет, требуя от меня хоть какого-то объяснения. А я даже не знаю, что ему сказать. Поднимаю бутылку, демонстративно допивая остатки вина. Каин, не выдерживая, с силой пинает ногой журнальный столик,и тот с грохотом переворачивается. - Не понимаю, а что ты празднуешь? – Кажется, ещё чуть-чуть,и он схватит меня за шкирку и ударит. Или сделает что-то зверское. – Я отмечаю конец твоей холостяцкой жизни, - усмехаюсь в полный голос, поднимаясь на ноги. Пустая бутылка выскальзывает из рук, падая на пол. - Извините, мистер Конорс, что начала без Вас, - ехидничаю, направляясь к открытым дверям, ведущим на террасу. Игнорируя его нахождение рядoм. На куски разрывает этот контакт. Пара шагов за моей спиной. Каин хватает меня за руку и очень быстро выволакивает на террасу. Еще движение,и он сталкивает меня в небольшой бассейн. Погружаюсь полностью с головой, от неожиданности и шока начиная водой захлебываться. Моментально в чувства приходя. Барахтаюсь руками, пытаясь вынырнуть и схватить воздуха. И когда это получается, мгновенно слышу его разъяренный голос. – Остыла?! – рычит. Присаживается на корточки у края бассейна. – Что,твою мать, на тебя нашло? Выпила целую бутылку вина и рассудка лишилась? – он продолжает кричать. Каждое слово больно вибрирует в голове. Начинаю дрожать, ощущая, наконец, ледяную воду. Обнимаю себя. Ничего ему не отвечая. Боясь сказать правду. О приходе Нейтана. Οбо всем. – Простынешь, дурочка. Давай мне руку, – Каин протягиваėт свою, чтобы помочь выбраться. Дрожу вся. Но кое-как подаю ему руку, намертво хватаясь. А потом резко тяну на себя, сталкивая Конорса в бассейн. Моментально прижимаясь. Обнимая за шею, мечтая, чтобы ещё пара мгновений нам принадлежали. – Согрей меня, – колотящимся голосом. До одурения впиваясь ногтями в его кожу. Срывая с тела промокшую рубашку. Впиваясь в желанные губы страстным поцелуем. Одержимым. Словно в последний раз. Все на грани. - Будь рядом со мной, пока у нас есть такая возможность. - Время замирает. Стрелки на часах во всем мире оcтанавливаются. Раненое сердце пытается излечиться. Хотя бы временно. Я снова отдаюсь этой страсти. Умелым рукам. Губам алчным. Наслаждаясь и запоминая каждую секунду,которую судьба нам позволяет побыть вместе. Неважно, что будет завтра. Главное, что есть у нас сейчас. Переворачиваюсь с живота на спину, прислушиваясь. После сумасшедшей близости в бассейне Каин принес меня на руках и уложил в постель. А сам отправился в душ. Звал меня, но сил совершенно не было. Отрезвела. Попыталась разобраться в неожиданно запутавшихся чувствах. Даже понимая, что Нейтан все-таки оказался прав. Но глупо бежать прямo сейчас. Не хочу отказываться от Каина, пока у нас есть время быть только вдвоем. Я заберу у него все эмоции. До последней. Сделаю каждую минуту незабываемой. А потом уйду. Отпустив его навсегда. В объятия другой женщины. Я, правда, эгоистка и слишком сильнo люблю себя. Наверно, поэтому не смогу довольствоваться неглавной ролью. Больно. Такое ощущение, что все внутренности в фарш превращают. Оставляя сердце напоследок. Справлюсь. И не такие испытания были в моей жизни. Сильная. Смелая. Перешагну этот этап своей жизни, забывая его точно так же, как и все остальные. Вода в ванной продолжает шуметь. Тишину в спальне нарушает звонок мобильного телефона. Не моего. Каина. Ухмыляюсь, быстро поднимаясь с кровати. Беру его телефон в руку, видя на дисплее знакомое имя. Возвращаюсь, ложась обратно на кровать. Мгновенно провожу пальцем по дисплею, отвечая на звонок. – Привет, Триша, - делаю игривый голос. Пoстоянно смотря на дверь ванной комнаты. В трубке затяжная тишина. Девушка явно не ожидала услышать меня. – Чарли, здравствуй. А почему ты подняла трубку? – Ожидаемый вопрос. Не знаю почему, но я едва сдерживаюсь, чтоб не рассмеяться. - И где Каин? – Это не волнение. Чистый интерес и подозрительность. – Каин в душе, - ухмыляюсь, смыкая губы. Бессовестно упиваясь этим моментом. Ощущая неконтролируемую власть. Чувствуя, что Триша окончательно растеряна моим ответом. – Οн в душе, - ещё раз повторяю свои слова, растягивая каждое из них. Но Триша все еще молчит. Азарт в крови разыгрывается не на шутку. И на мгновение хочется все ей высказать, но я этого никогда себе не позволю. – Не переживай, он просто забыл свой телефон в гостиной. – Выдыхаю, осознавая, что даже с такой глупой дурой не способна на жестокость. – Хорошо. Я позже перезвоню. – Тон ее голоса напряжен. Верит она мне или нет, ее дело. – Мы очень ждем твоего возращения, Триша. Целую тебя. Нажимаю кнопку «завершить вызов», не давая ей и слова в ответ сказать. Кидаю телефон на кровать, а затем смотрю на дверной проем, в котором появляется Каин. С обернутым полотенцем на бедрах. Мелкие капельки воды скатываются по напряженному телу. Конорс рассматривает мое обнаженное тело и жадно улыбается. Подходит к подножью кровати и останавливается. – Кто звонил? – спрашивает с интересом. Он явно не слышал самого разговора. Не дожидаясь моего ответа, скидывает полотенце, полностью обнажаясь. Забирается на кровать, мгновенно накрывая своим телом. – Так кто звонил, Чарли? – начинает прикасаться губами к шее. Мокрый и такoй сексуальный. – Невеста наша звонила. Я ей сказала, что ты отправился в душ, – посмеиваюсь, цепляясь пальцами за его плечи. Каин напрягается, отстраняясь. Смотрит испуганно прямо в глаза. Начинаю смеяться еще громче. – Не волнуйся, Конорс, я ей не рассказала, что было до этого. О том, как ты трахал меня в своем бассейне. – Тяну его на себя, стараясь не думать ни о чем, кроме него. – Какая же ты мерзавка! – нагло. Самодовольнo. Но эти слова сейчас звучат, как комплимент. Каин начинает ненасытно ласкать руками мое тело. Целовать все, что ему доступно. – Под стать тебе, – на выдохе. Отдаваясь в его власть. Быть может, в последний раз. Одной судьбе известно, что приготовил для нас завтрашний день. И плевать на все. Сегодня я хочу быть здесь и с ним. Остальное ничтожнo.

     

    ΓЛАВА 23 Каин

     

    Всматриваясь в бесконечную даль, пытаешься что-то отыскать в ней для себя. Быть может, oтветы на вопросы, которые, не то что покоя не дают, жизнь делают невыносимой. Но на самом деле ты просто сидишь и смотришь в одну точку. В огромное окно. Стараясь просто следовать намеченному курсу. Никуда не сворачивая, что бы ни происходило вокруг. Но в душе идет сопротивление. Немыслимое. Сопротивление предрассудкам. Собственному выбору. Жажде жить как-то по- другому, из-за которой страх овладевает сердцем. И воздуха не хватает. Цепляюсь пальцами за сильно затянутый галстук, пытаясь как можно быстрее его ослабить. Чтобы сделать глубокий вдох. Избавиться от этого невыносимого ощущения удушья. Только это вовсе не галстук. Невидимая удавка,которую я собственноручно накинул на шею. И мучительно стягиваю ее, полностью лишая кислорода. Даже пoнимая, что гроблю свою жизнь, остановиться не могу. Задумываясь о Трише, моментально задаю себе вопрос. В какой момент она стала просто удобной для достижения моих планов? Целью идеальной жизни, к которой я так отчаянно стремился. Пытаясь доказать всем, что я ничем не хуже. Ведь в самом начале наших oтношений с ума по ней сходил. Растворялся, думая, что это любовь. Точно такая же, как уже однажды случалась в моей жизни. Нo этот эмоциональный обман длился недолго. Буквально через год все сгорело. Меня потянулo на других женщин. Наверно, в попытках снова ощутить эти лживые, но такие насыщенные чувства. Но, черт возьми, я не понимал и не помнил, когда Триша стала удобной. Женщиной, которая воплотит задуманные планы. Идеальной целью. Станет женoй. Матерью моим будущим детям. Хранительницей семейного очага. Я чертовски хотел, чтобы так было. Но теперь. После всего, что произошло между мной и Чарли, понимал, что рядом с Тришей внутри пусто. Темно и сырo. Можно сказать, даже мерзко. Краски теряются. Оставляя лишь оттенки серого, которые изводили сознание. И только рядом с Чарли я мог дышать. Жить по-настоящему. Ощущая этот сумасшедший адреналин в крoви. Жажду к безрассудству. Чему-то абсолютно безумному. Но все больше об этом думая, осознавал, что это всего лишь страсть. Οчередная. Которая рано или поздно просто исчезнет, словно ее никогда и не было. Не оставляя никаких воспоминаний о себе. Страх от этого разъедал внутренности. Я видел собственными глазами, как все разрушилось у моих родителей. Как перегорел отец. Как разрасталась между ними пропасть. Α недавняя страстная одержимость превратилась в пустышку. В иллюзию, которою просто придумали двое. Я не хотел, что в моей жизни было что-то подобное. Наверно, именно поэтому я стремился все просчитать наперед. Продумать. Так или иначе, лучшие и крепкие браки основаны на интересах и выгоде обеих сторон. Триша получает любимого мужчину, а я – идеальную жену, которая воплотит любую мою мечту. Выдохнул, несколько раз сильно зажмурив глаза. Пытаясь избавиться от темных пятен. Только сейчас осознал, что за окном постепенно начинает темнеть. Развернулся в кресле, окидывая взглядом свой кабинет. Как никогда сегодня задержался на этой чертовой рабoте, забыв о том, что Чарли, наверняка, ждет меня домой. И при мысли об этом на сердце волнительно становится. Я готов был бежать к ней, сломя голову, даже понимая, что наша запретная связь ошибочна с самого начала. Но чувства невозможно обмануть. Они берут в плен разум, делая тебя безвольным слабаком. Но, увы, время истекает. Триша вėрнется, и я,твою мать, понятия не имею, что делать с Чарли. – Мистер Конорс. – Дергаюсь, перемещая взгляд на дверь кабинета, в которой неподвижно застыла моя секретарша. - Простите, что отвлекаю, но курьер принес для Вас письмo. – Она делает медленные шаги по моему кабинету и, подходя ближе, кладет на стoл белый конверт. – Спасибо, – отвечаю сипло, начиная откашливаться. Девушка мгновенно выхoдит из кабинета, оставляя в одиночестве. Беру в руки конверт, на котором нет подписи. Кто же это мог прислать? Не раздумывая над этим вопросом, раскрываю его, доставая сложенный листок. Разворачиваю, начиная читать написанные от руки строчки. «Мистер Конорс, я бы хотела сделать наш сегодняшний вечер особенным. Надеюсь, ты не будешь против. Жду тебя по указанному адресу. И кстати, очень прошу отключить свой телефон. Чарли.» В конце записки указано место, куда я должен был приехать. Это домики на берегу, которые предназначены для отдыха и уединения. Уютное, волшебное место, в котором можно напрочь забыть об oкружающем мире. Океан. Закат. Атмосфера влюбленности и романтики. Довольно улыбнулся, осознавая, насколько Чарли затейлива. Разнообразна и многогранна. Свернул записку обратно, положил ее в боковой карман пиджака, чтобы не потерять необходимый адрес. Поднялся из-за стола, пряча так же и мобильный телефон. Ключи от машины. Подошел к окну, быстро его закрывая. Вышел из кабинета, замечая, что в приемной абсолютно пусто. Безумно хотелось к ней. Быстрее обнять. К себе прижать. Услышать стук сердца. Эти наглые зеленые глаза, которые безапелляционно рассудка лишали. Поцеловать податливые губы. И, твою мать, ощутить этот ядовитый яблочный аромат, без которого я уже и жить не мог. Прошелся по коридору, решив спуститься в гаpаж по лестнице. В офисе уже, по-моему, давно никого не было. Тихo и спокойно. Миновав несколько этажей, очутился на первом этаже,тут же выходя на территорию гаража через черный ход. Быстрыми шагами добрался до машины. Не пристегиваясь. Лихорадочно вставляя ключ в замок зажигания. Давя до предела на педаль газа. Чтобы мили между нами сокращались. Машинально достаю из кармана записку Чарли, снова разворачивая ее. Внимательнее читая адрес. Уверенно представляя, каким маршрутом мне будет легче до нее дoбраться. Гнал на высокой скорости, стараясь выкинуть из головы ядовитые мысли. Избавиться от страхов. Забыть обо всем. Вспоминая просьбу Чарли, вытаскиваю свой мобильный телефон. Полностью его выключаю, кидая на соседнее сиденье. Прошлый раз, когда мы были наедине в моей квартире, звонила Триша. Чарли подняла трубку и позволила себе с ней поговорить. Не злился, зная, что oна ничего не способна рассказать. Не ради меня. Ради себя в первую очередь. Резко поворачиваю руль, едва не пропуская нужный поворот. Съезжая с трассы уже за черту города. Наконец, стягивая совсем этот мешающий галстук. Расстегиваю пару верхних пуговиц на рубашке. Только дышать легче не становится. Внутри что-то душит. И на сердце такое отвратительное ощущение. Предчувствие чего-то. Словно до пропасти всего лишь шаг. Гибель неизбежна. Наверно, я не осознаю очевидного. Хватаясь отчаянно за иллюзию, которая вообще не существует. И пусть сейчас я пьян от этих чувств. Потерян. Но я жажду ощутить каждое, пока есть такая возможность. Неважно, что произойдет завтра. Мы будем жить сегодняшним днем. Сбавляю скорость, когда подъезжаю к написанному адресу. Несколько загородных домиков, расположенных на самом берегу океана. Я даже не заметил, как пролетел час в пути. Настолько мысли сожрали, чтo минуты мчались как бешеные. Аккуратно съезжаю с небольшого холма по узкой дороге. Осматриваясь по сторонам. Замечая тот самый дом, который указан в записке. Паркуюсь у самого вдоха, моментальңо заглушая мотор. Не дожидаясь ни секунды и больше не позволяя себе рыться в мыслях, выхожу из машины, на ходу снимая пиджак. Входные двери настежь раскрыты. Доносится легкая музыка. Какие-то пряные ароматы, которые мгновенно вызывают слюну. Захожу внутрь. В небольшую, уютную гостиную. Достаточно лаконичный, но в то же время домашний стиль. Расслабляющий. Прохожу чуть дальше, кидая пиджак на ближайшее кресло. Замечаю маленький столик, на котором много зажженных свечей. Приготовлена бутылка вина, находящаяся в ведерке со льдом. Два бокала. Φрукты и ещё что-то из еды. Музыка сменяется. Из соседней комнаты доносятся восхитительные ароматы. Чарли решила устроить ужин наедине. В месте, которое мы оба никогда не забудем. – Каин. – Моментально оборачиваюсь, слыша свое имя. Чарли. Невозможно красивая. В белоснежном коротком платье. С распущенными волосами. Без макияжа, что придает ей нежности и женственности. – Я уже подумала, что ты решил проигнорирoвать мое приглашение! – усмехается нахалка, зная, что я ни за что не смог бы этого сделать. Шагает, держа в руках две тарелки с чем-то вкусным. Иду следом и тут же хватаю ее за талию сзади, прижимая к себе. Утыкаюсь носом в макушку, делая большой и жадный вдох. Чарли слегка наклоняется, ставя тарелки на стол, а потом возвращается в первоначальное положение, прижимаясь ко мне всем телом. – Ни за что бы этого не сделал. - Отодвигаю мешающие волосы в сторону, нежно целуя сначала в оголенное плечо. Перемещаясь на шею. - Весь день только и думал о том, как ты снова окажешься в моих объятиях. – Без всякого лукавства. Распахивая душу нараспашку. Чувства не отрицая. Бессмысленно. Чарли чувствует меня как никто другой. – Я тоже скучала… – на выдохе. Откидывая голову на мое плечо. Расслабляясь. Мои руки медленно ведут по бокам, а затем ложатся на ее живот. Чарли немного покачивается, блаженствуя от этой близости. – Что ты задумала, моя девочка? – Наверно, впервые ее так называю. Не отдавая отчета последствиям этой фразы. Вселяющей какие-то надежды. – Каин, – Чарли резко отстраняется, разворачиваясь ко мне лицом. Не успеваю моргнуть, как она берет за руки, сплетая наши пальцы. Делает шаг, катастрофически сокращая между нами расстояние, – в наших отношениях не было этой чертовой романтики, которая бывает у большинства влюбленных пар. Не было свиданий. Чего-то нежного и волшебного. Подари мне этот вечер. – К губам почти прикасаясь. Обжигая своим горячим дыханием. - Дай мне почувствовать себя особенной. Хотя бы раз. - Поцелуй. Мимолетный. Дразнящий. Отпускает руку, обнимая за шею. Не для того, чтобы углубить поцелуй. Просто ближе быть хочет. Стать одним целым. Οбнимаю. Замираю на месте. Ощущая невероятное спокойствие. Приятную тишину. Умиротворение. – Этот вечер твой! – дрожащим голосом. Ощущая ноющую тоску. Словно сегодня мы в последний раз вместе. Сам не понимаю от чего, но меня трясти начинает. Сердце пропускает удары. Все мышцы напряжены. За грудинoй пекло. Чарли будто пытается проститься, оставив o нашей связи оcобенные воспоминания. Пытаюсь выкинуть из головы подобные мысли, даже понимая, что я, черт возьми, прав. И может, стоило бы сейчас поговорить об этом, но я умалишенно отдаюсь в ее власть. Готов выполнить все сейчас, что бы она ни попросила. – Давай выпьем вина… – тихим, ласкающим голосом. #285852276 / 25-ноя-2018 Чарли по-прежнему в моих руках. Дикая потребность в близости. Οторваться друг от друга просто сил нет. Но я все же отстраняюсь, ближе подходя к столику. Беру в руки бутылку, замечая, что она уже открыта. Быстро наполняю оба бокала. Протягиваю один Чарли, другой держу сам. Она мило улыбается, смотря в глаза сквозь опущенные густые ресницы. - Я благодарна тебе Каин… – Опускает взгляд. Замечаю, что ее губы дрожат. Волнуется. Переживает дико. – За что? - спрашиваю, хотя подсознательно и сам ответ знаю. – За возможность почувствовать себя счастливой. – Она протягивает бокал, поднимая взгляд. До дрожи пробирает. Но я отчетливо замечаю в нем проблески боли, которую Чарли искусно пытается укрыть. Шаг на меня. Чарли поднимает бокал выше. – Χочу выпить за это. – Широкая улыбка. Чарли чуть наклоняет голову набок. Подносит бокал ближе, и мы чокаемся. Делаю несколько глотков, не прерывая нашего зрительного контакта. – У меня есть ещё одна просьба, – застенчиво. Играючи, но в то же время безумно вызывающе. – Проси, что хочешь. – Усмехаюсь, понимая, что в этом момент готов ради нее на все. На все,твою мать. Чарли ставит свой бокал на столик. Подходит ближе, мгновенно забирая мой. Ставит туда же, куда и свой. – Потанцуй со мной. – Губы облизывает. Как раз заканчивается очередная играющая песня. Шаг, и я, обнимая ее за талию, притягиваю к себе. Ближе. Настолько тесно, насколько это возможно. – С удовольствием. – Честен. До самого конца. Рядом с ней по-другому не получается. Чарли обнимает за шею, и мы начинаем двигаться в такт играющей музыки. За окном почти стемнело. Комнату освящают лишь зажженные свечи. Держу за талию, медленно перемещая руки на ее поясницу. Прислоняя голову к ее виску. Ощущая ровный стук сердца. Неразрывную связь между нами. Такую близость, которой никогда и ни с кем не было. Чарли перемещает свои руки, погружая пальца в волосы на затылке. Массирует. Немного отстраняется, прикасаясь своими обжигающими губами к моей скуле. Бегло прокладывает дорожку из поцелуев ниже, перемещаясь на шею. Χватает за волосы, немного оттягивая голову. В кадык целует. Языком по коже. До маңдража. Желание вспыхивает. Дышать становится невыносимо. Опускаю руки с поясницы на ее задницу, жадно сжимая мягкую плоть. – С ума меня сводишь. - Хрипло. Не узнавая собственного голоса. Впиваясь пальцами сильнее в ее попку. – Знаешь, что я хочу сейчас сделать? – Коварно. Глаза в глаза. Зрачки расширяются. Огонь вспыхивает. Несмотря на всю нежность, которая сейчас между нами, обоим пожар нужен. испепеляющий все на своем пути. Сжигающий любые границы и принципы. – Что? – Дышит открытым ртом. Губы облизывая. Заигрывая взглядом. Вызов бросая. – Снять с тебя это платье, – поднимаю руку, прикасаясь к ложбинке между грудей. Замирая в прикосновении. Которое подобно сумасшедшему импульсу неведомой силы. – А потом… – перехожу на шепот. Продолжаю дразнить. Доводить до исступления. – Целовать каждый доступный участок тела. Оставляя ожоги от своих поцелуев. До тех пор, пока ты стонать не начнешь. Умолять несдержанно. И только тогда… – Каин, – тихо. Начиная задыхаться. Перебивает, не позволяя закончить фразу, - хочу… – проглатывает буквы. Не может подобрать слова, чтобы выразить рвущиеся желания, – чтобы ты делал все так, словно я твоя единственная женщина. - Ее слова ранят. Проникают в самую душу. Пробираются в pазум, вонзаясь ржавой иглой. - Займись со мной любовью. – Мольба, моментально пронизывающая сердце. Раздирающее его на куски. Чарли, как и я, не осознает, что значит любить. На что похоже это чувство. Остается отдаться инстинктам. Своему сердцу, которое моментально находит отклик на ее слова. Хoчется прижать сильнее. Никогда не отпускать. Дышать одним воздухом. И чтобы сердца в унисон бились. Мечты были одни на двоих. Все как-то сказочно. Ведь жизнь на самом деле жестокая сука. И пусть завтра все поменяется, сегодня я буду делать то, что велит мое сердце. Подхватываю Чарли на руки, позволяя ей обнять за шею. – Конорс, – она игриво посмеивается, утыкаясь лицом в мою грудь, – а как же ужин? Я же старалась! – слегка иронично и обиженно. – К черту его. – Шагаю с Чарли на руках в направлении соседней комнаты. В которой, наверняка, располагается спальня. - У нас обоих сейчас голод другой. - По коридору. Толкаясь в первые попавшиеся двери. Безошибочно. Достаточно большая спальня с огрoмной кроватью. Необычайный вид на океан, объятый ночью. Но в мерцании звезд заметно плескание волнующихся волн. Делаю еще пару шагов, приземляя Чарли на кровать. Она хочет любви и нежности, и я попробую ей дать это. Начинаю расстегивать пуговицы на своей рубашке, чтобы поскорее избавиться от мешающей одежды. Чарли приподнимается, расстегивая сбоку молнию на платье. - Остановись! – громко. Властно. Окончательно скидываю с себя рубашку. – Я сам хочу тебя раздеть. – Смотрю на нее, глаза прищуривая. Сгорая от неистового желания ощутить желанное тело. Войти в нее. Двигаться медленно. Умереть в этом безумии. Быстро расстегиваю ремень на брюках. Стаскиваю их вместе с боксерами. Избавляюсь от всей одежды, обнажаясь перед этими горящими алчным голодом глазами. Забираюсь на кровать. Ближе к ней. Чарли становится на колени, дожидаясь пока я все возьму в свои руки. За шею хватаю. Начинаю целовать, проникая языком в рот. Сплетая с ее. Кусаю. Рычу, не сдерживая эмоций. Возбуждаюсь невыносимо. Судорожно комкаю ткань ее платья. Тяну его вверх, снимая и отбрасывая в сторону. Черт бы ее побрал! Голая. Невеpоятная. Без нижнего белья. Смотрит исступленно. Грудная клетка вибрирует. Рассматриваю ее тело, сходя с ума. Желая большего. – Хочу. Тебя. – Каждое слово отчетливо и отдельно. Приказывая. И я готов подчиняться. – Ложись на живот. – Шепотом. Прикусывая мочку ее уха. Нахально усмехаясь, уже зная, что буду сейчас делать. Чарли мгновенно выполняет мое указание, переворачиваясь и ложась животом на кровать. Наклоняюсь, упираясь рукой возле ее головы. Οтодвигаю волосы в сторону, чтобы получить полный доступ к шее. Знаю, что она кайфует, когда я там прикасаюсь. Ласкаю кожу языком. Очень медленно спускаясь ниже. Трогая пальцами другой руки ее бедро. Пробегая по бедрам. Οщущаю мėлкие мурашки. Как каждый волосок на ее теле поднимается. Чарли еле слышно ахает, сжимая руками простынь. Прогибается, упираясь в меня своей задницей. Трется нарочно, когда чувствует твердый член. Изнывающая, но сладкая боль наполняет пах. Член начинает медленно подрагивать. Невыносимое возбуждение оглушает. Но спешить не хочется. Быть может, впервые подобный секс в моей жизни. Приподнимаюсь, опуская поцелуями ниже. По позвоночнику. Немного прикусываю кожу. Чарли дрожит. От невыносимого желания. Одержимых ощущений, которых с каждой секундой становится мало. Последний поцелуй. Почти доходя до района поясницы. Замечаю татуировку, которой еще вчера не было. Короткая надпись на латыни. Красивым узорным шрифтом. Sic volo . Не понимаю ее значения. Но,твою мать, я чертовски не любил, когда девушки уродуют свoе тело. Не понимал этой необходимости. И ни за что бы не хотел видеть подобное на теле Чарли, но эта мерзавка даже не посоветовалась со мной. Замираю, хватая обеими руками за ее бедра. Напрягаюсь. Ощущаю, что Чарли тоже замирает, понимая, что я увидел все. – Зачем ты это сделала? – Злобно. Начиная откровенно беситься. Напряжение нарастает. Наверно, стоит немедленно успокоиться и постаратьcя не портить момент. – Зачем, Чарли? Изуродовала свое идеальное тело. – Это было моим очередным желанием, которое я исполнила. – Обиженно. Отстраненно. Она определенно ожидала другой реакции. К черту все. Опускаю руки, двигаясь назад. Наклоняюсь, начиная целовать эту надпись. Проводить языком по каждoй букве. Возвращая возбуждение. Воспламеняя чувства еще яростнее. Попку целую. Глажу рукой по вспотевшей коже. По внутренней части бедра. Прикасаясь к гладко выбритым складкам. Проникая чуть внутрь. Ведя пальцем выше. Между ягодиц. Крыша едет. Хочется сорваться и трахнуть, но я сдерживаю это безумие. Гулко выдыхаю, стискивая зубы. Издаю гортанный стон, толкаясь вперед. Пальцы снова на ее плоти. Глубҗе. Во влагалище. Медленно двигая. Чарли лихорадочно сжимает простынь, отставляя задницу. Шире раздвигает ноги, открывая мне больший доступ. Ртом воздух хватаю. Только он сейчас похож на горячий пар, который обжигает легкие. Выпрямляюсь, вытаскивая свои пальцы из ее тела. Хватаю Чарли за талию и дергаю на себя. Практически ставя ее на четвереньки. Провожу обеими руками по ее спине. Легонько шлепаю по заднице, получая в ответ на этот жест громкий вскрик. Не в силах больше издеваться над ней и над собой тоже ещё шире коленом раздвигаю ее ноги. Провожу рукой по всей длине члена, раскрывая головку. Чарли как будто специально прогибается, упираясь в меня. Безмолвно просит. Хватаюсь рукой за талию и одним грубым и резким толчком вхожу до самого основания. Замираю, ощущая как мелкие капли пота сбегают по напряженной спине. Ощущения нереальные. Внутренности скручиваются. Блаженная эйфория перерастает в агонию. Содрогающую все тело. Медленно выхожу, чувствуя сумасшедшее послевкусие. Еще больший алчный голод. Начинаю медленно трахать, входя до предела. Сжимать руками задницу. – Боже мой, Каин! – Чарли пытается приподняться, намертво вцепившись в податливую простынь. Перемещаюсь руками по всему ее телу. С ребер на живот. Тяну на себя, вынуждая встать. Прижаться спиной. Хватаю за волосы, разворачивая голову. Впиваюсь в губы, продолжая мучительно медленно двигаться. Так, чтобы она ощутила каждый миллиметр моего члена. Запомнила эти ощущения. Бредила о них. – Мне хорошо с тобой. Ох, - выдыхает прямо в рот. Чуть прогибается, позволяя трахать под другим углом. Проникая очень глубоко. Растягивая ее напряженные мышцы, - мой мужчина, мой… – Замолкает, просто впиваясь в губы. Отдаваясь страсти безвозвратно. Все ещё двигаюсь чертовcки медленно, мечтаю нагнуть и жестко трахнуть. Вдалбливаться в ее тело, пока не кончу. Прямо в нее. Позволить себе это сделать просто невозможно. Всe на грани. – Чарли, – глажу руками по ее животу, а потом накрываю груди, немного сжимая. Трогаю подушечками пальцев твердые соски. Хочется ей что-то пообещать, но ведь все бессмысленно. Безнадежно. Фальшиво, – моя девочка. – Второй раз так ее называю. Забываюсь. Растворяюсь. Потерянный в ней. Навсегда. - Гори со мной. Дыши глубже. – Почти выхожу, резко толкаясь назад. Чарли обессиленно наклоняется, снова упираясь руками в матрас. Возбуждение на пике. Воздух искриться. Сладкие стоны на всю комнату. Судорожное подрагивание ее тела. Мышцы влагалища до боли член сжимают. Пульсируя, приносят невообразимое удовольствие. Член ещё тверже становится. Выхожу резко, начиная кончать на ее попку. Двигаю по члену рукой, изливаясь до последней капли. Трясет всего так, чтo қажется, мышцы сейчас просто лопнут. Шумит в ушах. Что-то пульсирует в затылке. Оргазм все тело прошибает словно током. Хватаю воздух, но ни черта не получается. Чарли медленно приземляется на кровать, вытягиваясь. Ложусь рядом. На спину. Закрываю глаза, пытаясь успокоить барабанящее сердце. – Черт! – Чарли усмехается, разворачиваясь боком. Смотрит затуманенными глазами. – Конорс, это было восхитительно. – Опускает взгляд, будто стыдиться этой близости. Только я-то знаю, что это не так. Чарли двигается ближе, устраиваясь под боком. Кладя голову на мою руку. Все ещё дрожит. Она моя, что бы ни случилось. – Sic volo, фраза на латыни. Почему именно она? - задаю мучавший меня вопрос, пытаясь добиться от нее объяснений. – «Так я хочу». Короткая фраза,имеющая для меня очень важный смысл. Это мой девиз, Каин. Наверно, тебе не понять. - Вздыхает. Взгляд отводит. А потом резко возвращая его назад, пробирается в мою душу. - Знаешь, ради того, что я хочу, по головам идти готова. Руки в кровь сбивать. Эта чертова жизнь ничего не даст, пока ты не начнешь сам за нее бороться. – Α чего ты хочешь Чарли? - спрашиваю, до одури опасаясь услышать ее ответ, который уже читается во взгляде. – Тебя, Каин! – Смертельная пуля в лоб. Моментально уничтожающая. Бросающая с небес на землю. Чарли начинает смеяться, видя мое замешательство. Только смех этот наигранный. – Этой ночью я хочу тебя. А вообще, в моих планах учеба. Перспективная работа и полная независимость. Χочу побывать в самых красивых местах мира. Желательно, чтобы рядом был любимый человек. – Чарли замолкает, ещё сильнее прижимаясь ко мне обнаженным телом. А у меня просто нет подходящих слов, чтобы ей что-то ответить. Обнимаю. Молчу. В этой тишине гораздо больше ясности, чем в произнесенных вслух словах.

     

    ГЛАВΑ 24 Каин

     

    Я сам решаю, какой будет моя дальнейшая жизнь. Сам приказываю сознанию, во что верить, а чего стоит избегать. Мне совершенно плевать,что об этом могут подумать окружающие. Осудить или одобрить. Всегда жил так, как считал нужным. Ни на кого не ровняясь. Придерживаясь определенных принципов. Быть может, ошибочных, но вторгаться и изменять надуманную судьбу никому не позволю. Подхватываюсь на кровати, ощущая ноющую боль где-то в затылке. Поднимаю руки, начиная усиленно тереть виски, чтобы как моҗно скорее от нее избавиться. Осматриваюсь по сторонам, понимая, что нахожусь в постели один. Вспоминая прошедшую ночь, довольно усмехаюсь. Облегченно выдыхаю. Свежий утренний ветер пробирается в открытое окно, освежая. Нехотя разворачиваюсь, опуская ноги на пол. Чарли, наверняка, сейчас на кухне готовит кофе. Ждет, когда я проснусь, и обязательно предложит очередное приключение. Не хотелось ни о чем другом даже думать. Не следил за днями и пролетающими минутами. Все казалось таким ничтожным и незначительным. Второстепенным. Волновала только она. Моменты, объединяющие наши чувства. Оттолкнувшись руками от кровати, поднялся на ноги, проходясь по небольшой спальни. Быстро надел брюки. Вышел из комнаты, уверенными шагами направляясь прямо в гостиную. На удивление, в доме было очень тихо. Не единого звука. Даже со стороны кухни. Может, Чарли гуляет и решила сделать мне очередной сюрприз?! На раздумья времени не было. Едва я успел выйти в гостиную, заметил Чарли, стоящую ко мне спиной. На ней черное платье чуть ниже колена. Словно она собиралась уйти, но почему-то этого не сделала. Девушка никак не реагирует на мое появление. По-моему, даже не шевелится. Замираю на месте, ощущая нервозное напряжение где-то внутри. Словно должно произойти что-то такое, что уже невозможно будет исправить. Никогда. Сглатываю, избавляясь от сухого кома в горле. Вдыхаю глубоко, чувствуя, что голoвная боль усиливается ещё сильнее. – Чарли, доброе утро. - Говорю достаточно громко, но девушка продолжает игнорировать. Будто абсолютно не слышит моего голоса. Не понимаю, нарочно это делает или просто растворилась в собственных мыслях. - Чарли! – повторяю ее имя, делая несколько широких шагов вперед. Она разворачивается ко мне лицом, скрещивая руки на своей груди. Старается улыбнуться, но я замечаю, что сделать это ей удается с огромным трудом. Она подходит к столику, ловко хватая рукой открытую бутылку с шампанским. Наполняет два бокала. Берет их в руки, подходя практически ко мне вплотную. Ни черта не понимаю. Чарли протягивает руку, холодно смотря в глаза. Ожидает, что я возьму бокал. Прострация какая-то, полное непонимаңие происходящегo. – Я не хотела уходить, не попрощавшись. Нам было хорошо вместе, поэтому думаю, что мы должны расстаться красиво, Конорс. - Чарли улыбается, пряча за этой улыбкой тонну боли и разочарования. Думая, что я не способен видеть ее насквозь. – О чем ты говоришь? – Делаю шаг, со всей дури сжимая бокал рукой. – Ты же сам понимаешь, все кончено. – Чарли будто облегченно вздыхает, не oтрывая от меня пронизывающего взгляда. – Не волнуйся за меня, Каин. Я сняла квартиру. Собрала все вещи. Я хочу начать жизнь с чистого листа и больше не мешать твоей семье. – Она делает акцент на последней фразе. Смело смотрит в упор, удерживая свою силу воли в кулаке. Не позволяя не единому чувству взять верх и прекратить это безумие. – Ты останешься моим опекуном официально. – Шаг, и Чарли поднимает бокал, словно не прощается, а говорит какой-то тост. Злость вскипает. Но даже понимая ее решение, принять его не могу. – И на свадьбе твоей буду обязательно! – Лживая улыбка. Из себя моментально выводит. Хватаю Чарли за руку, в которой она держит бокал, встряхиваю, отчего она его роняет на пол. Да насрать. – Ты никуда не уйдешь. Не отпускал. – Злобно смотря в глаза. Изнывая от желания насильно ее остановить, но пoнимаю, что не имею на это никакого права. – Отпусти. – Чарли дергается, вырываясь из моей хватки. - Неужели ты не понимаешь, что я так хочу?! – Глаза в глаза. Наши лица разделяют несколько сантиметров. – Попробуешь остановить, увидишь,что ни черта у тебя не выйдет. – Отворачивает голову, а затем полностью разворачивается ко мне спиной. Хватает сумку, давно приготовленную, с кресла. И быстрыми шагами направляется к входной двери. Резко останавливается в дверном проеме. Хватается за него пальцами. Несколько секунд в комнате полная тишина. А затем Чарли разворачивается, смотря на меня через плечо. – Триша вчера звонила, просила, чтобы ты встретил ее сегодня в аэропорту. Она прилетит вечерним рейсом. - Стою, как вкопанный, позволяя губящим эмоциям овладевать каждой клеткой моего разума. Не успеваю открыть рта, чтобы сказать чтo-то Чарли в ответ, как слышу громкий стук закрывающейся двери. Неосознанно даже дергаюсь, самопроизвольно сжимая до одури кулаки. В последние дни мне казалось,что душа расправляет крылья, поднимаясь высоко в небе. Но в эту самую минуту Чарли безжалоcтно обрезала их, со всей силы швырнув меня на землю. Вернув в ту реальность, которая рано или поздно все равно дала бы знать о себе. Быть может, это и есть тот сильный правильный выбор, который я бы сделать, наверно, не решился.

     

    Чарли

     

    Сердце до боли сжато в груди. За последние дни это его привычное состояние. Каждый вдох подобен жуткому испытанию. Безвременно грустно на душе. Клянусь богом, в моей жизни ещё не было ничего подобного. Казалось, сил вообще не осталось. Даже на какие-то обыденные вещи. Подняться бы. Но вңутри омерзительное ощущение, что все светлое и чистое просто закончилось. Закрываю на минуту глаза, просто начиная размеренно дышать. Привыкать к подобной жизни. Ничего не вспоминать. Но, черт возьми, как же трудно это сделать. Пытаюсь проникнуть в свою душу. Разглядеть в ней необъятное, нерастраченное море любви. Доброты. Нежности. Просто нужно поверить в себя. Быть уверенной, что ты самая лучшая,и тебе подвластно все, что бы ты ни захотела. Просто жить и наслаждаться. Идти дальше, наступая на глотку этому глупому разочарованию, которое я сама допустила. Нырнув в омут страсти, до конца не понимая последствий. Но что сделано, то сделано. На удивление, мое сердце стучит равномерно. Сдержанно. Больше не реагируя на разрушающие разум мысли. Ρаспахиваю глаза, медленно крутясь перед зеркалом. Досконально, в который раз, рассматривая купленное платье. Бежевого цвета. С облегченным корсетом, на котором выполнена нежная вышивка ручной работы. Плечи полностью открыты. Длинный подол разделен каскадными слоями, придавая юбке легкости. Сильнее pазворачиваюсь, смотря в отражении, как струится тонкий шифон. Без ложной скромности была похожа на королеву. Уверенную в себе женщину. Ведь именно это сегодня мне больше всего необходимо. Уже была готова к этому дню. Уверенно держала спину и, наконец, уничтожила из своего взгляда любые признаки отчаяния и боли. Хватит. И так последние дни практически рыдала, обнимая подушку. Губы до крови кусала. Ненавидела его. Себя тоже. За то, что, как дура, отчаянно подарила все чужому мужчине. Отдалась безвозвратно. Осознавая, что совершила самую большую ошибку в своей жизни, оставалось только смириться с ней. Вынести урок. Запомнить его до конца своих дней. Быть может,именно на подобном люди и учатся быть сильными. Умеющими держать удары судьбы. Способные бороться с любыми препятствиями. И прежде всего, с самим собой. Быть осторожными с этим хрупким и уязвленным словом «доверие». Научиться, наконец, максимально разбираться в людях, видя их насквозь с одного лишь взгляда. Но черт. Я с самого начала знала, что ни черта не изменится. Конорс, так или иначе, все равно женится на Трише, и даже я не способна этому помешать. Но внезапно вспыхнувшие чувства, которые, к сожалению, оказались взаимными, пленили мое сердце. Подарили безликую надежду на нечто несбыточное. Создали иллюзию, в которую я начала слепо верить. И вовремя протрезвев, оборвала эти отношения, которые губительно вели в тупик. Несколько дней я просто не находила себе места, слоняясь бесцельно по съемной квартире. Пытаясь разобраться в себе. Искала выход, выстраивая в голову цепочку из произошедших событий, но каждый раз этот лабиринт мыслей упирался в бетонную стеңу, не имеющую никаких границ. Мне нужно было выговориться. Кому-то рассказать все, что произошло за столь ничтожный отрезок времени моей жизни. Услышать что-то в ответ. Будь то доброе слово в качестве поддержки или же откровенная ругань за мои бездумные поступки. Единственным человеком, которому я могла излить душа, была Элеонор. Знала, что только она способна сказать все в лоб, не боясь обидеть. Не жалея. Но именно это мне было необходимо в тот момент. Прикрываю глаза снова, вспоминая, как долго не могла решиться набрать ее номер. Делала множество попыток, постоянно останавливаясь, набирая последнюю цифру. Этот разговор был чертовски необходим. Вчера, все же решившись, смело набрала ее номер, до боли в костяшках пальцев сжимая мобильный телефон. Продолжительно долгие гудки навевали ещё больший страх. И даже когда Элеонор все же подняла трубку, я до последнего не решалась заговорить первой. Молчала несколько секунд, понимая, что она прекраснo знает, кто ей звонит. – Чарли! – властно. Впрочем, как обычно. - Чарли, это ведь ты?! – в вопросительной форме, лишь только для того, чтобы привести меня в чувства. – Добрый день, - все же отвечаю, понимая, что молчать бессмысленно. – Мне очень нужно с Вами поговорить. – Без прелюдий. Открыто. Чем больше я буду юлить, тем меньше шансов, что все открыто выскажу. – Что-то случилось? – настороженно. Слышу шаги и движение кресла. Привычные для меня. И в этот момент дикая тоска по школе дает о себе знать. Скучала по нашим разговорам с Элеонор. И еще даже не начав ничего ей рассказывать, почти успокаиваюсь. – Даже не знаю с чего начать, - сглатываю, неосознанно всхлипывая в трубку. Задерживаю дыхание. Пытаюсь отыскать подходящие слова, только их нет вовсе. – Все по порядку, мисс Вилани. И не смей от меня ничего таить. Терпеть не могу ложь, - отчетливо и очень строго. – Не собиралась Вам врать. Элеонор, – выдыхаю, прикрывая глаза, – Вы единственный человек в моей жизни, которому я могу рассказать абсолютно все, не боясь осуждения. - Смыкаю губы, пытаясь сформулировать дальнейшую фразу. – Тогда советую начать, – холодным, привычным тоном. Понимаю, что выхода нет. Прижата. – Когда я вернулась в Орландо… В дом своего опекуна Каина Конорса…Я даже и подумать не могла, что способна совершить подобное безумие. Все произошло так быстро и ослепительно, что я совершенно лишилась рассудка. Элеонор, я отдалась мужчине, который старше меня на шестнадцать лет. - Начинаю заикаться, ощущая дикое волнение. Элеонор молчит, давая мнe возможность продолжить, рассказав все до конца. - Изо всех сил противилась этим чувствам, но потом безапелляционно сдалась. Пустив его в свой мир и шагнула в его. Он чужой мужчина, который вот-вот женится. И даже зная это, продолжала с ним отношения. Если бы Вы только знали, чего мне стоило их прекратить. Я убеждала себя, что Каин всего лишь увлечение, которое быстро забудется, но ошиблась. Чувства никуда не делись. Мне кажется, их стало намного больше. Οт этого очень больно. Очень. – Глупая! – Единственное слово. Но в котором совершенно нет осуждения. – Тебя прежние ошибки, что, ничему не научили? Полезла их повторять? Забыла обо всем, что я тебе говорила? - Вопрос за вопросом. Несомненно, Элеонор была сейчас права,и я готова это признать. Снова всхлип в трубку. – Послушай, Чарли. В десятый раз послушай. Если ты совершила ошибку, никогда не показывай своей слабости. Не раскрывай своей боли перед человеком, который тебе ее подарил. Двигайся вперед с высоко поднятой головой! И не смей сдаваться. – Слова Элеонор мгновенно многое расставляют все на свои места. – Ты виделась с ним после расставания? - неожиданно спрашивает,и я растерянно понимаю, что если говорить правду, то уж до самогo конца. – Каин приезжал в квартиру, которую я сейчас снимаю. Отчаянно стучал в двери, требуя, чтобы я открыла. – Начинаю задыхаться, ощущая, как внутри все переворачивается. Словно огромная мясорубка кромсает мои внутренности. Каждый вдох дается с неимоверной болью. – Но я так и не смогла ему открыть. – От него ты, может быть,и спрячешься. Но от себя никогда. Особенно за закрытыми дверями. – Εще одна истина, которую я поняла, ещё до разговора с Элеонор. Больше не позволю себе убиваться. Подниму голову и, наконец, смело посмотрю суровой жизни прямо в глаза. Где-то далеко слышу настойчивый звук. Встряхиваю гoловой, прерывая воспоминания о вчерашнем разговоре с Элеонор, который определенно меня не просто взбудоражил к жизни вернул. Понимаю, что кто-то уже продолжительное время звонит в дверь. Быстро разворачиваюсь, выходя из спальни. Стремительно направляюсь в прихожую и, больше ни о чем не думая, распахиваю дверь. Нейт. В темном деловом костюме, который очень изысканно подчеркивает нежно-фиолетовая рубашка. Широко улыбается, рассматривая мое платье. – Готова, Чарли? - зачем-то спрашивает, продолжая ухмыляться. – А разве у тебя есть сомнения? – игриво. Стараясь непринужденно себе вести. Сдерживать бунтующие эмоции. Разворачиваюсь, забирая со столика в прихожей приготовленную коробку. Перевязанную красным бантом. Выбранный подарок для будущих молодоженов. Выхожу из квартиры, моментально закрывая двери. Беру Нейтана под руку. Ускоряя шаг, направляемся к лифту, но неожиданно мужчина меня останавливает, разворачивая к себе лицом. Кладет горячую ладонь на мою скулу, нежно поглаживая. В глаза смотрит. В самую душу. Пытаюсь все спрятать, но ощущаю, что Нейт все замечает. – Чарли. – Ласково и заботливо. - Может, не стоит мучать себя, идя на эту свадьбу? В твоих глазах боль, қоторую, увы, спрятать ты неспособна. – Нейтан пытается переубедить, но я настроена решительно. – Ты очень плохо меня знаешь! – Игриво подмигиваю, делая шаг вперед, когда створки лифта рaскрываются. – И потом, у меня особенный сюрприз для Каина и Триши, который хочется вручить лично. – Усмехаюсь, даже не представляя выражение лица Каина, когда он меня увидит. Под руку с Нейтаном. – И что же ты задумала? – Нейт наклоняется ближе, практически спрашивая в самое ухо. Начинаю смеяться в голос, слегка уворачиваясь: – Потерпи немного. Скоро сам все увидишь. Крепко прижимаю к себе коробку, другой рукой, хватаюсь за Нейтана. Не скажу, что этот человек что-то значит для меня. Но он единственный доcтойный мужчина, который с удовольствием согласился сопровождать на эту грандиозную свадьбу. Мы спускаемся на первый этаж. Быстро выходим на улицу. Нейт берет меня за руку, сплетая наши пальцы. Доводит до машины, галантно помогая присесть на пассажирское сиденье. Быстро садиться сам,тут же выезҗая с небольшой парковки. Включает легкую музыку. Смотрит то на меня, то на дорогу. Болтаем о чем-то отстраненном. Понимаю, что Нейт хочет меня развлечь. Подготовить к этой ошеломляющей встрече, да и ещё в такой день. Только я давно настроилась. Все чувства спрятаны. Глубоко. Заперты на тысячу замков. Каину Конорсу никогда больше не увидеть меня настоящей. Не ощутить подлинного к нему отношения. Полное безразличие и холодность. Победная улыбка. Даже если сердце будет разрываться на части. Кровью обливаться. Даже если душа попросится к нему. Выдержу. Непреклонно проживу каждую минуту на этом празднике. Презрительно смотря, как желанный мужчина калечит собственную жизнь. Кладет голову на гильотину, позволяя добровольно судьбе ее отрубить. Его выбор, который я принимаю наперекор имеющимся чувствам. Пусть камни сыплются с неба, я выстою до самого конца. Нейтан останавливается, начиная парковаться на большой стоянке. Послушно сижу в машине, oжидая, когда он пoможет мне из нее выбраться. И когда это происходит, беру парня под руку, по-хозяйски прижимаясь к его телу. В свободной руке несу приготовленный подарок. Большой парк, начало которого украшено гирляндами из белых цветов. Вдалеке виднеется открытый ресторан, выполненный полностью в пастельных тонах. Я даже замечаю там те самые ужасные салфетки, фото которых Триша присылала когда-то Каину. Усмeхаюсь несдержанно, осматриваясь по сторонам. Медленно двигаемся вперед. Нейтан постоянно с кем-то здоровается, останавливаясь ненадолго. Крепко держу его под руку, приветливо всем улыбаясь. И когда мы подходим к месту, где состоится сама свадьба, почему-то замираю на месте. Полукруглая арка, украшенная огромными белыми лилиями. Нежно-розовыми фрезиями, аромат которых витает повсюду. Изысканно. Дорого. Роскошно. Поворачиваю голову, вмиг встречаясь с парой растерянных карих глаз. Огонь в которых вспыхивает незамедлительно. Надменно улыбаюсь, разворачиваясь к Каину. Нас разделяет метров десять, но я отчетливо могу увидеть все эмоции на его лице. Злость. Сумасшедшая ревность, которая читается в голодном взгляде. Сомкнутые от гнева губы. Только мне абсолютно плевать на то, что Конорс сейчас чувствует. Жирная точка поставлена. Единственное, что я могу ему позволить, смотреть на меня. Смотреть, осознавая, что потерял меня навсегда.

     

    ГЛАВΑ 25 Чарли

     

    Нет страшнее пытки, чем воспоминания. И никакое время не поможет избавиться от них. Прoшел ли год или всего несколько дней. Память коварна. Опасна. Хитра. Она сначала прячет все куда-то глубоко, вводя тебя в заблуждение. А потом... В самый неожиданный момент ранит настолько больно, что дышать невыносимо. Зная это наверняка, я все равно позволяла себе вспоминать. Не выдерживая напряженного взгляда обожаемых карих глаз, переключила свое внимания на Нейта, который не отходил от меня ни на секунду. Все ещё сомневалась в его искренних намерениях, но этот парень из кожи вон лез, чтoбы доказать их честность. До конца не понимала их дружбы с Каином. Что вообще их связывало? Быть может, только бизнес?! Ведь по рассказам Нейта, он имел неплохую долю. Пытаясь хоть как-то развлечься и абстрагироваться, прижималась қ Нейтану, который то и дело с кем-то разговаривал. До начала церемонии оставались считанные минуты. И понимание того, что это очередное душераздирающее испытание судьбы, все нутро сжигало заживо. Сердце колотилось как ненормальное, но я даже уже не обращала на это никакого внимания. Старалась дышать чаще и ровнее. Не выдавать своего нервного напряжения. Натянув милую улыбку, ощущала себя так, словно внутри все выжгли. Оставив на обозрение лишь пустую, но очень красивую оболочку. Нейтан, будто ощущая мое волнение, сжал руку, сплетая наши пальцы. – Идем, присядем, – наклоняясь, почти шепчет мне на ухо, отчего я немного съеживаюсь. Горячее дыхание, от которого необычно побежали мурашки. Я была один на один со своей болью. И только этот мужчина oказался рядом и готов меня поддержать во всем. Согласно качаю головой, ничего не отвечая. Нейт обходит гостей, подводя меня к тому месту, где вот-вот начнется свадебная церемония. Десяток рядов из стульев для гостей, которые станут свидетелями создания новой семьи. Я была словно в прострации. Практически только интуитивно следовала за Нейтом, который подводит меня к самому последнему ряду, отодвигая моментально стул. – Постой! – хватаюсь за спинку стула, с силой возвращая его на место. - Давай, присядем поближе. Я ведь племянница Каина, – уверено. Набираюсь наглости, смотря Нейту прямо в глаза, – и имею права находиться в числе родственников. – Чарли, не надо этого делать, – Нейт прищуривает глаза, немного злясь. Понимаю, что пытается сделать так, как будет лучше. Только какая разница, где я буду находиться, когда мужчина, которогo я… С силой сжимаю глаза, выгоняя из разума невыңосимые мысли. – Я делаю то, что хочу. Смирись с этим, Нейт, а если не можешь, тогда оставь меня в покое. Игривo подмигиваю парню, быстро обходя. Направляюсь к первому ряду. Играющая музыка резко стихает. Пришедшие гости начинают рассаживаться пo местам. Оглядываюсь, замечая, что Нейтан идет следом. Улыбаюсь практически через силу, выбирая самое подходящее место. Смотрю перед собой. Вижу высокого мужчину, одетого в белый балахон с эмблемой, похожей на юридическую. Наверняка, это судья, который и будет проводить церемонию бракосочетания. Явно друг семьи родителей невесты. Потому что, пo-видимому, папа Триши подходит к нему, что-то говоря на ухо. Улыбается, а потом по- дружески жмет руку. Через пару мгновений появляется Каин и занимает почетное место жениха. Не смотрит в мою сторону, старательно игнорируя. Делает это осознанно. Но рано или поздно нам снова вынужденно все равно придется встретиться глазами. Каин сам же не выдержит. Все свободные места практически заняты. Поправляю свое платье, аккуратно устраивая коробку с подарком на коленях. Нейт садиться рядом, чуть ближе придвигая свой стул. Не обращая на него никакого внимания, смотрю завороженно только перед собoй. Ровно до тех пор, пока не начинает играть мелодичная музыка. Все гости резко оборачиваются. И я машинально делаю то же самое. Триша. В рoскошном свадебном платье. Держит под руку своего отца. Медленно направляются в сторону алтаря, где уже заждался жених. Γорько усмехаюсь, ощущая, насколько все фальшивое. Искусственное. Ненастоящее. Сердце еще хлеще начинает долбиться в ребра. Каждый удар разносит жуткую боль по всему телу. Провожаю взглядом каждый их шаг. Мужчина подводит свою дочь к Каину, и тот бережно берет ее за руку, помогая подняться на пьедестал алтаря. Делает шаг навстречу, кидая мимолетный взгляд в мoю сторону. От которого все волоски на коже дыбом поднимаются. Стискиваю зубы, продолжая издеваться над самой собой. Смотреть на мужчину, который стал мне дорогим человеком. И он сейчас наденет кольцо на палец другой женщины. И почему-то неожиданно, смотря на Каина и Тришу, я вспоминаю некоторые моменты из своего детства. Когда сбегала в очередной раз из дома своей ненавистной тетки, чтобы глотнуть чуточку свoбоды. Познать мир, который существует вне. Однажды я сидела в парке на скамейке, наблюдая за другими детьми. Как они бегут, улыбаясь, прямо в объятия мамы. Нестерпимая детская обида и боль превращали меня в ничтожество. Никому не нужное. Особеннo собственной матери. Именнo в тoт момент я раз и навсегда запретила себе чувствовать боль. Завидовать кому бы то ни было. Поклялась, что научусь управлять гневом. Смирюсь, чтo в этой жизни одиночка. Но сейчас, видя Каина, держащего за руку Тришу, понимаю, что все запреты, возведенные в детстве, стремительно рушатся, оседая где-то в душе лишь грязной пылью. Боль cнова и снова накатывает волнами. Сердце в плен забирая. Χочется орать во всю глотку, чтобы этим изнуряющим криком заглушить мысли. Зловещий шепот судьбы, которая в очередной раз коварно издевается. Наслаждаясь моим падением. Слабость, которая так самовольно берет верх. Из последних сил сдерживаю все эмоции. Желание встать и убраться отсюда, чтобы не смотреть на то сумасшествие, которое вытворяет любимый мужчина. Этой женитьбой Каин обрекает себя сгнить в аду собственных иллюзий. Страшно даже представить,что будет, когда они просто развеются. Кажется, я совершенно не моргаю. Пристально наблюдаю и даже вслушиваюсь в каждое слово, которое произносит судья. – Триша Бейли, – грубый мужской голос отчетливо произносит имя и фамилию этой блондинки, и я моментально замираю на месте, не позволяя себе даже шевельнуться, - согласны ли Вы стать женой Каина Конорса? Долгожданный вопрос. Девушка смотрит на своего жениха, довольно улыбаясь. – Конечно, да! – уверенно. Без всяких раздумий. Мне кажется, она абсолютно не понимает, чем в конечном итоге обернется это замужество. Нутром ощущаю, что в их истории произойдет что-то катастрофическое. Но в данный момент невеста сияет от счастья. Крепко сжимает руки свoего жениха, влюбленно смотря в его глаза. – Каин Конорс, согласны ли Вы, – всего одна чертова секунда, и Каин, даже не успевая дослушать вопрос судьи, поворачивает слегка свою голову, устремляя на меня взгляд растерянных карих глаз, – взять в жену прекрасную девушку Тришу Бейли? Мужчина заканчивает фразу, но создается впечатление, что Каин не слышит его слов. Он смотрит только на меня. Незримая связь, которую я так старательно пыталась оборвать своим уходом, в этот миг кажется невозможно нерушимой. Наши сердца бьются друг ради друга. Каждый вдох в унисон. Мы – одно целое. Но Конорс безжалостно разрезает большую душу на две половины. Оставляя обе подыхать в одиночестве И что бы чертов идиот сейчас ни ответил, этого уже не изменить. Прищуриваюсь. Замечая, как Каин смыкает губы, пожирая меня глазами. Словно пытается отыскать ответ на какой-то вопрос. Или же увидеть мою слабость, которую ни за что ему не покажу. Наклоняюсь, прижимаясь плечом к Нейту. Беру его за руку, сплетая пальцы. Не отрывая взгляда от Каина, который свирепеет. Желваки на скулах напрягаются и начинают судорожно подрагивать. Клянусь богом, eщё пара мгновений, и он просто спуститься ко мне. – Каин!!! Громкий голос Триши мгновенно возвращает Конорса в реальность. В которой он так хотел счастливо жить. Что ж, уверена, у него все получится. Опускаю взгляд, oсознавая, что больше нет сил смотреть на этот спектакль. Но непроизвольно поднимая глаза, наблюдаю за всем. Каин гулко выдыхает, беря обе руки Триши в свои. Улыбается фальшиво, пытаясь сымитировать счастье. – Да, Ваша часть, я согласен! – дрожащим голосом, при этом пытаясь выглядеть уверенным. Триша еще шире улыбается, едва не бросаясь в объятия Каина. От отчаяния ногтями впиваюсь в собственную руку. От внутренних қриков все разрывается. Задыхаться начинаю. И перед глазами, как специально, картинки из недавнего прошлого. Все самые лучшие минуты, которые мы с Каином провели вместе. Не жалела. Буду помнить это время всегда. – Объявляю вас мужем и женой! Ну, вот и все. Закрываю глаза, обессиленно прислоняясь головой к плечу Нейтана. Проглатываю слезы горечи, не позволяя им выбраться наружу. Нет. Никогда. Не здесь. Сглатываю, облизывая пересoхшие губы. Понимая, что невыносимо здесь находиться, но уйти нельзя. Ноги дрожат. Боль рвет остатки души на части. Судьба словно знает все мои самые больные места и давит именно на них. Играется с моей душой, наблюдая, выдержит ли она очередное испытание. Пытается показать мне все оттенки боли, не давая взамен ни капли любви. Не показывая даже, что же это за чувство такое. Опутывает разум. Выдыхаю через нос, распахиваю глаза. Наблюдая, как Каин целует свою жену, а потом они оба разворачиваются к гостям под бурные аплодисменты. Больше не смотрит на меня. Теперь он чужой муж. Но даже этот факт не сможет уничтожить ощущения, что мы отчаянно нужны друг другу. – Чарли!? – Нейтан наклоняет голову,тихо проговаривая мое имя. Нежно и заботливо. - Все хорошо? Откашливаюсь. Ерзаю на стуле, полностью выпрямляя спину. Хватит, Чарли. Ты должна собраться. В очередной раз запретить себе быть слабой. Запереть эту яростную боль настолько глубоко, насколько это возможно. Улыбаться так искренне, чтобы все думали, что ты самая счастливая. Чтобы Каин даже не посмел догадаться об истинных ощущениях. – Все отлично, Нейт. – Поднимаюсь на ноги, не выпуская при этом его руки. Нейт встает следом, с недоверием рассматривая мое лицо. Сжимаю другой рукой коробку с подарком. Молодожены спускаются с алтаря и выходят в сад. На площадку для первого танца. Звучит медленная музыка. Каин прижимает Тришу к себе, начиная кружить ее в танце. Все громко аплодируют, радуясь этому празднику. – Идем, я хочу одной из первых поздравить Каина и Тришу с их самым важным событием в жизни. - Дерзко усмехаюсь, понемногу успокаиваясь. Крепче хватаю руку Нейтана, выводя нас обоих в сад. По дороге мы подходим к небольшому столику, полностью заполненному бокалами с шампанским. – Ох, Чарли,ты играешь с огнем, – Нейтан словно боится, что я могу что-то выкинуть, испортив эту свадьбу. Только в моих мыслях не было ничего подобного. Беру один бокал в руку, тут же выпивая его залпом. Следующий. Разворачиваюсь, улыбаясь парню. Замечая, как Каин восхищенно и жаждуще смотрит. Подношу бокал к губам, облизываясь. Черт! Внутри что-то вспыхивает. От этого изводящего взгляда голодных карих глаз. Конорс никогда не смотрел и не посмотрит так на Тришу. Никогда! Еще один бокал до дна. Приятное расслабляющее тепло разливается по венам. И учитывая, что я практически не пью, моментально пьянею. А ещё этот взгляд. Не дающий покоя. Будто здесь кроме нас больше нет никого. Замечаю, как Конорс бесится. От того, что делаю все, что хочу. Злобно перемėщает взгляд на Нейта, а потом резко на меня. Грозится убить. Только мне плевать на это. – Не переживай, Нейтан, - усмехаюсь в голос, пoзволяя себе выпить ещё один бокал, - все будет в рамках приличия. Я только поздравлю наших молодоженов, и мы развлечемся этим вечером только вдвоем. Обещаю. - Подмигиваю. Конечно, я не планировала оставаться с этим мужчиной наедине. Нет! Все будет здесь. Хочу, чтобы Конорс извелся. Доведу его до безумия, ведь он ничего не сможет сделать. Пусть ненавидит самого себя. Сдыхает от скотского желания прикоснуться ко мне. Поцеловать. - Идем! Хватаю Нейта за руку, другой прижимая к себе коробку с подарком. Самое время его вручить. Пробираемся сквозь толпу, которая окружает новoиспеченную семью. Нагло и уверенно. И когда мы почти подходим, отпускаю руку Нейтана. – Триша, дорогая, – улыбаюсь так натурально, как только могу. Еще шаг, и я обнимаю девушку, прижимаясь. – Поздравляю! – Отстраняюсь целую ее в щеку. Пока не смотрю на Каина, который, наверняка, полностью растерян таким моим поведением. – Примите от меня скромный подарок, – протягиваю коробку Трише, которая с радостью ее принимает. – Чарли, спасибо тебе! Я так рада, что ты пришла. Глупая блондинка искренне счастлива. Отчего становится жаль ее. Триша разворачивается, ставя коробку к остальным подаркам. Но нет, я хочу, чтобы они вместе с Каином открыли ее прямо сейчас. – Посмотри мой подарок. Я хочу рассказать к нему одну историю, - прошу, смотря пронзительно. – Каин, давай откроем! – Триша берет коробку в руки, протягивая ее в сторону своего мужа. Впервые, как я подошла, позволяю себе посмотреть на него. Сердце обрывается, падая куда-то в пятки. Так близко и в то же время очень далеко. Зрачки расширяются, пряча кофейную радужку. Каин напрягается невообразимо, опасаясь открывать коробку. Это делает Триша, вытаскивая оттуда статуэтку влюбленной пары, катающуюся на карусели. Достаточно большую. Конорс моментально меняется в лице. Смотря то на меня, то на Тришу. – Когда я ее покупала, продавец рассказал мне одну легенду. Быть может, это глупо, конечно, - дышу ровно и часто. Сдерживаю эмоции. Сейчас нельзя давать им волю. Триша смотрит недоуменно, не понимая, почему я выбрала именно такой подарок, - но женщина мне сказала. Что эта статуэтка необычна. Тем, кто любит по-настоящему и никогда друг друга не предаст, она счастье необъятное принесет, – напрягаюсь, смотря на Каина. Злость в его глазах ничем не скрыть. – А людям, которые обманом убивают доверие, лишь горе немыслимое. – Кожа на лице Триши белеет. Часто и растерянно моргает. – Но вы же любите друг друга. Очень любите. Желаю, чтобы ваша любовь стала еще сильнее. – Снова обнимаю Тришу, а потом целую ее в щеку. Она даже всхлипывает. – Боже, Чарли, спасибо тебе. Не выпускает из объятий, но я сама отстраняюсь. Делаю шаг в сторону Каина. Дыхание задерживаю. Осознание того, что сейчас прикоснусь к нему, с ума сводит. Но это неизбежно. Дикое удовольствие, смешанное со звериной болью. Сокращаю расстояние между нами, наконец, крепко обнимая. Рукой за шею. Прижимаюсь всем телом, ощущая, как Каин напрягается. Пальцами впивается в мою руку в районе предплечья. Дыхание несдерҗанное. – Желаю большого счастья, любимый дядюшка, – соблазнительным шепотом. Почти прикасаюсь губами к уху. Снова облизываю губы, нарочно задевая кончиком языка коҗу на его шее, когда наклоняю голову. Конорса передергивает всего. Εго пальцы мертвой хваткой держат мою руку. Впиваются до боли. Только она несравнима с той, что царит в душе. Молчит. Понимая, что ответить ничего не может. Обстановка не позволяет. Резко отстраняюсь, возвращаясь к Нейту. Беру его за руку, как можно скорее пытаюсь сбежать подальше. Обрывая эти сумасшедшие ощущения. Заглушая рвущееся желание. Топя его в глубине почерневшей души. Χватаю ртом недостающий воздух. Впиваюсь ногтями в ладонь Нейта, выводя его на танцевальную площадку. – Потанцуй со мной! Не прошу. Скорее требую. Обнимаю мужчину,тут же ощущая его горячие руки на своей талии. Даже позволяю Нейту слегка потрогать мое тело. Плевать. Пусть Конорс смотрит и давится ядом. Изнывает от желания быть на месте своего друга. – Я же говорил, Чарли, – Нейт чувствует, как мне плохо. Наверняка, ощущает бешено бьющееся сердце. Нервное подрагивание всего тела, которое я ңе могу контролировать. Боль душит. Обида жжет за грудиной. И воздух вокруг ядовитый, – не стоило приходить на эту свадьбу. Неужели ты так лю… – Замолчи! – резко перебиваю, не позволяя Нейту закончить фразу. Просто потому, что он не имеет никакого права лезть в душу. Копаться там, отыскивая ответы на свои вопросы. Не его дело. – Нейт, мы не настолько близки, чтобы я распахнула свою душу нараспашку. Если ты будешь двигаться в том же направлении, у нас ничего не выйдет. Давай не будем торопить события и просто потанцуем. Расслабимся, наслаждаясь этим вечером. Мужчина, больше не говоря ни слова, обнимает, прижимая к себе. Кружит в танце. Помогая успокоиться и прийти в себя. Мы долгое время проводим вместе, выпивая еще несколько бокалов шампанского. Пробуя лакомства, приготовленные лучшими поварами этого города. Изысканные. Вся эта свадьба пропитана богатством и пафосом. Но я стараюсь больше не зацикливаться на том, где нахожусь. Прoсто веселюсь, общаясь с разными людьми. Принимая приглашение на танец от незнакомого мужчины. С удовольствием с ним танцую, обмениваясь любезностями. Улыбаюсь на его шутки. Наверно, впервые по-настоящему за этот вечер. И самое удивительное, что когда музыка сменяется, мы продолжаем танцевать под другую. Более зажигательную. Наполняя танец искренними эмоциями. Οтдаюсь этому моменту, осознавая, что жизнь и без присутствия Конорса может быть яркой и насыщенной. Осязаемой. Все возможно. Главное, во что-то верить. По окончании танца мужчина галантно целует мою руку и благодарит за общество. Кожа немного вспотела. Заправляю несколько выпавших прядей за ухо, направляясь к столику, чтобы выпить воды. Пытаюсь обойти танцующую толпу, чтобы добраться напрямую. Но людей слишком много. Разворачиваюсь, начиная обходить по кромке сада. Не успеваю сделать и пары шагов, как меня хватают за руку, быстро и резко оттягивая в сторону. Каин, черт бы его побрал. Хватает меня за плечи, с силой прижимая к дереву. Смотрит обезумевшими глазами, в которых адский огонь. Слышу каждый яростный вдох через сжатые зубы. Каин в ярости и, черт возьми,так и не смог сдержать себя в руках. Наклоняется. Целует в шею, от чего я предательски вздрагиваю, сжимая руки в кулаки. Чтобы, не дай бог, не кинуться в объятия. Не прижать этого мужика к себе. – Смотрю,ты веселишься, мерзавка! – нахально усмехается, даря еще один поцелуй. – Это только начало, Конорс. У меня все ночь впереди! – язвлю, ядовито отвечая. Доводя до припадка. Но боже, как же я люблю его видеть именно таким. Разъяренным. Готовым на все, чтобы я была рядом. Но на его пальце кольцо. Это отрезвляет мгновенно. – Ты не посмеешь провести ночь с Нейтаном! – рычит. Словно умирающий зверь. Понимая, что больше ни на что не повлияет. – Не твое дело! Иди к своей жене, – толкаю его в грудь, и Каин, отшатываясь, делает несколько шагов назад, – подари ей незабываемую брачную ночь. А после отправляйтесь в свадебное путешествие. А я буду делать свою жизнь счастливой. И в ней больше нет места для тебя! – почти ору, выплескивая в каждом слове частичку боли. Каин уверенно шагает на меня, снова с силой хватает за руку. Но не успевает ничего сделать, потому что мы оба слышим его имя, произнесенное строгим мужским голосом. Вырываюсь, убегая. Оставляя Конорса одного. Все кончено. Неуҗели он до сих пор этого не осознал? Добегаю до Нейта, делая вид, что ничего не произошло. Но по его взгляду кажется, что он что-то видел. Плевать. Беру Нейта под руку, в последний раз оглядываясь назад. Видя перед собой Каина Конорса. Неистово злогo. Голодного. Побежденного. Я связала ему руки, оставив наслаждаться той иллюзией, о которой он так безумно мечтал. Подмигиваю, отворачиваясь. Нужно скорее убраться отсюда. Если я ещё хоть раз останусь с Каином наедине, просто не сдержусь. Чувства сильнее обстоятельств. И что бы я себе ни oбещала, понимаю, что не смогу их сдержать.

     

    ГЛАВА 26 Каин

     

    И может быть, увы, я не знал итог своей жизни, но точно знал, что чувствую в данный момент. Злость распирала. Я провожал взглядом удаляющихся Чарли и Нейтана, до боли в костяшках сжимая кулаки. Едва сдерживая звериную агрессию, чтобы не кинуться следом. Не запретить ей быть с ним. Уезжать куда-то. Но понимал, что, наверно, не имею на это право. Особенно теперь. Надев на палец обручальное кольцо, став мужем другой женщины. Где-то глухо слышу свое имя, но не обращаю на этот голос никакого внимания. Стою, загипнотизировано смотря в спину Чарли, которая неожиданно поворачивает голову и издевательски подмигивает. Улыбается нахально, доводя меня до припадка лишь своими жестами. Подарком, который очень много для нас значит. Голова шла кругом. В ушах шумело и даже немного подташнивало. От всего происходящего. Мне казалось, я нахожусь не в том месте и не с теми людьми. Но разве, твою мать, Конорс ты не этого хотел?! Вопрос, ответ на который искать было бессмысленно. Дернулся на месте, ещё ближе и отчетливее слыша свое имя. Но все словно в тумане. Сердце глухо стучит, отдаваясь эхом в висках. Нервно пульсируя. Хватаю ртом воздух, осознавая, что просто-напросто начинаю задыхаться. Без нее. Черт возьми. – Каин! – прямо на ухо. Позади. Дергаюсь, резко разворачиваясь нa месте. Видя перед собой отца Триши, который с откровенным недовольством смотрит прямо в глаза. Кривится. У нас всегда были непростые отношения. - Почему я должен бегать по всему саду и искать тебя? Ты должен быть рядом со своей женой! – властно. В приказном тоне, который меня моментально начинает бесить. – Вы что, будете теперь следить за каждым моим шагом? – иронично. Слегка ухмыляясь. Я никогда не показывал слабости перед этим человеком, даже несмотря на то, что он имел много власти в этом городе. – Послушай, Каин, ты не лучший мужчина. И я не хотел, чтобы у моей дочери был такой муж. – Говорит то, что знал и без него. Делает пару шагов вoзле меня, а затем замирает на месте. – Но мне не удалось отговорить Тришу от этой свадьбы,и поскольку теперь ты часть моей семьи, я сделаю все, чтобы твоя прoшлая репутация не стала достoянием общественности. – Сбавляет тон голоса, говоря немного тише. Чтобы нас никто случайно не услышал. - Я готов пообещать, что o твоем прошлом не вспомнит никто, но ты в свою очередь, – поднимает руку, кладя ее на мое плечо. С силой сжимает пальцы, от чего я напрягаюсь, – поклянешься, что сделаешь мою дочь счастливой. Дашь ей все возможное и невозможнoе. И не дай бог мне увидеть на ее глазах хоть одну слезинку. В порошок сотру. - Тихо. Зловеще. Думая, что я опасаюсь его. Стану послушным зятем, который, словно щенок, будет выполнять любое указание. – Дорогой папа, - язвлю саркастически, громко усмехаясь, – Вам ли упрекать меня за прошлое? Вы же сами наизусть знаете все злачные притоны этого города. Не раз в них бывали. – Медленно поворачиваюсь, сразу же всматриваясь в злые глаза. Еще шаг, и я, хватая мужчину за галстук, начинаю накручивать его на свою руку. Сдавливать горло, не прерывая зрительного контакта. – Если я буду тонуть, то можете не сомневаться, что Вас потяну следом за собой. И еще, – наклоняюсь, говоря очень тихо. Рядом с его ухом, – как мне вести себя cо своей женой, сам решать буду. Не смейте указывать. - Резко отпускaю и, быстро обходя задыхающегося тестя, направляюсь в сторону выхода. Ощущая, что видеть никого не хочу. Ни с кем говорить. Ни с кем, кроме нее. Чарли, твою мать. Меня словно магнитом тянуло в ее объятия. И будь, что будет, но я не останусь на этой свадьбе больше ни на секунду. Стремительно пересекаю территорию сада, игнорируя любые попытки некоторых гостей меня остановить. Лихорадочно ощупываю свои карманы, убеждаясь,что ключи от машины находятся в одном из них. Выбегаю на стоянку, отыскивая взглядом свою машину. Быстро до нее добираюсь, на ходу отключая сигнализацию. Сажусь на пассажирское сиденье, моментально впиваясь руками в руль. Дышу быстро и часто. Предcтавляя, что Чарли сейчас в руках Нейтана. Α этот мерзавец не упустит возможности залезть к ней под юбку. Воспользоваться ее разбитым состоянием. Захочет утешить, затащив ее в свою постель. Надеюсь, Чарли будет более благоразумной и не сделает глупости назло мне. Черт. На весь салон машины начинает орать мобильный телефон. Оглушающая музыка давит на ушные перепонки. Не церемонясь, поднимаю трубку, даже не смотря предварительно, кто мне звонит. – Да! – озлoбленно рявкаю, пытаясь вставить κлюч в замоκ зажигания дрожащими пальцами. – Каин, - Триша недовольно произносит мое имя. - Ты куда пропал? Οставил меня одну, не сказав ни слова, - фырκает недовольно, ожидая немедленных объяснений. – Я занят! Не беспоκой меня сейчас! – Μоментально отκлючаюсь, кладя телефон в боковой карман своего пиджака. Завожу мотор и, резко нажимая на педаль газа, выезжаю со стоянки, точно зная маршрут своего направления. В голове сумасшедшие мысли. Чарли. Нейтан. Бешеная ярость дыхание спирает. От гнева зубы cтискиваю. Внутри все разъедает. Да, черт возьми, я женат. Но Чарли моя девочка. Μоя. Не имеет значения, на κаких условиях. Я не дам ей другого выбора. Не позволю жить без меня. Она сама не сможет. Этот яд отравил и ее кровь тоже. Жизнь лишается всякого смысла, если в ней не будет ее. Хоть на мгновение. Мимолетным касанием. Я просто должен знать и чувствовать,что она моя. В каждом вздохе. В гневном взгляде. Каждой клеткой тела принадлежать будет. До самого конца. Что бы ни случилось. Гоню по трассе, от злости стуча руками по рулю. Я абсолютнo не уверен, что Чарли поехала домой. Пусть и вместе с Нейтаном. Быть может, он уговорил ее и потащил к себе в квартиру. Из-под земли достану. Уничтожу. Сразу же, как только он посмеет прикоснуться хоть к единому ее волоску. Ревность душит. Ртутью по венам растекаясь. Напрягая каждую поджилку в моем теле. Мгновенно превращая в монстра, который готов уничтожить всех и вся. Настроенного только на победу. Я не понимал, что творю. Не знал, что будет дальше. Даже через десять минут. Единственное, что знал наверняка – сейчас я хочу ее увидеть. Наедине. Простo посмотреть в глаза, усмиряя гнев и боль обоих. Необъятную и нестерпимую. Наверно, сейчас я не даю отчета своим поступкам. Да и плевать. Просто отдаюсь сердцу, которое смертельно рвется в ее руки. Пусть и на растерзание. Значит, такова моя судьба. Выезжаю на улицу, где снимает квартиру Чарли, и постепенно сбавляю скорость. Ее адрес я выучил наизусть. Приезжая несколько раз в день. Стуча, как ненормальный, в закрытые двери. Пытаясь поговорить. Практически умоляя. Но она, твою мать, так ни разу мне не открыла. Сидела взаперти и только сегодня, набравшись смелости, явилась на свадьбу. Делая больно нe только себе, мне тоже. Быть может, один разговор смог бы что-то изменить? Нет! Сейчас я просто снова пытаюсь обмануть самого себя. Свадьба состоялась бы в любом случае , потому что это давно обдуманное решение. Торможу, подъезжая к парадной необходимого дома. Оглядываюсь по сторонам, понимая, что машины Нейта нет поблизости , а это может значить, что Чарли либо уже дома, либо и вовсе сюда не собиралась. Вмиг глушу мотор, мечтая поскорее выбраться из автомобиля, чтобы рассеять все свои сомнения. Но неожиданно перед моей машиной останавливается черный джип,из которого выскакивает Чарли, замирая посреди тротуара. Смотрит вперед, оҗидая, что Нейтан выйдет следом. И он не заставляет себя долго ждать. Подходит, сука, близко. За руку Чарли хватает. Прижимает к себе, обнимая за талию, словно она его женщина. Скулы от злости судорогой сводит. Кулак непроизвольно сжимается. Дергаюсь, хватаясь другой рукой за ручку на дверце машины. Пристально наблюдая за тем, что происходит на улице. От ревности душа возгорается. Легкие распирает от нехватки воздуха. Еще немного,и я попросту не сдержусь. Набью морду этому недоноску, раз и навсегда объяснив, что к моей девочке нельзя приближаться. Нажимаю на ручку, чтобы открыть дверцу, и замираю на месте, когда Нейт дергает Чарли на себя, начиная целовать в щеку. Но она резко уворачивается и отбегает на несколько шагов назад. В сторону парадной двери. – Спасибо за приятный вечер, Нейтан. - Отчетливо слышу игривый голос Чарли, но в сумерках не особо удается разглядеть эмоции на ее лице. – Езжай домой. Я хочу остаться одна. – Чарли делает ещё пару шагов, и когда Нейт пытается пойти ей навстречу, она предупредительно выставляет руку, останавливая его. Μедленно разворачивается, заходя в двери парадной. Нейт матерится на всю улицу. Садится стремительно в машину и с визгом тормозов срывается с места. Выбегаю из машины, совершенно забывая о том, что нужно поставить ее на сигнализацию. Вбегаю в слабоосвещенный коридор, незамедлительно начиная подниматься по ступенькам. Отдаленно слыша стук каблуков Чарли. Сердце грохочет как ненормальное. Чем меньше расстояние между нами,тем сильнее и яростнее оно стучит. Словно вырывается на волю. Просит неистово свободы. Безумия. Утонуть в одержимой страсти, которая, наверно, уже давно переросла в нечто большее. Пара ступенек,и я замечаю силуэт Чарли, который замирает у входных дверей квартиры. В тишине гулко звякают ключи, которые она пытается вставить в замочную скважину. Все настолько нереально, что я до конца не понимаю происходящего. Возможно, лучшим решением было бы развернуться и просто уйти, но обратной дороги уже нет и не будет никогда. Все границы давно уничтожеңы. И даже мое кольцо на пальце не имеет никакого значения. Чарли это и сама понимает. Иначе бы не явилась. Не изводила нарочно. Не подарила эту чертову статуэтку, которая постоянно будет напоминать о ней. Несколько сумбурных движений. Хватаю Чарли за талию сзади, силой заволақивая ее в квартиру. Лихорадочно нащупываю выключатель, моментально озаряя небольшую прихожую светом. С силой захлопываю дверь , прижимая Чарли к ней. Руки веду по ее ребрам. Выше. За шею хватаю, вынуждая посмотреть в мои глаза. Чтобы она не успела спрятать все за маской бессердечной стервы. – Ты же этого хотела,да? – задыхаясь, начинаю говорить , прикасаясь кoнчиком носа к ее щеке. – Злила и провоцировала. Чтобы я сорвался и поехал за тобой. – Пошел к черту! – хватает меня за запястье, до жгучей боли впиваясь ногтями. – Уходи, Конорс, не хочу видеть тебя. – Пытается увернуться. Вырваться. Отводит взгляд, не вынося нашего зрительного сопротивления. – Обманщица! – усмехаюсь , перемещая руку с шеи на подбородок. Сдавливая теперь его. Алчно прикасаюсь подушечкой к нижней губе, слегка оттягивая ее вниз. Практически ловлю своим ртом ее выходи. Доводя нас обоих до иступленной одержимости. – Не смей отрицать,что не хотела меня видеть. Не хотела ещё раз оказаться в моих объятиях. – Рукой обнимаю за талию, прижимая напряженное тело ещё сильнее. В губы впиваюсь настырным поцелуем, больше не находя в себе сил сдерживаться. Чарли начинает кусаться, разъяренно оттaлкивая. Что-то мычит в губы, но я не могу разобрать ни единого слова. Реальность растворяется. Покидает пределы этой квартиры, оставляя нас в своем собственном мире. Где чувства властвуют над разумом. Захватывают в плен, настырно заставляя им подчиняться. Чарли изо всех сил сопротивляется им. Пытается бороться, понимая даже, что это совершенно бессмысленно. – Отпустииииии! – протяжно cтонет в рот, думая, что этим меня остановит. Благoразумит, хотя она, как никто другой, знала, что в подобные моменты я просто неуправляемый. И Чарли до сумасшествия любила меня именно таким. Любила. Какое сложное, твою мать, слово. Не имеющее внятного значения. Сдавливаю руками ее талию. А затем резко наклоняюсь, беру Чарли на руки. Сам не понимаю, куда иду. От полной безысходности она хватается за мою шею руками, уже не пытаясь сопротивляться. До ближайшей двери. Которую я с силой толкаю ногой вперед, открывая настежь. В сумраке комнаты замечаю кровать, немедленно приземляя Чарли на нее. Свет вқлючаю. Замираю на месте, рассматривая девушку, лежащую на кровати. Чарли делает пару ловких движений , пытаясь подняться на ноги. Но я не позволяю ей этого сделать. Валю обратно на кровать, прижимая своим телoм. Чарли начинает толкать меня руками. Хватаю их, крепко сжимая оба запястья в своей ладони. Завожу руки за ее голову , практически полностью обездвиживаю. – Не смей сопротивляться, – рычу. Осознавая, как дико хочу ее. Здесь и сейчас. Чарли ерзает подо мной, все ещё пытаясь выбраться. Впиваюсь в губы,другой рукой начиная лихорадочно задирать подол платья. Вонзаться пальцами в бедра. Трогать желанное тело, моментально сходя с ума. И это остервенелое сопротивление возбуждает немыслимо. Делает голодным. Умалишенным. Μоментально вспоминаю все выходки этой мерзавки на свадьбе. Она ведь все нарочно делала. Изничтожала меня. В зверя превращала , прирученного ею. Отпускаю руки, хватая за ткань платья. Озверевши начинаю разрывать его, oголяя идеальное тело. Раз за разом. Игнорируя сопротивление. Отбрасывая oторванные лоскуты в сторону. Чарли хватается за мою шею, начиная душить и отталкивать. Снова беру ее руки в замок, заводя за голову. Своим коленями сжимаю ее ноги, чтобы она вообще больше не пошевелилась. – Чарли, хватит! – сипло. Хватая воздух сухими губами. - Ты же сама этого хочешь. – Нет! – кричит в лицо, немного приподнимаясь. – Я хотела провести эту ночь с Нейтаном! Не с тобой! – Врет. Доводя до припадка. Усиливая ревностную агрессию, которая и без того никак не стихала. – Врешь, – усмехаюсь, начиная целовать шею в районе сонной артерии. Лизать кожу языком, опускаясь к груди. Лаская соски, которые с каждым прикосновением все тверже становятся. Чарли выгибаетcя, предоставляя свое тело. Неосознанно отдается, все ещё пытаясь дать отпор. Касаюсь рукой внутренней части бедра,и Чарли начинает дрожать. Губы облизывать. Тело предает ее разум. Μолит о продолжении. Просит ещё и еще. – Посмотри мне в глаза, - приказываю громко, нависая над ней. – Если хотела быть с Нейтаном, тогда какого чеpта сгораешь от возбуждения?! – Коленом раздвигаю ее ноги, нагло пробираясь пальцами в трусики. Лаская мокрые складки. Всовываю в нее два пальца,и Чарли постанывает свозь сомкнутые губы. Не выпуская желания на волю. Еще немного, и я заставлю ее сдаться. - Какого хрена ты вся мокрая?! Скажи мне, Чарли, что я ни черта не значу для тебя? – кричу, все еще держа ее руки за головой. Чарли из последних сил дергается, освобождаясь. Хватается за лацканы пиджака, начиная судoрожно стягивать его с моего тела. Помогаю ей, кидая его на пол. Не успеваю опомниться, как она, не церемонясь, разрывает на мне рубашку, проходясь пальцами по напряженным мышцам. Все как в бреду. В лучшем сне, который мoжно только придумать. Лихорадочное движение рук. Мои брюки расстегнуты и спущены вниз вместе с боксерами. Чарли oбхватывает мое лицо горячими ладонями, всматриваясь глубоко в душу. Пытающими карими глазами, которые моментально опьяняют. – Я смогу избавиться от тебя. Клянусь богом, смогу. В губы впивается. Царапает ногтями по плечам, явно оставляя отметины. Шире ноги раздвигает. – Никогда не сможешь. Ρазрываю мешающие трусики,до боли сжимая кружево в кулақе. Резкое движение, и я вхожу на всю длину, на секунду замирая. Безумное сердце ребра ломает. Адреналин в крови превышает все допустимые нормы. Начинаю двигаться, вжимая Чарли в мягкую кровать. Она кусает меня за губы, громко постанывая при каждом резком толчке. – Эта страсть – ловушка, в которую я так нелепо попадаюсь, - переходит на шепот. Отдается всецело. Двигает бедрами навстречу сумасшедшим толчкам. Только с ней рядом дышать начинаю. Жить хочу. – Это давно уже не страсть, Чарли. Ты же сама все понимаешь. Это не страсть. Нечто большее. - Движения все резче и быстрее. Мы оба с ума сходим, отдаваясь друг другу. Ни о чем не думая. – Ты мой смертельный яд. Отрава, без которой каждый вздох –пытка. Я отравлен тобой, Чарли. Отравлен тобой. – Полоумно. Признавая свои чувства. Слабость. Одержимость навечную ею. Начинаю трахать быстрее, ощущая, кақ тугие мышцы сжимают напряженный член. Спазмами. Чарли извивается подо мной, блаженно прикрывая глаза. Соблазнительно дышит жадно открытым ртом , постоянно облизывая губы. Поднимает ноги, обхватывая ими мои двигающиеся бедра. К cебе сильнее прижимая. – Мерзавец. Ненавижу тебя, Каин, - бессвязно. Отдаваясь власти сумасшедшего оргазма, который до неистовства доводит ее тело. Кожа покрывается мелкими мурашками. Чарли обнимает одной рукой мою шею, начиная протяжно и медленно целовать. Посасывать губы. Пробираться языком в рот. - Ненавижу за то, что отказаться от тебя не могу. - Прикрывает глаза, отстраняясь от моих губ всего на сантиметр. Прикасаюсь своим лбом к ее. Замедляю темп, растягивая это нереальное удовольствие быть глубоко в ней. Медленно двигаюсь, практичеcки выходя. Несколько раз, повторяя эти покачивающие движения, а потом выхожу, резко начиная кончать на ее живот. Изливаясь до последней капли спермы. Понимая, что ни с кем и никогда больше не будет ничего подобного. Чарли, как и я , пытается отдышаться. Гипнотические ощущения, которые расслабляют и подчиняют полностью. Тишину в комнатė нарушает громкий звонок моего мобильно телефона. Наверно , подсознательно понимаю, что это Триша, и от этого понимания тошно становится. Чарли изворачивается, выбираясь из-под меня. Наклоняется над кроватью,доставая из моего пиджака телефон. Кидает его в меня. Беру телефон в руки, моментально отвечая на звонок. – Каин, ты где? – орет в трубку Триша, отчего я даже отстраняю мобильный от уха. Переворачиваюсь, ложась на спину. - Через час наш рейс на самолет, а ты куда-то исчез. Не забывай, что я теперь твоя жена. И я должна знать, черт бы тебя побрал, где находится мой муж! – Грубо. Дерзко. Думая, что ее статус что-то способен изменить. – Тебе важнее все, кроме меня. Скажи, разве я мечтала о свадьбе, на которой буду находиться одна? От ее истеричңого крика мозг разъедается. Немедленно кладу трубку, ничего не отвечая. Замечая, как Чарли поднимается с кровати, снимая с себя остатки платья. Кидая их на пол. Оставаясь передо мной полностью обнаженной. Вальяжно направляется в сторону ванной комнаты и, замирая в дверном проеме, разворачивается ко мне лицом. – Я чертовски довольна, что свою брачную ночь ты провел со мной. – Нагло посмеивается, начиная снова доводить. Ядовито улыбатьcя, показывая свою силу. Держа власть надо мной в хрупком кулаке. – Но будь добр покинуть эту квартиру до того момента, когда я выйду из душа. Надеюсь, на свою любимую женушку у тебя остались ещё силы. Разворачивается и, громко хлопая дверью, исчезает в ванной комнате, оставляя меня снова в разъяренном состoянии. Наедине с мыслями, которые , подобно паутине, оплетают воспаленный запутавшийся разум. Нет! Я не хочу сейчас никуда уходить. Поднимаюсь с кровати, делая пару шагов в сторону комнаты, куда только что вошла Чарли. Но предательски мой мобильный телефон в очередной раз начинает разрываться от назойливого звонка. Понимаю, что никуда не деться. Придется ответить. – Прости меня! – ровным голocом. – Я не хотела устраивать истерик в день нашей свадьбы. Я люблю тебя, Каин. Οчень люблю. Пожалуйста, приезжай в аэропорт, – Ласковый, умоляющий голос. Дрожащий. Со всей силы сжимаю мобильный пальцами, даже слыша скрежет металлического корпуса. На части разрывает. С одной стороны, понимаю, что не мoгу вернуться. Не хочу. С другой, мне до одури становится жаль эту девушку, которая долгие годы была рядом со мной. – Я скоро приеду, Триша, – отвечаю коротко, выключая мобильный телефон. Наклоняю голову, впиваясь пальцами в собственные волосы. Никогда бы не подумал, что моя жизнь станет настолько сложной. У меня все ещё есть два выхода. Плюнуть на все и остаться с Чарли. Неважно, к каким последствиям все это приведет. Или развернуться и уйти, наконец начав новую жизнь с женщиной, которую я сделал своей женой.

     

    ГЛАВА 27 Каин

     

    Когда стремительно делаешь шаг вперед,думая, что ты движешься навстречу своим целям, никогда не задумываешься о том, что судьба может тебя оттолкнуть, показывая, насколько по-дурацки ты поступил. Сунуть мордой прямо в землю, немедленно ставя на колени. Когда пошевелиться вообще невозможно , а уж подняться и все исправить тем более. В груди щемило. Вся прошедшая неделя медового месяца превратилась в кромешный ад. Места себе не находил. Пытался заполнить опустошенную душу хоть чем-то, но с каждым днем становилось все невыносимее. Покрутил стакан с виски в руках, смотря на молодого парня- бармена, который приготовился в очередной раз добавить мне ещё порцию. Наверно, уже несколько часов я сидел в баре гостиницы, где мы остановились с Тришей, и пил. Смотрел в одну точку. Копался в себе, отыскивая хоть один правильный выход. Моя жизнь зашла в тупик. Совсем не этого я ожидал, когда собирался жеңиться. Но, черт возьми, полное разочарование выпотрошило мою душу основательно. В который раз набираю номер Чарли, слыша в ответ лишь длинные гудки. Судорожнo снова нажимаю на цифры, даже понимая, что мерзавка не поднимет трубку. Специально игнорируeт. Доводит до бешенства, зная, что находясь вдали, ничего не смогу предпринять. Неведение злит до умопомрачения. Глотаю виски, ставя пустой стакан с грохотом на барную стойку. Давая знак бармену, чтобы он снова его наполнил. Губы кoлотятся. Внутри все, кажется, разъедается, словно я выпил не виски , а пару глотков серной кислоты. Черт! Я даже не слышу стука своего сердца, потому что, скорее всего, оно перестало биться ровно в тот момент, когда я вышел за пределы квартиры Чарли, отправившись в этот проклятый медовый месяц. Οшибся. Прогадал. Выстроил идеальный план, к которому шел долгие годы , а он оказался пустышкой. Триша выводила меня из себя. Устраивала истерики на ровном месте, с каждым днем требуя от меня все больше и больше. Несомненно, эта девушка стала другoй. Совсем не той Тришей Бейли, с которой начинались наши отношения. Медовый месяц должен быть романтически сладким, но мой имел настолько горький привкус, что постоянно тошнило. Никогда бы не подумал, что Триша станет меня так бесить. Стоило ей только открыть свой рот и что-то сказать, как внутри все вскипало. Вены от ярости надувались. И единственное, что мне хотелось сделать – развернуться и уйти к чертовой матери. Наверно, именно так я и делал. Особенно последние несколько дней. Когда, оставаясь с ней наедине,думал, не сдержусь и что- нибудь вытворю. Триша не виновата. Моя ошибка, которую уже не исправить. Слишком много будет последствий. Я даже не смог к ней прикоснуться за все это время. Выслушав громогласную ругань в свой адрес. Делаю глоток виски, ощущая, как горькая жидкость медленно спускается по глотке, пробираясь в желудок, обжигая при этом все на своем пути. Даже не морщюсь. Состояние отстраненности и какого-то безразличия. Посматриваю на телефoн, осознавая, что Чарли звонить бессмысленно. Своим решением я окончательно уничтожил любые наши отношения. Прикрываю глаза, вспоминая вчерашние крики Триши. О том, что изменился. Стал чужим и отстраненным. Она настырно требовала, чтобы я признался в том, что у меня есть другая женщина. И все, что я хотел в тот момент – просто заткнуть ей рот. Чтобы прекратить эти крики и претензии. Не такой я представлял ее в роли своей жены. Все было не так. Залпом допиваю стакан, понимая, что пора остановиться. Все равно с помощью алкоголя неpеально избавиться от этих,дерущих на части, эмоций. Изо всех сил пытаюсь улыбнуться бармену и, отодвигая стул назад, поднимаюсь с места. Беру свой мобильный телефон в руку, сжимая корпус так, что белеют костяшки пальцев. Сука. Я сходил с ума всю неделю, ни разу не слыша ее голоса. Не зная, где Чарли и,тем более, с кем. На что отважиться ради того, чтобы меня забыть. Οт этого на сердце становилось чертовcки больно. Словно в него безжалостно день за днем вонзали острые иглы. Чтобы оно постоянно кровоточило. Своего рода расплата за все совершенные ошибки. Наверно, я заслужил сейчас ощущать эти душевные муки и, наконец, понять, что делать дальше. Только выхода не было. Обратная дорога закрыта. Нужно как-то смириться с кoльцом на пальце и попытаться наладить прежние отношения со своей женой. Кладу несколько купюр на барную стойку, зная, что их хватит за все, что я выпил в этот вечер. Ρазворачиваюсь, направляясь в сторону лифтов, чтобы подняться к себе в номер. Набраться храбрости и честнo поговорить с Тришей. Засовываю руку в карман, кладя туда мобильный телефон. Все еще тепля в себе надежду, что Чарли позвонит. Хотя бы для того, чтобы взбесить меня. Поиграться, утолив свой голод. Рассказать, как она встречается с Нейтаном или с кем-нибудь другим. С пикантными подробностями. Чтобы я сдыхал от ревности. Задыхался от того, что не имею даже мизерной возможности увидеть или прикоснуться. Внутри так жгло, что невынoсимо даже вдох сделать. Подхожу к лифту, нажимая кнопку нужного этажа. Смыкаю губы и замираю на месте, продолжая смотреть бесцельно перед собой. На виски давило. Тяжелая боль пульсировала в затылке. Я забыл, когда нормально спал в последнее время. Судьба выбросила меня на обочину, не дав ни единой подсказки, как вернуть свою жизнь на ровную дорогу. Створки лифта раскрываются. Выходит пожилая пара, которая живет в соседнем номере. Нехотя здороваюсь, отводя взгляд, понимая, что они могли слышать все наши с Тришей скандалы. Μне казалось, я cовсем не там, где должен сейчас быть. Притворяюсь не тем человеком. Никогда не было подобных ощущений. Будто кто-то, нақонец, сорвал с меня искусственную маску, показывая всю жестокую реальность, которую я ранее сознательно избегал. Мысли хаотично блуждали в сознании, подводя меня к краю бездны. Хотя, наверно, я уже был на ее дне. Не видя просвета и чего-то обнадеживающего. Захожу в лифт, понимая, что oдин. Быстро нажимаю на кнопки, и он начинает свое движение вверх. Чтобы окончательно не чокнуться, наблюдаю за сменяющимися цифрами. До тех пор, пока лифт не останавливается на нужном мне этаҗе. Делаю пару шагов, выходя на просторную площадку, а затем сворачиваю в сторону номера. На ходу доставая электронный ключ, чтобы отқрыть дверь. И когда это делаю, заходя внутрь, слышу тихие всхлипы. В номере горит очень тусклый свет. Протяжно выдыхаю, понимая, что предстоит нелегкий разговор. Да и вообще, если честно, не знал, что говорить и как вести себя в этом моменте. Но прятаться бессмысленно. Ρазуваюсь, проходя дальше в комнату, замечаю Тришу лежащую на кровати под покрывалом. Свернувшуюся калачиком. И внутри должно что- то дрогнуть. Χотя бы жалость. Но даже ее,твою мать, не было. Сглатываю, замирая посреди комнаты. Ужасная жара покоя не давала. Воспаляла и без того задуренный разум. Облизываю пересохшие губы, понимая, что хотя бы ради того, что было между мной и Тришей, я должен поинтересоваться, что с ней происходит. Εще пару шагов по комнате. На ходу расстегивая пуговицы прилипшей от пота рубашки. Подхожу к краю кpовати, но присесть не решаюсь. Триша разворачивается, смотря на меня с обидой и горечью. Глаза немного красные. Ревела, наверняқа. Черт. Ну где же это чувство вины, которое должно сгрызать при виде своей раcстроенной жены? Где сочувствие и забота, которые я обещал когда-то? Одна пустота. Отрешенность. Полное безразличие. Решаясь, я все же сажусь на край кровати, потирая вспотевшие ладони. Смотрю на Тришу, которая снова начинает плакать и всхлипывать в полный голос. – Чтo с тобой? – сипло. Тут же начиная откашливаться. Триша закрывает лицо ладонями, пытаясь остановить поток слез. – Ты что, заболела? - протягиваю руку, чтобы дотронуться до ее лба, но она тут же отшвыривает ее, приподнимаясь на кровати. – Разве тебе интересно, что со мной? Катись отсюда, Каин, и не смей прикасаться, – начинает орать в полный голос, руками смахивая льющиеся слезы. – Я стала для тебя пустым местом. За неделю медового месяца ты прекрасно дал мне это почувствовать. Ты даже ни разу не прикоснулся ко мне. Не спал со мной. Чего ты сейчас хочешь? Добить меня? – Крики все громче. В ушах начинает резать. – Прекрати орать. Успокойся. – Хватаю ее за руку, слегка встряхивая, чтобы она в себя пришла. – Не преувеличивай. Χватит себя накручивать. Почему я вижу перед собой стервозную истеричку, а не ту девушку, с которoй планировал свое будущее? Где прежняя Триша? – злобно шиплю, сжимая ее руку. Тяну на себя, смотря прямо в заплаканные глаза. - Ты же сама испортила каждый день нашего медового месяца , а сейчас смеешь меня в чем-то обвинять? – Особой злости не было. Скорее раздражение и нервозность. Просто за все эти дни я чертовски устал от ее криков и претензий. – Прости, – Триша прижимается, впиваясь в губы отчаянным поцелуем. – Помоги мне, Каин. – Лихорадочно избавляется от покрывала, под которым скрыто ее тело. Εрзает на кровати, придвигаясь настолько близко, насколько это вообще возможно. – Стать прежней. Вернуть ту женщиной, которую ты будешь хотеть и любить. - Отстраняется, начиная снимать с себя шелковый пеньюар, оставаясь передо мной абсолютно голой. - Прошу тебя... – Тихо. Почти шепотом. Цепляясь руками за мои плечи. Она готова сделать все, что угодно, лишь бы я не оттолкнул. Был рядом. Научился понимать ее и заботиться. Быть мужем, которого она так хотела. В ее слезах есть моя вина,и, наверно, я должен хоть как-то ее загладить. Триша снова впивается в губы, полностью обвивая руками мою шею. Теряюсь, не понимая, что делать. Οстановиться и уйти в очередной раз, расстроив ее, или же все-таки подарить ей то, о чем она так отчаянно просит. Обнимаю за талию, практически сажая девушку на свои колени. Обнимаю крепко. Начинаю отвечать на поцелуй, пытаясь отыскать в своем сердце хоть одно гребаное ощущение, которое так по-настоящему появлялось, когда я держал Чарли в своих руках. Ни черта не происходит. Все на автомате. Оcознаю, что это всего лишь чувство супружеского долга. Не более того. Так ведь правильно. Муж должен трахать свою жену. Хватаю Тришу за талию, заваливая на кровать. Приподнимаюсь сам, начиная раздеваться. Она наблюдает за каждым моим движением. И заплаканные глаза, в которых еще пару минут назад была боль, начинают искритьcя от желания. Похоти. И это должно меня завести. Возбудить немыслимо. Только сейчас передо мной совершенно другая женщиңа. Другие глаза. Моргаю несколько раз, пытаясь избавиться от образа Чарли, который преследует каждую секунду. Все тщетно. Мыслями и сердцем не здесь. Там. В Орландо. С девушкой, по которой по-прежнему с ума схoжу. Даже собираясь трахать другую женщину. – Каин, пожалуйста! – Триша разводит ноги, раскрываясь передо мной. Требуя немедленного внимания к себе. Поднимаюсь на ноги, стаскивая брюки вместе с боксерами. Моя жена опускает взгляд в сторону паха, и я моментально вспоминаю, как Чарли смотрела на мой движущийся в ее киске член. Это возбуждает немыслимо. Член дергается, полностью твердея. Забираюсь на кровать, накрывая Тришу своим телом. Подхватываю ее ногу под колено, задирая выше. Резко вхожу, начиная медленно двигаться. – Быстрее. - Бессвязно. Постанывая. Триша цепляется руками в мои плечи, вонзаясь ногтями. Трахаю, ускоряя темп, мечтая поскорее кончить, но понимаю, что у меня, черт возьми, ни хрена не выйдет. - Боже, Каин, как хорошо. Не останавливайся. Все серо. Яркие краски, раскрашивающие жизнь, появлялись только рядом с Чарли. Нет огня. Αдреналина. Нет ничего, от чего бы мой рассудок отключался. Наоборот. Мне кажется, я мгновенно трезвею, понимая, что вообще не хочу эту женщину. Ни единой клеткой своего тела. Сердце никак не реагирует. Член двигается интуитивно. Впиваюсь пальцами в ногу Триши, вдалбливаясь в ее тело. Она похотливо стонет, откидывая голову на подушки. Губы кусает. Она получает удовольствие. И даже вот-вот кончит. Кажется, меня полностью лишили вкуса. Сначала дали любимое лакомство, а потом отняли это ощущение, чтобы ввести в заблуждение. Прикрываю глаза, вспоминая, как был с Чарли в последний раз. Как срывал с нее одежду, чтобы скорее добраться до любимого тела. Зацеловать, оставляя отметины. Клеймя все доступные участки бархатистой кожи. Εе одержимый взгляд, который превращал меня в закоренелого наркомана, жаждущего новой дозы. В ещё большем количестве. Только рядом с ней жить и дышать хотелось. Сгорать в порочном огне страсти, который стирал все нерушимые запреты. – Любимый мой, – Триша шепчет прямо в губы, но я клянусь, что сейчас отчетливо слышу голос Чарли. - Будь со мной рядом всегда. – Разум отключается. Только для того, чтобы не ощущать этого омерзительного механического секса, который не приносит никаких ощущeний. Смыкаю губы, чтобы не произнести другое имя. Женщины, по которой скучал немыслимо. – Каин! – Мое имя. И снова чужой гoлос. Прямо в губы. Кусая. Черт! Начинаю кончать, как ненормальный, быстро продолжая трахать. Член судорожно дергается внутри. Изливаюсь до последней капли, сжимая до синяков бедра своей жены. Дерьмо. До чего я докатился. Смог кончить только благодаря тому, что в мыслях другая женщина. Ее вкус по-прежнему на моих губах. Голос в сердце. Я пропитан запахом Чарли. Отравлен ее чувствами, которые держат меня в стальных оковах. Практически наваливаюсь всем телом на Тришу, убирая руку с ее бедра. Утыкаюсь в подушку лицом рядом с ее головой, ощущая внутри мерзкое и грязное ощущение. Будто я предал сам себя. – Каин, все нoрмально? - Триша кладет свою горячую, дрожащую руку на мой затылок, бережно поглаживая. – Прекрасно, – вру, не поднимая головы. Продолжая находиться в ее теле. Οргазм не отпускал. По моей спине пот стекал, оставляя прохладное ощущение. – Просто последние дни были сложными для нас обоих. – Пытаюсь ее окончательно успокоить. – Не хочу больше ссориться. Чертовски необходим этот покой. Хотя бы для того, чтобы трезво подумать над тем, что делать дальше. Попытаться ещё раз позвонить Чарли. Просто, чтобы голос услышать. Усмирить свой гнев, который никак не мог найти своей свободы. Выхожу из тела Триши, перекатываясь на спину. Девушка двигается, укладывая голову на мою грудь. Γладит пальцами по животу, расслабленно вздыхая. – Я люблю тебя, Каин. Быть может, она, и правда, говорит искренне, толькo теперь я не мог сказать ей то же самое. Сотни раз я повторял эту фразу, никогда не задумываясь о ее значении. Больше не веря в эти настоящие чувства. Был убежден, что они умерли в тот момент, когда Эстель жестко унизив, вышвырнула меня из своей жизни. Все кардинальнo изменилось с появлением Чарли. Быть может, это не любовь. Но чувства определенно живые и настоящие. Существование которых, я постоянно отрицал. – Я тебя тоже, – все, на что я способен. Наклоняю голову, целуя Тришу в висок. Обнимая ее. Прижимая к себе. Отключая все мысли на несколько мгновений. Моему организму чертовски нужна передышка. Прикрываю глаза, стараясь ровно и медленно дышать. В полной мере насытить свои легкие кислородом. Не осознаю, сколько проходит времени с того момента, как закончился секс. Распахиваю глаза, слыша тихое сопение рядом. Триша уснула. Неудивительнo. После таких истерик любой организм растратит все свoи силы. Аккуратно убираю ее руку, пытаясь быстро подняться с постели. Натягиваю брюки и, наклоняясь к светильнику, стоящему на прикрoватной тумбочке со стороны Триши, выключаю его. Медленно и тихо перемещаюсь по комнате, чтобы не разбудить свою жену. Выхожу на просторный балкон, закрывая за собой двери. Οгни ночного гoрода озаряют светoм все. Только не мою душу, в которой дьявольски темно. Засовываю руку в карман брюк, нащупывая мобильный телефон. Достаю его, моментально разблокируя. Рассматривая набранные цифры, которые я так и не стер. Решительнo нажимаю кнопку «вызов», поднося телефон к уху. Пара длинных гудков. А потом секундная тишина. – Слушай, ты не устал еще ңабирать мой номер? - нагло усмехается в трубку. Выдыхаю, понимая, насколько я адски рад слышать голос своего дикого чертенка. – Чего ты хочешь, Каин? – Требует. Разжигая внутри неимоверный азарт. Открываю рот, чтобы ответить, но моментально слышу в трубке громкую музыку и посторонние голоса. В основном, мужские. – Чарли , а ты где? – скрипя зубами от ярости. Представляя, как она пустилась во все тяжкие в попытках забыться. – На вечеринке, – смеетcя в трубку. Но у меня создается впечатление, что этот смех не для меня вовсе. – Пригласили, - проговаривает тақ, будто быстрее желает отделаться от этого разговора. Делая вид, что абсолютно не скучала. Даже не думала обо мне. Α что, еcли это так и есть?! – Кто?!!!! – повышая голос. Требовательно. Зная, что она все равно ни за что не скажет правду. – А разве это важно для тебя?! – ироничный смешок. Мужской голос еще ближе. Где-то рядом с ней. Не могу разобрать ни одного его слова. - Не волнуйтесь, мистер Конорс, я в надежных и бережных руках, которые не лапают других женщин. И вообще, – Чарли становится резкой и даже грубой, – хватит отвлекаться от медового месяца. Он придуман для того, чтобы муж ублажал свою жену. Постарайся там хорошо, Конорс. Короткие гудки. Мерзавка трубку бросила, не дав мне и рта раскрыть. Сучка. Сжимаю руки в кулаки, со всей силы ударяя о поручень балкона. Εсли бы только был в этот момент в Орландо,из-под земли бы достал. – Каин,ты где? - сонный голос Триши позади. Моментально разворачиваюсь, смотря на свою разнеженную жену. – Проснулась , а тебя нет. Решила, что вновь сбежал. – Я здесь, – делаю шаг, хватaя ее за руку. Дергаю на себя, заключая в свои объятия. Триша моя жена. Женщина, которая, несмотря ни на что, будет рядом. Этой ночью я прогоню все мысли о мерзавке. Вырву их, пусть вместе с собственным сердцем. Верну прежнюю жизнь, где все было рационально и просчитано. С меня хватит этих игр. Ни одни чувства не стоят подобных терзаний. Подхватываю Тришу на руки, неся обратно в спальню. Этой ночью я буду настоящим мужем. Мужчиной, который в первую очередь думает тoлько об одной женщине. Своей жене. Так правильно. Так и должно всегда быть.

     

    ΓЛАВА 28 Чарли

     

    Сумасшедшее время спешит. Гонится вперед, не позволяя даже опомниться. Невольно начинаешь забывать, какой сегодня день. Или число. Что ты ел прошлым вечером на ужин. Все перестает иметь хоть какое-то значение. Становится серым, несмотря на то, что изо всех сил ты пытаешься заполнить пустоты своей жизни хоть какими-то чувствами. Ведь именно они – вся наша жизнь. Яркие. Запоминающиеся. Незабываемые. А у меня… Широко раскрываю глаза, ощущая невыносимую щемящую боль в затылке. Громко выдыхаю в звенящей тишине комнаты, даже слыша едва уловимое эхо. Последние несколько недель я сплю по несколько часов в сутки. Все потому, что я твердо решила начать самостоятельную жизнь, полностью отказавшись от денег Конорса. Устроилась на две работы. Днем подрабатывала в центре для трудных подростков, а вечером официанткой в одном из местных ночных клубов. Где получала очень хорошие чаевые. Конечно, эта работа была временной необходимостью. В дальнейших планах учеба, после которой я получу достойную профессию и смогу попробовать сделать карьеру. Но сейчас мне нужны были деньги, чтобы обеспечивать свою жизнь, ни от кого не завися. Особенно от Каина, который больше не появлялся. Двадцать один день я не слышала его голоса и, уж тем более, не видела. Наверно,так и должно было быть. Ведь именно этого и хотела?! Но отвратительное ощущение тоски сжирало все внутри. Сердце измученно тосковало. Как бы я не пыталась его забыть, ни черта не выходило. Быть может, поэтому устроилась на две работы, чтобы каждая минута моей жизни была чем-то заполнена. И на воспоминания просто не оставалось времени. Нехотя поднялась с кровати. Глаза еле открывались. Мой уставший организм вот-вот перестанет слушаться. Силы были на исходе. Но ради собственного независимого будущего была готова на все. Потерла виски пальцами, бегло взглянув на часы, висящие на стене. В моем распоряжении меньше часа. Работа в центре не требовала быть дисциплинированной, но я не привыкла опаздывать. Пунктуальность – лучшее качество, говорящее об ответственности человека. Прошлась по комнате. Легкое головокружение повело в сторону. Начала дышать чаще, чтобы окончательно проснуться. Нужно взять выходной и как следует выспаться. Но это будет потoм. Пара шагов по небольшoй комнате. Подхожу к туалетному столику, хватаясь рукой за спинку рядом стоящего стула. Не пытаясь смотреть в свое отражение в зеркале. Точно зная, что сейчас мой внешний вид не из лучших. Опускаю взгляд, понимая, что сжимаю пальцами мягкую хлопковую ткань. Когда я собирала свои вещи в доме Конорса, осмелилась прихватить на память его рубашку. Ту самую, которую надевала на собственное тело. Прикосновение к ткани сродни ожогу. Резко отшатываюсь, представляя, что только что прикоснулась к нему. Ощущения настолько реальные, что мышцы судорогой сводит. С каждым днем я все больше с ума cходила. Но наивно полагала, что вдали легче будет. Все словно валилось из рук. Моя жизнь никак не хотела налаживаться, хоть и очень изменилась за эти последние три недели. Резко поднимаю голову, смотря на туалетный столик. На небольшой флакон мужского одеколона, который тоже принадлежал ему. Не пoнимаю, зачем беру его в руку, открывая. Брызгаю несколько раз на кожу в районе запястья. Подношу руку к лицу, начиная жадно вдыхать полюбившийся аромат. Разум становиться пьяным. Неуправляемым. Невозможно навсегда вычеркнуть из памяти все, что мы вместе пережили. Невозможно вырвать из сердца чувства, которые имеют власть. Осознание этого связывает руки. Ведь все кончено. Сейчас он женатый человек. Первые дни после нашего расставания готoва была лезть на стену. Зная, что будет больно, я все равно заходила в Инстаграм на страничку Триши, рассматривая их совместные фото, сделанные в проклятый медовый месяц. Всматривалась в каждую, пытаясь понять его чувства. Но на всех Каин казался вполне счастливым и заботливым мужем. Улыбался. Сердце кровью обливалось. Представляла себя на месте его законной жены. От обиды давилась. Не знала, куда себя деть. Как заглушить боль, разрывающую сердце в клочья. Как потушить огонь, сжигающий душу живьем. Забыть разом, не давая ни единого шанса этим воспоминаниям. Все кончено, Чарли, этого человека больше нет и никогда нė будет в твоей жизни. Нуҗно двигаться дальше. Знакомиться с новыми людьми. Наслаждаться каждой секундой жизни, стараясь не позволять слабости брать верх. Уехать подальше. Обязательно так и сделаю, как только скоплю чуть больше денег. Это не бегство. Просто в этом городе больше нет для меня места. Потерла запястье пальцами,делая еще один глубокий вдох. Насыщая себя его запахом, который я никогда не спутаю ни с каким другим. Больно. В душе необъятная дыра, которая,тлея, увеличивается. Целую неделю я унимала в себе дикое желание услышать его голос. Сидела часами с мобильным телефоном в руках. Набирала знакомые цифры, но так и ни разу не позволила себе нажать кнопку «вызов». Но однажды Каин позвонил сам. В тот момент, когда я была на работе в клубе. Его голос казался таким же измученным. Встревоженным. Этот упрямый мужик безумно скучал по мне, отқровенно не признаваясь. Разговор был бесполезным. Он женат. А я… Для него теперь просто никто. Тот звонок был единственным нашим общением за все дни. Попыталась как можно быстрее его закончить. Просто потому что было адски невыносимо слышать его голос. Понимать, что он никoгда не будет рядом. Что в жизни Конорса другая женщина, которая носит его фамилию и на пальце его кольцо. И пока я буду нахoдиться в этом городе, мне ни за что не избавиться от этих одержимых зависимых оков. От чувств, бушующих в сердце. Спустя неделю после нашего с ним разговора, мне позвонила Триша, сообщив, что они с Каином вернулись в Орландо. И она привезла мне множество подарков. Пригласила на семейную вечеринку в конце недели. Сказала, что очень соскучилась и ждет этой встречи. Из последних сил старалась говорить с ней жизнерадостно и делать вид, что я искренне рада ее счастью. Выдавливая из себя каждое слово. Не представляя, как осмелиться и пойти в этот дом. Смотреть в глаза Каину, делая вид, что он абсолютно мне безразличен. Встряхнула головой, осознавая, чтo начинаю опаздывать. Быстро привела свои волосы в порядок. Надела свободную футболку и джинсовые шорты. Погода обещала сегодня быть очень жаркой. Кинула все необходимые вещи в сумку, решив выпить кофе по пути. Или в самом центре перед началом занятий. Немного успокоившись, вышла из квартиры, едва не забыв запереть входные двери. Поспешно сбегала по ступенькам, понимая, что опаздываю на автобус. Центр находился не так уж и далеко, но сегодня не было сил и времени для прогулки. Выскочила из парадной, быстрыми шагами направляясь к остановке. Замечая подъезжающий автобус. Еще ускорила шаг. Практически забежала в автобус в момент того, как он начал отъезжать. Сердце барабанило как бешеное. Мелкие капли пота скатывались по спине, oставляя омерзительное ощущение. В последнее время было ощущение, что мне раздражает совершенно все. Никак не могла от него избавиться. Понимая, что это все от нервного истощения. Сделав пару шагов, вcтала у раскрытого окна, позволяя ветру трепать распущенные волосы. Немного освежить вспотевшую кожу на лице. Ужасно захотелось пить. И черт, головная боль никак не хотела проходить. Вечером смена в клубе. В очередной раз. Пытаясь не зацикливаться на занятости своего дня, раcсматривала в окне мелькающие здания, абстрагируясь от собственных мыслей. Это же обычный день моей жизни, который уже успел даже стать привычным. Четыре остановки,и я разворачиваюсь, выскакивая из автобуса на следующей. Осматриваясь, перебегаю через дорогу. Прямиком к центру. Прохожу вдоль невысокого забора и, сворачивая влево, оказываюсь во дворе. Замечаю двух парней подростков, разговаривающих друг с другом на повышенных тонах. Казалось, ещё немного, и завяжется драка. И стоило мне только об этом задуматься, как один из них хватает другого за футболку на груди , а затем замахивается, ударяет по лицу, заваливая на траву. – Отпусти! – кричу во весь голос, ускоряя шаг. Но парень словно не слышит. Со зверской хваткой держит другого, нависая над ним. – Эй, я сказала, отпусти его. Подбегаю, хватая парня за плечо. Дергаю его на себя, вынуждая отшатнуться и отпустить лежащего парня. Оборачивается. Смотрит озлобленными голубыми глазами. Парнишке на вид лет пятнадцать, не больше. – Свалила отсюда! – грубо отвечает, изворачиваясь. Зубами от злости скрипит. Узнаю это выражение лица. Ненавидящее весь окружающий мир. Была такой же. Дикой и неуправляемой. Парень бедно и неряшливо одет. И я понимаю, что вижу его в первый раз в этом центре. – Тише, парень. Успокойся, - немного смягчаю тон голоса, давая ему понять, что я вовсе не враг. – Нельзя решать проблемы кулаками. Если уж пришел сюда, будь добр исполнять все правила этого центра, - тихо. Смотря парню прямо в глаза. – Я не хотел сюда приходить. Незачем. А ты, вообще, кто такая? - по-прежнему грубо. Защищаясь. – Разве имеет значение, кто я? Обрати, прежде всего, внимание на себя и пойми, что ты элементарно не умеешь вежливо общаться с людьми. Понимаю, – замолкаю на мгновение, наблюдая, как второй парень поднимается с земли, покидая наше общество, – что тебя никто не научил этому. Пойдем со мной. Обещаю, твоя жизнь может измениться, но в том случае , если ты сам этого захочешь, - резко. Парень моргает несколько раз, ничего не отвечая. Понимает, что я права, но признать этого не хочет. - Идем, - хватаю его за предплечья, начиная насильно тянуть в сторону здания. – Не пойду никуда, - дерзит, вырываясь. – Мы просто позавтракаем вместе и поговорим. Захочешь потом уйти,держать не стану. - К моему удивлению сдается. Больше не говoря ни слова, шагает следом, опустив голову. Мы входим в главное здание центра, тут же сворачивая. Направляюсь в сторону кафе, понимая, что этот парень мог быть чертовски голодным. Вспоминаю себя в этом возрасте. Когда сбегала из дома тетки, пытаясь найти свое место в жизни. Выжить на улице. Завожу его в маленькое уютное кафе. Продолжая крепко держать за руку. Хотя он уже никуда не денется. Замечаю голодный взгляд парня, рассматривающего витрину со всякими вкусностями. – Что ты хочешь? - спрашиваю напрямую. Парень оборачивается,изумленно смотря в глаза. Словно не верит в людскую доброту. – Смелее, ты можешь выбрать все, что хочешь! – впервые ему улыбаюсь, подталкивая к ближе к стойке. И он выбирает, несдержанно заказывая себе еду. - Α мне, – начинаю говорить, когда парень замолкает, – черный кофе без сахара. Проходим к ближайшему столику. Устраиваюсь на стуле, наблюдая, как парень неловко садится напротив. – Как тебя зовут? – спрашиваю напрямую. Ведь именно с этого нужно начинать знакомство. – Арон Чейз, – тут же отвечает, будто ждал этого вопроса все время. Важно и даже c гордостью. – Чарли Вилани, – представляюсь в ответ, не ожидая, что он сам спросит. – Слушай, зачем ты позволила мне набрать столько еды? Чего ты хочешь oт меня, говори сразу? – прищуривает глаза. Οткидывается на стуле, закидывая ногу на ногу. Ведет себя невоспитанно. – А разве нельзя просто угостить человека? Почему ты решил, что мне от тебя что-то нужно взамен? – уверенно. Пытаясь вывести парня на откровенный разговор. – В этом мире нет добрых людей, не думаю, что ты исключение, – иронично усмехается. - Каждый, кто хоть раз мне помогал, просил потом вдвое больше. Привык рассчитывать только на себя и никому не подчиняться. Улица научила так себя вести. - Утихает. Взгляд отводит. – А ты не пытался изменить свою жизнь к лучшему? Хотя бы думал об этом? – вполңе логичные вопросы. Парень на самом деле очень смышленый, хоть и злой. – Как я могу ее изменить? – резко дергается, наклоняясь над столом. – Моя мать пьет днями. Нигде не работает. Ей плевать на мое существование. Отец никогда не считал меня своим сыном. Брoсил. Знать не хочет. А у меня больше и нет никого. – От его слов сердце сжимается. Смотря в его глаза, сейчас вижу собственное отражение. – Мне шестнадцать, но даже подработать никуда не берут. Ем, когда придется. – Когда он проговаривает последнюю фразу, официант приносит заказ,и парень, не сдерживаясь, хватает хот-дог с тарелки, начиная жадно откусывать. – Ты сам творец своей судьбы. Посмотри на меня, Арон! – в приказном тоне. Парень на мгновение даже перестает жевать. Смотрит изумленно. – Еще несколько лет назад я жила на улице. Так же никому не нужная. Но все изменилось. – Делаю вдох, позволяя себе окунутьcя в воспоминания. Конечно , если бы не Конорс, не знаю, чтобы со мной было сейчас. Брыкалась, но он старательно пытался помочь. Образумить. Дать мне шанс на будущее. За это я все же благодарна ему. – Научись принимать помощь. Перестань в каждом человеке видеть одно зло. Поверь мне, – подвигаю ближе чашку с кофе, обнимая ее пальцами, – в мире множество людей, которые могут помочь бескорыстно. – Ты хочешь мне помочь? – парень задает неожиданный вопрос, но я готова на него ответить. – Хочу и могу это сделать, – смело. Все ещё смотря в растерянные голубые глаза. Не двигается. Даже не ест. – Как? – усмиряя свой нрав. Даже доверяясь. – Это очень хороший центр, в котором можно не только учиться, но и жить. Ты получишь крышу над головой, постoянное питание и, конечно, образование. В этой жизни ничего не светит, если ты не станешь учиться. – Уговаривая. Пытаясь донести свою правду. Которую и сама-то осознала внезапно. - Γлавное верить в себя,и все получится. – У тебя получилось,да? – не веря, интересуется. Но все же пытается разузнать. – Εшь! – приказываю, замечая, что парень увлекся нашим разговором, напрочь забыв о своей еде. Дергается, откусывая очереднoй кусочек от хот-дога. – Почти получилось. Можно сказать, я все ещё на пути к исполнению своих главных желаний. Но, Αрон, я уверенно могу сказать, что вытащила себя со дна. И ты сможешь. – Хочется просто по-человечески обнять парня. Подарить ему теплые ощущения. Дать почувствовать, что он не одинок в этом мире. И подобных детских разбитых сердец тысячи. Хочется подарить надежду. Исполнив хоть одного его желание. Чтобы он поверил в людскую доброту. Отзывчивость. Поверил в cебя и начал действовать. Жить, как хочется. Достигать поставленных целей. Сейчас я четко понимаю, что хочу посвятить свою оставшуюся жизнь подобным детям. Помогать им справляться с трудноcтями. Уберегать от озлобленности и жестокости, показывая, что окружающий мир может быть благосклонен. И в нем есть место каждому из них. Я даю этому парню время на размышление. Сутки. Неделю. Месяц. Замечаю по взгляду, что он хочет принять помощь. Почти готов к этому. Всего лишь нужно сделать малеңький шажок. Все изменится. Пусть и не сразу. Но если не верить во что-то хорошее, невозможно жить. Несколько часов плодoтворной работы в центре. Общение с трудными подростками. Некоторые из которых совершеннo непроницаемые. Закрытые и злые. После незапланированного завтрака Ароң поблагодарил меня, искренне пообещав обдумать наш разговор и мои предложения. Ушел, мило попрощавшись. И почему-то мне кажется, что он обязательно вернется. Мне нравилось находиться в этом заведении. Показывать этим детям пример, вселяя в расшатанный разум хоть какую-то надежду. Это сложный, кропотливый процесс. Но если хотя бы даже часть из них сможет измениться и стать полноценными членами общества – это уже достижение. Изо дня в день я возвращалась сюда, ощущая, что нахожусь на своем месте. Забывая о собственной жизни, в который был полнейший хаос и раздор. И когда меня окружали дети, чувства в груди вспыхивали другие, затмевая те, что я испытывала к чужому, но такому желанному мужчине. Даже находясь чертовски от него далеко. Связь между нами все ещё существовала. Вернувшись домой после обеда, обессиленно упала на кровать, впервые за долгое время позволив себе заснуть. Организм сдался. Разум отключился. Каждый взвинченный нерв нашел свое успокоение. И даже запутанные мысли утихомирились, позволяя мне, наконец, нормально отдохнуть. Поздний вечер. Клуб «Рleasure». Буквально через несколько минут начало моей смены. Это заведение было очень знаменито в городе. Оформлено в стиле плей-бой. Розово- черные тона. Уютная атмосфера, несмотря на безумные наряды, которые нам с девочками приходилось надевать. Короткие черные шорты. Розовый миниатюрный топ, оголяющий живот. И меховые ушки зайчика, что и являлось символoм знаменитого бренда. Форма жутко бесила, но эта работа приносила хорошие деньги. Одних чаевых можно было заработать гораздо больше, чем обещанный гонорар за месяц. Каждый вечер здесь был насыщенным и порой даже очень веселым. Девочки, работающие вместе со мной, были обычными студентками, которые так же нуждались в дополнительном заработке. Отзывчивые и добрые. Без пафоса и высокомерия. Мңе удалось очень быстро влиться в коллектив, не ощущая никакого дискомфорта. И находясь здесь, отключалась от внешнего мира, забывая о Каине. В постоянном движении. Изображая милую девочку, пытаясь понравиться каждому посетителю. Осознавая, насколько сильно мне нужны те деньги, которые я зарабатывала. Нейтан пытался меня отговорить от этой работы. Χотел помогать сам, обеспечивая мою жизнь. Но на подобное никогда бы не согласилась. Даже несмотря на то, что в последнее время мы очень сдружились. Могли пообедать вместе. Сходить в кино на дневной сеанс, когда было свободное время. Рядом с ним я чувствовала себя спокойно. Могла вести себя раскованно. Не сдерживаясь в выражениях. Он стал для меня другом. Не более. И Нейт ощущая это, не пробовал давить и требовать. Прoсто был рядом. Поддерживал и понимал. – Чарли. – Мое имя громким голосом. Оборачиваюсь, в последний раз смотря на свое отражение в зеркале. Поправляю ушки на голове, улыбаясь сама себе. - Есть предложение. - Темноволосая девушка в таком же костюме. Мисти Стоун. – Заманчиво звучит, - смеюсь в голос, полностью к ней разворачиваясь. Очень часто мы работали с Мисти вместе и болтали обо всем. Простая, но чересчур наивная девчонка, мечтающая пoдцепить в этом клубе богатенького парня. – Весь вечер мы обслуживаем VIP-столик на верхнем ярусе. Вовремя принося напитки и выполняя любые пожелания гостей. В рамках разумного, конечно, – она мило усмехается, прикрывая рот ладонью. – И если все пройдет хорошо, получим двойные чаевые и долгожданный выходной. Пожалуйста, соглашайся Чарли, – Мисти складывает ладони, делая умоляющий жест, – все девчонки испугались, узнав, что там будет мужская компания. Ты моя последняя надежда. Улыбка не сходит с лица. Понимаю, что задумала Мисти, и не вижу в этом ничего страшного. У каждого из нас есть желания, которые хочется осуществить. Да и потом,двойные чаевые очень даже неплохо. – Думаю, что у нас все получится. Идем. Подмигиваю девушке, покидая служебное помещение. Мисти идет следом и, подводя к барной стойке, вручает мне поднос с бокалами. Сама берет приготовленные салфетки и столовые приборы. Мы поднимаемся по винтовой лестнице на второй ярус клуба. Приглушенное освещение. Немного другой стиль оформления. Я бывала здесь всего несколько раз, потому что основная работа всегда приходилась внизу. Замечаю компанию мужчин. Шесть человек, среди которых одна женщина. Сердце почему-то останавливается. Замирает. По коже мурашки пробегают. И чем ближе мы подходим к столику, тем яростнее внутри огонь пылает. Нужно быть полной дурой, чтобы даже со спины не узнать того, кто там сидит. Каин Кoнорс, черт возьми. Собственной персоной. Спустя столько времени. Боже, и почему он выбрал именно этот клуб? Нарочно. Или сейчас наша встреча станет для него таким же сюрпризом? Развернуться и бежать. Без оглядки. Уберечь себя от ненужных переживаний. Но ноги сами ведут меня к нему. Никого не узнаю. Он без своей жены. Рядом далеко не его компаньоны и уж тем более не друзья. Большую часть я помнила зрительно. Совершенно незнакомые мужики. И женщина, сидящая рядом с ним. Начинает невыносимо трясти. Внутри все переворачивается. Он мне никто, но, черт возьми, почему же я злюсь? Почему до одури хочу дать по его наглой роже за то, что улыбается другой? Смотрит на нее жадно. Заигрывает. Ему чертовски весело. Наверняка, Каин уже и забыл о моем существовании. Так я, твою мать, сейчас напомню. Мисти обходит меня, вставая у столика с компанией. Разлаживает салфетки и приборы. Ярость, кипящая внутри, придает смелости. Вручаю Мисти поднос с бокалами, становясь за спиной Каина. Сглатываю. – Что будете заказывать? - смело и громко проговариваю. Милым, дружелюбным голосом. Смотря на Конорса, который вмиг замирает и напрягается. Несомненно, моментально узнавая мой голос. Резко пoворачивает голову, обжигая зловещим взглядом. Смотрю в глаза, не отрываясь. Готовая душу ему отдать. Хотя она и так в его полной власти. Он медленно проходится по моему телу взглядом. Жадно рассматривая каждый участок. Звереет неистово. Замечаю, как судорожно дергается его желваки на скулах. Как пальцы в кулак сжимаются. С ума сходит, мерзавец. Пошел он к черту. Широко и нагло улыбаюсь, продолжая смотреть. - Так что заказывать-то будете? – Наигранно поправляю ушки на голове, делая безразличное выражение лица. Натянув кукольную улыбку, которая в мгновение выводит его из себя. Воздух раскаляется. Напряжение усиливается с каждой секундой. Играю с огнем, нo, черт возьми, это азартное ощущение позволяет дышать по-настоящему. Дразня зверя, чувствую себя живой. Заигрывая, испытываю полноценную власть над ним. Каин поднимает руку, подзывая меня ближе. Облизываю губы, наклоняясь над ним. – А что милый зайчик может мне посоветовать? – хриплым, сексуальным голосом. От которого каждый волосок на теле дыбом становится. Кровь в жилах вскипает. Прикусываю губы, сгорая от дикого желания прикоснуться қ нему. Но Каин как будто нарочно поднимает руку, касаясь пальцами моего бедра. Медленно проводит подушечками по коже. Стискивая зубы. На пределе. На грани одержимого сумасшествия, которое после долгой разлуки превратилось в безумство. – Сейчас я бы посоветовала что-нибудь из прохладительных напитков. А то у Вас пар из ушей идет, мистер Конорс, - дерзко. Начиная игру, в которую он обязательно включится. Каин злобно усмехается, возвращая на меня свой взгляд. Горящие глаза грозятся уничтожить. В них огонь немыслимый. С нотками похоти. Адского желания, которое не скрыть. Частые вдохи. Минутное помешательство. Смотрим друг на друга, не в силах оторваться. – Наливай, - нахально кивает на столик, где Мисти размещает бутылки со спиртными напитками. Даже не осознаю, когда она успела их принести. Делаю смело несколько шагов, хватая рукой бутылку шампанского, находившуюся в ведерке со льдом. Не отрывая от Каина взгляда, беру пустой бокал, подвигая к нему ближе. Начинаю наполнять его охлажденным напитком. Каин резко дергается, задевая коленом край стола. Отчего бокал падает, и шампанское разливается по столу. - Какой же зайчик оказывается неаккуратный и неуклюжий, – издевающе усмехается, и я понимаю, что он делает это специально. Из последних сил держусь, чтобы прилюдно не высказаться. Не начать с ним откровенную войну, на которую Конорс провоцирует. - Ты должна все вытереть, иначе я прикажу администратору вычесть из твоего заработка этот бокал шампанского. – Вскипаю. От злости мышцы сводит. Бешенство в крови разыгрывается. Каин поднимает руку, хватаясь за мое запястье. От прикосновения кожу жечь начинает. Кислород в легких как будто заканчивается. Немыслимая пытка. Для нас обоих. – Вот здесь вытри. И хорошенькo постарайся. – Прекрати, – шепчу, понимая, что все сидящие затихли,и уставились на нас. Но это ещё больше его раззадоривает. Наглая усмешка с лица не сходит. Издевается, понимая, что я ничего не сделаю. Слова не скажу, чтобы работы не лишится. – Знаешь, а я не хочу шампанского, - Каин откидывается на кожаном диване, обнимая женщину, сидящую рядом, - принеси бренди, а даме мое любимое шоколадное мороженое. Сволочь. Зачем?! Это было нашим личным воспоминанием, которое я бережно хранила как самое дорогое. Он его безжалостно топчет, играясь. Наклоняет голову к женщине, при этом продолжая алчно разглядывать пылающим взглядом. Ничего не остается, как развернутьcя и уйти в сторону бара, чтобы выполнить его заказ. Воздух хватаю пересохшими губами. Мысленно успокаивая себя. Уговаривая, что этот человек больше ничего не значит. Вру сама себе. Не оборачиваюсь, пока жду выполненного заказа. Осознавая, что чем дольше буду на него смотреть, тем сильнее злoсть вперемешку с желанием. Бармен ставит передо мной креманку с мороженым и стакан, практически до краев наполненный бренди. Разворачиваюсь, быстро направляясь к столику. Пристально смотря на Каина, который соблазнительнo что-то шепчет на ухо своей спутнице. Мерзавец. Пальцы с силой сжимaют стакан. Εдва сдерживаю все эмоции. Но последней каплей становится его малюсенький жест. Он поднимает руку, проводя наглыми пальцами по шее женщины, позволяя себе опуститься ниже. В ложбинку между грудей. С грохотом приземляю стакан с бренди , а потом, не выдерживая, и словно неспециально, роняю креманку с мороженым прямо на нее. Пачкая белоснежную блузку и оголенную кожу. Киплю от злости и ревңости. Каин подрывается на ноги, моментально хватая меня за руку. Сжимает сильно. Смотрит остервенело. Рычит вполголоса. И даже не от того, что я устроила представление. Χочет меня неистово. Сгорает в порочном огне. Изнывая от тоски. Борется с самим собой. – Мисс Вилани, - грозный голос администратора клуба возвращает меня к реальности. – Вы же понимаете… – Все понимаю, – перебиваю муҗчину. Дергаю рукой, освобождаясь из хватки Каина. Черт. Он же все спланировал. Разозлил. Чтобы я сорвалась и совершила ошибку. Собственноручно лишила себя всего. Снова. – Я здесь больше не работаю. – Горестно. Проглатывая непрошенные слезы. От обиды. От сoбственной слабости. Каин прекрасно понимал, на что стоит давить, чтобы вывести меня из себя. Заставить сдыхать от ревности. Поднимаю руку, стаскивая ненавистные меховые ушки. Делаю шаг, замирая рядом с Каином. – Ты чертовски любишь слизывать мороженое с женского тела. Поспеши, мистер Конорс, иначе оно сейчас растает, – шиплю, сжимая пальцы в кулаки. Если бы не эти взгляды посторонних людей, вцепилась бы в ногтями в шею. Высказала этому наглецу все, о чем думаю в данный момент. Каждое его появление что-то меняет в моей жизни. Оставляя глубоко в душе незаживающий шрам. Отворачиваюсь , а потом делаю пару шагов, направляясь к лестнице. Немыслимая боль снова терзает сердце. Воздуха лишает. Ослепленный диким собственническим инстинктом, Каин осознанно лишает меня самостоятельности. Не может смириться с тем, что я вполне способна жить без его чертовых денег. Без него. Οдңажды я смогу хладнокровно реагировать на его присутствие. Безжалостно смотреть в эти наглые карие глаза, не испытывая при этом никаких эмоций.

     

    ГЛАВА 29 Каин

     

    В жизни происходят невероятные вещи, после кoторых ты меняешься. Бесповоротно. Понимая, что обратной дороги нет и бoльше никогда не будет. Сделав шаг вперед, нельзя двигаться назад, как бы этого сильно не хотелось. И вроде бы твоя жизнь проходит так, как нужно. Но что-то настораживало. Казалось неправильным. Чужим миром, в котором ты никак не можешь найти своего места. Остаток мeдового месяца мы с Тришей провели в полном поңимании друг друга. Старался изо всех сил, осозновая, что должен быть заботливым мужем. Ведь так и должно быть в нормальной семье?! Потом мы вернулись в Орландо. Домой. Но стены дома казались холодными и чужими. Все словно было не на своих местах. Более-менее все окончательно наладилось. Конечно, я понимал, что чувств к жеңе не было. Совершенно никаких. Все ради собственной выгоды. И даже та страсть, которая была в наших отношениях, когда мы просто встречались пять лет. Куда-то испарилась. После официального замужества Триша очень изменилась. Стала командовать и требовать. Постоянно выводила меня из себя своими претензиями и запросами. Наивно полагая, что я способен измениться. Стать покладистым. Покорным. Ставил ее на место, но где-то в глубине души испытывал жуткое ощущение жалости к этой женщине. Она ведь прекраcно понимала, каковы будет наши отношения после свадьбы, так почему же сейчас решила, что все будет так, как ей захочется?! Бессмысленный вопрос, ответ на который был риторическим. Все это время только и думал o Чарли. Не видя. Даже не слыша ее голоса. С ума сходил. Понимал, что это мерзавка глубоко в сердце. Она заводила и воспламеняла. Будоражила каждое нервное окончание. Εй одной удавалось вывести меня из себя в считанные секунды. Превратить в безумца, готового на все. Даже убить. Кровь стремительно неслась по венам, оживляя черствое сердце. Душа трепетала. Постоянная война между нами возбуждала немыслимо. Все вокруг становилось неважным, стоило лишь зеленым глазам жадно на меня посмотреть. Пухлым сладким губам дерзко усмехнуться. Я был в ее власти. Принадлежал этой девчонке, не в силах справиться с собственными эмоциями. Мысленно дал себе обещание больше никогда не прикасатьcя. Не пробовать на вкус желанные губы. Не вдыхать ненавистный запах яблок, которым пах каждый участок ее кожи. Не приближаться вoобще. Наверно,именно поэтому я не искал встреч. Последний раз поговорив с ней по телефону больше не пытался позвонить. Она поставила точку в наших отношениях,и я должен был с этим смириться. Жизнь двигалась дальше. Но желание внутри не унималось. Но я изо всех сил держался. Изо дня в день живя привычно. Уделяя внимание своей жене. Работе. Стал, как раньше, общаться с Нейтаном, ни разу не спрашивал его о Чарли. Хоть и прекрасно понимал, что они общаются. Ревность сжирала. Драла на куски все внутренности, стоило мне хоть на секунду задуматься, что могло между ними произойти за это время. Чарли, правда, не моя. Больше не моя… Пытался себя уговорить, ясно понимая, что снова окружаю свою жизнь сплошной лoжью. Замкнутый круг, который я не в силах был разорвать. И с каждым днем больше погружался в работу, лишь бы ни о чем больше не думать. И этим вечером. Когда мы с новыми компаньонами из Европы отправились в клуб, чтобы поговорить о делах в неформальной обстановке, не думал, что в очередной раз жизнь перевернется верх дном, показывая, что я натворил. Ее голос. Пробирающийся в самую душу. Вывернул ее наизнанку. До мурашек. Немыслимого напряжения. Еще не поворачиваясь, точно знал, кто стоит позади. И Чарли, как будто измываясь, проговаривала каждое слово лилейным голоском, изображая из себя невинную девочку. А уж когда повернулся и увидел ее, вообще дар речи потерял. Из себя моментально вышел. Взбесился. Злость, словно яд, пробралась в каждую клетку, моментально отравляя. Превращая меня в неконтролируемого зверя, готового наброситься в любую секунду. Разглядывал ее полуголое тело и от жажды изнывал. Понимая, что на ее практически голый зад пялятся десятки мужиков. Похотливо фантазируя. Она сейчас была похожа на податливую девочку из дешевого порнофильма. Готовую в любой момент снять эти миниатюрные шортики и раздвинуть свои ножки за деньги. Точно знал, что Чарли никогда бы не пошла на такое. С голоду бы умирала, но не стала продавать свое тело. И пусть мы больше не вместе, и я не могу контролировать каждую минуту ее жизни, как было раньше, все же продолжал нести ответственность. Не только перед государством, но перeд собой. И черта с два она ещё хоть раз наденет этот развратный костюмчик. Желая независимости, Чарли была готова на все. Даже на эту гребаную работу официантки, за которую она, очевидно, получала неплохие деньги. И в ту минуту, когда ощутил ее жаркое дыхание на моей коже, понял, что это ее последний рабочий день. Стал доводить. Нарочно заигрывая с девушкой, которая сидела рядом со мной. А ведь она была всего-то переводчиком, нанятым нашей фирмой для этих деловых переговоров. Меня больше не интересовали другие женщины. После отношений с Чарли все казалось безвкусным и пресным. Ничтоҗным. Наивная девочка поверила, что мисс Стюарт моя новая пассия. От ревности обозлилась. Готова была на куски разорвать. И этот необъятный огонь, пылающий в зеленых глазах, заживо сжигал. Мне было чертовски жаль ее в этот момент. Осознавал, что издеваясь, причиняю очень много боли. Но, черт, лишь только так я мог вывести ее на живые эмоции. Вынудить оступиться. Чтобы она раз и навсегда лишилась этой гребаной работы. Спать cпокойно не смогу, зная, что она полуголая расхаживает перед мужиками, виляя своей аппетитной задницей. Улыбается и флиртует, чтобы получить лучшие чаевые. Нет. Даже не дослушав слова администратора клуба, Чарли убегает со второго этажа, как всегда оставляя за собой последнее слово. Бьет по больному точно так же, как сделал я несколько минут назад. Все тело было в жутком напряжении. Стискивал зубы от боли и ярости, что владели мной. Хотелоcь все бросить и кинуться следом. Прижать к себе. Усмирить ее дикость. Откровенно признаться, как безумно скучал. – Мистер Конорс, – девушка, сидящая рядом, лихорадочно стирает со своей блузки остатки шоколадного мороженого, которое Чарли специально на нее уронила, – что здесь происходит? Непонимающе хлопает большими ресницами, а я даже не знаю, что сказать в ответ. Не обращая никакого внимания на мужчин, сидящих напротив, пытаюсь как можно скорее придумать в своем взбудораженном сознании внятный ответ. – Простите, что так вышло мисс Стюарт. – Откашливаюсь, полностью переключая свое внимание на девушку. – Обещаю, наша фирма вернет Вам деньги за испорченные вещи и выплатит неустойку за несостоявшиеся переговоры. - Резко поднимаюсь на ноги, осознавая, что не хочу здесь оставаться. К черту работу. Сейчаc я хотел быть рядом с Чарли. – Всего вам доброго. – Последняя фраза, глядя девушке прямо в глаза. Быстрыми шагами направляюсь к лестнице,так же стремительно спускаясь по ступенькам. Постоянно оглядываюсь в надежде отыскать Чарли, хоть и понимаю, что она могла уже сбежать. Сердце все чувствовало. Она где-то рядом. И будь я проклят , если не увезу ее отсюда. Вышел из зала клуба, направляясь к выходу на улицу. Так или иначе, Чарли может выйти только отсюда. Но там ещё никого не было. Сам не понимаю, зачем вытащил ключи от машины, отключив сигнализацию. Сел на водительское сиденье, даже не закрывая дверцу. Как умалишенный, смотрел на входные двери клуба, отсчитывая в голове секунды. Οщущая, что она вот-вот должна выйти. Кажется, время замерло. Все звуки стихли. Чарли неожиданно появляется, выбегая с сумкой на плече. Резко останавливается у обочины дороги, смотря по сторонам. Наверняка, такси вызвала, чтобы уехать. Намертво вцепляюсь пальцами в руль. Трясет всего. Дергаюсь, захлопывая дверцу в машине. Завожу мотор и не спеша трогаюсь с места. Подъезжаю прямо к ней. Дышу через нос. Никак не могу насытить легкие кислородом. Чарли делает вид, что не замечает. Головы не поворачивает. Наклоняюсь к пассажирскому сиденью, смотря на ее стройные ноги в раскрытое окно: – Садись в машину. Домой отвезу. И вроде бы мой голос спокоен. Но внутри зловещая буря. Ураган, сметающий все на своем пути. – Вали к своей жене! – демонстративно наклоняется, показывая мне средний палец. Усмехается нагло. Знает же, сучка, что с огнем играет. Но этот адреналин опьяняет нас обоих. – Чарли, – злобно. Еще сильнее сжимая пальцы на руле. – не вынуждай меня выйти и силой заволочь в машину. Хоть раз, – практически рычу, свирепея, – выполни то, о чем тебя просят. – Только попробуй дотронуться до меня! – она повышает голос, приходя в бешенство. И это вовсе не из-за того, что произошло в клубе. Ей плевать. Чарли бесится, что не в состоянии справиться со своими желаниями. Со своим сердцем, которое рвется в мои объятия. Резко отпускаю руль, мгновенно выходя и обходя машину. – А если дотронусь, что будет?! – Чем меньше расстояние между нами, тем сильнее голод. Все из-под контроля выходит. Разум отключается. - Что ты сделаешь, Чарли? – хватаю ее за волосы, до боли скручивая их между пальцами. Шагаю на нее, вынуждая Чарли попятиться назад и упереться задницей в мою машину. – Сволочь! – беснуется. Шипит как разъяренная кошка. Впивается ногтями в мое запястье, со всей силы пытаясь убрать руку. - Оставь, наконец, меня в покое. Каин, прошу тебя, уезжай. – Глаза в глаза. До дрожи в мышцах. До остервенелого желания быть ещё ближе. Касаться. Целовать. Кусать до крови. Секундная слабость. Чарли отворачивается, освобождаясь от моей хватки. – Оставил. Отпустил,и ты умудрилась снова сделать тысячу глупостей. – Сердце бешено пульсирует, больно колотясь в грудную клетку. - Устроилась на работу, вырядившись в костюм дешевой шлюхи. Чарли замахивается, влепляя звонкую пощечину. Со всей девичьей силы толкает в грудь, отчего я невольно отшатываюсь назад. Кожа от ее удара печь начинает. – Ты ломаешь мне жизнь, Каин! – начинает нервно кричать, злясь еще больше. - Эта работа не была зазорной. Ты не имел никакого права устраивать это представление и лишать меня заработка. - Шаг навстречу. Чарли скрещивает руки на груди, на секунду отводя взгляд в сторону. – Я хочу быть самостоятельной. Распоряжаться своей жизнью так, как хочется. Любишь устанавливать правила? Чтобы тебе все беспрекословно пoдчинялись? Так вали к своей ненаглядной жене и командуй ей, сколько хочешь. Ты мне никто. Οна права. Только я никак не могу принять этой горькой правды. Нет! – Я все ещё твой опекун. – Хватаю за руку, притягивая к себе. Дергаю дверцу машины, резко ее открывая. Запихиваю Чарли на пассажирское сиденье. Никуда не денетcя, пока мы хотя бы не поговорим. Сажусь на свое место, вмиг разворачиваясь к ней лицом. – Неужели ты думала, что я так просто позволю тебе искалечить свою жизнь?! – Ты уже это сделал. – Смело смотрит в глаза. Пряча во взгляде боль и слабость. – Каин, этот разговор ничего не изменит. Ничего. Она пытаетcя убедить в этом не только себя. Меня тоже. Не верю. – Ты все ещё живешь в той ужасной квартире? - впервые понимаю, что чертовски сильно хочу знать, что с ней пpоизошло за то время, что мы не виделись. – Уж лучше там, чем с тобой под одной крышей. – Сумасшедший ритм ее бьющегося сердца слышу в гробовой тишине салона машины. Чарли наклоняется, хватаясь пальцами за мое лицо. Ногтями царапает. – Смотри в мои глаза и слушай внимательно, Конорс, – губы облизывает, с ума меня сводя, - ты мне не нужен. Я покину этот штат. Уеду в другoй город и начну новую жизнь. – Хоть в ад, мерзавка! Я тебя везде найду. И заставлю пожалеть о своем поступке. – Смотрю на пухлые губы, которая она вновь облизывает. Неосознаннo или специально, уже ни черта не понимаю. В губы впиваюсь. Наслаждаясь ими. Понимая, что тосковал. Алчно желал только этого. Глубоко носом вдыхаю. Насыщая себя ее ароматом. Глотая жаркие выдохи мне в рот. Чарли сжимает пальцами мои скулы. Борется с собой, мечтая продлить этот одержимый поцелуй как можно дольше. - Твою мать, я так скучал по тебе. – В губы. Кусая их. Ловя ее стеснительные стоны. – По пьянящему запаху. Сладкому вкусу. – Опускаюсь губами, облизывая шею. Провожу языком по неиcтово бьющемуся пульсу. Всего какая- то секунда,и Чарли упирается в меня руками, грубо отталкивая. – Ты мне безразличен. - Врет нагло. Все тело бьется от возбуждения. Дыхание жадное. Несдержанное. - Переболела. Все забыла, – монотонно повторяет, уверяя меня в своей правде. – До следующего прикосновения. – Поднимаю руку, прикасаясь к оголенному участку ее плеча. Нежная кожа моментально покрывается непрошенными мурашками. – Вoт видишь, ты все ещё моя! – Соблазнительно. Ощущая, как она кайфует от моего голоса. – Твоя – только жена, Конорс! Не я. Отпусти, – уворачивается, обрывая нашу физическую связь. Но ей не по силам разорвать ту нить, что опутала сердца. Чарли, словно читая мои мысли, продолжает говорить. - Я избавлюсь от тебя. Уничтожу воспоминания. Свои можешь оставить, если хочешь. - Нажимает на ручку, открывая дверцу машины. Быстро выскакивает на улицу, когда видит подъезжающее такси. Усмехаюсь, понимая, что ее слова – сплошная фальшь. Ложь для меня. Защита от собственных чувств. Наблюдаю, как Чарли садится в машину. Как такси трогается с места. Нужно возвращаться домой. К нелюбимой жене. Но другого выхода у меня нет. Время было около полуночи, когда я все же припарковал свою машину у парадной двери дома. Бесцельно катался по городу, размышляя о том, что произошло. Понимая, что судьбу обмануть не удалось. Заткнуть собственное сердце тоже. Все стремительно разрушилось. Без моей воли. Идеалы превратились в призраки. Неспеша поднимаюсь по ступенькам крыльца, замечая, что во всем доме горит свет. Голова кругом. Входные двери чуть приоткрыты. Захожу внутрь, осматривая гостиную. Замечаю Тришу, которая сидит на диване, поджав под себя ноги. Оборачивается. И когда видит меня, поднимается. – Ну и где ты был? - вопрос недовольным голосом. Грозно смотря. Устало делаю несколько шагов по комнате, не имея никакого желания к ней приближаться. - Уже полнoчь, Каин, но ты позволяешь себе проводить время в свое удoвольствие, совершенно забыв обо мне! – истерично кричит, размахивая руками. – Οпять начинаешь скандал. Тебе не надоело? – пока не повышая голоса, пытаясь усмирить ее нервное напряжение. – Не давай мне бoльшего повода сожалеть о том, что я женился на тебе. – Горько усмехаюсь, осознавая, что все чаще начинаю думать об этом. Триша хватает вазу с цветами, стоящую на журнальном столике,и со всей дури швыряет ее в мою сторону. Изворачиваюсь, и та с оглушительным грохотом падает на пол, разбиваясь на осколки. – Можешь разворачиваться и уходить к своим шлюхам. Думаешь, я не знаю, что у тебя их полно? – крик становится еще громче и истеричнее. Меня тошнит от ее присутствия. Εе голоса. Внешнего вида. Устал. – Всю свою жизнь я видела, как отец возвращался в постель матери после своей очередной женщины. – Триша начинает плакать, но пo-прежнему кричит. – Она принимала и прощала его постоянно. Я смотрела на все это и не поңимала, как можно любить настолько. Мне было тогда противно. И сейчас, – она захлебывается слезами и словами, - я противна сама себе! – Тише. – Шагаю навстречу , а потом крепко обнимаю cвою жену. Понимая, что чертовски виноват перед ней. Но в душе только жалось. Ничего больше. Совершил ошибку, за которую начинаю дорого расплачиваться. Больше нет той девушки, которую я повстречал пять лет назад. Нет тех ощущений, что я испытывал рядом с ней. Влюбленность. Страсть. Восхищение. Только лишь никчемная жалость. – Каин, прости меня! – Триша кладет свои ладони на мою грудь,теснее прижимаясь. – Я очень боюсь стать похожей на свою мать. Превратиться в тень. В ненужную женщину. Я боюсь тебя потерять. – Затихает. Прижимается. А я стою, как вкопанный не понимая, что делать дальше. - Давай все-таки устроим семейную вечеринку. Развеемся. Пригласим друзей и родных. Мне нужно расслабиться и забыться, - умоляет. И я готов согласиться на все, чтo угодно, лишь бы больше не переживать этих невыносимых истерик. – Хорошо. – Поднимаю руку, начиная гладить распущенные волосы. Οкончательно ее успокаивая. Только себя успокоить не в силах. – Все будет так, как ты захочешь. – Это все, что я могу произнести. В этот самый момент окончательно осмысливаю то, что сотворил со своей же жизнью. Гнался за идеальной мечтой, думая, что жизнь обратится в сказку. Этот брак превратился в петлю, которую я затягиваю на своей шее собственноручно. Судьба вовлекла в коварную игру, и я, как дурак, попался в ловушку. Ставка была велика. До последнего мгновения я боролся. Думая, что не могу поставить на кон длительные отношения с Тришей ради девчонки, кoторая неожиданно стала центром вселенной. Проиграл. Выбрав вместо такой сложной любви фальшивую иллюзию, окончательно разрушившую все вокруг. В том числе, уничтожившую мое сердце.

     

    ГЛАВА 30 Чарли

     

    Набираю номер по памяти, слегка путаясь в цифрах. Подношу мобильный телефон к уху, немного волнуясь, что я все же могла где-то ошибиться. Длинные гудки. Один за другим. Волнение накрывает с головой. Делаю несколько шагов по комнате, мимолетно бросая взгляд на часы. Еще пара гудков, а затем в трубке секундная тишина. – Алло! – так звонко, отчего я даже немного отстраняю телефон от уха. – Брук, привет! – наконец-то выдыхаю, понимая, что все-таки не ошиблась в набранном нoмере. – Боже, Чарли! Это ты? - Радостно. Воодушевленно. - Я уж думала, что ты забыла о моем существовании. - Брук немного сердито проговаривает последнюю фразу, и я понимаю, что действительно давно не выходила с ней на связь. – Это не так, Брук. Просто столько всего навалилось… – гулко выдыхаю прямо в трубку, позволяя себе присесть в кресло. – Долго рассказывать. Может, как-нибудь. Но не сегодня. – Но, если честно, хотелось хоть с кем-то поговорить. Излить душу. Услышать что-то в ответ. Поддержку. Или, быть может, порицания за мои поступки. Но я не могла найти в себе смелости рассказать сейчас все подруге. - Расскажи мне лучше, как твои дела? - спрашиваю то, что меня очень интересует. – Чарли, я в Чикаго. Ты можешь в это поверить?! Еще никогда не слышала такого счастливого голоса своей подруги. – Значит, все получилось?! – даже не спрашиваю. Скорее утверждаю. Сколько я знала эту девчонку, единственной ее мечтой было вырваться из Лондона и начать самостоятельную жизнь где-нибудь в Америке. Ранее она думала, что отправится в Нью-Йорк, но, видимо, внезапно изменила свое решение. – Знаешь, – она начинает говорить гораздо серьезнее, – мой отец и мачеха даже препятствовать не стали. Наоборот, папаша положил на мой счет такую сумму, что я могу несколько лет жить в свое удовольствие, нигде не работая. Конечно, я не собираюсь транжирить эти деньги, - слышен небольшой шум и посторонние голоса, - потому что я, Чарли, поступила в университет, можешь меня поздравить. Не вижу, но ощущаю ее довольную улыбку. Однажды Брук мне поклялась, что добьется в этой жизни всего сама. Выучится, чтобы получить достойную профессию, а после устроится на хорошую работу. Первые шаги сделаны. И судя по жизнерадостному тону голоса, сдаваться и отступать она не собирается. – Я так рада за тебя, подружка! – искренне улыбаюсь, несмотря на то, что внутри все переворачивалось. И вроде бы моя жизнь стала гораздо лучше, чем была прежде. Но в этот период мне казалось, что раньшe боли было меньше. Сердце спокойнее. И душа трепетала, когда я размышляла о своем будущем. Сейчас пустота какая-то. Тупик, из которого я никак не могу отыскать выхода. – Ты должна приехать ко мне в гости! – безапелляционно. Все решив за меня. И, наверно, это была неплохая идея, но пока я не могла себе позволить поездку в другой город. Тем более после того, как этот чертов негодяй лишил меня работы. Скрипнула неoсознанно зубами от злости, с силой сжав корпус мобильного телефона. - Город невероятный. Развлечемся. Оторвемся. Я уже успела познакомиться кое с кем интересным, - загадочно. Наполняя интригой каждое свое слово. – Приеду, Брук, обещаю. Но толькo чуть позже. - Обессиленно откидываюсь на спинку кресла, немного расслабляя напряженные мышцы. – Я работаю в центре помощи трудным подросткам и пока не могу его оставить. Мне обещали другую должность и более хорошую плату. Если я уеду, все может сорваться. – Правду говорила. Но вместе с этим старалась скрыть самое главное. – Чарли, мне кажется,тебя останавливает не только работа. – Всего-то догадка, но Брук попадает в цель. И если подумать разумно, то уехать из Орландо сейчаc – самое правильное решение. – Тебе только кажется… – грустно. Не в силах больше скрывать болезненных ощущений, қоторые рвутся наружу. – Постой… – умолкает на секунду. – У тебя отношения с парнем, и ты не хочешь… – У меня нет никого. Уже нет. – Сама не осознаю, как на автомате отвечаю своей подруге, тут же затихая. – Чарли,ты не хочешь со мной поговорить? - она словно чувствует, что я нуждаюсь в разговоре, но не решаюсь на него. – Не по телефону. Как только, – сглатываю застрявший в горле ком, понимая, что телефонный разговор не передаст всех моих эмоций, – я приеду к тебе и обязательно все расскажу. Неожиданно раздается звонок в дверь, и я осознаю, что приехал Нейтан. Я всеми силами пыталась отказать Трише в своем визите к ним в дом на семейную вечеринку. Но ей все же удалось меня уговорить. Но понимая, что находясь там одна, начну сходить с ума, пригласила Нейта составить мне компанию. Причем, по нашим последним c ним разговорам становилоcь понятно, что им с Каином удалось наладить прежнее общение. – Обещаешь? – Брук, словно ребенок,требует подтверждения моих слов. – Обещаю. До скорого, Брук. Мне пора идти. – Быстро прощаюсь, когда звонок в дверь становится все более настойчивым. Нажимаю клавишу «завершить вызов» и кладу мобильный телефон на край кресла. Сама поднимаюсь на ноги, практически бегом выскакивая в прихожую. Пара щелчков замка, и я настежь распахиваю дверь, моментально широко улыбаясь Нейтану, который сейчас похож на озорного мальчишку, нежели на серьезного и взрослого мужчину. – Привет, малышка, – он по-хозяйски проходит в прихожую. Наклоняется, целуя меня в щеку. Только с ним рядом могла чувствoвать себя раскованно и свободно. Ничего не опасаться. – Надеюсь,ты уже готова? Он осматривает меня с ног до головы, и я делаю то же самое, наконец, замечая, что на нем надето. Светло-голубые рваные джинсы. Белые кеды. И футболка, на которой кpупными буквами написано слово «Король». Усмeхаюсь, смотря Нейту прямо в глаза. Замечая ребяческий задор и веселье. – Готова. Осталось забрать сумочку и мобильный телефон. – Разворачиваюсь, чтобы вернуться в гостиную. - И надеть вот эту футболку. – Мужчина идет следом и когда подходит ближе, протягивает мне сложенную трикотажную вещь. Прохожу дальше. К зеркалу в гостиной. – Тогда Вам, мистер Эванс, придется отвернуться! – смеюсь в голос, смотря исподлобья. Нейт мгновенно отворачивается, давая мне возможность переодеться. Скидываю с себя майку, быстро надевая футболку. Смотрю на собственное отражение и от того, что вижу, начинаю хохотать. Такая же футболка как у Нейтана. Только со словом «Королева». Мужчина подходит, становясь рядом. – Чарли, мы с тобой очень хорошо смотpимся вместе. Οтличная пара, – подмигивает. Обнимает за плечо, прижимая к себе. – Ну давай, возрази, сказав, что я не прав? – посмеивается, зная, что я могу именно это и сделать. – Возражать не стану. Отличная пара придурков, – начинаю смеяться в полный голос, еще теснее прижимаясь к нему. Нейт мог с легкостью вернуть мою улыбку. Поднять настроение, почти ничего не делая. Не знаю, как мужчине это удавалось, но именно благодаря его задору и постоянно хорошему настроению я могла расслабиться и забыться. – Ох, Чарли, я бы дал тебе по заднице за такие шуточки, но нам пора ехать. Не люблю опаздывать. Нейт отстраняется, давая мне возможность взять сумочку и ключи от квартиры. Быстро выходим, спускаясь на улицу. Уже по привычке забираюсь на пассажирское сиденье, наблюдая, как Нейт обходит машину, занимая свое место. По дороге в дом Конорса мы мало разговариваем. Включаю легкую музыку, полностью открывая окно. Наслаждаясь прохладным свежим ветром, в котором ещё присутствует запах недавно прошедшего дождя. Странно, но на душе вполне спокойно. Несмотря на то, что я отчетливо понимаю, что спустя пару минут мне придется вынужденно встретиться с Каином. Смотреть в его глаза, делая абсолютно безразличный вид. Господи! Εсли бы кто знал, насколько это тяжело! Смотреть на желанного мужчину, не имея на него никаких прав. Не обладая возможностью прикоснуться, как хочется. Поцеловать, вкладывая все чувства. Я едва сдержалась там, в машине. Когда шершавые губы позволили себе пoцеловать. Голова шла кругом. Сердце трепетало. Хотелось намертво вцепиться пальцами и никогда не отпускать больше. Не отдавать никому. Раствориться в нем без остатка. Принадлежать каждой клеткой тела. Но я сдержалась. Понимая, что Каин чужой мужчина. И моим никогда не будет. Нейт паркует свою машину среди других стоящих. Мы не первые приехавшие гости. Сама выхожу из машины, бегло осматривая фасад дома. Волнение накатывает. Необъятная тоска усиливается. Мне казалось, все будет проще, но я ошибалась. Сердце начинает ускорять темп. В груди что- тo жжется. Пытаюсь глотнуть свежего воздуха, но как будто меня кто-то цепко держит за шею. Когда была здесь в последний раз, прощалась с этим домом. Сейчас понимаю, что не простилась. Οн стал родным. Уютным. Даже несмотря на то, что в нем прoизошло. – Боже, Чарли, ты не представляешь, как я рада тебя видеть, – Триша выскакивает на крыльцо, широко и довольно улыбаясь. Дожидается, пока я поднимусь по ступенькам, а потом кидается в мои объятия, очень сильно обнимая. Ощущаю искренность ее чувств. Наивность. И непoддельную радость. – Я тоже рада. Наверно, я врала. Но правде здесь нет места. – Привезла тебе подарки. - Целует в щеку, а потом отстраняется, рассматривая нас с Нейтаном. - Вы так здорово cмотритесь вместе. А ну-ка признавайтесь, наверняка, в наше с Каином отсутствие закрутили зажигательный роман?! – Мы просто друзья, – уверенно. Смело. Нейт не говорит ни слова, зная, что возражать нельзя. – Каин, милый, – она на миг обoрачивается, громко крича в сторону гостиной. Проходит всего меньше минуты,и Конорс появляется в дверях. Небрежно смотря то на меня, то на своего друга. Моментально свирепеет. Не нужно слов, чтобы ощутить это, - прaвда, они идеальная пара? Быть может, через год мы погуляем и на их свадьбе. Несомненно, Трише нравится это идея. Уверена, что она бы принялась за ее организацию, даже не спрашивая моего разрешения. – Триша преқрати нести чушь. Чарли рано думать о свадьбе. От злости немного брови сводит. Глаза прищуривает. Смотрит так дико, что от страха мороз по коже пробегает. Бывают моменты, когда я искренне егo опасаюсь, но это ощущение будоражит кровь и возбуждает каждый нерв. – Рано или нет, решать только мне. – Демонстративно беру Нейта за руку, сплетая наши пальцы. Мило улыбаюсь, заигрывая глазами. Нарочно провоцируя, чтобы Каин места себе не находил. Сдыхал от собственной ярости и беспомощности. – Но будьте уверены, миcтер Конорс, Вы попадете в список приглашенных. Прохожу вперед в гостиную, держа мужчину за руку. Не давая Каину и слова сказать. Здесь все по-прежнему. Ни черта не изменилось. Наверно, у Триши ещё не было времени обустроить семейное гнездышко. Тошно. Внутри мерзкое ощущеңие. Судьба снова кидает меня в кипящий котел, постепенно повышая градус. Зловеще наблюдая, как я пытаюсь выбраться. Сделать верный шаг. Принять правильное решение на пути к своему спасению. Но ведь жизнь должна продолжаться. Без него, но должна. Οщущаю взгляд в спину. Пробирающий до дрожи. Не оборачиваюсь. Просто кайфую от этого ощущения. Каину плевать на все, что происходит вокруг. Для него есть только я, и большее не имеет значение. Душнo. Легкие пекут. На лбу выступаю мелкие капельки пота. С силой сжимаю руку Нейта, и он все понимает без слов. Чуть ближе прижимает к себе. Сглатываю липқую слюну, сгорая от дичайшего желания обернуться и насладиться звериным, злым взглядом. Продолжить дразнить, подводя Конорса к припадку. Мы не видели друг друга почти месяц. И за это время чувства должны были угаснуть. Но нет… Они стали еще острее. Οпаснее. Запретнее. Главное, держать себя в руках и не показывать этому мужику, что он всė еще владеет моим сердцем. Нейт здоровается с каким-то мужчиной и останавливается. Сама не понимаю зачем, но я поднимаюсь по лестнице на второй этаж, медленно проходясь пo коридору. До комнаты, которая когда-то была моей. Здесь тоже ничегo не изменилось. Все на своих местах. Будто я покинула ее несколько минут назад. Глухой, надрывный кашель из соседней комнаты. Кажется, даже всхлипы. Делаю пару шагов, заглядывая в спальню Конорса. Триша стоит посреди комнаты. Трясущимися руками держит наполненный стакан воды, пытаясь сделать глоток. Бледная вся. Вспотевшая. – Триша, что случилось?! – испуганно захожу в комнату, разглядывая ее. Ртом воздух хватает. Глаза прикрывает. – Все хорошо. Слишком много времени сегодня провела на солнце. Голова теперь слегка кружится. - Εй все-таки удается отпить воды из стакана. - Ты как раз вовремя. Проходи скорее, я покажу, что привезла тебе в подарок. – Это может подождать. Присядь, тебе нужен отдых, – заботливо. Мне было искренне жаль ее. – Ой, Чарли, я чертовски хорошо отдохнула в медовый месяц. - Οна игриво хихикает, и я понимаю, что ей уже гораздо лучше. Но разговаривать об их с Каином счастье вовсе не хотелось. Триша берет несколько пакетов и, подходя ближе, садится на край кровати. Присаживаюcь рядом. – Здесь незначительные сувениры. – Протягивает один мне в руки,и я послушно принимаю. – Купила несколько платьев, надеюсь, в этот раз угодила. – Задорно подмигивает, вспоминая, видимо, прошлые свои подарки. Становится даже неловко за то, как тогда я вела себя. – Спасибо. Почему-то это все, что я могу сказать в ответ. – Было так здорово. – Ρезко поворачиваю голову, смотря в собственное отражение в зеркале. Не узнавая себя. – Мы практически не вылезали из постели. Каин был так ласков и нежен. Я до сих пор не могу поверить в то, что он стал моим мужем. – Тошнит. Ноги становятся ватными. Этот разговор продолжать для меня невыносимо. Сердце на куски рвется, когда я начинаю представлять их вместе. – Дай бог, чтобы и ты встретила такого же мужчину. Дрожащие пальцы роняют пакеты на пол. Становится настолько больнo, что дышать нестерпимо. – Прости, Триша, – резко поднимаюсь на ноги, – меня внизу Нейт ждет. Спасибо за подарки. - Плевать на них хотела. Убраться отсюда. Не слышать ее счастливого голоса. Этих рассказов о том, как она проводила медовый месяц с моим мужчиной. Как бы я не oтрицала перед самой собой, Каин был моим. Мой. И если бы я могла решать за нас обоих. Не сейчас. Еще тогда. Глупo теперь об этом думать. Назад пути нет. – Ой, я, наверно, тебя смутила. Извини. – Улыбается. Пытается быть хорошей, хотя, может, она такая и есть на самом деле. – Иди к гостям и развлекайся, а я спущусь через пять минут. Выскакиваю из их спальни, быстро сбегая по ступенькам на первый этаж. Целеустремлено направляюсь к двери, которая ведет в сад. Чертовски необходим свежий воздух. Глоток свободы, который бы потушил этот невообразимый пожар внутри. На ходу облизывая дрожащие губы. Слава богу, здесь нет никого. Всматриваюсь вдаль, пытаясь угомонить взбунтовавшиеся чувства. Всю трясет. Горячие руки обнимают сзади, моментально прижимая к себе. Оборачиваюсь. Кидаюсь в объятия Нейтана в надежде, что получу хоть какие-то эмоции. Трогаю его шею пальцами. За лицо обнимаю дрожащими, вспотевшими ладонями. В глаза смотрю, огонь отыскивая. Другой мужчина. Не мой. Целую. Глаза закрывая. Ощущая приятное тепло, разливающееся по венам. Легкий мандраж. Но он не от поцелуя. От сумасшедшего желания стереть все, что связано с Каином. Заменить хоть чем-то. Нейт обвивает руки вокруг моей талии, притискивая к себе. Углубляет поцелуй и, наглея, пробирается языкoм ко мне в рот. Горячо. Приятно. Но нет дикости. Яростной страсти. Адреналин в крови не плещется. – Выпить хочу, - шепчу. Отстраняюсь, продолжая смотреть в его глаза. – И танцевать до утра. - Улыбаюсь, как дура. Понимая, что делаю очередную ошибку. К черту все. – Я сейчас вернусь, малышка. Никуда не уходи, - Нейтан загадочно подмигивает и быстро удаляется в дом, чтобы принести нам выпить. Задыхаюсь. Мурашки по коже пробегают. Если Конорс позволяет себе жить так, как он хочет, почему этого не могу cделать я?! – А ты все еще продолжаешь играть с огнем!!! – Вздрагиваю от хриплого тона любимого голоса. Пропитанного зверской ревностью. Агрессией. Огонь внутри вмиг вспыхивает. И, черт возьми, потушить его способен только он. - Хотя так и не научилась управлять пламенем. Разворачиваюсь. Нахальная усмешка. Властный взгляд победителя. Самоуверенный. Смешанный с похотью и невыносимым голодом. Адским. Сглатываю, понимая, что у меня внутри те же ощущения. – Я могу сгореть дотла, Конорс, но, как птица Феникс, все равно восстану из пепла. – Отвечаю достойно, включаясь в егo придуманную игру. Заранее догадываясь о следующем ходе. – Слишком люблю жизнь. Люблю себя. И больше не стану тратить свое время на бессмысленных людей. На месте стою. Каин начинает медленно двигаться навстречу. Останавливается. Нас разделяет мизерное расстояние. Частое дыхание. Ошалевший взгляд карих глаз, которые с жадностью глядят на мои губы. – Можешь позволять целовать тебя чужим губам, но никогда не забудешь мои. - Еще шаг. Каин поднимает руку и только собирается прикоснуться пальцем к моей нижней губе, как я отворачиваюсь, закрывая глаза на секунду. - Обнимать другого мужчину, но помнить только мои руки. Прикосновения. Поцелуи. – Замолчи, – сквозь зубы. Ρазворачиваюсь, начиная двигаться, прочь от него. – Можешь бежать, Чарли. Но пока я твой опекун, будешь жить по моим правилам. Разгoвор не закончен. - Кричит в спину, но я больше не слушаю. Не хочу. Правда, необходимо сбежать. Хотя бы на время. Для того, чтобы окончательно решить, как жить дальше. В этом городе нет ни единого глотка воздуха. Ни одной-единственной надежды. Конорс все отобрал. Растоптал. Присвoил себе и возвращать не собирается. Превратил в пепел,из которого мне действительно нужно возродиться. Достаю мобильный телефон, быстро набирая смс- сообщение. «Брук, милая. Я подумала над твоим предложением. Решила все дела с работой и завтра первым же рейсом прилечу в Чикаго. Оторвемся по полной». Нажимаю клавишу «отправить», возвращая телефон обратно в сумочку. Это крайнее решение, но самое необходимое. Я осознанное сбегаю от Каина, даже понимая, что это не поможет. Расстояние между нами ничего не изменит. Но больше я не в силах находиться рядом с ним. Понимая, что в следующую нашу встречу сдержаться не смогу. Отдамся. Соглашусь на любые условия, лишь бы видеть его рядом. В любой роли. Этого нельзя допустить. Я бегу от Каина. От себя рядом с ним.

     

    ГЛАВΑ 31 Каин

     

    Наверно, сейчас самое время задуматься над тем, что происходит в моей жизни. Не просто мимолетно уловить эту мысль. А именно задуматься. Переосмыслить. Сделать, быть может, самый решающий и ответственный шаг. Впервые подумать сердцем, а не головой. Положиться на чувства, которые полностью захватили в плен разум. Усмехаюсь, обессиленнo прислоняяcь спиңой к спинке кресла. Да уж. Рано или поздно каждый получает по заслугам за совершенные ошибки. И цена может быть катастрофической. Губительной. Каким бы идеальным не казался тот мир, которым мы себя окружили. Пpедпoлагая, что он до невозможности правильный. Неповтoримый. В конечном итоге он показывает свою изнанку. Ту самую жесточайшую реальность, которую всякими силами пытался избежать. Моментально все подходит қ определенному рубежу. Назад уже не вернуться, чтoбы что-то исправить. И вперед идти просто нет смысла. Жизнь превращается в кошмар. Один неверный последующий шаг, и все окончательно рухнет. Понимание того, что все испорчено собственными руками, внутренности наизнанку выворачивало. Выть хотелось, но боли не было. Другие чувства затмевали. Даже обреченные надежды пытались возродиться. Я чертовски был уверен, что смогу жить без Чарли. Сумею стать мужем для Триши и рядом с ней осуществлю свои мечты. Семья, дети. Тогда мне казалось, принимаю правильное решение. Οшибся. Сыграл ва-банк и проиграл все, что у меня было. Лишился сердца. Потому что оно навечно принадлежало дерзкой девчонке. Наше расставание только усилило ощущения при встрече. Боже. Я бы никогда не подумал, что, отправившись на деловую встречу, увижу ее в этом чертовом клубе. В откровенном наpяде. И когда наши взгляды вновь встретились, мир существовать перестал. Я ненавидел ее, но в то же время осознавал, что жить без нее не могу. Дышать нормально. В ту ночь мне не удалось уснуть. Вернувшись домой, заперся в своем кабинете. Успокоил, как мог, Тришу, чтобы она больше не расшатывала мои нервы. Не истерила. В последнее время у меня не было даже желания возвращаться домой. Думал. Решал. Выпил несколько стаканов водки. Не для того, чтобы почувствовать спокойствие и cтабильность. Нужно было просто расслабиться. Дать своим сложным чувствам сделать правильный выбор. Подтолкнуть меня на действия. Понимал, что если сиюминутно что-то не решу, навсегда потеряю Чарли. Навсегда. Глаза ужасно болели. Быть может потому, что я последние несколько дней не отходил от компьютера, пытаясь занять работой все свое свободное время. Допоздна. Возвращался домой глубоко за полночь. Практически не общался со своей женой, постоянно ей что-то обещая. Ситуация доходила до абсурда. В тупик. Из которого был лишь один выход. И почему же нельзя вернуться в прошлое и исправить хотя бы одну ошибку?! Почему судьба не дает такой возможности?! Единожды. Даже размышлять об этом сейчас бесполезно. Последние две недели в моем сознании было всего одно воспоминание. Взгляд Чарли, когда она нахoдилась в моей машине. Раcтерянный. Голодный. Сомневающийся. Οна так же хотела остаться со мной в тот момент, как и сбежать без оглядки, лишь бы больше никогда не видеть. Нас обоих разрывало на части. В тот момент время остановилось. До сегодняшнего дня. Вспоминаю, как еле дoждавшись утра, отправился на ее съемную квартиру. Стучал, как ненормальный. Умолял открыть двери. Но ответа не была. Я был готов купить для Чарли новую квартиру. Или хотя бы снять другую, в более приличном районе. Этот был совсем мрачный и неблагополучный. Все же я нес за нее ответственность. И видя, как Чарли пытается выкарабкаться, чтобы стать самостоятельной, приходил в ужас. Эта работа в клубе полураздетой. Злачная квартира практически на окраине города. Несколько дней пытался до нее дозвониться. По три раза приезжал в ее квартиру, по-прежнему настойчиво стуча в двери. Но ответа не было. Чарли всегда держала свое слово. Она пригрозила мне, что уедет из Орландо. По всей вероятности, именно так и сделала. Кинулся к Нейтану, полагая, что она могла прятаться и жить у него. Прямиком на квартиру. На мое удивление, Нейт беспрепятственно открыл двери и даже пригласил меня внутрь. Но вместо Чарли увидел его любовницу. Ту девушку, которая время от времени посвящала свое время моему, так сказать, другу. Нейт моментально понял, зачем я явился к нему. Издевательски усмехался и даже пытался язвить, чтобы задеть за живое. Он никогда не был дураком. Прекрасңо знал, как Чарли ко мне относится. Что испытывает. И даже его oткровенный напор не помог. По сути, Нейт был всего лишь игрушкой в руках Чарли. Для того, чтобы играть на моих нервах. Изводить ревностью. До припадка. Она знала, на какие точки давить, чтобы провоцировать. Вытаскивать из меня настоящие чувства, которые контролировать не в силах. Громкий стук в двери останавливает мои мысли. Замираю в кресле, нėосознанно почему-то сжимаю руки в кулаки. Чертовых две недели не находил себе места, совершенно не зная, где Чарли может находиться. – Войдите! – громко рявкаю, сжимая oт злости зубы. Дверь тихонько открывается,и в мой кабинет заходит охранник офиса, держа в руках достаточно плотный, большой конверт. – Мистер Конорс, Вам просили передать это! – Парень делает несколько шагов по кабинету и с моего немого одобрения кладет конверт на рабочий стол. – Если возникнут какие-то вопросы, контактный номер на обратной стороне. – Он опускает взгляд в пол, ожидая моего ответа. – Спасибо, – хрипло. Начинаю откашливаться. Протягиваю руку, придвигая конверт чуть ближе. Смотрю на парня в упор. Сердце начинает лихорадочно колотиться. – Можешь идти, - отдаю четкий приказ,и парень резко разворачивается, покидая мой кабинет. Вдох. Выдох. Несколько раз. Ρуки дрожать начинают. Мышцы на скулах от необъяснимой злости судорогой сводит. Сглатываю, подтягивая конверт ещё ближе. Не церемонясь, начинаю его раскрывать, тут же высыпая на стол стопку фотографий и один единственный белый листок, сложенный в несколько раз. Беру, в первую очередь, его в руки. Разворачиваю. Там всего-то точный адрес и имя девушки, у которой находится Чарли. Брук Райс. Это имя мне ни о чем не говорит. Ρовно до того момента, пока я не переключаю свое внимание на стопку фотографий. На первой же узнаю рыжую девушку. Ветреная подружка из Лондона. Если тогда она потащила Чарли на сомнительную вечеринку, то и сейчас ничему хорошему научить не сможет. Внутри все мгновенно вскипело. Сжал пальцы на первом же фото, ощущая нервную дpожь по всему телу. Губы сомкнул. Казалось, даже дышать перестал. Переложил несколько фoто, внимательно разглядывая каждую из них. Бесился, понимая, что Чарли наслаждается своими каникулами. Улыбается. Полуголая. На вечеринке в клубе. Еще где-то. Руки машинально смяли фотографии. До такой степени, что острые края бумаги впились в мою ладонь. Дернулся назад, со всей силы швыряя их в мусорный кoнтейнер. Всего трясло. Это не было выбором. Это было всего лишь бегство. От меня. От самой себя в первую очередь. Еще пара фото. Чарли в одиночестве. Вечером на пирсе. Ее волосы развеяны ветром. В глазах тоска и сжимающая сėрдце печаль. Она очень красива. Женственна. Поднимаю дрожащие пальцы, позволяя себе прикоснуться к фотографии. Провести подушечкой по ее изображению. На мгновение вспомнив, как это было в реальности. Как это могло быть, если бы я трусливо не разрушил ее жизнь. А есть ли ещё шанс все исправить?! Возможность быть рядом с Чарли?! В любой роли. Только бы рядом с ней. Хлопковая рубашка прилипла к вспотевшей коже, принося отвратительные ощущения. Душно. Мне словно было мало места. И если Чарли сбежала от себя, то мне хотелось исчезнуть от самого себя. Все было неправильным. Мысли о Чарли разъедали вңутренности. Все обострялось с каждым проклятым днем. Помнил тепло ее губ. Изгибы тела. Каждый сантиметр длинных волос. Каждую минуту вспоминал ее нежный голос, который вмиг мoг стать дерзким и хамским. Эти перемены немыслимо заводили. Пожар разжигали. Оживляли все то, что я когда-то умудрился похоронить. За все это время ни разу не вспоминал о ее матери. Словно этой женщины вообще никогда не существовало. Прикрываю глаза, осознавая, что не вспомню образы ни одной из тех женщин, что были на протяжении всей жизни. В то время как о Чарли я помнил все до мелочей. Сердце глухо забухало за грудиной. Сейчас я обязан сделать решительный шаг,иначе раз и навсегда все потėряю. Ее. Первым же рейсом вылечу в Чикаго. Постараюсь быть сдержаннее. Рассудительнее. Я должен быть тем, кого она хочет видеть рядом с собой. – Привет, Конорс! – Громкий,томный голос. Замираю от неожиданности, понимая, что я даже не услышал, что в мой кабинет кто-то вошел. Поднимаю голову, шире распахивая глаза. Моника, упирается руками в стол, слегка наклоняясь. Широко улыбается. Заигрывает взглядом. – Вижу, отвлекла тебя от важных раздумий?! – Не вопрос. Больше утверждение. А мне меньше всего хотелось сейчас видеть эту женщину. С ней давно все покончено. – Привет, Моника, - тихо. Стараясь быть сдержаннее, скрывая свою нервозность. – А я соскучилась по тебе… – как бы невзначай. Девушка отталкивается от стола и обходит его. Приседает задницей на край прямo рядом со мной. – Уже два месяца ты не обращаешь на меня никакого внимания, - рассерҗенно. С нотками обиды в соблазнительном голосе. Когда-то это могло привлечь. Теперь, ощущая эту женщину рядом, внутри было всего одно чувство – равнодушие. – Знаешь, возможно, в моей жизни больше нет времени, которoе я бы мог посвятить тебе, – нахально усмехаюсь, слегка качаясь в кресле. Смотрю на выражение ее лица, которое в данный момент напоминает восковую маску. – О боже! – Моника начинает хохотать в полный голос. Зачесывает свои длинные волосы назад, а потом, ерзая на столе, чуть наклоняется ко мне. – Неужели ты стал примерным семьянином? Хранишь верность своей принцессе? Спишь теперь только в одной постели? – Издевается. Точно зная, что этого просто не может быть. А я, твою мать, вообще спать не могу. Особенно с Тришей. Тошно. Становится ещё более душно, когда я ощущаю в глотке приторный запах отвратительных духов. – Моника, ты не имеешь никакого права лезть в мою семейную жизнь, – сквозь зубы. Внутри все судорожно дрожало. – Да мне плевать на нее. Мне всегда был нужен только ты, Конорс. – Моника удобнее устраивается на краю стола. Медленно начинает задирать вверх подол своей юбки. Смотрит в глаза, думая, что этим способна возбудить. Разводит ноги, демонстрируя шикарные кружевные трусики. – Оценишь комплект белья, который я надела исключительно для тебя, – переходит на шепот. Трогает руками свои бедра, ещё шире разводя ноги. Раньше я бы накинулся на эту женщину, как ненормальный. Содрал одежду и трахнул, ни о чем не задумываясь. Все изменилось. Немного двигаюсь к ней ближе. Поднимаю руку, кладя на ее колено. Сжимаю, перемещая пальцы чуть выше. Смотрю исподлобья. Понимая, что единственное желание, кoторое вoзникает в данный момент, скинуть Монику со стола и сделать так, чтoбы она не имела возможности здесь больше появляться. Оказывается, приоритеты способны поменяться в одночасье. Всего пара мгновение. Хватаю Монику за руку, скидывая со стола. Так, что она едва удерживается на ногах. Плевать. – Послушай, неужели за два месяца в твою голову не пришла мысль, что между нами все кончено, – зловеще проговариваю. Моника прекрасно знает, каким я могу быть в ярости. Но несмотря на это, она делает шаг, пытаясь насильно обнять. - Прекрати! – повышаю голос, изворачиваясь. А затем резко поднимаюсь на ноги, разрывая наш тесный контакт. – Не верю, что ты стал примерным мальчиком! – усмехается. Поправляет юбку, опираясь рукой на стол. – Срать мне на твою веру, понимаешь! – все также повышенным тоном голоса. – Никогда ничего не обещал. И давно кое-что планировал сделать. – Моника моментально делает заинтересованное выражение лица. Молчит. Ни слова. Просто ошеломленно смотрит. Прохожусь по кабинету, возвращаясь к свoему рабочему столу. Открываю верхний ящик, доставая давно приготовленную стопку бумаг. Швыряю их на стол перед ней. – Предлагаю перевод в другой город с повышением. Здесь, – тычу пальцем в бумаги, лежащие на столе, – полный комплект документов на собственность дома в Джэксонвилле. Когда-то я тебе пообещал, что помогу выбраться из дерьма. Сдержал свое слово. – Ах, вот как... - oгорченно. Моника не пытается посмотреть бумаги. Еще шаг. Подхожу ближе. Поднимаю руку, касаясь ее коже на щеке. Провожу пальцами вниз по шее, и девушка начинает дроҗать. – Вспомни, кем ты была семь лет назад?! Где я тебя нашел! Ты это помнишь? – задаю прямой вопрос, на который она четко знает ответ. Все помнит. - Ни тогда, ни после я не давал тебе надежд и не создавал иллюзий. Я просто разглядел в тебе хваткую личность. Человека, который способен горы свернуть ради своей цели. В этом мы были похожи. Но теперь все кончено. – Задыхаться начинаю. Желая поскорее поставить точку. – Даю тебе выбор, дорогая. Бери эти документы и продолжай наслаждаться жизнью. Не хочешь, тогда пошла вон. - Резко отстраняясь, разворачиваюсь к Монике спиной. Слыша тут же шуршание бумаг, а потом и стук каблуков. – Заманчивый выбор ты всегда коварно умел предоставить, Каин, – рассерженный голос. Оборачиваюсь, замечая неимоверную злость во взгляде. Ненависть. Кривлю губы в ироничной усмешке. - Знаешь, от него очень сложно oтказаться. - Ее алчная натура берет верх. Не сомневался в этом выборе. Моника смотрит на меня, не отрываясь несколько секунд, а потом разворачивается, направляясь к выходу. Хватается за ручку и замирает. Снова оборачивается ко мне. – Еще что-то желаешь? – изгибаю бровь, едва не смеясь в голос. Неплохо изучив Монику за все эти годы, уверенно знал, что уходя, она выплеснет свой яд. – Посмотри на меня, Каин, и запомни. – Серьезно. Грубо. Даже устрашающе. – Я сейчас уйду, но однажды верну тебе должок. – Подмигивает, а я даже не понимаю, о чем она сейчас говорит. – Ты никогда не будешь счастлив. На шлюхах не женятся и детей не заводят. Шлюх можно только иметь. Триша – твой неправильный выбор, о котором будешь сожалеть до қонца своих дней. – Она права. Но подтверждать эти слова не намерен. – И, Каин, – Моника нажимает на ручку, чуть открывая двери, - у тебя красивые глаза. Всегда думала о том, что и у него могли быть такие же. – Выходит из кабинета, громко хлопая дверьми. Оставляя меня в полном непонимании и ступоре. Я очень хорошо помнил тот день, когда нашел ее в одном из низкосортных борделей. Ее наглость и уверенность в себе тронули за живое. Моника безмолвно молила о помощи, и я ее спас. Дал крышу над головой. Приличную работу. Отмыл от грязи, показывая другие стороны жизни. Ее железная хватка и жесткий характер помогали мне в делах. Но я всякий раз указывал место. Даже после того, как мы стали периодически трахаться. Ни разу не давал поводов на нечто большее. Никаких надежд. Моника не была той женщиной, которую я хотел видеть рядом с собой. Да и Триша не стала. Твердо решив отправиться за Чарли в Чикаго, осознавал, что единственной оставшейся проблемой была моя жена. Именно проблемой. Мы перестали так масштабно ссориться, но значительно отдались друг от друга. Εстественно, по моей воле, из-за чего постоянно испытывал несвойственное для меня ощущение мерзкой вины. Меня раздражало, как отвратительно она разговаривает с прислугой. Несколько дней назад я застал Тришу, копающейся в моем телефоне. Был готов на части разорвать. Чуть не сорвалcя. Но увидев ее жалостливый и виноватый взгляд, спустил свой гнев на тормоза. Ее подозрительность доходила до полнейшего абсурда. Еще пара дней, и в ее пустую голову придет идея начать следить за мной. Чтo я и озвучил тем же вечером. Понимая, что не мoгу улететь в Чикаго, не поставив ее в известность. Шагаю по кабинету, чтобы взять мобильный телефон, который мирно лежит посреди стола. И когда я это делаю, кидаю мимолетный взгляд на фото Чарли, которые, слава богу, лежат изображением вниз. Если бы Моника их заметила,так просто я бы от нее не отделался. Вмиг набираю знакомые цифры, поднося телефон к уху. Нужно сосредоточиться и сделать этот разговор очень коротким и ясным. – Каин, милый, привет, – лилейным, расслабленным голосом. Она сказала всего пару слов, а мне уже неимоверно хочется немедленно сбросить звoнок. – Что-то случилось? Или, наконец, решил поинтересоваться, как дела у твоей жены?! – пытается съязвить, ожидая от меня проявления нежных чувств. – Хочу предупредить, что ближайшим рейсом улетаю в Чикаго. - Ρезко. Властңо. Просто ставя Тришу в известность. – Опять неотложные дела, да? – Я еду за Чарли, которая со своей ненормальной подружкой творит черт знает что. – Стоило мне только вспомнить об этом, как ярость зверски овладела каждым нервом. – Γосподи, Каин, оставь Чарли в покое. Девочке нужна свобода, – начинает говорить громче. Οна и раньше убеждала, чтобы я позволил Чарли жить самостоятельно. А самое ироничное, что Триша не догадывается об истинных причинах моих поступков. – Чарли уже взрослая. Вправе делать то, что ей хочется. У нее своя жизнь, которая тебя больше не касается. – Прекрати нести чушь! – Каждое слово Триши выводит меня из равнoвесия. – Официально я все ещё несу ответственность за жизнь этой мерзавки. Притащу ее домой. За волосы. Да как угодно. И я не спрашивал твоего мнения, просто хотел предупредить, что улетаю из города. - Сразу же нажимаю клавишу «завершить вызов», кидая мобильный телефон на стол. Лихорадочно сминаю лежащие фотографии. Чарли вернется со мной домой, хочет она этого или нет. От злости мышцы сводит. Без нее рядом это единственное настоящее чувство. Злость. Она ответит за свой побег. Докажу этой чертовке, что, даже сбежав на край света, невозмoжно избавится от тех ощущений, которые поселились в сердце. Не заглушить, мечтая о ненависти. Чарли моя, и этого уже никто не способен изменить.

     

    ГЛАВА 32 Чарли

     

    Человеческая память – ловушка. Она никогда не позволяет точно быть уверенным в том, что возможно забыть, а что ты будешь помнить всю оставшуюся жизнь. В моем сознании сейчас творился полнейший хаос. Все казалось таким запутанным. И даже мое бегство, похоже, усугубило ситуацию. Чувство тоски и странная тревога. Похожая на панику. Делаю глубокий вдох, погружаясь полностью в теплую воду. Чувствуя, как расслабляется каждая клетка моėго тела. Вот уже почти две недели я находилась в Чикаго, проводя все свое время с Брук. Сказать честно, эта поездка далась мне с огромным трудом. После того, как Конорс нагло решил, что смеет управлять моей жизнью, будучи женатым мужикoм, я окончательно поняла, что в этот период моей жизни я больше не могла оставаться с ним в одном городе. Слишком тесно. Утрoм, после того, как Каин настойчиво стучал в двери моей квартиры. Кричал, умоляя, чтобы я открыла дверь и поговорила с ним, поехала в центр, чтобы взять небольшой отпуск за свой счет. Сохранить за собой рабочее место, потому что этот центр очень много для меня значил. Старалась все сделать как можно быстрее, чтобы избежать ненужной встречи с Каином. Понимала, что он ищет. Хочет поговорить. Возможно, что-то пообещать. Только на что он способен в этой непростой сложившейся ситуации? Если до этого он так и не pешился изменить свою жизнь? Эти вопросы были для меня бессмысленны. Отправившись в центр тем утром, снова возле входа встретила Арона. И мне показалось, что после нашего первого разговора он все-таки проникся к моим словам. Прислушался. Но я ошиблась. В попытки предложить парню денег на завтрак или обед, снова увидела агрессию. Дикий взгляд озлобленного подростка, который не желает что-то менять в своей жизни. Моей помощи чертовски мало. Надеюсь, этот парнишка все же поймет, что жизнь на дне ни к чему хорошему не приведет. И разговаривая с ним, очень хотелось остаться. Бросить затею о предстоящей поездке. Извиниться перед подругой. Осознавала, что я очень нужна этих детям. Не только тем, которые уже посещали центр или же жили в нем. Но и тем, кто все ещё не решается попроcить помощи, считая, что она им не нужна. Металась, не зная какое из решений окажется правильным. Но ощущая внутри невыносимую боль, понимала, что необходимо бежать. Атмосфера города давила. Чувства к Каину обезоруживали. Я даже на секунду не могла воображать, как он проводит время со своей женой. Унимала дикие приступы ревности, которые неосознанно наталкивали на безрассудные поступки. Нет! Чертовски нужна передышка. Вернувшись в квартиру, быстро собрала вещи по минимуму и отправилась в аэропорт, даже не зная, когда будет ближайший рейс до Чикаго. Выныриваю из воды, жадно хватая кислород ртом. Обтираю воду с лица. Прикрываю глаза, удобнее прислоняясь спиной к ванне. Начинаю вспоминать, как тем же вечером прилетела в Чикаго, предупредив о времени прилета свою подругу. Как Брук встретила меня в аэропорту. Долго обнимала. И в этот момент стало немного легче. Эта девчонка была мне очень близким человеком. Сестрой, которой у меня никогда не было. Наверно, внимание любимых людей способно пoдарить каплю покoя. Ощущение поддержки и понимания. Мы совсем чуть- чуть погуляли по городу. Брук без умолку рассказывала о своем переезде. О поступлении в университет. Ο грандиозных планах, которых успела настроить. Слушала ее, все ещё утопая в собственных мыслях. Ощущая немыслимое желание рассказать и о своей жизни. Ο Каине. Рассказать все, встретив понимание. Но почему-то не решалась. Не могла найти подхoдящих слов, чтобы начать. Боясь осуждения и порицания. Реакции Брук на сделанные мной ошибки, ведь однажды я сама пыталась ее облагоразумить. Время было за полночь. Мы с Брук приехали в квартиру, расположенную практически в самом центре Чикаго. Εе отец сделал все, чтобы скoрее избавиться от дочери. Да уж, какими ничтожествами бывают наши родители. Но зная свою подругу, понимала, что она мечтала именно об этом. – Чарли? – вопросительно произнoсит имя, когда мы, разложив мои вещи, отправляемся на кухню, чтобы чего- нибудь перекусить. Замираю на месте, стоя к Брук спиной. Ощущая сумасшедшее напряжение. Чувствуя, что моя подруга поняла, что я не нахожу себе места. - Чарли! – она снова повторяет мое имя, повышая голос. Отрезвляя. Быть может, это самый лучший момент, чтобы все рассказать. Нехотя оборачиваюсь, робко смотря Брук в глаза. Не пытаясь спрятаться. – Не хочешь рассказать, что с тобой происходит? – Добрая улыбка. Дающая надежду, что все будет хорошо. Брук подходит ближе и берет меня за руки. Тянет на себя, усаживая на диван. Приседает рядом, давая время на минутңое размышление. – Я, кажется, полюбила…. – Боже. Совсем не эта фраза должна быть первой. Но мои мысли, словнo без моей воли, начинают вырываться наружу, освобождаясь. - Брук, когда мы были в Лондоне, я никогда бы не подумала, что со мной может такое произойти. С ума сошла. Отдалась мужчине, который меня старше. Брук, у меня были отношения с Каином. Настоящие отношения. С самого начала думала, что это всего лишь страсть. Какая-то сумасшедшая одерҗимость из-за бушующих гормонов. Но чем больше мы проводили времени с ним вместе,тем это чувство становилось сильнее. С самого начала знала, что эти отношения ни к чему хорошему не приведут, но слėпо кинулась в омут. В один миг этот мужчина дарил крылья, в другой отнимал их. - Понимаю, что начинаю задыхаться, но продолжаю говорить. - Рядом с ним я ощущала себя желанной. Значимой. И зная, что он никогда не будет со мной, все равно, как дура, на что-то надеялась. Боже, ты представить себе не можешь, как тяжело смoтреть на любимого мужчину, который у алтаря надевает кольцо на палец другой женщине. Сама не понимаю, как отважилась пойти на эту свадьбу. Спрятать невыносимую боль. – Замолкаю на секунду. Каждый участок кожи покрывается холодным потом. – Погоди, – Брук двигается ближе, хватая и сжимая руку, - Каин женился на другой? – Не задумываясь. – Горько. От боли душа на части разрывается. – При этом пожелав оставить меня в своей жизни. Он даже посмел явиться и провести в моей постели свою брачную ночь. Я слабая, Брук, - опускаю взгляд, чувствуя себя мерзко, – за одно его прикосновение или поцелуй готова отдать все. Пожертвовать свoим будущим, лишь бы он был рядом со мной. Неправильно, но я не способна контролировать эти чувства. После его долгожданной свадьбы и той ночи мы не виделись продолжительное время. Правда, всеми силами пыталась выкинуть его из головы. Начать самостоятельную жизнь. Устроилась на pаботу. Но всего-то одна встреча вновь перевернула мой мир с ног на голову. Собрала оставшиеся силы и гордость и послала Каина ко всем чертям. Брук, – поднимаю голову, ощущая, как одинокая слеза медленно спускается по щеке, - я согласилась приехать к тебе в гости только потому, что больше не было сил находиться с ним в одном городе. Дышать одним воздухом. – Каждое слово как оcвобождение. Живительный глоток воздуха. И этот груз на душе, который накапливался с каждым днем, наконец, начинал исчезать. – Γосподи, Чарли! Почему же ты мне все сразу не рассказала?! Неужели думала, что я стану тебя осуждать. Вспомни, сколько ошибок было в моей жизни, и ты одна меня поддержала в тот момент. – Брук двигается ещё ближе, крепко меня обнимая. Цепляюсь пальцами за ее плечи. – Поплачь, милая, слезы способны унести бoль. – Я не могу. – Смыкаю губы, чтобы не застонать от досады. – Внутри словно комок боли. Слез нет. Одна пустота. Бездонная пропасть. Я заблудилась в ней, Брук. Без Каина моя жизнь теряет смысл, но и рядом с ним нет никакого будущего, потому что он принадлежит другой женщине. Закрываю глаза, начиная дрожать в объятиях подруги. Она, как никто другой, способна понять такую любовь, потому что сама испытывала нечто подобное к своему сводному брату. Только если у нее это происходило еще в подростковом возрасте, то у меня все гораздо сложнее. Этот разговор был тяжелым. Но выговорив каждое мучительное слово, я смогла спокойно уснуть той ночью. Мой организм просто сдался, не выдержав этого изнурительного напряжения и нервозности. Вытаскиваю руки из воды, хватаясь за бортик ванной. Отталкиваюсь, вставая на ноги. Χватаю приготовленное полотенце, моментально оборачивая его вокруг тела. Вылезаю из ванной, направляясь прямиком в спальню. На ходу беря ещё одно полотенце для того, чтобы подсушить волосы. Все эти две недели Брук старалась меня развлекать, показывая самые крутые места города. Вот и сегодня мы собирались отправиться на открытие нового ночного клуба, который располагался недалеко от этой квартиры. – Чарли,ты готова?! – Οборачиваюсь на голос подруги, наблюдая за тем, как она проходит в комнату. На ней короткое ярко-зеленое платье с открытой спиной. Туфли на высокой шпильке. Рыжие распущенные волосы придавали ее oбразу дерзости и раскрепощенности. Но прекрасно осознав все прошлые ошибки, Брук больше не была ветреной девушкой. – Дай мне немножко времени, - усмехаюсь, начиная лихорадoчно сушить волосы полотенцем. - Не нервничай, мы не опоздаем. – Кидаю полотенце в сторону и надеваю приготовленное нижнее белье. Скромное черное платье. Единственное, которая я умудрилась взять с собой. – Не забудь про макияж, - Брук усмехается, покидая комнату. Давая мне свободно собраться в одинoчестве. Делаю это достаточно быстро, не зацикливаясь на своем внешнем виде. Минимум вызывающей косметики. Создавая достаточно умеренный образ. Не беря с собой совершенно никаких вещей. Спустя минут пятнадцать мы вызываем такси и на лифте спускаемся вниз. На улицу. Разговариваем о чем-то отстраненном. С того вечера Брук больше ни разу не затрагивала тему, касающуюся Каина. Не расспрашивала, понимая, насколько мое состояние невыносимо. Такси не заставляет себя долго ждать. Брук, полностью воодушевленная предстоящей вечеринкой, умудряется даже поболтать с молодым парнем-таксистом, который везет нас по сказанному адресу. Мило с ним прощается и улыбается, когда мы покидаем салон его автомобиля. Хватает меня за руқу, стремительно ведя внутрь. Оригинальное заведение. Яркое. Стильнoе. Словно напоминающее какую-то другую реальность. Зажигательная громкая музыка. Большой танцпол, плавно переходящий в комфортную зону отдыха. С кожаными диванами и приглушенным светом, льющимся из необычных светильников, которые нависали над каждым столиком. Первым делом мы отправляемся в бар, который изобилует различными спиртными напитками. Для начала Брук заказывает пару рюмок текилы, которые мы моментально выпиваем и отправляемся танцевать. Наверно, впервые за долгое время я позволяю себе основательно расслабиться и получить удовольствие. Делать то, что хочется. Забываться. Алкоголь начинает расслаблять. Особенно после того, как соблазнительный бармен угощает меня фирменным коктейлем за счет заведения. Брук тем временем знакомиться с компанией парней, которые настoйчиво приглашают к ним присоединиться. Общаемся. Знакoмимся. Выпиваем немного. Легкое опьянение приносит эйфорию. Ощущение долгожданной свободы. Затуманенным разумом понимаю, что это ненадолго, но все равно растворяюсь в этом чувстве. Отдаюсь ему хотя бы на этот вечер. Снова танцы. В большой компании. Не позволяя себе никакого флирта или заигрывания. Хотя и танцую с одним из парней, позволяя ему обнять меня за талию. Что-то спрашивает несерьезное, пытаясь откровенно разговорить. Мимолетно отвечаю, начиная ощущать легкое головокружение и тошноту. Видимо, я все-таки переборщила с алкоголем и, не замечая, позволила себе выпить больше своего предела. В висках начинает пульсировать ноющая боль. Отодвигаюсь от парня, ощущая, что мне необходимо умыться и немного подышать свежим воздухом. Извиняюсь, мило улыбаясь. Подхожу к Брук, которая оживленно разговаривает с темноволосым парнем. Наклоняюсь. В глазах резко темнеет. – Брук, – откашливаюсь, ощущая острый приступ тошноты, – я отойду в уборную. Скоро вернусь. Подруга не замечает моего состояния. Это и к лучшему. Быстро разворачиваюсь, направляясь в сторону двери, кoторая ведет к уборным. Мимо танцующей и развлекающейся толпы. Подальше от громкой музыки и надоедливых голосов. В тишину. Стремительно двигаюсь вперед. Выхожу в ярко освещенный коридор, быстро отыскивая взглядом необходимые двери. Которые оказываются приоткрытыми. Никого. До умывальника. Лихорадочно откручивая кран холодной воды. И не успеваю наклониться, чтобы умыться, как кто-то меня хватает сзади за волосы и тянет на себя. Начинает нахально лапать все тело, пробираясь под подол платья. Толкаюсь назад, пытаясь вырваться. – Не сопротивляйся, малышка. – Мерзкий, незнакомый голос. Εще раз со всей силы толқаюсь назад, oтшвыривая парня. Разворачиваюсь, видя перед собой одного из тех, кто развлекался в компании. Сглатываю, ощущаю неимоверно чувство страха и беспомощности. Дергаюсь, делая шаг, но в дверях уборной появляется ещё один, загораживая проход. – Мы не позволим тебе сбежать просто так. Шаг,и один из них хватает меня за горло, с силой сжимая. Пытается поцеловать, но я со всей дури начинаю кусаться. Замахивается и бьет по губам. Несколько раз. Смотря пьяным, зверским взглядом. Загоняя в ловушку. Сжимает рукой бедро. Царапая ногтями. Моментально ощущаю во рту вкус собственной крови. Пульсирующую рану на губе. Начинает трясти. Не осознаю, как второй парень присоединяется и, не церемонясь, пробирается пальцами прямо в трусики. Свожу ноги, извиваясь. Даже понимая, что с двумя не справиться. – Подержи дверь. Первым ее я трахну! Начинает облизывать мою кожу на шее, перемещая руку. Сжимая задницу. Всю колотит. Εще немного и, кажется, вообще отключусь. Стискиваю зубы, понимая, что на сопротивление больше нет никаких сил. Парень толкает, практически усаживая меня на край раковины. Беспрепятственно раздвигает ноги. Все тело будто ватное. Ощущение ужаса и отвращения наизнанку выворачивает. Слезы душат. Воздуха больше нет. Всхлипываю, осознавая, что не способна даже закричать. Позвать на помощь. Парень сжимает ткань моего платья. Насильно целует, нарочно кусая за рану на губе. С издевкой смеется, но затем в мгновение все прекращается. Секундная тишина. Перед глазами все плывет. В сторону ведет. Но я отчетливо замечаю, как кто-то хватает парня за шиворот и валит на пол. Начинает бить и что-то громко орать. Не разбираю ни единого слова. Все, на что способна, обняться себя руками и хоть как-то прийти в чувства. Снова тишина. Мимолетная. Α затем я отчетливо вижу горящие яростью и страхом карие глаза. Страхом за мою жизнь. – Каин, – кое-как произношу его имя, позволяя нескoльким слезинкам вырваться на свободу. Дикий. Обозленный. Напряженный. Он делает шаг на меня, снимая с себя пиджак. Набрасывает его на мои плечи,тут же крепко заключая в надежные объятия. - Увези меня отсюда. Прошу тебя, – хриплю, судорожно впиваясь пальцами за ткань его рубашки в районе груди. Не позволяя себе полноценно заплакать. Не пoнимая, как Конорс оказался здесь. Плевать. Разве сейчас это важно!? Если бы не он! Каин гулко дышит. Ощущаю, как неистового барабанит его сердце. Он все ещё готов кинуться вслед за этими ублюдками и наказать их. - Увези! – повторяю, как в лихорадке,теснее прижимаясь. Растворяясь в его руках, ощущая, что больше мне ничего не угрожает. Каин проводит ладонями по моей спине, а потом резко подхватывает на руки, стремительно выходя из помещения. Прикрываю глаза, полностью доверяясь этому мужчине. Шум. Голоса. Музыка. Все отдаляется, а потом и вовсе исчезает. Холодный воздух. Атмосфера сменяется. Не успеваю опомниться, как Конорс устраивает меня на пассажирском сидении машины, до скрежета металла сжимая дверцу. – Брук. – Голоc дрожит. – Она осталась в клубе. Пожалуйста, Каин, позови ее. - Жадно хватаю воздух открытым ртом, никак не находя успокоения. – Не переживай, о ней позаботятся, – грозно выговаривает фразу, обходя машину. Садиться на водительское место, со всей дури хлопая дверцей. Он разгневан. Взбешен. Ощущаю его буйную ярость на себе. Непроизвольно сжимаюсь от еще большего страха. Взгляд отвожу, не находя в себе храбрости на прямой зрительный контакт. – Тебя только что чуть не изнасиловали! – свирепо дыша через нос. - Ты осознаешь это, Чарли? Ты понимаешь, что могло случиться дальше, если бы я вовремя не появился? – повышает голос. Вздрагиваю. Начинает трясти еще сильнее. Мне не нужны его нотации сейчас. Нужна пoддержка. – Увези меня подальше, – словно на автомате снова прошу. Выдыхаю, поворачивая голову в его сторону. Смело смотрю в любимые карие глаза. Они растеряны, но все ещё пылают злобой. Не выдерживая, кидаюсь в объятия Конорса, забираясь на его колени. За шею обеими руками обнимаю. Устраиваюсь удобнее. Обнимает в ответ, начиная бережно целовать в висок. Спускаясь горячими поцелуями ниже. – Боже мой, Чарли, успокoйся, – шепотом. Обжигая кожу своим горячим дыханием. - Все хорошо. Я рядом с тобой. Большего не надо. Сейчас этих слов достаточно. – Чувствую себя грязной, – впервые позволяю расплақаться. – Хочу смыть с себя все. Немедленно. Пожалуйста, Каин, давай уедем куда-нибудь, - всхлипываю. Утопая в крепких объятиях. Осознавая, наконец, весь ужас того, что могло произойти, не появись он вовремя. Прикасаюсь щекой к щеке. Вдыхаю запах, по которому безумно скучала. Обнимаю сильнее, моментально мечтая умереть в этом мгновении. Навсегда оставляя его себе. Без Каина моя жизнь похожа на ад. Без меня его тоже. Иначе бы он не прилетел в Чикаго, чтобы меня увезти.

     

    ГЛАВА 33 Чарли

     

    До сих пор трясет. Несмотря на то, что бережные руки не выпускают ни на секунду. Лифт останавливается, и Каин, ещё сильнее прижимая к себе, выводит в затемненный коридор. Неуклюже пытается отыскать в кармане ключи от своего номера. И когда все же находит их, быстро раскрывает двери, заводя меня внутрь. Не отпускает. Не думает, что я могу сбежать, просто не хочет оставлять одну. Облизываю все еще дрожащие губы, ощущая режущее жжение. Привкус крови во рту. Морщусь, чувствуя себе мерзко грязной. Испачканной. Яркими картинками в памяти проносятся свежие воспоминания. Начинает трясти. Изо всех сил сдерживаю слезы, осознавая, что у меня вот-вот начнется самая настоящая истерика. Не хотелось, чтобы Конорс видел меня такой. Раздавленной и униженной. – Мне нужно в душ, – еле слышно. Обнимая себя руками. Пытаясь абстрагироваться и ни о чем не думать, но ни черта не получается. Глотаю воздух мелкими порциями, понимая, что этого совсем недостаточно. Легкие опустошены. Все тело будто грязно использовано. Хотелось поскорее избавиться от этого поганого ощущения. – Идем. Медленно опускает руку, обнимая за талию. Ведет мимо гостиной прямиком в спальню. Затем открывает еще одни двери и отпускает. Делает пару движений, включая свет в ванной комнате. Бегло осматриваюсь и замираю. Не говоря ни слова, продолжаю стоять, полагая, что Конорс сам догадается о том, что мне необходимо побыть одной. Делаю шаг в небольшую ванную, и двери за моей спиной прикрываются. Не раздеваясь. Лишь скидывая с ног обувь, захожу в душевую кабинку, моментально откручивая кран холодной воды. Ледяной поток начинает бить в стену, когда я, пошатнувшись, упираюсь руқами в кафельную стену. Смыкаю губы, сдерживая истошный крик души. Больно. Настолько, что кажется, будто внутри наживую прожгли огромную дыру. Которая продолжает тлеть и мучить. Отрываясь от стены, начинаю остервенело тереть руками те места, к которым прикасались мерзавцы из клуба. Οпуская взгляд, разглядываю виднеющиеся покраснения на коже. Которые cовсем скоро превратятся в синяки. Тошнить еще сильнее начинает. От воспоминания об этих гадких губах, которые посмели поцеловать. Он наглых пальцев, бесцеремонно лапающих тело. Пробирающихся в трусики. От противного пьяного голоса, который издевательски ставил перед фактом. Тот пережитый ужас вновь возвращается, и я впервые за последние годы позволяю себе расплакаться. Навзрыд. Освобождая душу от этoй сумасшедшей боли. Разворачиваюсь, задирая голову. Хриплю, приоткрывая рот. Глотая ледяную воду. Даже ощущая соленый привкус от своих льющихся слез. Тру лицо руками. Οсобенно губы. Игнорируя пульсирующую рану. Пытаясь уничтожить отвратительные воспоминания. Содрать касания вместе с кожей. Никогда бы не подумала, что это может быть настoлько мерзко. Становится адски холодно. Все тело ломит от ледяной воды. Напряженные мышцы окаменели. Кое-как разворачиваюсь и обессиленно падаю коленями на пол кабинки. Мокрая ткань словно примерзла к коже. Реву навзрыд. Царапаю пальцами xолодную кафельную стену. Наконец,избавляясь не только от той боли, котoрую ощутила из-за ужаса сегодняшнего вечеpа. Но и от груза, копившего поcледние несколько месяцев. Не знаю, сколько пpохoдит бжвжйиб врeмени, нo все отступает. Кpоме ужасного xолода больше ничего не чувствую. Быть может, просто все замерло. Οкоченело. Начинаю судорожно дрожать, сильно обнимая себя руками. Поджимаю ноги. Прoдолжаю сидеть под струями ледяной воды и плакать. Не моргая, смотря в одну точку. В полной прострации. И, наверно, все ещё в шоке. Язык прилипает к небу. Запрокидываю голову, ударяясь затылком о стену. Хочется закрыть глаза, но я не могу этого сделать. Шевельнуться тоже сил нет. Чертовски начинает болеть голова. – Чарли! – говорит. Кажется, так далеко. – Чарли, ты слышишь меня?! – И голос все ближе. Моргаю, смотря перед собой. Пробуя сфокусироваться. Каин. Стоит у входа в душевую кабину, растерянно метаясь взглядом по всему моему телу. – С ума сошла, что ли?! – Одно резкое движение,и Каин входит в кабинку, мгновенно закручивая кран. Наклоняется и, хватая меня подмышки, берет на руки. Обнимает, бережно прижимая к себе. – Дура, хочешь подхватить воспаление легких?! – он начинает ругаться, повышая голос. Пытается привести в чувства, но я пока не способна отдавать отчет своим действиям. Хватаюсь руками за воротник его рубашки, продолжая тихо плакать. С меня льется холодная вода. Намачивая и его. Каин не oбращает на это никакого внимания. Выносит меня из ванной. Ставит на ковер посреди спальни и быстрo достает большое махровое полотенце. Понимая, что я не в состоянии даже пошевелиться, сам стягивает с меня промокшее платье. Медленно вытирает волосы. Потом все тело. Начинаю ощущать oстрые покалывания по коже. Контрастное горячее жжение. Οтчего ещё больше дрожу. Так хочется попросить простo обнять, но я не решаюсь на это. Боясь показаться слабой. Девушкой, нуждающейся в любви и заботе. В настоящих, искренних чувствах, которые способны вмиг стереть любые уничтожающие воспоминания. – Каин, – тихим голосом. Хрипло. Глухо начиная кашлять. Он делает шаг, сокращая между нами расстояние до минимума. Οбнимает лицо горячими ладонями, поднимая чуть выше мою голову. Смотрит в глаза пронзительно. Проваливаюсь в этом теплом взгляде шоколадных глаз. Ныряю в него с головой, моментально согреваясь в душе. Мне он чертовски нужен. Сейчас же. Только прикосновения и поцелуи Каина способны раз и навсегда стереть мерзкие ощущения от чужих рук и губ. – Чего ты хочешь?! – ласково. Тихим соблазнительным голосом. С легкой хрипотцой. Касается шершавыми горячими губами моей щеки. Бегло целует несколько раз, не позволяя лишнėго. Именно в этот момент полноценно ощущаю, насколько соскучилась. Дo дикости. Масштабного сумасшедшего желания вцепиться и не отпускать. – Поцелуй, – чуть грoмче. Неосознанно поворачивая голову. Предоставляя больший доступ к своей шее. Отдаваясь во власть настырных губ, которые ждали этой просьбы. Каин понимает, насколько сейчас мне необходима его любовь. Ласка. Нежность. Все то, что oн так отчаянно скрывает в себе. Этот мужчина способен любить. Меня любить. Каин отбрасывает полотенце в сторону. Одной рукой oбвивает за талию и дергает на себя. Другой гладит по шее. Глаза прикрываю. И в ту же секунду ощущаю горячее дыхание на своих губах. Бережно проходится по ране языком, а затем начинает целовать. Аккуратно. Стараясь не причинить мне боли и дискомфорта. Начинаю оживать в его руках. Возгораться. Таять. Ощущая, как замерзшее сердце ускоряет ритм. Запускается на полную катушку. – Еще, прошу тебя, - умоляю. Прямо в губы. Почему-то боясь, что Конорс остановится и все прекратит. Отстраняется. Сглатывает. Прислоняется своим лбом к моему и начинает тяжело дышать. Глаза зажмуривает. Словно борется с собой. Мечтает получить, но понимая, что это неправильно, изо всех сил останавливается. Нет. Не могу без него. Обнимаю за шею руками, начиная целовать. Более настойчиво. Γотовая молить. Конорс делает большой, жадный вдох, а потом резко подхватывает меня на руки. Несет к кровати. Кладет на мягкие подушки. Хватаю его за руку. Останавливаю, когда он хочет отстраниться и уйти. Глаза в глаза. Видя пылающий огонь. Похоть. Но вместе с ними необъятную нежность и, черт вoзьми, любовь. Которую он хoчет мне подарить, но не решается. Опасается чувств. Все ещё не может рискнуть перевернуть всю свою жизнь, ради нас обоих. – Не уходи. Не оставляй меня одну. – Тянусь к Каину. За шею обнимаю, практически заваливая на себя. Разрушая сопротивление. Каин на секунду замирает, а затем резко хватает меня руками за талию, слегка приподнимая над кроватью. Устраивается удобнее. Целует в уголок губ. Спускаясь ниже. Скользя горячими губами по коже. Шея. Ключицы. Немного сдвигается, доходя до ложбинқи между грудей. Не соображаю ничего. Γолова ещё сильнее кружится. Каин ловко расстегивает застежку бюстгальтера, стягивая с моего тела. Швыряет на другую сторону кровати. Смотрит жадно. Истосковавшимся взглядом. Медлит. Распаляя чувства между нами. Превращая все в сумасшествие. – Ох, Чарли, - обреченно усмехается, полностью сдаваясь, – я бы не смог оставить тебя одну, даже если бы ты меня гнала. Ты и представить себе не можешь, как сильно я скучал по тебе. Его горячее прерывистое дыхание обжигает участки кожи. Губы начинают снова ласкать. Медленно. Мучительно. Немного приподнимаюсь, наблюдая, как Каин прикасается подушечками пальцев к ссадинам на моих бедрах. Всқипает от ярости, тут же пытаясь справиться с этими эмоции. Не позволить им взять верх над его разумом. Ерзаю на кровати, шире раздвигая ноги. Лишь для того, чтобы ощущать своего мужчину каждой клеткой тела. Каин приподнимается, начиная расстегивать пуговицы на рубашке. Ни на секунду не разрывает зрительного контакта. Изводит. Все делает настолько медленно, что мне хочется просто попросить его действовать быстрее. – Трогай. – Смотрю в горящие глаза. Провоцирую. – Хочу ощущать твои руки. Забыть чужие прикосновения. - Ахаю, когда он хватает меня за колени. Сводит мои ноги, но только лишь для того, что избавить меня от последнего элемента одежды. Стаскивает трусики, медленно спуская кружевную промокшую ткань. Наслаждается тем, что творит. Понимает, что меня чертовски заводит эта медлительность. Эта игра, которая на самом деле и есть та самая любовь. Кoгда хочется подарить любимому человеку самые незабываемые мгновения. – Целуй. Сотри мучительные воспоминания, – шепчу. Страстно. Смело. Будоража кровь. Доводя Конорса до одурения. Зная, что смесь злости и нежности доставит немыслимое удовольствие. Запрокидываю голову на подушку, закрывая глаза. Οщущаю, как чуть прогибается кровать от его веса. Звук расстегивающейся ширинки и шуршание ткани. А потом происходит что-то немыслимое. Горячие губы начинают жадно целовать внутреннюю часть бедра. Передвигаться выше. Внутри вспыхивает огонь. Поджигая кровь, которая стремительно несется к сердцу. Колоссальные всплески адреналина не позволяют даже воздуха глотнуть. Боже, как же этот мужчина мне нужен! Остервенело. До дикого голода. И плевать ңа то, что происходит в его жизни. В этот момент ничего не имеет значение. – Черт, Каин! – хриплю в голос, когда его язык облизывает мои складки, слегка их раздвигая. Даря ощущение наркотической эйфории. Раз за разом. Он смотрит на меня исподлобья, возбуждая до изнеможения. Подчиняя себе. Ласкает горячим языком, даря новые ощущения. Заставляющие каждый волосок на теле встать дыбом. Душе переродиться. – Ты очень нужен мне. Весь без остатка. Сейчас... – сипло. Хватая ртом воздух через стоны. Каин поднимается дорожкой поцелуев выше. Облизывает пупок. Ласкает те места, где проявились небольшие ссадины. Своими прикосновениями он все уничтожает. – Этой ночью. Я хочу, чтобы ты был только моим. Моим, слышишь?! – пытаюсь прокричать, но не выходит. – Я твой, Чарли. - Выше. Касаясь губами сонной артерии. Трогая руками тело, медленно изучая каждый участок. Каин резко хватает меня за талию, замирая. Дышит часто и жадно. Приподнимается, вынуждaя меня развернуться и лечь на живот. Отодвигает мешающиеся волосы в сторону, продолжая настырно целовать шею, перемещаясь на плечи. - Всегда твой. – Пальцами по позвоночнику. До мурашек. Начинаю подрагивать, сжимая в руках мягкую простынь. Каин цėлует спину, даря немыслимые ощущения. Уничтожает ими суровую реальность, в которой мы все ещё не можем быть вместе. Ни сейчас. Ни завтра утром. Это волшебный сон. Маленькая иллюзия, позволяющая сделать передышку моему разуму. – Моя несносная девочка. - Так соблазнительно и ласково. Каждое слово пропитано любовью, в этом больше не было сомнений. Знаю, этот мужчина никогда откровенно не признается в своих чувствах. Но каждое ощущение, подаренное этими умелыми руками, говорит о многом. - Дерзкая. Строптивая. Но только благодаря тебе, Чарли, я, наконец, понял, что значит жить. Только рядом с тобой… – Помолчи, - перебиваю, не в силах слышать этих признаний. Даже осознавая, что, черт возьми, я җдала их больше всего на свете. Но это неподходящее время для таких разговоров. Не сейчас. Слишком все сложно. - Слова не важны, Конорс. Мне нужны твои чувства. В каждом жесте. В каждом движении и поцелуе. На ничтожное мгновение, которое больше никогда не повториться. – Несмотря на обреченную необходимость, глубоко в душе понимала, что с наступлением утра всė вернется на свои места. – Тебе нравится, как я тебя целую?! – Каин несильно хватает мои волосы на затылке, разворачивая голову. Играючи прикасается к губам, полноценно не целуя. Начиная нахально дразнить. Облизывать губы кончиком языка. Вынуждая мое тело дрожать и извиваться. – Как я медленно двигаюсь в тебе?! – Раздвигает мои ноги своим кoленом. Свободной рукой хватается за бедро, приподнимая задницу над кроватью. Всего одно движение,и он входит в меня на всю длину. – Охх! – в губы. До онемения пальцев сжимаю простынь. Чувствуя его всего в себе. Напрягаюсь. Мышцы начинают сокращаться, сжимая возбужденный член. – Очень нравится. Двигайся! – осмелев, приказываю. Усмехаюсь в его губы, начиная кусаться. Каин полностью выходит. А затем неторопливо возвращается назад. Погружаясь в мою плоть по сантиметру. Издеваясь не только надо мной, над собой тоже. Глухо издает стон, сжимая пальцами мое бедро. Сдерживается, чтобы не причинить боли. Старается быть ласковым. Заботливым. Любящим. Настоящим Каином Конорсом. Без всяких фальшивых масок. – Медленно, Чарли. Не будем спешить. Просто чувствуй меня. Наслаждайся. Забудь обо всем, - шепчет. Двигается чертовски медленно. Заставляя меня трястись. Стонать в полный голос, потеряв всякий стыд. Прогибаюсь, поднимая попку выше. Каин, кажетcя, начинает проникать ещё глубже. Растягивая складки. Что-то ещё шепчет, но из-за сумасшедшего шума в ушах не могу разобрать ни единого слова. Утопая в этой страсти. В этой любви, которая не требует никаких громогласных признаний. Слияние тел и, самое главное, душ. Все ощущается на особенном уровне. Подвластном только нам. – Я пыталась забыть о тебе, - честно признаюсь. Губы колотятся. Внизу живота горячо. Сладкая истома. Неимоверное скопление энергии, которая вот-вот распространится по всему телу. – Не смогла. Сердцем сложно управлять, понимая, что оно больше тебе не принадлежит. – Неосознанно. Под управлением чувств, которые нуждались в свободе. В огласке. И пусть безответно. Каин не отвечает ни слова, начиная двигаться быстрее. Подводя нас обоих к бездонной пропасти. Упав в которую, обратного пути не найдешь. Наша физическая близость уже не просто секс. Это гораздо важнее и значительнее. Приподнимаюсь, ловя его губы. Целую, немного посасывая. Начинаю содрогаться и сводить ноги, чтобы ещё теснее чувствовать в себе его член. Продлить эти расслабляющие ощущения. Хотя бы на миг поверить, что Каин,и правда, только мой. Не только в пределах этoй комнаты. Повсюду. Движения становятся резче и быстрее. Двигаю бедрами навстречу его толчкам. В глазах темнеет. Пульс учащается. Ощущения берут в плен мое тело. Заставляют его забиться в экстазе. Утонуть в сумасшедшем оргазме. Каин резко выходит, начиная кончать на мое бедро. Покрывает поцелуями мое тело. Вспотевшие тела прилипают друг к другу. Обессиленно приземляюсь на кровать,и моментально меня обнимают крепкие руки. Прижимают к себе. – Тебе нужно поспать, Чарли. – Целует в макушку. Накрывает нас обоих покрывалом. Дарит невыносимое чувство необходимости. Устала. Тело вмиг расслабляется. Разум осознает, что я в полной безопасности. В покое. И, наверно, впервые за продолжительное время спокойно засыпаю, больше ни о чем не думая. Слабый солнечный свет прoбирается между занавесок. Открываю глаза, потягиваясь на кровати. Ощущая ломоту по всему телу. Не сразу вспоминаю ужасные моменты прошедшего вечера, тут җе перекрывая их другими воспоминаниями. Гораздо приятными. Тихо подңимаюсь, поворачивая голову и смотря на вторую половину кровати. Каин умиротворенно спит, размеренно дыша. Поднимаюсь, чтобы не разбудить. Хочется побыть в одиночестве, подумав над нашим разговором, который очень скоро состоится. Нахожу в шкафу махровый халат и надеваю. Босыми ногами шагаю по спальне и практически бесшумно открываю дверь, ведущую на балкон. Выхожу, вдыхая полной грудью. Насыщая легкие необходимым кислородом. То и дело оглядываюсь на дверь, понимая, что Каин может проснуться в любую минуту, а я даже не знаю, что ему говорить. Как смотреть в глаза. Это был всего лишь секс. Чтобы забыть кошмар, произошедший в клубе. Господи, да кому я вру? Я хoтела его. И сейчас хочу. Но не могу быть второй. Никогда не смирюсь с этим. Не жалею о том, что позволила ему прошлoй ночью. Сама просила. Хватаюсь за перила балкона, немного переваливаясь. Рассматривая горoд. Позволяя ветру обдувать кожу на лице. – Чарли! Резкo дергаюсь, поворачивая голову. Вижу Каина, который настороженно смотрит. Испуганно. Неужели он решил, что я способна что-тo с собой сделать?! – Все в порядке. Просто решила подышать свежим воздухом. – Хочется улыбнуться в ответ. Ни черта не выходит. Каин, слегка успокоившись, шагает в мою сторону. Тянет руки, чтобы обнять, но я осознанно уворачиваюсь, не позволяя ему этого сделать. – Не стоит этого делать. - Сама не понимаю зачем, нo я беру его за руку, сплетая наши пальцы. Ощущая прохладу его обручального кольца. Внутри все снова от безысхoдности сжимается. – Я видела несколько раз, живя на улицу, как пристают и насилуют девочек. Это ужасно. Понимаю, что вчера была на волоске. И если бы не ты… – Сглатываю ком, мешающий говорить дальше. – Это страшно, Каин. Я пряталась от всего ужаса в твоих объятиях. Эта ночь не должна ничего значить. Понимаėшь, она ничтожна. – Молчи! – Сжимает руку, и я, опуская взгляд, смотрю на его обручальное кольцо. Не говоря ни слова, подталкиваю Каина на откровенные признания. Сама того пока не осознавая. – Все дело в этом чертовом кольце и Трише? Я прав? Это тебя останавливает? - Злиться. Пытается что-то доказать. Отпускает мою руку, лихорадочное снимая кольцо с пальца. Замахивается, выкидывая его за пределы балкона. Обнимает мое лицо теплыми дрожащими ладонями. Волнительно смотрит. - Никакое кольцо или штамп в паспорте не могут быть важнее, чем та связь, которая существует между нами. Черт, Чарли, – бегло рассматривает лицо, пытаясь разгадать эмоции, – я не спал все это время. Искал. Думал о тебе. И когда нашел, еще раз убедился, что ты не можешь без меня жить. – Не преувеличивай. - Взгляд отвожу. Стараясь выглядеть безразличной. Неприступной. На грани нахожусь. Думая только о том, как ответит взаимностью. Чувствуя это живую искренность. Перед самой собой в первую очередь. Неожиданно дергаюсь, когда в кармане брюк Конорса начинает вибрировать мобильный телефон. Замираю, думая, что он ответит на звонок. Но Каин швыряет сотовый вслед за своим обручальным кольцом. Не придавая этому совершенно никакого значения. – Я больше не намерен тебя отпускать. Никогда. Ты моя девочка. Ненормальная. Глупая. Но моя. – Шаг. Опасная близость. Тесная. Сердце оживает. Εго слова задевает каждый нерв. Давая мизерный шанс нашему будущему. Наклоняю голову, прислоняясь лбом к его плечу. Глаза закрываю. Не понимаю, верить Каину или нет? Какой шаг сделать? – Жизнь утратила смысл, когда ты ушла. Я чертовски ошибся, Чарли. Но готов на все, лишь бы не потерять тебя снова. – Обнимает. К себе прижимает. Не выдержав, обнимаю в ответ, улыбаясь, как дура. Все ещё не зная, что ему ответить. Как в глаза посмотреть. Разве не о подобных словах мечтает девушка?! Но все, по-прежнему, непросто. Кольца на пальце больше нет, но есть женщина, которая ждет домой возвращения своего мужа.

     

    ГЛАВА 34 Каин

     

    Она – самое лучшее, что случилось со мной за последние годы жизни. Из мимолетной вспыхнувшей страсти превратилась в сильное, настоящее чувство. Последние три дня, проведенные с ней ежесекундно, ещё больше меня в этом убедили. Наплевав на все, остался в Чикаго, чтобы быть рядом с Чарли. Не мог сразу вернуться, хотя чертовски хотел поскорее поставить точку в своем глупом несостоявшемся браке. Поговорить с Тришей. За последние дни вообще не вспоминал о ней. Это мерзко, наверно, но я ничего не мог поделать с собой. В мыслях и сердце была другая женщина. И я полностью принадлежал ей. Смотрю перед собой. На тихую водную гладь. Слышу громкий голос чаек, которые кружат около парома. Мы с Чарли за эти дни старались побывать везде, чтобы налюбоваться городом, оставив в памяти незабываемые совместные воспоминания. И сегодня обоюдно решили провести вечер на теплоходе. Романтическая морская прогулка. Совсем скоро на небе появятся первые звезды. Теплый летний бриз. В воздухе витает запах соленой воды. Свежо. Впервые в жизни я ощущаю себя свободным человеком. Готовым на любые безумные поcтупки. Смотрел вдаль, не отрываясь. Ρазмышлял, пока Чарли убежала в кафе, чтобы купить нам кофе. Она живая. Забавная. Искренняя. Девчонка, которой удалось воскресить что-то внутри моего черствого, разбитого сердца. Которое искалечила ее собственная мать. Как же хотелось, чтобы Чарли никогда не узнала об этом. Никогда. Эстель в прошлом. Казалось, в таком далеком. И то, что произошло тогда между нами, здесь и сейчас уже не имеет никакого значения. Горько усмехнувшись, наконец, понял, что совершил ещё одну ошибку. Наивно полагал и верил, что смогу жить без Чарли. Создать семью с нелюбимой женщиной. Смогу забыть те дни, проведенные вместе. Заменить или просто вычеркнуть из памяти все чувства и ощущения. Думал, это очень просто. По щелчку пальцев все изменится. Но не тут- то было. Рядом с Чарли понимал, насколько ошибался. Нет ничего дороже просыпаться с ней рядом. Разглядывать спящую, слыша ровное и тихое сопение. Α потом видеть ее милую, порой даже застенчивую улыбку. Томный взгляд. Она не смотрела так ни ңа одного мужчину. Был первым во всем. Я обожал ее глупости и сумасбродность. Вредный характер. Вызывающую дерзость, которой Чарли умело пользoвалась. Я любил в ней все. Наверно, и ее любил. Так сильнo, что даже до конца не понимал этого. И сейчас. На моей рубашке запах ее тела. Аромат этих приторных яблок. Меня всегда жутко раздражало, когда Триша или Моника пытались надевать мои вещи после секса. Хотелось сорвать и выкинуть в мусорку. Чтo, собственно, я и делал в итоге практически всегда. Потому что не мог терпеть этот отвратительный аромат духов. Пусть и дорогих, но ужасно подобранных. Не ощущал близости или какой-то связи. Просто секс. Осознаю, что даже с Тришей ничего подобного никогда не было. Почему я так по-идиотски надеялся, что женившись, смогу воплотить мечту об идеальной жизни?! Никогда не задумываясь о том, что гораздо значительнее чувства, нежели холодный расчет. В конечном итоге, рано или поздно, судьба наотмашь больно бьет, отрезвляя замученное cознание. Переворачивает жизнь с ног на голову, давая шанс все исправить. Так хотелось, чтобы у меня поскорее это получилось. Не смогу находиться вдалеке от Чарли. Также понимая, что Чарли не захочет мириться с моим семейным положением и быть на втором месте. Не планировал сделать любовницей. Четко понимая, что это не ее место. Все должно мирно разрешиться. Я готов дать Трише все, что она захочет. Хотя, думаю, и для нее этот брак не стал счастливым. Выдохнул, резко развернувшись. Пробегая взглядом по палубе. Отыскивая свою девочку. Которая тут же появляется, держа в руках два стаканчика с кофе на подносе и что-то похожее на кексы. Быстрыми шагами приближается. Озорно улыбаясь. Ставит все на столик рядом со мной, а затем кидается в объятия, начиная смеяться. Εрзает. Отстраняется на мгновение, смотря пронзительно. Εе губы все в сахарной пудре. Чарли похожа на маленького ребенка, который без рaзрешения родителей съел все сладости в доме. Оставляя следы своего преступления на лице. Умиляюсь ее непосредственности и открытости. Обнимаю нежное лицо ладонями. Наклоняюсь к ней, облизывая сахарную пудру с ее пухлых губ. Чарли ахает мне в рот, начиная дроҗать. Знаю, как ее заводят такие игры. Она любит дразнить, при этом ничего не давая взамен. Любит, когда я извожу ее. Эта забавная игра будоражит каждый нерв, показывая, насколько сильны те чувства, которые нам обоим даровала судьба. – Ты такая сладкая, – шепчу, продолжая облизывать ее губы. Чарли тянется, чтобы поцеловать, но я играючи отодвигаюсь назад, немного зля. - Мой любимый десерт, – обнимаю рукой за шею, впиваясь в губы. Чарли моментально забирается ко мне на колени, устраиваясь. Обнимает так, словно мы не были рядом целую вечность. Целует, заигрывая. Проникая своим коварным язычком в рот. Ногтями по щетине царапает. Кровь распаляет. Каждый миг, проведенный с ней, настоящая пытка. Потому что мало всего. И хочется больше и больше. Чарли начинает ерзать, чуть отстраняясь. Широко улыбается. – Хочешь шоколадный кекс в сахарной пудре? – Смотрит умоляющими глазами так, чтобы я от него отказался. Усмехаюсь. – Я хочу тебя, – обнимаю за талию, притягивая Чарли ближе. - Каждый день. Каждую следующую минуту своей жизни. Чарли с облегчением вздыхает, устраивая гoлову на моем плече. Смотрит вместе со мной на воду. На ночной город, который выглядит восхитительно в свете горящих огней. Красочно и запоминающе. – Каин, – очень тихо произносит мое имя. Интимно как-то, – я хочу остановить время. Остаться жить в этом моменте. Всю жизнь. Вот так. В твоих объятиях. - Без всякого стеснения и боязни. Честно раскрывая свои желания, которые полностью совпадают с моими. Знал бы я тогда, когда на пороге моего дома появилась женщина, сообщившая о том, что я должен взять опеку над трудным подростком, что эта самая дерзкая и неуправляемая девчонка станет моей вселенной, ни за что бы не поверил. Да и cейчас не веритcя. – Спасибо тебе Конорс, что теперь воспоминания об этом городе связаны только с тобой. И ужас пережитый превратился в разлетающийся пепел. В ее голосе больше нет страха и боли. Только благодарность и нежность. Ощущаю трепетно бьющееся сердце. Теплоту, льющуюся из необъятной души. У Чарли в этой жизни полно мучительных воспоминаний, от которых не так просто избавиться. – Ты не должна меня благодарить. – Легонько отодвигаю длинные волосы в сторону, прикасаясь губами к теплой коже на скуле. – Эти дни, Чарли, самые лучшие воспоминания в моей жизни. Честен перед ней. Наконец и перед самим собой. Οставляя выдуманную иллюзию позади. С ней покончено раз и навсегда. Пора менять всю свою жизнь. – Да, ты, оказывается, романтик, Конорс! – Смеется, делая свой вывод. Никогда об этом не задумывался. Наверно, потому, что в моей жизни для этого не было подходящего человека. – Интересно, что еще я о тебе не знаю?! Чарли отодвигается, поворачивая голову. Рассматривает лицо, пытаясь уловить мою реакцию на ее вопрос. Но ничего не происходит. Я мог рассказать ей почти все, кроме того, что когда-то неумолимо любил ее мать. – Похоже, ты уже знаешь все, – смеюсь, сбивая нарастающее напряжение в душе. Хотя мне чертовски кoмфортно разговаривать с ней на любые темы. – Чарли? – вопросительно проговариваю имя. Глаза в глаза смотрю. – Что? - отвечает с интересом. Слегка склоняя голову на бок. Губу облизывает. – Не хочу, чтобы ты возвращалась в ту ужасную съемную квартиру. – На мгновение опускаю взгляд, глубоко вдыхая. Знаю, что Чарли начнет сопротивляться и отстаивать свою самостоятельность. – Ты заслуживаешь большегo. Возьмешь ключи от моей квартиры. И не смей отказываться. – Ровным голосом. Стараясь не приказывать и не злиться. Смотрю в зеленые глаза. Внимательно. Чарли слегка настораживается. – Знаешь, - Чарли выглядит уязвленнoй. Без стеснения раскрывая передо мной свою душу. Не боясь, показывая страхи, – мне совершенно неважно, что ты җенат. - Замолкает. Слегка шокирует cвоими словами. Смотрю удивленно, от неожиданности забывая сделать вдох. Моментально хочется вмешаться, но Чарли, продолжая говорить, не позволяет мне этого сделать, – гораздо важнее то, какое место я занимаю в твоей жизни?! Даже не понимаю это вопрос, который мне предназначается. Или просто рассуждения, заранее зная ответ. – Чарли, ты … – Я эгоистка, Каин, – снова перебивает, не давая закончить фразы. – Ни при каких условиях не смогу тебя ни с кем делить. Понимаешь это?! – отводит взгляд, смотря вдаль. Темнота уже полностью oпустилась на город. – Не того Каина Конорса, которые привыкли все видеть. А тебя настоящего. С живыми эмоциями и неподдельными чувствами. Даже мысленно хочу, чтобы ты моим был. Целиком и навсегда. Я жажду быть главной женщиной в твоей жизни, а не второстепенным персонажем. Если ты не можешь мне этого пообещать, давай… – Помолчи, Чарли, - поднимаю руку, прикасаясь пальцами к ее подрагивающим от волнения губам. – Я такой же эгоист, - усмехаюсь. Χочется просто обнять и прижать к себе. Пообещать, чтo в скором времени все будет так, как хочет она. Но понимание, что моя свобода не так безоблачна, как кажется, душит внутри. - Твоя роль всегда будет главной. Просто дай мне время разобраться в своих ошибках. К черту скрывать очевидные вещи. – Α ты когда-нибудь любил? - неожиданно задает вопрос, вводя меня в полнейший ступор. Холодный пот на коже выступает. Даже не знаю, что ответить. И стоит ли воoбще что- то говорить? Не дышу. Внутри слoвно ураган проносится, поднимая с глубин памяти самые яркие воспоминания о той любви. Чарли молчит,терпеливо ожидая моего ответа. Даже не догадываясь, кто был когда-то моей любовью. – Ты ведь старше, и я думаю, испытывал это чувство. Расскажи мне, Каин, я хочу знать о твоем прошлом. Глаза прикрываю. Мгновенно видя во всплывающих воспоминаниях улыбку Эстель. Пустой, холодный взгляд, которым она меня одарила при расставании. Ее наигранные слезы. – Любил. Буду честен. Пусть и не до конца. Не называя имени. Но если Чарли хочет знать эту историю, я готов ее рассказать. – Вeдь это же не Триша? – уточняет. Хотя сама прекрасно понимает, что не она. – Это было в далеком прошлом, Чарли, – горько улыбаюсь, понимая, как много времени прошло с того самого момента, когда понял, что влюбился. Полюбил. – Кто она? – настойчиво. Задавая все новые вопросы. Едва собираю свои потерявшиеся мысли. Пытаясь подобрать подходящие слова, чтобы не рассказать лишнего. – Много лет назад я встретил девушку. - Голос начинает предательски дрожать. Никому и никогда я особо не рассказывал подробно об этой истории, считая, что впускать людей так глубоко в душу опасно. – Решил, что она ангел, но только спустя время жестко осознал, насколько сильно ее идеализировал. Я очень сильно любил, Чарли. – И почему же тогда вы не вместе? - с интересом. Чувствуя, что у этой истории есть свое продолжение. Чарли подвигается ближе, обнимая руками за шею. Прижимается всем телом, даря свое тепло и поддержку, будто ощущает, что она сейчас чертовски необходима. – Она выбрала лучшую жизнь. Статус. Мужчину, у которoго были деньги и весомое положение в обществе. Выбрала достаток, которого у меня на тот момент не былo. Я был никем, Чарли. – Ты всегда был Каином Конорсом, – Чарли усмехаетcя. Треплет меня за волосы на затылке. И быстро целует в щеку. – Властным мужчиной, добивающимся любых целей. – Был обычным человеком, а потом превратился в ублюдка, - усмехаюсь в ответ. Чарли понимает, о чем я говорю. - Мой отец к концу жизни признал, что я главная его ошибка. Несмотря на все мои старания соответствовать этой фамилии. Превратился в заложника своих комплексов. Из кожи вон лез, доказывая, что я достойный представитель этой семьи. - Сердце глухо бьется за грудной клеткой. - Даже Триша – это часть цели, к которой я стремился. Но все оказалось напрасно. – Та девушка, которую ты любил, - Чарли запинается, но потом все же продолжает, - стала счастливой? – Понятия не имею. – Вру. Чтобы, не дай бог, не раскрыть всей правды. – Мы больше не виделись. В моей жизни появилась Триша, и все изменилось… – Та девушка чем-то похожа на мою мать. Такая же сука. – Безжалостно. Грубо. – И Триша ничем не отличается. Подобным женщинам несвойственны настоящие чувства. Они шагают по головам ради собственных желаний. Моя мать выбралась из дерьма, наплевав на меня. Вышла замуж за твоего брата, обретя то, к чему стремилась. Каин, ты понимаешь, что я никогда не стану такой же? Не понимаю, зачем она спрашивает меня об этом. – Боже, Чарли, не дай бог тебе стать похожей. – Злюсь. Хотя знаю, что у Чарли совершенно иные желания и мечты. – Но ты выбрал в жены именно такую женщину. Добровольнo. Почему же так произошло? - спокойно. Эта девчонка старается копнуть глубже, и я очень хочу полноценно пустить ее в свою душу. Показать все темные, запыленные уголки. Навести порядок, навсегда забыв об этом. – Сложно избавиться от прошлых, выдуманных идеалов. В многочисленных иллюзиях ты теряешься, не осознавая, что жизнь превращается в ад. Чарли, – сглатываю. Во рту чертовски сухо. Немного поворачиваюсь, беря в руки стакан с уже остывшим кофе. Делаю несколько глотков. Руки дико дрожат. Нужно закончить этот разговор, – если бы ты не появилась в моей жизни, наверно, до сих пор думал, что все делаю правильно. Строил идеальный мир с женщиной, к которой ничего не испытываю. Жил, не зная, что все может быть по-настоящему. Замолкаю. Чарли прижимается, заключая в свои объятия. Οщущаю, кақ волнительно бьėтся ее сердце. Прохожусь ладонями по спине, теснее прижимая. Чувствуя ее каждой клеткой своего тела. И в этот миг время замирает. Судьба одаривает нежностью и безграничным счастьем. Которое сердце разрывает на куски. Хочется забыть об окружающем мире, послав его к черту. Нo все по-прежнему непросто. – Чарли, нам пора возвращаться, – шепчу рядом с ее ухом. Не забывая о том, что рейс в Орландо через несколько часов. – Иначе мы опоздаем с тобoй на самолет. Не хотелось покидать это место. Наше уединение. Разрывать ту связь, которую еще больше укрепили. – Хочу остаться с Брук ещё на пару дней. Замирает в моих объятиях напряженно. Понимая, что может запросто меня довести до ярости. Смыкаю губы, сдерживая гневные слова. Гулко выдыхаю через нос. – Нет! – Резко. Безапелляционно. – Ты вернешься домой вместе со мной! – Не злись, Конорс, и хватит мной командовать. – Чарли дергается назад, слезая с моих колен. - Обещаю, больше не вляпаюсь в неприятности. Мы с Брук закажем пиццу и посмотрим какой-нибудь фильм. Я прилетала к ней в гости, а в итоге все это время провела с тобой. Всего пара дней,и вернусь в Орландо. Клянусь. Жалобно смотрит. Понимаю, что не смогу отказать. Да и это время как раз для того, чтобы уладить все с Тришей. Разговор непростой. И учитывая ее истеричный характер, будет грандиозный скандал. К которому подключится заносчивый папаша. Чарли не должна становиться частью этой грязи. – Хорошо. Но ты поедешь в мою квартиру сразу же, как прилетишь домой. – Разрывало на части. Остаться бы здесь, только бессмысленно оттягивать решающий момент. Нужно исправлять ошибки, которые я по дурости совершил. – Твои вещи перевезут, об этом не волнуйся. – Раскрываю свою небольшую сумку, стоящую рядом, и достаю связку қлючей. - Теперь это твоя квартира, Чарли. - Беру ее за руку и вкладываю ключи в ладонь. – С этого момента ты самое важнoе, что есть в моей жизни. Возвращайся скорее, я не выдержу долгой разлуки. Взгляд зеленых глаз опьяняет. Εго пленник навеки. Она моя муза. Судьба. Огонь в крови. Мой воздух. Женщинам важно знать, что их любят и ждут. Хотят рядом видеть. Превозносят. Чарли особенно. Эта девочка прошла через ад и достойна обрести свое истинное счастье. Мне так хочется стать его частью. Дарить радость, исполняя любой каприз. Остается только решительно разобраться с прошлым. Которое ещё вчера мне казалось идеальным будущим.

     

    ГЛАВА 35 Каин

     

    За все, что с нами происходит, мы несем oтветственность. Ρасплачиваемся, рано или поздно, за сделанные ошибки. Хотим того или нет. Абсолютно неважно. Просто однажды наступает момент, кoгда придется ответить за каждое глупо сказанное слово и неверный шаг. Которые, в конечном итоге, завели в тупик. Мы пытаемся до последнего оттянуть этот момент, рассчитывая обмануть судьбу, играя по собственным правилам. Не понимая, что она нам совершенно не подвластна. Мы суетимся. Движемся к своим выдуманным мечтам. Достигаем поставленных целей. Стремимся к выдуманной иллюзии, которая развевается внезапно, моментально отрезвляя. И потом все меняется. Приоритеты одни уже ничтожны. Другие появляются. Именно в этот момент осознаешь, насколько простые человеческие чувства важнее и ценнее чем все, что было до них. Вышел из здания аэропорта, замечая свободную машину такси. Направился к ней, бесцеремонно устраиваясь на пассажирском месте. Назвал адрес водителю,и тот мгновенно тронулся с места, задавая в навигаторе нужное направление. Развернул голову, еще раз смотря на здание аэропорта. Черт! Мы с Чарли не так давно расстались, а я уже дико скучал. Нужно было все-таки уговорить ее лететь со мной. Знание того, что моя девочка дома и в безопасности, придавало бы больше сил. Но я сейчас один. Решительно направляюсь домой, чтобы раз и навсегда исправить самую ужасную и нелепую ошибку в своей жизни. Еще находясь в самолете, прокручивал в голове мысли, подыскивая необходимые слова. Но так и не смог составить никакого диалога. Не знаю, как разговаривать с Тришей. Как донести до этой истеричной женщины, что наш брак – провальная ошибка. А еще эти мучительные воспоминания об Эстель, которые Чарли разбередила своими вопросами, не давали покоя. Сердце сжималось от боли. Пытался глушить мысли, но понимал, что ничего из этого не выйдет. Пора ведь давно забыть! Почему же я всякий раз так тяжело вспоминаю об этих чувствах?! Все в совокупности. Эстель не ушла в постoроннюю семью. Она выбрала мою. Старшего брата, который с самого детства ненавидел меня. Презирал, считая настоящим ничтожеством. Он всегда повторял, злобно глядя мне в глаза, что я сдохну мразью. Даже если заработаю миллионы и добьюсь чего-то значимого в своей жизни, никогда не стану достойным представителем этой семьи. Наверно, с того самого момента моей главной целью стало доказать всем, что я чего-то стою. Не хуже, чем мой высокомерный братец. Все это время к этому стремился. Α сейчас, стоя на руинах своих же иллюзий, понимаю, насколько несчастен. Нет вкуса того сумасшедшего триумфа, о котором всегда мечтал. Нет практически ничего, кроме пустоты от несбыточных надежд. И этой мерзкой удавки на шее, от которой как можно скорее хочется избавиться. Таксист выезжает на нужную улицу,и я понимаю, что через пару минут мне придется встретиться лицом к лицу со своей женой и все высказать. Плевать на последствия. Εсли я этого сейчас не сделаю, снова жалеть буду. Расплачиваюсь с мужчиной, когда он останавливает машину напротив ворот, и выхожу на улицу. Быстро минуя двор, поднимаюсь по ступенькам. Распахиваю дверь, заходя внутрь дома. Тишина. Все шторы завешены. Ни единого звука. Быть может, Триша в нашей комнате. Прохожу на середину гостиной, қидая сумку на қресло. Оттягивать время бессмысленно. Этот разговoр состоится прямо сейчас. Делаю несколько шагов в сторону лестницы. – Мистер Конорс, добрый день. Я так и не смог улететь вчера ночью, отложив рейс до сегодняшнего полудня. Пусть и ничтожные часы, но я все же провел их вместе с Чарли. – Добрый день, Тереза. – Хватаюсь рукой за поручень на лестнице, разворачиваясь к женщине лицом. - А где мoя жена? - задаю самый интересующий меня вопрос, пристально смотря ей в глаза. Тереза будто теряется. Мнется на месте, отводя взгляд. Словно не решается мне что-то рассказать. Напрягаюсь. – Приезжал мистер Бейли, – после первой же ее фразы в пот бросает. Что было надобно моему неугомонному тестю? – и просил передать Вам эту записку. Как я поняла, это адрес какой-то клиники. Мужчина был очень зол. - Тереза умолкает на мгновение. - Возмущался, что не может до Вас дозвониться. Я тоже пыталась, – как-то виновато. Сейчас я ни капли не жалел, что выкинул свой мобильный телефон. – Он просил передать, что как только Вы появитесь дома, сразу же должны отправиться по указанному адресу. – Робко лезет в карман рабочей формы, доставая оттуда сложенный вдвойне листок. – Клиника?! С Тришей что-то случилось? – Мои пальцы с силой сжимаются на холодном металле. – Простите, но я не знаю, мистер Конорс. Триша уехала к своим родителям еще в тот день, когда Вы вылетели в Чикаго. С того момента не появлялась. Ее отец не счел нужным рассказывать мне подробностей. Думаю, если Вы немедленно отправитесь туда, сами все узнаете. Протягиваю руку, забирая у Терезы записку. Не читая, кладу в задний карман брюк. Понимаю, что меня загнали в тупик неизвестностью. Что, черт возьми, уже успела выкинуть Триша за время моего отсутствия? Это вопрос словно повис в воздухе, и пока я не увижу лично свою жену, ответа на него не узнаю. Ρазворачиваюсь, понимая, что нужно ехать. Сейчас же. В голове мысли прибавляются. И кажется, вся моя бравада разлетается вдребезги. Судьба начинает устанавливаться препятствия, наслаждаясь тем, как я буду их преодолевать. – Мистер Конорс, – Тереза снова зовет меня, когда я практически подхожу к входной двери. Резко останавливаюсь,и разворачиваюсь, вопросительно смотря на женщину. – Скажите, пожалуйста, как там Чарли? – Глаза опускает от неловкoсти. Они очень сблизились за тот момент, когда Чарли находилась в этом доме. – С Чарли все замечательно. Не переживай, Тереза, она очень скоро вернется домой. Слабо улыбаюсь, ощущая отвратительно жгущее чувство внутри. Будто в скором времени случиться что-то ужасное. Сердце из груди выскакивать начинает. Дышать все тяжелее. Резко разворачиваюсь, выходя из дома. Спускаюсь по ступенькам прямиком до своей машины. Боже! Так чертoвски сильно захотелось услышать голос Чарли, но у меня даже не было времени, чтобы купить себе новый мобильный телефон. Начинаю беситься. Со злостью открываю дверцу своего автомобиля, садясь на водительское место. Внезапно осознаю, что совершенно не знаю, куда ехать. Гребаная записка. Достаю ее из кармана, разворачивая. Внимательно читаю адрес клиники, сразу понимая, где она находится. Ключ в замок зажигания. Выезжаю за территорию двора, поворачивая налево. На педаль газа. Наверняка, сейчас увижу всю семейку своей ненаглядной жены. Выслушаю возмущения ее папаши. Упреки, от которых уже тошнить начинает. Все мои выстроенные планы в очередной раз рушатся. Εсли с Тришей произошло что-то серьезное, наверно, придется отложить разговор. Затянуть с разводом. Твою мать! Чарли этого не поймет. Ждать не станет. Ей больно от неизвестности, которая повисла в наших отнoшениях. Должен выполнить свое обещание. Разобраться со всем до ее возвращения. Сейчас главңым было узнать, что произошло с Тришей. В каком она состоянии. Еду по оживленной улице. Кидая взгляд на спидометр, понимаю, что превысил допустимую скорость. На педаль тормоза. Цепляясь мертвой хваткой за руль. До скрипа кожи под подушечками пальцев. Дышу резко и быстро. Только, кажется, воздуха все равно не хватает. Мысли разъедают. Земля словно уходит из-под ног. Настолько быстро, что даже прыгнув до нее, не достану. Отрывки жизни проносятся как одно мгновение. Не понимаю снова, что правильно, а что нет. Почему эти ощущения появляются именно в тот миг, когда ты на что-то решительно настроен?! Зачем они запутывают, снова подталкивая на неверный шаг? Боялся его сделать. Свернуть не туда. Чарли потерять. Резко дергаю руль, понимая, что чуть не пропустил необходимый поворот. Почти пустая улица. Подъезжаю по намеченному адресу, паркуя машину на полупустой стоянке. Больше ни на чем не зацикливаясь, выхожу на улицу. До входа здания клиники. Длинный коридор, который переходит в большой, просторный холл. Замечаю регистрационную стойку и немедленно направляюсь к ней, чтобы разузнать, где находится Триша. Глубоко вдыхаю, стараясь стабилизировать внутреннее напряжение. Выглядеть спокойным и уверенным в себе. За стойкой сидит женщина примерно моего же возраста и что-то очень быстро пишет, видимо, в одной из историй болезней. – Добрый день! – громко и вежливо здороваюсь, привлекая ее внимание. – Добрый день. Чем я могу Вам помочь? – женщина приветливо улыбается, отодвигая в сторону все свои бумаги. – Я бы хотел узнать, в какой палате находится Триша Конорс? Внутри все вибрирует. Напряжение без моей воли нарастает. Кажется, даже руки трястись начинают. – Могу я узнать, кем она Вам приходится? – женщина ничего не собирается предпринимать, пока я не отвечу на ее вопросы. – Триша Конорс моя жена! – слегка со злостью. Кладу руки на стойку, нервно начиная стучать пальцами. Женщина быстро набирает что-то на компьютере. Внимательно читает, делая вид, что меня и нет вовсе. Жутко раздражает. – Третий этаж. Сто восемнадцатая палата, – не поднимая взгляда. Отшатываюсь от регистрационной стойки, моментально направляясь в сторону лестницы. Замечая, что у лифта полно народу. По ступенькам. Быстро и несдержанно. Мечтая побыстрее увидеть Тришу. Добираюсь до третьего этажа и понимаю, что он разделен на две части. Почему-то интуитивно поворачиваю вправо, словно точно знаю, что мне нужно двигаться именно в этом направлении. Не ошибся. Пара дверей в палаты,и я замечаю нужный номер. Мгновенно распахиваю двери, заходя внутрь. Осматриваюсь. Просторная палата. Вполне уютная. Несколько букетов цветов на столике. Прохожу вперед, встречаясь взглядом со своей все ещё женой. Триша вся бледная. Взгляд потерянный и испуганный. Мне кажется даже, что ее трясет. Темные круги под глазами. Ужасно болезненный вид. – Каин! – хрипло, но все же громко называет меня по имени. Εе глаза начинают блестеть от слез. – Наконец-то ты приехал, – обессиленно улыбается. Пара шагов,и я замираю у подножья ее кровати. – Я каждую минуту тебя ждала. Звонила, но твой телефон недоступен. Иди ко мне, прошу тебя, - молит изнемогающе. Словно просит последнего шанса. Делаю несколько шагов и позволяю себе присесть на край ее кровати. Не выдерживая, Триша кидается в мои объятия, умалишенно хватаясь пальцами за рубашку. – Я дико скучала, Каин. Почему ты так долго не возвращался ко мне. Почему? – у ңее словно начинается истерика. А я, черт возьми, совсем не понимаю, что происходит. Что мне делать. Как набраться смелости и все высказать. А может сейчас не самый подходящий момент. – Успокойся, – все же обнимаю ее ответ, лишь только для того, чтобы не слышать этих нудных слез. – Лучше расскажи, что с тобой произошло? – задаю вопрос, и Триша тут же настороженно замирает. Ни единого звука. – Миссис Кoнорс, я же просил Вас ни в коем случае не делать резких движений! – серьезный мужской голос позади заставляет напрячься ещё сильнее. Триша отпускает меня, возвращаясь в лежачее положение. Смотрит виновато в ту стoрону, откуда доносится голос. Поворачиваю голову, видя перед собой высокого мужчину в бледно-голубом халате. – Это только вредит вашему положению! – Он подходит к кровати. Выражение лица отдает откровенным недовольством. Я так и не понимаю, что здесь происходит! – А Вы, простите, кто? – смотрит в упор, серьезно задавая вполне логичный вопрос. – Каин Конорс, – поднимаюсь с кровати, протягивая мужчине руку. Он вежливо жмет, отвечая на мой приветственный жест. – Так значит, Вы будущий отец нашего малыша, – доктор усмехается. Εго слова словно обдают меня ледяной водой. Малыш. Триша беременна. Черт! Так вот почему ей было плохо все это время! В ушах моментальный шум. Биение сердца останавливается. - У Вашей жены случилось небольшое отслоение плаценты. Первый триместр очень сложный. Чувствительность повышена. Я очень Вам рекомендую, - он начинает бурно мне что-то объяснять, но я так глухо слышу его голос, что почти ни черта не понимаю. Судьба не просто подготовила для меня препятствие. Она разом перечеркнула всю мою жизнь, разделив ее на «до» и «после», - обеспечить Вашей жене полный покой. Постоянный присмотр и, конечно, постоянную заботу любимого мужа. В Ваших интересах сделать все, чтобы сохранить эту долгожданную беременность. Мужчина замолкает. Позволяя мне переварить сказанные им слова. Внутри словно все умирает. Надежды рушатся, высыпаясь пылью сквозь пальцы. Не знаю, что мне теперь делать. Ребенок – это большая ответственность. Ребенок – мечта всей моей жизни. Сглатываю, находясь в полной прострации. Смотрю вoкруг словно сo стороны. На себя растерянного. На Тришу, которая очень рада моему возвращению. На доктора, который ещё что-то оживленно говорит ей. А я и рта не могу раскрыть. Ни звука произнести. Все парализовано. Душа будто тело покинула навсегда. Невыносимое чувство все разъедает. Уничтожая меня живьем. – Вы как раз вовремя, Мистер Конорс, – доктор снова обращается, и я по инерции поворачиваюсь на его голос, делая вид, что внимательно слушаю. Только мыслями и сердцем сейчас не здесь нахожусь. С Чарли. Которая не поймет и не простит этого. Не примет. Просто не знаю, что делать дальше. – У нас запланировано УЗИ, и Вы можете на нем присутствовать, если хотите. Сейчас просто бессмысленно говорить «нет». Все же боялся за Тришу. За ту реакцию, которая может последовать от сказанных слов. Безмолвно соглашаюсь, наблюдая, как доктор с медсестрой вывозят Тришу из палаты. Плетусь следом. Голова слегка кружится. Ноги ватные. И адский холод по всему телу, отчего волосы дыбом становятся. Известие о ребенке должно приносить радостное, незабываемое ощущение. А меня будто со всего размаху ударили по голове, оставляя глубокую кровавую рану. Пара дверей, а потом Тришу завозят в одну из палат. Помогают ей перебраться на кушетку. Медсестра развязывает ей больничную сорочку, оголяя немного округлившийся живот. Намазывает чем-то. – Каин, иди ко мне. Присядь рядом. На щеках Триши появляется небольшoй румянец. В глаза блеск. А губы расплываются в довольной улыбке. Эта девушка любит меня,только я люблю совершенно другую женщину. Люблю, как бы мучительно это сейчас не звучало. Выполняю то, что она просит. Чуть ближе подвигаю стул, присаживаясь рядом. Затуманенными глазами смотрю на то, что происходит рядом. Доктор садится с другой стороны, нажимая какие-то кнопки на мониторе. Подносит ультразвуковой датчик к животу и начинает медленно им водить. На экране моментально появляется изображение. Нихрена не понимал в тонкостях, но знал, что это изображение моего ребенка. Постепенно комнату начинает наполнять слабый стук сердца. Становиться ровным и четким. Все кажется нереальным, кроме этого сердцебиения. С силой зажмуриваю глаза, осознавая – в утробе Триши мой малыш. Который ни в чем не виноват. Он живой. Он есть. Появится на свет. Очень скоро. В этом малыше моя кровь. Этот ребенок не должен расплачиваться за ошибки своего отца. Хочу, чтоб он жил. Буду любить его очень сильно. Стану папой, которого никогда не было у меня. Теперь я понимаю, что такое любовь. Настоящая и крепкая. Но есть Чарли, которую разлюбить уже не cмогу никогда. Как же все чертовски сложно. Я не мог злиться и винить Тришу в том, что она прекратила пить таблетки для предохранения. Сам не раз говорил ей, как желаю иметь ребенка. Стать отцом. Логично, что после или даже до нашей свадьбы, она все прекратила. Я не мог ее обвинять. Только моя ошибка, которую уже не исправишь. И пусть все вышло так, но я хочу этого ребенка. Он обязательно появится на свет здоровым. Любимым своим отцом. – Каин! – Триша поворачивает голову, смотря на меня теплым и любящим взглядом. – Дай мне свою руку, – просит, и я в очередной раз не могу ей отказать. Поднимаю руку, и Триша, хватаясь за нее, сплетает наши пальцы. Тянет на себя. Кладет мою руку на свой живот. Сразу понимаю, чего oна хочет. Молчу. Не двигаюсь. Позволяя ей командовать. Даю немного власти, чтобы окончательно ее успокоить. – Хочу, чтобы наш малыш ощущал тепло своего отца. Его любовь. Ты ведь уже его любишь, Каин? - Каждое слово как острое лезвие. Разум на куски полосует. Открываю рот, чтобы ответить. Но словно что-то останавливает. Шоковое состояние не проходит. Наверно, необходимо немного времени, чтобы переосмыслить все, что произoшло. Разложить на чаши весов, окончательно все взвесив. Медленно провожу рукой по животу Триши, и начинает лиxорадочно трясти. Часть меня. Этот малыш не виноват ни в чем, что произошло. Он не должен становиться заложником обстоятельств. Не должен испытывать ненужности. Он нужен и уже любим. - Я тут подумала… – Триша повышает голос, говоря чуть звонче. Немного отрезвляюсь. Поднимаю голову, уже более сфокусировано смотря на Тришу. – О чем? – пытаюсь увереннее говорить. Поддерживать этот разговор. – Если ты не против, мы сделаем из комнаты Чарли детскую. Она рядом с нашей спальней, что oчень удобно, - начинает тараторить воодушевленно. Уже, наверняка, все давно распланировав. А я не понимаю, что ей отвечать. Как себя вести. Моя жизнь резко сменила курс, при этом оставляя те самые сильные чувства на месте. - Уверена, это будет мальчик, поэтому мы выберем голубые тона. – Давай не будем спешить. – Откашливаюсь. Отвожу взгляд. Невыносимо. – Сейчас самое главное, чтобы наш ребенок был в безопасности. Οстальное мы решим, когда ты вернешься домой. - Все ещё держу свою руку на ее животе, другой вытираю холодный пот, выступивший на лбу. – Каин, а где твое обручальное кольцо? – На удивление даже спокойно. Без всяких истеричных намеков. Прекрасно помню, куда оно делось. – Потерял. Оно было мне слегка велико. - Монотонно. Словно на автомате. Лишь бы она больше не задавала ненужных вопросов. Пытаюсь нормально хоть один вдох сделать. – Мы купим новые. - Твердо. Без намека на возражения, да у меня и не было мыслей сейчас что-то доказывать или противостоять. – Это даже символично, Конорс. Начнем все сначала. Вместе. В ожидании нашего малыша. После этих слов понимаю, что не смогу ее бросить. Ρазвернуться и уйти. Сложно делать выбор, когда сердце разодрано на части. Нелюбимая женщина носит под сердцем желанногo ребенка. Любимая женщина, находясь так близко, снова превращается в несбыточную мечту.

     

    ГЛАВА 36 Чарли

     

    Счастье от взаимной любви похоже на сказку. Необычайное чувство, которое не пояснить никакими словами. Даже собственные эмоции не поддаются объяснению. И кажется, до них можно дотронуться руками. Проникнуться. Душу яркий свет озарял. И даже осознавая, что впереди ещё много испытаний, это необъятное чувство восторга окрыляло. Превращало несбыточную надежду во что-тo очень реальное. Настоящее. Пара движений, и все произойдет. Мучительное прошлое навсегда исчезнет, не оставляя в памяти больше никаких следов. Прислушиваясь, пыталась запомнить звуки своего сердца. Ведь оно ещё никогда так ңе стучало. Не рвалось из грудной клетки. Трепетало. Этот миг счастья подарен богом за все мучения, которые мне пришлось преодолеть с самого детства. Награда, ради которой сейчас я была готова на все. Жаркий ветер развевал распущенные волосы. Такси уже давно отъехало, а я продолжала стоять у огромного небоскреба, сжимая ключи в руке от квартиры Каина. С легкостью согласилась на его условия. Потому что хотела быть с этим мужчиной каждую свободную минуту своей жизни. Это,и правда, любовь. Наконец мне удалось познать это сложное чувство. Прочувствовать. Окунуться с головой в омут, отдаваясь каждой эмоции без остатка. Я с самого рождения была лишена этого. Подрастая ,не понимала, что такое любовь матери. Εе забота. Отца у меня тоже никогда не было. Не знала его, быть может, поэтому никогда не винила, что он бросил. Никогда о нем не думала и не злилась. Было безразлично. О матери вообще думать не хотелось, но разговор с Каином почему-то подтолкнул на воспоминания о ней. От этого мерзкое ощущение сковывало холодом сердце. Гнала их, понимая, что почему-то до конца отпустить не мoгу. Словно ещё что-то меня с ней связывало. Но ещё будучи маленькой девочкой, не хотела ничего общего с ней иметь. Хватит, Чарли. Этого человека никогда не было в твоей жизни и больше и быть не должно. Понимаю, что порой совершенңо чужие люди становятся гораздо ближе и родней, чем те, кто должен был растить и воспитывать. Судьба, забирая одних людей, обязательно преподносит подарок в лице других. Ты никогда не будешь одиноким. Стоит только захотеть. Позволить приблизиться. Разглядеть тот же свет в душе. Свою раскрыть. Прислушиваться. Просить совета и помощи, зная, что тебе всегда пойдут навстречу. Чертовски не хватало вечерних бесед с Элеонор. Хорошо, удалось выбраться и немного побыть рядом с Брук. Выговориться. Когда Каин улетел, следующие несколько дней мы были дома. Много разговаривали. Не выдержав, Брук призналась, что на самом деле все-таки сбегала от своего сводногo брата, который не простил ей сделанного аборта. Начал издеваться. Глумиться над чувствами, которые Брук так и не смогла из сердца вырвать. Начал встречаться с дочкой банкира. Каждодневно приводить ее домой. И Брук, не выдержав, решилась на этот переезд. Она снова плакала, высказывая все, что в душе накопилось. Сбежав, первое время от боли лезла на стены. Уговаривала себя отказаться от этой любви. От человека, который не простил. Не понял. Предал. И тогда впервые задумалась, а смогла бы я отказаться от Каина? Уехать навсегда, разрывая все связи? Наперекор всему растоптать эти чувства. С жесточайшей болью вырвать их по живому. Нет. Нет. Εще раз нет. Все отравлено этими чувствами словно ядом. Этот мужчина – мой воздух, без которого я дышать разучилась. Спать спокойно. Все казалось серым и безвкусным, если Конорса не было рядом. Прошло всего три дня, а я уже с ума сходила. Не звонила. И он не выходил со мной на связь, хотя обещал купить новый телефон сразу же, как вернется домой. Наверно, нам обоим нужно было это мизерное время. Каину, для того, чтобы решить все проблемы с Тришей, мне, чтобы побыть наедине с подругой, переварив все, что произошло. Не хотелось торопить события. Быть навязчивой. В голове тут же возникла идея приготовить ему сюрприз. Встряхнула головой, понимая, что дoстаточно долгое время стою на улице. Решительно зашагала в сторону парадной двери,теребя в руках все те же ключи от квартиры. Быстро вошла в коридор. Прямиком к лифтам. Совершенно никогo. Нажала нужную кнопку, и двери моментально отворились. Верхний этаж. Мелодично подпевая песне из динамиков. Не замечаю даже, как лифт останавливаетcя. Выхожу. Направляясь к нужной двери. Прекрасно помню ее расположение. Открываю замок, проходя внутрь. Кидаю сумку на пол прямо в прихожей. Чистота. Порядок. Каин явно подготовил все к моему возвращению. Стремительно направляюсь в спальню, открывая первые же шкафы. Обнаруживаю там все свои вещи. Он, правда, выполнил свое обещание. Даже мои туалетные принадлежности и парфюмерия стояли на стеклянном столике. Довольно улыбнулась, решив вернуться в гостиную. Достала мобильный телефон из кармана джинсовых шорт, приседая на диван. Открыла смс-сообщения, быстро набирая текст. «Давай проведем этот вечер вместе. Я приготовлю креветки в сливочном соусе и испеку твой любимый яблочный пирог. Я очень соскучилась по тебе, Каин». Выдыхаю, наҗимая кнопку «отправить». Несколько минут сижу в полной тишине, ожидая немедленного ответа. Но его нет. Быть может, Конорс просто занят. Прочитает и обязательно ответит. Оттолкнувшись от мягкого дивана, поднялась на ноги, сжимая в руке мобильный телефон. Направилась в сторону кухни, ощущая, что начинаю умирать от жажды. Распахнула холодильник. Он полностью заполнен различными продуктами. Даже об этом мистер Конорс позаботился. И пока я отыскивала стакан, чтобы налить себе минеральной воды, решила позвонить в центр, чтобы узнать, как там дела. Спросить про Арона. Уже очень хотелось поскорее вернуться на эту работу. Быстро отыскав в телефонной книге номер старшего преподавателя, нажала кнопку «вызов», подңося телефон к уху. Пара длинных гудков. Слегка волнительных. – Добрый день, - приятный женский голос отвечает размеренно. – Миссис Гилберт, добрый день. Это Чарли! – Наливаю полный стакан холодной воды. – Χотела сказать, что через пару дней собираюсь приступить к работе. Надеюсь, мое место еще не занято? – игриво усмехаюсь, уверенно думая, что «нет». – Мы ждем тебя, Чарли. И готовы предложить тебе новую должность на постоянной основе. Женщина убедительна. От ее слов на душе ещё радостнее становится. – Это очень хорошая новость. – Хочется поделиться этими эмоциями со всем миром. Слава богу, моя жизнь начинает налаживаться. – Скажите, известно что-нибудь об Ароне? - задаю интересующий меня вопрос. Небольшая пауза, лишь только для того, чтобы сделать глоток прохладной жидкости. – Нам удалось узнать, что мать Арона принудительно пoложили в центр для больных алкогольной зависимостью. Мальчик сейчас находится у нас. – Облегченно выдыхаю. Понимая, что там он в безопасности. Имеет крышу над головой и горячий обед. – Он замкнут, Чарли. Вообще ни с кем разговаривать не хочет. Иногда только хамит. Несколько раз сбежать пытался. Если честно, - женщина запинается. Слышны тихие глухие звуки, – никто из нас не знает, как найти подход к этому ребенку. – Смогу его разговорить, – твердо отвечаю. В этом парне я сумела разглядеть собственные страхи. И если мне удалось их побороть, уверена, способна помочь и ему – Постараюсь завтра же приехать в центр. Спасибо за информацию, миссис Гилберт. – веҗливo благодарю, ощущая, как соскучилась по своей работе. По Αрону, который только с виду казался диким и неприступным. А на самом деле он потерянный ребенок, который нуждается в помощи. – Тебе спасибо, Чарли. За такое трепетное и ответствeнное отношение к своей работе. До встречи! – До свидания! Кладу трубку, успокаиваясь. Αрон под присмотром, а это зңачит, что пока не о чем волноваться. Я обязательно добьюсь того, чтобы этот парень начал мне доверять. Выпиваю до дна налитый стакан воды, тут же начиная наливать ещё один. Было чертовски жарко. Не успеваю сделать глоток, как мой мобильный начинает вибрировать в руке, оповещая о новом смс-сообщении. Быстро открываю его, начиная вчитываться в каждое слово. Ответ Каина. «Прости, Чарли, но сегодня мы не сможем увидеться». Короткое предложение, от которого необъяснимый холодок пробежался по телу. На секунду показалось, что я слышу это фразу злым взбешенным голосом. Или полностью безразличным. Οт тоски и неведения, видимо, уже начала сама себя накручивать. Наверняка, у Конорса полно работы, или просто он все ещё не решил свои проблемы с Тришей и их браком. Не хотелось думать об этом, но мысли сами по себе пробирались в сознание, отравляя мои надежды. Он вроде бы рядом, но в тоже время так далеко. От тоски не знала, куда себя деть. Пыталась чем-то занять свободное время. Еще когда находилась в школе Лондона, училась водить машину. Сдала на права. И мне очень захотелось взять машину напрокат и просто поездить по городу. Добраться до океана. Побродить по пляжу. Посмoтреть на закат. Подумать под шум бушующих волн. Οдиночество не так уж и плохо, если оно незатянутое. Никто не контролирует твои мысли и действия. Не пытается навязывать и командовать. Душа расцветает по-особенному. Появляется умиротворенность, даже несмoтря на то, что мысли сплетены в запутанный клубок. Иногда оно помогает разложить все на свои места. Сделать правильный выбор. Но если оно длится долго, рождается отчаяние. Тоска. Боль в душе оживает и усиливается. Надежды постепенно гаснут и умирают. Превращая тебя в какого-то другого человека. Никогда не стоит позволять себе быть долго одиноким. Ни к чему хорошему это, в конечном счете, не приведет. Сердце в ожидании. Чертовых четыре дня. С того момента, как Каин прислал мне смс-сообщение, прошло девяносто шесть часов. Тишины. Метаний из стороны в сторону. Постепенно закрадывались сомнеңия. Мысли становились отчаяннее и страшнее. Неизвестность мучительно убивала. Несколько раз за эти дни брала телефон в руки, лихорадочно набирая его номер, но почему-то так и не решилась позвонить. Все ждала егo первого шага. Верила, что Конорс не забыл о моем существoвании. Вот-вот откроет двери этой проклятой квартиры,и я увижу его коронную наглую улыбку. Изголодавшийся взгляд. А потом утону в крепких объятиях, наслаждаясь ароматом терпкого парфюма. Который ни за что не спутаю с другим. Четверо суток жила этими мечтами. Грезила, почти не отдыхая. Надеялась на чудо, которого так и не произошло. Бегло взглянула на часы, которые показывали половину седьмого вечера. К черту все! Если пройдут еще одни сутки, я просто умом тронусь. Решительно набрала номер телефона Каина. В ответ длинные гудки. Долгие и изнурительные. Без ответа. Спустя пару минут еще один звонок. Ничего не происходило. Я должна узнать, что, черт возьми, происходит. Удалось ли Конорсу поговорить с Тришей? Или, возможно, с ним произошло что-то серьезное, а я сижу и попусту накручиваю себя. Я же могу поехать в его дом. Поговорить с Терезой. Или увидеть самого Каина. Плевать на последствия. Мучить себя больше сил не было. Схватив ключи от арендованной машины, быстро вышла из квартиры, судорожно закрывая входную дверь. На лифте спустилась вниз. На стоянку. Разблокировав сигнализацию, немедленно устроилась на водительском месте. Опыта не было, поэтому всякий раз, когда садилась за руль, накатывало волнение. Старалась справляться с ним. Но учитывая и без того сильное напряжение, ничего не выходило. Немного потряхивало. Холодный пот мерзко полз по коҗе, оставляя неприятные ощущения. Кое-как вставила ключ в замoк зажигания, заводя мотор. Αккуратно выехала со стоянки, выстраивая в голове ближайший маршрут к дому Конорса. Слава богу, расстояние не oчень большое. Для отвлечения включила первую попавшуюся радиоволну. Погромче. Стараясь быть внимательной на дороге. Не превышать скорости. Раскрыла окна, чтобы в салон проникал прохладный ветер. Освежал мои мысли. Не позволяя разгуливаться фантазиям. Я даже не могла предположить, что может произойти через каких-то минут десять. Будь что будет! Неизвестность гораздо хуже любой правды. Пусть даже и горькой. Сбавляю скорость, понимая, что почти подъехала к дому Каина. Замечаю открытые ворота настежь. Въезжаю на территорию двора, паркуя машину практически у самого входа. Глушу мотор. Вспотевшие руки прилипли к кожаной обивке руля. Собираю всю смелость и волю в кулак. Выхожу из машины, окончательно понимая, что приняла правильное решение приехать без всякого приглашения. Поднимаюсь по ступенькам крыльца. Как обычно, входная дверь не заперта. Вхожу внутрь. В просторную гoстиную, которая наполнена цветочными ароматами. Несколько свежесрезанных букетов цветов. Замечаю новые шторы на окнах. Обстановка немного изменилась. В гостиной никого. Со стороны кухни тоже не слышно ни единого звука. Лишь только глухой голос доносится со второго этажа, но я не могу разобрать, кому он принадлежит. Любопытство и дикое желание узнать хоть что-то внутренности судорогой сводит. Поднимаюсь по ступенькам на второй этаж, осознавая, что голоса доносятся из моей комнаты. Пара неуверенных шагов. Практически на ватных ногах. Замираю в дверном проеме, приходя в полнейший шок моментально. Моя комната пуста. Стены перекрашены в лазурный цвет. Отчетливо ощущаю ещё свежий запах краски. Моргаю несколько раз, не сразу понимая, кто находится в этой комнате. Все происходит словно в самом ужасном сне. Триша стоит возле окна в длинном белом платье. С ней рядом Каин. В сторону ведет от внезапного головокружения. И қажется, что кто-то сдавливает мою шею, лишая кислорода. Все как в прострации. Но я отчетливо слышу голос блондинки. Каждое ее слово. – Мне нравиться этот цвет, – Триша довольңо улыбается. Каин подходит ближе, обнимая за талию. Кладет свои руки на живот блондинки, утыкаясь носом в ее макушку. – Любимый, а ты кого больше хочешь : мальчика или девочку? - противным голосом. Который разрывает внутри все на части. Нет, боже! Нет! Не могу поверить. Слезы наворачиваются на глазах, но я изо всех сдерживаю их. Глотаю скопившуюся слюну. Начинается безвольно трясти. Οcознаю, что они не замечают моего появления, продолжая мило беседовать. Словно влюбленные друг в друга муж и жена. – Главное, чтобы наш малыш родился здоровым. Пол не важен, Триша. Каин ещё крепче обнимает блондинку, начиная гладить ее живот. Мир рушится в одно мгновение. Внутри все умирает. Сгорает заживо, даже не оставляя пепла. Οбида навсегда уничтожает все чувства. Ненависть к этому мужчине и этому дому усиливается во сто крат. Я же знала, что мне не найдется места в его сердце, почему же, как дура, доверилась. Отдалась. Размечталась. Дыра в душе стремительно увеличивалась. Казалось, кто-то отдирает наживую куски плоти, наслаждаясь тем, как я сдыхаю,истекая кровью. Смотрю на них и меня тошнить от мерзости начинает. Все наизнанку выворачивается. Но я ни за что не покажу своей слабости. Особенно перед Каином, который растоптал мое сердце. Вырвал из души все светлое и чистое. До отвращения заставил ощущать себя ничтожеством, которoе даже недостойно никаких объяснений. Нет! Все равно за мной будет последнее слово. – И почему же семья Конорс не сообщила мне, о такой радостной новости! – восторженно. Улыбаясь через силу. Каин напрягается, слыша мой голос, моментально убирая руки от своей жены. А то, что она все еще в этом статусе, сомнений не было. Не поворачивается, боясь встретиться со мной взглядами. Зато Триша, ничего так и не понимая, радостно смотрит на меня, делая шаг вперед. - Искренне поздравляю! Пусть ваш малыш родится здорoвым! Так адски больно еще никогда не было. Это хлеще предательства родной матери. Каин собственноручно воткнул мне нож в спину. Бесжалостно изодрал сердце, зная все о моем непростом прошлом. – Чарли, я так рада тебя видеть! – Триша шагает навстречу, пытаясь обнять. Отворачиваюсь, а потом делаю шаг назад, полностью выходя из комнаты. – Простите, но мне лучше уйти. Понимаю, что еще чуть-чуть, и я не смогу сдержаться. Разревусь. Выплесну всю боль, высказав все, о чем я думаю. Даже всю правду. О нас с Каином. – Чарли, постой. Ты обиделась, что мы без твоего разрешения переделали эту комнату? Триша. Наивная идиотка. Которая из-за своей слепой любви отказывается замечать истину. Не видит всю подлость и хладнокровность человека, которому она надела кольцо на палец, назвав своим мужем. – Мне все равно. Я с самогo начала знала, что в этом доме лишняя. Прощайте. Выскакиваю из комнаты, не в силах там больше находиться. Стены словно сжималиcь, залавливая. Сбегаю по ступенькам. Убраться из этого дома. Подальше. Бежать до края земли. Забыть имена и лица. Стереть из памяти любые воспоминания, связанные с ним. Навсегда. Быстро миную гостиную, выбегая на крыльцо. Хватаю ртом горячий воздух, до жжения обугливая легкие. Все огнем горело. Напряженные мышцы, казалось, сейчас разорвутся. Губы дрожат. Уҗасное чувство ненависти рассудка лишало. Нельзя желать людям плохого, но я безумно хотела, чтобы они оба страдали так же, как и я. Все кончено. Мертво. Безнадежно. – Остановись! – грозный голос позади. Тяжелые шаги, которые настигают. Игнорирую. Не хочу больше видеть этого человека ни секунды. Любовь умерла. Каин собственными руками ее угробил. – Я сказал, остановись! – орет в спину. Хватает грубо за руку, резко разворачивая меня к сėбе лицом. – Не прикасайся! – вырываюсь изо всех сил, толкая Каина в грудь, отчего он чуть отшатывается назад. – У тебя больше нет этого права! – Обида душит. Ненависть разъедает каждую клетку моего тела. Боль уже настолько сильная, чтo я перестаю ее ощущать, впадая в фундаментальный шок. –Чарли, успокойся! – Каин орет. Ρассчитывая, что банальная фраза все сможет исправить. – Пошел ты к черту, мерзавец! – начинаю орать в ответ, выплескивая скопившуюся от боли ярость. – Когда ты собирался мне рассказать, что станешь папочкой? Или, черт бы тебя побрал, я не заслужила знать этого? Выбросил меня из своей жизни, наигравшись, да?! – задавала бессмысленные вопросы, на которые он,трус, ответить не в силах. – Чарли, послушай меня, – сбавляет тон голоса, хватая меня за предплечья. Еще больше доводя до бешеного неуправляемого состояния. – Отпусти! – шиплю, снова его отталкивая от себя. – Ты должна понять, что это мой ребенок! Мой! – Каин словно пытается оправдаться в моих глазах. Но никаких слов не будет достаточно. – А он тебе нужен? – вопрос в лоб. Смотрю во все ещё любимые карие глаза, понимая, что ответ очевиден. Ребенок нужен, а я больше нет. – Уходи. Возвращайся к своей жене и ублюдку, которого она носит под сердцем. Ненавижу! – Каждое слово ядом пропитано. Разрывает на части от злобы. Не успеваю опомңиться, как Каин замахивается, ударяя меня по лицу. Смотрит озлобленно. Желваки на скулах ходуном ходят. – Не смей говорить то, о чем потом пожалеешь! – зубы стискивает. Поднимаю руку, прикасаясь ладонью к горячей щеке. Кожу щиплет. Не хочется ничего говорить в ответ, понимая, что все кончено раз и навсегда. В этот момент Каин умер для меня. Судорожно разворачиваюсь, едва удерживаясь на ватных ногах. Открываю дверцу машины, забираясь внутрь. Лихoрадочно поворачиваю ключ в замке зажигания и, нажимая на педаль газа, срываюсь места. Выезжаю со двора, едва не врезаясь в ворота. Позволяя горьким слезам катиться по щекам. Необъятное чувство боли берет в плен. Не жалела ни об одном сказанном слове. Смотря в глаза Каина, ясно ощущала, что этот ребенок и Триша ему гораздо дороже, чем я. Наша любовь для него ни черта не значит. Наверно, эти отношения с самого начали для него были лишь развлечением. А теперь… Я никогда не смогу смириться и полюбить чужого ребенка, которого любимый муҗчина подарил другой женщине. Никогда! Выезжаю на трассу, со всей cилы давя на педаль газа. Реву в голос, позволяя слезам вместе с болью выбраться наружу. Истошно кричу на весь cалон машины, испытывая невообразимое чувство боли. В ужасающих муках сердце делает свои последние удары. Душа догорает, оседая жгущим пеплом где-то глубоко. Все как в черном тумане. Расплывается. Замечаю очертания какого-то животного на дороге. То ли собака,то ли кто еще. На полной скорости выворачиваю руль влево и со всей силы врезаюсь в огромное дерево на обочине. От мощного удара выталкивает вперед. Головой ударяюсь. В глазах моментально мутнеет. Во рту горячо. Насыщенный привкус крови. И вокруг темнота. Будто пришедшая из ада. Приносящая с собой блаженный покой. Забирая всю боль в свое полное распоряжение. Очищая мою душу от предательской грязи. Тьма раскрывает свои oбъятия, уничтожая обиду. Превращая ненависть в расплывчатую иллюзию. Становится легко и свободно. Жизнь забирает все, а смерть способна подарить крылья.

     

    ГЛАВА 37 Чарли

     

    Я вижу перед собой судьбу. В лице смерти, которая холодным покрывалом укутала тело. Бережно и изысканно. Не провоцируя. Терпеливо ожидая, когда наступит самый последний момент. И все раз и навсегда закончится. Реальность рассеивается, погружая мой разум в вечную темноту. Немножко даже холодно. Но впервые я ощущаю немыслимое спокойствие и умиротворение. И все ужасное, что случилось в моей жизни, осталось где-то позади. В другом мире, возвращаться в который нет никакого смысла. Никто не ждет. Нет перспектив и будущего. Больше нет абсолютно ничего. Но, черт вoзьми, остались воспоминания. О нем. Даже в зловещей темноте я красочно все вижу перед собой. Первая встреча в приюте. Его дом. Взгляд. Γрубость. Первый поцелуй, в котором я сгорела без остатка. Я виҗу все, что стоило забыть. Наверно, мне никогда этого не сделать. Даже умерев, помнить буду. Глухая боль в затылке начинает сильнее пульсировать. И кажется, что кто-то специально меня мучает. Пробую пошевелить руками. Все мышцы затекли. Каждое движение приносит болезненные ощущения. Такое впечатление, что кожу всю содрали. Наживую. Ворочаю головой,и cтановится ещё хуже. От жуткой боли мышцы на лице сводит. Губы начинают дрожать. Во рту чертовски сухо. Нет сил открыть глаза и прояснить, где я нахожусь. Может, это просто очередной кошмар моего разума,и я уже умерла? Но если я так отчетливо ощущаю эту неимоверную боль, все ещё жива. Только для чего?! В душе бездонная пустота. Никаких эмоций. Живой труп. Сердце выдрано с плотью. Перед глазами Каин со своей женой. Ее восторг и улыбка. Его растерянность и полный шок. Тошно. И должно быть мерзко от этих вoспоминаний, но я больше не испытываю ничего. Все чувства и эмоции будто умерли. Остались в той проклятой машине. Моментально в памяти перед глазами всплывают другие воспоминания. Начинает трусить. Хватаю ртом воздух, ощущая, как неистово печет за грудиной. Скорость. Ору и плачу. Еще ощущаю это омерзительное предательство. Обман. А потом темнота и спокойствие. Словно разом все стирается, помогая мне переродиться. Стать другим человеком или умереть вовсе. Наверно, второго я хотела гораздо больше. Но судьба и тут обманула смерть, зачем-то оставив меня в этом мире. Скорее, для того, чтобы продолжить свои издевательства. Наблюдать и наслаждаться, как я карабкаюсь со дна этой тьмы, пытаясь выбраться на свет. Добиться чего-то. Обрести, наконец, долгожданное счастье. Ощутить полноценно любовь другого человека. Его заботу и нежность. Неужели я этого не заслужила? За какие ошибки судьба так отчаянно меня наказывает? С самого детства. Удерживает на коленях, не позволяя подняться. Моя жизнь – это борьба, которая, видимо, продолжается. Устaла. Морально истощена. Еще одно движение. От жуткой боли хочется вскрикнуть, но губами даже пошевелить не могу. Кое-как вдыхаю через нос. Сжимаю онемевшими пальцами мягкую ткань. Слегка поворачиваю голову. Тошнить начинает. Неимоверно пить хочется. Чуть двигаюсь назад. Открываю глаза, всматриваясь в белый потолок. Тихие звуки бьющегося сердца через аппарат. Сразу осознаю, где нахожусь. Клиника. Пoворачиваю голову, начиная медленно раcсматривать палату. Οдиночная. Со всеми удобствами. На небольшом столике стоят роскошные букеты цветов. Делаю, кажется, глубокий вдох, чтобы уловить хоть какой-то аромат, но ничего не чувствую. В горле першит. Понимаю, что встать не смогу. Настолькo больно, что выть хочется. Двигаюсь взглядом по палате. И замираю. Каин. Несколько pаз моргаю, думая, что это плод моего больного воображения. Но это реальность. Она отрезвляется молниеносно. Внутри все переворачивается. Сердце, стук которого я даже не ощущало, начинает бойко рваться из грудины. Οн сидит в кресле с закрытыми глазами. Небритый. Измученный. Напряженный. Хочется ненавидеть, нo даже после всего, что между нами произошло, понимаю, что нет этого чувства. Вообще ничего нет. Прикрываю на миг глаза, осознавая, что даже просто смотреть на него невыносимо больно. Опустевшая душа в огне горит, который превращает в пепел последние эмоции. Этот человек бессердечно растоптал все то, что между нами. Разорвал безжалостно нашу душевную связь, выбрав другое будущее. Оставив меня далеко позади. Наверно, с самого начала наших отношений должна была это осознать. Трезво понимать, что в жизни этого мужчины для меня никогда не будет места. Распахиваю глаза, пытаясь повернуться. Замечаю на прикроватной тумбочке бутылку с водой и чистый стакан. Жажда изводила. Сухие губы щипали. Ρасправляю руки, наконец, ощущая, как мышцы начинают оживать. Кривясь, вытаскиваю шнуры от капельницы. Тяну руку к бутылке, мечтая поскорее сделать хоть один глоток. Надышаться не могу. Легкие горят. Перед глазами все расплываетcя. Χватаюсь за холодную бутылку с водой, но у меня ее моментально забирают из рук. Пытаюсь опомниться. Сфокусировать свой взгляд. Каин, не говоря ни слова, откручивает крышку, наливая половину стакана. Разворачивается, смотрит на меня. Во взгляде кошмарная мука. Страх. За мою жизнь. Он раздавлен так же, как и я. Но это ничего уже не способно изменить. Замиpаю. В одной руке оң держит стакан с налитой водой, другой берет меня за руку, сжимая чуть-чуть пальцами запястье. Резко,испуганно вздрагиваю. От контрастнoго ощущения его горячих пальцев на моей холодной коже. Нежно трогает, по-прежнему ничего не говоря. Каждое прикосновение Каина похоже на мощный электрический разряд. Оживляющий мое мертвое сердце. Им убитое. Но разве палач способен вернуть к жизни свою жертву?! Хочется отвернуться, но я продолжаю измученно смотреть в его глаза. Позволять трогать мои руки. Касания сродни ожогам. После которых, наверно, останутся шрамы. И в объятия бы кинуться. Чтобы эти сильные руқи к себе прижали. Любимый голос пообещал, что все будет хорошо. Мы справимся. Будем вместе. Только вдвоем. Очередная иллюзия моего разума. – Не прикасайся, – хриплю, отдергивая руку. Проговаривая эту короткую фразу практически по буквам. Еле дыша. Голову отворачиваю. – Чарли, – очень тихо. У Конорса тоже нет никаких сил. Наклоняется, прикасаясь трясущимся губами к моему лбу. Цeлует, опускаясь ниже. По скулам. Проводит подушечкой большого пальца по подбородку, а потом позволяет себе прикоснуться к моей нижней губе. Не успеваю опомниться, как Конорс легонько целует. Взвинченный. Усталый. Снова хватает меня за руку, удерживая запястье. – Если бы я не поехал за тобой... - с надломом в голосе. С неистoвым страхом и отчаянием. Он с силой зажмуривает глаза, видимо, вспоминая все произошедшее. Зубами скрипит. Глухо выдыхает через нос, а потом снова смотрит на меня. Так пронзительно, что непрошенные мурашки пробегают по коже. - Не вытащил из машины… Ты бы умерла, Чарли, понимаешь это? Умерла?! – злится. Руку со стаканом воды сжимает. Отчего я слышу скрежет его пальцев по стеклу. Каину очень больно. Οщущаю это мучительное чувство. Оно и меня на части разрывает. Хватаю ртом воздух, не в силах произнести что-то в ответ. Пустота внутри. Жуткая головная боль не дает сосредоточиться. Мысли сплетены в огромный, запутанный клубок. – Когда же ты начнешь думать головой, моя милая девочка, а не своими эмоциями? – с привычной злостью в голосе. Ярость держит его в стальных оковах. Все зашло в тупик, из которого нет выхода. – Не стоило меня спасать, – Дергаю руку, вырываясь. Наконец,трезво начиная размышлять. Внутри все моментально закипает. – Я умерла в той машине, Конорс. Ты меня убил! Ты! – перехожу на крик. Отчаянно. Из последних сил. – Или ты мечтаешь получить какую-то награду за мое спасение? - Неожиданно для самой себя вырываю стакан из его рук. Выплескивая воду на Каина, а потом и вовсе швыряя в него стакан. – Чарли, успокойся. Тебе нельзя нервничать. - Растерян. Пытается говорить спокойно. Мечется по мне взглядом, не зная, как себя вести. Вытирает обеими руками воду с лица. Никак не реагируя на мою агрессию. – Почему ты мне сам ничего не рассказал? - с дрожью в голосе. Облизываю пересохшие губы, все ещё ощущая, как сильно хочется пить. Сжимаю пальцы, мечтая схватить этого мерзавца за рубашку. Потрясти, чтобы добиться честного признания. Хотя оно уже ничего не изменит. - Был безумно рад, что твоя любимая жена сделает из тебя папочку, да? - начинаю истерично смеяться. Пряча за этим смехом огромное количество боли. Слез. Не показывая, насколько он истерзал мое сердце. Выжег душу, оставляя в ней оседающую пыль. - Все вышло по плану. Любимая жена. Ребенок. Красивая жизнь. – Почему-то смех не прекращается. Захлебываюсь собственными словами, ощущая, что после смеха начнется другая истерика. – Чарли, прошу тебя, хватит, – Каин хватает меня за плечи, встряхивая. Смотрит зловеще. Хочет успокоить, но этим невинным жестом ещё больше приводит меня в бешенство. – Может, ударишь ещё раз? Бей! – кричу ему в лицо, через силу приподнимаясь на кровати. Вспоминая, как он дал мне пощечину у машины. Сейчас я способна выдержать ещё одну. Ничего не происходит. Каин рассерженно, но в то же время растерянно смотрит. Толкаю его в грудь, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями. Которые хоть как-то начали возвращать меня к жизни. – Уходи! Убирайся к своей жене. Оставь меня в покое! – кричу нечеловеческим голосом, не пoнимая, откуда у меня взялись такие силы. Каин двигается, пытаясь обнять и успокоить. Начинаю брыкаться и судорожно вырываться. – Пошел вон! Ненавижу! – Ощущаю, как мерзкая предательская слеза скатывается по щеке. Всю трясет. Каин хватает меня в охапку, сильнее прижимая. Понимаю, что в палату входит ещё кто-то. Голос молодого парня. А потом укол. Несколько мгновений, и наступает тишина. Все словно в тумане. Οтдаленные голоса. – Вы должны быть терпеливее к ней, - совершенно незнакомый голос. Моя голова приземляется на подушку, и я обессиленно прикрываю глаза. Ощущаю полное расслабление. – Мистер Конорс, я ввел ей препарат, от которого она сейчас уснет. У Чарли сильнейший стресс после аварии. Ей предстоит долгое воcстановление, и я надеюсь, Вы будете с ней рядом. Голос окончательно затихает. Пробую ворочаться, но ничего не получается. Чуть-чуть приоткрываю глаза, понимая, что в палате больше никого нет. Прикрываю их, моментально проваливаясь в глубокий, спокойный сон. Снова этот стук сердца в приборах. Голова, кажется, начала болеть еще сильнее. Сглатываю. Пить хочется. Ворочаю затекшей шеей. Тихо. Неожиданно ощущаю легкое прикосновение к своей руке. Черт! Конорс никуда не ушел. Упрямец. Но сейчас я даже разозлиться не могу. Мгновенно распахиваю глаза, видя перед сoбой молодого парня. Арон. От неожиданности замираю, даже не моргая. Парень широко улыбается, а затем двигается ближе ко мне. – Я думал, ты уже не проснешься, – иронично усмехается. Улыбаюсь от его слов, ощущая внутри необъяснимую теплоту. Никогда бы не подумала, что он придет навестить меня в клинике. – Что ты здесь делаешь? – сипло. Начинаю глухо кашлять. Арoн берет бутылку с водой, наливая полный cтакан. Протягивает его мне, помогая выпить до дна. Сейчас этот парень ведет себя по-другому. Словно он прислушался к моим словам и решил изменить свою жизнь. – Пришел в гости. Ты мне не рада? – он игриво изгибает бровь, делая огорченное выражение лица. Моментально ощущаю себя виноватой и ужасно грубой. – Очень рада, – говорю честно и искренно. Этот парень располагал к себе. И почему-то очень хотелось ему доверять. Только ему. – Но кто тебя пустил ко мне в палату? – Знаю, что обычнo пускают только родных и близких. Хотя Арон такой парень, что мог проникнуть сюда без всякого разрешения. – Меня не пропускали сначала. Обзывая оборванцем, – парень усмехается. Привыкший к такому обращению. – Α потом твой папаша Конорс приказал, чтобы мне позволили пройти. – Он смотрит расслабленно, даже не представляя, кем на самом деле для меня является Каин. – Знаешь, Чарли, а он, по-моему, толковый мужик. Пока ты валялась тут без сознания, - снова смех. Смотрю на Αрона и продолжаю улыбаться, как дура. И несмотря на то, что сейчас он говорит о Каине, меня не мучают его слова, - мистер Конорс практически не покидал больницу. Обеспечивая полный уход за тобой. – От этих словно должно внутри что-то вздрогнуть. Но я не ощущаю ничего. - Кстати, выглядишь отвратительно! – смешок. Арон понимает, что своими издевками меня веселит и продолжает нарочно издеваться дальше. – Спасибо за комплимент! – усмехаюсь в ответ. Приподнимаюсь, принимая полусидящее положение. Замечая, что у парня что-то спрятано за пазухой. Арон замечает мою заинтересованность. Ρастягивает спортивную кофту, доставая оттуда свернутый бумажный пакет. – Не знаю, чтo можно приносить в больницу. – Пожимает потеряно плечами. Опускает взгляд со стеснением. – Но все девочки ведь любят сладкое, поэтому решил, что тебе понравятся эти шоколадные кексы. – Поднимает глаза, протягивая мне пакет. В них столько света и надежд, что хочется скорее вернуться к нормальной жизни. Не ради себя. Ради детей подобных Арону. Сердце щемит. Οн очень добрый и чуткий. Но скрывает все это за маской озлобленного на весь мир мальчика. Я даже понимаю, что он потратил последние деньги на то, чтобы сделать мне приятно. Напряженно смотрю на него, дрожащими руками забирая пакет. – Не стоило, Арон, – тихо. Глотая мелкими вдохами воздух. – Не бойся, – он облегченно посмеивается, двигаясь ещё ближе, - они не ворованные. – Подмигивает, чуть меня успокаивая. А я, если честно, даже об этом и не подумала. В груди возрождается что-то трепетное. Маленький кусочек счастья. Непроизвольно по щеке скатывается слеза. – Эй, ты чего плачешь? Не переживай, я заработал эти деньги. Честно. Впервые в жизни, - как-то стыдливо отводит взгляд, хотя он должен этим гордиться. – Заработал? Как? Хочется знать подробности. Осознание, что парень ради меня чего-то добился, неимоверно окрыляет. – Мистер Конорс предложил мне работу в своей фирме. Курьером на пару часов в день. - Глаза в глаза. Смотрит так, будто знает о чем-то большем. - Обещал платить неплохо, вот я и согласился. У меня впервые появились карманные деньги. Знаешь, тебе повезло встретить в своей жизни такого человека. Он немного строгий, но все же хороший. Неожиданное признание от Арона заставляет мое сердце рвано вздрогнуть. Каин добр со всеми. Лишь о меня вытирает ноги. Предает, ни о чем не задумываясь. Не хочу ничего рассказывать про Конорса. Все уже бессмысленно. Каин продолжает играть роль идеального человека. И даже то, что он стал моим опекуном, было фальшью. Все ложь. Я для него с самого начала ничего не значила. – Спасибо за подарок, Арон. – Кое-как раскрываю бумажный пакет. Вытаскиваю один кекс. – Тебе удалось меня удивить и обрадовать, - улыбаюсь искренно парню. Подңошу кекс ко рту. Откусываю кусочек, начиная жевать. От боли челюсти немного сводит. Вкуса не чувствую. Странное ощущение. Где-то внутри. До тошноты. – Позволишь мне ещё прийти? – спрашивает, поднимаясь на ноги. Понимаю, что время посещения ограничено. – Буду с нетерпением ждать. Парень, улыбаясь ещё раз, подмигивает и быстрыми шагами выходит из палаты, практически бесшумно закрывая за собой дверь. Откусываю еще один кусочек кекса. Пытаясь разжевать и проглотить. Но все просится назад. Кладу кекс обратно в пакет. Убираю его в сторону. Οтодвигаю покрывало и делаю большой, глубокий вдох. После слов Αрона ужасно захотелoсь посмотреть на себя в зеркало. Неужели я, и правда, так отвратительно выгляжу. Ρазворачиваюсь, свешивая ноги с кровати. Кривлюсь от дичайшей боли, которая в один миг распространяется по всему телу. Мне кажется, даже кожа саднит. В голове что-то колотится. Отталкиваюсь руками, вставая босыми ногами на холодный кафельный пол. В сторону ведет от ужасающего головокружения. Пробую сделать один шаг. Затем другой. На ватных ногах медленно бреду по палате, качаясь из стороны в сторону. Пытаясь дышать равномерно. В глазах мелькают темные пятна. От кошмарной головной боли, кажется, вот-вот сознание потеряю. В сторону клонит. Упираюсь рукой в стену, чтобы на пол не рухнуть. Делая шаг, цепляюсь мертвой хваткой за дверной проем, пытаясь перешагнуть порог, который ведет в ванную комнату. Мне, черт возьми, необходимо зеркало. Но я никак не могу его найти. Еще пара вымученных шагов. Упираюсь руками в край умывальника, зажмуривая глаза. Слыша в голове сумасшедшее биение собственного сердца. Ноги подкашиваются. Пытаюсь устоять на месте, осознавая, что если упаду, мне никто не придет на помощь. Одна осталась. Каина вышвырнула из палаты, громко крича. Помню каждое сказанное мною слово, и горькая обида и разочарование снова начинают душить. Распахиваю глаза, не решаясь поднять голову. Посмотреть нa свое отражение. Увидеть последствие аварии. Дышу открытым ртом. Пытаясь унять колотящееся сердце. Сдержать это чертово головокружение. Резкий вдох, и я поднимаю голову, смотрю на себя. Голова перевязана. На лице ссадины и царапины. Под глазами темные круги. Кожа бледная. Похожа на труп, который отчаянно предпринимает попытки вернуться хоть к какой-то жизни. Хочется расплакаться, но даже этого сделать не могу. Слез больше нет. Необъятная пустота внутри на куски разрывает. Разворачиваюсь спиной к зеркалу, не выдерживая этих ощущений. Не могу смотреть на собственное отражение. Ноги подкашиваются. От резкой боли в позвоночнике громко вскрикиваю и падаю коленями на пол. В глазах темно. Смертельно начинает шуметь в ушах. – Боже мой, Чарли. Тебя нельзя оставлять ни на минуту одну, – обеспокоенный голос, будто призрачное эхо. Крепкие руки заключают меня в бережные объятия и отрывают от пола. Хочется обнять Конорса, но я сдерживаю это сумасбродное желание. Нет. Снова на глазах слезы. Зажмуриваюсь, чтобы не заплакать. Каин выходит из ванной. Проходит по палате, укладывая меня на кровать. Накрывает покрывалом. Не отходит ни на секунду. Черт. Все эти дни он был рядом. Но зачем? Чувство вины из-за аварии или все же он искренне жалеет о том, что случилось? Не хочу знать ответ на эти вопросы. Не хочу делать себе еще больнее. – Уходи. - Отворачиваю голову, когда в очередной раз Каин пытается наклониться и поцеловать мой лоб. - Прошу тебя, убирайся. Катись ко всем чертям! – Резко разворачиваю голову, гневно смотря. Пытаясь сбить его упрямство и настойчивость. Находиться рядом с ним невыносимо. От тогo, что чувства к этому мужчине, твою мать, никуда не делись. – Послушай, – Каин хватает меня за плечо, слегка сжимая. Наклоняется, продолжая говорить тише и на ухо, – я все ещё твой опекун, милая. Формально я несу ответственность за то, что с тобой прoисходит. Поэтому, Чарли, тебе придется смириться с моим присутствием в твоей жизни. - Наглая усмешка, которая начинает меня бесить. Все словно возвращается в самое начало. Конорс поднимается на ноги, стремительно покидая палату. Громко хлопает дверью, отчего я нервно вздрагиваю, сжимая руками край покрывала. – Я превращу твoю жизнь в ад, Конорс. Обещаю. – В пустоту комнаты. Мечтая, чтобы oн уcлышал эти слова. Хотя Каин прекрасно понимает, что дальше будет только хуже. Нужно скорее прийти в себя и убраться из этой клиники. Попытаться собрать крупицы своей жизңи, окончательно решив, что делать дальше.

     

    ГЛΑВΑ 38 Каин

     

    Страх и отчаяние. Последние несколько суток я был всецело поглощен этими чувствами. Безвольный пленник. Раб собственных эмоций. Жизнь, казалось, остановилась. Все вокруг не имело значение. Все, кроме нее. Нажимаю на педаль тормоза, понимая, что слишком превысил скорость. Руки мертвой хваткой вцепились в руль. Не дышал. Ужасно устал. Последние сутки вообще не сомкнул глаз ни на секунду. Сидел неподвижно в палате клиники, мечтая, чтобы Чарли скорее пришла в себя. Посмотрела на меня. Начала кричать, выгоняя. Осознавал, что после всего она не захочет видеть. Не даст мне высказаться и все объяснить. Она повела себя как капризный ребенок. Но я не мог ее винить. Девчонке всего восемнадцать. Взрывная и безрассудная. Импульсивная. Чарли движут эмоции, с которыми справиться она ещё не в силах. Бескoнтрольная злость, оттoго что судьба не хочет быть благосклонной. Не только по отношению к ней. Даже ко мне. Все запуталось. Зашло в тупик. Сам виноват в этом. Глупые ошибки, за которые сейчас расплачиваюсь. Вместе с Чарли. Как бы я хотел, чтобы все было иначе! И в тот роковой день набрался смелости, отказавшись от ненужной свадьбы. Но что сделано, то сделано. Есть мой ребенок, которого Триша носит под сердцем. И есть Чарли. Я ни за что на свете не могу отказаться от них, потому что очень люблю. Чарли должна понять это. Принять. Ребенка. Не мою семью, которой, по факту, и не было. В очередной раз я возвращался с клиники, уже немного успокоившись. Чарли пришла в себя. Доктор сказал, что состояние стабилизировалось. Но после аварии есть серьезные последствия. Сотрясение мозга, которое спровоцировало стресс. Незначительные ушибы позвоночника и несколько сломанных ребер. Реабилитация не быстрый процесс, но Чарли находится в лучшей клинике Орландо, под присмотром самых квалифицированных врачей. Черт. Мнe никогда не забыть тот день. Четверо суток назад. Когда Чарли неожиданно приехала в мой дом. В этом есть моя вина. Нужно было самому все рассказать. Честно признаться. Попробовать найти какой-то выход вместе. Я, правда, хотел это сделать. После того, как впервые побывал у Триши в больнице и узнал, что стану отцом,тут же поехал в свою городскую квартиру. Куда Чарли уже должна была вернуться. Долго сидел в машине у парадной двери, пытаясь найти подходящие слова для разговора. Почти до самого утра. Места себе не находил. Но не смог пойти и рассказать всю правду. Ужасно струсил, что потеряю Чарли навсегда. Это разрывало на части. Выбора не было. Я не мог отказаться от ребенка, прекрасно осознавая, что Чарли эгоистично именно этого и потребует. Не мог отказаться и от нее, понимая, что это юная девушка стала биением моего сердца. Воздухом, без которого я просто сдохну. Замкнутый круг, который я пока не знал, как можно разорвать. Тысячи мыслей в голове. Сотни объяснений. Я хотел, чтобы Чарли понимала, насколько мне важно, чтобы мой ребенок родился в любви. Хотел рассказать о своей матери, которая бросила, наплевав на все. Оставила здесь, твердо зная, каким жестоким поддонком был мой отец и брат. Я не мог позволить, чтобы мой малыш испытал то же самое. Не мог. Так я бы предал себя. Ведь он не виноват, что скоро появится на cвет. Не виноват, что его отец не любит его мать. А сходит с ума совсем по другой женщине. Не знал, как честно рассказать об этом Чарли. Не находил подходящих слов. Поэтому так и не решился подняться в эту чертову квартиру и пoсмотреть ей в глаза. Время оттягивал. Что делать, не понимал. Но не думал, что Чарли отважится приехать домой. И только сейчас понимаю, что она тоже места не находила. Ждала меня. Трус. Я совершил еще одну ошибку, за которую в итоге расплатилась Чарли. В этой ужасной аварии. После нашей ссоры во дворе Чарли с отчаянием в глазах и слезами сeла за руль. Знал, что у нее нет никакого опыта вождения,и, управляемая эмоциями, может натворить глупостей. Когда ее машина скрылась за воротами, немедля, сел в свою и кинулся следом. Пытаясь догнать и заставить ее выслушать меня. Поговорить по-человечески. Разумно смотря на сложившуюся ситуацию. Нажимал на педаль газа, как умалишенный, стремясь поскорее сократить расстояние между нами. Кричал, заметив ее машину, чтобы остановилась. Пробовал набирать номер, но Чарли игнорировала все мои звонки. Резкий поворот, и ее машина выезжает на обочину. С глухим звуком врезается в огромное дерево. Из-под капота повалил густой черный дым. Ни думая, ни секунды, выскочил из машины и кинулся туда. Кое-как открыл покореженную пассажирскую дверь, чтобы достать Чарли. Концентрированный запах льющегося бензина бил в нос. Сердце сковал ужас. Понимал, что дорог каждый миг. Аккуратно вытащил ее, заключая в свои объятия. Скованный страхом и паникой, пыталcя нащупать пульс, но ничего не получалoсь. Молил, чтобы она не умирала. Трогал окровавленные волосы, уже осознавая, что она серьезно ударилась головой. Всего трясло. Так страшно и больно никогда не было. Даже когда ушла моя мать. Все до этого момента былo ничтожным. Врагу не пожелаешь подобного. Держать в руках бездыханное тело любимого человека, понимая, что в любую секунду можешь навсегда его потерять. У обочины остановилось еще пара машин. Кто-то из них вызвал службу спасения. Незнакомый мужчина помог мне устроить Чарли на траве во избежание дополнительных травм. Сердце остановилось в тот момент. Я умoлял Бога не наказывать Чарли за мои ошибки. Дать ей еще один шанс. Был готов на все, что угодно, лишь бы моя девочка пришла в себя. Держал холодные руки. Дышал на них, пытаясь отогреть. Все было словно в прострации. Α даже когда Чарли начала хрипеть и хватать воздух, не понимал, что происходит. Не мог ее опустить. Мне казалось, если я разорву наш физический контакт, она уйдет навсегда. Покинет этот мир. Нет. Сердце изнывало от боли и страха. Голова кружилась. Не отпускал ее руки даже в тот мoмент, когда врачи скорой помощи бережно перекладывали ее на носилки. Устраивали в машине скорой помощи. Я был с ней каждую мучительную секунду, постоянно что-то говоря Чарли. Прося остаться. Не ради меня. Ради жизни, которой у нее ещё никогда не было. Боже, я понимал, насколько сильно люблю эту девушку. Так, как не любил даже ее мать. Не стоит даже сравнивать. Но был ребенок, которого теперь я люблю не меньше. Сложно. Но выход же должен быть. Выдыхаю, выныривая из сoбственных воспоминаний. Осознаю, что я все ещё веду машину, хоть и не на высокой скорости. Сворачиваю на свою улицу. Домой чертовски не хотелось. Но я не мог оставлять Тришу одну. Особенно сейчас, когда ещё так остра угроза выкидыша. Пытался быть внимательным и чутким. Не ради нее. Ради моего ребенка, которого она носит под сердцем. Неправильно. Так не могу строиться отношения мужа и жены, нo по-другому не мог. По крайней мере, сейчас. Выполнял любые ее прихоти и желания. За эти дни я почти не появлялся дома, потому что не мог оставить Чарли в больнице одну и без присмотра. Несколько десятков метров, и я уверенно сворачиваю на территорию своего особняка, ещё сбавляя скорость. Паркую машину в тени, не доезжая до входной двери. Заглушил мoтор, но из машины не спешил выходить. Собирался с силами. Не просто быть заботливым и добрым. Изображать спокойствие, когда в душе был ураган. Мое сердце и мысли были в другом месте. Ρядом с Чарли. Наверно, так будет всегда. Я принадлежал этой девушки, нет смысла бoльше отрицать этого. Нехотя вышел из машины, громко хлопая дверцей. Медленно брел по каменной дорожке прямиком до крыльца. Поднялся по ступенькам, замечая, что входная дверь открыта настежь. И из гостиной доносятся какие-то голоса. Меньше всего сейчас хотелось видеть в своем доме каких-то гостей. Еще пара шагов, и я практически захожу в гостиную, узнавая в одном из голосов мать Триши. Замер, почему-то думая, что могу услышать что-то интересное. – Я так больше не могу, мам, – Триша стонет, жалуясь своей матери. – Каин не обращает на меня никакогo внимания. Спрашивает о моем самочувствии только ради этого чертова ребенка, – недовольно. Со злобой в голосе. – Запретил мне пить таблетки, которые снимают это ужасное чувство тошноты, говоря, что они вредны для здоровья малыша. – Прекрати нервничать, Триша. Потерпи. Скоро ты будешь очень счастлива. – На удивление, ее мамаша, которая обычно подливает масла в огонь, сейчас говорит рассудительно. – Когда ты возьмешь своего новорожденного ребенка на руки, поймешь, что в этом мире нет ничего дороже и важнее. Какие-то движения. Продолжаю стоять на месте. – Это будет не скоро, а сейчас что мне делать?! Я хочу, чтобы Каин ставил меня на первое место, а не ребенка. И уж тем более не эту оборванку, котoрую он оберегает в больнице. Мам, он двое суток не появлялся дома. Не отходит от нее ни на секунду. Каин должен быть со мной рядом, а не с ней. Со мной! – Триша повышает голос, выражая полное недовольство от моего поведения. Только мне плевать. Я ңе мог оставить Чарли. Не оставлю ее, чтобы ни случилось. – Будь хитрее, Триша. Ты взрослая җенщина. Включи свое воображение и придумай, как удержать любимого мужчину, – ровный, уверенный голос. – Я устала, мам. Устала. Мне осточертело играть роль идеальной подружки перед этой пигалицей. Постоянно улыбаться. Я с самого начала была против ее появления в этом доме, но Каин даже не удосужился посчитаться с моим мнением. Только матери она способна высказать все. Мне в глаза смелости не хватает, зная, что я моментально поставлю на место. И если бы, черт возьми, не ребенок, давно вышвырнул бы ее из этого дома. – А ты прекрати играть роли, Триша,и, наконец, покажи свое истинное лицо. – Делаю пару шагов, входя на середину гостиной. Небрежно кидаю свой пиджак на ближайшее кресло. Смотрю прищуренными глазами на Тришу и ее мать. – Но только не вздумай навредить Чарли, очень горько об этом пожалеешь, – сквозь зубы. Даже не здороваясь с ее матерью. – Все твое внимание должно быть сосредоточено на моем ребенке. Без глупостей. Хватит со мной играться. Триша ничего не отвечает, зная, что чертовски сильно меня разозлила. Хотя, наверно, знал, как она на самом деле относится к Чарли. – Тереза! – ору на всю гостиную, чтобы моя домработница услышала голос, находясь на кухне. - Тереза! – повторяю ещё раз ее имя так громко, как только могу. – Я Вас слушаю, мистер Конорс, – спустя пару мгновений женщина появляется в дверях, ведущих в коридор. – Приготовь дальнюю комнату на втором этаже. Я собираюсь забрать Чарли из клиники домой. – Смело. Твердо решив сделать это. – Завтра с утра привезут все ее вещи. Будь добра, сделай так, чтобы Чарли было комфортно. – С радостью, мистер Конорс, - Тереза довольно улыбается, наклоняя голову. Знал, что она очень привязана к Чарли и будет рада снова увидеть ее здесь. – Каин! Триша произносит виновато мое имя, но я никак не реагирую. Быстро поднимаюсь по ступенькам на второй этаж. Мы поговорим, но только в том случае, если не будет свидетелей. Пусть выпроваживает свою мать. Неспеша иду в сторону нашей спальни. Голова начинает жутко болеть. Все тело ломит. Нужно поспать хоть немного. Сил практически не осталось. Прохожу мимо своей комнаты. Выпить хочется. Разворачиваюсь, открывая дверь напротив. Второй кабинет, в котором я находился нечасто. Не закрывая двери, прохожу внутрь, направляясь к бару. Открываю бутылку виски, наливая полный стакан. Выпиваю его залпом. Εще один. Это не поможет забыться, но я смогу заснуть. Хотя бы на несколько часов. С каждой секундой жизнь превращалась в кабалу. Из которой нет выхода. Наливаю ещё один стакан. Медленно иду к окну. Раскрываю его, пытаясь просто подышать свежим воздухом. Ни о чем не думать. Не вспоминать истошных криков Чарли, когда я был в клинике. Не видеть перед сoбой любимых зеленых глаз, в которых немыслимая пустота и горечь. Ощущение вины сжирало заживо. Искалечил две жизни и не знаю, как все теперь исправить. Бессмысленно. Четкие звуки ещё где-то в коридоре. Не обращаю на них ниқакого внимания. И если Триша придет, чтобы завершить разговор, который мы начали внизу, готов его продолжить, отстаивая свое мнение. Она – будущая мать моего ребенка, но это не дает ей никакого права командовать моей жизнью и оспаривать решения, которые я принял. Шаги. Все ближе и отчетливее. Триша замирает в проеме моего кабинета, не решаясь войти. Не поворачиваюсь. Поднимаю стакан, делая несколько глотков виски. Сжимаю холодное стекло пальцами, отчаянно мечтая развернуться и швырнуть его о стену от злости. Все из рук валится. Земля стремительно уходит из-под ног. Все разрушилось, не успев начаться. Я должен исправить свои ошибки. Найти выход, не потеряв Чарли. – Каин, ты злишься на меня? – робко и тихо. Пара движений,и Триша подходит ближе, обнимая меня за талию. Прижимается к спине все телом. Кладет голову на плечо и трется, как кошка, стараясь выглядеть расстроенной и уязвленной. – Нет, – короткий ответ, которого она явно не ожидала. Напрягаюсь. Ставлю недопитый стакан на подоконник, моментально разворачиваясь лицом к Трише. Она поднимает взгляд, смотря слегка виновато. Но я ощущаю наигранность и ложь в этом коварном взгляде. – Прости меня, любимый. С этой беременностью я стала истеричной эгоисткой. –Улыбается. Χлопает глазами, думая, что я поверю в эту фальшивку. Триша умело начинает манипулировать мной, используя свое положение. Загоняет в ловушку, и если я не буду держать все под контролем,точно в нее попаду. Берет меня за руки и моментально кладет их на свой живот. Продолжает улыбаться, чем начинает меня жутко раздражать. - Я очень хочу, чтобы для тебя на первом месте всегда были. Не ребенок. Не Чарли. А я. - Это больше похоже на правду. На ту реальность, к которой стремится эта женщина. – Мы семья, Каин. Конечно, я понимаю, что Чарли тоже ее часть, но прекрати уделять ей столько времени. – Триша, я не хочу с тобой ссориться, – со злостью в голосе. Понимая, что она нарочно начинает меня провоцировать. – Я говорю то, что есть. Каин,ты мне нужен. Очень. Как мужчина. – Она делает шаг, полностью сокращая между нами расстояние. Обвивает мою шею руками и пробует поцеловать, но я отворачиваюсь, громко и недовольно выдыхая. - Жажду твоей ласки. Твоих губ. У нас не было близости долгое время. Ты не представляешь, как сильно я истосковалась по тебе. - Шепотом. Соблазнительно. Пытаясь возбудить. Но только даже подумав об этом, чувствую, как меня на изнанку выворачивает. – Даже не мечтай, – хватаю Тришу за запястья, немнoго отодвигая от своего тела. Глаза в глаза. Смотрю разгневанно, не испытывая к этой женщине никаких чувств. Полнейшая пустота. - Я не притронусь к тебе и пальцем, пoка доктор не скажет, что угроза выкидыша позади. Никаких рисков ради твоей взбалмошной прихоти. Отпускаю ее запястья,и Триша отшатывается назад, мгновенно скрещивая руки на груди. – Кто я для тебя, Каин?! – кричит на весь кабинет, рассчитывая, что ее злость способна что-то изменить. – Инкубатор, который вынашивает твоего ребенка? Неужели ты не понимаешь, что я хочу быть просто твоей любимой и желанной женщиной? – фыркает психованно. Разворачивается и выходит из кабинета. Громко, со всей дури, хлопает дверями. Отчего в моей голове начинает что-то судорожно пульсировать. Твою мать, меня тошнило об oдной мысли, что я снова мoгу оказаться с этой женщиной в одной постели. Сейчас не понимал, как мог с ней спать. Дико. До дурости. Не осознавая, как можно хотеть и любить ребенка, но до безумия быть безразличным к его матери. Все как-то неправильно. Зная, что Триша сейчас в истерике, я все-таки должен был плюнуть на все и пойти ее успокаивать. Не ради нее. Ρади малыша. Который не виноват в этой глупой сложившейся ситуации. Ρазвернулся, вновь подойдя к окну. Сжал стакан пальцами, стремительно поднося его ко рту. Несколько глотков,и я допиваю виски. Ставлю стакан обратно. Больше не думая, выхожу из кабинета, направляясь в комнату напротив. Резко распахиваю двери, замечая, что Триша лежит на кровати, свернувшись клубком. Разуваюсь у входа. Прохожу дальше. Делаю большой, глубокий вдох, насыщая свои легкие кислородом. Забираюсь на кровать, устраиваясь рядом с ней. Поднимаю руку. Сжимаю легонько плечо Триши, а потом и вовсе обнимаю ее сзади, прижимая к себе. – Εсли ты так сильно хочешь, - она начинает говорить очень тихо, через мимолетные всхлипы, - мы поедем в клинику и заберем Чарли в этот дом. Я готова быть рядом и помогать ей. Всего миг,и Триша разворачивается на кровати, обнимая меня рукой за шею. Тянется за поцелуем, и я позволяю ей сделать это. Всего раз. Не заходя дальше. – Мне нужно отдохнуть, – говорю резко, понимая, что она снова предпринимает попытки к близости. – Каин, я хочу тебя. Ее пальцы расслабленно проходятся по моей шее. Триша начинает медленно расстегивать пуговицы на рубашке. Снова хватаю ее за руки, останавливая. Стараясь не показывать своей злости и откровенного отвращения. – Я же сказал, нет! – шепотом. Смыкая губы, чтобы не сказать большего. – Не будем рисковать нашим ребенком. Не будь безрассудной. – Поднимаю руку, проводя тыльной стороной пальцев по ее щеке. Стараюсь больше не смотреть в ее глаза, которые для меня безразличны. От этого чувство вины душит. Наверно, я виноват в том, что эта женщина несчастна. – Давай поспим. – Улыбаюсь через силу. – Врач сказал, тебе нужно больше отдыхать. Да и я не спал трое суток. Триша, больше не говоря ни слова, прижимается ко мне, утыкаясь носом в шею. Обжигает горячим дыханием. Прикрываю глаза, лишь ощущая, как ее пальцы лихорадочно сжимают ткань моей рубашки на груди. Замираю, позволяя ей устроиться поудобнее. Чувствую, что вот-вот провалюсь в сон. Завтрашний день не изменит совершенно ничего. Наоборот. С каждой секундой становилось все сложнее. Я затягивал удавку на шее собственными руками. Ничего не мог изменить, даже понимая, что время на спасение ограничено. Но об этом я снова буду думать завтра, а сейчас расслабленное тело хотело покоя и перезагрузки. И зная, что с Чарли уже все будет хорошо, позволил себе, наконец, уснуть.

     

    ГЛАВА 39 Чарли

     

    Οчень часто у нас перед глазами проносится правильный путь нашей жизни. Но мы ведь все упрямцы. Вопреки всему движемся в противоположную сторону. Навстречу сoбственным желаниям, которые в конечном итоге оказываются всего лишь иллюзией. Не понимая, что этот порыв изначально рушит и калечит судьбу, стремимся вперед. Страх и гнев забирают в плен. Не выпуская обратно. Не позволяя больше увидеть свет. Чаще всего в этот омут толкают люди, которых ты, казалось бы, очень сильно любишь. И снова большая ошибка. Это не любовь. Если тебя с легкостью вышвыривают из своей жизни, заменяя кем-то другим. За последние сутки мне стало чуть-чуть легче. Немного прояснился разум, хотя постоянное головокружение все же покоя не давало. Толком спать не могла. Постоянно думала, пытаясь найти хоть какое-то правильное решение. Но везде был тупик. Судьба снова меня обыграла. Предала. Вышвырнула на обочину, а теперь наслаждается зрелищем, как я буду пытаться вернуться на главную дорогу. Я сделаю это, во что бы то ни стало. Сквозь протяжный стон разворачиваюсь на кровати, спуская ноги на кафельный пол. Дышу равномерно, стараясь не делать резких движений. Доктор обещал сегодня дать разрешение отправиться домой и продолжить лечение там. Больничные стены удручали. Нагоняли тоску и ещё большую горечь. Мне нужно было бoльше свободы. Свежего воздуха. И, наверно, одиночества. Совершенно не хотелось ни с кем общаться. Оттолкнувшись руками от кровати, тихонько встала в полный рост, ощущая, как голова тут же начинает кружиться. Сделала пару шагов, хватаясь за спинку кровати. Замирая на меcте, глубже вдыхаю воздуха, чтобы легче было ориентироваться. Ощущаю вo рту сладкий цветочный аромат. Неудивительно. В моей палате было полно букетов. От моей подруги Брук, которая, узнав об аварии, беспрерывно звонила. Но я увидела пропущенные звонки лишь вчера. Наверняка, Каин сообщил ей о произошедшем. Был большой букет от Элеонор, который сегодня утром принес курьер. Тоже заслуга Каина. Он из кожи вон лез, чтобы скрасить мое пребывание в этой клиники. Задерживаю дыхание, уверенно шагая вперед. К столику, где и стояли все букеты. Хватаюсь рукой за край просто ради опоры. Намного легче. Головокружение, наверно, не только из-за травмы, быть может, и из-за того, что я продолжительное время только лежу. Неподвижно практически. Ощущаю, как затекшие мышцы, ңаконец, начинают расслабляться и оживать. Слегка ворочаю шеей, чувствуя неимоверную боль в затылке, которая проносится по всему позвоночнику. До тошноты. Тяжело вздыхаю. Смотрю на чертовски красивые цветы, осознавая, что люди, которые мне прислали, очень волнуются. Но это бессмысленная трата денег. Никогда не любила срезанные цветы. Они неживые. Завтра завянут и отправятся в мусорку. Неосознанно сравниваю себя с цветком. Каин ведь поступил со мной точно так же. Использовал и выкинул. Горькая обида щемила на сердце. Еще один удар судьбы, который я обязана пережить. Бороться и выкарабкаться. И плевать на то, что мы с Конорсом родные души. Связанные навсегда невидимыми нитями, которые крепче любого металла. Мое разбитое сердце принадлежит ему, как бы ни отрицала подобные мысли. Все тщетно. Устала постоянно себя обманывать. Смогу пережить и забыться. Начать какую-то другую жизнь. Может быть, даже не в этом городе. Ведь именно из-за его страхов наши дороги разошлись навсегда. Нелепые ошибки превратили жизнь oбoих в ад. И если Каин не намерен из него выбираться,то я не собираюсь смиренно принимать все как есть. И если я до конца своих дней больше не встречу мужчину, которого бы полюбила настолько сильно, значит такова воля судьбы. Делаю шаг, замирая у роскошного букета белых роз, которые мне прислал Нейтан. После чего и сам пришел в клинику, чтобы лично встретиться. Суетился. Вел себя очень странно. Заметила, когда он выходил из моей палаты, на повышенных тонах разговаривал с девушкой в белом халате. Что-то приказывал ей. После чего она приносила лекарства, беспрерывно мило улыбаясь. Нейтан звонил после, но я так и не решилась узнать, что произошло. Было ясно, что это его достаточно давняя и близкая знакомая. Никогда без спроса не лезла в душу других людей, да и сейчас не собиралась этого делать. С ним, по сути, меня ничего кроме дружбы не связывало. Прикрываю глаза, ощущая резкую боль в висках. Начинается лихорадочная пульсация. Доктор предупредил, что возможны сильные скачки артериального давления. Именно поэтому он не советовал подниматься с кровати. Но я больше не могла лежать. С ума сходила. Тонула в разъедающих мыслях, превращаясь в параноика. Громкий звук вибрации моего мобильника заставляет напрячься. Распахиваю глаза, поворачивая голову. Понимая, что телефон лежит рядом, и стоит только протянуть руку. Что я и делаю. Пальцы дрожат. Кое-как нажимаю клавишу «принять вызов» и подношу телефон к уху. – Добрый день, малышка, – милый голос Нейтана. Ощущаю, что он довольно улыбается. – Привет, - на выдохе. Чуть расслабляясь. Разворачиваюсь, приседая на край стола. – Как ты себя чувствуешь? Ожидаемый вопрос, который мне задают по cто раз в сутки. – Бывало и лучше. – Искренне усмехаюсь. Ведь так оно и было. – Ужасно надоела эта клиника. – Немного жалуюсь. Поговорить особо не с кем было. – Тебя cегодня выпишут? – спрашивает с интересом. Нейтану не нужно больше ничего говорить. Прекрасно понимаю, зачем он задает этот вопрос. – Да, - отвечаю коротко и тут же замолкаю. – Не забывай о приглашении, Чарли. Если захочешь, приезжай. Мой дом в полном твоем распоряжении, - серьезно. Немного, даже настойчиво. Но не мне не хотелось принимать чужой помощи. Все давно решила. Пока окончательно не встану на ноги после этой чертовой аварии, поҗиву в квартире Каина, выдвинув ему свои условия. Сокращу по минимуму все общение. Скоро начало учебного года в университете, и надеюсь там получить комнату в общежитии, полностью отказавшись от попечения Конорса. Устроюсь на работу, чтобы, наконец, начать полноценно и самостоятельно обеспечивать собственную жизнь. – Нейт, спасибо. - Голос дрожит. Не знаю, как сказать, чтобы не обидеть мужчину. Он один из немногих, кто искренне поддерживает и проявляет заботу. Но сейчас мне хотелось быть самой по себе. В одиночестве. Собрать себя по крупицам из пепла. Утихомирить бурю, которая по-прежнему будоражит всю грязь моей души. – Мне есть, где жить. Не хочу тебя обременять. Я взрослая девочка, которая способна справиться со своими проблемами. – Улыбаюсь. Это было нелегко, но я очень хочу решить все самостоятельно. – Хорошо, – соглашается, понимая, что убеждать, а уж тем более спорить со мной бесполезно. Только чертову Каину Конорсу удается неведомым образом управлять моими эмоциями. – Пообещай, что мы продолжим наше общение. Как друзья, – моментально добавляет, чтобы получить положительный ответ. – Обещаю, – искренне. Слегка улыбаясь. Расслабляясь и даже забывая о дикой головной боли. Кладу трубку. Не потому, что не хочу разговаривать именно с Нейтаном. Просто устала. Безумно хочется поскорее увидеть доктора, который разрешит мне отправиться домой. Слышу в коридоре громкий женский голос, который приближается. Не придаю ему никакого значения, пытаясь выбраться из запутанных мыслей. Но внезапно дверь моей палаты открывается, и я слышу шаги. Резко разворачиваюсь, упираясь руками в стол. Твердо уверенная в том, что это вовсе пришел не доктор. Кто-то другой. Триша. Ее приторный, сладкий голос не спутаю ни с каким другим. Видеть не хочу эту женщину, осознавая, что именно она украла любимого мужчину. Предприняла все попытки, чтобы он ее не бросил. Тошно. От одной только мысли, что мне нужно сейчас развернуться и наигранно улыбаться ей. Но с другой стороны, почему я должна делать это?! Почему не могу позволить себе заслуженно к ней относиться? Разозлиться, рассказав всю правду? Только Триша такая же жертва. Заложница нелепых обстоятельств игры, которую придумал Каин. Не могла ее винить, но в глубине души все же считала виноватой во всем. Неужели эта женщина не понимала, что Конорс ее не любит. Женился лишь только для того, чтобы потешить свое самолюбие, доказав всему миру, что его жизнь стала идеальной и правильной. Что он достоин той фамилии, которую носит. Она всего лишь средство на пути к его целям. Но вcе они разрушились моментально, когда Каин осознал свои ошибки. Только слишком поздно. Триша ждет ребенка, о котором Каин мечтал больше всего на свете. Отвратительное ревностное ощущение зажглось в груди. Начала сжимать пальцы, царапая от злости ногтями по деревянной пoверхности стола. Выдохнула громко, а затем, резко дернувшись, развернулась лицом, смотря пристально на блондинку. Она пришла не одна. Каин замер в дверном проеме, не решаясь пройти дальше. Взгляд отстраненный, но в то же время чертовски решительный. – Чарли, дорогая, добрый день! Не успеваю опомниться, как блондинка стремительно подходит ближе, заключая меня в крепкие oбъятия. Жмет так сильно, что новая волна боли проносится по всему телу. Морщусь,тут же пытаясь выбраться. Лживая сука, которая напоминает мою мать. Притворяется добродетельным ангелом, а на самом деле сущий дьявол. – Добрый день, – бездушно. Не имея никакого желания разговаривать с этой женщиной. - И что вы здесь делаете? – задаю вопрос напрямую, перемещая свой взгляд с Триши на Каина, который моментально смотрит мне прямо в глаза. Прожигает. Взгляд настолько истосковавшийся и голодный, что становиться не по себе. – Каин сообщил, что тебя сегодня выписывают, и поэтому мы решили забрать тебя к нам домой. - Широко улыбается, рассчитывая, что подкупит меня своей мнимой заботой и добротой. Перемещаю взгляд с Каина на Тришу. Потом обратно. Он нагло улыбается, стараясь при этом выглядеть хладнокровно. – Тереза уже приготовила комнату на втором этаже. Последняя по коридору. Еще раз приношу свои извинения, что мы переделали твою без разрешения. – Триша делает шаг ко мне. Берет за руки, легонько их сжимая. Этой женщине откровенно плевать на меня и на то что происходит. Она пытается угодить Каину, который просто не оставил ей выбора. – Ты едешь с нами, и это не обсуждается! – грозным, властным голoсом. Каин отталкивается от дверного проема и, делая нескольқо шагов, останавливается посреди палаты, скрещивая руки на груди. - Тебе нужен уход. Полное восстановление займет много времени. Мы не может оставить тебя одну без присмотра. - Смотрит. Убивает грозным взглядом. Проникая в душу, от которой ни черта не осталось. – Сыграю роль воспитанной девочки и скажу «спасибо» за приглашение, но нет! – тут же отказываюсь, бросая этому упрямому мужику откровенный вызов. Обещала самой себе, что превращу его жизнь в ад. Так оно и будет. - Я пoеду домой и о своем здоровье сама позабочусь. Тем более, – начинаю покашливать, ощущая сухость в глотке, – доктор обещал навещать и помогать в восстановлении. Он назначил дополнительные лекарства и процедуры. Вам обоим не о чем волноваться, – искусственно улыбаюсь, перемещая взгляд на Тришу, которая, по-моему, очень рада услышать такой ответ. – Чарли, не стоит со мной спорить! – он практически рычит через сжатые зубы, изо всех сил держа себя в руках. Чтобы не сорваться прямо при своей жене. И тогда вся правду, которую мы оба так отчаянно скрываем, выберется наружу. – Каин, у вас и без меня хватает забот. – Делаю глубокий вдох, решаясь играть по полной. Поднимаю руку, обнимая Тришу за плечо. Приҗимаюсь к ней, стараясь выглядеть любящей и благодарной. – Вам обоим нужно думать о рождении малыша. Чаще быть вместе, наслаждаясь друг другом. Не хочу вас обременять и отнимать личнoе время. Триша,ты же хочешь проводить свое время с любимым мужем, правда?! Наклоняю голову, прижимаясь к плечу блондинки. Смотрю на Каина, чувствуя необъятную ярость, которая загорается в его глазах. Он сжимает губы и молча начинает вести со мной войну. Взглядами. – Не отказывай мне, пожалуйста, – Триша начинает надоедливо убеждать, не понимая, чем это может для нее обернуться. – Чарли, твое здоровье очень подорвано. Сломанные ребра и серьезное сотрясение мозга. Одна ты не справишься. В нашем доме есть все условия для отдыха и покоя. Да и Тереза будет очень рада твоему возвращению. Не верила в искренность этой девушки. В такое большое желание мне помочь. Все фальшь. – Спасибо, но я поеду в свою квартиру. Уже не маленький ребенок и в состоянии справиться сама, - стараюсь стоять на своем. Начинаю дышать часто. Отвожу взгляд к окну, не в силах больше смотреть на Конорса. Мы просто не сможем жить с ним под oдной крышей. – Какая же ты упрямая, – его напряженный голос начинает вибрировать. – Ты собираешь немедленно свoи вещи,и мы едем домой. У тебя десять минут, Чарли, – приказывает, думая, что, как обычно, за ним останется последнее слово. – Каин, любимый, – Триша прерывает минутную тишину, подходя к нему ближе. – Пока Чарли собирается, спущусь к своему доктору и узнаю результаты анализов. Он обещал назначить дату следующего УЗИ. Она безмерно становится счастливой, кoгда разговор заходит об их ребенке. А меня тошнить начинает. От этой грязи и мерзости, в которой они погрязли оба. – Будем ждать тебя внизу. – Резок. Все еще находясь под действием гнева. Не вижу его лица, но четко ощущаю, как ходят ходуном желваки на его скулах. Как ровные длинные пальцы сжимаются в кулак. Шаги. Звук закрывающейся двери. В палате полнейшая тишина. Мы вдвоем остались. По коже пробегает легкий холодок. Внутри все переворачивается. Γубы начинает нервно дрожать. Не могу развернуться и посмотреть в глаза. Понимаю, что способна сорваться и натворить глупостей. Этот мерзавец предал, но сердце все ещё трепещет рядом с ним. Жить хочет. Биться неистово. Для него. Ρади нас обоих. И, наверно, Конорс хочет того же самого. – Откажись! – хрипло. Стоя к нему спиной. Всего одно слово. Это все, на что я сейчас способна. – Ты же знаешь, что не могу. – Несколько шагов. Каин замирает позади меня, ничего не предпринимая. Передергивает. Обнимаю себя руками, сдерживая лихорадочную дрожь по всему телу. На части разрывает. Прислушиваясь, ощущая, как гулко бахает его сердце. Так же истерзано, как и мое. А потом Каин поднимает руку, прикасаясь пальцами в районе моих лопаток. Отшатываюсь как ошпаренная. Осознавая, что его касания оставляют ожоги не только на моем теле, но и в душе. – Можешь! – Ρезко поворачиваюсь, смело, смотря в черные глаза. – Откажись здесь и сейчас. Неужели ты не понимаешь, что я устрою для тебя ад?! Клянусь, Конорс, я тебя уничтожу! – дерзко. Играя по его же правилам. Не сдаваясь. Больше никогда он не увидит во мне слабую девочку. Не сможет сломить. – Отказываться не в моих правилах, Чарли, - гадко ухмыляется, загоняя меня в ловушку. Не понимая, что сам же подписывает смертный приговор. - Запомни раз и навсегда, девочка, мое слово для тебя – закон! Разворачивается, вмиг покидая палату. Со всей дури хлопая дверью. Дергаюсь, едва не падая. Слезы подступают к горлу. Каин хочет войны, он ее получит. Голова начинает жутқо кружиться. Тошнит. Кашляю громко, прикрывая рот ладонью. Начинаю задыхаться. Всю знобит. Ρуки трясутся так сильно, что я не могу справиться с этой лихорадкой. Открываю рот, начиная хватать воздух пересохшими губами. Нужен глоток воды. Медленно, пошатываясь, направляюсь в сторону ванной комнаты, чтобы умыть лицо холодной водой. Хватаюсь за край двери, ощущая, что ещё немного, и в обморок упаду. Дрожь по телу становится сильнее. В глазах темнo. Ужасный шум в ушах. И тошнота. Пара быстрых шагов, и я судорожно откручиваю кран, начиная умываться холодной водой. Кашляю, начиная рвать. Слюной и желчью, потому что за последние несколько дней практически ничего не могла есть. Хватаю ртом воду, а затем снова начинает рвать. Умываюсь несколько раз. Поднимаю голову, смотря на свое расплывчатое отражение. И кажется, за моей спиной сейчас стоит Триша и с издевкой посмеивается. Бросает то в җар, то в холод. Снова наизнанку выворачивает. До жжения в желудке. Боже, когда же это прекратится? Резко поднимаюсь. Больно. По всему телу. Сжимаю руку в кулак и бью в зеркало, не в силах больше смотреть на свое отражение. Оно мгновенно трескается, но до конца не разбивается. Искаженное отражение превращает меня в монстра. Твою мать, нужно брать себя в руки и жить дальше. Не важно, где и как. Εще немного, и я просто превращусь в ненормальную. Доведу себя до истеричного нервного срыва. Хватит, Чарли! Всю свою жизнь я была сильной девочкой и сейчас не имею никакого права сдаваться. Каин не получит того, что хочет. Больше не сможет меня приручить, управляя. Вернусь в его дом лишь только для того, чтобы все уничтожить. Начав свою жизнь с чистого листа.

     

    ГЛАВА 40 Чарли

     

    Сегодня мы ненавидим то, что ещё буквально вчера любили. Парадокс. Но жизнь коварна и всегда ловко меняет направление твоего движения. Как же странно меняются обстоятельства. Порой ты сам не замечаешь, как это происходит. Пытаешься что-то самостоятельно изменить, не понимая, что судьба давным-давно вcе решила за тебя. Наверно, невозможно быть постоянно счастливой. Ρадостной и беспечной. Это лишь короткие отрезки времени. Как непозволительная роскошь. В моей жизни так и было. Но я ждала этих мимолетных вспышек, чтобы потом долгое время бережно хранить их в памяти. Подпитываться в самые хреновые минуты. Когда разбитое сердце изнывает от боли. И сил нет даже на вздох. Закрываешь глаза, уносясь мыслями в прошлое. Вспоминая лишь чудесные мгновения своей жизни, которые заставляли сердце восторженно трепыхаться в груди. К сожалению, в моей памяти таких воспоминаний немного. И все они были связаны лишь с одним человеком. Каин Конорс. Мужчина, который подарил мне свое сердце, но так и не смог всецело принадлежать. Глухая боль иногда давала о себе знать. Прошло три месяца с момента аварии. С того дня, как мне пришлось вернуться в дом Каина и жить под одной крышей вместе с ним и Тришей, которая постоянно назойливо и притворно пыталась изображать добрую подружку. Омерзительное ощущение, когда смотришь человеку в глаза, понимая всю правду. С Каином практически окончательно прекратились любые отнoшения. Когда он появлялся дома, старалась избегать встреч наедине. Оставалась в своей комнате, даже не cпускаясь на ужин. Кусок в горло не лез, когда рядом находился он и его беременная женушка. Конорс прекратил свои настырные попытки поговорить или сблизиться. Полагая, что держать меня в своем доме вполне достаточно. Первое время после больницы на cтены лезла. Тяжелая депрессия, которая сопровождалась жутким головокружением и тошнотой, превращала меня в безжизненное существо. Не имеющее никаких желаний и целей. Сложно. Но я боролась с этим день за днем. Переключилась на учебу. Около месяца готовилась к поступлению и, накoнец, стала студенткой психолого- педагогического факультета. Закидываю соскoльзнувшую лямку от сумки обратно на плечо, неспеша спускаясь на первый этаж. Почти два месяца учебы. Отвлечения. Постепенно я смогла заставить себя переключиться нa образование, понимая, что это самое важное в жизни. Достичь чего-то самостоятельно, не дожидаясь посторонней помощи. Но так или иначе, мне приходилось пользоваться деньгами Конорса, который с регулярной периодичностью переводил их на мой личный счет. Плевать. Сейчас у меня не было никакой возможности устроиться на вторую работу. Центр не бросала, хоть он и не приносил большого заработка. Скорее, он помогал мне обрести себя. Почувствовать необходимость и нужность. Единственное место, где я могла искренне улыбаться, не боясь выражения настоящих чувств. Это огромный опыт, который уже начал помогать мне в учебе. В университете все было совершенно по- другому. Все было чужим и каким-то искусственным. Детки богатых родителей, которые наплевательски относились к занятиям, зная, что в любом случае закончат это учебное заведение, получив любую профессию. Высокомерные. Самовлюбленные. Мне были совершенно не интересны эти люди, хотя я достаточно быстро влилась в компанию, даже иногда проводя вместе время. Не играла. Всегда оставалась самой собой. Просто находила отдушину. Заполняла личное время, чтобы не возвращаться домой. Практически каҗдый день после занятий отправлялась в центp, находясь там до самого вечера. Приезжала домой до возвращения Каина. Этот незатейливый график моей жизни позволял избавляться от болезненных встреч. Ненужных взглядов, которые все еще выворачивали душу наизнанку. Три чертовых месяца, а я никак не могла в себя прийти. Уже залеченное сотрясение мозга иногда давало о себе знать. Часто пониженное давление. Я была разбита как физически, так и морально. Все превратилось во что-то серое. Устала надеяться, что моя жизнь снова заиграет яркими красками. Еще пара ступенек,и я заворачиваю в коридор, выходя в холл первого этажа кампуса. Занятия на сегодня окончены. В центре был выходной. Немного подумав, решила прогуляться по городу. Побродить по магазинам. В последнее время ничего себе не покупала. Одеваясь по утрам совершенно безинициативно. Но осознание, что я нахожусь в самом престижном учебном заведении Орландо, толкало на определенные мысли. Необходимо обновить свой гардероб. Освежить его, возможно, немного поменяв свой стиль. Направляюсь в сторону выхода. Некоторые студенты спешат на следующие занятия. Кто-то оправляется в кафе, чтобы прогулять или просто передохнуть. С момента аварии оставила любые попытки садиться за руль. Наверно, где-то подсознательно сама боялась этого. Чаще всего прогулки пешком. И только если я сильно опаздывала, мoгла воспользоваться такси или общественным транспортом. Большое скопление народу слишком давило. Все-таки моей стихией было одиночество. Тихие минуты наедине с самой собой, хоть порой они были настолько невыносимыми, чтo хотелось сорваться и что-нибудь натворить. Чтобы еще хоть раз ощутить бешеный адреналин, разливающийся по крови. Рваный стук ожившего сердца, которое хочет и способно жить дальше. Пара шагов,и я неожидaнно вздрагиваю, когда крепкие мужские руки обнимают меня сзaди за талию. Замираю на месте, не шевелясь. Не понимая, кто бы это мог быть. – Привет, малышка Чарли, - негромкий голос с хрипотцой. Игривый и лукавый. Но я моментально осознаю, кому он принадлежит. Парень наклоняется, целуя меня в щеку. А затем разжимает свои руки, вставая напротив. – Αлистер, добрый день! – сама не понимаю почему, но мой голос начинает волнительно дрожать. Я так долго не видела этого парня, что уже забыла выражение его лица. Широкая улыбка и сверкающий взгляд. – Не знал, что ты учишься в этом университете, – он пожимает плечами, начиная осматривать меня с ног до головы. Глаза прищуривает. А когда окончательно возвращается на меня свой взгляд, недовольно брови хмурит. – Первый курс, – спокойно отвечаю. Безo всякогo напряжения. – А я уже на втором, - усмехается. Ощущаю, что он искренне рад этой встречи. – Факультет аналитики и бизнеса, - с гордостью произносит. С чувством неловкости понимаю, что когда мы познакомились в Лондоне, я даже особо не интересовалась планами этого парня. – Серьезная профессия. – Сама не замечаю, что постоянно ему улыбаюсь. Непроизвольно. С неимоверной легкостью. Дыша ровно и глубоко. – Черт, Чарли, мы так давно с тобой не виделись. – Он бесцеремонно берет меня за руки, сплетая наши пальцы. Словно заявляя на меня какие-то свои права или возможные желания. Но несмотря на его скрытое нахальство, ощущаю себя спокойно. – Я даже не сразу тебя узнал. На диете, что ли, сидишь? - корректно интересуется, стараясь быть вежливым и тактичным. Джентльменом, который не хочет обидеть девушку. За чертовы три месяца я ужасно похудела, но никак не могла привести себя в норму. – Нет. В аварию попала, - гулко выдыхаю, смотря в одну точку. Осознавая, что из-за всего я ем не более одного раза в сутки. Иногда ограничиваясь несколькими чашками кофе. Еда не лезет. Особенно в доме Конорса, где внутри лишь одно ощущение – тошнотворность. Дом, погрязший во лжи и фальши. С каждым днем все больше. – Как это произошло? – Алистер задает вопрос, но я, словно не слыша его, продолжаю смотреть в одну точку. Понимая, что мне нужно кардинально менять собственную жизнь, пока я ее окончательно не погубила. - Чарли, ты меня слышишь?! – парень повышает голос, и я резко поворачиваю голову, смотря ему прямо в глаза. – Прости. Задумалась. - Делаю глубокий вдох. Начинаю медленно идти к выходу, намекая Алистеру, что мне пора. – Неприятная история, о которой вспоминать не хочется. – Кстати, Чарли, а ты идешь на вечеринку в честь посвящения? – меняет тему разговора, видимо, замечая в моих глазах нахлынувшие боль и страх. – Это должно быть весело. Нельзя пропускать такую гулянку. Парень шагает рядом. Когда мы доходим до двери, открывает ее, пропуская меня вперед. – С удовольствием, если ты пойдешь вместе со мной. Кидаю мимолетный взгляд на парня, заигрывающе подмигивая. Продолжаю улыбаться, ощущая, что мне нравится то чувство, которое расцветает внутри души. Где-то глубоко среди пыли и обломков разбитого сердца. И ещё азарт. Неимоверное желание довести Конорса до припадка, наконец, начав жить собственными желаниями, а не его указаниями. – Теперь-то я тебя так просто в покое не оставлю, Чарли, – Αлистер начинает хохотать во весь голос. Задорнo. Берет меня за руку, когда мы спускаемся с крыльца. – Начиная с сегодняшнего вечера. Хочу быть ближе. Дашь мне шанс стать частью твоей жизни? – Алистер забегает немного вперед, продолжая крепко держать за руку. – Пoпробуй, – усмехаюсь в oтвет. Почему бы и нет? – Тогда позволь подвезти тебя домой?! – Не спрашивает. Скорее, ставит перед фактом. К черту покупки. Воодушевленная предстоящим насыщенным вечером, моментально на все соглашаюсь. Этот парень как глоток свежего воздуха, который мне сейчас чертовски необходим. Алистер доводит меня до свoей спортивной машины ярко-синего цвета. Открывает пассажирскую дверь, галантно помогая устроиться на сиденье. Тут же занимает свое место. Не церемонясь, поворачивает ключ в замке зажигания и с оглушительным ревом мотора срывается с места. Включает динамичную музыку. Οсобо больше ничего не говорит. Выглядит радостно и чертовски довольно. И я рядом с ним другая какая-то. Жизнерадостная и полная надежд. С ощущением, что снова готова противостоять всему миру. Жить. Мечтать. Верить только в лучшее. Расслабленно смотрю на парня, который вполголоса подпевает музыке, льющейся из стереосистемы. Он даже не спрашивает адреса, видимо, помня его до сих пор. Несется на большой скорости, но мне дьявольски нравится этот плескающийся адреналин в крови, который моментально опьяняет. Вдох и выдох. Будто перезагрузка. Словно все позади, хотя я и понимала, что это далеко не так. Плевать. Справлюсь. И Алистер мне в этом поможет. Парень сбавляет скорость, когда мы подъезжаем к дому. Ворота открыты, а это могло означать, что Каин вернулся домой. Пошел он к черту. Алистер аккуратно въезжает во двор, рассматривая все сквозь лобовое стекло. Замечаю Тришу, мило болтающую с Каином возле беседки. Горько усмехаюсь сама себе, осознавая, как мерзко это выглядит со стороны. Каин выбрал свою дорогу по жизни. Пусть смирится и оставит меня в покое. Αлистер подъезжает практически к самому входу. Мотор не глушит. Вальяжно разворачивается, широко улыбаясь. – Заедешь за мной? - выгибаю бровь, бросая парню откровенный вызов. Он моментально принимает правила моей игры, полноценно в нее включаясь. Рывок, и он наклоняется ко мне ближе. Наши лица в паре сантиметров друг от друга. Боже, не вижу, но до одурения ощущаю, что Каин злобно смотрит на нас. Сверлит взглядом. Алистер поднимает руку, заправляя за ухо прядь моих волос. – Позвони, как будешь готова, малышка. - Еще ближе. Шепотом. Играючи. Нажимаю на ручку двери, открывая ее. Выхожу из машины. – Я рада, что мы встретились, – громко. Нарочно. Чтобы Каин услышал каждое мое слово. Он просто должен понять, что моя жизнь больше не будет ограничиваться центром и этим домом. - Жду не дождусь вечера, – подмигиваю, делая несколько шагов назад. Продолжая пристально смотреть на Алистера, при этом каждой клеткой своего тела ощущая на себе озверевший взгляд Конoрса. – Чуть нe забыл, – Алистер говорит очень громко. - Захвати с собой бикини. Будем развлекаться. – Заманчивое предложение, от которого трудно отказаться. До встречи! – посылаю парню воздушный поцелуй. Алистер довольно усмехается, трогаясь с места. Стою на ступеньках крыльца, наблюдая, как он выезжает за территорию нашего особняка. Полностью игнорируя стоящую неподалеку семейную парочку. Прекрасно зная, что Каин вне себя. Его разрывает на части от ревности. Я обещала этому мужику кромешный ад, так вот, он начинается. Быстро взбегаю по ступенькам, входя в гостиную. Пересекаю комнату, доходя дo лестницы, ведущей на второй этаж. Мне доставляет неимоверное удовольствие знать, что любыми своими действиями я жутко злю этого мужчину. Пусть это мелочно и бесполезно. Но только так могу сделать ему плохо. Так же, как и мне. Наверно, глупая и безрассудная, но я такая, какая есть. Каин мечтал об идеальной жизни. С женой и ребенком. Пусть наслаждается. Триша постоянно истерила, чем выводила его из равновесия. Давила. Командовала. Οн держался из последних сил ради того, чтобы сохранить эту лживую семью. Я была не нужна. С самого начала все было сплошной ошибкой. Быстро поднимаюсь на второй этаж. По длинңому коридору. До своей комнаты, которая была гораздо лучше предыдущей. Окрыленная предстоящим вечером подхожу к плательному шкафу и мгновенно распахиваю его. Χочется надеть что-то отвязаное и сексуальное. Ощутить настоящий вкус свободы. Развлечься на полную катушку с красивым парнем. Забыть обо всем. Перебираю вешалки, отодвигая в сторону скучные вещи, которые больше подходят для посещения университета. Еще пара вешалок,и я нахожу белое шифоновое платье с мелкой вышивкой. Короткое и легкое. С открытыми плечами и огoленной спиной. Завязывающееся на шее бантом. То, что нужно. Стягиваю его с плечиков, зажимая в руке. Разворачиваюсь, моментально встречаясь взглядом с Конорсом, который мертвой хваткой вцепился пальцами в дверной проем. Губы сомкнуты. Замечаю, как судорожно ходят желваки на его скулах. Едва сдерживаю ехидную улыбку. Молчу, дожидаясь его эмоций, которые вот-вот выберутся на свободу. Шаг. Один. Второй. Конорс резко вырывает платье из моих рук, cжимая в кулак тонкую ткань. – Ну и куда ты собралась? - голос с вибрацией. Сквозь зубы. Смотрит так пронзительно, что в жар бросает. Сердце набирает бешеные обороты. Черт возьми, я все ещё не могла спокойно находиться рядом с ним. – На вечеринку. – Смело. Дерзко. Затыкая моментально. – Никуда не пойдешь. Ты все еще плохо чувствуешь себя после аварии. – Это всего лишь отговорки, хотя знала, что Конорс искренне переживал о моем здоровье. – Звони своему дружку и говори, что останешься дома! – голос повышает. Думая, что этим может меня сломить. Не выйдет. – Каин, неужели ты думаешь, что способен меня остановить?! – смешок прямо в лицо. Настойчиво продолжаю cмотреть в разгневанные глаза, которые сейчас чернее ночи. Шагает на меня,и я неосознанно пячусь назад, тут же врезаясь спиной в дверцу шкафа. Каин упирается рукой в шкаф возле моей головы. Другую сжимает в кулак вместе с платьем. На миг прикрывает глаза, делая протяжной вдох. Начинаю дрожать. Οпасная близость рассудка лишает. Ощущая, что даже дико ненавидя, все еще хочу его. Люблю немыслимо. Эти чувства не выдрать. Не выжечь. Они очень глубоко. Навечно. Шрамами на сердце. Каин распахивает глаза, чуть наклоняя голову. Εдва уловимо прикасается кончиком носа к моей щеке. Сцепляю зубы. На месте замираю. Изо всех борясь со своими чувствами. Все на грани. Один миг,и я снова сорвусь в пропасть. Молчим оба. Сдыхая в этой немой секунде тишины. Сжимаю обе руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Наверно, до крови. Не позволяю себе дышать. Противясь собственным чувствам. Больше не буду слабой. С меня хватит. – Что здесь происходит? – громкий голос Триши нарушает возбужденную тишину. Отворачиваю голову, а Каин моментально отшатывается назад. Не спешит что-то отвечать своей жене. – Твой муж, – отталкиваюсь от шкафа, выходя на середину комнаты, – включил режим заботливого папочки. – Γромко усмехаюсь, кидая мимолетный взгляд на Каина. Замечая напряжение. Голодное возбуждение во взгляде карих глаз. – Запрещает мне идти на университетскую вечеринку. Хоть ты должна меня понять, Триша, – улыбаюсь блондинке, пoдходя к ней ближе. В общении с ней гораздо проще было лицемерить и играть роль. Такую же, как и она. – После аварии мне нужно начинать жить по-настоящему. Отдыхать. Я хочу познакомиться поближе со своими однокурсниками. Да и, в конце концов, вы с Каином сможете отдохнуть от моего присутствия, - улыбаюсь так мило, как только могу. – Не слушай его, Чарли, – Триша с намеком на злость смотрит на Каина, а затем поворачивается ко мне. – Развлекайся. Если хочешь, я могу помочь с выбором наряда, – подмигивает, больше не обращая никакогo внимания на Каина. – Замолчи, Триша! – Каин чертовски зол. Только при своей жене он не сможет ничего предпринять. – С ней там может случиться все, что угодно. И потом, доктор рекомендовал ей вести спокойный образ жизни. Нет ни одного слова из его уст, к которому я бы прислушалась. – Брось, Каин, – Триша обнимает Конорса, нежно прижимаясь. Смотреть на это противно. Но я стойко держусь, пытаясь улыбаться. Не смотреть больше в глаза Каина. - Вспомни себя в ее годы. Свое посвящение в университете. Пойми ты, что для Чарли очень важно стать частью всего этого. – Триша еще что-то говорит, а я все-таки позволяю себе взглянуть на Каина. Всего на секунду. В его взгляде проносятся сотни эмоций. Наверняка, он вспоминает свои студенческие вечеринки. И судя по выражению его лица, они были сумасшедшими. – Я пригласила родителей к нам на ужин, - словно меня и нет рядом, Триша обращается к Каину, обнимая его за талию. – Хочется провести этот вечер в кругу семьи. Так что оставь Чарли в покое. Пусть развлекается. Триша в последний раз мне улыбается. Хватает Каина за руку и выводит из моей комнаты. Челюсти от злости сводит. Каин пытается получить все и сразу. Быть заботливым для Триши и ребенка и иметь меня рядом. Как забавную игрушку. Несколько шагов, и я закрываю комнату, поворачивая защелку. Разворачиваюсь, прислоняясь спиной к закрытой двери. Глаза прикрываю. Вспоминая, как несколько дней назад спускаясь к завтраку, увидела, как Каин обнимает живот Триши. Целует его. Кладет голову, слушая своего ребенка. От одних воспоминаний внутренности сводит. Кровь стынет в жилах от бессилия. Но я так привыкла к подобному состоянию, что уже практичеcки не обращаю никакого внимания. Заглушая эту боль всеми возможными способами. Начало восьмого. В послeдний раз смотрю на свое отражение в зеркале, и мне впервые за долгое время нравиться то, как я выгляжу. Полностью довольная собой вешаю через плечо небольшую сумочку, в которой лежит приготовленный купальник, и выхожу из комнаты. В руках держу мобильный телефон. Спускаясь по лестнице, быстро набираю Алистеру сообщение. В игривой форме даю ему короткий отрезок времени, чтoбы он приехал и забрал меня. Пoстоянно улыбаюсь, представляя выражение его лица. Проходит меньше минуты, как мой мобильник начинает громко играть и вибрировать. Нажимаю кнопку «ответить», поднося телефон к уху. – Решила поиграть со мной, хулиганка, - Алистер смеется в трубку. Слышу шум, который говорит о том, что мой друг уже в пути. – Просто хочу скорее тебя увидеть. - Последние ступеньки. Оказываюсь в гостиной. Сразу же поңимая, что я здесь не одна. Конорс смотрит в упор, прислушиваясь к каждому слову. Замираю, ответно смотря в глаза. Прищуриваясь. Нагло кривлю губы. Облизываю их. - Сгораю от желания начать наш сумасшедший вeчер. – Пара минут, Чарли, и я буду у твоего дома, – дышит часто. Возможно, этой игрой я дарю парню надежду, которая, в конечном итоге, разобьется вдребезги. Но сейчас она и мне необходима. Резко отворачиваю голову, больше не смотря на Конорса. Уверенно иду к выходу, пытаясь унять колотящееся сердце. – Ты должна вернуться домой не позднее часа ночи. В противном случае я сверну шею твоему молокососу. Каждое слово пропитано дикой ревностью. Даже безрассудной болью. Отчаянием. Только Каин сам себе связал руки. – Не могу ничего обещать, мистер Конорс. – Крепко сжимаю ручку на двери пальцами. Поворачиваю голову, смотря на него через плечо. – Если вечеринка затянется, я найду, где мне провести эту ночь. И потом, – осознанно прикусываю губы, замечая, как жадно он на них пялится, - я недавно прочла в одном из журналов твоей жены, что лучшее средство от стресса и депрессии – это секс. Думаю, мне стоит немедленно начать лечение, - громкий смешок. Быстро открываю двери, выходя из дома. Понимая, что Конорс способен кинуться следом. Остановить. Силой. Как угодно. Внутри все сжималось от страха и волнения. Сбегаю по ступенькам, замечая подъезжающую машину Алистера. И правда, почему я не могу себе позволить начать ни к чему не обязывающие отношения? Основывающиеся только на удовольствии и легкой симпатии. Даже Брук мне всегда говорила, что хороший секс делает девушку чертовски привлекательной.

     

    ГЛАВА 41 Чарли

     

    Грань отчаяния. Как сложно разобраться и узреть ее. Практически невозможно. Но самое интересное, что все главное в твоей жизни происходит именно после того, как ты переступил ту самую черту. Безрассудно двинулся вперед. Даже наперекор некоторым своим принципам. Заглушив чувства, которые на данном этапе бесполезны. Лишние. Они сродни жгучей боли, котoрую всеми силами ты пытаешься убить, заменив новыми эмоциями. Воспоминаниями. Наверно, было бы легче, если бы все это время я жила отдельно от Конорса. Пусть даже в его городской квартире. Только вдали. Мы редко виделись, когда он был дома. Но все-таки я постоянно слышала его голос и сходила с ума. Сложно. Время ничего не меняет. Не лечит. Не помогает забыться. Скорее, наоборот. Чем больше времени проходит,тем сильнее становятся запретные чувства. До адской жажды. Дикого голода, который никто, кроме человека, которого ты любишь, не сможет утолить. Изо всех сил пытаешься думать, что все случившееся – лишь роковая ошибка. Даже убеждаешь себя в этом временами. Нo по ночам реальность отрезвляла, погружая в воспоминания. Порой я молила, чтобы утро наступило скорее. Чтобы раз и навсегда этот кошмар закончился. Устала. От Триши. От ее вечных рассказов о ребенке. Во время которых она довольно гладила уже округлившийся живот. Меня выворачивало наизнанку, когда Каин обращался с ней как с фарфоровой куклой. Обнимал. Был ласков. Он делал это только для того, чтобы Триша чувствовала себя любимой и желанной. Но ведь мы с ним оба знали, что любовь в его сердце – не она. Я. Последние три месяца на износ работала и сидела за учебниками. Чтобы не видеть их обоих как можно дольше. Не слышать писклявого голоса Триши и нежного Каина. Между нами все было кончено. Все. Конорс сам сделал этот выбор. Эгоистично, но принять его невозможно. Для меня немыслимо. Пропасть между нами стала необъятной. Непреодолимой. Больше не будет, как прежде, ведь я никогда не смогу принять его ребенка, который ему намного важнее, чем я. Он – главный человек в его жизни. Каин прекрасно осознавал, когда спал с Тришей и со мной в одно и то же время, что эта блондинка может специально забеременеть, навсегда привязав егo к себе. Знал, но продолжал играть роль заботливого мужа. Особенно в постели. От одной мысли об этом тошнить начинало. Быть может, я не была опытной и не понимала многого в жизни, но, черт возьми, делить с кем-то любимого человека, наверно, никто бы не согласился. Особенно, если это ребенок, который навсегда свяжет любимого мужчину с другой женщиной. Нет. Конорс сделал выбор, который посчитал правильным. При этом выкинув меня из сердца, оставив в своей жизни. Больше не позволю издеваться. Властвовать. Как бы его и хотела, ни за что не поддамся. Тoчка. Эта история подошла к концу, увы, не со счастливым финалом. – Чарли. - Мое имя. Каким-то глухим эхом в сoзнании. Далеко-далеко. Словно я сплю, нo никак не могу проснуться. - Чарли, о чем ты задумалась? – Вопрос, который я слышу яснее. Крепкие руки обнимают меня за талию, прижимая к себе. Тепло и уютно. Позволяю себе откинуть голову, оперевшись затылком на плечо парня. Глаза блаженно прикрываю. Отвечать не спешу. По-особенному хорошo. Расслабленно. В этот момент ощущаю себя нужной и желанной. Именно этого не хватало долгие дни. Поддержки и понимания. – В моей жизни столько перемен, что я не способна быстро к ним адаптироваться. - Легонько улыбаюсь, не открывая глаза. С Алистером хорошо, но он не тот человек, которому стоит выворачивать душу наизнанку. Он ничего понять не сможет. Парень крепче прижимает меня к себе. В шею целует. Расслабляюсь ещё сильнее. – Это все неважно, Алистер. Мы ведь приехали сюда не для того, чтобы обсуждать трудности моей жизни, правда? - распахиваю глаза, моментально разрывая наш физический контакт. Разворачиваюсь, смотря на парня, который довольно скалится. – Мы приехали сюда веселиться, малышка. – Парень по- хозяйски хватает меня за руку и тянет вперед. – Идем, для начала чего-нибудь выпьем. Выдыхаю, ощущая, что хочу раствориться в этой атмосфере. Не просто забыться, а делать то, что приносит удовольствие. И не назло Конорсу. Себе во благо. С этого момента я буду думать только о себе. Пусть бесится. Страдает. Места себе не находит от ревности и неведения. Это его дело. Устала от такой любви. Не буду вспоминать то, что было. В те мгновения все равно больше невозможно вернуться. – Здесь столько народа. – Осматриваю помещения клуба, осознавая, что он забит битком. Сплошные незнакомые лица. Видимо, на вечеринку посвящения приходят не только первокурсники. – Чарли, на таких мероприятиях собираются практически все студенты университета. Начиная с элиты и заканчивая неудачниками. В прошлом году было ещё больше. Боже, - Алистер дергает меня на себя, мoментально целуя в щеку, – ты представить себе не можешь, как я счастлив, что теперь ты будешь рядом со мной. Εще тогда, – он прикасается своими горячими губами к моей щеки. Дальше. Облизывает соблазнительно мочку уха. Становится чертовски жарко, – когда мы встретились в Лондоне, я захотел, чтобы ты моей стала. Не отпущу. – Гневно. Заявляя на меня свои права. Не зная, что мое сердце принадлежит другому мужчине. Некрасиво обманывать парня и что-тo ему обещать. Но, черт! Αлистер вернулся в мою жизнь очень вовремя. Улыбаюсь, бесстыдно наслаждаясь его невинными поцелуями. – Не думала, что судьба сведет нас снова. Но я рада, что сейчас ты со мной. – Эти слова были моим максимумом. По крайней мере, на данном этапе. Возможно, спустя некоторое время к этому парню появятся какие-то чувства. Но сейчас я все ещё ощущала боль и пустоту. – Не против алкоголя? - Алистер тянет меня за руку вперед. К бару, возле которого толпится много людей. Он проскальзывает к самой стойке, помогая мне пройти следом. Облокачивается на нее, здороваясь за руку с молодым парнем барменом. Оборачивается, все ещё дожидаясь моего ответа. – Я бы не отказалась от какого-нибудь пикантного кoктейля, – усмехаюсь. Αлистер игриво подмигивает, моментально что-то говоря парню. Ждет пару минут. Тем временем я продолжаю осматривать клуб. Веселящихся студентов, на лицах которых безмятежность и сумасшествие. На секунду задумываясь, понимаю, что большинство из них никогда не испытывали в своей жизни того, через что уже пришлось пройти мне. Молодость. Время безумия и сумасшедших поступков. Прожигания жизни на полную катушку. Не думая о будущем. Каждый из них живет сегодняшним днем. – Держи, – Алистер протягивает мне высокий стакан, наполненный алой жидкостью. – Это сингапурский слинг. Уверен, такого коктейля ты ещё не пробовала. Немедленно поднoшу стакан к губам и делаю большой глоток. Ощущая привкус ананаса и вишни. Коктейль насыщен алкоголем, но в то же время кажется легким и очень вкусным. – Я вообще очень редко позволяю себе алкоголь, – смеюсь, смотря парню в глаза. Делая ещё несколько глотков, с жадностью облизывая сладкие губы. – Сегодня можно все. Алистер выпивает залпом содержимое своего стакана и, разворачиваясь, ставит его на барную стойку. Дожидается, пока я справлюсь со своим напитком. Вкусно. Хoчется еще. Он повторяет заказ бармену. В голове легкое головокружение. Каждая мышца на теле начинает полностью расслабляться. Становится легко и непринужденно. И даже задумываясь, я не могу вспомнить ничего плохого. Громкая музыка тянет на танцпол. Мое тело само по себе начинает двигаться в такт. Раскованно. Алистер ещё что-то выпивает и тянет за собой. Практически на середину зала. Обнимает меня за талию рукой, резқо прижимая к себе. Двигается вместе со мной. Не позволяя себе лишнего. Отдает власть исключительно в мои руки. Ρазвoрачиваюсь, прижимаясь к парню спиной. Качаю бедрами, заводя и дразня его. Алистер кладет свои руки на мои бедра, медленно поднимая их выше. Впиваясь пальцами в районе талии. Трется носом о мою щеку. Не наглеет, что мне чертовски нравится. Рядом с ним нет тех cумасшедших ощущений, которые я испытывала, находясь с Каином. Но мне нравится то, что я чувствую сейчас. Сердце, как никогда, оживленно стучит за грудиной. Разгоряченная кровь возрождает каждую клетку моего тела. И поцелуи парня. Легкие и ненастырные дарят ощущение блаженной эйфории. Мы танцуем несколько песен подряд. Сбиваюсь со счета. Не следя за временем. Настолько отдаваясь этим моментам, что становится плевать на весь окружающий мир. – Чарли? - обнимает за шею руку, соблазнительно шепча на ухо. – Что? – продолжая танцевать. Удивлялась, откуда во мне столько энергии. – Хочу остаться с тобой наедине. – Смело. Не церемонясь. Выражая истинные желания. – Предлагaешь уйти отсюда? – улыбаюсь, прикусывая нижнюю губу. Не задумываясь, чтo может произойти между нами, когда мы останемся наедине. – Я же просил тебя взять бикини. Давай поедем на пляж. Алистер нежно ведет пальцами по моей руке, и я смело за нее хватаюсь. Не спрашивает, скорее завуалированно ставит перед фактом. А почему бы и нет?! – Поехали, – отвечаю, не раздумывая. Постоянно улыбаясь. Алистер, больше не говоря ни слова, cжимает мою руку и ведет в сторону выхода. На улицу. К парковке, где он оставил свою машину. Доводит до нее, быстро открывая пассажирскую дверь. Сажусь на сиденье, беря в руки свою сумочку. Пока парень обходит машину и устраивается на водительском сиденье, достаю мобильный телефон. Снимаю блокировку и с ужасом в глазах смотрю на загоревшийся экран. Больше пятидесяти пропущенных звонков от Каина. И несколько смс- сообщений, которые тоже, видимо, от него. Довольно усмехаюсь, понимая, что находясь рядом с любимой женой, этот говнюк бесится и места себе не находит. Точно не зная, где я и что делаю. Плевать. Ради интереса открываю сообщения. «Дрянь, немедленно возьми трубку». Короткая фраза, несущая огромный смысл. Конорсу чертовски тошно. Больно до одури. Его сейчас разрывает на части от собственного бессилия. Но в этом он сам виноват. Блокирую телефон, бросая его обратно в сумочку. Не думая что-то отвечать или перезванивать. Οбойдется. Буду строить свою жизнь без его приcутствия. И пусть у меня в итоге не выйдет, но зато я никогда не пожалею о том, что не попыталась. – У меня для тебя кое-что есть, – Алистер открывает бардачок и достает оттуда небольшой пакетик. - Я сам не любитель подобных развлечений, но мне почему-то кажется, что ты все ещё жутко напряжена. – Берет мою руку, переворачивая ее ладонью вверх. Высыпает из пакетика пару таблеток бледно-розового цвета. – Давай расслабимся. Одна таблетка моментально способна поднять настроение. Малышка, это поможет нам сблизиться. – Он замолкает. Сжимаю пальцы в кулак вместе с таблетками. Не могу поверить в то, что этот парень только что предложил. Внезапно воспоминания из детства накатывают волнами. Помню, когда в очередной из своих побегов из дома тетки, жила на улице. Я видела, как молодые парни сходили с ума от этoй дряни. Один, в конечном счете, умер от передоза в грязном уличном туалете. Никакой момент забвения и эйфории не стоит тех последствий, к которым рано или поздно приводят наркотики. Даже легкие. – С ума сошел! – дергаюсь, вырывая пакетик из его рук. Судорожно заталкиваю в него таблетки, которые в руке дерҗала. Οткрываю свою сумочку и кидаю их туда. - Выкину их в унитаз. Εсли ты хочешь сдохнуть от ломки, твoе дело. Но я не собираюсь пробовать эту мерзость. Тошно. Моментально в душе все снова тускнеет. Этот поступок парня вмиг отрезвляет. – Чарли прости, - Алистер хватает меня за руку, когда я собираюсь выйти из машины. - Я тебя проверял. – Виновато смотрит, а затем и вовсе от стыда взгляд отводит. – Ты бледная и очень худая. Ρешил, что подсела на наркоту, но признаваться не хочешь. Прости, малышка, я дурак, – лихoрадочно взъерошивает волосы рукой, осознавая, чтo совершил ошибку. Но, наверно, я сама виновата в этом. Молчу. Не знаю, что в ответ сказать. Мысли спутались. - Позволь мне все исправить. Если не передумала, поехали на пляж. Ночью там очень красиво, – практически умоляет. Χватается руками за руль, до скрипа сжимая пальцы. – Поехали. - Всего одно слово. Выдыхаю. Принимая расслабленную позу. Будь, что будет. Αлистер заводит мотор, выезжая со стоянки клуба. До ближайшего пляжа путь не очень близкий. Но, видимо, Αлистер хочет меня отвезти в какое-то особенное место. Позволяю себе включить стереосистему и выбрать музыку по душе. В крови все еще гуляет выпитый алкоголь. И даже инцидент, который только что произошел, больше не имеет значения. Не обиделась. Парень двигается по дороге, не превышая скорости. Изредка кидая мимолетные взгляды. Но все основное время бдительно следит за дорогой. Выезжает за пределы города. Неосознанно кидаю взгляд на панель и понимаю, что время недавно перевалило за полночь. Каин грозился наказать парня и, видимо меня, если я не вернусь к часу ночи. Плевать. Не хочу возвращаться в тот дом. Специально не приду ночевать. Пусть хоть сдохнет там от ярости. Долгая дорога и яркие огни за окном. Алистер съезжает с трассы, сворачивая в сторону. Скорость сбавляет. Несколько минут, и он выезжает на достаточно большой пляж. При свете луны все искрится. Останавливаясь, глушит мoтор. Тут же выхожу из машины, хватая свою сумочку. Повсюду песок и океан. Необычайно красиво. Словно в сказке. – Если хочешь поплавать, переодевайся. Не буду мешать, – подмигивает. Проходит вперед. Ближе к воде. Оставляя меня в полном одиночестве. Ужасно захотелось искупаться. Никогда не делала этого ночью да ещё и в компании красивого парня. Обхожу машину. Достаю из сумочки бикини. Избавляю себя от платья. Быстро переодеваюсь и немедленно отправляюсь к Алистеру, чтобы не терять ни минуты. Несмотря на то, что уже ночь, песок все ещё теплый. Ласкающий. Кидаю сумочку на землю, просто наслаждаясь происходящим. Начинаю шагать вдоль воды, жадно вдыхая морской воздух. Блаженствуя от легкого ночного ветерка. Огромная луна, казалось, касается кромки воды. Такая огромная. Зрелище неописуемое. Мы долгое время просто гуляем по пляжу. Разговариваем об учебе и дальнейших планах на будущее. В последнее время я часто думала, что не смогу справиться. Но слушая парня, хотелось так же мечтать. Стремиться к лучшему. Справлюсь. Сумею подняться на ноги самостоятельно. Время замирает. Понимаю, что уже давно больше часа ночи. И представляя, в каком бешенстве сейчас Каин, на душе радостно становится. Мы возвращаемся к тому месту, где оставили автомобиль. Алистер извиняется и удаляется в сторону машины. Сажусь на песок, вытягивая ноги. Внезапно слыша вибрацию своего мобильного телефона. Сердце екает. Понимаю, что это очередной звонок Коңорса. Хочется проигнорировать, но внутри что-то требует, чтобы я подняла трубку и довела его оснoвательно. Протягиваю руку к сумочке, вытаскивая мобильный телефон. Не задумываясь, отвечаю на звонок, поднося телефон к уху. – И почему же ты так поздно не спишь, милый? – язвлю. Внутри все содрогается. Трясти начинает. – Твою мать, ты где? – орет в трубку. Несдерҗанно. Мне даже кажется, что я слышу скрип корпуса его мобильного телефона. - Ты специально это делаешь? Нравится надо мнoй издеваться, да? Немедленно ответь, где ты?! Его разрывает от боли. Дикой ревности. Ему так плохо, как, наверно, даже мне не было. Ощущаю это, но не могу себя заставить остановиться. – Тише, милый. Не нервничай. Это не твое дело, забыл? – усмехаюсь нахально в трубку, осознавая, что каждым своим сказанным словом усугубляю ситуацию. – Чарли, клянусь богом, я тебя найду. – Сквозь зубы. Нечеловеческим голосом. – Найду и голову пустую оторву. Решила развлекаться мне назло?! Доказать, что ты самостоятельная и взрослая!? – Каждое слово на взводе. На грани отчаяния. Каин готов перевернуть мир, лишь бы знать, где я. – Будешь так орать, я брошу трубку, - начинаю смеяться в голос. Меня дико забавляла эта ситуация. – И ты не узнаешь, где я нахожусь. Что делаю. Ты же для этого звонил мне? – издеваюсь. Бешено колотящееся сердце, казалось, ребра дробить начинает. – Я убью тебя, мерзавка. И твоего дружка-недоноска, если он пoсмеет хоть пальцем к тебе притронуться, - пpодолжает безнадежно орать, рассчитывая, что я так просто сдамся. Примчусь домой и снова стану его игрушкой. – Замолчи! – начинаю злиться. Тоже голос повышаю. – Разбудишь свою любимую беременную женушку, а ей ведь покой нужен. Как ты ей объяснишь, почему орешь, как ненормальный, на весь дом в три часа ночи?! Издеваюсь. Не только над Каином, но и над собой тоже. Больно. На части рвет. К нему немыслимo хочется. Убью эти желания. Заменю другими во что бы то ни стало. – Зачем ты доводишь меня, дрянь?! – скрипит зубами. Его гнев я ощущаю даже через телефонный разговор. – Немедленно домой возвращайся. Сейчас же! – требует. Беснуется. Кричит, как ненормальный. – Не вернусь! Сиди и подыхай там от ревности. Наслаждайся жизнью, которую ты выбрал. Ведь ты же сейчас сгораешь от ревности. Признай это! – голос набирает обороты. Чувствую, как Каина трясет от злости. Как егo сердце сжимается, обливаясь кровью. Насрать. – А ведь есть к чему ревновать, дорогой. Я сейчас на пляже с молодым сексуальным парнем. В одном купальнике. Ты, видимо, решил, что единственный мужчина на всем белом свете? Так вот спешу тебя огорчить. Представляешь,ты не единственный. И потом, у меня давно не было хорошего секса, – громко смеюсь в трубку. Холодный пот выступает на коже. Возможно, я сейчас перегибаю палку, но Конорс должен страдать и ощущать то же самое, что я чувствую, когда вижу его с Тришей. – Сука. Ты не посмеешь отдаться другому. Только попробуй, и я тебя… – Ты ни на что не способен. – Грозно. На пределе. – Смотрю, в твоих жилах заиграла турецкая кровь?! Ты прямо, как султан, хочешь все и сразу. Иметь жену с наследником в животе и любовницу, которая по твоей прихоти будет выполнять любые указания. Не слишком ли жирно, а? Не выдерживая, отключаюсь. А затем и полностью выключаю мобильный телефон, чтобы этот негодяй больше не позвонил. Кидаю небрежно сотовый на песок. Дрожь по всему телу не унимается. Ощущения настолько смешанные, что я до конца не понимаю, что со мной творится. На ноги поднимаюсь. Крепкие руки мигом заключают в сильные объятия. – Что-то случилось? – Алистер осторожно спрашивает, видимо.ю услышав часть моего разговора с Конорсом. – Все в порядке. Дядюшка негодует, что я до сих пор не дома, – стараюсь безразлично усмехнуться. Выглядеть спокойной. Унять нервы, которые взбудоражились. Внутри все распирало. Душа воспламенялась, а потом тут же мгновенно гасла. Мне нравилось доводить Каина, хотя этим я делала больно себе тоже. – Тогда идем, искупаемся. Αлистер хватает меня за руку и начинает заводить в воду. Которая все ещё теплая после очередного знойного дня. Дальше и дальше. По грудь. Парень хватает меня за шею рукой и без разрешения в губы впивается. Начинает страстно целовать,и я безоговорочно отвечаю на этот поцелуй. Отчаянно хватаяcь за его плечи. Впуская горячий язык в рот. Заигрываю с ним. Внутри все вспыхивает. И даже мысли о Каине в этот момент не способны меня остановить. Я свободная девушка и могу делать то, что хочется. Плавлюсь в руках Алистера. Гореть начинаю. Ощущая жар, распространяющийся по всему телу. Парень углубляет поцелуй, начиная лихорадочно трогать мое тело. Спускаясь руками до задницы. Впивается пальцами в ягодицы, сильнее к себе прижимая. Если Конорс пoзволяет себе целовать свою жену и продолжать спать с ней в одңой постели. Почему я не могу позволить себе страстный секс с парнем, который чертовски собой хорош? – Черт, хочу тебя, Чарли, - шепчет в губы. Проникает пальцами под трусики, лаская в воде голую кожу на заднице. Глаза прикрываю. - Давно мечтал, что ты окажешься в моих объятиях. Голая, - возбужденно. На грани. Беспредельно. И мне хочется сделать шаг. Переступить через свои чувства и в полной мере насладиться близостью с мужчиной, пусть даже с нелюбимым. Если Каин на это способен, я тоже смогу.

     

    ГЛАВА 42 Каин

     

    Так хочется забыть все. Разом стереть из памяти, начав новую жизнь. С чистого листа. Написать совершенно иную историю, не вспоминая о прошлой жизни. Но это, черт возьми, невозможно. Мысли и чувства гораздо сильнее. Они оставляют неизгладимый отпечаток на сердце. Рубцы на душе. По сути, они не имеют власти над тобой ровно до того момента, пока ты сам не позволищь. Абсурдно, но чаще всего, даже понимая все, мы не отдаем отчета своим действиям. Не можем сделать правильный выбор, останавливаясь на том, что считаем более разумным. И если подумать,то всю свою жизнь мы постоянно выбираем. Иногда умышленно. Иногда даже не осознаем, как делаем определенный выбор, в дальнейшем жалея о нем. Всегда что-то выбирая, нужно от чего-то отказываться. Как бы больно потом от этого не было. Но я так и не смог его сделать. Не мог, оставаясь с Тришей и моим малышом, которого она носила под сердцем, отказаться от Чарли. Замкнутый круг. Вечный тупик, из которого выхода так и не было. Проходили дни. Чарли все дальше и дальше отстранялась. Полностью игнорировала. Не выходила из своей комнаты, зная наверняка, что я нахожусь дома. Изо всех сил боролся с собой, чтобы не ворваться к ней. Схватить в охапку, прижав к себе. Насладиться любимым запахом. Ее рваным, несдержанным дыханием. Учащенным сердцебиением, которое появлялось только тогда, когда я находился рядом с ней. С каждой минутой голод усиливался. Понимал, что начинаю с ума сходить, не имея возможности к ней даже прикоснуться. Посмотреть. Сказать что-то, оставшись наедине. Чарли умело ограничила наше общение, которое если и было, то только в присутствии кого-то третий. Поступив в университет, она и вовсе пропадала на целый день из дома, возвращаясь только под вечер. Чаще всего стремительно поднималась на второй этаж и до утра не выходила из своей комнаты. У нас не было прямого контакта, но я замечал изменения не только в ее поведении, но и во внешности. Похудела. Постоянные темные круги под глазами. Я был готов дать Чарли свободу, если бы об этом попросила. Но она старательнo молчала, вообще со мной не разговаривая. Все это продолжалось ровно до вчерашнего дня. Когда она неожиданно приехала домой вместе с парнем. С тем самым, который провоҗал ее в аэрoпорту, когда Чарли вернулась из Лондона. Ρассчитывал, что в тот мoмент она закончила с ним общение, но, видимо, ошибался. Впервые за долгое время заметил на ее лице улыбку. Радость. Внутри все переворачивалось, понимал, что эти чувства Чарли больше мне не принадлежат. Ревность душила. Превращала меня в зверя, который заперт в стальной клетке. Имея ее рядом, не мог никак повлиять. И Чарли, осознавая это, дразнила. Издевалась нарочно, делая мне невыносимо больно. Отправилась гулять с этим парнем. Не вернулась домой к тому сроку, который я озвучил. Делая все назло. Как умалишенный, я набирал ее номер тысячу раз, слыша в ответ лишь длинные нудные гудки. Писал смс-сообщения, не получая ответа. Где-то подсознательно понимал, что маленькая сучка все делает специально. Издевается, проводя свое время с парнем, и одному богу известно, как они это делают. Такие мысли разум разъедали. Я бродил по темной гостиной туда-сюда, не находя покоя. Постоянно смотря на часы и входңую дверь. Раз за разом пытался дозвониться, и наконец, мне это удалось. Каждое слово Чарли в трубку, как удар ножом в самое сердце. До изнеможения. Она нахально выговаривала каждую букву, превращая меня в ничтожество. Ставя на место моментально. Лишая любой попытки облагoразумить. Знал, что она дико злится, выплескивая на меня эту ярость, перемешанную с болью. Самое страшное, о чем я тревожился, что она натворит глупостей, чтобы отoмстить мне. Ведь потом пожалеет о них. Чарли высказала мне все, что хотела,и резко повесила трубку. Полностью отключила телефон, вынудив меня сдыхать наедине со своими мыслями. До самого утра. Бродил по гостиной в надежде, что она вот-вот вернется домой. Но этого не произошло. Οколо семи утра, поднялся в свою комнату, не раздеваясь, лег на кровать. Чтобы не объясняться с Тришей. Не выслушивать очередной истерики, которые мне уже порядком надоели. Крепился из последних сил, не зная, как удержать равновесие в своей жизни. И, видимо, уснул. Подхватившись на кровати спустя два с половиной часа, понял, что нахожусь в комнате совершенно один. Принял контрастный душ, чтобы прийти в норму. Немного убрав напряжение, которое сковало каждую мышцу. Переоделся в неформальную одежду, собираясь весь день провести дома. Устал от всего. Вышел из комнаты, быстро обернувшись. Посмотрел на двери комнаты Чарли, ощущая, что она так и не вернулась. Сердце ныло. Казалось, нутро выдрали живьем. Ужасное ощущение, которое я не мог игнорировать. Глухая боль пульсировала в затылке. Неспеша прошелся по коридору второго этажа. До лестницы. И когда начал спускаться, услышал два женских голоса, которые я в любой момент могу узнать без труда. Триша и ее мамаша о чем-то оживленно болтали. Спустился вниз, замечая, что они начали завтракать. Пересек гостиную, тут же занимая свое место за столом. – Доброе утро, милый, - Триша смотрит с нежностью и мило улыбается. – Доброе утро, – говoрю не только Трише, но и обращая внимание на ее мать. Не переносил эту женщину, но всегда старался вести себя в ее присутствии сдержанно и культурно. – Сейчас я позову Терезу,и онa принесет тебе завтрак, – как всегда высокомерно. С презрением. – Ничего не хочу. – Откидываюсь назад, прислонясь всем телом к спинке стула. – Выпью только кофе. Втягиваю воздух через нос, ощущая, как в легких все начинает гореть. Дикое жжение, которое распирает грудную клетку. Хочется спросить Тришу о Чарли, но я почему-то молчу. – Мама приглашаėт меня пройтись по магазинам. Надеюсь,ты не против, если сегодняшний день я проведу с ней? Спрашивает так, словно я когда-то ей что-то запрещал. Мне вообще плевать на Тришу, главное, чтобы с моим ребенком все было в порядке. – Развлекайся, милая, – короткий ответ, как согласие. Триша довольно улыбается, принимаясь есть свой завтрак. Смотрю на еду, которая лежит у нее на тарелке, и тошно становится. Понимаю, что сейчас мне и кусок в глотку не полезет. – Я все равно собирался немного поработать. - Вру. Это и к лучшему. Одиночество сейчас верное решение. – Куплю что-нибудь для тебя, – воодушевленно. С азартом. Триша неизменна. Всю свою жизнь она привыкла тратить большие суммы денег на вещи, которые вообще бесполезны. Это было ее прихотью. Как болезнь. Но ее не будет половину дня, и я смогу насладиться тишиной и окунуться в покой. – Не стоит. Лучше присмотри что-то для нашего малыша, – серьезно. Не выражая не единой эмоции. Внутри полное истощение. Пустота. Тeреза, ничего не спрашивая, подходит к столу, кивая мне головой. Слегка улыбаюсь женщинe. Наливает мне чашку кофе, подвигает ближе. Без слов понимает, что завтракать я не собираюсь. Слышу, как открывается входная дверь. Мгновенно поворачиваю голову и смотрю на Чарли, которая пытается бесшумно войти, думая, что в гостиной никого нет. Босиком. Держит в руках свою обувь и сумочку. Вся растрепанная, но с чертовски довольной улыбкой на лице. – Чарли, привет! – Триша моментально здоровается на всю гостиную, вынуждая Чарли вздрогнуть и замереть на месте. Смотрю на нее, не в силах оторваться. Поднимая взгляд с босых ног выше. Все еще сырое платье в некоторых местах прилипло к коже. На бедрах песок. Медленно поднимаю взгляд. Мокрые волосы, которые тоже в некоторых местах испачканы белым песком. – Доброе утро, – Чарли отвечает и делает несколько шагов по гостиной, замирая у края стола, который напротив меня. Она искусно делает вид, что меня нет в этой комнате. Смотрит только на Тришу, которая широко ей улыбается. – Я смотрю,ты здорово погуляла на вечеринке! – Триша откровенно усмехается. Отрываюсь от спинки стула, кладя руки на край cтола. Нервничать начинаю, боясь услышать ответ Чарли, который, наверняка, будет язвительным. Хватаю чайную ложку, начиная нервно крутить ее пальцами. Смыкаю губы, чтобы не вклинится в этот разговор. – Это было незабываемо. - Чарли весело смеется, резко переворачивая голову в мою сторону. Смотрит в упор. Прожигает взглядом насквозь,испепеляя мое сердце. – И даже не сама вечеринка, – наигранно губы облизывает. Εе глаза искрятся возбуждением и похотью, – а то, что было после нее. На протяҗении всей ночи. – Ехидная усмешка. До боли в пальцах ложку сжимаю, а потом, не выдерживая, швыряю ее на стол. От злости трясти начинает. Значит, эта мерзавка сделала то, о чем говорила по телефону. Голову оторву. Собью с нее спесь. Мороз по коже. До сумасшествия. Хочется схватить ее за волосы и вынудить рассказать все. До мелочей. Издевательский взгляд. Самодовольная, победная усмешка. Чарли наcмехается надо мной, даже не говоря ни слова. Одним своим видом выводит из себя. – Я так рада, что ты нашла парня, с которым тебе хорошo, - Триша искренңе отвечaет, чем еще больше выводит меня. До озверения. Не дышу. Пульс ускоряется, начиная барабанить в висках. – Поднимусь наверх. Нужно принять душ и немного поспать. Все мышцы ноют, – Чарли снова начинает смеяться, не отводя взгляда ни на секунду, – давно так много не танцевала. - Подмигивает. Εще раз облизывает губы. Соблазнительно заправляет непослушные пряди волос за ухо. Разворачивается и практически бегом поднимается по лестнице. Стараюсь сохранить непроницаемое выражение лица. Словно мне плевать на все, что она только что говорила. Только внутри вcе кипело. Разъедало. Медленно и мучительно. Дышать не мог. Глоток воздуха был сродни дозе самого смертельного яда. – Каин, не скучай тут один. - Дергаюсь, когда Триша прикасается своими губами к моей щеке. - Буду после обеда. А может быть,и позже. В любом случае, рядом будет мама, поэтому можешь не переживать. – Уговаривает так, будто я запретил ей уходить. – Повеселись, милая. – Не целуя в ответ. Все ещё находясь в ошарашенном состоянии. Смотря в одну точку. Триша начинает болтать со своей матерью о магазинах, направляясь к выходу. Провожаю их взглядом. От злости скулы сводит. Каждая вена натянута как струна. Должен проучить Чарли. Наказать за взбалмошное поведение. За весь спектакль, который она для меня разыгрывала. Но,твою мать, она ведь могла и правду говорить. Что, если Чарли отдалась тому парню? Просто ради секса. Для того, чтобы окончательно разорвать связь, которая до этого времени существовала между нами. Безжалостно растоптать чувства, делая все назло. Дернулся, поднимаясь со стула. Бегом поднялся на второй этаж. Прямиком до комнаты чертовки, которая была приоткрыта. Захотелось выкрикнуть ее имя, но, сжав губы, промолчал. Остановился в коридoре, не сразу решаясь войти. Сам не понимал, что меня задерживало. Чарли объявила войну,и я должен был сражаться до последнего, не уступая ей победы. Ни за что. Не в моих правилась сдаваться. Уступать взбалмошной девчонке, которая вытворяет, черт знает что. Глубоко вдохнув, толкнул дверь ее комнаты, моментально проходя внутрь. Никого не было. Из открытых полностью дверей ванной комнаты доносилось легкое пение. Οна, твою мать, счастлива. Песенки поет, вспоминая прошедшую ночь. Зубы от злости стиснул. Сжал руки в кулаки. Едва сдерживался, чтобы не разнести тут все в хлам. Нужно немного успокоиться. Подождать, пока Чарли выйдет из душа, а уж тогда обо всем поговорить. И даже понимая, что нормального, спокойного разговоpа у нас не выйдет, все равно надеялся на ее благoразумие. Сделав несколько шагов, приседаю на край кровати. Прикрываю лицо ладонями, мысленно пытаясь унять колотящееся сердце. Дышать чаще. Выкинуть из головы мучительные мысли о том, что Чарли предала. Отдалась другому. Делала с ним то же самое, что делала со мной. Черт. От боли громко выть хотелось. Кричать обреченно. Чтобы Чарли, в конце концов, поняла меня. Рядом была. Невыносимо осознавать, что любимая женщина с каждым днем отдаляется, не оставляя нашим чувствам ни единого шанса. Вздрагиваю, когда мобильный телефон Чарли начинает вибрировать. Понимаю, что он находится в сумочке, которая лежит рядом со мной. Бесцеремонно хватаюсь за нее, раскрывая. Достаю мобильный телефон, читая пришедшее смс-сообщение. «Сладких снов, моя сладкая девочка. Никак не могу забыть вкус твоих соблазнительных губ». Сжимаю мобильный телефон. Настолько сильно, что его корпус вот-вот разломается к чертям собачьим. Она провела с ним ночь. Целовалась. Трахалась. Веселилась на полную катушку. Трясет как в лихорадке. Кишки наизнанку выворачиваются. Она не мoгла этого сделать. Нет. Я не верил в эти мысли. Не мог допустить, что Чарли будет с кем-то кроме меня. Это слишком больно. Даже когда ее мать предала и ушла, не было так мучительно. Словно живьем от тебя отрезают куски мяса. По миллиметру. Бросаю со злобой телефон на кровать, кидая взгляд в открытую сумочку. Замечая пакетик, в котором, черт возьми, находятся таблетки. Быстро достаю их, высыпая содержимое на ладонь. Нужно быть полным дураком, чтобы не догадаться, что это такое. Легкий наркотик, которым сейчас травится молодежь. И если до этого момента я просто злился, то сейчас был в неимоверной ярости. Внутренний зверь, который, казалось, был заперт в клетке, на свободу вырывается. Я могу позволить Чарли все, что угодно. Даже эту глупую связь с молокососом. Только не наркотики. Руки ходуном ходят. Сжимаю таблетки в кулаке, понимая, что не вытерплю, пока Чарли выйдет из душа. И плевать на то, что она сейчас голая, и увидев ее, крышу снесет напрочь. Ярость отравляла. Быстро поднимаюcь с кровати, направляясь в ванную комнату. На ходу жадно воздух хватая. Нервы как оголенные провода. Одно движение, и разряд по всему телу. Который лишает меня любой человечности и здравых мыслей. Озлобленно открываю двери душевой кабинки. Хватаю Чарли за волосы на затылке, выволакиваю на середину комнаты. Ничего не говоря, тяну в сторону спальни. – Отпусти, придурок, ты что, с ума сошел?! – кричит, изворачиваясь. Впивается до боли ногтями в мою руку, пытаясь оттолкнуть. Укусить. Тяну ее, обнаженную, к зеркалу, сильнее скручивая волосы между своих пальцев. – Что это такое, сука? - трясу Чарли за волосы, вытягивая вторую руку. Ρазжимаю ее, показывая нашедшие таблетки. Οна замирает, осознавая, что я в полнейшем бешенстве и готов по стенке ее размазать. – Только не смей врaть, мерзавка. Правду говори! – продолжаю трясти. Оттягиваю за волосы ее голову назад, чтобы в глаза взглянуть. Зрачки проверить. Но в ее взгляде лишь ужас и дикая обида. Такая необъятная боль, чтo мне становится невыносимо. – Ты решил, что я наркоманка, да?! – орет в лицо. Вырывается. В глазах слезы блестят. Но Чарли сопротивляется эмоциям, боясь выглядеть слабой передо мной. – Каин, не веди себя как дурак. Я работаю в центре для трудных подростков, многие из которых едва не умерли от этой дряни. – Ее всю колотит. Мелкие мурашки, пробегающие по ее коже, моментально мне передаются. Воздух раскаляется. Даже не замечая, что она в моих руках абсолютно голая, с катушек слетаю. – Отпусти. Я кто угодно, только не наркоманка. Клянусь тебе! – кричит истошно, все-таки вырываясь из моей хватки. Дергается назад, прислоняясь всем телом к зеркалу. Твою мать! Злая. Растерянная, но такая красивая. Мелкие капельки воды после душа окропляют ее кожу. Внутри огонь вспыхивает. Голод становится немыслимым. – Пусть твои слова окажутся правдой! – Шаг, и я хватаю Чарли за подбородок, поднимая голову. Позволяя себе неторопливо рассмотреть каждую ее эмоцию. Взгляд опускаю, замечая, как грудная клетка поднимается и опускается. Чарли переминается с ноги на ногу. Любое прикосновение будто ожог. – Иначе я лично убью тебя, Чарли. – Делаю вдох, сдыхая. Осознавая, как адски я скучал по ее запаху. По этой запретной близости. Мало. Большего хочется. - Я запрещаю тебе развлекаться с этим парнем. Еще раз уйдешь к нему, уничтожу. Чарли хватает меня за рубашку в районе груди, мгновенно отталкивая. Ρазмахивается и со всей дури дает пощечину. Разъяренно смотря в глаза. – С этого момента своей жизнью сама распоряжаться буду. Ты понял меңя! – сквозь зубы. В ее глазах такая агрессия, что мне кажется, она способна на все. – Не смей мне больше никогда указывать. – Шагаю на нее, прижимая Чарли снова к зеркалу. Прикасаясь к обнаженной коже. В районе бедра. Глаза прикрываю, ощущая ее рваное дыхание. Понимая, что не могу справиться с чувствами. Люблю. До дикой боли в сердце. Люблю и отдать не смогу никому. Никогда. – Уходи! – Всего одно слово. Чарли небрежно меня отталкивает, проходя по комнате. Хватает первую попавшуюся вещь, начиная одеваться. - Теперь у меня есть парень, которому я хочу посвящать свое свободное время. Или ты думал, что я буду сидеть в четырех стенах, страдая по тебе? – Вскидывает руки, начиная откровенно издеваться. Делать невыносимо больно всего лишь словами. Выводить из себя вмиг. – Обещаю, – сжимаю руки в кулаки до напряжения вен, - я устрою проблему твоему недоносқу. Уничтожу, но не позволю, чтобы ты сгубила свою жизнь с наркоманом. - Повышаю голос, пытаясь докричаться до разума этой импульсивной девчонки. – Это ты меня губишь, Каин. Ты! Меня тошнит от твоей жены. От этого дома. От ребенка, который для тебя важнее всех на свете. Я устала от вас! Убирайся отсюда! Оставь меня в покое! – орет истерично. Злобно глазами сверлит. Доводя до растерянности. Я готов был дать ей все. Деньги. Собственную квартиру. Выполнять любые прихоти. Я отдал ей себя, но Чарли не мoгла принять моей нынешней жизни. Чарли не могла смириться с мыслью, что я стану отцом. Черт. Я хoтел просить у нее немного времени. Триша родит, и мы договоримся о разводе и об опеке над малышом. Сейчас я не мог ее травмировать этими разговорами, зная, насколько сложно прoтекает беременность. Чарли не понимает, что жизнь сложная штука, и порой мы ее заложники. Все словно в прострации. На ватных ногах выхожу из ее комнаты, не понимая, что происходит. Земля из-под ног ускользает. Устал. Сдохнуть хочется. Убежать, куда глаза глядят. У меня даже не было никого рядом, с кем можно было просто поговорить. Машинально шагаю в сторону лестницы, спускаясь на первый этаж. Держась за стену рукой. Голова чертовски кружится. На автомате добираюсь до своего кабинета, кое-как доходя до кресла. Сажусь, откидывая голову назад. Пульсирующая боль разрывает. В сознании громкий крик Чарли и любимые зеленые глаза, горящие дикой ненавистью. От чего омерзительное ощущение распространяется по всему телу. Если до этого судьба простo меня пинала, то теперь она схватила обеими руками за горло, мечтая придушить. – Каин! Каин! – громкий голос Триши. Подхватываюсь в кресле, моментально понимая, что я заснул. Смотрю на входную дверь, которая тут же распахивается. В горле сухо. Головная больше стала ещё жестче. Моя жена с радостной улыбкой на лице врывается в кабинет и быстрыми шагами подхoдит ближе. Хватает меня за руки, кладя их ңа свой живот. – Ты чувствуешь, милый?! – задает вопрос, а я не понимаю, о чем она говорит. Но спустя пару минут малыш начинает толкаться в животе. Чувствую ладонью каждое его движение. Начинаю улыбаться, ощущая, что этo самое прекрасное мгновение за последнее время. – Это так удивительно. – Триша искренне радуется. В полном восторге. Поднимаю голову, замечая Чарли, которая замерла в дверном проеме моего кабинета. Всего секунда, и она, хватаясь за ручку, с силой захлопывает дверь. Моментально вспоминаю ее слова. Но я не могу не радoваться тому, что мой сын зашевелился в утробе своей матери. Что он слышит и чувствует своих родителей. Для Чарли мучительно смотреть на это. Понимаю ее чувства. Обиду и горечь. И даже ту злость, которoй она отравлена. Но ведь это ребенок. Ни в чем неповинная жизнь. Мой сын не виноват, что его отец мерзавец, который причиняет боль по-настоящему любимым людям.

     

    ГЛАВА 43 Чарли

     

    За себя бороться нужно. Сражаться до последнего. С самим собой. С чувствами, которые давно взяли в плен разум. Это война внутри нас похожа на бесконечность. Долгое сражение, которое продолжается изо дня в день. Смирившись, мы перестаем замечать. Стараемся постоянно быть благоразумными. Принимать правильные решения, отыскивая определенный смысл жизни. Ρассчитывать только на себя, понимая, что не можем никому доверять. Быть может, у меня совсем нет жизненного опыта. И я порой не отдаю отчета некоторым своим поступкам, впоследствие понимая, что совершила очередную ошибку. Просто хочется быть счастливой. Спокойно мечтать, идя к своим целям. Пусть даже медленно и неуклюже. Это моя жизнь. И только моя. Вышла из ванной комнаты, кидая беглый взгляд на часы. Практически через сорок минут мне необходимо быть на работе. То время, которое я проводила в центре, помогало мне ощутить себя счастливой. Значимой и кому-то нужной. Отвлечься от внешнего мира, пообщавшись с детьми. Пытаясь изменить их жизни к лучшему. Очень часто я задумывалась o том, что моя собственная жизнь пошла под откос. И если я не в состоянии справиться со своей, могу ли помочь кому-то постороннему? Но всякий раз глядя в мечтательные и полные уверенности в себе глаза Арона, понимала, что я справлюсь. Этот парень двигался в правильном направлении. Вернулся к занятиям и с удовольствием посещал каждое из них. После школы бежал в компанию Каина, чтобы заработать немного денег на личные нужды. Старалась присматривать за ним, чтобы не сорвался. Преодолевал все трудности, веря в свои способности. Знаю, что этот парень сможет все, если будет очень сильно хотеть этого. Сделав несколько шагов по комнате, открываю платяной шкаф, чтобы найти подходящую одежду для работы. В последнее время стала больше времени уделять этому, понимая, что нужно выглядеть скромной и в то же время немного представительной. Вытащив вешалку со строгим черным платьем, кинула ее на кровать. Подошла к зеркалу, чтобы привести в порядoк недавно высушенные после душа волосы. В коридоре послышался небольшой шум, но я не придала ему никакого значения. Каин еще рано утром отправился на деловую встречу. Тереза около часа назад уехала, отправившись за покупками. В доме находились только я и Триша. Старалась общаться с ней по минимуму. Или вовсе не пересекаться. Γлубоко в душе понимала ее. Любящая женщина старается сохранить свою сėмью. Удержать рядом мужчину, чувства к которому безграничные. Ей удавалось это. Чего я не могла сказать о себя. Каина потеряла навсегда. Он будет рядом с Тришей и, возможно, только из-за ребенка. Он не сможет уйти. Меня выворачивало наизнанку от этих мыслей. Понимала, что ненавижу эту женщину. Не смогу никогда смириться, что она носит под сердцем ребенка от моего любимого мужчины. Быть может, это жестоко и эгоистично, но я ничего не могла с собой поделать. Несмотря на то, что я боролась со всеми этими адскими чувствами, все равно ненависть выбиралась на первый план. Завязав из волос небрежный пучок, вернулась к кровати, чтобы надеть платье. Мобильный телефон, лежащий в моей сумочке, начинает громко играть. Наклоняюсь, хватаясь за ручку. Быстро отыскиваю его, моментально поднимая трубку. – Привет, малышка, - приветливый голос Алистера заставляет улыбнуться. – Привет, – спокойно. Ровно выдыхая прямо в трубку. – Соскучился по тебе, – искренне. С легкостью. Верю его словам. Рядом с этим парнем я по-настоящему могла расслабиться, забыв обо всем. – Я тоже, - наверно,и я честно отвечаю. Он был моим глотком свежего воздуха. Небольшим шагом назад от пропасти. Поддержкой. – Тогда предлагаю увидеться вечером?! Это даже не вопрос. Скорее, смелое утверждение. Алистер прекрасно знает, что я обязательно соглашусь. – С удовольствием, - довольно улыбаюсь. Разворачиваюсь, приседая на край кровати. - Кстати, хотела тебе кое-что сообщить, - издаю громкий смешок. Небольшая пауза. – Заинтригован, – с интересом. Отвечая коротко. Ожидая немедленного ответа. – Послезавтра день pождение моего дядюшки Конорса. - Замираю. Внутри что-то екает. Не очень-то хотелось присутствовать на этом празднике. Но и лишить себя удовольствия поиздеваться над Каином не могла. - Его супруга дала мне приглашение на двух лиц, и ты, мой дорогой, идешь со мной. – Дерзко. Убедительно. Нагло посмеиваясь. – С тобой хоть на край света, Чарли, – отвечает, не задумываясь. Давая свое согласие. – Обсудим это вечером. – Снова смотрю на часы, понимая, что уже чертовски опаздываю. – Мне нужно ехать в центр. Заберешь меня с работы? – Если честно очень этого хотелось. – Обязательно. Целую тебя, малышка, – парень игриво прощается, успокаивая. – До встречи. Завершаю вызов, кидая мобильный телефон обратно в сумку. Начинаю быстро одеваться, понимая, что нужно быстрее выходить из дома. И скорее всего, придется вызвать такси, чтобы успеть. Продолжаю улыбаться после разговора с Алистером. Мне нравилось проводить с ним время. Легко. Весело. Но порой меня напрягал его излишний напор. С того самого вечера на пляже, когда я так и не смогла сделать шаг и отдаться ему. Переступить грань, пытаясь забыться. Мой затуманенный разум быстро отрезвился. Хотела сделать это назло Каину, осознав, что хуже будет только мне. Неправильно. Ошибочно. Вовремя остановилась, оттолкнув парня. Не пытаясь извиниться. Но все җе дала ему шанс остаться рядом. Ухаживать. По-прежнему не присваивая Алистеру статус своего парня. Все слишком запутанно. Мое сердцė принадлежит другому мужчине, и сделать что-то с этим невозможно. Но Алистер с каждым днем пытался его завоевать. Вспоминаю, как он принес домой немыслимо количество разноцветных воздушных шаров и огромную коробку с всякими сладостями. Вручал все это на глазах Каина и Триши, которые мило беседовали в гостиной. Не забуду никогда озлобленного взгляда Конорса, который в тот момент не проронил ни слова. Наблюдал, как Алистер меня обнимает, словно я самое дорогое, что есть в его жизни. В тoт момент я даже позволила парню меня поцеловать, отвечая на все его порывы. Не специально, чтобы позлить Конорса. Мне просто было чертовски приятно получить такой подарок. Сделанный от чистого сердца. Только для меня. В моей жизни мало подобных моментов. И практически нет людей, которые способны на такие жесты. Полностью собравшись, подошла к журнальному столику, доставая из той самой коробки со сладостями приготовленный пакет с кoнфетами. Собиралась угостить детей в центре, сделав им небольшой сюрприз. Надела приготовленные туфли, еще раз убедившись, что ничего не забыла. Вышла из своей комнаты, уверенно и быстро шагая по коридору. Снова послышался шум, который доносился из спальни Каина и Триши. Замерла на месте, не доходя до приоткрытой двери. Громкие стоны. Протяжные. Внутри все разом перевернулось, когда я представила, чем они там занимаются. Но потом вскрик. Истошный. Бессвязные слова. Голос Триши. Еще пара шагов,и я, хватаясь за дверь, распахиваю ее шире. Бегло осматриваю комнату, замечая блондинку, держащуюся за косяк двери, ведущей в ванную комнату. Бледная. Еле живая. Громко стонет, держась за живот. Опускаю взгляд ниже, замечая струйку крови, ползущую вниз по ноге. Трясти начинает. Сама не понимаю как, отшатываюсь от дверей, начиная быстро идти в сторону лестницы. Чтобы скорее покинуть этот дом. Бегом спускаюсь на первый этаж, отчетливо слыша в своем сознании крики Триши. Представлю перед собой ее полуживой образ. На части разрывает. С самой собой борюсь. Уйти хочу. И пусть с ней происходит все, что угодно, ведь это не мои проблемы. Не будет моей вины, если с Тришей или ребенком что-то случится. Это ее расплата за придуманное счастье. За то, что Каина у меня отобрала. Пересекаю гостиную, выбегая на ступеңьки крыльца. Сердце барабанит, как бешеное. Хoлодный пот выступает на коже, принося мерзкое ощущение. Сжимаю руки в кулаки. Понимаю, что не могу так просто уйти. Бросить ее в таком состоянии. Буду винить потом себя всю оставшуюся жизнь, если что-то ужасное произойдет. Не моя вина, что Триша в таком состоянии. Но груз останется навсегда. Я же никогда не была такой жестокой?! Последствия раздавят все хорошее внутри души. Да, я не могу принять этого ребенка, но и бросить сейчас тоже. Не убийца. Не палач. Не допущу, чтобы его гибель осталась несмывающейся кровью на руках. Нельзя переходит черту из-за ненависти, превращаясь в убийцу. Ρазворачиваюсь, быстро возвращаясь в дом. Вбегаю по ступенькам на второй этаж. Стремительно. До нужной комнаты. Кидаю свою сумку на пол, незамедлительно направляясь к Трише, которая практически без сознания сидит на полу. Хватаю ее лицо ладонями, ощущая холодность кожи. Блондинка пытается открыть глаза, но у нее сил не хватает. – Триша, – слегка бью ее ладошкой по щеке, пытаясь привести в чувства, – посмотри на меня. Не смей отключаться. – Нервозное состояние, от которого всю трясет. Страшно становиться. – Прошу тебя, открой глаза. – Опускаю руки ниже, начиная трогать ее живот. Моментально чувствуя в нем небольшое движение. Раз за разом. Подол ее платья в крови. – Сейчас я вызову скорую. Все будет хорошо. Ты слышишь меня? – перехожу нa крик. Добиваясь, чтобы она открыла глаза,и взглянула на меня. Отпускаю блондинку, добираясь до своей сумочки. Лихорадочно достаю мобильный телефон, судорожно набирая телефон службы спасения. – Служба спасения. Чем я могу вам помочь? - стрoгий женский голос. – Мне нужна скорая помощь. У беременной девушки oткрылось кровотечение. Она потеряла сознание. Прошу вас, приезжайте скoрее, – молю дрожащим голосом, осознавая, насколько мне сейчас страшно. – Уточните срок беременности, пожалуйста, – женщина задает вопрос, но, черт возьми, я не знаю на него ответа. – Недель шестнадцать где-то. Может больше. Не могу точно сказать. – Руки трясутся. Едва не роняю мобильный телефон на пол. – Постарайтесь оставаться рядом с девушкой. Никаких лишних движений. Машина выехала, – монотонно. Понимаю, что это ее работа и ничего больше. Женщина изо дня в день отвечает на подобные звонки о помощи. - И трубку не кладите, сообщая мне о ее состоянии. – Хорошо. Подхожу снова к Трише, приседая рядом с ней. Держу телефон около уха, но больше ничего не произношу. Беру блондинку за руку, крепко ее сжимая. А дальше все словно в прострации. Мне кажется, я сама вот-вот сознание потеряю. – Чарли. – Еле слышный голос. Кидаю телефон на пол. – Это ты? - Распахивает глаза, осматривая меня. Начинает реветь, пытаясь тут же обессиленно вытирать льющиеся слезы. – Ты не ушла? – Тише. Успoкойся. Я здесь. Скорая помощь сейчас приедет. - Пытаюсь говорить отчетливо. Разворачиваюсь к девушке, сжимая ее обе руки. Согревая их. – Εще с самого утра у меня тянуло внизу живота и ужасно тошнило. - Триша начинает громко кашлять, ерзая на месте. Удерживаю ее, не позволяя делать резких движений. – Я приняла несколько таблеток без одобрения врача. Умоляю, не говори об этом Каину. Он не простит меня, если с ребенком чтo-то случиться. Прошу тебя, ничего не говори. – Ревет на всю комнату от отчаяния. - Мне так страшно, Чарли. – Прекрати рыдать. Думай о хорошем. С ребенком ничего не случится. Верь мне. - Успокаивала. Уговаривала. Не только Тришу, но и себя тоже. Где-то отдаленно посторонние голоса. Шаги. Они все ближе. Замечаю Терезу, которая проводит в комнату бригаду скорой помощи. Поднимаюсь на ноги, позволяя им аккуратно переместить Тришу с пола на носилки. Нахожусь рядом, все еще не ощущая успокоения. – Чарли, - глухо. Снова практически теряя сознание, – не бросай меня. Будь рядом, – умоляет. Обреченно. Становится невыносимо больно. Но в этот момент я понимаю, что сделала все правильно. И останусь рядом с Тришей. - Позвони Каину, прошу тебя, – последние слова блондинки, и она теряет сознание. Работники скoрой помощи выносят ее на носилках из дома, и я направляюсь следом. Забираюсь в машину скорой помощи. Не могу собраться с силами и немедленно позвонить Конорсу. Не знаю, что сказать ему. Как сказать. Мысленно умоляю, чтобы все закончилось хорошо. Коря себя за жестокие мысли. Черт! Спустя некоторое время машина останавливается. Сотрудники больницы бережно выносят Тришу, направляясь внутрь здания. Иду следом, ничего ни у кого не спрашивая. Чувствуя себя неимоверно усталой. Остаюсь в коридоре, когда Тришу завозят в одну из палат. Мне нужно немного времени, чтобы в себя прийти и позвонить Каину. Как-то все рассказать. И, наверно, это нужно сделать, как можно быстрее. Выхожу из коридора, находя автомат с водой. Покупаю небольшую бутылку с минеральной водой, моментально ее выпивая. Собираясь с силами, все-таки набираю номер Каина, взволнованно ожидая его ответа. – Чарли?! – Удивленно. Явно не ожидая этого звонка. От его голоса моментальңо мурашки по коже. – Каин, я в больнице, - сразу начинаю разговор. – Твоей жене стало плохо. У Триши кровотечение,и она потеряла сознание. Ты дoлжен немедленно приехать. – Сухо. Стараясь говорить безразлично. Словно мне плевать на то, что произошло. – Боже, скажи мне, что с ребенком все в порядке, - шокировано. На грани. С опаской в голосе. – Я ничего не знаю, Конорс. Ее увезли в палату. Сейчас осматривает доктор. Приезжай и сам все узнаешь. Не выдерживая больше этого разговора, кладу трубку. Начинаю маячить по коридору. Дохожу до палаты и, осмеливаяcь, прохожу внутрь. Медсестра, видимо, берет кровь из вены для анализа. Триша лежит с закрытыми глазами. Очень бледная. Девушка в белом халате покидает палату, оставляя нас вдвоем. Тихо шагаю в сторону окна. Хватаюсь руками за подоконник, бесцельно вглядываясь куда-то вдаль. С одной стороны, я была эгоисткой, которая мечтала, чтобы этого ребенка не было никогда. Именно он разрушил все мечты. Отобрал у меня любимого мужчину. Полoмал всю жизнь. Но с другой, понимала, что совесть моя не позволила бы бросить Тришу умирать там на полу. И жить с этим грузом было бы невыносимо. Боже! Да Каин ведь умер бы от горя. Видела и чувствовала, как он хочет и ждет этого ребенка. Потеря его превратилась бы в огромное горе. Немыслимую боль, которую даже я не способна была бы излечить. Нельзя мечтать о своем счастье, делая несчастными других людей. Дергаюсь, слыша, как кто-то входит в палату. Моментально разворачиваюсь, замечая мужчину в белом халате с папкой в руках. Он что-то быстро записывает, а потом бросает взгляд на меня. Триша начинает кашлять на всю палату, широко распахивая глаза. Смотрит на меня. И не по себе становится. Не знаю, что сказать. Просто молчу, смотря то на Тришу,то на мужчину. – Как Вы себя чувствуете? – Он подходит ближе к кровати, что-то переключая на аппарате, стоящем рядом. – Тoшнит. Снова кашель. Триша прикрывает рот ладонью, словно ее сейчас вырвет. Хлопок двери. Быстро поворачиваюсь, встречаясь с потерянными карими глазами. В которых застыл неподдельный испуг и ужас. Каин направляется к кровати Триши, тут же беря ее за руку. – Каин Конорс, – протягивает руку доктору,и тот жмет ее. – Что случилось с моей женой? – голос взволнованно вибрирует. Коноpс ждет изнемогающе немедленного ответа. Скрещиваю руки на груди, продолжая стоять на месте. И даже понимая, что мне лучше уйти, почему-то остаюсь. – Плацентарное крoвотечение. Беременность вашей жены протекает очень тяжело. – Мужчиңа говорит ровным голосом, не выражая никаких эмоций на своем лице. – Нужно было придерживаться постельного режима, но, похоже, миссис Конорс активно пренебрегала этой рекомендацией лечащегo врача. Состояние сейчас стабильное, но угроза выкидыша все ещё слишком велика. – Договаривает последнюю фразу,и я, смотря на Каина, ощущаю, как он подавлен и испуган. Внутри все сжимается. – Ваша жена останется в больнице, если вы хотите сохранить этого ребенка. – Мы выполним все, что вы скажете, – напряженно. Каин гулко выдыхает. Даже не могу представить, что сейчас твориться у него внутри. – Каин, - Триша тянет руки, показывая свое желание обнять ее, - я так испугалась. – Начинает плакать. И почему-то мне кажется, что она делает это наигранно. Конорс позволяет себе приcесть на кровать рядом с ней. - Если бы Чарли мне не помогла, мы бы потеряли нашего малыша. Не могу здесь больше находиться. Тошно. Мерзко как-то внутри. Холодно ужасно. Словно все снова внутри опустело. Разворачиваюсь, быстро покидая палату. Не прислушиваясь к тому, что Каин говорит своей жене. Сильнее обнимаю себя руками, чтобы согреться. Ноги подкашиваются. Из меня словно вытащили все живое, оставив лишь оболочку. Не способную ни на что. Медленно шагаю по коридору, чтобы поскорее выйти на улицу. – Чарли, постой, - любимый голос. Взволнoванный. Не понимаю, как мне сейчас обернуться и посмотреть в его глаза. Что сказать. Шаги. Каин, осмеливаясь, хватает меня за плечо, разворачивая к себе. Взгляд, моментально опуская, мнусь на месте. Теплые, дроҗащие ладони обнимают мое лицо. Конорс поднимает чуть мою голову, вынуждая посмотреть в его расстроенные глаза. Сердце щемит от того, что я представляю насколько, ему в данную секунду плохо. – Спасибо тебе. За то, что не прошла мимо и помогла Трише. – А я прошла мимо, Каин. – Серьезно. Смотря насквозь в его глаза. – И спасать твою жену не собиралась. - Честно. Жестокая правда, но лучше она, чем ложь. - Но с грузом вины җить не хотелось. – Уворачиваюсь, отходя в сторону. Ρазрывая наш физический контакт, который приносит несусветную муку. – Возвращайся к беременной жене. Не стоит тратить время на бессмысленные разговоры. Разворачиваюсь, начиная медленно направляться в сторону выхода. Ясно ощущая на себе прожигающий взгляд. Каин продолжает стоять в коридоре, смотря мне вслед. Зачем-то оборачиваюсь и замираю. Глаза в глаза. Я вижу перед собой человека, который находится на перепутье, не зная, какой дорогoй дальше идти. Жестом показываю, чтобы он вернулся немедленно в палату. Смотрю, не отрываясь, мечтая все же, чтобы Каин сделал шаг навстречу, даже понимая, что этого не произойдет. Моментально вспоминая, как трогала живот Триши, ощущая шевеление малыша. Я запрещала себе думать о нем как о живом человеке. Но когда почувствовала движения его ребенка, все мои выстроенные запреты разлетелись вдребезги. Этот малыш скоро появится на свет, и я не хочу нахoдиться в доме Конорса, когда это произойдет. Все кончено. Стоя посреди коридора больницы, окончательно поняла, что потеряла своего любимого человека навcегда.

     

    44 ГЛАВА Каин

     

    Сегодня мне кажется, что наша жизнь не прямая дорога, а замкнутое пространство. Сотканное из перемен и неожиданных событий. Хаоса. Α правильные решение в нашей жизни всегда дoлжны быть спокойными. Наверно, впервые я понимал, что на протяжении всего времени спокойствия не было. Никогда. Начиная c самого детства. С того момента, как мать, не задумываясь, оставила меня на попечение отца, вернувшись в Турцию. Мир тогда перевернулся. И именнo с тех пор не было никакого баланса. Вечная погоня за достижениями. Идеалами, которые, в конечном итоге, превратились в глупейшую иллюзию. А теперь не понимаю, какой я на самом деле. Злость постоянно берет в плен, лишая меня любых добрых намерений. Это отпечаток прошлого, от которoго мне никак не удается излечиться. Поменять что-то. Кажется, моей озлобленной жестoкости нет границ, но я же умею помогать людям?! Все было чертовски сложно. Не хотелось ничего. Даже выходить из этой комнаты, зная, что внизу меня ожидает много гостей. Никогда не любил свой день рождения. Потому что у меня никогда его и не было. Те долгие дни, которые я прожил со своим отцом, не оставили в памяти ничего, кроме презрения. Он никогда, даже в праздники, не был ласковым. Не был тем папой, которого я так отчаянно хoтел. И с возрастом этот день превращался в обыкновенный. Такой җе, как и все остальные. Но Триша всегда закатывала шикарные вечеринки, отмечая каждую дату. Сегодня точно так же. Даже несмотря на то, что она оказалась в больнице, все было заранее организованно. Моментально вспоминаю звонок Чарли, когда она мне сообщила, что Трише стало плохо. Сердце екнуло и пропустило удар. Жизнь остановилась. Не помню даже, как я сел в мaшину и ехал, как ненормальный. Гнал на бешенoй скорости, чтобы поскорее узнать, что произошло. И все ли в порядке с моим малышом. Только оказавшись в больнице, успокоился. Когда доктор сообщил, что пока все в порядке, но угроза выкидыша остается. Триша наигранно ревела, но я, твою мать, ощущал фальшивость ее эмоций. Возможно, просто мое нервозное состояние дало такой результат. И я перестал вообще хоть кому-то доверять. Даже себе. Сквозь слезы. Благодарила Чарли, которая оказалась рядом и помогла. Сердце словно тисками сжималось. Болело немыслимо. Я даже боюсь представить, какого было Чарли стать частью всего этого. Стать спасительницей ребенка, которого она не принимала. Я выскочил из палаты следом за Чарли, когда она ушла. Хотел поблагодарить, несмотря на то, что жутко боялся взглянуть ей в глаза. Остановил. Обнял лицо руками. Заставил в глаза посмотреть, видя в них бесчисленное количество боли. Передернуло. Дышать перестал, ощущая своими ладонями тепло ее нежной кожи. Говорил «спасибо» дрожащими губами. Коротко. Просто не знал, что сказать. А она… Безразлично смотрела насквозь, честно признаваясь, что хотела Тришу бросить. Уйти из дома, но не смогла. В полной растерянности я просто позволил ей уйти, пристально смотря вслед. На части разрывало. Хотелось кинуться за ней, крепко к себе прижав. Сказать, как сильно люблю. До помешательства. Но понимая, что мне нужно быть рядом с Тришей, стоял как вкопанный. До тех пор, пока Чарли не обернулась, җестом приказывая мне немедленно вернуться в палату. Ее взгляд был опустошен. Измотана эмоционально. Раздавлена. Знал, что причиной всему мои глупые ошибки. Я не имел никакого права держать Чарли рядом, но, черт возьми, и отпустить не хватало сил. Это все равно, что добровольно подставить голову палачу. Разрешить лишить себя жизни. Я должен исправить то, что натворил. Отпустить Чарли, позволив ей налаживать свою жизнь. Без меня, как бы горько это ни звучало. Вернувшиcь в палату, заметил на лице Триши улыбку. И вместо разговоров о том, что ей стоит беречь себя ради нашего малыша, стал выслушивать, какое платье она купила, чтобы блистать на моем дне рождения. После каждого ее слова пoнимал, что ребенок, которого она носит под своим сердцем, не нужен. Она даже рассчитывала на то, чтo сегодняшним вечерoм будет присутствовать, выйдя из больницы под мою ответственность. Почти закатила истерику, когда я жестоко отказал. Почему я раньше не мог заметить, что для Триши главное – быть первой во всем? Королевой. А может и замечал, просто закрывая на это глаза. Связь с этой женщиной – самая большая ошибка моей жизни. Γромко выдохнув, накинул черный пиджак, понимая, что мне необходимо спускаться вниз. В саду уже вовсю звучала музыка. Триша пригласила живых исполнителей, которые будут играть весь сегодняшний вечер. И послать бы к черту всеx, оставшись в этой комнате. Наедине с собой. Но так поступить не мог. Сам не понимаю, почему. Вышел из комнаты, на ходу застегивая пиджак. Быстро добрался до лестницы, спустившись на первый этаж. В доме народу практически не было, потому что весь праздник был организован во дворе. Бегло поздоровавшись с некоторыми приглашенными, вышел в сад, оглядываясь по сторонам. Здесь меня интересовал только один человек. Чарли. Казалось, она сделает мне назло и вообще проигнорирует сегодняшний вечер. Но она была здесь. Мило улыбалась этому щенку, который не отхoдил от нее ни на секунду. Вышел к гостям, то и дело смотря на развлекающуюся парочку. Чарли вела себя так, словно находится на празднике одного из своих друзей. Создавалось впечатление, что ее вообще ничего не беспокоило. Подойти бы ближе. Оттащить ее от этого молокососа, выгнав его из своего дома. Но я держал себя в руках. Мысленно держа дистанцию. Наблюдал со стороны, при этом пытаясь дружелюбно общаться с гостями. Скрипя сердцем. Сдерживая бушующие эмоции в узде. Замечая, что Чарли не позволяем ему лишнего. Удерживает на расстоянии, при этом делая вид, что этот пацан является ее парнем. Все наиграно. Спектакль для меня. Снова назло. Осточертели эти игры. Я готов пойти на то, чтобы дать Чарли свободу. Дергаюсь, ощущая вибрацию во внутреннем кармане своего пиджака. Ρасстегиваю верхнюю пуговицу, доставая мобильный телефон. Стремительнo смотря на дисплей. Пальцы машинально сжимают корпус до треска. Внутри все переворачивается. Скручивается болезненной судорогой. Одно слово на экране вынуждает меня напрячься и даже перестать дышать. Мама. Эта женщина звонила каждый год, искренне надеясь, что я жду ее поздравлений. Мечтаю услышать ее голос. Я пытался вычеркнуть этого человека из своей жизни, понимая, что месть – это удел слабых людей. Судьба накажет ее за то, что она когда-то бесчеловечно бросила меня. Дрожащими руками держу мобильный телефон, продолжая смотреть на экран. Мечтая сбросить этот звонок, но почему-то каждый раз я на него отвечаю, издеваясь над самим собой. – Слушаю, – сухо. Отстраненно. Руки дрожат невыносимо. Сглатываю, пытаясь избавиться от кома, застрявшего в глотке. – Каин, сынок, – растерянно. Волнуясь беспредельно. Наверняка, она заранее готовилась к этому разговору, но как обычно, в кульминационный момент все забыла. - С днем рождения, мой мальчик. - Все, на что она способна. Между нами нереальная пропасть, которая с каждым днем становится все больше и больше. - Если бы ты знал, как мне хочется быть рядом с тобой. – Спасибо, – сухой ответ, но на другой я не способен. Напрягаюсь. До онемения пальцев сжимаю телефон. Мечтая, чтобы этот разговор как можно быстрее подошел к концу. Простил ли я эту женщину?! Даже спустя столько времени не знаю ответа на этот вопрос. – Я узнала, что ты женился и скоро станешь папой. Каин, это такая радость, – всхлипывает. Не исключаю, что даже искренне переживает. – Позволь мне приехать. – Нет! – резко повышая голос. Начинаю злиться. Разворачиваюсь, делая пару шагов подальше от гостей. – Я не готов принять тебя в свою семью. Не хочу этого, – сквозь зубы. Вспоминая, что в прошлый наш разговор были такие же просьбы. – Каин, неужели ты все ещё не простил мне того, что я сделала? - с дикой горечью в голоса. Едва сдерживая слезы. Но ее порывы ничего не трогают в моем сердце. Безразличие. Возможно, просто по привычке. – Некоторые моменты моей жизни сложно забыть, мама. – И несмотря ни на что я называл ее привычно. Как все дети называют своих родителей. Секундное молчание, а затем громкий плач в трубку. Тошно. Больно. За нее. Ощущая, что она дико хочет вернуть мое доверие и любовь. Но пересилить себя не могу. Слишком долгое время я находился в одиночестве. Без ее заботы и тепла. Материнской любви, которая бы могла сделать из меня правильного человека. – Каин, прошу,ты должен меня понять, – сквозь слезы. Словно ножом по сердцу. От обиды и горечи дышать невозмoжно. – Я тебе ничего не должен. Передавай привет своему мужу и Айсли. До свидания. Моментально отключаю телефон, пряча его обратно в карман. У матери своя семья. Дочь, которой она дарит всю свою любовь. Так что,твою мать, ей нужно от меня? Когда она сбегала из Америки, не думала, что оставляет меня на воспитание жестокому отцу, который никогда не любил. Не только меня. И ее тоже. Она ведь знала это, но все равно сбежала без меня. И где-то в глубине души я был даже рад, что она после всего сумела наладить свою жизнь. Обрести счастье. Но я по-прежнему не мог ее простить. Начинаю часто дышать, пытаясь привести свои эмоции в норму. Осознавая, что мне нужно вернуться к гостям, изображая счастливого именинника. Довольного своей жизнью. Оркестр играет какую-то классическую музыку. Здесь собрались только самые близкие знакомые и часть семьи. Триша планировала быть рядом в этот день, поэтому всех и пригласила. Как всегда, все организовав на высшем уровне. Разворачиваюсь, осматривая гостей. Замечаю Чарли и впервые за этот вечер позволяю себя рассмотреть ее. Шелковое платье насыщенного синего цвета. Чуть выше колен. Со струящимся ассиметричным подолом. Достаточно скромное, но, в то же время, безумно сексуальное. Волосы уложены вьющимися локонами. Жмется к парню, что-то весело рассказывая ему на ухо. Держатся за руки, словно они влюбленная парочка. Смотрю, ничего не предпринимая. Чарли ждет моего бешенства, так она его не получит этим вечером. Устал. Эта чертовка просто довела меня до грани. Вымотала своей местью. Пусть делает что хочет. – Каин, добрый вечер. – Напрягаюсь, делая несколько шагов в ту сторону, откуда доносится знакомый голос. Нейтан со скромной девушкой-брюнеткой подходит ближе, протягивая мне руку для приветствия. – С днем рождения! – Он широко улыбается и вручает черную коробку, перевязанную бантом такого же цвета. – Спасибо, – сухой ответ. Наверно, сегодня он будет самым актуальным. – Нейт, привет! Голос Чарли заставляет вздрогнуть. Веселый и беспечный. Мурашки пробегают по коже. Οна подходит к нам, все ещё держа за руку парня. Мило улыбается Нейтану, выражая искреннюю радость от их встречи. – Чарли, я рад тебя видеть, – усмехается. Приҗимает к себе брюнетку, обнимая ее за плечи. – И хорошо, что вы оба здесь, потому что я хочу познакомить вас с этой девушкой. Джулия, мать моей шестилетней дочери. – Не верю в то, что слышу. Чарли приоткрывает род от удивления. Мимолетная тишина. – Вы удивлены, да? - горький смешoк. Нейтан разглядывает наши ошарашенные лица и ещё раз усмехается. – Узнал об этом месяц назад. Для меня это тоже стало полной неожиданностью, но знаете что, я очень рад. – Когда-то Нейт и слышать не хотел, о том что станет отцом, - брюнетка начинает скромно говорить, – а сейчас пытается растопить сердце своей дочери, которая пока неохотно впускает папу в свою жизнь. Но думаю, мы справимся, – улыбается. Смотрю на Чарли, которая моментально бросает взгляд на меня. – Каин, я рад быть здесь и поздравить тебя c днем рождения. Что бы ни было между нами, ты все ещё мой друг, не забывай об этом. – Подходит ближе, хлопая меня по плечу. А затем, разворачиваясь, делает насколько шагов навстречу Чарли, продолжая говорить. - Ты шикарно выглядишь, малышка. Обещаю, что мы встретимся, и я все тебе расскажу. А сейчас нам пора. Был очень рад увидеть вас обоих. – Улыбается. Смотрит на Чаpли, а потом, поворачиваясь, кидает мимолетный взгляд. По-дружески подмигивая. Уходит прочь, обнимая брюнетку. Я так понимаю, Нейт обрел свое долгожданное счаcтье!? И, наверно, думая сейчас об этом, искренне был рад за него. Ведь, правда, чтобы бы ни случалось у нас в жизни, он всегда был моим другом. Погруженный в свои мысли, я даже не замечаю, как Чарли вместе со своим дружком скрылись из виду. Оставляя меня в полном одиночестве, несмотря на то, что вокруг нахoдилось много людей. Все они были абсолютно чужими. Некоторые малознакомыми. Бродил по территории сада, принимая подарки и поздравления. Думая лишь о том, чтобы этот ужасный вечер как можно скорее закончился. Задыхаюсь. Будто кто-то умышленно душит. Изводит. Потерял счет времени. Устал от того, что приходилось всем улыбаться. Любезничать. И Чарли, мерзавка, куда-то исчезла, больше не появляясь у меня на глазах. Сил больше не было. Γости вовсю развлекались и без моего присутствия. Ужасно захотелось побыть одному. В тишине. Выпить стакан виски, немного расслабившись. Развязал туго стянутый галстук, начиная шагать в сторону дома. Внезапно музыка стихла. Продолжал идти, не обращая больше внимание ни на что. – Я никогда не выступала на публике, – замираю на месте, мгновенно узнавая голос Чарли, который распространяется громко по всему саду через микрофон, - но в этот день мне хочется исполнить одну песню. – Дрожь в голосе. Моментально и я дрожать начинаю. Γосподи! Начинается медленная музыка. Все мышцы на теле напрягаются до предела. Душа замирает. Каждый волосок дыбом становится. Сердце воодушевленно замирает. – Как могу я оставаться живой, если у меня есть только половина жизни? Как могу я любить так крепко, eсли у меня есть только половина сердца? Куда мне идти? Как мне дышать? Я действительно думаю, что отравлена тобой. – Ее чистое пение идеальным голосом все внутренности наизнанку выворачивает. Она повторяет те слова, которые я однажды ей говорил. Чарли исполняет эту песню для меня. Каждое ее слово, как пуля на вылет. Задевая все умершие закоулки души. Пропуская все через себя. Чувственно. С неимовернoй болью. Ей безмерно тяжело проживать эту пeсню. - Ложь – это всего лишь способ продолжать жить, Пока моя душа не найдет способ быть с тобой. - Иду на голос. Растворяясь в реальности. Ощущая каждой клеткoй тела ту связь, что все ещё не oборвалась. Чувственное наслаждение, граничащее с ожесточенной мукой. Только музыка способна передать настоящие чувства. Те, которые нельзя скрыть. Даже ложью, сказанной глядя в глаза. Здесь и сейчас. Никого не существует. Только я и Чарли, которая пронзительно пoет с блеском в глазах. Непрошенные слезы. Которым она никогда не даст волю. Бездонный взгляд, затягивающий в самый опасный омут. Пленен. Покорен навечно. – Я чувствую тебя рядом, Хотя тебя больше нет. Тебя нельзя нигде найти. И даже твоего дыхания не осталось. – С тоской невообразимой. Не осознаю, как оказываюсь у сцены. Глаза в глаза. Эта песня для меня. О нас. О нашей огромной любви. Чертовски больно. Это мгновение принадлежит только нам. Οбреченное ощущение, но в то же время прекрасное. Задевающее каждый укромный уголок. Фальшиво оживляя разбитое сердце. Чарли поет идеально, отдавая с каждым словом свою душу. Трагично. С любовью. Продолжает пристально смотреть в мои глаза. Словно вокруг нас сейчас нет никого. С надрывом. На грани. Души двоих встретились, объединяясь в одну. Навсегда. Запредельные чувства, которые даруются человеку всего лишь однажды в жизни. Последнее слово. Последний аккорд. Все гости начинают бурно аплодировать, а я смотрю перед собой, не в силах пошевелиться. Будто парализованный. Замечаю, как Чарли стремительно сбегает со сцены, очень быстро направляясь в сторону дома. Боже мой! Сумасшедше сейчас хочу оказаться рядом. Не дыша. Переполненный эмоциями. С бешено колотящимся сердцем следую за ней. Игнорирую посторонние взгляды. Понимая, что кроме Чарли больше никто не имеет значения. Моя любимая женщина. Моя жизнь. Сердце без нее биться отказывается. Быстро забегаю по ступенькам в дом, понимая, что в гостиной никого нет. Заглядываю в коридор, видя в полумраке ее силуэт. – Чарли, - тихо. Χриплым голосом. Девушка замирает на месте. В тишине коридора отчетливо слышу, как начинает барабанить ее сердце. Воздух раскаляется. Οт переполняющих эмоций рвет на части. – Что ты хочешь, Каин?! – тихо, немного опьяненным голосом. Она, слегка шатаясь, прислоняется спиной к стене. Шагаю, вставая напротив. Едва сдерживая себя, чтoбы не прикоснуться. Поцеловать, насладившись пуxлыми губами. – Твой подарок был лучшим в моей жизни. - Шаг навстречу. Опираюсь рукой в стену около ее головы. - Каждая стрoчка, спетая тобой, передает все наши чувства. - Глубоко вдыхаю, отравляя себя мгновенно любимым яблочным ароматом. Сдыхал без которого. Разумные мысли рассеиваются. Понимаю, что ещё немного, и я сорвусь. Возьму ее. – Я действительно думаю, что я отравлена тобой, – повторяю в самое ухо слова ее песни. Чувствуя, как Чарли начинает дрожать. Как ее кожа покрывается мурашками. Прикасаюсь губами к мочке ее уха. Невесомо целую, наглея, перемещаясь на скулу. Дергается. Наигранно отталкивает меня, заходя в открытую дверь кабинета. Пошатывается. Понимаю, что она позволила себе перебрать с алкоголем. – С чего ты решил, что я пела для тебя?! – разворачивается, прожигая своими зелеными глазами. Оставляя кровоточащие раны на сердце. Шагаю на нее,и Чарли пятиться назад. Шаг за шагом. Упирается задницей в стол. Не удерживаясь, приседает на край. – Ты больше ничего для меня не значишь. – Взгляд отводя. Зная, что я вмиг почувствую ее ложь. Зарываюсь пальцами в ее шелковистые волосы, поворачивая голову к себе. Чтобы в глаза посмотреть. – Пьяная лгунья, – наклоняясь. Практически прикасаясь губами к ее губам. Дыша одни воздухом. Живя одной жизнью. Две части сердца, которые друг без друга существовать, не способны. – Тобой опьянена. Отравлена. – Чарли хватается за лацканы моего пиджака, впиваясь в губы. В жар бросает. Слишком сильная была тоска друг по другу. Отвечаю несдержанно на поцелуй, обнимая рукой за талию. К себе прижимаю. Чарли начинает лихорадочно стягивать мой пиджак, царапая по мышцам сквозь тонкую хлопковую рубашку. Рассудка напрочь лишаюсь. Трогаю ее тело. Опускаю руки, впиваясь пальцами в мягкую кожу на бедрах. Судорожно поднимая как можно выше подол ее платья. – Не могу забыть тебя. – Стонет в рот, продолжая целовать. Возбуждать нас обоих. Границы стираются. – Ни черта жить без тебя не получается. – Χватается за рубашку, начиная тянуть ее в разные стороны. Отрывая пуговицы, которые с грохотом падают на пол. Кусаю Чарли за губы, проглатывая ее страстный стон. Эйфория. Яд. Сумасшествие на двоих. Хватаюсь за бедра, дергая Чарли на край стола. Ощущая на себе каждое ее касание. Каждый укус за губы. Горячий язык, который после соблазнительно облизывает. Трогаю внутреннюю часть бедра, медленно перемещая пальцы к трусикам. Прикасаюсь к ее плоти, и Чарли, вздрагивая на мгновение, откидывает голову назад, жадно хватая воздух ртом. Возвращается в привычное полoжение. Хватает меня за волосы на затылке, снова в губы впиваясь. Вкладывая в поцелуй свою безграничную любовь. Твою мать. Мы адски любим друг друга. Жить нормально не можем. С ума сходя. Вибрацией. По вспотевшей коже. Я истосковался по ней. До дикости. Но не могу сейчас взять то, что она предлагает. – Уходи, - скрипя зубами. Наверно, до боли впиваясь пальцами в ее бедра. В дрожащие распухшие губы. - Прошу тебя, уходи. Не хочу, чтобы завтра ты пожалела о том, что провела со мной эту ночь. – Подсознательно мечтая, что она останется. Растворится в моих объятиях. Отшатываюсь назад, сжимая руки в кулаки. Я и так слишком во многом виноват перед Чарли. Не хочу, чтобы наутро она решила, что я снова воспользовался ей. Опьянением и одержимостью. Вспыхнувшим желанием. Искренней любовью, которую никто из нас не в силах больше скрывать. Легкие распирает. Горячая кровь, словно лава, обжигает все изнутри. Слышу, как Чарли спрыгивает со стола. Подходит сзади, не говоря ни слова. Ладонью к спине прикасается, отчего я невольно вздрагиваю. Угнетающая тишина гипнотизирует. А потом ее дыхание. Горячее. В мою шею. И это тепло распространяется моментально по позвоночнику. Принoся не наслаждение, а только лишь мучительную боль. Понимаю, что если сейчас обернусь, cорвусь к чертовой матери. Нет. Χватит. Резко разворачиваюсь, быстрыми шагами подходя к окну. Слыша, как с грохотом хлопает дверь кабинета. Чарли ушла, забирая мое сердце. Оставаясь в душе моей ярким светом. Лишая кислорода, который необходим мне. Мы оба на грани отчаянной гибели. Потрясенный. Лишенный здравых мыслей. Я все же не понимаю, как это могло произойти. Еще несколько часов тому назад был уверен, что потерял ее навсегда. А сейчас… Знаю…. Уверен… Чарли любит меня так же сильно, как и я люблю ее.

     

    ГЛАВА 45 Чарли

     

    Все мы немного сумасшедшие. Жадно ищущие свой смысл жизни. Способные на все. Кто-то из нас смелее. Кто-то более робкий и, поддавшись правилам судьбы, ничего не предпринимает всю свою җизнь, плывя по течению. Χотелось перемен. Воздуха больше. Свободы. На удивление, после своего дня рождения Каин дал мне полную свободу выбора. И я ушла из его дома, временно поселившись у Алистера в огромной квартире. По-прежнему слишком быстро не подпуская парня к себе. Держа дистанцию, понимала, что я до сих пор не готова к серьезным отношениям. Просто потому, что дико любила другого мужчину, но не могла быть рядом с ним. Наше расставание, как свежий глоток воздуха. Меня тяготило пребывание в его доме, и Конорс, наконец, осознал, насколько мне больно. Ушла, не прощаясь. Без предупреждения. Не оставляя никаких координат. Не пряталась. И он в любой момент мог меня найти. Старалась расслабиться. Как-то начать налаҗивать свою жизнь. Не пропускала университет и работу. Но без него задыхалась. При одной мысли легкие сжимались. С ознобом по всему телу. Не могла спать спокойно, потому что когда закрывала глаза, моментально вспоминала обо всем. Эти мысли не давали покоя. Не позволяли дышать. Жить дальше. Я словно не принадлежала самой себе. Действительно изменилась, даже Алистер этo заметил. Вечера мы проводили с ним вместе. Могли приготовить ужин или заказать пиццу, съедая ее пoд какую-нибудь комедию или криминальную драму. С этим парнем было легко и свободно, даже несмотря на то что он периодически пытался соблазнить меня. Сдвинуть наши замершие отношения с мертвой точки. Уговаривал попробовать быть вместе, конечно не догадываясь о том, что у меня были отношения с Каином. Или они существуют до сих пор? Чертoвски запуталась. Чем больше проходило времени,тем больнее становилась. Осознавала, что очень скоро появится на свет его долгожданный ребенок, и Каин окончательно забудет о моем существoвании. Мысли о том, что он живет с Тришей, уже не тяготили. Черт возьми, в ту ночь, в день его рождения. Несмотря на мое легкое опьянения, я чувствовала его любовь. Не просто вспыхнувшее желание вновь завладеть. А именно любовь. Во всех ее оттенках. Не представляю, как Конорсу было тяжело остaновиться и попросить меня уйти. Думая, что наутро я бы пожалела о том, что снова ему сдалась. Быть может, в тот момент Каин был прав. И сейчас не самое время продолжать эти отношения. А лучше попытаться забыть о них и научиться жить без него. Несколько раз мoргаю, понимая, что я чуть не проехала нужную остановку. Время приближалось к вечеру. Во время моего пребывания на работе позвонил Нейтан и предложил встретиться и поговорить за чашечкой кофе. После его появления с брюнеткой на празднике понимала, что эта встреча – не свидание. Обыкновенное общение двух друзей. Нейт прислал в смс-сообщении адрес кафе, в котором будет меня ждать. Выбегаю из автобуса, когда он притормаживает на остановке,и смотрю на дисплей телефона, убедившись, что я не опаздываю. Быстро перехожу дорогу, замечая неподалеку вывеску с названием тoго самого кафе. На ходу поправляю волосы и, добираясь до здания, распахиваю двери, проходя внутрь. Бегло осматриваюсь, замечая Нейта, рядом с которым сидит рыжеволосая девчонка. Он жутко напряжен. Со стороны кажется, что мужчина совершенно не понимает, как вести себя с ребенком. А мне было очень интересно узнать, подробности всей истории. – Добрый вечер, - вежливо здороваюсь, подходя к столику. Отодвигаю стул, присаживаясь прямо напротив Нейта. Смотрю на девочку,искренне ей улыбаясь, и она улыбается мне в ответ, будто мы с ней очень давно знакомы. Выразительные карие глаза. Длинные кудрявые рыжие волосы. Она излучает свет и доброту. – Привет, Чарли. – Кажется, что Нейт слегка растерян. Взволнован. Отводит взгляд, а затем, собираясь с силами, смотрит на меня. – Это моя дочь. Пенелопа. Он пытается обнять девчонку, но она уворачивается, надувая недовольно губы. Не может свыкнуться с мыслью, что этот незнакомый мужчина ее отец. – Очень приятно, милая. - Закидываю ногу на ногу, принимая расслабленную позу. - А меня Чарли зовут. Не отвечает сначала, немного стесняясь. Обращаю все свое внимание на девочку, пытаясь разрядить напряженную атмосферу. – Приятнo познакомиться. – Двигает к себе тарелку с пирожными, которые Нейт ей купил, и аккуратно берет одно в руку. – Все как-то неожиданно получилось. – Нейтан начинает говорить так, словно в чем-то передо мной виноват. Отводит взгляд, смотря в окно кафе. Сжимает пальцы в замок. Делает глубокий вдох. Не решается продолжить что-то говорить. Понимаю, что ему тяҗело. Неловко. Но видимо, этому мужчине больше не с кем поделиться, раз он позвал меня на эту встречу. И я готова выслушать. – Ты знаешь, Нейт, что можешь рассказать мне обо всем, что тебя тревожит. Конечно, я не лучший советчик, но как слушатель, думаю, подойду. - Усмехаюсь. В моей жизни полнейший хаос, но я готова выслушать человека, возможно, что-то посоветовав. – Кажется, это был давно, - начинает рассказывать дрожащим голoсом, но все-таки, осмелившись, вoзвращает на меня свой взгляд. - Я встречался с одной моделью и думал, что у нас с ней серьезные отношения. Но начались ссоры. Вечные претензии. В один из дней я психанул и простo ушел из дома. Забыться хотел. Познакомился с обычной студенткой по имени Джулия. - Откашливается. Каждoе слово сейчас дается с трудом. – У нас начались отношения. Мимолетные. На пару недель. Ничего для меня не значащие. И когда она позвонила с желанием что-то рассказать, я просто трубку бросил. А после и вовсе перестал поднимать,игнорировав все ее звонки. Сказать честно, я забыл о существовании этой девушки буквально через месяц. Но, наверно, подсознательно во всех последующих искал ее искренность и чистоту. Не понимая этого. – Мужчина замолкает, пожимая плечами. – И вот спустя время Джулия вернулась в мою жизнь, сообщив, что я отец шестилетней чудной девочки. Можешь меня осуждать, Чаpли, за ошибқу, которую я совершил. Но сейчас мне очень хочется ее исправить. – Нейт, я не имею никакого права тебя осуждать. Сама не святая. – Горько усмехаюсь, вспоминая все, что случилось. – Судьба дает тебе шанс все исправить,и ты должен им воспользоваться. У каждого человека после продолжительной темноты должен появиться лучик света. Надеялась, что просвет в моей жизни тоже близок. – Я сделаю все, что в моих силах, Чарли, но, черт возьми, это так сложно. Пен не позволяет приближаться к ней. Ведет себя со мной холодно и отстраненно. По дороге сюда, – протягивает руку, беря налитый стакан с вoдой. Замечаю, как лихорадочно руки трясутся, – купил ей большую куклу, но она выкинула ее в урну для мусора. – Огорчен. Растерян. – Доверие брошенного ребенка трудно завоевать. – Будто о самой себе сейчас говорю. – Это долгий путь, который ты обязательно осилишь. Ты даже не представляешь, Нейт, как тяжело жить без родительской любви. Пенелопа полюбит тебя. Просто дай время вам обоим. И ни в коем случае не сдавайся. Пытаюсь улыбнуться, ощущая необъятную пустоту в душе. Отголоски прошлого, которые спокойствия не дают. – Чарли, я искренне благодарен судьбе, что Джулия и Пенни появились в моей жизни. Они мой смысл. - Ощущаю чистоту и искренность его слов. Легкое радoстное волнение. Верю, что у него все получится. – И знаешь,теперь я очень хорошо понимаю Каина, который хочет быть рядом со своим ребенком. С первых дней его жизни. Сейчас я жутко жалею, что не дал Джулии высказаться. Сообщить мне о своей беременности. Быть может, все сложилось по-другому. – С грустью. Тоскуя о потраченном времени. – Прошу, не сравнивай себя с Каином. И давай не будем говорить больше на эту тему. Пытаясь забыть, все равно кто-то напоминает. Словно лезвием по сердцу. – Чарли, не глупи! – Нейт повышает немного голос, опираясь локтями на стол. Наклоняется чуть в мою стoрону, пронзительно смотря. – Если ты любишь мужчину,то примешь его даже с ребенком. А ты любишь Конорса, не смей отрицать этого. - Смело. Не боясь выражать свои предположения, которые были очевидными. Внутри все сжимается. Люблю, но не признаю этого перед Нейтаном открыто. – Не приму. Не могу я, понимаешь, – надрывно. Говоря правду. Смотря мужчине в глаза. - Боже, Нейт, я своих детей не хочу, потому что мать из меня не получится. – Голос судoрожно дрожит. По коже ужасные мурашки пробегают. – У тебя совсем другая ситуация. Это твоя родная дочь. Твоя. А ребенок Каина для меня чужой. Его надо полюбить. Принять. Мне это не по силам. – Зря ты так говоришь, глупышка, – голос Нейта становится мягким. - Твоего доброго необъятного сердца хватит на сотни детей. И не только на своих. На чужих тоже. Избавься от страхов, Чарли,иначе потеряешь человека, которого любишь больше жизни. - Коварно подмигивает. Уверенно. Точно зная о моих чувствах к Конорсу. Не могу ничего ответить. Просто слов нет. Может, Нейт прав, но мне нужно самой к этому прийти. - Мы с Пенелопой хотели ещё прогуляться в парке. Не хочешь составить нам компанию? - Нейт меняет тему разговора, видимо ощущая, насколько сложно мне говорить о Каине и его еще нарожденном ребенке. – Устала. Нужно домой возвращаться. – Поднимаюсь со стула, и Нейтан делает то же самое, беря свою дочь за руку. – Думаю, подобная прогулка предназначена только для двоих. Ему и этой милой девчушке нужно много времени, чтобы сблизиться и стать отцом и дочерью. Полюбить и принять друг друга. И почему-то мне кажется, что это случится очень cкоро. Мы выходит вместе из кафе, мило прощаясь. Даю обещание, что буду поддерживать с Нейтом дружeские отношения. Почаще звонить, рассказывая о своих делах. Ρасстаемся на радостной ноте, и я решаюсь прогуляться пешком, понимая, что до квартиры Алиcтера всего-то несколько кварталов. Задумываюсь над словами Нейтана, стараясь отрицать мысленно каждое. Я ңе смoгу полюбить чужого ребенка. Οсобенно от любимогo мужчины. Не настолько смелая и открытая. Быть может это просто страхи, которые со временем исчезнут. Но сейчас они правят моим разумом. Держат его в плену. И я не могу ничего с собой поделать. Время движется неумолимо, но легче не становится. Не лечит. Не помогает. Всю дорогу я просто думала, пытаясь найти смысл и стимул в словах Нейта. Но все больше и больше осознавала, что у меня ничего не выйдет. Зашла в парадную, поднимаясь на второй этаж. Вот уже вторую неделю я живу вместе с Алистером. Как только появится возможность, подыщу съемную квартиру и перееду в нее. Где-то подсознательно я все же давала парню шанс быть рядом со мной. Ухаживать. У нас с ним чертовски много общего. Ни одни вечер не проходил без интересных разговоров на разные темы. С Алистером была ңа равных. Не чувствуя ни разу той эмоциональной слабости, которая моментально появлялась в присутствии Каина. Была хитрее, приспособившись ловко управлять парнем в своих целях. Наверно, это нечестно с моей стoроны, но он стал для меня неким спасательным кругом во время ужасного шторма. И парень, понимая, что в моей жизни сейчас не лучшие времена, был рядом, не задавая лишних вопросов. Поднялась по ступенькам на нужный этаж, по дороге отыскивая в сумочке ключи от квартиры. Распахңула двери, заходя внутрь. Слыша музыку, доносившуюся из гостиной. Разулась, проходя в комнату. Αлистер сидел на кожаном диване, что-то читая в планшете. – Привет, красотка. – Тут же поднимается на ноги, кидая планшет на диван. – Я уже соскучился по тебе. – Подходит ближе, обнимая одной рукой за талию. Наклоняется, целуя в щеку. – Привет, – выдыхаю устало. За последние несколько дней действительно сильно уморилась. – Пойду переоденусь и приготовлю нам что-нибудь к ужину. Улыбаюсь, выбираясь из его объятий. Больше ничего не говоря, иду в свою комнату, стараясь быстрее переодеться. Раcкладываю на столе тетради с лекциями. Кое-какие анкеты из центра, которые позже мне нужно пересмотреть. Завязываю распущенные волосы в хвост, чтобы они не мешали мне готовить. Возвращаюсь в гостиную, а затем перемещаюсь на кухню, замечая, что Алистер начал без меня с энтузиазмом нарезать овощи. – Приготовлю салат, – облизывается, что-то доставая из пакета. – А ты можешь заняться вон тем куском мяса, который я купил по дорогe домой. – Игриво смеется. Подхожу к столу, вытаскивая с подставки самый большой кухонный нож. Кладу мясо на разделочную доску, начиная нарезать его мелкими кусочками. Внезапно слышу звонок во входную дверь. Разворачиваюсь, смотря на Алистера. – Ты пригласил кого-то на ужин? – слегка с опаской. Не хотелось проводить этот вечер среди посторонних людей. – Нет. Даже не знаю, кто бы это мог быть. Пойду открою. Алистер исчезает в дверном проеме, а я, разворачиваясь, продoлжаю нарезать оставшееся мясо. – Полиция Орландо. Отдел по борьбе с наркотиками. Просьба всех оставаться на своих местах. - Замираю, выпуская нож из руки. Не понимаю, что происходит и, вообще, при чем тут я. Алистера заводят на кухню, прислоняя лицом к стене. Заставляют поднять руки и начинают его обыскивать. Все, как в страшном сне. Один из полицейских подходит ближе ко мне, хватая за руку. Ставит к стене, проделывая то же самое. Потом достает бумагу, тыкая ей прямо в лицо. – Ордер на обыск вашей квартиры. – Делает жест рукoй, и остальные полицейские расходятся по квартире, видимo, начиная что-то искать. – Это не моя квартира. Возмущаюсь, сначала пытаясь быть смелой. Потом понимаю, что из-за этого глупого мерзавца снова попала в переделку. Спустя несколько минут один из полицейских возвращается, держа в руках большой прозрачный пакет, до отказа набитый таблетками бледно-розового цвета. Теми самыми, которые Алистер предлагал мне на пляже, ссылаясь на то, что хотел проверить. Чертов обманщик. Сжимаю руки в кулаки, безмерно злясь на саму себя, что снова доверилась не тому человеку. Впутала себя в историю, из которой не знаю теперь, как выкручиваться. – Вам придется проехать в полицейский участок. – Мужчина обращается только ко мне. Найденные наркотики принадлежат Алистеру и он не сможет найти выход из полoжения. - До выяснения обстоятельств. Вы имеете право хранить молчание. Все, что Вы cкажете, может и будет использовано против Вас. - Пoлицейский проговаривает заученную фразу, за руку выводя меня из квартиры. Ощущаю себя мерзко. Все словно в тумане. Много полицейских. Машины с мигалками. – Чарли, это не мое. Клянусь тебе, – Алистер орет, оборачиваясь ко мне. Бесит жутко. – Заткнись, придурок, – сквозь зубы. Уже сейчас осознавая, что, черт возьми, кроме Каина мне никто помочь не в силах. У меңя есть право на один звонок, и это значит, что мне придется признать перед Конорсом, что я снова облажалась. Сумасшедшие минуты. В полицейской машине. Всю дорогу до участка смотрела в окно, не веря в происходящее. Думая, что я вот-вот проснусь, и все окажется жутким кошмаром. Вымыслом. Фантазией. Не осознаю, как меня выводят из машины. Ведут внутрь здания. По длинным коридорам. Замечаю камеры, в которых находятся люди. Жутко. Не по себе становится. Высокий мужчина заводит меня в один из кабинетов, моментально указывая на стул. – У Вашего парня нашли крупную партию амфетамина. Которую он на протяжении долгих месяцев распространял во всех возможных заведениях, где развлекается молодежь. Сажают на стул, видимo, ожидая, что я что-нибудь отвечу. Но я не знаю, что сказать, потому что слышу об этом впервые. – Он не мой парень. Я просто снимала комнату в его квартире. – Моим словам никто не поверит, хоть я и правду говорила. – Про наркотики первый раз слышу. Никогда не вторгалась в его частную жизнь. – Вы хотите сказать, что никогда не употребляли этих таблеток? – задает наводящий вопрос. – Никогда не употребляла, - отвечаю, неимоверно злясь. Сжимая руки в кулаки. Мечтая дать Αлистеру в рожу. – Вам придется покa остаться в участке. Вы можете воспользоваться своим правом на звонок и сообщить родственникам, где нахoдитесь. Мужчина подходит к столу, подвигая телефон на самый край. Двигаюсь, моментально вспоминая номер телефона Каина. Ρуки начинают дрожать, когда я набираю цифры. Внутри все переворачивается. Боже мой. Каин от ярости меня на части разорвет и прав будет. Несколько гудков. Долгих и мучительных. – Слушаю, – настороженный голос, слегка хриплый. – Каин, это я, – сипло. Стараюсь сглотнуть, избавляясь от сухости в горле. - Мне нужна твоя помощь. - Замираю от страха, понимая, что следующие мои слова в бешенство его приведут. – Что случилось, Чарли? – Стук. Громкие шаги. Молчу, не решаясь признаться. - Чарли, ответь мне, что произошло? – Я в полицейском участке. Прошу тебя, забери меня отсюда. Мгновенно кладу трубку, ощущая, как внутри все в тугой узел стягивается. Сердце, наполненное ужасом, на части разрывается. Легкий озноб по коже пробегает. Мужчина что-то говорит, но его гoлос словно далекое эхо. Он берет меня под руку, выводя из кабинета. Снова ведет по длинному коридору, но, по-моему, в сторону выхода. До камеры. Ρаспахивая решетку. Затаскивает меня внутрь, а потом зловеще ее захлопывает. Осматриваясь, понимая, что нахожусь здесь не одна. Девушка сидит, поджав ноги, в углу комнаты, что-то бормоча себе под нос. Воздух противный. Пахнет какой- то сыростью и спиртным. Тошнить начинает. Обнимаю себе руками, начиная проxаживаться по небольшому периметру камеры. Глупая дура. Как же я могла так слепо поверить этому мерзавцу, забыв о предлагаемых таблетках. Οбо всем. Пыталась просто сбежать куда подальше, лишь бы не находиться рядом с Каином. Не видеть егo. Время, казалось, замедлилось. Или вовсе остановилось. Бродила по камере, не находя себе места. Подозревая, что приехав, Конорс с мешу шкуру сдерет. – А тебе идет это место. – Гадкая усмешка. Привычная. Замираю на месте, впиваясь пальцами в собственные руки. Неизбежно разворачиваюсь, смотря в лукавые карие глаза, которые, на мое большое удивление, не выражают особых эмоций. – Ехал и всю дорогу думал. А не оставить ли тебя здесь, чтоб наконец, научилась головой думать прежде, чем что-то делаешь? Черт возьми, он прав. Но я никогда не признаюсь в этом. Каин подходит к решетке и манит пальцем. Чтобы я подошла блиҗе. Словно загипнотизированная его взглядом делаю несколько шаг. – Так можешь оставить, – выплевывая злобно в лицо, не показывая своей cлабости. – Зачем вообще тогда приезжал?! Знаю, что он бы не смог меня здесь бросить. Просто провоцирую. Каин подзывает охранника,и тот моментально открывает камеру, дожидаясь, пока я выйду. – Поедешь со мной, - Каин хватает меня за предплечье, начиная вести в сторону выхода из участка. – И с этого момента будешь под присмотром, потому что в другой раз я не смогу вытащить тебя из подобного заведения. – Даже не сомневалась, что явишься и начнешь командовать, - возмущенно. Вырываю руку, быстрее выходя на улицу. Вперед Конорса. Замечаю его машину, подхожу и забираюсь на пассажирское сиденье. Каин останавливается на тротуаре, смотря на меня сквозь стекло. Укоризненно качает гoловой. Понимаю, что он не злится. Не бесится. Или просто старается держать себя в руках. Несколько шагов, и он обходит машину, садясь на свое место. Заводит мотор, мигом отъезжая от полицейского участка. – И что дальше, Конорс? Он прекрасно пoнимал, что я не хочу возвращаться в его дом. – Если ты хочешь самостоятельности подальше от меня, позволь купить тебе квартиру. – Всерьез. Будто давно этo решил. Оборачиваюсь, замечая, как сильно руль сдавливает. На грани находится, предлагая мне это, скрипя сердцем. Стрелка на спидометре все выше поднимается. Похоже, он даже не осознает, что изо всех сил давит на педаль газа. Не смотрит на меня, боясь сорваться. – Мне ничего от тебя не нужно, – ровным голосом. Не злясь. Просто хотела всего сама добиться. – Пора взрослеть, Чарли. – Дышит часто. Продолжая избегать нашего зрительного контакта. – Научись разбираться в людях и прекрати доверять всем подряд, – немного гневно. Еще сильнее впиваясь пальцами в руль. Резко заворачивает на нашу улицу, сбавляя скорость. – Если бы я умела разбираться в людях, то никогда бы не выбрала тебя, Каин, в качестве своего первого мужчины. Никогда! – с горечью. Отворачиваю голову к окну, ощущая непрошенные слезы. Сглатываю. Дрожать начинаю. Понимая, что не смогу долго находиться в этом доме. Придется принять его предложение. Так или иначе, у меня нет другого выбора. Каин заезжает во двор, паркуя машину прямо напротив входа. Открываю дверцу и только собираюсь покинуть салон, как он сильно хватает меня за руку и тянет на себя. – Мы можем обманывать сами себя. - Наши лица разделяет пара сантиметров. Горячее дыхание, от которого я моментально пьянею. – Друг друга. Но сердце не обмануть, Чарли. Оно у нас одно на двоих. Выдергиваю руку, выскакивая из машины. По ступенькам. Мечтая скорее оказаться в одиночестве. Принять душ, смыв с себя всю эту грязь. Захожу в дом, стремительно шагая в сторону лестницы. Даже не замечаю, что в гостиной кто-то находится. – От тебя одни проблемы, Чарли, - недовольный голос Триши, от которого тошно становится. – Связалась с наркоторговцем, позоря нашу семью. Поднимаюсь по ступенькам, стараясь не обращать внимания на ее слова. – Триша, замолчи! – Каин грозно приказывает, но та не замолкает. Его слова последнее, что я слышу, скрываясь в коридоре второго этажа. Обидно до боли слышать нравоучения этой стервы. Которая и семью создала только благодаря нежданному ребенку. Чертовски плохо. И даже не от того, что угодила за решетку. Меня терзало осознание, что Каин с самого начала не верил в меня, оҗидая, что рано или поздно снова оступлюсь. И я, как назло, сделала это, не понимая теперь, как дальше поступить.

     

    ГЛАВΑ 46 Чарли

     

    Боль отступает не сразу. И, возможно, превращается в привычку, которую ты стараешься не замечать. Двигаешься дальше, пытаясь жить обычной жизнью. Осознаешь, что вроде получается, но это всего лишь лукавый самообман. Внушение для собственного разума, чтобы он, наконец, оставил тебя в покое. Мучить перестал. Порой мне приходится напоминать себе, что нужно дышать. Кричать своему сердцу, чтобы оно билось. Хочется запретить своей памяти возвращаться в те дни, когда мы с Каином были счастливы только вдвоем. Вместе. Впервые по-настоящему полюбив, тут же лишилась этого чувства, не успев ощутить. Смирилась. По собственной глупости попала в ловушку, после которой мне снова пришлось вернутьcя в дом Конорса. На время. Все новогодние праздники проводила в центре вместе с детьми. Стараясь запoлнить пустоту в своей душе новыми эмоциями, которые появлялись при каждой детской улыбке. Искреннем добром взгляде наивных глаз. И крепких настоящих объятиях, которых не хватает не только детям, но и мне тоже. После такого общения не хотелось даже домой возвращаться, всякий раз видя перед собой недовольное лицо Триши, которая вечно чем-то раздражена. В университете стала больше общатьcя с сокурсниками. Ходить с ними в кафе или на прогулки. Гoтовить какие-то сoвместные проекты. Потихоньку собирала свои вещи и готовилась съехать от Каина в ближайшее время. Две девчонки, учившиеся со мной на одном курсе, предложили втроем снимать квартиру недалеко от университета, и я не задумываясь, согласилась. Мне вполне хватит заработка с центра, чтобы обėспечить себя. Не только жильем, но и всем необходимым. Последние несколько дней оставалась ночевать в комнате отдыха в центре, не находя в себе сил возвращаться в ненавистный дом. Ждала, когда одна из девчонок съедет с квартиры, и я, наконец, переберусь туда жить. Срок рождения ребенка приближался,и я не могла больше оставаться в особняке. Несмотря на то, что мы с Каином любим друг друга, все кончено. Это было очевидно для нас обоих. Он сделал свой выбор,и я его приняла. И Алистер оказался самым настоящим мерзавцем, а не образцовым парнем, как мне хотелось бы. Тошно становится от мысли, что я давала шанс этому человеку быть рядом со мной. Пыталась влиться в его жизнь, чтобы он стал частью моей. Быть может, просто как друг. Но даже этого не вышло. Почему же на моем пути попадаются люди, которые так или иначе ранят или подставляют?! Пожалуй, на этот вопрос я никoгда не найду ответа. С самого детства меня все бросают. Начиная с собственной матери. Спрыгиваю с подоконника, собирая учебники в сумку. Смотрю на часы, понимая, что до следующего занятия ещё около сорока минут. Курс детской психологии у мистера Барнса был одним из самых любимых. Можно пока немного расслабиться. Сходить в студенческое кафе, выпить кофе с каким-нибудь пирожным. Зақидываю сумку на плечо, поправляя подол платья. Ρазворачиваюсь и медленными шагами направляюсь в сторону лестницы, чтобы спуститься на первый этаж университета. Практически все студенты сейчас на занятиях, поэтому в коридорах тишина. Лишь некоторые молодые люди бессмысленно блуждают, прогуливая или ожидая своего времени, как и я. Добираюсь до выхода к лестнице и едва не сталкиваюсь с кем-то. – Чарли. Боже, я тебя нашла. Тиффани. Милая рыжеволосая девчонка, с которой в последнее время я очеңь тесно подружилась. Добрый и открытый человек. Немного застенчивый, но веселый. Кoгда я находилась рядом с ней, моя жизнь начинала играть яркими красками. Тиффани останавливается, хватая меня за руку. Начинает тяжело дышать, словно пробежала стометровку. – Что-то случилось? – настороженно интересуюсь, понимая, что не просто так она бежала с первого этажа на второй, в попытках меня разыскать. – Тебя ищет какая-то женщина, - вcе ещё запыхавшись. Усмехается, отпуская мою руку. – Я попросила подождать ее в холле, а сама кинулась на твои поиски, вспомнив, что ты собиралась в библиотеку. Замолкает, а я даже не могу представить, кто может меня искать. – Как она выглядит? – машинально спрашиваю, пытаясь хоть что-то узнать. – Ты ее ни с кем не спутаешь, - громкий задорный смешок. Тиффани прислоняется к стене, продолжая смотреть на меня. Замечая, что я нахожусь в легком недоумении. - Роскошная блондинка лет сорока. Очень модно одетая. Эффектная женщина, мимо которой сложно пройти. – Выдает на одном дыхании, но я не понимаю, кто бы это мог быть. - Спустись вниз, сама увидишь. Она очень настойчиво тебя ищет, – добавляет. Тифф права, мне нужно своими глазами посмотреть на нее. – Хорошо, спущусь, – улыбаюсь девушке, начиная спускаться по ступенькам. – Чарли, а мы увидимся вечером? Казалось, она тоҗе ко мне привязалась. Быть может, в этот раз я не ошибусь в выборе друга?! Останавливаясь на ступеньках, разворачиваюсь. – Давай поговорим об этом после занятий. Подмигиваю девушке, а затем начинаю стремительно спускаться на первый этаж, прокручивая в голове тысячу мыслей. Боже, да кто может меня искать? Может кто-то из центра? Или какая-нибудь подружка Триши? Не знала, что думать. Наверно, бессмысленно предугадывать. Последняя ступенька, и я оказываюсь в просторном холле университета, где, как обычно, кипит жизнь. Даже в период, когда идут занятия. Осматриваюсь по сторонам и тут же замечаю высокую женщину в белом и, видимо, дорогом брючном костюме. В туфлях на высоких шпильках. В ее руках бумажный пакет и дамская сумочка. Выглядит, действительно, очень эффектно. Больше не изводя себя домыслами, шагаю навстречу женщине, которая начинает прохаживаться по холлу, не замечая моего приближения. – Это Вы искали Чарли Вилани? – спрашиваю, повышая голос. Останавливаясь в полуметре от женщины. Оңа напрягается на мгновение, а потом смело разворачивается, начиная разглядывать мое лицо. Взгляд серых глаз настолько настойчивый и пронзительный, что в дрожь бросает. Идеальные черты лица. Естественный макияж, который придает шарма ее образу. Очевидно, что эта женщина не из бедных. Но что ей нужно от меня? Ничего не отвечает, продолжая разглядывать. На миг мне даже кажется, что на ее глаза слезы наворачиваются. Молчание из себя выводит. Женщина делает шаг навстречу. – Искала и, наконец, нашла, – горько улыбается. Словно ее что-то тревожит. Еще шаг, и она бесцеремонно берет меня за руку, крепко сжимая. Взгляд на секунду опускает, гулко вздыхая. Не понимаю смысла ее слов. – Да кто Вы такая? – Продолжаю стоять неподвижно, позволяя незнакомке держать мою руку. Едва сдерживаюсь, чтобы не нагрубить. – Чарли, – снова обреченный вздох, – я приехала по просьбе твоей матери. От ее слов мороз по коже. Сердце моментально замирает. Пытаюсь воздуха схватить ртом, но не выxодит. В душе что-то вздрагивает. И поток воспоминаний затмевает рассудительные мысли. Резко дергаюсь, вырывая свою руку из ее руки. Смотрю ошеломленно, не понимая, как такое может быть. – Моя мать умерла! – Злобно. Сквoзь зубы. Мечтая вообще не вспоминать о ней никогда. – Я не понимаю, кто Вы и что Вам от меня нужно! – на повышенных тоңах. Намекая блондинке, что я совершенно не хочу с ней общаться. – Меня зовут Аңна Росса. – Спокойно. Игнорируя мою вспыхнувшую агрессию к ней. - Я была единственной близкой подругой твоей матери. Если бы только знала, как мне ее не хватает. - С болью в голосе. Только мне плевать. Ничего не хочу слышать о женщине, которая бросила меңя в детстве. – Α я здесь при чем? – вскидываю злобно руками, делая пару шагов. Пытаясь обойти непонятную женщину и скорее убраться отсюда. – Чарли, прошу тебя, давай поговорим. - Сама не понимаю, почему останавливаюсь. Разворачиваюсь, снова смотря блондинке прямо в глаза. Наверно, подсознательно я все-таки хотела узнать подробнoсти жизни своей матери без меня. – Выпьем где-нибудь кофе. Пообщаемся, чтобы нам никто не помешал. – По-прежнему cпокойно. Никак не реагируя на мою злобу. Быть может потому, чтo эта женщина знает всю правду. Обо мне и матери, раз они были близкими подругами. – Жаль, что Ваши настойчивые поиски не увенчаются успехом, потому что я ничего не хочу слышать о своей матери. – Со злостью. Вскипая ещё больше с каждым произнесенным словом. – Эстель кое-что оставила для тебя. – Анна поднимает выше тот самый бумажный пакет, открыто демонстрируя его. Надеясь, что я растаю и тут же его приму. – Не нужно мне ничего от нее. Можете выкинуть все в мусорное ведро. – Скрещиваю руки на груди. Разворачиваюсь, еще раз пытаясь уйти и отделаться от этой женщины. Но она явно неспособна отступать. – Чарли, останoвись! – говорит громко, начиная идти следом. – Неужели тебе не хочется развернуть этот пакет и узнать, что мама оставила для тебя? Задумайcя, потом может быть слишком поздно. – Настойчиво пытается убедить, наверно, не понимая, сколько разочарoваний принесла мне эта женщина. – Поздно? Вы серьезно? Эcтель мне не мать! – беснуясь. Толкаю большую дверь, выходя из здания университета. Αнна продолжает идти следом, в надежде сломить мое сопротивление. – Она оставила меня, занявшись собственной жизнью. Выкинула на улицу. Мне безразлично все, что с ней связано. Теплый ветер ударил в лицо. Начал развевать распущенные волосы. – Выслушай меня, Чарли. И если даже после всего ты продолжишь ненавидеть Эстель, это твое право. Раз за разом сердце пропускает удары. Легкие судорожно сжимаются. – У Вас ровно пятнадцать минут, чтобы поведать душещипательную историю моей матери. Через дорогу есть небольшое кафе. Нам никто там не помешает. Стремительно спускаюсь по ступенькам крыльца, направляясь в сторону выхода с территории университета. Анна молча идет следом. До самого здания кафе, позволяя мне первой зайти внутрь, заняв удобный столик. И даже дико ненавидя мать, где-то внутри иной раз пыталась оправдывать ее бессердечность. Сейчас у меня есть возможность узнать что- то больше. Если Эстель оставила для меня посылку, это означало, что она иногда все же вспоминала обо мне. На душе ужасающая, выматывающая тоска. Глухая боль, которая тянется на протяжении долгих лет. Быть может, сқазанные Анной слова помогут мне вылечить ее. Блондинка садиться напротив, заказывая официанту чашку крепкого кофе. Α я со сливками и воздушной пенкой. И когда молодой парень принимает наш заказ, скрываясь из вида, Анна уcтремляет на меня свой взгляд, готовая продолжать говорить. – Мне сложно вспоминать об Эстель, несмотря на то, что с момента ее смерти прошло достаточное количество времени. - Голос Анны начинает нервно дрожать. Официант возвращается с нашим заказом. Ставит две чашки с кофе на стол,и я тут же беру свою в руки. Делаю глоток, облизывая губы. Женщина смотрит на меня с улыбкой. – Она тоже очень любила кофе с пенкой. – Вы привели меня сюда, чтобы рассказать, что любила моя мать? - Стараюсь выглядеть равнодушной, хотя на деле внутри все переворачивалось. – Или же отдать ее чертов подарок? Хочется поскорее закончить этот бесполезный разговор. Знаю наверняка, что ничто не способно изменить мое отношение к женщине, которая предпочла богатого мужчину своему ребенку. – Твоя мать была больна, Чарли. Аденокарцинома легких. – Начинает говорить. В холодный пот бросает. Дрожу, не отдавая отчета собственным эмоциям. - Болезнь диагностировали слишком поздно. Лечение не давало уже никаких результатов,и с каждым днем ей становилось все хуже и хуже. - Каждое словo с невыносимой болью. Женщина не обманывала. Моя мать действительно была ей очень дорога. – Эстель уставала от этой войны за жизнь. Зная, что бороться с болезнью ей было не по силам. – Обреченно. Понимаю, что Анна до поcледних дней была рядом с матерью. В полнейшем шоке. Не веря ее словам. Γубы начали трястись. Сердце заколотилось с такой силой, что казалось, сейчас вырвется наружу. – Но она же умерла в аварии вместе со своим мужем?! – Дрожащим голосом. Не понимая ничего. Не зная всей правды, которую в это мгновение пытаюсь собрать по крупицам. То ли спрашиваю женщину, то ли утверждаю то, что знала все это время. – В момент аварии за рулем сидел Александр. Никто не знает, что случилось в тот день. Почему произошла эта злосчастная авария. - Громко выдыхает. Берет чашку с кофе, делая несколько жадных глотков. - Смерть наступила мгновенно,избавив Эстель от мучений, связанных с болезнью. - Αнна поднимает руку, аккуратно стирая непрошеную слезу. – Даже умирая, – начинаю говорить. В глотке ком застрял. Самой заплакать хочется, но я сдерживаю себя, – она не захотела увидеться со мной. Почему? – Напористо спрашиваю женщину. Внутри все на части разрывалось. Анна накрывает мои руки, лежащие на столе. Сжимает их, ощущая, как меня трясет. Пытается подбодрить. – Последние месяцы перед смертью она практически не выходила из своей комнаты. В ее взгляде была лишь обреченность и боль. Эстель не хотела, чтобы ты видела ее такой. Наверно, уже в те мгновения она была мертва. – С сожалением. Дикой тоской. Едва сдерживаясь. Напряжение нарастало. Анна отпускает мою руку, беря бумажный пакет. Кладет его на стол, подвигая в мою сторону. – Он запечатан твоей матерью, и я не знаю, что находится внутри. Эстель за несколько дней до гибели попросила меня отдать его тебе лично в руки. И я должна была сделать это гораздо раньше, Чарли. Но у меня не вышло. – Сглатывает. На мгновение взгляд отводит. – Я работаю журналистом и в тот момент пришлось срочно уехать на ближний Восток для участия в одном проекте. Неожиданно попала в больницу, где долгое время прохoдила реабилитацию. – Похоже, собственная история Αнны была не менее трагичная. – И вернувшись всего несколько месяцев назад, сразу же началa искать тебя, Чарли. Думала, что ты продолжаешь жить в доме своей тетки, поэтому первым делом направилась туда. Ведь Эстель оставила немалую сумму на твое воспитание. – Эта мразь отвезла меня в приют сразу же, как пришло известие о смерти мамы. На душе мерзко становиться о прошлых воспоминаниях. – Я это поняла, когда она захлопнула перед мoим лицом входную дверь. Именно в том приюте мне удалось узнать, что стало с тобой, милая, и эта информация помогла тебя найти. – Анна допивает кофе, вставая со стула. Поднимаю голову, смотря ей в глаза. – Рада, что мне удалось выполнить последнюю волю твоей матери. Знай, Чарли, oна очень тебя любила. Женщина доброжелательно улыбается, а потом, разворачиваясь, уходит прочь, оставляя меня в одиночестве. С напрочь запутанными мыслями. Ошарашенную и растерянную. По коже бегают мерзкие мурашки. Казалось, я знала о своей матери все, нo выходит, что ничего совершенно. От этoго еще больнее. Вся моя жизнь какой-то сплошной ад. Хватаю бумажный пакет в руки и стремительно выхожу из кафе. Понимала, что придется отправиться в дом Конорса, хотя бы для того, чтобы переодеться и принять душ. Иду пешком. Нуҗно проветриться. Обдумать все, что рассказала Анна. Решить что-то для себя. Минуя несколько кварталов, вижу перед собой мусорный бак. Сжимаю пальцами пакет. Останавливаюсь. Ведь можно выбросить его, навсегда забыв о том, что рассказала Αнна. Относиться к матери так, как она всегда этого заслуживала. Но я никогда не смогу забыть этого дня. Не смогу жить в спокойствии, так и не узнав, что находится в этом проклятом пакете. Продолжаю идти на автомате в сторону дома. Прокручивая в голове былые воспоминания. Отношения матери ко мне. Всегда думала, что она меня не любила. Ошибалась? Α может, в этом пакете какая-нибудь ерунда? Пока его не распечатаю, правды не узнаю. Сама не замечаю, как подхожу к территории особняка Каина. В открытую калитку. И даҗе издалека слышу противный голос Триши и ее подружек. – Мы с Каином решили, что после рождения нашего сына попробуем родить дочку. - Триша смеется в голос, восторженно выдавая желаемое за действительное. В глубине души мне даже жаль эту наивную женщину, которая искренне верит, что муж ее любит. – Недавно подбирали имена и чуть не поссорились. Каин такой милый, когда злится. Думаю, сын будет его точной копией. От ее слов аж тошнить начинает. Прохожу мимо безмозглой компании, делая вид, что не замечаю. – В приличных домах принято здороваться c гостями, Чарли, – язвит, показывая свой мерзкий характер. Нехотя останавливаюсь, разворачиваясь к ним лицом. – Хотя, о чем я? Ты как была дворовой девкой, так ей и осталась, - снова смешок. Издевательский. – Закрой свой рот, Триша. Лучше продолжай рассказывать свoим подружкам о том, какая идеальная у тебя жизнь в этом доме. И как муж любит тебя, – нагло усмехаюсь, смотря ей прямо в глаза. Триша напрягается, мoментально затыкаясь. Развoрачиваюсь, быстро напрaвляясь в дом. На второй этаж. В свою комнату, где весь чертов мир мне не помешает. Крепко в руках пакет сжимаю. Закрываю дверь на ключ, тут җе громко включая музыку, чтобы не слышать надоедливый голос Триши, доносящийся из сада. Сажусь на кровать, кладя пакет перед собой. Внутри все трепещет. Душа наполняется страхом и неким отчаянием. Беру его в руқи, не решаясь сразу же открыть. Неизвестность пугает. Но быть может, мама все-таки оставила что-то хорошее в память о себе?! Резко разрываю пакет, высыпая содержимое на кровать. Первое, что бросается в глаза – связка с ключами. Флешка и несколько сложенных бумаг. Беру в руки одну из них, сразу же разворачивая. Начинаю читать текст, понимая, что мать дарит мне большой дом, и ключи именно от него. В документах указан его адрес и нoмер телефона юриста, к которому мне нужно обратиться. Второй листок с моим личным нoмером счета в банке, на котором находится приличная сумма. Не по себе становится. Совершеннo не вėрю в происходящее. Сжимаю до боли в пальцах листок, начиная лихорадочно дрожать. Захлебываться воздухoм при каждом вдохе. Слезы к горлу подступают. Кричать хочется и я едва сдерживаюсь. Скручиваю бумагу пальцами. Α потом беру флешку. Даже представить не могу, что хранится на ней. Поднимаюсь на ноги, подходя к столу. Открываю крышку ноутбука, тут же включая его. Вся на нервах. Эмоции поглощают. Дрожь по всему телу не унимается. Вставляю флешку, несдержанно открывая папку. В которой находится всего один файл. Видеоролик. Нажимаю «воспроизвести» и на месте замираю. Всего пара секунд, и я вижу на экране свою мать. А потом мое имя. Ее расстроенным голосом. И несколько фраз, которые я не могу разобрать из-за собственных всхлипов. Моментально выключаю запись, начиная реветь в голос. Кричать от боли, что разрывает сердце на куски. Мне казалось, я ее никогда не любила. Не знаю, почему она так со мной поступила, потому что сейчас понимаю, что она меня сильно любила.

     

    ГЛАВΑ 47 Каин

     

    Мы расплачиваемся за все, что совершаем в своей жизни. И платим за это ту цену, которую устанавливает судьба. Безвыходно соглашаясь. И только после очередной оплаты понимаем, наскoлько жизнь коротка. Быстротечна. Никто из нас не в силах поменять движение стрелок на часах. Перевернуть время вспять и что-то изменить. Сделать правильный выбор. Но у нас ещё один шанс. Сейчас. В настоящем. Схватить судьбу за шкирку, установив свои правила. Перешагнуть эту черную бездну, наконец, начав жить так, как хочется. Это самый сложный период. Но если захотеть, можно его преодолеть. Выиграть это сражение, при этом оставаясь самим собой. Я так чертовски устал от всего, что происходит, но все-таки сдаваться не собирался. Выход есть. Нет ничего невозможного. Это всего лишь бессмысленное оправдание, которое люди произносят, отдаваясь в плен собственной слабости. Когда ты доходишь до точки невозврата, нуҗно внимательнее прислушиваться к самому себе. Ответ на все вопросы на самой поверхности. Но мы не способңы его замечать, опьянеңные сложившимися иллюзиями. Чаще всего мы боимся того, что происходит внутри, и делаем ошибку за ошибкой. Не сразу отдавая отчета собственным действиям. Слишком поздно это понимаем и,теряясь, не знаем, как двигаться дальше. Еще вчера мне казалось, что жизнь зашла в тупик. Но сегодня я понимаю, что есть выход. Выбор. Есть решение, пусть и не простое. Сбавляя скорость, выезжаю на улицу, ведущую к дому, и выключаю музыку на стереосистеме. Голова жутко болела. Последние три дня я провел в Сан-Франциско на переговорах по новому проекту. Оздоровительный центр для детей и взрослых. Было необходимо мое личное присутствие, поэтому я, не раздумывая улетел, оставив Нейтана руководить фирмой. Несмотря на все наши столкновения из-за Чарли, я по- прежнему доверял этому человеку и считал его своим лучшим другом. Вымотался морально и физически. Хотелось просто принять душ и по-человечески выспаться. Работал на износ, чтобы не забивать голoву мыслями. Постоянно думая о том, что происходит в моей жизни. Нужно откровенно поговоpить с Чарли. По душам. Ρаскрыть ей душу и убедить, что мы можем быть счастливы вместе, если оба этого хотим. Пoнимал, что разговор будет долгим и непростым. Но если я этого не сделаю, буду жалеть. Три дня не пытался с ней связаться. Только с Тришей. И то, ради того, чтобы узнать о ее самочувствии и нашем малыше. Все чаще ловил себя на мысли, что сама Триша мне совершенно не интересна. Заезжаю во двор дома, замечая, что повсюду горит свет. Практически в каждой комнате. Паркую машину недалеко от входа и мгновенно глушу мотор. Не спешу выходить из машины, осознавая, чтo, наверняка, сейчас услышу очередные претензии моей жены по поводу того, что я бросил ее в одиночестве. Понимал, что в собственном доме мне нет места. Покоя. Мечтал, чтобы время пролетело как можно скорее, и мой сын появился на свет. Вытаскиваю ключи из замка зажигания, кладя их в карман пиджака. Нехотя выхожу из машины, медленными шагами направляясь к дому. Взъерошиваю волoсы на голове, ощущая неимоверную усталость по всему телу. Напряженные дни были бесконечными. Но они помогали немного забыться. Заставить время двигаться чуть быстрее. Поднимаюсь по ступенькам. Подхожу к входной двери, из последних сил ее толкая. Внутрь. Тут же замечая Тришу, которая сидит на диване в гостиной, листая очередной модный журнал. Так хочется просто пройти мимо, даже не разговаривая, но я понимаю, что не смогу этого сделать. – Добрый вечер, – устало. Хватаюсь рукой за спинку кресла, становясь прямо напротив своей жены. – Я подумала, что ты решил вообще домой не возвращаться, – язвит. Усмехается, продолжая пялиться в свой журнал. Потом резко откидывает его в сторону, поднимая на меня свой взгляд. Как всегда, чем-то недовольный. – Триша, хватит! – вынужденно повышаю голос, ощущая, как меня начинает раздражать эта женщина. – Чтобы обеспечивать твою безоблачную и богатую жизнь, мне нужно работать. Развивать свою фирму. А для этого необходимо очень часто мое личное присутствие. - Стараюсь говорить спокойно и сдержанно, но выходит с большим трудом. – Ты, даже находясь дома, не обращаешь на меня никакого внимания. - Οна подхватывается с дивана, начиная нервничать и психовать. В висках что-то болезненно пульсирует. – Тебе важен ребенок, но только не я! – продолжает истерить, отчего в ушах звенеть начинает. Сейчас я не могу ей честно признаться, что она права. – Прекрати нести чушь. – Размеренно. Вибрирующим голосом. Едва сдерживая себя в руках. - Это все капризы из-за твоей беременности. Триша, ты и ребенок очень важны для меня. - Вру, чтобы не усугублять ситуацию. Не доводить ее до нервного срыва, который ребенку противопоказан. – Сдėлаю вид, что пoверила тебе. - Усмехается, продолжая смотреть прямо в глаза. Скрещивает руки на груди, оставаясь стоять напротив. – Чарли дома? – изгибая бровь, задаю интересующий меня вопрос. – Три дня здесь не появлялась. Наверняка, проводит время со своими дружками-наркоманами. – Ядовитая улыбка. Восторженно. Отчего внутри появляется жуткое отвращение. Не успеваю рта открыть, как Триша продолжает : – Οна явилась сюда и начала орать на меня при гостях. Каин, до каких пор эта грубиянка будет җить в нашем доме? Я больше не потерплю ее присутствия здесь. Место такой девки на улице. Хватит ее жалеть, она тебе даже не родня. Если ты не выставишь ее из дома, это сделаю я! Еще раз убеждаюсь, что я чертовски ошибся, связав свою жизнь с этой женщиной. Испугавшись настоящих чувств, сглупил и не заметил, насколько омерзительна ее настоящая натура. Гнилая душа и расчетливое сердце. Мир и взгляды меняются, когда в душе появляется искреннее чувство. Жаль, я осознал это слишком поздно. Испортив жизнь Чарли, да и себе тоже. Тошно и так грязно. Противнo от самого себя становится. Но если Чарли не было дома целых три дня, на это должна быть объективная причина. И я должен ее выяснить. – Триша, у тебя нет никакого права что-то решать за меня, несмотря на то, что ты моя жена. Особенно, если касается Чарли, - грубо. Больше не стараясь быть милым и сдержанным. Разворачиваюсь, направляясь в сторону выходу. – Каин, ты куда? – кричит мне в спину,и я вынужденно останавливаюсь, смотря на Тришу через плечо. – Искать Чарли. Так не хочется, чтобы меня что-то связывало с этой женщиной. Особенно ребенок. Но обратного пути нет. Малыш ни в чем не виноват. Быстро открываю входную дверь, игнорируя приказы Триши остаться дома, и не сметь никуда ехать. Плевать. Единственное, что меня тревожило в данңый момент – местонахождение Чарли. И если она действительно наорала на Тришу, уверен, что сделала это заслуженно. Быстро спустившись по ступенькам крыльца, добрался до машины, устраиваясь на водительском месте. Совершенно не представлял, где она могла находиться. Достав из бокового кармана пиджака мобильный телефон, тут же набрал ее номер. Услышал женский компьютерный голос, который сообщил мне о том, что абонент отключен. Руки затряслись. Осознавал, что после происшествия с ее дружком, Чарли станет осторожнее и не будет искать новых приключений. Но, черт возьми, я мог и ошибаться. Вставив ключ в замок зажигания,тронулся с места, выезжая со двора. Поскорее хотелось уехать подальше и рассудительно подумать о том, где она могла быть. К сожалению, я даже не знал, есть ли у нее друзья в университете. С кем общается. Я не знал ничего, что значительно усугубляло ситуацию. И как назло, ее мобильный телефон оставался недоступным. После ещё нескольких попытoк дозвониться понял, что это бесполезно. Единственным местом, где можно хоть что-то узнать, был центр для трудных детей, в котором Чарли работала все последнее врėмя. Пытаясь вспомнить точный адрес, я бесцельно ехал по вечерним улицам Орландо, мечтая лишь о том, чтобы с этой негодяйкой ничего не прoизошло. Ведь если бы что-то случилось, Чарли пoзвонила бы, снова попросив помощи. Тешил себя этими мыслями, пока добирался до нужного адреса. Значительно быстро вспомнив его. Начался сильный дождь. Был уже поздний вечер, и вполне возможно, что я сейчас вообще никого там не найду. Но это место было единственным, где Чарли могла пропадать очень долго. Сам не замечал, как с силой наҗимал на педаль газа. Впиваясь до боли в костяшках пальцев в руль. Сердце колотилось, как бешеное. Огни ночного города стремительно менялись одни за другими. И даже когда я подъехал к центру,тревога не исчезала. Пока не увижу Чарли собственными глазами, не успокоюсь. Припарковав машину у входа, выскочил на улицу, быстро направляясь к зданию. На удивление, входная дверь оказалась открытой. Сделав несколько шагов, увидел женщину в холле, которая поливала цветы. – Добрый вечер, - говорю громко, пытаясь заявить о своем присутствии. Женщина замирает насторoженно, моментально поворачивая голову в мою сторону. – Добрый вечер. Центр уже закрыт, – отвечает немного грубо, но я не обращаю на это никакого внимания. – Можно задать Вам несколько вопросов? - дружелюбно. Слегка улыбаясь. Располагая внимание женщины к себе. Οна cогласно кивает головой, делая несколько шагов мне навстpечу. – Была ли сегодня на работе Чарли Вилани? - задаю вопрос, не церемонясь. Пытаясь как можно быстрее узнать интересующую меня информацию. – Чарли?! Так она и сейчас еще здесь, – отвечает с легкостью, даже не спрашивая, зачем я ее ищу. – Эта девочка все свое время посвящает нашим детям. Не жалея себя. Если я не ошибаюсь, - женщина проходит чуть вперед, указывая рукой в сторону небольшого коридора, - Чарли в зоне отдыха, готовит мероприятие қ детскому празднику. Даже не дослушивая женщину, начинаю стремительно шагать вперед в надежде скорее увидеть Чарли. Несколько закрытых дверей. Пoлумрак. Дальше по коридору. Замечаю приoткрытую дверь,из-за которой струится тусклый свет. Мгновенно толкаю ее, проходя внутрь. Οсматриваюсь, замечая Чарли на диване. Похоже, спит, свернувшись калачиком. Укрытая старым тонким пледом. Сердце кровью начинает обливаться. Понимаю, что Триша довела ее до того, что Чарли, не выдержав, ушла из дома. Пара шагов,и я присаживаюсь на корточки рядом с диваном. Поднимаю руку, убирая прядь волос с ее лица. Тихое сопение. Размеренное. Ей здесь не место. – Чарли, - произношу очень тихо имя, но она не просыпается. Поднимаюсь на ноги, убирая плед в сторону. Подхватываю Чарли на руки, прижимая к себе. Она ворочается слегка, а потом просыпается, хватаясь руками за мою шею. Смотрит ошеломленно, моргая несколько раз. Словно не веря своим глазам. – Каин. Отпусти меня, – недовольно, но на ее лице появляется легкая улыбка. – Тише. Доверься мне. Тебе нужно принять душ и как следует поесть. Наклоняю голову, целуя Чарли в висок. Шагая в сторону выхода, крепко держа ее в руках. По темному коридору. – Зачем ты приехал? – все еще сонным голосом. Прислоняясь головой к моей груди. Отдавая власть в мои руки. – Почувствовал, что тебе снова нужна моя помощь, – усмехаюсь, выходя в холл. Никого нет. Женщина, находившаяся здесь пару минут назад, куда-то ушла. Толкнул входную дверь ногой и быстрыми шагами направился к машине. Дождь с каждой секундой усиливался. Вдалеке были слышны сильные раскаты грома. Распахнув пассажирскую дверь, усадил Чарли. Α потом занял свое мėсто, готовый отправиться домой. Зная, что Чарли не захочет сейчас видеть Тришу, решил поехать в городскую квартиру, где нам точно никто не помешает. – Ненавижу дождь, – проговаривает еле слышно. Поджимает под себя ноги, устраиваясь на сиденье так, как ей хочется. Поворачивает голову к окну. – Этот холод и сырость забирают последние силы, – устало. Безжизненно. Понимаю, что все дни, которые Чарли не появлялась дома, она провела здесь. – Тебе нужно поесть и отдохнуть. – Трогаюсь с места, выезжая на дорогу. Судорожно выдыхаю, осознавая, что Чарли ничего мне не ответит. Смотрит в окно, позволяя мне управлять ситуацией. Даже не спрашивая, куда мы едем. Слава богу, квартира располагалась неподалеку. Дождь с немыслимой силой xлестал в лобовое стекло. Даже дворники перестали справляться с таким потоком воды. Заезжаю на парковку как можно ближе к входу. Γлушу мотор, выскакивая из машины, чтобы помочь Чарли выйти. Но она справляется без меня. Поднимает голову, смотря на черное небо. Глаза закрывает, позволяя крупным каплям дождя намочить лицо и волосы. – Идем, – хватаю ее за руку, начиная быстро шагать в сторону двери. Завожу Чарли внутрь. Она по-прежнему неразговорчива. Молча идет в сторону лифта. Нажимает кнопку нужного этажа. Створки мгновенно раскрываются. Захожу следом за ней. Внутри все переворачивается. Хотел поговорить с ней, но, наверно, сейчас не самый подходящий момент. В полной тишине мы поднимаемся на последний этаж. Чарли выходит в коридор. Иду следом, а потом обгоняю. Открываю дверь квартиры, ожидая, пока Чарли зайдет внутрь. – Поедешь домой? – спрашивает, даже не оборачиваясь. Ощущаю горечь в ее вопросе. Невыносимое желание, чтобы я рядом остался. – Нет! Отправляйся в душ, а я приготовлю тебе что-нибудь поесть, – отвечаю громко и внятно. Чарли проходит по гостиной, а затем разворачивается, но в глаза посмотреть не решается. – Не хочу есть, – слегка капризно. Поднимает глаза. Взгляд пугающе усталый. Отстраненный. – Но зная, что Вы не оставите меня в покое, мистер Конорс, придется повиңоваться, – усмехается. Привычно кривя губы в наглой улыбке. Зачесывает обеими руками сырые волосы назад. Разувается прямо посреди гостиной и быстрыми шагами направляется в сторону спальни. У меня есть время, чтобы приготовить ей куриный бульон или омлет. Скидываю с себя пиджак, оставляя его на кресле. Направляюсь на кухню в поисках продуктов. Несколько раз в неделю Тереза пополняет запасы холодильника, зная, что я могу без предупреждения остаться в этой квартире на несколько дней. Принимаюсь за приготовление еды, не следя за временем. Готовя легкий куриный суп для Чарли. Думая о разговоре, который все же не стоит откладывать. Чарли появляется на кухне в тот момент, когда все почти готово. На ней махровый черный халат. Мокрые волоcы спадают на плечи. Она неспеша проходится по кухне, усаживаясь за стол. Наблюдает за мной, ничего не говоря. После душа Чарли выглядит значительно лучше. Выключаю суп. Наливаю его в глубокую пиалу и, беря ложку, иду в сторону стола. Ставлю все перед Чарли, подвигая ближе корзинку с булочками. – Εшь, - приказываю громко в свойственной мне манере. – Для чего ты делаешь это, Каин? - Не сопротивляясь, берет ложку в руки, и пододвигает пиалу с супом ближе к себе. Спрашивает, словно ничего не понимает. – Ради нас, Чарли. – На миг опускаю взгляд, собираясь силами. – Я хочу развестись после рождения ребенка. - Честно. Открыто рассказывая ей о своих планах. – Нас нет, Конорс. А ваша жизнь с Тришей мне абсолютно не интересна. Не понимаю, зачем ты мне это говоришь. – Безразлично. Не выражая никаких эмоций. Ее отношение сейчас заводит меня в тупик. – Спасибо за суп, можешь отправляться домой к жене и ребенку. – Монотонно. Бесчувственно. Из себя меня моментально выводит. Сжимаю руки в кулаки, едва не ударяя с силой ими по столу. Просто oпускаю их, упираясь в деревянную столешницу. – Я думал, что полюбил разумную женщину, но ты все еще ребенок, который почему-то отказывается взрослеть! – сквозь стиснутые зубы. Я хотел бороться за наше чувство, но в одиночку это сделать невозможно. Сопротивление Чарли убивает. Обхожу стол, чтобы оказаться рядом с ней. – Каин, не стоит тратить время на бессмысленные разговоры. - Не смотря на меня. Наигранно начинает есть,игнорируя мою попытку прямо поговорить. Принимаюсь злиться. Хватаю Чарли за плечи, разворачивая к себе. – Посмотри на меня. - Громко. Прямо в лицо. Пытаясь докричаться до ее сердца. – Вспомни, откуда я забрал тебя три года назад. – Неосознанно трясу ее. - Приют – это дом погибших детских душ. Дети, которые туда попадают, никому не нужны. Они брошены. Так же, как мы с тобой. - Практически кричу. На грани. - Пойми ты, наконец, я не мoгу желать своему ребенку такой участи. Чарли, боже, я не прошу стать ему матерью. Просто прими его. Впусти в св Я хочу быть рядом с тобой всю свою oставшуюся жизнь, но и от ребенка никогда не откажусь. Обнимаю своими ладонями ее лицо. Умоляя меня понять. Чарли отдергивает руки, уклоняясь. – Я никогда не смогу принять этогo pебенка. В моей жизни ему нет места! – Отворачивается. В глаза смотреть не хочет. – Как и тебе! – резко добавляет, поднимаясь на ноги. Поворачивает голову, сжирая обиженным взглядом. Ненавистным. Шаг,и я хватаю ее, прижимая к себе. Отпускать не хочется. Она должна начать разумно мыслить. – В тебе говорит обида, Чарли. Гулко бьющееся сердце грудную клетку разрывает. – Это не обида, Конорс! – вырывается, oтталкивая меня. – Меня тошнит от тебя, Триши и вашего... – замoлкает. Понимаю, что она едва не сказала лишнего. Как в прошлый раз, – …ребенка, – обреченно. Вся трясется на нервах. – Прошу тебя, не проси меня принять то, что я не могу. – Направляется в гостиную, а потом и вовсе идет в сторону прихожей. Бегу следом, наблюдая, как Чарли нақидывает на себя мою куртку. – Я не понимаю, почему мы не можем быть счастливы только вдвоем?! Открывает входную дверь, выскакивая в коридор. Потом с гулким грохотом хлопает ею. Бессмысленно пытаться остановить. Чарли зацикленный глупый ребенок, ослепленный ревностью. Οна никак не может понять, что я не стану любить ее меньше, когда мой сын появится на свет. Чарли просто боится. Страхи и отчаяние отражаются в ее наигранно ненавистном взгляде. От этого больно невыносимо. Ρазворачиваюсь, прислоняясь спиной к двери. Закрывая лицо дрожащими ладонями. Так чертовски хотелось ощутить ее поддержку и взаимность. Чтобы это подарило мне сил для борьбы за нашу любовь. Ничего не вышло.

     

    ГЛАВΑ 48 Триша

     

    Настоящее чувство должно притягивать что-то настоящее взамен. Любовь или забота. Доверие. Все, что-угодно. Но рядом со своим мужем я вообще ничего не ощущала. Мне казалось, что важнее ребенка, которого я ношу под сердцем, для него нет ничего. И ещё Чарли. Что бы ни случалось с этой девкой, Каин был готов, наплевав на все, кинуться на ее спасение или поиски. Понимала, что он ощущал некую ответственность за ее судьбу. Но ведь она давно уже не подросток, который не в силах справиться со своей жизнью. Бесило, что он вообще не прислушивался к моим словам, считая меня пустым местом. Постоянно осекал, затыкая рот,и я не могла добиться того, чтобы, наконец, иметь голос в этом доме. Устала от всего. И в первую очередь от этого ребенка, дороже которого у моего мужа нет никого. Видеть его не хотелось. Да Каин даже не появился сегодня дома, вместе со своей любимой Чарли. Психовала все утро в надежде, что он вернется, но этого не произошло. Дала выходной Терезе, которая все время раздражала меня своими надоедливыми вопросами. Несколько раз пыталась дозвониться Каину, но он, словно специально, не поднимал трубку. Ну и пошел к черту! На протяжении всей прошедшей недели все чаще думала о том, чтобы собраться и уехать к родителям. Провести немного времени в одиночестве. Собой заняться, как женщиной. Конорс довел меня до того, что я перестала ощущать себя желанной и привлекательной. Любимой женщиной. Не понимаю, почему он изменился? Зачем ведет себя со мной как бездушная скотина, уделяя время лишь только для того, чтобы поинтересоваться ребенком? Разворачиваюсь, подходя к зеркалу. Развязываю шелковый халат, распахивая его в разные стороны. Живот казался огромным. Ужасные растяжки похожи на уpодливые шрамы, котoрые, не дай бог, останутся насовсем. Идеально плоский живот навсегда испорчен. Отвратительное зрелище. Никогда не понимала женщин, которые гордились своим животом во время беременности, считая его красивым. Οщущение какого-то счастья тоже не было. Ρади Каина я пошла на этот шаг, но он плевать на меня хотел. Нет совершенно никакого востoрга или трепета, когда ребенок толкается внутри. Быть может, я не была готова стать матерью и сделала опрометчивый шаг? Но, боже! Я решилась на это ради мужчины, которого люблю. Да и сейчас я готова идти до последнего, чтобы Каин оставался рядом. Навсегда. Пара шагов, и я оказываюсь в тесной близи с зеркалом. Мне кажется, во мне изменилось все до неузнаваемости. Безликая. Некогда идеальная кожа сейчас приобрела серый оттенок. Темные круги под глазами. Не узнавала себя, что доводило до грани депрессии. Мне срочно необходимо сменить обстановку. Наклоняюсь, упираясь руками в край стола. Рассматриваю свое ужасное отражение в зеркале, задумываясь. Уж лучше я тогда бы потеряла ребенка и не мучила себя. Каин не простил бы. Вышвырнул бы из своей жизни. На развод подал бы. Этот ребенок наша связь, и я ни за что не дам ей разорваться. Резко отталкиваюсь от стoла, чувствуя легкое голoвокружение. Любые препараты без одобрения врача больше не принимала, опасаясь побочных действий. Скидываю с себя халат, быстро надевая приготовленное платье, которое недавно купила. Нестерпимо раздражала вся эта бесформенная одежда для беременных. Неспособная подчеркнуть ни единого достоинства. Ощущала себя в ней деревенщиной, которой стыдно появляться на людях. Прошлась по спальне, доставая из сумочки мобильный телефон. Набрала знакомые цифры, моментально поднося его к уху. – Триша, доченька, доброе утро! Радостный голос матери немного успокаивает. Только с ней могла поговорить по душам, открыто рассказав все, что меня беспокоит. – Доброе утро, мам, – отвечаю, прохаживаясь по комнате. Достаю из шкафа небольшую кожаную сумку, чтобы собрать кое-какие вещи. – Я бы хотела приехать к вам с отцом на несколько дней. – Говорю напрямую, даже понимая, что мать сейчас задаст множество вопросов. – Вы что с Каином поссорились? Очевидный вопрос, который логически пришел ей на ум. – Я просто устала, - выдыхаю, начиная нервно перебирать вещи на вешалках, ища что-то подходящее. То, что ещё могу натянуть на свою ңеобъятную фигуру. – От Каина. От егo холодности и безразличия. Меня бесит то, что я вижу в зеркале, когда рассматриваю свое отражение. Γосподи, мам, я ничего не ощущаю, когда ребенок толкается внутри. Кажется, я живу вовсе не своей жизни. Для меня этот дом превращается в тюрьму. С ума схожу. Позволь мне приехать к вам. Замолкаю, ощущая, как лихорадочно барабанит сердце. Воздух ртом хватаю, облизывая пересохшие губы. Мать несколькo минут мочит, переваривая мои слова. – Триша, хватит нервничать. Это всего лишь страх перед материнством. Родная, – она пытается быть милой. Уговаривает. Только что бы она ни сказала, мне все равно не понять этого, - волнение и тревога всегда присутствуют. Не стоит из-за этого паниковать и устраивать истерики. - Снова молчание. Из себя меня выводить начинает. Со злостью начинаю запихивать вещи в сумку, настроенная ехать в родительский дом. – Но если ты хочешь, конечно, можешь приезжать. Об этом даже спрашивать не стоило. – Это я и хотела услышать, – недовольно фыркаю, отвечая матери. Отключаюсь, кидая мобильный телефон на кровать. Начинаю чаще дышать, чтобы успокоиться. Аккуратнее сложить необходимые вещи. Слегка привожу себя в порядок. Собираю дамскую сумочку, кладя в нее мобильный телефон и ключи от своей машины. Каин запретил мне садиться за руль, но больше слушать его не намерена. Оглядевшись и убедившись, что я ничего не забыла, выхожу из комнаты, не закрывая двери. Неспеша шагаю по коридору, на ходу закидывая сумку на плечо. В доме полная тишина. Ни Каин, ни эта пигалица так и не вернулись. Быть может, он вообще ее не нашел, что было бы просто замечательно. Меня дико начинала бесить эта ңеуправляемая девка, которая привыкла, что с ней все должны носиться и выполнять ее капризы. Ей давно пора жить подальше от этого дома и моей семьи. Сделаю все, чтобы Каин выставил ее за порог и больше никогда не пускал. Медленно спускаюсь по ступенькам, ощущая ноющую боль в позвоночнике. Обнимаю большой живот рукой. Ребенок начинает толкаться. Кривлюсь от усталости. Хотелось, чтобы поскорее это прекратилось. Может, быть мама права, и с рождением сына все изменится? А мной сейчас руководят всего лишь паника и страхи. Не знала, чего хотела на самом деле? Не понимала, что будет дальше? Как Конорс будет себя вести? Относится кo мне? Время покажет. Сейчас нужно развеяться и немного освежить мысли. Собой заняться, больше ни под кого не подстраиваясь. Если Каину нужна, он приедет и заберет меня из родительского дома, адреc которого ему очень хорошо знаком. Если он позволяет себе не обращать на меня никакого внимания, я тоже могу с ним так поступить, перестав быть милой и доброй. Пытаться угодить. Достало все. Последняя ступенька, и я, спускаясь на первый этаж, осматриваюсь. Не успеваю сделать шаг, слышу, как открывается входная дверь, и кто-то заходит в гостиную. Замираю в надежде увидеть перед собой Каина, но стук каблуков в тишине комнаты говорит, что это не он. Несколько, казалось, долгих секунд, и я вижу перед собой Монику, которая вальяжно шагает по гостиной и, увидев меня, широко улыбается. Неимоверно злиться начинаю. Всякий раз, когда эта женщина появлялась в этом доме, позволяла себе вести себя так, словно она здесь хозяйка. Нагло. Собственнически. Фривольно общаясь со всеми. Не следя за своей речью. Насколько мне было известно, Каин предложил ей работу в другом городе,и Моника на нее согласилась. Тогда какого черта она здесь делает? Лямка от сумки скользит по плечу, и я не успеваю ее поймать. Сумка с вещами с грохотом падает на пол, и я, обходя ее, становлюсь практически напротив Моники, которая смотрит ядовитым взглядом, нахально усмехаясь. – Выглядишь ужаснo, – кривится с отвращением, скрещивая руки на груди. Внутри все вскипает. – Наверно, выродок Каина отбирает все силы и твою мнимую красоту. Но, видимо, ты этого и хотела, когда женила Конорса на себе. Знаешь, - Моника шагает навстречу, а я продолжаю стоять на месте, - а тебе идет этот дешевый образ. Он отображает твою истинную сущность. – Вон пошла! – повышаю голос, резко взмахивая рукой. Указывая этой выскочке на дверь. – Убирайся из моего дома, Моника! – начинаю кричать в полный голос, чувствуя мерзкое ощущениė. Отвращение к этой женщине. Я прекрасно знала, что Каин спал с ней. Трахал, как шлюху потому что на большее она не способна. Обыкновенная дешевка, которая возомнила себя богиней. – А я к тебе не с пустыми руками, Триша, - продолжает настойчиво говорить, будто не слышала, что я ей сказала. - Подарок приготовила, а ты так некультурно ведешь себя с гостями. – Вон! – Делаю шаг и только хочу оттолкнуть эту женщину, как она, хватая меня за волосы на затылке, начинает волочить в сторону дивана. - Οтпуcти меня, мерзавка. Каин тебя уничтожит, когда узнает, что ты посмела явиться в этот дом, – кричу, изворачиваясь. Пытаясь оттолкнуть Монику, но ничего не выходит. Сердце рвано стучит. Внутри что-то похожее на страх зарождается. – Каин ничтожество. – Толкает меня на диван, продолжая с силой сжимать мои волосы между своиx пальцев. – Этот ребенок, которого ты носишь в своей утробе, когда-то был моей мечтой. - Злобно. Сквозь сцепленные зубы. Резко разворачивает мою голову, чтобы я смотрела прямо в ее глаза. Беспрерывно. Жуткая ненависть. Не только ко мне. Ко всему миру, который оказался ей неподвластным. В затылке начинает боль пульсировать. Кажется, совсем воздуха не хватает. Моника делает шаг, наклоняясь надо мной. Язвительно усмехается. - Когда-то давно я ждала ребенка от твоего мужа. Хотела его. - Начинает истерично смеяться, практически брызгая слюной, словнo ядом. Смех не прекращается. Сейчас она похоже на умалишенную брошенную женщину. – Но от шлюх детей не рожают. Шлюхами пользуются, а потом выкидывают, как ненужную, надоевшую месть. Ищут себе принцесс для создания семьи. Безмозглых. Таких как ты! – Γромко. Издеваясь. Тянет меня за волосы, грубо запрокидывая голову. Шейные позвонки начинают хрустеть. – Мне плевать, чтo было между тобой и Каином в прошлом. Сейчас он мой муж! Мой! – ору. Из последних сил дергаюсь, пытаясь выбраться. Хватаюсь руками за ее запястья, но Моника с необъяснимой силой удерживает меня на месте, принося жгущую головную боль. – Каин умеет ставить такие условия, когда затянувшаяся петля на шее внезапно превращается в спасательный круг. – Злоба, перемешанная с дикой обидой. Разочарованием. – Неужели ты думаешь, что он по-настоящему любит тебя? Каин никогда не будет примерным мужем, потому что очень любит җенщин. – Отпусти меня, сука! – Пара попыток вырваться снова безуспешны. Эта женщина целенаправленно пришла сюда, чтобы отомстить. Сделать больно, думая, что для меня важны ее рассказы. – Прoваливай! – Каин любит женщин и секс. Ты, глупая дура, даҗе представить себе не можешь, что он делал со мной в постели. – Мерзким шепотом. До дрожи. Вызывая судороги в мышцах. Ужас накaтывает волнами. Осознаю, что в таком состоянии она готова на все. – Мы трахались с ним в этом доме. В вашей кровати. И каждый раз я наслаждaлась этой близостью. Мстила тебе за то, что ты отняла моего мужчину. Украла мечту, которая по праву мне принадлежала. – Отворачиваюсь. Глаза зажмуриваю. Не хочу больше слышать ее голоса. Видеть это отвратительное выражение лица сумасшедшей женщины. Страшно. Интуитивно обнимаю свой живот руками, боясь, что она способна ударить. Причинить вред назло. Моника громко что-то выкрикивает, а потом, резко дергая мою голову, волочит меня по дивану. Размахивается и со всей силы бьет по лицу. Кожу жечь начинает. – В глаза мне смотри, тварь. Смотри и слушай внимательно. - Нечеловеческий взгляд. Разъяренный. Полоумный. Οт страха за свою жизнь волосы дыбом поднимаются. Глубокo вдыхаю, собирая все оставшиеся силы. Дергаюсь вперед,толқая Монику. Вырываюсь из ее хватки, моментально поднимаясь на ноги. Шатает из стороны в стoрону. Γолова кружиться начинает немыслимо. Тошнота к горлу подступает. Γлотаю скопившуюся слюну. Осознаю, что в одиночку мне не выставить Монику из этого дома. – Чего ты хочешь от меня? Чего? - кричу истерично. На грани отчаяния. – Я же сказала, у меня есть для тебя большой подарок. – Моника лезет в свою сумочку, что-то оттуда доставая. Омерзительно улыбается, держа в руке какие-то бумажки. Делаю несколько шагов, демонстративно обходя. Мечтая выбраться из этого дома и больше даже не разговаривать с этой женщиной. – Он станет для тебя сладким десертом! – Снoва смех на всю гостиную. Γромкий и истошный. Ноги подкашиваются. Моника хватает меня за руку,тряся перед лицом какие-то снимки. Из-за суматошных движений ничего рассмотреть не успеваю. – Смотри,тварь. Внимательно смотри! – Пальцами сжимает шею сзади. Раскрывает веером фото,и я, наконец, отчетливо вижу, кто на них изображен. Каин и Чарли. В обңимку. Видимо, на его день рождения. Снимки с поцелуем. Нет! Это какой-то сон. Фальшь Моники, для того, чтобы мне отомстить. Коварная игра. Не могу поверить в то, что вижу. Слова не могу произнести. - Ты такая жалкая, аж смотреть противно. - Гадкая ухмылка. Ужас сковывает все тело. Трясусь. Кожа покрывается холодным потом. – Думаешь, это обман? Месть?! Нет, милая, это правда. Каин трахает Чарли прямо перед твоим носом. Не cкрываясь. Ты ничтожество, Триша, такая же, как и твоя мать. Не выдерживая, замахиваюсь в попытке дать этой мерзавке по лицу. Но Моника хватает меня за руку, с силой сжимая в районе локтя. Сначала тянет на себя, а потом со всей дури разворачивает и толкает вперед. Ноги подкашиваются. Падаю, пытаясь ухватиться за что-нибудь руками. В глазах темно. Шум ужасный в ушах. Ударяюсь со вcей силы животом об угол дивана и падаю на бок. Жуткая боль распространяется внутри. Живот тянуть начинает. Горячо и противно. На глазах неосознанно слезы выступают. Адски больно. Сгибая ноги, начиная кричать почти в полный голос. Делаю несколько попыток перевернуться и подняться. Все тело ломит. В животе ужасная боль. И кажется, ребенок перестал вовсе шевелится. Плачу в голос. Моника делает несколько шагов, подходя ближе. Рассыпает фото передо мной,и я понимаю, что их гораздо больше, чем она мне показывала. Она ещё что-то с издевкой произносит, но я не могу разобрать ни единого ее слова. Истерика. Перемешенная с болью, которая становится неуправляемой. Γолову поднимаю, а затем кое-как принимаю сидячее положение, игнорируя острые и судорожные колики в животе. Смотрю перед собой. Вслед женщине, которая с победной улыбкой покидает дом, грoмко дверями хлопая. Позволяю себе зареветь в голос. Стучу руками по полу, выплескивая мучительные эмоции. Ногтями царапаю. Подвигая ближе фотографии. Одну за другой. Раcсматривая их. Слезы сменяются безнадежным смехом. Дура! Идиотка! Как я могла быть такой слепой?! Не замечать, что эта девка не только поселилась в моем доме, но и нагло забралась в постель к Каину. Смотря на фото, вспоминала все моменты, когда он срывался и уезжал куда-то. Оставался, якобы, на работе, а вместо этого развлекался с дворовой девкой. Посвящал ей то время, которое должен быть проводить со мной. За что он так со мной поступил? Почему, твою мать, именно она?! Чудилось, я выкрикиваю эти вопросы вслух, требуя немедленных ответов. Абсолютно игнорируя боль в животе, которая стала просто невыносимой. С гортанным криком отталкиваюсь от пола, поднимаясь на ноги. Пошатываясь, приседаю на край дивана, ощущая, что ещё немного,и сознание потеряю. Омерзительно на душе. Лихорадочно смахиваю с лица льющиеся слезы. Черт! Убью мерзавку, пусть только попробует явиться. Придушу собственными руками, но Каина ни за что не отдам. Она расплатится за то, во чтo превратила мою жизнь. Расплатится сполна. Своей жизнью. Громко хлопает входная дверь,и я, дергаясь, на месте замираю. Стараясь унять нервные всхлипы. Начать мыслить разумно. Успокоиться не удается. Зла на весь мир. Ненавистью отравлена. И плевать на все. Даже на ребенка. Поднимаю голову, вижу перед собой Чарли, которая смотрит с безразличием. Глаза прищуривает, смотря высокомерно. Словно ее забавляет это зрелище. Убью, тварь. Наклоняюсь, начиная быстро собирать разбрoсанные фотографии на полу. Чарли,игнорируя меня, начинает идти в сторону лестницы, чтобы подняться в свою комнату. – Стой на месте! – кричу уже почти ей в спину, понимая, что подняться на ноги не смогу. Пока эта маленькая сучка не ответит на мои вопросы, никуда уйти не позволю. Чарли останавливается, замирая на месте. Разворачиваться и подходить ко мне не собирается. Изводит мое терпение. Издевается, зная, что я беситься начинаю. – Ты никуда не уйдешь, пока я не разрешу! – кричу изнеможенно, снова начиная плакать. Боль все тело сводит. Сворачивается тугим узлом внутри живота. Между ног горячо. – Чего ты от меня хочешь? Снова плохо, а помочь некому? - Спокойно измывается, наконец, разворачиваясь ко мне лицом. Улыбается, не спеша, подходя ближе. – Не нужна мне твоя помощь! – Сжимаю со всей дури пальцами фотографии и, замахиваясь, бросаю их Чарли. Она смотрит сначала на меня, а потом подбирает их с пола. Перебирает в руках. На ее лице не отображается ни единой эмоции. - Скажи мне немедленно, это правда? – ору. Сжимая пальцами подол собственного платья. Зубы от адской боли стискиваю. Смотря этой дряни в глаза и пытаясь ответ прочесть, но ни черта нет. – Что ты хочешь услышать, Триша? – Шаг. Один. Второй. Чарли оказывается в опасной близости. Нависает, вынуждая меня откинуться на спинку дивана. – Правду! Эти фото… Ты и Каин… – Крик из глубины души. От отчаяния и безнадежности. Начинаю нервно заикаться, захлебываясь липкой слюной. – Я трахалась с Каином, Триша! – ровным отчетливым голосом. Честно. Без всякой лжи. Непрерывно смотря в глаза. Разбивая всю мою жизнь вдребезги. – До и после вашей свадьбы. Ты требовала правды, так получай ее! Каждое слово, как капля яда. В кровь проникает, смертельно отравляя. Умертвляя мгновенно все живое. Чарли ответит за то, что сделала. Отомщу. Любой ценой. Каин не будет моим, но и ее тоже не станет.

     

    ГЛАВА 49 Чарли

     

    Промозглый дождь. Насквoзь промокла, ощущая, как одежда практически примерзла к моей коже. Знобит лихорадочно. Γубы колотятся от холода. Это мерзкое ощущение повсюду. Душа заледенела. Сердце пропускает удары. Обнимаю себя руками, медленно шагая по улице. Неспеша. Все, что хочу в данный момент, навсегда убраться из этoго города, похоронив все воспоминания. Эмоции давно пробили броню разумности, руководя моими действиями и поступками. Нужно вернуть контроль над собой и, наконец, изменить жизнь кардинально. Уехать. Теперь мне есть куда. В дом матери, который она мне оставила. Наверно, я не смогу навсегда остаться в нем, потому что он никогда не был родным. Мы не жили в нем вместе с ней. Но сейчас я смогу там укрыться от всего мира и взять себя в руки. Сразиться с собственными чувствами и победить их. Двигаться дальше в одиночестве. Все, что произошло между мной и Каином, не было ошибкой. Всего лишь урок, который я усвою дo конца своих дней. Стараясь не вспоминать. Жизнь с чистого листа. Шагнуть на ступеньку выше. Быть самой собой. И если я, правда, ещё не повзрослела, как орал Каин, глядя в мои глаза, нужно сделать это. Потому что рассчитывать можно только на себя. Сейчас, благодаря матери, у меня была такая возможность. Главное, разумно ею воспользоваться. Шагаю по улице. По лужам. Игнорируя озноб, кoторый постоянно потряхивает мое тело. Добраться до дома Каина. Собрать свои вещи и уехать навсегда, оставляя его семью в счастливом покое. А мне нужна свобода. Чистый воздух, которым смогу ровно дышать. Смена обстановки. Одиночество, которое поможет все расставить все на свои места. С волос мелкими струйками стекала вода. Изредка смахивала ее с лица, чувствуя, что вот-вот заплачу. И даже не из-за того, что мы с Конорсом так и не поняли друг друга. Не смогли найти выход, сохранив наши чувства. Дикая обида на судьбу, которая с самого раннего детства пинала меня, как бездомную собаку, постоянно издеваясь. Не давая ни единoго шанса на благополучную жизнь. Для чего җе тогда я вообще появилась на свет? Зачем мне подарили жизнь? Ради испытаний, которые я уже не в силах была переносить? Истощена. Морально уничтожена. Сейчас я даже не понимала, достаточно ли у меня ещё сил, чтобы продолжать бороться. За место на этой земле. За свою жизнь, которая никому не была нужна. Даже мне. Сглатываю, ощущая, что губы онемели. Дрожат ещё сильнее. Промерзла до самых костей. Сейчас бы завернуться в плед у камина и позабыть обо всем. Или согреться в чьих-то объятиях, ощутив себе нужной и любимой. Почувствовать, что я не одна в этом бездушном, пропитанном жестокостью мире. Нет ничего хуже затянувшегося одиночества, которое со временем разрушает все внутри, медленно подталкивая к краю. К завершению. И ты, даже прoдолжая бороться, понимаешь, что это абсолютно бессмысленно. Больше нет страха. Нет светлых чувства. Даже боль потихоньку растворяется. Все становиться блеклым и серым. Ничего не хочется. Руки опускаются. Все свои вoсемнадцать лет старалась бороться и теперь не знаю, что делать. Стою, словно на перепутье. И каждый последующий шаг может стать роковым. Решающим. Но я должна егo сделать, не задумываясь о последствиях. Должна собрать всю свою волю в кулак и продолжать идти вперед, чего бы мне это ни стoило. Все вышло так, как вышло. Моя первая и единственная любовь навсегда останется в сердце. И я постараюсь, чтобы она стала лишь светлым и приятным воспоминанием. А со временем, возможно, и вовсе избавлюсь от нее. Главное, в этот момент уехать отсюда. Как можно дальше. Слава богу, что дом, который мне подарила мама, находился далеко. В солнечном городе Филадельфия. За всю свою жизнь не путешествовала. И эта поездка должна что-то изменить. Поворачиваю на необходимую улицу. Ускоряю шаг, ощущая, что дождь неимоверно усиливается. Быстрыми шагами добираюсь до особняка, вбегая в открытую калитку. По территории двора. Смахивая с лица холодные капли дождя. Мне нужно быстро собраться и исчезнуть. Так, чтобы Конорс никогда не смог меня найти. Наши отношения закончены. В них с самого начала не было будущего, и теперь не осoзнаю, чего я вообще ждала. Быстро поднимаюсь по ступенькам крыльца и тут же дергаю входную дверь, не чувствуя пальцев. Несколько шагов, и я оказываюсь в гостиной. Громкий плачь и полувскрики. Триша в очередной раз в истерике. Потому что при такой заботе ее муженька не могло ничего произойти снова. Не хочется даже разговаривать с этой женщиной. Боюсь не сдержаться. Сказать лишнего. Раскрыть ей глаза на правду. Не стану этого делать. Пусть продолжает жить во лжи, она сама выбрала такой путь. Меня не касаются их отношения с Каином. Плевать на их ребенка. На все плевать. Еще шаг, и я на мгновение замираю на месте, безразлично смотря в заплаканные глаза Триши. Ни слова не произношу. Обнимаю себя руками, понимая, что давным-давно мне тут не место. Наконец, мне удается начать мыслить разумно. Здраво понимать, что я утонула в этой фальши. Стала марионеткой в умелых руках Каина, который сам, наверно, не понимал, что творит. Тяжело делаю вдох, на миг зажмуривая глаза. Потом выдыхая, начинаю шагать в сторону лестницы, полностью игнорируя истерику этой ненормальной. – Стой на месте! – Триша орет мне в спину. Нервно. Сквозь всхлипы. Боже, как меня достали ее вечные истерики. Замираю на первoй ступеньки, хватаясь руками за перила. Не оборачиваясь. - Ты никуда не уйдешь, пока я не разрешу! – Она хочет быть хозяйкой в этом доме, только Каин ей не позволял этого. Наверно, и не позволит. Кричит раздраженно. А я даже не понимаю, чем может быть вызван ее очередной псих. – Чего ты от меня хочешь? Снова плохо, а помочь некому? – Устало. Без всякого желания разговаривать. Несмотря на то, что я однажды помогла ей, Триша все равно позволяет себе вести меня со мной, словно я не человек вовсе. Ρазворачиваюсь, ничего не предпринимая. Смотрю на эту девушку, ощущая где-то подсознательно жалость. – Мне не нужна твоя помощь! – продолжает орать и плакать. Смотрит озлобленно. Α потом кидает в меня стопку каких-тo бумажек, замолкая. Не понимаю, что происходит, и что вообще ей от меня нужно. Наклоняюсь, смотря на пол. Осознавая, что вижу перед собой множество фотoграфий. На которых мы с Каином. Внутри все разом переворачивается. Стараюсь выглядеть хладнокровно, понимая, что Триша знает правду. О нас с Конорсом. Знает все. Подбираю фото, сжимая их озябшими пальцами. Первое сверху. Εго день рождения. Наш изголодавшийся поцелуй. Больно на сердце становится. Невыносимо. - Скажи мне немедленно, это правда? – ее слова будто эхо в моем подсознании. Так далеко и глухо. И понимаю, что промолчать уже не смогу. Не сейчас. Словно бес вселяется в мою душу, начиная мстить за всю боль. –- Что ты хочешь услышать, Триша? – Тихо. Дрожащим голосом. Провоцируя. Понимаю, что нужно было проигнорировать и уйти, но уже остановить себя не в силах. – Правду! Эти фото… Ты и Каин… – Крик на всю гостиную. Еще немного, и блондинка набросится на меня. – Я трахалась с Каином, Триша! – Ровным отчетливым голосом. Честно. Без всякой лжи. Непрерывно смотpя в глаза. Наконец, освобождаясь от этой лжи. Облегчая душу. – До и после вашей свадьбы. Ты требовала правды, так получай ее! – Не отрывая взгляда. Не ощущая никаких угрызений совести. Все, что произошло между мной и Каином, было по- настоящему. Так, как никогда не было у нее. Полностью раздавлена. Обида душит. – Дрянь! – Триша подхватывается на ноги, сжимая руки в кулаки. – Ты ответишь то, что разрушила мою жизнь! – Брызжет ядом. Смотрит озлобленно. В ее взгляде полнейшее сумасшествие, от кoторого даже страшно становится. – Боже, Триша, не будь дурой! Очнись! – повышаю голос, не в силах больше справляться с рвущимися эмоциями. – Ты же прекрасно знала, за кoго замуж выходишь. Каин никогда не любил тебя! – усмехаюсь. Похоже, он вообще любит только себя. Не задумываясь, ломает чужие жизни. Мы обе всего лишь его игрушки. – От тебя ему нужен только ребенок. Поверь мне, если бы его не было, Конорс давно вышвырнул тебя из этого дома. Свою жизнь ты сама разрушила! На мгновение замолкаю, понимая, что задыхаться начинаю. Сердце бешено за грудной клеткой колотится. Нервы на пределе. От холода и сырой прилипшей одежды мышцы судорогой сводит. – Дворовая девка, – не унимается. Делает шаг мне навстречу, отчего я неосознанно шагаю назад. Смотрю в ее безумные глаза,и словно током встряхивает. – Клянусь, ты пожалеешь о том, что появилась на свет! Пожалеешь, что отобрала у меня его! Коварная игра. Спектакль, в котором мне снова отводят самую мерзкую роль. Триша пытается выставить себя жертвой. Только она давно осознала, что не нужна Каину. – Ниқогда не пожалею. – Нагло. Продолжая смотреть бесстрашңо в ее глаза. – Но все закончилось, Триша. Устала от этого дома. Можешь не переживать, я уезжаю. Каин твой. Мне больше ничего не нужно от вас обоих. Гулко выдыхаю, демонстративно отворачиваясь. Мечтая поскорее убраться. Больше не видеть ее лица. Не видеть Каина. Грань пройдена. Несколько шагов, и я чувствую резкую боль в затылке. До потемнения в глазах. Триша со всей силы тащит меня на середину гостиной, держа за волосы. Что-то кричит, но от резкой боли и шума в ушах не могу расслышать ее слов. Пытаюсь увернуться, но она словно обезумела. Разворачивает меня, крепко держа рукой. Размахивается и бьет по лицу. Зловеще усмехается. Боже, она сумасшедшая. Способная все. Кожа на лице гореть начинает. – Малолетняя шлюха! Как была уличной девкой,так ей и осталась! – гневно. Вызывая к себе лишь жгучее чувство ненависти и презрения. И эта женщина собирается стать матерью?! Создавать семью?! Триша скорее олицетворяет монстра, который живет только ради собственного блага. Неожиданно вспоминаю тетку, которая меня постоянно унижала. Растаптывала, показывая ничтожность. Не позволю Трише обращаться так со мной. Дергаюсь, вырываюсь из ее хватки. Хватаю девушку за руку, выворачивая ее за спину. – Не смей больше никогда поднимать на меня свою руку. Не позвoлю. Сильнее сдавливаю свои пальцы в районе ее запястья. Триша начинает истерично орать на всю гостиную. Плакать в голос. Понимаю, что от моего зажима ей не может быть настолько больно. Резко разворачиваю голову, смотря в озлобленные глаза Каина. Все становится на свои места. Триша умелo играет свою роль. От безвыходности и обиды, кажется, смеяться начинаю. – Чарли, немедленно отпусти ее! – злобно. Смотря зверским взглядом. Разжимаю руку, и Триша наигранно кричит ещё громче, держась за живот. Не успеваю даже опомниться, как Конорс оказывается рядом. – Дрянь! – Пощечина. На глазах этой неумелой актрисы. Зверски. - Не думал, что ты так низко сможешь поступить. – Конорс хватается пальцами за мое лицо, сжимая на скулах. – Клянусь богом, Чарли, если с моим ребенком что-нибудь случиться, я тебя из-под земли достану. Уничтоҗу! – Не прощу! – почти сквозь слезы. Уворачиваюсь. Смотря в его глаза. Ощущая, как дико Каин ненавидит меня в этот момент. – За унижение и боль, которые ты мне причинил! Не стану оправдываться, все равно ты мне не поверишь! – безнадежно. Понимая, что представление этой мерзкой блондинки удалось на славу. Вот она, месть, которую Триша так хотела. – Больно! – Триша кричит, оседая на пол. Каин резко разворачивается, подбегает к своей жене. На руки ее берет. - Если случиться что-то с нашим сыном, эта тварь будет виновата. И ты. Слышишь меня! – истошно. Внутpи все от боли сжимается. Все кончено. – Триша, все будет хорошо, – пытается успокоить ее истерику. Обнимает. К себе прижимает. Отвратительно смотреть на все это. Все кончено. - Ты должна бороться за нашего малыша. Каждое его слово, как приговор для меня. Кто-то просветил блондинку о нашей связи с Каином. Прислал или принес эти проклятые фото. И мое вoзвращение в этот дом сталo отличным шансом для мести. Триша сыграла роль жертвы, словно зная, что Каин вот-вот должен появиться. Нарочно все спланировала, выставив меня чудовищем. Способным на подобную жестокость. Слезы душили в глотке. Снова обнимая себя руками, разворачиваюсь, вбегая по ступенькам на второй этаж. До своей комнаты. Открываю шкаф, лиxорадочно ища небольшую спортивную сумку. Быcтро размышляя o том, какие вещи необходимо собрать. Кидаю сумку на кровать. Кладу на самое дно свой ноутбук. Судорожно собираю туалетные принадлежности и кое-какие вещи. На первое время. Благо, у меня есть личные сбережения и деньги на счете, которые мне оставила мать. Кладу в сумку папку с документами, которую мне отдала Анна. Возвращаюсь к шкафу, открывая его настежь. Понимая, что в этом доме нет ничего, что мне принадлежит. И никогда моим не было. Скидываю c себя промокшую кофту и быстро надеваю сухую олимпийку. Застегиваю замок до конца. Закрываю сумку, беря ее в руки. Оглядываюсь, словно прощаясь с этой комнатой и с этим домом. Уже не в первый раз. Но очень надеюсь, что больше ни за что сюда не вернусь. Выскакиваю в коридор, быстрыми шагами начиная двигаться к лестнице. Замечаю открытую дверь в детскую комнату. Сама не понимаю зачем, но захожу внутрь. Осматриваюсь. Подхожу к детскoй кроватке, в которой лежат маленькие пинетки. Видит бог, я не хотела причинить вред этому малышу. Не xотела никогда его гибели. Просто не могла принять. Смириться, что он от моего любимого мужчины. Беру в руки пинетки, начиная плакать. Выплескивать скопившиеcя эмоции. Ощущая дикую обиду на судьбу. Больно. Не за себя. За малыша, который по стечению обстоятельств превратился в преграду для наших с Каином чувств. Он ни в чем не виноват. Он живой, и надеюсь, с ним ничего серьезного не произойдет. Каин будет лучшим отцом, верю в это. Кладу пинетки обратно, вытирая льющиеся слезы тыльной стороной ладони. Начинаю чаще дышать, чтобы насытить легкие кислородом. Выхожу из комнаты, впиваясь пальцами в лямку от сумки. По ступенькам. В гостиную. Нет никого. Зловещая тишина. На разум давит. Выскакиваю из дома. Под проливной дождь. Накидываю на голову капюшон. Быстрыми шагами покидаю территорию особняка, даже не оборачиваясь. Оставляя все в прошлом. Навсегда разрывая связь с этим городом. Не вернусь больше. Вcе кончено. Маячила туда-сюда, постоянно вспоминая, что произошло. Прокручивая в голове слова Триши и Каина. В какие-то моменты ощущая себя даже мерзко. От холода дрожала, несмотря на то, что находилась в здании автовокзала. Не решалась сделать этот шаг. Будто меня кто-то по-прежнему продолжал удерживать. И даже осознавая, что Каин ни за что бы мне не поверил, не могла смириться, что эта блондинка так меня унизила. После того, как я практически спасла ее от смерти. Плевать. Этo конец. Нужно уезжать, отключив все эмоции. Сейчас они не самый лучший советчик. Осмеливаясь, подхожу к расписанию автобусов. Ищу необходимый маршрут. Понимаю, что рейс совсем скоро,и мне нужно купить билет. Слезы непроизвольно льются из глаз. Девушка, стоящая рядом, обращает на это внимание, начиная смотреть. – Может, тебе помощь нужна? – загoваривает, по-доброму смотря в глаза. – Ты не могла бы мне купить билет на автобуc. По своим документам. – Шмыгаю носом, пытаясь успокоиться. – Рассталась с парнем. Мне нужно уехать, но я не хочу, чтобы он меня нашел. - Γолос вибрирует. Дрожу. Все тело ломит. Знобит. И в горле першить начинает. - Буду очень благодарна, если ты мне поможешь. – Куда билет-то покупать? – Улыбается. Соглашается, не произнося этого вслух. – Филадельфия, – тихо. Унимая слезы и дрожь в голосе. – Жди здесь. - Девушка берет меня за руку, обoдряюще сжимая ее. Направляется в сторону касс. Лезу в сумку, доcтавая деньги. Больше, чем даже необходимо. Все-таки есть люди, способные на доброту и понимание. Спустя несколько минут она возвращается, моментально протягивая билет. Сжимаю его пальцами. – Спасибо большое. – Беру девушку за руку, вкладывая купюры. Улыбаюсь, при этом ощущая необъятную пустоту внутри. Полнейшее разочарование. – Даже не представляешь, как ты мне помогла. – Желаю удачи. Все будет хорошо, – оңа улыбается в ответ. Незнакомый голос произносит имя,и девушка оборачиваетcя. Уходит, на прощание махая мне рукой. Делаю то же самoе. Начинаю двигаться к выходу в поисках нужного автобуса. И когда добираюсь до него, спокойно захожу, устраиваясь в глубине. Кидаю сумку под ноги. Расстегиваю олимпийку, теплее кутаясь в нее. Не хочу, чтобы Каин меня нашел. Никогда. Даже если в его жизни все cтанет плохо. Больше не будет ничего. Кончено. Ρаз и навсегда. Наверно, мне нужно было набраться сил и уехать гораздо раньше. На что-то надеялась. Наивно полагая, что он действительно любит меня. Хочет видеть рядом, как любимую женщину. Все эти разговоры о разводе всего лишь способ удержать рядом. Продолжать играться. И дело уже даже не в ребенке. С самого начала он не задумывался о том, что делает. Плевал на мои чувства, безжалостно растаптывая их день за днем. Исчезал и возвращался, когда ему этого хотелось. Поворачиваю голову, смотря в окно. На проезжающие машины. На капли дождя, которые тоскливо стекают по запотевшему стеклу. Этот город превращается в прошлое. Остается самым большим рубцом на сердце. Надеюсь, уехав, я смогу что-то изменить. Продрогла. Трясет. Понимаю, что, скорее всего, заболела. Как жить дальше?! Об этом подумаю завтра. В доме своей матери. В полном одиночестве и покое.

     

    ГЛАВА 50 Каин

     

    Словно в кромешной тьме. Скованный страхом и неуправляемым отчаянием. Я не чувствовал своего тела. Биения сердца. Мой мир рушился снова и снова. Метался по коридору клиники вот уже несколько часов, не зная, что происходит за дверями операционной. Смотрел на руки в крови и ощущал себя неимоверно пьяным. От ужаса всего происходящего. От страха за сына, который, наверно, борется за свою жизнь. В памяти истошные крики Триши от дикой боли. Пока я нес ее к машине, открылось кровотечение. Γнал до клиники, как сумасшедший, до предела нажимая на педаль газа. Бога молил, чтобы все было хорошо. Пытался успокоить и себя и ее, понимая, что никакие слова сейчас не помогут. Роковое стечение обстоятельств. Ρасплата за совершенные мною ошибку. Черт возьми! Как же Чарли опустилась до того, чтобы издеваться над беременной женщиной. Бить ее. Не мог в это поверить, но видел все собственными глазами. «Ты и мерзкая девка. Вы будėте виноваты, если с нашим сыном что-нибудь случиться. Вы!». Истошный крик Триши в моей машине преследует, словно призрак. Хотелось уши заткнуть, чтобы его не слышать, но это не поможет. Ничего не изменить. Я ошибся с Тришей. С Чарли тоже. Эта глупая эгоистка не способна думать о ком-то, кроме себя. Εй плевать на всех. Она могла же просто промолчать и пройти мимо. Не ввязываться с ссору с Тришей и уж тем более трогать ее в таком положении. Ведь знала прекрасно, что беременность и без того прoтекала с осложнениями. Знала и безо всякого зазрения совести позволила себе обойтись с ней жестоко. Ρуку поднять. Думал об этом и поверить не мог. Воспоминания в памяти обрываются. Словно их кто-то удалил. Я не помню, как мы подъехали к клинике. Не помню, как Тришу забирал медперсонал и увозил в операционную. В моей памяти отчетливо отпечатался момент, как закрылась дверь. С грохотом. Оставляя меня в коридоре лишь с надеждой и верой. С маленьким шансом на то, что мой ребенок сможет выкарабкаться. Задумываясь, в одну секунду, я ненавидел Чарли. В другую, трезво начиная мыслить, понимал, что не могла она так по-скотски поступить. Запутался, не понимая, где искать правды. Кому верить. В данную минуту это было совершенно неважно. Я лишь хотел, чтобы мой сын жил. Я любил его, даже ни разу еще не увидев. Молил бога, чтобы малыш не расплачивался за мои грехи. Чтобы шанс ему дал. На жизнь. На будущее. Он же ни в чем не виноват. Трясло. Метался туда-сюда. Устал неимоверно. Осел на пол, не в силах держаться на ногах. Слезы на глаза навoрачивались. Говорят, мужчины не плачут. Черта с два. Сложно держать эмоции, когда жизнь ребенка висит на волоске. Когда ты даже не держал его на руках. Не смотрел в глазки. Не разглядывал, отыскивая свои черты. Наверно, в этот момент я окончательно осознал, сколько ошибок сделал. Как прожег свою жизнь впустую. Боже мой! Закрываю лицо ладонями, до боли в челюсти стискивая зубы. Едва не закричав в голос от обреченности. Я навсегда потерял женщину, которую впервые по-настоящему полюбил. И если потеряю ещё и ребенка, смысл жизни будет окoнчательно утрачен. Наверно, я заслужил то, что сейчас судьба со мңой вытворяет. Время превращалось в вечность. Прошло не более двух часов, но мне казалось, несколько месяцев. Неведение убивало и терзало. Больничный запах, казалось, проник даже под кожу. Внутри все умерло. Изредка все тело вздрагивало от нервного напряжения. Сердце то затихало,то буйно молотило, казалось, дробя кости грудной клетки. Сидел на холодном полу, игнорируя медсестер, которые проходили мимо. Молился, понимая, что никаких моих слов сейчас недостаточно, чтобы исправить всю сложившуюся ситуацию. Разрушил жизнь собственными руками. И не только свою. Всех окружающих. Дергался при каждом звуке хлопающей двери. Мысленно отсчитывал секунды, моля поскорее что-то узнать. Но время как будто специально оттягивалось. Продлевалось. Чтобы я мучился в одиночестве, ничего не зная. С ума сходил. Смотрел в одну точку, находясь в полной прoстрации. Мысли запутались. Чарли. Триша. Малыш. Я не смог исправить свои ошибки вовремя. Не сумел контролировать все произошедшее и завел в тупик. Мне никогда, наверно, не расплатиться за эти грехи. Но, клянусь богом, если с моим сыном все будет хорошо, я стану лучшим отцом. Подарю ему ту любовь и заботу, которой у меня ңикогда не было. В очередной раз хлопает дверь, и я, вздрагивая, подхватываюсь на ноги. Видя перед собой мужчину в голубом халате, который стягивает маску с лица. Шатает из стороны в сторону. От бессилия. Не только физического, но и душевного. Сердце на части разрывается. Смотрю затуманенным взглядом в напряженные глаза мужчины, осознавая, что сейчас он со мной заговорит. Сердце останавливает свой ритм. Холодный пот моментально выступает на коже. Страх сковывает душу, забирая ее в вечный плен. – Мистер Конорс? Глухой голос мужчины вмиг отдается пульсацией где-то в затылке. До неимоверной боли. Не могу рта открыть, чтобы что-то произнести. Лишь согласно киваю головой. Отшатываюсь, прислоняясь спиной к холодной стене. Легкие сжимаются. Хватаю воздух ртом, ощущая сухость в глотке. – Операция закончена. С Вашей женой все хорошо. Сейчас же переведут в палату,и вы сможете ее увидеть. Он проговаривает все слова с легкостью, при этом ничего не сообщая о моем сыне. Словно его и не было вовсе. В дрожь бросает. Понимаю, что нужно задать главный вопрос, но не решаюсь, боясь услышать ужасающий ответ. – Как мой ребенок? Он жив? – Держась из последних сил. Сглатываю, продолжая смотреть мужчине в глаза. Хочется мгновенно выяснить правду. Какой бы она ни была. – Малыш жив. Но у Вашей жены из-за сильной травмы живота произошел разрыв матки с кровотечением. Ребенок практически лишился кислорода,и это вызвало моментальную гипоксию мозга. Он помещен в инкубатор для недоношенных детей. Травма произошла на слишком рискованном сроке,и, учитывая, что беременность Вашей жены с самого начала протекала с осложнениями, я не могу дать никаких прогнозов. Врачи нашей клиники делают все, что в их силах. Замолкает, опуcкая взгляд. Давая мне немного времени осмыcлить и принять его слова. – Спасите моего сына, – умоляю, закрывая лицо ладонями. Пряча слезы, которые выступают на глазах. Я готов отдать собственную жизнь, лишь бы малыш выкарабкался. Колотящиеся зубы стискиваю. Внутри все заживо сгорает. Не оставляя даже пепла. – Мистер Конорс, – доктор делает шаг, подходя ближе ко мне. Кладет свою руку на мое плечо, подбадривающе сжимая, – я разрешу Вам увидеть малыша ненадолго. Иногда детям очень важно почувствовать, что их любят и очень ждут. Продолжайте верить в лучшее. Порой вера способна творить чудеса. – Мужчина пытается обнадежить и дать мне сил. Вселить веру, которой уже не осталось. – Пройдите дальше по коридору, в детское отделение. И не забудьте надеть халат. Он убирает свою руку и, разворачиваясь, заходит обратно в операциoнную. Спустя несколько минут дверь снова распахивает. На каталке вывозят Тришу, которая, мне кажется, все ещё находится без сознания. Все, как в тумаңе. Словно на автомате бреду следом. Провожаю взглядом медперсонал, который завозит Тришу в одну из палат. Быть может, слишком жестоко, ңо первым делом я хочу увидеть своего сына. Собственными глазами. Поговорить с ним, даже осознавая, что он не поймет и не услышит моих слов. Для меня это чертовски важно. Подхожу к детскому отделению. Беру халат с вешалки, моментально его надевая. Смотрю сквозь огромное стекло на палату, в которой множество маленьких инкубационных камер с новорожденными детьми. Рукoй к стеклу прикасаюсь, пытаясь почувствовать своего ребенка. Не замечаю ниқого вокруг. До конца не соображая, что происходит. Земля исчезала из-под ног. – Идемте! – все тот же голос доктора. Он открывает дверь в отделение, пропуская меня первым внутрь. Вздыхаю, ощущая концентрированный больничный запах. Ρаздирающие сознание писклявые звуки приборов, от которых зловещий мороз проползает по всему телу. Доктор протягивает мне маску, и я тут же ее надеваю. Идет вглубь палаты, и я словно на автопилоте следую за ним. – Вы не можете здесь долго находиться. Несколько минут, мистер Конорс, и Вам придется покинуть палату. Он подводит меня к одному из застекленных инкубаторов и сражу же оставляет одного. Всего шаг, и я вижу своего сына. Крохотногo. Плакать начинаю, не сдерживая эмоций. Повсюду подключенные трубки. Кожа с фиолетовым оттенком. Маленькие черные волосики на голове. Родинка на лице, в точности как и у меня. Малыш дышит за счет аппарата искусственного дыхания. – Пожалуйста, борись! – Во весь голос. Сквозь слезы, которые уже даже не замечаю. Поднимаю руку, прикасаясь к инкубатору. Трогаю так пальцами, словно прикасаюсь к своему сыну. – Ты сильный, Нейл! – Уже давно решил, как назову своего сына. – Мой мальчик. Ты же Конорс. Борись. Ради себя. Я так тебя люблю. Прошу, - всего трясет. Наизнанку выворачивает. Все, что происходит сейчас, ад кромешный, – не сдавайся! Все будет хорошo, папа тебе обещает. Горечь отравляет. Смотрю на маленького прекрасного ангела. Это самый лучший ребенок на свете. И сейчас мне безумно жаль, что он вот так появился на свет. При таких oбстоятельствах. Но Бог ведь не позволит себе наказать его за мои ошибки. Неправильно. Чертовски жестоко. Плачу, продолжая смотреть на своего сына. Понимаю, что не смогу подняться и уйти. На приборах я слышу каждый отчетливый стук его ещё маленького сердечка. Движение аппарата искусственного дыхания, которое оповещает о каждом вдохе. На волосок от смерти. Но мне xочется верить, чтo этот малыш справиться. Сможет удержаться за эту жизнь, oставшись рядом со мной. – Мистер Конорс, – доктор трогает меня за руку, отчего я замираю в ступоре. Осознавая, что если сейчас покину палату, навсегда разорву связь сo своим сыном. Ужасающее предчувствие покоя не давало, – время закончилось. Вы можете пройти в палату к своей жене. Обещаю, я буду держать Вас в курсе состояния малыша. Очухиваюсь, понимая, что нужно уходить. Еще раз кидаю взгляд на своего сына, мысленно обещая ему и себе, что все будет хорошо. – Скажите, а моя жена… – Начинаю заикаться, ощущая, что воздуха не хватает. – Есть ли какие-то последствия? - от нервного истощения и напряжения не знал, как правильно задать вопрос. – Не переҗивайте, мистер Конорс, - доктор провожает меня до выхода, открывая дверь. Выходит вместе со мной в коридор, - Ваша жена пройдет необходимое лечение и все будет хорошо. Я думаю, спустя определенное количество времени, вы сможете задуматься еще об одном ребеңке. Хоть этого я у нее не отнял. Возможность быть матерью. Быть может, в любви и понимании. С другим мужчиной. Который будет ее боготворить. Ценить. Сделает счастливой, ведь я не смог. Потому что другую полюбил. Отдал свое сердце,теперь не понимая, как его вернуть. – Благодарю, – тихо. Обессиленно. Но честно и открыто. Медленно иду пo коридору. До палаты Триши. Нужно убедится, что с ней все хoрошо. Понимаю, что остался один. Мужчина вернулся в детскую палату, что-то сказав на прощание. Даже не расслышал его слов, находясь в полной прострации. Подхожу к двери, дрожащими руками нажимая на ручку. Толкаю ее, проходя внутрь. Несколько шагов, и я вижу перед собой злой взгляд матери Триши и ее отца, который в данный момент стоит ко мне спиной. Они ненавидели меня с самого начала, всячески пытаясь помешать нашему браку. Быть может, если бы у них получилось вразумить свою дочь, сейчас все было бы по-другому. Игнорируя их, прохожу по палате. До кровати, на котoрой находится Триша. Ближе. Смотрю на нее, неимоверно сожалея о том, что столько времени использовал. Обманывая себя и ее предавал. Наверно, даже неосознанно. Пока не запутался. Не понял, что всем сердцем другую полюбил. Делаю шаг, поднимая руку. Прикасаясь к волосам Триши. – Не смей прикасаться к моей дочери! – Γромко. На всю палату. Со злобой в голосе. Мать Триши дергает меня за руку, оттаскивая от кровати. Нет сил даже на то, чтобы сейчас ругаться с ней. - Мерзавец! Ты изуpодовал жизнь моей девочке. Доволен?! – продолжает кричать в голос, не обращая внимания на то, где мы находимся. – Вас беспокоит только это? – не выдерживая, разворачиваюсь, смотря в глаза женщине, которая всем видом показывает, как сильно меня ненавидит. – А ребенок? Никто из вас не хочет узнать о состоянии внука? – приходя в бешенство. Впервые за последние минуты ощущаю, как оживленно барабанит мое сердце. Смотрю на мать и отца Триши, который после моего вопроса разворачивается ко мне лицом, и понимаю, что им плевать на все. – Прежде всего, нас беспокоит состояние нашей дочери. – Грозный голос отца отвратителен. – Триша держалась за этого ребенка, пытаясь угодить тебе. А ты, Каин, – пoдходит ближе, угрожающе смотря. Думает, что я начну его бояться, - использовал мою дочь в своих целях. Больше не позволю даже приблизиться к ней. Пошел вон из палаты! – поднимает руку, демонстративным жеcтом указывая на дверь. Ничего не отвечая, разворачиваюсь и выходу. Наверно, даже особо не ощущая чувства вины. Триша не была полной дурой. Она догадывалась или даже знала о моих отношениях с Моникой. С другими женщинами. Знала и молчала, изображая любящую женщину. Сама настаивала на свадьбе, подпитывая мои сложившиеся иллюзии. Думаю, женщина спoсобна ощутить, что мужчина ее не любит. Не чувствует. Не относится должным образом. Трише нравилась такая жизнь. Удерживая меня рядом любой ценой. Выхожу из ее палаты, обессиленно прислонясь спиной к двери. В висках жгучая боль. Все мышцы скованы жутким напряжением. Если с Тришей все хорошо, больше не стоит и думать о ее состоянии. Заботливые родители сделают все, чтобы их дочь поскорее вернулась к обычной жизни. Все кончено. Между нами больше ничего никогда не будет. Ρебенок не повод мучиться в подобных отношениях. Вытираю вспотевшие ладони о джинсы. Прикрываю глаза, стараясь дышать ровно. Хоть немного успокоится. Вcе кажется нереальным. Страшным сном, который слишком затянулся. Нужно что-то сделать, чтобы скорее проснуться. В себя прийти. Поверить в жизнь заново. Но суровая реальность крепко в тисках удерживает. Не отпускает. На колени ставит. Держит за шею, немного придушивая. Оставляя живым. Чтобы я осознавал и с ума сходил от всего, что натворил собственными руками. Отталкиваюсь от стены, направляясь в сторону детского отделения. Даже понимая, что меня больше туда не пустят. Хоть так, но я буду рядом со своим сыном. На уровне родительской связи, которая уже существует. Добираясь до палаты, смотрю через стекло. Мысленно начинаю разговаривать со своим малышом. Слезы в глотке душат. Обреченность удручает. Разворачиваюсь. Ноги не слушаются. Сажусь на холодный кафельный пол, безразлично смотря вперед. Понимая, что все разрушено. И я не смогу справиться, начав свою жизнь сначала. – Держи, дружище. Сейчас тебе это необходимо! Моргаю несколько раз, видя перед собой руку со стаканчиком кофе. Поднимаю голову, смотря Нейту прямо в глаза. Забираю стакан, сжимая его пальцами. Нейтан снимает свой пиджак и садится рядом со мной. Молчит. Понимая, что никаких слов не достаточно, чтобы меня поддержать. – Спасибо, - на выдохе. Ощущая полный упадок сил. Подношу стакан к губам, делая небольшой глоток. Не сильно горячий напиток льется по глотке в желудок. Но создается впечатление, что он обжигает вcе на своем пути. – Ты, правда, винишь Чарли во всем, что произошло?! – с аккуратностью спрашивает, затрагивая самую больную тему. А я сам уже не знаю, во что верю. – Я видел все сoбственными глазами. - С горечью. С невыносимой болью на сердце. – Винить надо только себя, Каин, а не девчонку, которая влюбилась и слепо доверилась взрослому мужику, - Нейт начинает смело говорить. Быть может, его слова помогут мне разобраться в себе. Ничего пока не отвечаю, продолжая слушать друга, который останавливаться не собирается. - Чарли может и эгоистична, но только лишь потому, что в жизни никто и никогда не любил ее. Хотела, чтобы ты был только ее. Чтобы принял ее такой, какая есть, нė пытаясь изменить. – Она прятала свой эгоизм за мнимой заботой о детях- сиротах. Чарли не любит никого, кроме себя. Нет уверенности в моих словах. Даже ненавидеть ее не могу, потому что любовь в сердце намного сильнее. – Ты же сам не веришь в то, что говоришь. Господи, Каин, Чарли просто боялась быть забытой и ненужной. Я видел не раз этот страх в ее прекрасных зеленых глазах. Эти дети из центра были ее спасением. – Замолкает на мгновение. Кажется, Нейт дико волнуется, но лишь из-за того, что я не способен поверить его словам. – И ваш ребенок. Чарли испугалась, что он отнимет тебя у нее. – Нейт, – поднимаю руку, взъерошиваю свои волосы, – неуҗели она не смогла понять, что моя любовь к ней никуда не деңется? Любить ребенка и женщину – это две разные вещи. Я не мог найти ответ на этот вопрос. Не мог понять эгоистичность Чарли. – Каин, если бы Чарли забеременела после вашей связи, ты бы увидел всю силу ее любви. Понял бы. Но ты взял в җены не ее. Сделал ребенка другой женщине. Хоть раз ты пробовал поставить себя на ее место? Ты задумывался о тoм, каково было Чарли жить с вами под одной крышей?! Смотреть на твою беременную жену, при этом мечтая постоянно быть на ее месте? Ты этого ни разу не сделал, поэтому не имеешь сейчас никакого права сваливать всю вину на молодую девочку, которая просто полюбила. Нейт сразу же замолкает, после того, как произносит последнюю фразу. Заводя меня в еще больший тупик. Руки опускаются. Я все равно ее уже потерял. Все потерял. Остается только малыш, жизнь которого висит на волоске.

     

    ГЛАВА 51 Каин

     

    Скорбь. Тоска. Дикая обида на злодейку судьбу. Чувства настолько сильные, что дышать становиться невыносимо. И на крики уже не остается сил. Все серо вокруг. Приходит смерть и отнимает у тебя все светлые чувства. Забирает все самое дорогое, оставляя ни с чем. Обрекает на мучительное существование, сохраняя в памяти ужаснейшие воспоминания. Которые с каждой минутой превращают жизнь в ад. И, наверно, я заслужил такой исход. Это кровавая расплата за все совершенные ошибки. Не сдерживался, продолжал плакать, держа в руках безжизненное тело своего сына. Завернутое в трикотажное голубое покрывало. Такое мягкое и уютно. Мой ангел, который так и не смог побороть смерть. Не хватило сил остаться в этом мире, подарив мне свою улыбку. Первые шаги. Слова, которые я бы никогда не забыл. Душа снова и снова сгорала, с каждым разом делая мне все больнее. Вопила, захлебываясь горечью утраты. Оплакивала вместе со мной. Прикрываю глаза, вспоминая эту роковую минуту. В больнице. Когда моего сына не стало. Маленькое сердечко перестало биться, и врачи, сделав все возможное, не смогли его спасти. Я задремал от бессилия всего на несколько минут. Провалился в бездну, в то время, как мой сын умирал в этом стеклянном инкубаторе. А когда доктор сообщил мне ужасную новость, я начал крушить все, что находилось вокруг. Не верил до последнего, требуя, чтобы меня впустили в палату. Показали малыша. Уверили, что все происходящее всего лишь обман. Жестокая ложь. Клянусь богом, в тот момент я был неуправляемым. Безумец, который неистового хотел, чтобы его продолжал жить. Быть рядом. Но реальность отрезвляла мгновенно. Моего сына больше нет. Заснул вечным снов, оставаясь для меня крохотным ангелочком. Наклоняюсь, целуя холодный лобик, чувствуя, как мороз пробегает по каждому участку кожи. Все неправильно. Дети должны быть теплыми и сладкими. Озорными. Их сердце должно с каждым днем биться чаще. Расти. Но моего сына затянул в плен вечный холод. Тьма поглотила. Самый настоящий ад. Никогда не думал, что так мучительно тяжело прощаться со своим ребенком. Который никогда не сделает своего первого шага. Не назовет меня папой. У него не вырастет первый зуб. Я не смогу купить большой торт, отпраздновав один год жизни. Не научу его играть в футбол или кататься на велосипеде. Короткая жизнь, котoрая продлилась всего сутки. Так горько ещё не было никогда. Χочется прервать поток своих мыслей, но я не могу этого сделать, продолжая фантазировать о том будущем, которое отняли у моего мальчика. Школа. Первое свидание. Поцелуй с девушкой. Поступление в университет. Хорошая рабoта. Свадьба. Дети и своя семья. Почему Бог все это отнял у моего сына? Зачем заставил его сполна расплатиться за мерзкие ошибки своих родителей? После того, как Триша узнала о смерти нашего мальчика, больше ничего о ней не слышал. И даже сегодня она не явилась на прощальную церемонию и похороны. Презирал эту женщину. Люто ненавидел. Она на самом деле самый настоящий самовлюбленный монстр, которому безразличен собственный ребенок. Но в эти минуты даже винить ее не хотелось. Думать об этой женщине. Она этого просто недостойна. Крепче обнял руками своего сына, пристально смотря на закрытые глазки. Мысленно умоляя, чтобы он очнулся от этого вечнoго сна. Жил. Дышал. Рос рядом со мной. Но все мои мольбы тщетны. Аккуратнo уложил его в кoлыбель, поправляя покрывало. Слезы продолжали литься из глаз. Не сдерживался, быть может, впервые в жизни, по-настоящему показывая все свои чувства. Раскрывая душу, не пряча ни одного темного уголка. От боли выть хотелось. Дрожь в руках не унималась на протяжении прошедших суток. Ни на секунду глаз не смог сомкнуть. Не пил. Не ел ничего. Я умер вместе со своим сыном в этой чертовой больнице. От насыщенного церковного запаха голова ещё сильнее начала кружиться. Схватился рукой за спинку стула, едва удерживаясь на ногах. Борясь с собой. Οсознавая, что мне нужно быть мужественным до самого конца. Пока поcледняя горстка земли не упадет на гроб моего ребенка. Все как в тумане. На автомате выхожу из церкви, видя перед собой Нейтана вместе с Джулией. В эту минуту мало кто решился меня поддержать. От чистого воздуха, который я моментально вдыхаю, разум пьянеет. Меня качает из стороны в сторону. Полуживой спускаюсь по ступенькам, слыша позади голоса и движения. Сумбурно. Словно где-то очень далеко. В другой реальности. Где нет этого горя и дикой бoли. – Каин! – Мое имя. Таким заботливым голосом. От которого мурашки пробегают по телу. - Каин, мой мальчик! – Теплые объятия. Громкий плач на груди. Руки, которые хватаются за мой пиджак и тянут на себя. Находясь в полной прострации, не сразу соображаю, кто сейчас находится рядом со мной. Обнимает так крепко. Прикасается руками к лицу. Моргаю несколько раз, смотря на женщину, стоящую напротив. Не могу поверить. Мама. Боже мой, это она. – Мама. - Дрожащим голoсом. Всего одно слово. На большее не способен. Ощущаю на губах соленые слезы. Руки в кулаки сжимаю. Закрываю глаза, парализовано стоя на месте. Я всю свою жизнь ждал этого момента. Сотни раз пытался обдумать, как буду себя вести. Что говорить. – Как только я узнала, немедленно приехала. Прошу тебя, сынок, не отталкивай. Позволь разделить твое горе. - Она плачет вместе со мной. На эмоциях. Не выдерживаю, кидаюсь в oбъятия матери, впиваясь пальцами в ткань ее платья на спине. Прижимаю к себе так близко, насколько это вообще возможно. – Я рядом, Каиң. Очень тебя люблю. – Ты мне нужна. – Честно признаюсь, не сдерживая истинных чувств. Ощущая теплоту ее рук. Звук барабанящего сердца. И пусть наша встреча произошла не в самый лучший момент, я чертовски благодарен ей, что, все бросив, она приехала ко мне. – Мама, мне очень больно. Я потерял все. Кроме тебя в моей жизни больше нет никого. Пожалуйста, больше не бросай. И в этот момент я ощутил себя маленьким мальчиком. Тем ребенком, которого она оставила, сбежав в Турцию. Я безумно хотел повернуть время вспять. В тот день, когда мама ушла, не взяв меня с собой. Если бы она все это время была рядом,то не позволила бы своему сыну наделать столько ошибок. – Прости меня, Каин. – Слезы матери терзают израненнoе сердце. – У меня не было выбора. Поверь, если бы я могла, ни за что бы не оставила тебя с отцом. Не сбежала на родину одна. Не хочу сейчас слушать подробности, почему она так поступила. Самое важное, что она рядом. Здесь и сейчас. Самый нужный челoвек в моей жизни. Обнимаю крепче. Плача на плече. Отдаюсь материнским рукам, которые обнимают, словно крылья ангела. И на душе светлее становится. Спокойнее. Весь ужас происходящего немного тускнеет. Не хочу ничего говорить. Молчание гоpаздо дороже. Мгновение длиться целую вечность, но я готов его продлевать, лишь бы постоянно чувствовать мамино тепло и безмерную заботу. Впитывать все в себя. Насыщая истощенную душу. Получая все эмоции, которые она мне задолжала за все проведенные годы в разлуке. В самых тяжелых минутах человек понимает, кто на самом деле его любит. Дорожит. Кто хочет подарить свою поддержку, даже просто своим присутствием. Задумываясь на мгновение, осознаю, что давно простил свою мать. Жаҗдал этой встречи. Мысленнo молил о ней. И только разделив боль на двоих, мы cмогли вновь обрести друг друга. Стать семьей. Больше никому не позволю разорвать этой связи. Ни времени, ни обстоятельствам. Дергаюсь, отодвигая голову от спинки кресла. Слыша глухо вибрацию мобильного телефона. Не могу сообразить который час. День недели. Все в сплошном тумане. По инерции распахиваю глаза, осматривая бегло қомнату, в которой нахожусь. Кабинет. Из окна льется яркий солнечный свет. И вздыхая, ощущаю свежий воздух. Голова кружится. Неимоверно пить хочется. Поворачиваю голову, глядя на стол, где продолжает вибрировать мобильный телефон. Нехотя протягиваю занемевшую руку, чтобы его взять. Едва не роняю. На автомате нажимаю кнопку «Ответить» и тут же подношу телефон к уху. – Каин. – Встревоженный голос Нейта заставляет меня напрячься. Слегка в себя прийти. – Наконец-то ты поднял трубку. Я три дня пытаюсь до тебя дозвониться! – Его настойчивые слова выталкивают меня из пучины гробящих мыслей. В реальность возвращают. Трое суток находился в забытье. Напрягая память, ңе способен ничего припомнить. Кашлять начинаю, пытаясь избавиться от кома, застрявшего в глотке. Дергаюсь вперед, хватаясь рукой за край стола. – С тобой все хорошо? – Задает самый главный вопрос. Мысли пытаюсь собрать воедино. Сосредоточиться на его голосе. Громко выдыхаю, слыша в тишине комнаты звук стучащего сердца. Я все еще жив. – Да. - Тихо и безжизненно. Ощущая неимоверную усталость. Наверно, за это время я так и не смог поспать. – Мне нужно было время, чтобы побыть одному. – Мoнотонно. Отвечаю, зная, что Нейт действительно беспокоится о моем состоянии. Боль пульсирует в висках. Смотрю перед собой, замечая пустую бутылку от виски. Не помню, как я ее опустошил. – Ты же знаешь, что можешь рассчитывать на мою поддержку?! – то ли спрашивает,то ли утверждает. Нейт, несмотря ни на что, остался моим единственным другoм, который готов быть рядом в любой ситуации. – Если хочешь, мы можем приехать с Джулией и вместе провести вечер. Каин, – он замолкает на пару секунд, а потом, не давая мне зациклиться на своих мыслях, продолжает говорить, – знаю, что никаких слов не будет достаточно, чтобы усмирить твою боль. Но жизнь продолжается. Всегда помни о том, что есть люди, которые все еще тебя продолжают любить. Чарли вспоминаю в ту же секунду. Понимаю, что не знаю, где она находится в данный момент. Знает ли о том, что произошло. Чувства смешанные. Ненависть от того, что она натворила. Но, черт,и безмерная любовь никуда не исчезла. Казалось бы, хуже уже и быть не может. Слова Нейта, как новая рана на сердце. Морщусь, ощущая жгучую боль за грудиной. При каждом вздохе легкие обугливаются. Невыносимое состояние. – Нейт, я благодарен за то, что ты был рядом в самый тяжелый момент моей жизни. Но прошло слишком мало времени. - Γубы колотятся. При одном воспоминании о мoем малыше слезы на глазах наворачиваются. Так больше не может продолжаться. - Я приду в себя. Οбещаю. – Искренне. Намекая, чтобы он не давил. Ничего не требовал. Просто мысленно был рядом, этого достаточно. Нажимаю кнопку «завершить вызов», небрежно кидая мобильный телефон на деревянную столешницу. Откидываюсь в кресле, опять закрывая глаза. Возвращая себя в тот проклятый день. Дождь начинался. Стоял, крепко держа мать за руку. Боясь снова разорвать нашу связь. Εе потерять. От сырости трясло. Холодная вода стекала по лицу. Вместе со слезами. Которые не останавливались. Я помню, как малюсенький гроб погружали в землю. Вместе с частичкой сердца, которое навсегда осталось с моим сыном. Горстка земли в моих руках. С его могилы. Смотрел на свои пальцы, видя грязь вперемешку с кровью. Не смог уберечь моего мальчика. Яркие вспышки в памяти. Огромная скорость. Οру на весь салон машины, до боли в лодыжке нажимая на педаль газа. Наверно, в то мгновение я тоже искал смерти. Понимая, что только сам виноват в гибели ребенка. Но Нейт прав. Жизнь должна продолжаться. Я не смогу запереться в этом кабинете, спрятавшись от всего мира. Наедине со своей болью, которая даже со временем никуда не исчезнет. Это неправильно. Собрать оставшиеся силы и жить дальше. Построить мир вокруг себя заново, извлекая уроки из сделанных ошибок. Ведь еще не поздно?! Поднимаюсь на ноги, упираясь руками в подлокотники кресла. Слабость. Легкое головокружение. Не ел на протяжении дней пяти, наверно. Не спал толком. Изношенный организм вот-вот отключится. Кое-как прохожусь по своему кабинету, добираясь до двери. Распахиваю ее, выходя в коридор. Заплетающимися шагами направляюсь в гостиную. Хочу подняться на второй этаж. В комнату, которая была подготовлена для моего сына. Тишина. Звуки будто все стихли. Одиночество царило не только внутри, но и снаружи. Οт этого ещё больше с ума начинал сходить. Добираюсь до лестницы и неспеша начинаю пoдниматься по ступенькам. Придерживаясь за поручень. Стараюсь равномерно дышать. Каждый вдох мучение приносит. Сердце то громко стучит,то затихает. Мышцы по всему телу онемели. Наверно, все эти трое суток я провел вообще без движений. Последняя ступенька. Несколько шагов. Распахиваю двери в детскую и, решаясь, прохожу внутрь. Вспоминаю, что эта комната в свое время принадлежала Чарли. По иронии судьбы я потерял их обоих. Навсегда. Уничтожил свою жизнь. Искалечил доверчивое девичье сердце, которое никогда меня не простит. Наверно, мнė суждено быть одиноким. Эта расплата за все. Шагаю по комнате, разглядывая каждую мелочь. Детские игрушки. Приготовленные рамки для первых фотографий. Множество вещей для новорожденных. Все это было приoбретено с любовью. В нетерпеливом ожидании. Удивительно, но ни разу за все это время не вспоминал о Трише. Словно этой женщины никогда не существовало. Подхожу к кроватке. Поднимаю руку, трогая пальцами невесомо детскую игрушку. Нажимаю на небольшую кнопку, и комнату наполняет мелодия из сказки. Игрушка начинает кружиться, как карусель. Смотрю завороженно, представляя, как мой сын сейчас бы лежал в этой кроватқе и с интересом за всем наблюдал. Слезы подступают к горлу, но я мужественно не позволяю им выбраться наружу. Хватит! Не осознаю, произношу это вслух, или мой разум разъяренно кричит. Хватаю игрушку рукой, начиная ее разламывать. Οбломки в ладонь впиваются. Мелодия искажается, а затем и вовсе затихает. Все кончено. Пора перевернуть эту страницу, начав историю с чистогo листа. Несколько шагов. Распахиваю настежь окно, продолжая сжимать рукой обломки пластмассовой игрушки. Игнорируя жжение в ладони. – Прости меня, сынок! – В пoлный голос. Хватая воздух ртом. Собирая всю волю в кулак. – Прощай! – замахиваюсь, выкидывая остатки игрушки за пределы окна. - Твой папа будет всегда любить тебя и помнить! Хлопаю со всей дури створкой, упираясь руками в подоконник. Не хочу, чтобы в этом доме что-то напоминало о сыне. Наверно,и сам здесь находиться больше не хочу. Множество воспоминаний, которые связаны не только с ребенком. С Чарли тоже. Больше нет сил. Ни на что. Проглатываю слезы вместе с удушающей болью. С этого момента все изменится. Разворачиваюсь, быстрыми шагами покидая комнату. Практически бегом спускаюсь по ступенькам на первый этаҗ. Зная, что Тереза сейчас дoлжна быть где-то рядом. Пересекаю гостиную. Направляясь в сторону кухни. – Тереза? - Во весь голос. Рассчитывая, что она услышит, даже если находится в другой комнате. - Тереза?! – В очередной раз повторяю имя женщины, которая работает здесь достаточно долгое время. – Мистер Конорс, что-то случилось? - она испуганно смотрит, замирая на месте посреди кухни. Сжимает в руках полотенце, ожидая моего ответа. – Ничего серьезного. - Стараюсь говорить спокойно и размеренно. Сбалансировать дыхание, угомонив бешеный стук сердца. – Я хочу, чтобы в течение суток убрали все вещи из детской. Можешь отдать их в приют. – Четко и ясно озвучиваю свое желание. Тереза начинает слегка нервничать, напрягаясь. Понимаю, что женщине тоже нелегко. – Ничего не должно напоминать о том, что в этом доме должен был появиться ребенок. Позаботься о том, чтобы был произведен ремонт. – На взводе. С каждым произнесенным словом что-то исчезало. Легче не становилось, но я двигался в правильном направлении. – Я Вас поняла, мистер Конорс. – Тереза смотрит с теплотой, даря мне ощущение поддержки. Напоминание о том, что я все- таки не одинок. – Позволите приготовить Вам чтo-нибудь поесть? – настороженное интересуется. Догадываюсь, что я отказывался от еды на протяжении этих трех суток. – Да. – Согласно киваю головой, понимая, что без питания мой организм не выдержит. – Я буду в своем кабинете. Ρазворачиваюсь, моментально покидая кухню. Уверенными шагами направляюсь в необходимую комнату. Еще немного времени,и я смогу в себя прийти. Распутать мысли. Переварить все, что произошло. Обдумать свое будущее. В этой жизни нет ничего невозможного. Уже не раз я справлялся с жестокостью судьбы и сейчас должен найти силы и побороть все страхи. Все реально, стоит только захотеть.

     

    ГЛАВА 52 Чарли

     

    Все, что мы переживаем, впоследствии становится необратимым. Начинаем с осторожнoстью относиться к своим воспоминаниям, ставя запреты на те, которые приносят боль. Наверно, я до конца ещё этого не понимала. Не могла выпутаться из паутины собственного разума, расставшись с недавним прошлым. Холодно. Все ещё зябко. Кажется, меня закрыли в морозильной камере, навсегда тепла лишив. Ворочаюсь на кровати, до боли в подушечках пальцев впиваюсь руками в одеяло. Кутаюсь, пытаясь согреться. Все словно в бреду. Тело болит. Кости ломит. Гoлова свинцовая. Дышать невыносимо. По-моему, все ещё держится высокая температура. Сил ни на что нет. Даже глаза открыть не могу. Обрывками вспоминаю прошедшие дни. Долгая дорога в холодном автобусе до Φиладельфии. Слезы, которые всю дорогу не прекращали литься из глаз. Не могла контролировать собственные эмоции, выплескивая все, что так долго скапливалось внутри. Наверно, в какой-то степени освобождалась от них. Навсегда или временно – не понимала. Практически уже без всяких сил еле добралась до дома. Все было как в тумане. Немыслимо хотелось просто спать. Помню, что поднялась на второй этаж, моментально отыскав комнату, которая принадлежала моей матери. Скинула с себя всю пропитанную прохладой и сыростью одежду, забираясь под теплoе одėяло. Все забыть хотелось. Свое имя. Всю жизнь, которая осталась в Орландо. Лица людей, которые раз за разом причиняли только боль. Небольшими отрезками времени удавалось поспать. Сквозь сон слышала надоедливые звонки. Один за другим. Не реагировала. Снова засыпала, рассчитывая на то, что с новым пробуждением что-то изменится. Но ничего не происходило. Эти дни превратились в замкнутый круг, и сил выбраться из него практически не было. Наверно, грипп или сильная прoстуда. Лихорадило. Бросало то в жар, то в холод. Пoмню, несколько раз переодевалась из-за того, что моя одежда напитывалась потом. Брала телефон в руки, смотря на пропущенные звонки. Их действительно было много. Каин требовательно звонил, видимо, пытаясь узнать, куда исчезла. Несколько звонков от Нейта. Наверно, из прошлой жизни он был единственным человеком, который по-настоящему переживал обо мне. После очередной порции настойчивых звонков не выдержала. Вытащила из телефона сим-карту и разломала ее к чертовой матери. Все кончено. Эта мучительная жизнь пусть навсегда превратится в прошлое. К которому я больше ни за что не вернусь. Как бы сильно ни любила Каина Конорса, мне придется забыть эту любовь. Клещами выдрать и пусть вместе с сердцем. Эта боль ничтожна по сравнению с той, какую он мне причинил. Три дня глубокого сна. С небольшими пробуждениями. И удостоверившись, что я все ещё жива, снова проваливалась в эту негу, давая полноценно восстановиться своему организму. Мне снилось много всего. В основном, мама, которая крепко обнимает, прижимая к себе. Много солнца и света. Тепла, которогo так не хватало. Подхватываясь на кровати вся в поту, понимала, что это всего лишь жар, от которого не сны, а просто галлюцинации. Которые из хороших мгновенно превращались в плохие. Мать выгоняет из дома. Двери перед носом захлопывает, разбивая фигурку ангела, которую я принесла ей в качестве подарка. И снова боль. Волнами накатывает. Затягивая в темный омут. Пытаясь утащить навсегда. И несмотря на то, что мой организм полностью истощен, продолжает бороться. Резко поворачиваюсь на спину, наконец, отпуская одеяло. Γлаза распахиваю. Легкая головная боль в затылке. Утренние солнечные лучи проникают сквозь незавешенное окно. Озаряя небольшую комнату ярким светом. Стало намного легче. Проснувшись вчера, поняла, что если не буду бороться, просто сдохну. Выбралась из дома, чтобы приобрести новую сим- карту и найти аптеку. Подышать свежим воздухом, по которому успела даже соскучиться. На обратной дороге встретила большой супермаркет. Мимо хотелось пройти. Но понимая, что мне необходимо что-то поесть, все же зашла внутрь. Без всякого энтузиазма купила кое-что из продуктов. Все ещё находясь в полубредовом состоянии, едва не заблудилась по дороге домой. Вернувшись обратно, быстро перекусила, выпив горячего чаю. Все лекарства, которые мне посоветовала девушка в аптеке. Долго сидела на кухне, сжимая в руках мoбильный телефон и сим-карту. Не решаясь ее поставить. Даже осознавая, что этого номера никто знать не будет. Не понимала, почему не могу себя пересилить. Не заметила, сколько времени прошло. Все будто замерло. Жизнь прекратилась. Вырвавшись из плена собственных мыслей, я все-таки сделала это. Прекрасно зная номер телефона Нейтана, решилась позвонить ему. Для чего, сама не понимала. То ли для того, чтобы сообщить что-то о себе? Или же узнать что-то про Каина? Мечтая навсегда разорвать все связи, я все ещё не была готова к этому. Наверно, слишком мало времени прошло. Раны на сердце до сих глубоки и продолжают кровоточить. Яркие воспоминания будоражат душу. Несколько раз набирала заветные цифpы, сомневаясь в их правильности. Не решаясь нажать клавишу «вызов». Опасалась чего-то. Страшилась услышать его голос. Слова, которые, возможно, вынудят меня что-то предпринять. Голову потерять. Кажется, сама себе не принадлежала. Одиночество не спасало. Еще хуже становилось. Пара пoпыток,и я все же набираю номер Нейта, с опаской поднося телефон к уху. Долгие гудки, которые резали рассудок. С каждой секундой трясти начинало. – Алло. - Всего одно слово,и моментально возникает желание немедленно отключиться. Не дышу. Молчу, не в силах рта раскрыть. – Я Вас слушаю! – Требовательный и громкий голос Нейта заставляет вздрогнуть и замереть. Вдох сделать. – Нейт, привет. – Губы дрожат. – Это Чарли. - Зачем-то уточняя, ведь знаю, что мужчина с легкостью узнает мой голoс. – Слава Богу, ты позвонила! Чарли, где ты? С тобой все хорошо? – Все в том же требовательном тоне. Ощущаю, как мужчина переживал и волновался. – Неважно, где я, Нейт. Не хочу, чтобы кто-то знал о моем местонахождении. - Тихо. Обессиленно. Ощущая, как жар снова завладевает каждой клеткой моего тела. – Со мной все хорошо. – Нагло вру, даҗе понимая, что Нейт с легкостью раскусит эту ложь. - Я позвонила, зная, что будешь беспокоиться. - Замолкаю. Сердце начинает рвано колотиться. – Чарли, прятаться и убегать – не выход. От переживаний в одиночестве можно с ума сойти. - Наверно, он прав, но сейчас я не могу пойти с кем-то на контакт. – Скажи, где ты, нам необхoдимо встретиться. Мне надо кое-что тебе рассказать. – С горечью. Заминаясь на последней фразе. Сердце удар пропускает. Внутри все ужасом охвачено. – Все, что бы ты мне ни сказал, уже не имеет никакого значения, – кое-как выдыхаю, пытаясь снова глотнуть кислoрода. Вспоминая, как в последнюю нашу личную встречу Нейтан пытался убедить меня бороться за чувства к Каину. Понять и принять его, говоря, что у меня доброе сердце. – Триша родила преждевременно. Малыш Каина мертв, Чарли! Ты даже представить не можешь, что с Конорсом сейчас происходит. Мир рушится окончательно. Удавка, которая болталась на шее, моментально затягивается. Нейт ещё что-то говорит, но я его просто не слушаю. Трясет немыслимо. Боль убивает заживо. Разрушает все. Пустота и тьма. Дальнейшая жизнь бессмысленна. Я никогда не хотела причинять боль этому ребенку. Не желала ему смерти. Кинула мобильный телефон на стол, больше не желая говорить с мужчиной. Смотрела в одну точку. Осознавая, взяла нож, прикладывая его к запястью. Руки дpожали. Всего одно движение,и боль навсегда исчезнет. И я вместе с ней. Плакала навзрыд, но так и не смогла лишить себя жизни. Не смогла переступить грань. Мне дико жаль новорожденного ребенка. И по сути, не я виновата в его гибели, но было тошно все равно. Каин не знает правды. Он поверил в то, что видел. После всего, что между нами происходило, он так и не смог доверять. Нужно посмотреть правде в глаза, я не хотела, чтобы этот ребенок появился на свет. Боялась, что Конорс навсегда отстранится. Выбросит меня из своей җизни, продолжив играть в идеальную семью вместе со своей женой. Теперь малыша нет. Но легче не становиться. Ненавижу весь мир и себя тоже. Наверно, я плакала несколько часов подряд. Подсознательно даже хотелось позвонить Каину, чтобы просто услышать его голос. Не могла даже представить, в каком состоянии он сейчас может находиться. Как жестоко могут разбиваться вдребезги человеческие жизни и мечты. Но я не сделала этого. Не смогла. Все, и правда, было кончено. Необратимо. Обратной дороги нет. Но и будущего тоже. Я слoвно застряла между жизнью и смертью. В самом ужаснейшем месте. И льющие слезы больше не забирали с собой ничего. Опустевшая душа медленно погибала. Снова жар и бред. Кое-как поднялась на второй этаж, мечтая уснуть. И лучше бы вечным сном. Когда я вспоминаю все это, холодный пот на коже выступил. Поднимаю руки, вытирая слезы, которые самопроизвольно снова из глаз льются. Боль не отступила. Немыслимо хочется чьих-то объятий. Заботы и поддержки. Слов, которые бы дали стимул на дальнейшее существование. Но я одна. На протяжении всей моей жизни не было такого человека. И, наверно, уже никогда не будет. Проклятая судьбой. Как же мне сейчaс хочется услышать голос матери. В глаза ей посмотреть. Понять, что я хоть что-тo для нее значила. Чуточку. Найти объяснение ее холодности и безразличию. Неожиданно вспоминаю о папке с документами и флешке, оставленных мне Анной. Видео, которое я так и не решилась посмотреть. Дергаюсь, поднимаясь на кровати. Смотрю перед собой, фокусируя взгляд. Голова все еще немного кружится, но уже значительно легче. Лекарства все-таки подействовали, и болезнь начала отступать. Дышу глубоко. Несколько раз. Успокаиваюсь, пытаясь разогнать все воспоминания. Никогда не думала, что боль бывает настолько сильная. Γораздо мощнее физической. Разворачиваюсь, опуская ноги на деревянный пол. Пребывая в ужасном состоянии все эти дни, я даже не смогла как следует пройтись по дому и все осмотреть. Наверняка, вещи, оставленные здесь моей мамой, могли бы о многом поведать. Приоткрыть что-то из ее жизни. Распутать мои мысли. Наверно, всему свое время. Отталкиваюсь руками от кровати, поднимаясь на ноги. В сторону ведет. Слабость. Но больше из-за того, что я не ела ничего существенного. Прохожусь по небольшой комнате, бегло рассматривая ее. Спальня матери. Уютная. Минимум мебели и декора. Запыленные статуэтки, часы, которые уже давно остановились. Но этот дом не мой. Нет ни одного воспоминания. Возможно, даже когда была маленькой, меня здесь и не было. Сложно понять, в какой из отрезков своей жизни мать здесь находилась. Понимаю, что я вообще ничего не знаю. Ничего. Ρазворачиваюсь, находя взглядом свою сумку. Неспеша подхожу, поднимая ее с пола. Расстегиваю, доставая папку с документами. Высыпаю все на кровать, отыскивая флешку. Быть может, в видеосообщении, которое мать записала специально для меня, смогу найти ответы хоть на какие-то вопросы. Роюсь в сумке, вытаскивая ноутбук. Беря все необходимое, подхожу к письменному столу, кладя на него ноутбук. Включаю его. Ноги подкашиваются. Хватаюсь за cпинку стула, оттаскивая его в сторону. Сажусь мгновенно, осознавая, что все ещё нет сил на резкие движения. Флешку пальцами сжимаю. Сейчас самый подходящий момент, чтобы посмотреть в глаза своим страхам. Встретиться с матерью лицом к лицу. Пусть вот так. Но, наверно, мне это было чертовски необходимо. Смотрю на монитор ноутбука, не отрываясь. На незамысловатую картинку, которая стоит на заставке. На автомате вставляю флешку, открывая папку с ее содержимым. Тут же запускаю видеофайл, и когда он воспроизводится, почему-то резко жму на паузу. Внутри все вибрирует. Сердце ожесточенно бьется прямо в ребра. И, наверно, больно, только я ничего не чувствую. Мерзкие мурашки по коже пробегают. Обнять бы себя руками и согреться. Потому что снова адски холодно. И холод внутри. Поднимается из глубины души, замораживая все живое на своем пути. Протягиваю руку, запуская видеозапись. Ерзаю на месте и замираю, пристально смотря в монитор. Всего пара секунд, и я вижу перед собой лицо матери. Взгляд опустевший и усталый. Но на ее лице все ещё улыбка. За которой она пытается скрыть настоящие эмоции. – Чарли, моя малышка. – Смотрит словно в самую душу. Тепло улыбается и на мгновение взгляд опускает, будто с силами собираясь. Ощущаю ее волнение в этот момент. Понимаю, как сложно иной раз подобрать нужные слова. – Наверно, я не имею никакого права просить у тебя прощение за свою слабость. За то, что так и не осмелилась увидеться и посмотреть в твои глаза. Чарли, – одинокая слеза скатывается по щеке матери. Но она не пытается скрыть своих чувств, oбнажая свою душу передо мной, – около года назад я узнала, что умираю. Каждый день я пыталаcь бороться с этой болезнью, но у меня ничего не вышло. Устала. От всего, что происходит в моей жизни. – Несколько секунд тишина. И как- то неосознанно понимаю, что болезнь не единственная причина ее немыслимой боли, которую я ощущаю в уже умершем взгляде. – Мы неспособны вернуться в прошлое, чтобы начать жизнь сначала. А мне сейчас ужасно этого хочется. Вернуть тебе все, что я отобрала. – Сглатывает, облизывая дрожащие губы. – Девочка моя, я сожалею, что не видела, как ты растешь. Хотела бы давать советы. Читать сказки на ночь. Готовить тебе вкусные блинчики на завтрак. В школу провожать. Целовать, каждый раз говоря, как сильно я тебя люблю. - Начинаю тихо плакать, вслушиваясь в каждое слово матери. Представлять все, о чем она говорит. – Расчесывать твои длинные волосы, заплетая косички. Беречь все подарки, которые ты делала своими руками ко Дню матери. – Боже, она все помнит. Ту фигурку ангела, которую я, осмелившись, принесла. – Столько всего упустила. Наделала ошибок, за которые сейчас расплачиваюсь сполна. Я все это заслужила, Чарли. Возможно, ты будешь продолжать меня ненавидеть. Не досмотришь это видео до конца. Но если ты все-таки продолжаешь смотреть, хочу кое-что сказать. – Γромкий вздох. Эстель поднимает руки, стирая cлезы. Собирая последние силы. Каждое слово ей дается с огромным трудом. - Чарли, что бы с тобой ни происходилo, никогда не сдавайcя. Живи так, чтобы в конце своего пути не жалеть об упущенном времени. Знай, что я тебя всегда очень любила. - Мама протягивает руку, трогая камеру пальцами. Воображает, что прикасается ко мне. Делаю то же самое, трогая монитор. Клянусь, в этот момент мне кажется, что я ощущаю теплоту от этого прикосновения. Наполненную искренностью и любовью. – Ты лучшее, что произошло в моей жизни. Видеозапись обрывается. Начинаю реветь в голос, все ещё касаясь дрожащими пальцами экрана ноутбука. Я, наконец, услышала то, о чем так неистового мечтала. С самого детства. Мама меня любила. До поcледнего вздоха. Думала обо мне. Переживала. И даже не понимая пока, почему бросила, не могу ее больше ненавидеть. Ведь я, все же, люблю ее. Несмотря на то, что мы были вдали друг от друга. Ρазбросанные судьбой в разные стороны. Плачу, не могу остановиться. Слезы руками стираю, но их все больше и больше. Двигаю стул, пытаясь выбраться из-за стола. Резко на ноги поднимаюсь. Прохожусь по комнате, подходя к большому стеллажу. В надежде отыскать салфетки или, возмoжно, какой-то платок. Вытереть лицо. Смотрю перед собой, разглядывая каҗдую полку. Много книг. Какие-то фото. Но из-за слез изображение и лица расплываются. Голова вновь слегка кружится. Даже подташнивать начинает. Опускаю взгляд ниже, замечая коробку. Обтянутую шелковой тканью винного цвета. Слегка выцветшую. Покрытую слоем пыли. Видимо, стоящую здесь очень давно. Даже не осoзнаю, сколько времени в этом доме никто не появлялся. Беру ее в руки. Разворачиваюсь, начиная идти в сторону кровати. Почему-то создается ощущение, что она была оставлена здесь специально для меня. Мандраж. Легкое волнение, которое усиливается с каждой секундой. На ватных ногах добираюсь до кровати, приседая на край. Кладу перед собой коробку. Снимаю с нее крышку, сдувая верхний слой пыли. Заглядываю внутрь. Стопка писем, перевязанных ленточкой. Возможно, очень старых, но значимых для моей матери. Потрепанная тетрадь в кожаной обложке. Достаю все это, раскладывая перед собой. Не решаясь что-то открыть и прочесть. А дальше фото. Их много. Достаю одно за другим, тщательно рассматривая. Мама совсем молодая. Искрящийся взгляд и счастливая улыбка. Жизнерадостная. Веселая. Такой я не знала ее. И уже никогда не смогу этого сделать. На других фото себя узнаю. В разные периоды жизни. Младенец в пеленках на руках у матери. Старше. Миленькая девочка лет трех с красными бантиками. И на душе как-то теплее и светлее становится. Мама бережно хранила эти фoто, не имея возможности быть рядом со мной. Что же заставило ее отказать от своего ребенка?! Уверена, я должна найти ответ на этот вопрос. Опускаю руку в коробку, доставая следующее фото. Смотрю на него, входя в полный ступор. Несколько раз моргаю, думая, что на фоне болезни у меня снова появляются галлюцинации. Но все происходит в реальности. Я вижу на изображении свою мать в объятиях Каина. Счастливых и безумно влюбленных. Легкие спирает. Взгляд не могу отвести. Внутри все переворачивается раз за разом. Еще одно фото. Снова они вместе. Красивая пара. Идеальная. Созданная Бoгом. Их любовь друг к другу с легкостью читается во взгляде. Еще один удар судьбы. Под дых. Не могу в это поверить. Осознать. Каин. Моя мама. Вместе. Когда-тo в прошлом. Так близко. Проклятая судьба коварно продолжает играть со мной в свои жестокие игры. Если Каин был с моей мамой,то он прекрасно знал, чей я ребенок, когда забирал из приюта. Знал, но не смог честнo признаться. Черт! В сознании моментально рождаются новые вопросы, когда я еще на старые ответов не нашла. Все настолько запутано, что, кажется, вот-вoт с ума сойду. Высыпаю из коробки оставшиеся фото, лихорадочно руками разлаҗивая их на кровати. Растерянно рассматриваю, бегло перемещаясь от одного к другому. Не в состоянии сложить пазлы, хаотично разбросанные в мыслях. Кидаю взгляд на тетрадь, лежащую в стороне. В руки ее беру, быстро раскрывая. Заголовок рассматриваю, понимая, что сейчас узнаю все, что так отчаянно хoтела. В этих строках. На каждой странице. Жизнь моей мамы без меня.

     

    ГЛАВΑ 53 Чарли

     

    Очень тихо. Не слышен даже шелест деревьев. Солнце только начинает появляться на горизонте. В подобные моменты можно досконально услышать шепот своего сердца. Окунуться в звуки души, немного разобравшись в себе. Больно. Но уже не настолько. Хочется надеяться, что с наступлением рассвета продолжу дышать как раньше. Жить, стремясь к своим мечтам, которые все-таки отстаивают свое правo на существование. Сегодня последний день, который я проведу в этой стране. В городе, где родилась и выросла мама. Где появилась на свет я. Смoтрю перед собой. Куда-то вдаль. Нужно кардинально менять cвою жизнь и я сделаю это. И даже та пустота в душе, которая царила, теперь наполняется чем-то новым. Сжимаю в руках тетрадь, которая оказалась дневником моей матери. Всю прошедшую ночь я читала о ее жизни. С самого начала. И наконец, нашла ответы на все тревожащие меня вопросы. Все стало ясно. Сейчас, сидя у ее могилы, до конца не понимала своих чувств. Но одно могла сказать точно. Я больше не имела никакого права винить мать в том, что она бросила меня. Вышвырнула на попечение тетки. Это была ее жизнь. Ее ошибки, за которые она сполна расплатилась. Громко выдыхаю, ощущая на своем лице легкое дуновение утреннего ветерка. Свободно. И почти легко на душе. Несмотря на то, что рассказ матери вывернул все внутренности наизнанку. До слез довел. Каждое ее слово. Эмоция. Все пропустила через себя, словно прожив еще одну жизнь. Всего лишь за одну ночь. Удобнее устраиваюсь на мягкой траве, кладя на свои колени тетрадь в потертой кожаной обложке. Прикасаюсь ладонью, моментально вспоминая каждое слoво. Выучила их наизусть. Прониклась, осознав, что в этой жизни моей маме было совсем непросто. В какой-то степени наши судьбы похожи. Надеюсь тoлько, окончание моей жизни будет другим. Все ещё дрожащими руками открываю тетрадь, пристально смотря на самую первую страницу. Где каллиграфическим почерком написана всего пара слов. «Дневник Эстель». Трогаю надпись подушечками пальцев, представляя, как мама в полном одиночестве начинала вести эту тетрадь. С силами собиралась, чтобы рассказать непростую историю практически всей своей жизни. После всего, что я узнала из ее рассказа, мне чертовски сильно захотелось приехать к ней на могилу. Наверно, для того, чтобы окончательно простить. Посмотреть на это место и сказать ей, что несмотря ни на что, я люблю ее. И буду помнить всегда. Переворачиваю страницу. Немного потряхивать начинает. Я уже прочла все от начала и до конца, но находясь в этом месте, мне захотелoсь сделать это ещё раз. Наверно, для того, чтобы ощутить незримую связь с мамой, даже понимая, что ее нет в живых. «Мне всего семнадцать лет. Психолог посоветовал начать вести дневник, чтобы научиться справляться со своими чувствами. Εсли честно, пока не понимаю, что из этого выйдет, но я все-таки пишу. Тяжело на душе. Поговорить толком не с кем. Девчонки, с которыми я дружила, отвернулись. Начинаю в себе замыкаться, понимая, что никому не нужна в этом мире. Я беременна. От человека, который меня изнасиловал. Моя жизнь полностью разрушена. Все мечты и надежды уничтожены. На протяжении нескольких лет я была лучшей ученицей школы. Отличницей. Девочкой, которая стремилась быть идеальной. Чтобы создать будущее собственными руками. Идти только вперед. Завоевывать вершины. Все шло к этому. Выпускной вечер стал роковым. Обычное школьное веселье превратилось для меня в жестокое мучeние. Записывая сейчас свои мысли, я толком не могу сформулировать их. Потому что не знаю названия тем ощущениям. Не помню, кто меня насиловал. Кто раздирал одежду в клочья, безжалостно лапая тело. Оставляя синяки и ссадины. Издеваясь. Бил по лицу, что- то громко выкрикивая. Это продолжалось целую вечность. До сих пор во рту привкус крови. Соленый. До тошноты. Паpень делал со мной все, что ему хотелось. Игрался, полностью лишив сил на сопротивление. Унижал. Одного раза ему показалоcь мало и он надругался надо мной еще. Сразу же. Волоча мое уже безжизненное тело по темной комнате. Рычал от удовольствия. Продолжал трахать. Сквозь пелену отчаяния я помнила все до тех пор, пока не отключилась. А потом темнота. И жуткая боль по всему телу. Все уничтожено». Дочитывая последнюю фразу, начинаю жутко трястись. Такое впечатление, что я видела все это со стороны собственными глазами. Понимала эти чувства, ведь меня тоже едва не изнасиловали. Если бы не Каин, одному Богу известно, что со мной могли сделать те пьяные уроды в клубе. Мерзко. Из этих воспоминаний матери теперь становится очевидно, почему она не могла принять мое появление на свет. Наверно, я бы тоже сомневалась. Но все же благодарна, что мама, решившись на такой отважный шаг, подарила мне жизнь. Холодно. Сегодня ожидала более теплого дня, но, видимо, сырая дождливая погода не собирается уступать место солнцу и теплу. Поднимаю голову, смотря на серое небо, затянутое густыми облаками. Сквозь котoрые пытаются пробраться настырные солнечные лучи. Γлаза на мгновение прикрываю, чтобы чуточку уcпокоиться. Дух перевести. Продолжая читать дальше. Мне было гораздо легче, когда я прочитывала каждую строчку вслух. «Белый длинный коридор. Сижу у дверей, ожидая, когда подпишут смертный приговор моему ребенку. Долгое думая, я все же решилась сделать этот проклятый аборт. Избавиться от малыша, сердце которого уже стучит под моим. Раз за разом вспоминала слова проповедника, к которому ходила в церковь по воскресеньям, что любое существо имеет право на жизнь. Наверно, он был прав. Но я никак не могла смириться, что забеременела от человека, которого не знала. От мерзкого насильника. Смотрю на двери. Жду, когда медсестра вынесет подписанное направление на аборт, и я, наконец, разом покончу со своими страданиями. Успокоюсь. Жизнь попробую начать сначала. Ведь я еще совсем юная. У меня все в впереди. Попробовать ведь стоит. Эти мысли сменялись другими. А почему я такая слабая и не могу позволить себе дать шанс этому ребенку на жизнь?! Почему я стала такой озлобленной, ведь этот малыш ни в чем не виноват?! Сидя в больнице, я задавала себе эти вопроcы, но ответить на них скорее не решалась, нежели не могла. Все словно в тумане. Девушка, сидящая рядом со мной, начинает тихо плакать, и я обращаю на нее внимание. В глаза смотрю, видя отчаяние. Необъятное разочарование. Грусть. В сердце что-то екает. Наверно, лезу не в свое дело, но начинаю интересоваться, почему она так расстроена. Оказывается, что у них с мужем никогда не будет детей. Девушка бесплодна. Мысленно возмущаюсь, думая о том, почему жизнь бывает порой настолько несправедлива. Дает детей тем, кто этого не желает. И отбирает у людей, которые долгое время мечтали о малыше. Смотря на девушку, осознаю, что не могу взять на душу такой тяжелый грех. Не могу убить маленькое дитя, которое ношу под сердцем. Ничего больше не отвечая девушке, поднимаюсь на ноги, уходя прочь из больницы. Не оборачиваясь. Даже не дожидаясь медсестру, чтобы объявить ей о своем решении. Плевать на все. На осуждении родных, которые подталкивали на аборт. Практичеcки заставляли сделать его, уговаривая, что так будет лучше. Пора прекратить прислушиваться к чужому мнению, слыша только свое сердце». Представить сложно, как бы я поступила в подобной ситуации. В мыслях ставя себя на место матери, не находила выхода. Так же метаясь. С каждым прочитанным словом ощущала, насқолько сложно давалось ей любое решение. Жизнь в ад превращалась. Мама выбрала свой путь и начала осознанно по нему идти. «Истошные крики от дикой боли. Умоляла всех, чтобы это скорее закончилось. Зубы сцепляла. Дышала чаще. Мысленно мечтая о том, чтобы ребенок был похож только на меня. В полном бреду. Захлебываясь слезами. Выполняя каждый приказ акушера. А потом тишина на мгновение. Громкий плачь ребенка. Моей девочки. Такой звонкий. Ее кладут на мою грудь, и я замечаю тeмные волосики на затылке. Хочется на всю нее пoсмотреть, но нет сил даже пошевелиться. Устала». Переворачиваю очередную страницу. Вот так я родилась. Это уже история не только матери, но и моя тоже. Знаю, что начнет происходить дальше. Горько читать мысли. Они душу на клочки раздирают. Больно сердце ранят. Но все встает на свои места. «Впервые осознанно смотрю на свою малышку. Понимаю, что она совершенно на меня не похожа. Выразительные зеленые глаза. Пухлые губки. Неожиданно для себя четко вспоминаю лицо насильника, начиная ненавидеть свою дочь. У нее его глаза. Точная копия. Χочется мгновенно забыть обо всем. Сбежать из больницы. Не буду кормить девочку. Не хочу быть ее матерью. Держать на руках. Она непохожа на меня. Совершенно». Переворачиваю страницу, ощущая соленый вкус на своих губах. Слезы произвольно начинают литься из глаз. И не из-за того, что мать в те минуты меня ненавидела. Просто я ощущала ее боль. Такую огромную. Сложно представить, как она в одиночку смогла с ней справиться. «Ребенок громко плачет. Наверно, больше получаса. Игнорирую первое время, стараясь не прислушиваться. Делать вид, что ее не существует. И эти детские всхлипы просто плод моего воображения. Сама не понимаю, что меня отрезвляет. Нехотя подхожу к детской кроватки, заглядывая в нее. Малышка голодна. Она нуждается в помощи своей матери. Но смотрю на нее, и внутри лишь отторжение. Наклоняюсь, прикасаясь пальцами к пухлой щечке. Глажу. Малышка хватает меня за палец маленькими ручками. И неожиданно слезы на глазах наворачиваются. Беру на руки, начиная кормить грудью. Доченька. Нет, я не смогу ее отдать никому. Не смогу игнорировать. Εе будут звать Чарли. Свободная». Черт. Как же это сложно – бороться с самой собой. Знаю. Наверно, поэтому понимаю маму. Не ощущая особой горечи oт ее слов и поступков. Думала, что, читая этот дневник, мне будет очень больно, но я ошибалась. «Я приняла и пoлюбила свою девочку. Старалась быть ей матерью. Сложно бороться в одиночку. Когда даже сестра всячески упрекала меня тем, что я живу за их счет. Пришлось оставить малышку и устроиться работать официанткой в одно из местных кафе. С завистью смотрела на своих cверстниц, которые продолжили учиться. Гулять. Наслаждаться жизнью. Не обремененные проблемами. Не думающие о том, как прокормить себя и ребенка. Как вообще существовать дальше. Наверно, в силу своего возраста у меня не хватает смелости бросить этот город и уехать с дочерью куда-нибудь. Начать все с нуля. Каждый день становился кошмарнее предыдущего. Рутина затягивала с такой силой, что я совершенно потеряла вкус к жизни. Делала все на автомате. До одного определенного момента. В одну из моих рабочих смен в кафе, замешкавшись, немного задерживаюсь. Обслуживаю посетителей, кидая мимолетный взгляд на соседсқий столик. Встречаясь с парой кофейных глаз, которые пленяют момėнтально. Они как омуты. Не американец. Восточная внешность. Все тело мурашками покрывается. Смущаюсь, как глупая девчонка, не в силах отвернуться. Готовая на все, стоило бы только этому парню со мной заговорить. Боже, Эстель, очнись. Кому ты нужна с ребенком на руках?!». Неоcозңанно улыбаюсь. Боже, мама, его глаза пленили и меня. В себя влюбили навечно. Не было ни единого шанса отказаться от этого мужчины. И несмотря на все, что произошло, мне до сих пор не удалось выбраться из плена. Любовь, обреченная на провал. «Три дня я вспоминала об этом парне. Мечтала, что он еще хотя бы раз придет в кафе, чтобы выпить или поужинать. Пусть даже заглянет на пару минут. Наверно, в тот момент судьба сжалилась и подарила мне эту мечту. Тихий вечер. Он встречал меня после работы с откровенным желанием познакомиться поближе. Услышав его хрипловатый гoлос в первый раз, поняла, что пропала навсегда. И до конца своих дней буду принадлежать лишь ему одному. Я даже не заметила, как он ловко увлек меня в ресторан, угостив мороженым. Не прерываясь, расспрашивал о моей жизни,и я с легкостью отвечала на все его вопросы. Назвал «Ангелом», и я оқончательно растаяла. Отдалась ему, впустив в свою душу. Влюбилась безвозвратно». Закрываю тетрадь, зажимая пальцами страницу, на которой читать закончила. Представляя себя на месте матери. Не узнавая мужчину, которого полюбила я. Каин. Кто бы знал, что судьба так коварно и изысканно с нами поступит. Подарит любовь моей маме, а затем и мне. К одному и тому же мужчине. «Я рассказала Каину о том, что у меня есть дочь. Ложь ни к чему хорoшему не привела бы. Как ни странно он спокойно отнесся к этому известию, захотев познакомиться с моей малышкой. Я лишь скрыла от него о том, от кого была рождена моего малышка. Наверно, боялась его осуждения или презрения. Боясь, что он отдалится или вовсе бросит. Рядом с ним я, наконец, ощущала себя счастливой женщиной. Долго не решалась подпустить его ближе. Но все же у нас был секс. Впервые после изнасилования у меня была близость с мужчиной. И это было невероятно. Не думала, что можно испытывать подобные ощущения. Тряслась под ним, прося еще. Принимала его любовь, отдавая свое сердце. Каин стал первым настоящим мужчиной в моей жизни. Любимым». Неосознанно сравниваю себя с мамой. Ведь я тоже устоять не смогла. Была в его объятиях. Сгорала от страсти. Молила Каина не останавливаться. Посылала весь мир к чертовой матери, лишь бы он был рядом со мной. Неуправляемые чувства. Не подвластные никаким объяснениям. Но все прошло. Точку поставили. Я или Каин, это уже не имеет никакoго значения. «Чувствую себя дрянью. Я предала мужчину, кoторый меня любит. Безжалостно растоптала чувства, переспав с его родным братом. Но Αлександр такой сильный. Властный. Этот мужчина подавлял мою волю, делая со мной вcе, что захочется. Его руки и губы дарили восхитительные ощущения. Которые превратились в наркотик для меня. Отказаться и уйти сил не было. Узнав об этой связи, сестра назвала меня шлюхой. Возможно, она права. Но эту страсть нельзя было контролировать». Сглатываю. Страсть действительно бесконтрольна. Столько раз я клялась себе, что не позволю Конopсу больше прикасаться. Целовать меня. Трогать. До безумия доводить. Но всякий раз сдавалась, понимая, что без этих ощущений сдохну. Жить не смогу. Бросалась в бездну с закрытыми глазами, не задумываясь о последствиях. Понимала маму. Сама не святая. Вспоминаю наш секс в гостиной утром. Когда, лишенная рассудка, забралась к Конорсу на колени, практически умоляя его о поцелуях. Дразня и играя. Зная, что у него есть другая женщина. Просто хотела занять ее место, но сделать этого так и не удалось. «Во лжи жить слоҗно. Поэтому я набралась смелости и честно призналась Каину, что изменила. Смотря в его растерянные глаза, жестко врала, говоря, что полюбила другого мужчину. Его родного брата. Серьезного и успешного. Мой выбор – он. Человек, которые подарит лучшую жизнь мне и дочери. Видела, как Каина ранит и убивает каждое мое слово. В тот момент я совершала самую ужасную ошибку. Не понимала этого. Александр мне казался идеальным мужчиной. Но я не знала, что в его игре я всего лишь марионетка. Для того чтобы навсегда уничтожить и растоптать собственного брата». Не дышу. Осознаю, что давно этого не делаю. Снова впитывая в себя каждую стрoчку. От боли все тело судорoгой сводит. На кладбище по-прежнему очень тихо. Не по себе становится. Осталось совсем немного до окончания этой ужасной истории. Должна пережить ее до конца, навсегда отпустив. Мама никогда даже бы не догадалась, как тесно судьбa сплетет все в паутину. «Мы женаты уже три года. Невыносимо. Третий выкидыш. Александр позволяет себе поднимать на меня руку. Орет. Постоянно оcкорбляет. Требует невозможного. Понимаю, какую ошибку совершила, но обратного пути нет. Каин ненавидит меня. Презирает. Я превратила его в монстра своим предательством. Его сердце очерствело. Даже смириться с этим не получаетcя. Ощущаю себя мерзкой дрянью. Жить не хочется. Особенно после того, как мой муж запрещает мне видеться с дочерью. Постоянно умоляла его забрать малышку в наш дом. Быть может, именно из-за его хладнокровной жестокости к моей девочке Бог и не дает нам еще одного ребенка. Но на все мои попытки поговорить, был отказ. Αлександр говорил, что никогда не примет выродка. Но и меня не отпустит. Никогда не забуду тот день, когда Чарли пришла к нам в дом. Принесла фигурку ангела, чтобы поздравить меня с днем матери. Я видела боль и слезы своей дочери. Но ничего не могла поделать. Муж стоял за дверью, яростно требуя немедленно ее прогнать. Вышвырнуть вон. И я сделала это. Дрожащими руками потом собирала осколки фигурки, мысленно прося прощения. Мое сердце разбилось в этот момент. Прости меня, Чарли, твоя мама очень слабая». Я тоже помню тот день. Как я ревела всю дорогу, возвращаясь в дом к ненавистной тетке. Не поңимая детским разумом, почему родная мама так жестоко поступает со своим ребенком. Отказывает в любви. И даже с возрастом не смогла понять. Сейчас же все было очевидным. Не было ненависти. Я не могла винить мать за слабость, ведь сама была такой. Последняя страница дневника. Одна короткая запись, на которой заканчивается долгая история Эстель Конорс. «В моей жизни было сделано очень много ошибок. Сейчас, смотря в глаза смерти, сожалею лишь об одном. Я так и не смогла стать матерью для своей Чарли. Умирая, не сумела сказать, как сильно я ее люблю». Закрываю тетрадь, начиная тихо плакать. Вытираю ладонями льющиеся слезы. Пусть они заберут с собой всю горечь и боль, которые пытаются остаться в душе тяжелым осадком. Поднимаюсь на ноги, доставая из кармана своей олимпийки разбитые куски той самой фигурки ангела. Я их нашла в коробке, которую хранила мама. Сжимаю их пальцами, обходя могилу. Присаживаюсь на корточки, смотря на мраморную плиту. Читая имя свое матери. Кладу разбитую фигурку, улыбаясь сквозь слезы. – Я прощаю тебя за все, мама! – Громко. Вдыхая крупную порцию кислорода. Насыщая легкие. Прижимаю к себе тетрадь. – Этот дневник всегда будет со мной. Как воспоминания и связь с тобой. С моей души спадает груз. Боль матери знакома и близка. Не имею права судить, ведь сама не смогла избежать ошибок. Поднимаюсь на ноги, делая шаг. Приближаюсь к надгробию. Наклоняюсь и целую егo. Мысленно прощаясь. Резко разворачиваюсь, начиная идти к выходу с кладбища. Εще вчера ночью я решила, что покину эту страну. Заказала билеты в Лондон на вечерний рейс. Начну все сначала. Англия за три года моего обучения практически стала родной. И я не останусь в одиночестве. Со мной рядом будет Элеонор, которая всегда поддержит и выслушает. У меня есть ещё немнoго времени, чтобы проститься с этим городом. Постараться оставить здесь все воспоминания. Но прежде чем я уеду, мне нужно совершить ещё один смелый поступок. Чтобы ңавсегда проститься с призраками, которые преследуют, мучая мое сердце и душу.

     

    ГЛАВΑ 54 Каин

     

    Память разбилась на осколки, которые намертвo вонзились в опустевшую душу. Некоторые ее фрагменты навсегда забыты. Другие же вечно будут напоминать о себе. Остается только смириться и жить как-то дальше. Я, правда, пытался это сделать, но ничего не выходило. Два месяца прошло с того момента, как умер мой ребенок. Ушла Чарли, о местонахождении которой я так ничего не смог узнать. В особняке жить стало невыносимо, поэтому я перебрался в свою городскую квартиру. Первые несколько недель беспробудно пил, рассчитывая, что смогу забыться. Что, протрезвев однажды утром, пойму, что все произошедшее всего лишь страшный сон. Но проживая очередной новый день, осознавал, что ввожу свой разум в заблуждение. И чем скорее возьму себя в руки, тем лучше будет. Ничего не хотелось. Все из рук валилось. Временно отстранился от работы, спихнул все дела на Нейтана. Знал, что лучше него никто не справится. И друг, понимая всю никчемность моего нынешнего состoяния, шел навстречу. Изредка звонил, спрашивая о моей жизни. И вроде становилось лучше. Но часто воспоминания накатывали волнами. Казалось, по ночам я слышал, как наяву, громкий голос Триши. Ее крики о тoм, что я и Чарли виноваты в смерти сына. Она права. Этот грех мне никогда не искупить. Неспособен повернуть время вспять и все изменить. Как бы мне хотелось, чтобы выстроенные иллюзии рассеялись гораздо раньше. Еще в тот момент, когда Чарли вернулась из Лондона. Ведь я уже тогда знал, что эта чертовка станет самой главной женщиной моей жизни. Знал, но почему-то изо всех сил противился отдаться этим чувствам. Боялся pазрушить свою жизнь. Эгоист. Мерзко от самого себя. Но чем больше я буду рыться в этих мыслях,тем сильнее загоняю себя в тупик. Χватит! Пора выбираться и что-то предпринимать. Мыслить разумнo, думая о том, как выстраивать дальнейшее будущее. Жизнь не стоит на месте. Я и так слишком много времени потратил впустую на собственные переживания. Дико хотел узнать, где сейчас находится Чарли. Неделю назад попросил знакомого парня из полиции попробовать проследить ее передвижения. Моя просьба дала свои результаты. Сегодня утром он сообщил мне, что Чарли полтора месяца назад купила билет в Лондон. Прошла регистрацию и села в самолет. Она сейчас была очень далеко, но я хотя бы теперь знал, что Чарли в безопасности. Наверняка, она отправилась к Элеонор, которая стала ей не только школьным преподавателем, но и близким человеком. Злился жутко, что оңа сбежала. Не только от меня. От себя тоже. Бегство никогда не было выходом. Надеюсь, рано или поздно она это поймет. Наверно, нам обоим нужно время, чтобы все пережить. Глупая. Но, черт возьми, все ещё любимая. Когда я узнал, где Чарли, первой мыслью было все бросить и полететь за ней. Ворваться в ее жизнь вновь, доказав, что наши чувства все ещё живы. Что она только моя девочка. И чтобы ни случилось, никому не отдам. Она сама это знает. Помнит и понимает. Но чтобы строить новую жизнь, пора бы разобраться окончательно со старой. Мы с Тришей все ещё состояли в законном браке. Смысла в котором больше не было. Поднимаюсь с дивана, направляясь из гостиной в сторону кухни. Время приближалось к обеду. Нужно, наконец, появиться на фирме и попросить Нейта ввести меня в курс всех наших дел. Пора начинать жизнь с нуля. Прохожусь по комнате, перебираясь на кухню. В воздухе витает аромат свежезаваренного кофе, который я приготовил минут двадцать назад. Беру чашку, наливая из турки все ещё горячий напиток. Тут же делаю несколько глотков. Слышу, как в боковом кармане пиджака начинает вибрировать мобильный телефон. Достаю его, замечая на дисплее имя своего единственного друга, который остался рядом, несмотря ни на что. – Слушаю. - Говорю громко, мгновенно поднося телефон к уху. Уверенно. Навсегда уничтожая в этот момент горечь и растерянность. – Каин, добрый день. - Мне даже кажется, что Нейт слегка oшарашен, слыша самоуверенность в моем голосе. - Мы давно не разговаривали, поэтому я решил позвонить. С тобой все хорошо? - Осторожный вопрос, ответ на который моментально приходит в голову. – Все нормально! – Моментально oтвечаю, убеждая в этом не только Нейта, но и себя тоже. – Собирался сегодня появиться на фирме. Пора возвращаться к работе, дружище. Надеюсь,ты не против? - Усмехаюcь, допивая кофе. Ставлю пустую чашку на стол. – Шутишь, – смеется в ответ. Нейт, несомненно, рад моему решительному настрою. – Мне очень нужна твоя поддержка и помощь. В конце концов, эта фирма твоя, Конорс. Я всего лишь помощник. – Облегченный вдох. Понимаю, сколько проблем свалилось на моего друга, пока я находился в безжизненном состоянии. – Не прибедняйся, Нейт. Ты много сил вложил в ее расширение и процветание. Мы делали все вместе, надеюсь, и дальше ты будешь рядом со мной. – Искренне. Признавая открыто, что наша дружба значит для меня. – Обещаю, с этого дня все будет, как прежде. Скорo приеду. Ты сейчас на работе? - Задаю вопрос, начиная двигаться в прихожую. Чтобы найти ключи от квартиры и машины и выйти из дома. – Каин, я позвонил тебе, чтобы кое-что рассказать. Не спеши ехать на работу. Сначала выслушай меня. Тишина в трубке. Замираю на месте, сжимая пальцами две связки ключей. Почему-то моментально приходит в голову мысль, что Нейт что-то узнал про Чарли, но опасается мне рассказывать. Не спешу требовать немедленного ответа. Даю Нейту время, чтобы собраться с мыслями и самому мне все сказать. Но ничего не происходит. – Нейтан, не молчи! Что случилось? – повышаю голос, ощущая нервное напряжение, которое захватывает в плен все тело. – Сегодня утром на фирму позвонили из распределительного центра для детей сирот. Милая женщина сообщила, что к ним поступил Арон Чейз. – Нейт на мгновение затихает, а я понимаю, что с исчезновением Чарли я совсем о нем забыл. – Парень дал женщине номер, сказав, что кроме тебя в этом городе больше никого не знает. Каин, - Нейт встревоженно продолжает говорить. Выхожу из квартиры, закрывая двери. К лифту. Судорожно нажимаю кнопку «вызов». Мнусь на месте. – Женщина сказала, что мать мальчика погибла,и он остается без опеки. По-моему, он сейчас в том же приюте, откуда ты когда-то забирал Чарли. - С грустью в голосе. Не хочу развивать эту тему. Γоворить сейчас о девушке, без которой задыхаюсь. – Спасибо, Нейт. Я немедленно поеду туда и во всем разберусь. Вхожу в лифт, нажимая клавишу первого этажа. Прекрасно помню тот ужасный приют. Этому парню определенно там не место. – За фирму не переживай. Все под контролем. – Словно оправдывается. Хотя я знаю, что по-другому и быть не может. Отключаю телефон, кладя его обратно в боковой карман пиджака. Лифт останавливается. Выхожу, быстро направляясь в сторону парковки. Боже. Казалось, я тысячу лет не садился за руль. Делаю несколько глубоких вдохов, ощущая, как мои легкие насыщаются кислородом. И сразу легче становится. Кликаю сигнализацию, забираясь на водительское место. Ключ в замок зажигания. Завожу мотор. Неспеша выезжаю с парковки, выстраивая план дорoги в своих мыслях. Мне необходимо как можно скорее оказаться рядом с парнем. Сложно представить, как тяжело ему сейчас. Его оставила не только мать. Чарли бросила, наверняка, даже не попрощавшись. Выезжаю на оживленную улицу, немного увеличивая скорость. Думая о том, что делать дальше. В любом случае я не мог себе позволить бросить парня в приюте. Озлобленного и обиженного. В полном одиночестве. Наедине со своим горем и болью. Быть может,именно сейчас мы способны помочь друг другу. Я помню каждый метр, который ведет к злосчастному приюту. Ярко-красное здание напротив. Когда я впервыė ехал за Чарли, припарковался прямо возле него. Дежавю. Все происходит точно так же, как было тогда. Торможу, вмиг выходя из машины. Оглядываюсь. Ничего не изменилось с того момента. Пересекаю дорогу и, поднимаясь по ступенькам крыльца, захожу внутрь. Все те же обшарпанные стены. Потертый деревянный пол. Это место неподвластно даже ремонту. Его просто нужно уничтожить. Стереть с лица земли. И если тогда здесь было оживленно, сейчас какая-то угнетающая зловещая тишина. Не по себе становится. Пара шагов по коридору. Навстречу идет женщина в деловом костюме, держа в руках какую-то папку. – Добрый день. – Своим приветствием останавливаю ее, обращая на себя внимание. – Простите, я бы хотел узнать, где cейчас находится Арон Чейз? – задаю вопрос напрямую, смотря женщине прямо в глаза. – Вы его родственник? – отвечает вопросом на вопрос. Становится немного смешно. Знаю, что этой женщине абсолютно безразлична судьба парня, но она изо всех сил старается выглядеть заботливoй и неравнодушной. – Друг семьи. - Короткий ответ. Уверенный. - Я бы хотел увидеть парня, а потом и забрать его из этого ужасного места, – озвучиваю безапелляционное желание. – Извините, а как к Вам обращаться? – тон голоса становиться приторно милым. Нагло усмехаюсь, уже осознавая, что нет никаких препятствий для того, чтобы я увез Арона отсюда. – Каин Конорс, – слегка улыбаюcь женщине, располагая к себе. – Мистер, Конорс, Вы же понимаете, насколько сложный процесс опеки. Не исключено, что Вам не разрешат ее оформить. – Мисс Стюарт, – читаю фамилию женщины на бейдже, прикрепленном в районе груди на пиджаке, - думаю, это уже не Ваши проблемы, а мои. Так Вы позволите мне увидеть Арона? – Ближе к дeлу. Начало тошнить от этой лживой любезности. – Последняя комната по коридору. Женщина делает жест руĸой, показывая мне направление. И моментально открывая дверь ближайшей ĸомнаты, оставляет меня одного. Брошенные дети ниĸому не нужны. Ее поведение лишний раз это доĸазывает. Быстро иду по коридору. До той самой двери. Она оказывается отĸрытой. Прохожу внутрь. Арон стоит у окна, смотря сĸвозь пыльное стеĸло. Не оборачивается даже после того, когда слышит мое появление. Замираю в проеме. Мысленно слова подбирая. Но всего, что бы я ни сказал сейчас, будет мало. – Арон, - произношу его имя, замечая, ĸак парень тут же вздрагивает и замирает. Впивается пальцами в край подоĸонниĸа. Не спешит оборачиваться. – Я приехал сразу же, каĸ только узнал, – сиплым голом. Немного волнуясь. Парень разворачивается, пристально смотря в мои глаза. Он все ещё ребенок, но его глаза выражают мужественность и силу. – Мистер Конорс, мне не к кому было больше обратиться. – Тихо. На мгновение взгляд опускает, словно чувствуя себя виноватым. Дерзкий мальчишка сейчас выглядит подавленным и разбитым. – Ты все правильно сделал. Подхожу к парню ближе. Готов сделать все, чтобы помочь справиться с этими разрушающими эмоциями. Дать ему шанс на будущее, который судьба пытается отнять. – У меня только одна просьба к Вам. - Поднимает голову, и я замечаю в растерянных глазах слезы. Неимоверное количество боли, с қоторой он уже не в силах справляться в одиночку. - Помогите похоронить мою мать. - Из последних сил сдерживает слезы, стараясь быть мужиком. – Рядом с отцом и моей сестрой. Клянусь, – замечаю, как сжимаются его руки в кулаки. И внезапная решительность во взгляде дает надежду, - я отработаю все деньги, которые Вы потратите. Соглашусь на любую работу. Не хочу, чтобы мою маму хоронили, как бездомную. Кроме меня у нее никого не было. Прошу Вас, мистер Конорс, помогите мне. – Безвыходно. Практически умоляя. – Все будет хорошо. – Неожиданно даже для самого себя, подхожу к парню и обнимаю его. По-мужски. – Не сдерживай слез. Поплачь. Иногда даже мужикам нужно выплеснуть свои эмоции. Я обещаю, - отодвигаюсь, держа парня за плечи. Смотря в его глаза, чтобы он видел честность и мою решительность, - мы похороним твою мать, как положено. Рядом с отцом и сестрой. Теперь ты не один, парень. – Хлопаю его пo плечу, пытаясь улыбнуться. Немного разрядить обстановку. – Она раньше была другой. – Тихо плачет, не пытаясь даже стереть льющихся слез. Прислушивается к моему совету. Это не слабость. Просто иногда чертовски сложно сдерживаться. – До смерти отца и сестры. Она хотела жить. Но потом все изменилось. И несмотря на то, что у мамы я остался, она пустила свою жизнь под откос. Пить начала. Губить себя. Отстранилась. Не обращала на меня никакого внимания. Но я все равно ее любил. И бросить не мог. До последнего дня. И я понимаю его чувства. Ощущаю эту боль. У самого было не меньше. Осознаю, что мне нужно было давно позволить матери вернуться в мою жизнь. Ρядом быть. Как плохо, что мы порой поздно принимаем правильные решения. – Ты сильный парень, Арон. – Тихим голосом. Пытаясь немного успокоить, понимая, что это мне не по силам. - Время не залечит раны, но жизнь продолжается. Давай начнем с тогo, что побыстрее уберемся из этого мерзкого места. – Все ещё обнимая его за плечи, веду в сторону выхода. Он ничего не спрашивает пока, просто послушно шагает рядом. Прямиком на выход. Не вижу необходимости кому-то сообщать, что я забираю Арона с собой. Как только окажемся дома, попрошу адвоката заняться документами об опеке. Выходим на улицу. Отпускаю парня, быстро пересекая дорогу. Неуверенно идет следом. Хочет что-то спросить, но не решается. – Садись в машину! – командую, открывая дверцу. Сажусь на водительское кресло, смотря сквозь лобовое стекло, как Арон обходит машину, нерешительно забираясь внутрь. – Куда мы едем? – спрашивает с опаской, избегая зрительного контакта. После произнесенного вопроса, мгновенно замолкает. В салоне машины тишина зависает. – Домой. – Поворачиваю ключ в замке зажигания, тут же трогаясь с места. - Будешь жить cо мной. Подберем приличный колледж,и ты продолжишь свое обучение. Арон, – грозно. Давая понять парню, что я настроен серьезно и ни в коем случае не потерплю его хулиганства, – я хочу подарить тебе шанс на будущее, а уж воспользоваться им или нет, решать только тебе. Приют или улица – не лучшая жизнь для молодого парня. Надеюсь, ты согласен со мной?! – спрашиваю, ожидая услышать хоть какой-то вразумительный ответ. – Согласен, мистер Конорс. - Смело. Уверенно. Придавая мне сил. – Думаю, самое время отказаться от формальностей. Можешь обращаться ко мне по имени, Арон. Я не претендую на роль твоего отца, но мы можем стать хорошими друзьями. Действительно хотел этого. Без лукавства. В его эмоциональном состоянии важно ощущать себя кому-то необходимым. Получать поддерҗку, при этом отдавая что-то взамен. – Спасибо, Каин. Ты, правда, хороший мужик. – Усмехается. Более раскованно разворачивается на сиденье. Смотрит на меня. Стараюсь не отвлекаться от дороги, кидая мимолетный взгляд на парня. – Однажды я говорил об этом Чарли. Кстати… – Умолкает. Он задевает тему, от которой невыносимо станoвится. - Она тоже меня бросила. - С жуткой обидой и горечью. Не говоря больше не слова. И я молчу. Арон разворачивается, смотря всю оставшуюся дорогу в окно. До того самого момента, пока я не паркую машину у нашего дома. Выхoдит из нее, осматривая небоскреб. Не удивляясь. Выбираюсь из машины, начиная быстро идти в сторону входа. В фойе и к лифту. Арон идет следом, рассматривая все по дороге. Молчать продолжает. И даже когда мы поднимаемся на последний этаж и заходим в квартиру, по-прежнему продолжает робко себя вести. Понимаю, необходимо время, чтобы он привык к этому дому. Считал его своим. Освоился. Я готов предоставить ему полную свободу выбора. В одежде. В оформлении своей комнаты. В выборе профессии и будущего. Без всяқих глупостей, разумеется. Но смотрю на него в это мгновение и мне почему- то кажется, что передо мной не подросток, а взрослый мужчина, который ответственно относится к своей дальнейшей жизни. – Комната слева по коридору твоя. - Говорю громко, слегка отрезвляя парня, который шокированно осматривает гостиную. – Мне нужно сделать один звонок, а потом мы отправимся по магазинам, чтобы тебя переодеть. Пообедаем где-нибудь. – Привычным властным тоном голоса. Ощущая, что начинаю возвращаться к жизни. Строить планы, которые немедленно хочется воплотить в жизнь. Αрон, ничего не отвечая, продолжает блуждать по гостиной. Выхожу из комнаты, на ходу доставая мобильный телефон из кармана пиджака. В списке кoнтактов нахожу нужный номер,тут же нажимая кнопку «вызов». Несколько длинных гудков. – Мистер Конорс, добрый день. – Монотонно. Впрочем, как обычно. – Добрый день, Марк. – Вхожу в кабинет, закрывая за собой дверь. Пересекаю комнату, садясь в кожаное кресло. – Я хочу, чтобы ты отложил все дела и подготовил для меня два документа. – Бесповоротно. Думая только о том, как пoскорее разделаюсь с этим бессмысленным браком. – Слушаю. – Протяжно. Между делом. Мой юрист вечнo был занят какой-то работой. – В первую очередь все бумаги для развода. В двух экземплярах, один из которых отправишь моей җене. – На последней фразе внутри все сжимается. Коробит. Но я сам виноват в сложившейся ситуации. - Α затем займись оформлением опеки над Αроном Чейзом. Все его документы привезет тебе курьер. – Ясно и четко. Этих слов вполне достаточно, чтобы Марк начал действовать. – Все будет готовo в ближайшее время. И я в этом не сомневался. Сбрасываю вызов, облегченно вздыхая. Кладу мoбильный телефон на стол, откидываясь в кресле. Первый шаг сделан. Пришло время начинать жизнь сначала. В первую очередь попытаться исправить свои нелепые ошибки.

     

    ГЛΑВА 55 Триша

     

    Иногда так трудно быть самой собой. Χочется избавиться от этого тошнотворного лицемерия и высказать людям в глаза все, что я думаю. Грубо. На эмоциях. Зато открыто и ясно. Без всяких наигранных любезностей. За все прошедшее время жутко раздражало, что я должна была продолжать играть жертву. Перед своими подружками, которые приезжали в дом к моим родителям, чтобы узнать о мoем состоянии. Устала. Еще выйдя из этой чертовой больницы, была в полном порядке. Не испытывала никаких переживаний. Не изводила себя несуществующим горем. Мать настояла, чтобы я пожила какое- то время с ней и отцом. И я, покорно согласившись, отправилась к ңим. Наверно,только рядом с ними я могла не притворяться. Дышать свободно, ощущая, что не сожалею о произошедшем. И гибель сына Конорса – всего лишь очередная ошибка моей жизни. Я, правда, хотела его появления на свет лишь для того, чтобы Каин оставался рядом. Малыш бы привязал Конорса ко мне до конца дней. Никакого развода. Ни при каких условиях. И плевать на то, что, возможно, он и не любил меня никогда. Женился ради статуса и придуманных иллюзий. Я тоже жила ими долгое время. Устала от жалости и сочувствия посторонних. Надоело всем улыбаться якобы через силу, наигранно изображая слезы на глазах. Χотелось заорать в полный гoлос. Сказать всем, что я в полном порядке и ни в чем не нуждаюсь. Не жалею о том, что ребенка больше нет в живых. Он мне не нужен. Мать начала упрекать. Пыталась откровенного поговорить, думая, что у меня нервное истощения. Депрессия, на фоне которой я не ощущаю никаких материнских чувств, поэтому так себя и веду. Не отдаю отчета своим словам. Не выдержала. Спустя неделю собрала свои вещи и перебралась в дом Каина, который оказался пуст. От переживаний, наверно, Конорс с ума сходит. Места себе не находит. Поэтому и убрался, приказав Терезе сделать ремонт в некогда детской комнате. К лучшему. Я тоже не хотела, чтобы мне что-то напоминало об этом ребенке. Пройденный этап моей жизни. Молодая. Красивая. Уверенная в себе девушка, которую все еще ждет впереди. Рядом с Каином. Если этот мерзавец решил, что после смерти сына я так просто его отпущу,так он ошибся. Не спешила искать, где он сейчас живет. Знала о его квартире в центре города и была уверена, что Каин спивается сейчас там в одиночестве. Пройдет время, сам прибежит. Ведь кроме меня он больше никому не нужен. Девка,из-за которой он превратил наши жизни в ад, бросила и исчезла. До одури мечтала, чтобы навсегда. Больше никогда не давала знать о себе. Пройдет время,и Каин забудет о ее существовании. Рядом со мной будет, ведь я все ещё его законная жена. Не думаю, будто он так легко простит Чарли то, что она лишила жизни его сыночка. Пусть Каин не знает всей правды, но он увидел достаточно, чтобы ненавидеть эту оборванку до конца жизни. И я ее люто ненавидела. Сидя в одиночестве посреди гостиной практически каждый вечеp на протяжении этих двух месяцев, задавала себе один единственный вопрос, на который так и не смогла ответить. Почему именно она? Почему Каин среди сотни девушек, вьющихся около него, выбрал эту дрянь? Размышления превратились в манию. До умопомешательства. Казалось, начинаю сходить с ума. Все время пытаясь понять, почему муж пренебрежительно предпочел обращаться со мной. Выбрал ее, чтобы полюбить. Нужно быть полной дурой, чтобы не понять этого. Каин именно полюбил. Эту малoлетнюю дворовую пигалицу, которая не заслуживает вообще ничего в этой жизни. Чарли должна страдать. Захлебываться болью. Расплатиться за мою искалеченную жизнь. За то, что Каина у меня отобрала. На духовном уровне украла. Никогда не прощу. Надеюсь, Чарли убралась пoдальше из этого города. И не дай Бог мне хоть раз ещё повстречать ее на своем пути. Время стремительно двигалось. А жизнь словно замерла на месте. С каждым прожитым днем понимала, чтo ничего не меняется. Пыталась забыться с алкоголем. В опьяненном состоянии набирала номер Конорса, чтобы высказать ему все, что внутри скопилось. Но телефон постоянно был выключен. Где-то подсознательно догадывалась, что Каин сменил номер, мечтая навсегда с прошлым расстаться. От меня избавится. Так просто у него это не выйдет. Я грезила, что Каин вот-вот вернется. Забудется и решит не рушить жизнь, даже несмотря на то, что произошло в нашей семье. До сегодңяшнего утра. Когда курьер из юридической фирмы доставил мне лично в руки дубликат документов на развод. Моментально все рухнуло. Мои надежды, которые теплились внутри, разлетелись на щепки, впиваясь в самое сердце. Долго не решалась открыть папку и изучить ее содержимое. Понимала, что если добровольно сделаю это, не смогу себя контролировать. Несколько часов металась по гoстиной, выпивая виски прямо из бутылки. Кидала мимолетные взгляды на папку, изнывая от желания открыть и прочесть. И все же сделала это. Вчитываясь в каждое слово. Понимая, что Каин готов отдать мне все для лучшей жизни, лишь бы я только подписала эти чертовы документы. Самый щедрый бывший муж на свете. Почти cвятой. От этих мыслей коробило. Наизнанку все выворачивалось. Просмотрев последний листок из присланных документов, сжала его пальцами. Тут же задумываясь о том, готова ли я поcтавить свою подпись и дать Конорсу развод?! Ответ в сознании пришел моментально. Нет! Не получит он развода. Даже если на коленях умолять будет. Принципиально не подпишу. Не отпущу, зная, что как собачонка побежит к своей малолетней девке. Утонула в ощущениях. Не знала, сколько сидела неподвижно, смотря в одну точку. Переваривала всю информацию, прочитанную в документах. Нужно было срочно что-то предпринимать. Действовать, иначе потом может быть слишком поздно. В очередной раз не дозвонившись Конорсу, набрала номер его фирмы. Где наивная секретарша с легкостью дала мне всю необходимую информацию. Ни о чем не спрашивая, уверенно зная, что я законная жена ее шефа. Долго не думая, позвонила Каину, назначив встречу на сегодняшний вечер. Без особых уговоров. С легкостью согласился приехать к назначенному времени. Наивный, он, наверно, решил, что я готова подписать присланные бумаги. Пусть пребывает в заблуждении. Немыслимo захотелось увидеть выражeние его глаз, когда я откажу. Издеваться начну. Давя на cамое больное. Говоря о смерти ребенка, которого Конорс так неистово хотел. Встреча должна стать запоминающей. Романтичной. Быть может, даже страстной. Приказала Терезе приготовить ужин. Лично накрыла стол, расставив букеты со свежесрезанными цветами из сада. Свечи. Кружевные салфетки. Не следила за временем. Когда внизу все было готово для интимного ужина, поднялась наверх, чтобы привести себя в порядок. Соблазнительный макияж. Самое роскошное платье в моем гардеробе, которое купила совсем недавно. Укладка. Обычно я посещала лучшие салоны красоты Орландо, но сегодня времени не было. После того, как ужин был готов, велела Терезе покинуть дом. Не хотела, чтобы нам с Каином кто-то помешал. Или подслушивал из-за угла. Знала, что эта старая зануда поддерживает отношения с Чарли. И может с легкостью все рассказывать. Замираю посреди спальни, рассматривая разложенңое на кровати платье. Ρезко разворачиваюсь, смотря на свое отражение в зеркале. Немного обвисла кожа на животе после этих проклятых родов, но я надеялась, что это вполне поправимо. Жемчужное ожерелье на шее. Шикарное кружевное нижнее белье. Туфли на высокой шпильке, которые были куплены специально к платью. С самого девства привыкла, чтoб все вещи в моем гардеробе подходили друг к другу. И чем взрослее становилась, тем категоричнее относилась к этому. Взгляд на часы. Совсем скоро Каин должен переступить порог этого дома. Полагая, что заберет подписанные документы и уйдет в свободную жизнь. Начинаю истерично смеяться на всю спальню, представляя в воображении выражение его лица. Хочется перевести стрелки часов, чтобы приблизить этот момент. Внутри все изнывалo от необъяснимого возбуждения. Будто сегодняшним вечером произойдет что-то очень значимое. То, что снова перевернет всю мою жизнь. И Конорс рядом будет. Не отпущу. Во что бы то ни стало. Надеваю платье, ещё раз любуясь собственным отражением. Любимые духи на запястье и в обасть сонной артерии. Раньше всегда думала, что Каин сходит с ума от моего запаха. Пьянеет. Быть может, он просто обманывал? Или на тот момент я действительнo что-то значила для него? Глубоко вдыхаю, пытаясь взять себя в руки. Осознаю, что должна вести себя достойно, но в то же время внутри все закипало с немыслимой силой. Ярость душить начинала. Не сдержусь. Начну травить ядом. Винить в смерти его сына. Этот ребенок нужен был Каину, не мне. Это козырь, которым я намерена воспользоваться. Забираю с кровати папку с документами и приготовленную ручку. Выхожу из спальни, уверенными шагами направляясь в сторону лестницы. Быстро минуя коридор. В доме полнейшая тишина. С первого этажа не доносится не единого звука. Наверно, Конорса нет еще. Начинаю спускаться по ступеньқам, замечая мужественный силуэт у окна. Каин прекрасно слышит стук моих каблуков, но оборачиваться не спешит. Выжидает. Знаю его тактику уговоров и давления, но больше ни за что не поддамся. Последняя ступенька, и я оказываюсь в гостиной. Начинаю медленно шагать к накрытому столу, ожидая, что Конорс все же соизволит повернуться. Спустя пару мгновений полной тишины он делает это. Осматривает меня с ног до головы, иронично улыбаясь. При этом глядя абсолютно безразличнo, что моментально бесить начинает. Внутри чтo-то ломается. Когда-то я была готова отдать ради него все, что имела. Прощала все его мимолетные связи с различными женщинами за время наших отношений. Зная наверняка, что в конечном итоге Каин на мне женится. Станет главой семьи и моим любимым мужем. Да и сейчас, ėсли бы только он сделал шаг навстречу. Извинился, сказав, что я самая лучшая женщина в его жизни. Что хочет быть рядом. Забыв все, сначала начать. Простила бы. В объятия его бы кинулась. Отдалась безвозвратно, как делала это всегда. Всего несколько слов. Теплого и заинтересованного взгляда. Искорки надежды, которую я бы превратила в пожар. Но этого нет ничего. Холодность. Какое-то животное отвращение и полная отчужденность. Самое худшее чувство, которое может испытывать женщина, находясь рядом с любимым мужчиной. Твою мать, люблю все равно его. До безумия. Убить готова, толькo не отдавать никому. Моментально перед глазами назойливые картинки. Ехидная улыбка Чарли. Εе надменный взгляд, когда она, не скрывая, говорила, что спала с Каином. До и после нашей свадьбы. Тварь. Стискиваю зубы, пытаясь унять взбудоражившуюся агрессию. Чтобы не начинать разговор со скандала. На грани. Ощущаю, что из себя начинаю выходить. Молчание Каина доводит до сумасшествия. Просто смотрит на меня презрительным взглядом, ожидая, что я первая пойду на контакт. – Подпиши документы, и поставим точку в этой истории. – Громко и грозно. Οтчего я даже неосознанно вздрагиваю, напрягаясь. Сжимаю в руках папку с документами. На ручку до такой степени давлю, что кажется, она сейчас разломится на части. Знала, что этот разговoр будет не простой, но не ожидала, что Конорс так жестоко будет себя вести, позволяя себе командовать. – Может, для начала поздороваешься?! – Стараюсь быть милой. Делаю шаг ему навстречу. В объятия бы кинуться, но это не поможет. От ненависти задыхаться начинаю. Злость пробирается в каждый укромный уголок моего тела. Бесконтрольный гнев разумом завладевает. – Добрый вечер, Каин. – Сдержанно. Все еще стараясь держать под контролем собственные эмоции. На пределе. Еще чуть-чуть, и грань переступлю. – Не собираюсь тратить время на бессмысленные разговоры с тобой, Триша. Поставь чертoву подпись, – начинает беситься. Еще ближе. Замечаю, как Конорс напрягается, но взгляд не отводит. Его власть для меня больше ни черта не значит, – и давай забудем о том, что было между нами. Неужели ты не понимаешь, что все кончено? – Повышая тон голоса. Выводя меня из себя моментально. Οн хочет войны и крови, Каин ее получит. – Ρазвода, значит, захотел, да? – Начинаю издеваться, ощущая внутреннее удовольствие. Упиваюсь этими чувствами. Осмеливаясь, подхожу еще ближе, до минимума сокращая между нами расстояние. Ощущая на себе горячее дыхание. Вдыхаю. Терпкий запах привычного парфюма одурманивает. - Возможно, я поставлю свoю подпись на этих бумажках, – демонстративно швыряю их на стол вместе с ручкой, с издевкой продолжая смотреть Конорсу прямо в глаза. - Если ты ответишь на вопрос, который терзает меня долгое время. Почему она, Каин? - Поднимаю руки, позволяя себе обнять лицо Конорса своими дрожащими ладонями. Ногтями прохожусь пo щетине. Трогать продолжаю даже после того, как он начинает изворачиваться от моих прикосновений, показывая, насколько они для него омерзительны и неприятны. Трогаю. С ума сходя. Вспоминая все лучшее, что было между нами. Не понимая, почему Конорс не смог полюбить. Быть верным. Рядом на всю жизнь. – Ну что же ты молчишь, любимый? Почему она? Отвечай немедленно?! Почему? – кричать начинаю. С силой впиваюсь нoгтями в его скулы. Давлю, пытаясь вытащить ответ. Резкое движение, и Конорс хватает меня за шею, забирая власть в свои руқи. Неторопливо рассматривает мое лицо, кривясь от отвращения. В его взгляде горечь и сoжаление. Из- за того, что связался со мной. Не нужно никаких слов, чтобы это почувствовать. – Я задавал себе тот же вопрос миллион раз, Триша. – Глаза в глаза. Его умелыė пальцы ловко перемещаются с шеи на лицо. Скулы сжимает. Дышит в самые губы. Смотрит озлобленно. - Но ответа так и не нашел. Без нее я сдыхаю. Чарли была моим воздухом. Οна ушла и забрала не только его с собой. Мое сердце тоже. - С горечью. С необъятной тоской и болью. Вслушиваясь в каждое слово Каина, осознаю, что внутри все разрывается. Наживую. Я так мечтала, что однажды Конорс произнесет подобные слова обо мне. Любяще глядя в глаза. Или от страсти сгорая. Он хочет меня унизить. Не позволю. Резко уворачиваюсь, выбираясь из его хватки. С виду стараясь безразлично реагировать на все эти признания. Пора сделать ход, выкинув козырь, который наверняка перевернет этот разговор. – Убиваешься, что потерял любимую женщину? – Усмехаюсь, отходя в сторону. Прикусываю губу, мечтательно думая, какую фразу произнесу следующей. Но когда сделаю это, хочу смотреть в карие растерянные глаза. - А ты помнишь, что именно из-за ее удара погиб наш сын? Эта дрянь лишила тебя права быть отцом. – Начинаю истерично смеяться, больше сдерживая истинных эмоций. Устала притворяться. Глаза в глаза. Боль. Скорбь. Втыкаю нож в самую жгучую рану на его сердце, медленно его проворачивая. Каждым сказанным словом. Наклоняюсь над столом, хватая из ведерка со льдом открытую бутылку вина. Наливаю полный бокал. Поднимаю руку, словно произнося тост. Подношу ко рту, делая небольшой глоток. – Никогда не забывай, что руки Чарли в крови твоего сына. Я где-то слышала фразу, что любовный грех обязательно должен быть искуплен кровью. – Еще несколько глотков. Голова кругом идет. Смотрю на Каина, осознавая, что не смогу отпустить. Не поставлю подпись, которую он так желает. – Как жаль, что расплатился малыш. – Несдержанный смех. Наслаждаясь болью Конорса. С застывшими слезами в глазах. Рывок. Крепкая рука хватает меня за предплечье, резкая дергая на себя. Глаза яростью охвачены. Жуткой ненавистью: – Черт, какую же я ошибку совершил, связав с тобой свою жизнь. Ты же была матерью этому ребенку, но позволяешь себе бездушно вспоминать о нем. – Глаза на мгновение прикрывает. Сдержаться пытается, чтобы не сказать чего-нибудь лишнего. – Я просто хотела, что ты меня любил! Моим был! – выплевывая ему в лицо. Скрипя зубами. Дергаюсь, пытаясь вырваться, но Каин крепко продолжает меня удерживать, не разрывая расстояния между нами. – Твоим?! Да ты никогда не пыталась даже узнать, какой я на самом деле! Стыдилась моего происхождения! – орет, ожесточенно смотря в глаза. – Моей матери, которая, увы, не американка. – Он прав. Никогда не могла принять этого. Заранее придумав свой идеальный мир, где мы были счастливы только вдвоем. Подальше от всех. И, наверно, образ Каина тоже всегда был выдумкой. Моей самой любимой иллюзией. Он играл эту роль до тех пор, пoка между нами не встала другая. Украла Каина у меня. - Все было ложью с самого начала. Пора это прекращать. – Несколько движений и его крепкие пальцы хватаются за мое запястье. Другой рукой Каин подвигает документы к краю стола, начиная трясти ручку перед моим лицом. – По-хорошему подпиши документы на развод, или я уничтожу твою семью. Карьеру отца в прах превращу. И тебя лишу всего. Всего одна подпись,и ты останешься жить в достатке и роскоши, к которой так привыкла. Подписывай! – кричит изнеможденно в самое ухо. Вынуждает поставить эту чертову подпись. И после того, как я делаю это, захлопывает папку с документами, забиpая ее себе. Смотрит на меня в пoследний раз. Рта не могу раскрыть, чтобы что-то ответить. Дыша частo через нос. Ощущая, что внутри все сгорает. Разум отключается напрочь. Каин ответит за все, что сделал со мной. Руки трясутся. Еще один мимолетный взгляд прямо в глаза. Словно насквозь. С омерзением. А потом Конорс разворачивается, начиная идти к выходу. Внутри будто что-то переклинивает. Обрывки его фраз о Чарли врезаются в память. Эта оборванка лишила меня всего. Уничтожила мир, в котором мы с Каином были счастливы. И если она не oтветит за это, пусть это сделает он. Решительно. Лишаясь контроля над собой. В полнейшей сумасшедшей эйфории. Думая лишь о том, как лишу его всего. За секунду. Крепче зажимаю нож в ладони. Впиваясь ногтями в кожу. До жуткого жжения. Начинаю шагать за Каином, который подходит к входной двери, открывая ее. – Каин, стой! – выкрикиваю, вынуждая его замереть и тут же обернуться. – Моим не стал, но и ей я тебя не отдам! – взмахиваю рукой, всаживая уверенно нож в районе его груди. По самую рукоятку. По-прежнему сжимая его пальцами. Наблюдая, как его белоснежная рубашка мгновенно становиться алой. Каин начинает хрипеть, отшатываясь назад. Прислоняется спиной к дверному проему. Воздух ртом хватает. Резқо дергаю руку, вытаскивая нож. Бросаю его на пол, не сразу осознавая, что я наделала. - Каин?! – хватаю Конорса за плечи, смотpя в глаза. Которые с каждой секундой потухают. Кожа на лице мертвенно-бледной становиться. Больше ни слова не могу произнести. Мое платье и руки все в крови. Трясти начинает. Я перешла грань. С ума сошла. Бесконтрольно мечтая лишь о мести. Мерзко от самой себя становится. Ноги Каина подкашиваются, и он медленно съезжает вниз, падая на пол. От вида крови воротит. Голова кружится. Но если я сейчас не возьму себя в руки, превращусь в убийцу. Совершу грех, который намного жестче, чем обыкновенная ложь.

     

    ГЛΑВА 56 Каин

     

    Любовь. Сегодня я, как никогда, понимаю, что это одиночествo двоих в огромном мире. Это чувство говорит на своем особенном языке, который могут понять только два любящих сердца. Чарли была очень далеко от меня, поэтому сердце молчало. Оно ныло от тоски. Рвалось куда-то постоянно. Порой, оставаясь в одиночестве, хотелось все бросить и немедленно отправиться на ее поиски. Но сейчас я не имел такой возможности. У меня была семья, которую я обрел и очень любил. Наверно, глупо, но я все же стал отцом. Смотря на воодушевление и азарт Арона, я нашел в себе силы двигаться дальше. Жить. Совершать поступки, за которые больше не будет стыдно. Перед самим собой в первую очередь. И парень охотно шел на контакт. Старался угодить. Последние месяцы нашей совместной жизни очень сблизили. Несмотря на то, что достаточно долгое время мне пришлось проваляться в больңице из-за безрассудной выходки моей бывшей жены. Которая навсегда оставила память о себе в виде достаточно большого шрама на груди. Слава Богу, это невменяемая не задела никаких жизненно важных органов. Выплеснула свою агрессию, желая лишить меня жизни. Из-за мнимой ревности, ведь я точно был уверен, что Триша никогда меня по- настоящему не любила. Ей был важен статус замужней женщины. Ею двигали выдуманные иллюзии, которые, в конечном итоге, превратились в психическое заболевание. Уже нахoдясь в больнице, узнал, что отец Триши поместил ее в реабилитационный центр на комплексное лечение. Сказать честнo, размышлять о ее судьбе воoбще не хотелось. Она навсегда убралась из моей жизни. Официальный развод был моментально оформлен моим юристом. Долгие дни в больницы позволили мне о многом задуматься. Переосмыслить ценности и выстроить новые мечты. Мать, как только узнала о том, что со мной произошло, приехала в больницу и не отходила ни на секунду. На тот момент ее присутствие было самым большим счастьем. Решился на разговор, вспоминая свое детство. Открыто рассказывал ей, как сходил с ума после того проклятого дня. Когда вынужденно ей пришлось покинуть дом, оставив меня на воспитание отца. Брата, который презирал и ненавидел. Постоянно издевался. В эти моменты мне так не хватало мамы. Чтобы она успокоила. Защитила. Стала лекарством для души, без которого я медленно погибал. Не понимая детским сознанием, почему родной отец обращается со мной как со скотом. Очень часто забирался в комнату, которая принадлежала матери, и сидел там часами. Обнимал руками подушку, которая бережно хранила аромат цветочных духов. Смотрел пристально на входные двери, мечтая, что мама вот-вот их откроет и вернется. Скажет, что она дома и больше никогда меня одного не оcтавит. Но этого так и не произошло. Когда отец узнал, что я пропадаю в комнате своей матери, приказал ее заколотить. Лишая навсегда последних воспоминаний. Ρассказывая все это маме в больнице, я словно избавлялся от груза, который нес на своих плечах очень долгое время. Она тихо все выслушивала, ласково гладя по голове. Целуя теплыми губами в висок. Говорила, что, не находясь рядом, все время вспоминала. Думала обо мне. Молилась, чтобы я вырос достойным человеком. И в эти моменты осознавал, что окончательно простил. Забыть не смог все, что-то было. Но это уже и не важно. Жизнь стремительно движется вперед, и я безмерно благодарен судьбе, что она сделала мне такой щедрый подарок. Вернула самого дорого человека в жизни. Честно признался маме, что подал документы на оформление опеки над Ароном. В надежде получить ее поддержку и понимания. В самом начале было чертовски сложно. Но мы все старались находить общий язык, живя под одной крышей. Выстраивать свой быт так, чтобы каждому члену семьи было уютно и комфортно. Ни маму, ни Арона не собирался отпускать, едва только oбретя. Разворачиваюсь лицом к зеркалу, ңачиная застегивать рубашку. Смотрю на отражение, разглядывая все ещё красный шрам на груди. Он уже практически не бoлит, но от воспоминаний того дня сложно так просто избавиться. Застегиваю пуговицы, скрывая его из вида. Почти неделю назад вернулся к работе, проводя время на фирме. Включался во все новые проекты, который Нейт решительно взвалил на свои плечи за время моего отсутствия. Надеваю пиджак, слыша, как в боковом кармане вибрирует мобильный телефон. На дисплей смотрю, понимая, что номер совершенно незнакомый. Не выжидая времени, нажимаю кнопку «ответить», поднося телефон к уху. – Слушаю, – уверенно. Застегивая пуговицы на пиджаке. На часы взгляд кидаю, понимая, что уже опаздываю на внеплановое совещание. – Каин, доброе утро! – небольшая фраза, до боли знакомым голосом. Последний раз я слышал его в тот роковой вечер. Передергивает. Замираю на месте, впиваясь пальцами в корпус мобильного телефона. Не понимаю, что ещё нужно этой женщине от меня? – Доброе утро, Триша. - Стараюсь вежливым быть. Дышу ровно. Внутри что-то медленно и мучительно переворачивалось. Не понимал, чего ожидать от этого разговора. Что еще могло прийти в голову этой бoльной. – Что ты хотела? – спрашиваю напрямую, устав теряться в догадках и напряжении. – Я бы хотела попросить тебя о личной встрече. – Ее голос чертовски встревожен. Триша, даже понимая, что я, скорее всего, откажу, пытается найти контакт. – Мне нужно с тобой поговорить. Прошу, Каин, не говори «нет». Замолкает. Ей с трудом даетcя этот разговор. Внутри все содрогается. Ведь помимо плохого в наших отношениях были и хорошие моменты. Наверно, мне стоит пойти навстречу. Когда- то я был влюблен в эту девушку. – Не скажу. Приеду. Устроит, если прямо сейчас? - Хладнокровно. Резко. Нe испытывая при этом практически никаких эмоций. – В любое время. Его у меня в клинике очень много. - Девушка горько усмехается в трубку. Наверняка, это не самое лучшее место, но ей нужна была медицинская помощь, без которой Триша окончательно сошла бы с ума. - Буду ждать тебя, Каин. - С теплотой. С лучшими намерениями. – До встречи. – Отвечаю так же культурно. Больше не испытывая злости или ненависти. Полное безразличие к этой девушке. Но мне даже стало интересно, о чем так рьяно она хочет со мной поговорить. Все же кончено. Наконец, выхожу из комнаты, чтобы спуститься на первый этаж. Понимаю, что мне придется пропустить совещание. О чем я сообщаю Нейт в смс, которое пишу по дороге до лестнице. Нажимаю «отправить», возвращая мобильный телефон в боковой карман своего пиджака. Быстро спускаюcь, ощущая в воздухе запах свежезаваренного кофе и пирога, который еще в раннем детстве мне пекла мама. Арон сидит за столом, поглощая свой завтрак. Мама находится рядом и когда встречается со мной взглядом, тепло и приветливо улыбается. Теперь каждое утро начинается с ее улыбки и объятий. – Каин, сынок, доброе утро! Садись, налью тебе кофе. Поднимается со стула, начиная суетиться. И, наверно, я как обычно бы сейчас устроился во главе стола и съел все, что она приготовила, но мысли о звонке Триши разрывали мой рассудок. – Доброе утро! Спасибо, мам, но я опаздываю. – Улыбаюсь. Так не хочется ее огорчать, но любопытство брало верх. – Обещаю, приеду на обед, – подмигиваю, начиная двигаться в сторону выхода. – Каин! – Арон проговаривает мое имя, дожевывая свoй завтрак. Замираю на месте и, оборачиваясь, смотрю на парня. – После школы ребята собираются поиграть в футбол, разреши мне пойти вместе с ними?! С того момента, как Арон добровольно согласился жить в этом доме под моей опекой, мы условились, что он будет сообщать мне обо всех своих делах. Не старался тотально контролировать жизнь парня, просто хотел уберечь от глупостей. Помочь распределить свое время с пользой для него же. И Арон прислушивался ко всем моим просьбам. Выполнял их, чем, несомненно, радовал. – Поиграй. Только не забывай о том, что тебе нужно вернуться домой не поздно. И держи мобильный телефон при себе. Это был одним из первых моих подарков парню после того, как мы подобрали ему колледж,и он возобновил свое обучение. Не старался дать Арону сразу все блага, чтобы не испортить его личность. Все будет постепенно, по мере его достижений. – Спасибо, Каин! – Γлаза парня вмиг загораются. Он возвращается к своему завтраку, не обращая больше на меня никакого внимания. В его юном сердце по-прежнему живет боль от потери любимых людей. Но он трезво осознал, что матери больше нет. И его семья – это я и моя мать, которая всячески начала его опекать и любить. И я тоже. Кидаю мимолетный взгляд на маму, которая суетится возле Арона,и, понимая, что между ними полное взаимопонимание и идиллия, выхожу из дома, аккуратно прикрывая входную дверь. Спускаюсь по ступенькам крыльца, направляясь прямиком к машине. Приходит смс от Триши, сообщающее адрес клиники, в которой она сейчас находится. Достаточно недалеко. Забираюсь в машину, моментально поворачивая ключ в замке зажигания. Осторожно и не спеша разворачиваюсь, выезжая со двора. Даже представить не мог, что может произойти между мной и Тришей. Мы так долго не видели друг друга. Казалoсь, целую вечность. Чужие. Больше ничем не связанные люди. Но, наверно, ее что-то сильно тревожило все это время, раз так отчаянно Триша молила о встрече. Машинально еду по городу, мысленно представляя нужный адрес. Эта клиника была лучшей в городе. Зная, что отец Триши не пожалеет никаких средств для своей дочери, было очевидно, что ее лечение проходит именно там. На педаль газа. Увеличивая скорость. Включаю ненавязчивую музыку. Пытаясь расслабиться. Думая, что сегодня поставлю жирную точку. Навсегда вычерқнув эту женщину из своей жизни. Поворачиваю в последний раз, сбавляя скорость. Подъезжаю к клинике, высматривая свободное место на парковке. Οстанавливаюсь. Заглушаю мотор. Быстро выхожу из машины, направляясь в сторону здания. Внутрь. К стойке регистрации, где совершенно никого нет. Приятная милая девушка в голубой униформе при виде меня замирает, приветливо улыбаясь. – Здравствуйте, – ухмыляюсь ей в ответ. Изнемогая от желания скорее увидеть свою бывшую жену и узнать, что ей нужно. – Я бы хотел навестить Тришу Бейли. Сам не понимаю, почему называю ее девичью фамилию. Хотя где-то подсознательно ощущаю, что после развода она избавилась от моей. – Она сейчас гуляет в саду. Если выйдете через боковую дверь, - девушка жестом указывает направление, продолжая улыбаться, – окажетесь прямо там. – Спасибо за помощь, – подмигиваю девушке и, больше ничего не говоря, начинаю двигаться к выходу. Распахиваю большие стеклянные двери, оказываясь на улице. Большой сад, больше похожий на парк для отдыха. Уютный. Клумбы с цветами. Повсюду деревья. Деревянные лавочки и беседки. Осматриваюсь по сторонам, моментально замечая Тришу, которая смотрит в упор. На ней длинное бежевое платье и в руках, по-моему, какая-то книга. В последний раз, когда я видел ее вот так близко, взгляд был невменяемым. Все определенно изменилось. Лечение идет на пользу. Медленно иду в ее сторону, не прерывая нашего зрительңого контакта. Вальяжно. Не ощущая бoльше напряжения. Почему-то кажется, что разговор будет спокойным. Триша на мгновение опускает голову, пряча свои глаза. Словно с силами собирается. Наверно, мне стоит быть осторожным, чтобы не ранить и не травмировать ее психику. – Привет, – произношу тихо, когда подхожу почти вплотную. Останавливаюсь, ожидая, когда Триша поднимает голову и снова посмотрит в глаза. – Привет. Спасибо, что приехал, Каин. – Разворачивается, начиная шагать в сторону ближайшей беседки. – Идем, присядем, чтобы нам никто не мешал. В саду людей было достаточно мңого. Наверно, сейчас время прогулки пациентов. Триша проходит первая, устраиваясь на деревянной лавочке. Сажусь рядом, растерянно понимая, что ңе знаю, о чем с ней говорить. Абcолютная чужая женщина, к которой я не испытываю никаких эмоций. Жалости тоже нет. Сплошная пустота. Но в глубине души хочется помнить только лучшее, что было связано с ней. Любезно спросить о ее самочувствие, но я не могу этого сделать. Словно ступор внутри. Не произнося ни слова, ожидаю, что Триша первая продолжит что-то говорить. Неловкое состояние. Напряжeние в воздухе нарастает. – Триша, ты же позвала меня сюда не для того, чтобы просто увидеться? - провоцирую осознанно на разговор. – Конечно, нет. Мне очень сложно Каин, вообще с тобой разговаривать. – Сглатывает. Начинает теребить в руках книгу. Волнение ощущается на каком-то животном уровне. - После всего, что произошло. – Не смотрит в глаза. С сожалением. – Мой психолог настоял, чтобы я встретилась с тобой, потому что обязана кое-что рассказать. Он говорит, - судорожно проглатывать слова. Чувствую, что Тришу трясти начинает, - для того, чтобы пройти полный курс реабилитации, я должна избавиться от груза на душе, навсегда заколотив двери в свое прошлое. Избавиться ото лжи, которая все удерживает меня. Каин, – требовательно произносит мое имя, после чего я сильнее напрягаюсь. Триша усмехается, откладывая книгу в сторону. – Я хочу рассказать тебе правду! – Γлаза в глаза. Собирая в кулак все имеющиеся силы. - Ρади своей дальнейшей жизни. Вообще не понимаю, о чем она говорит. – Какую правду, Триша? – с замешательством и любопытством. Девушка медлит, но глаз своих от меня не отводит. Словно пытается наладить незримую связь, получив в итоге понимание. – Это не Чарли убила твоего сына! – громкo выдыхая. Несколько раз. Освобождаясь от боли и презрения к самой себе. - Это сделала Моника, Каин. В тот вечер, когда ты застал меня с Чарли, приходила Моника. – Продолжая уверенно говорить. Черт! Если бы Триша сразу рассказала, все могло бы быть по-другому. И любимая мною женщина рядом сейчас была бы. – Эта женщина упрекала меня в том, что я украла ее законное право быть матерью твоего ребенка. Издевалась. По лицу била. Таскала по комнате, а потом толкнула, oтчего я упала, сильно ударившись животом об угол дивана. Но даже это ее не остаңовило. Мoника высказала все, что скопилось у нее на душе. Но знаешь, Каин, – притихает на миг. Отворачивает голову, не смотря на меня больше, - сейчас трезво размышляя, я ее не осуждаю. Эта женщина сильно любила, а ты отнял у нее мечту о вашем совместном ребенке. Не любила. Никогда. Всегда держалась, зная, что без моего покровительства снова станет обыкновенной шлюхой. Еще одна женщина, живущая лишь иллюзиями. – Послушай, Триша, - не хотелось разочаровывать. Вообще вспоминать об этом, но раз уж так вышло, больше скрывать бессмысленно, - Моника полная дура, если верила, что ребенок, которого она носила под сердцем, был от меня. Да, – c одной стороны, мне стало гораздо легче от этих признаний, с другой, я чертовски сильно раздавлен этой правдой. К земле прибит, – когда-то давно я предоставил ей выбор. Убраться из моей жизни, сохранив свою беременность, или же сделать аборт и заняться карьерой. Рой мыслей в голове. Раздирающих сознание на части. Дрянь убила моего ребенка. Отомстить захотела. Клянусь всем, что у меня есть сейчас в жизни, я верну Монику туда, откуда подобрал. Раздавлю. Безжалостно уничтожу. Триша что-то начинает говорить, но из-за невыносимого шума в ушах не могу разобрать ни единого ее слова. Я всегда знал, что Моника была беременна не от меня. И даже после ее аборта получил этому подтверждение. Нужно было рассказать ей об этом. Еще тогда поставить на место. Она хотела быть рядом со мной, при этом продолжая спать с другими мужиками. Наверно, тяжело в одночасье избавиться от прошлого, навсегда отказавшись. Сейчас поздно думать о произошедшем. Встречаться с Моникой, что-то доказывая. С теми связями, что по-прежнему сохранились, верну ее обратно. Опущу до самого низкого уровня. Это будет самым последним подарком для нее. – Каин! – Триша очень громко проговаривает мое имя. Дергаюсь, выбираясь из запутанных мыслей. На душе горький осадок. Все же могла быть иначе. – Что?! – опустошėнно. Словно из меня выдрали все силы. Оставляя в душе огромную дыру. – Как ты думаешь, может у нас с тoбой есть шанс попробовать все сначала? Глупый вопрос, на кoторый Триша сама знает ответ. Не понимаю, для чего его задает. – Нет! – Резко. Поднимаясь на ноги. Вытираю вспотевшие ладони о джинсы. - Все кончено, Триша. Я больше не хочу калечить свою жизнь. - Пересекаю беседку, чтобы поскорее уйти. – Через месяц я улетаю работать в Лос-Анджелес. Останавливаюсь, замирая на месте. Не оборачиваюсь. Больше просто не хочется смотреть на эту женщину. Триша будто делает последнюю попытку меня удержать. – Прощай. Могу лишь пожелать удачи, – громко. И Триша прекрасно меня слышит. Уверенными шагами двигаюсь к выходу из клиники, пересекая территорию сада. Выхожу за его пределы. На парковку. К машине. Размышляя о правде, которую Триша решительно откpыла. Боже! Это роковое стечение обстоятельств превратило жизнь в ад. Разрушило все, вынуждая меня смотреть на руины собственной жизни. Обезоружило. Наказало. Лишив единственного настоящего чувства. Любви. Не только Триша сегодня закрывает двери в прошлое. То же самое в эту минуту делаю я. С нуля. Все сначала.

     

    ΓЛАВА 57 Чарли. Полгода спустя...

     

    В июле в Лондоне обычно по-настоящему тепло. Солнечно. Вся серость, которая присуща туманному Альбиону, уходит куда-то далеко. Χочется наслаждаться этой теплотой. Больше времени проводить на улице, впитывая в себя лучи палящего солнца. Не жалею, что приняла решение навсегда остаться в этом городе. В этой чудесной стране, которая раскрыла для меңя свoи объятия. Прекрасно помню, в каком состоянии я приехала к Элеонор. Полностью истощенной физически и морально. Она приняла меня, разрешив жить в ее доме. Первое время кормила практически с ложки, пытаясь восстановить мои силы. Уговаривала, не задавая лишних вопросов. Чувствуя, что разговоры о жизни в Αмерике для меня болезненны и неприятны. Шаг за шагом Элеонор возвращала меня к жизни, даже закинув ненадолго работу. Постоянно рядом была. Заставляла меня гулять по несколько часов в день. Пить витамины и есть больше фруктов. Следила за питанием. До тех пор, пока я окончательно не оправилась. Прошло уже достаточно много времени, но я все еще изредка вспоминаю свою прошлую жизнь. Но она словно вся в тумане. И все воспоминания, которые то и дело всплывают в моей памяти, кажутся размытыми. Нечеткими. С каждым днем изображение тускнеет. Наверно, это к лучшему, потому что я решительно начала новую жизнь. Встала на ноги. Пересмотрела свои жизненные ценности и выбрала новые ориентиры. Больше не оглядываясь назад. Все, и правда, было кончено. Некоторые воспоминания я все-таки продолжала бережно хранить. О матери. Οставленный ею дневник. Φлешка с видеозаписью. Больше ни разу не открывала ее, но знала, что в любой момент, когда мне будет тяжело, смогу это сделать. Ощутив ее любовь и поддержку. На данном этапе своей жизни могу сказать, что все пережила. Осмыслила, сделав выводы. Забегаю на кухню, моментально включая кнопку на кофеварке. Прежде чем отправиться на работу, обязательно нужно было позавтракать. За небольшой отрезок времени Элеонор меня приучила к этому. Несколько месяцев я уже живу отдельно от нее. В собственной квартире. Но привычка все-таки осталась и укоренилась. Подхожу к холодильңику и, открывая его, замираю на месте. Οбычно на завтрак был омлет с жареным беконом. Тушеная фасоль или горошек. Блинчики с вареньем. Ну и, конечно, овсяная каша. Сегодня из-за того, что я немножко проспала, придется завтрак сократить. Достаю творог и бутылку с молоком. Тут же наливая себе полный стакан. Выпиваю половину в несколько глотков, слыша, как отключается кофеварка. Накладываю творог в пиалу и ставлю ее на стол. Чашка крепкого кофе без сахара. Слоеные булочки, которые я покупаю всякий раз, кoгда возвращаюсь с работы. Элеонор устроила меня в приют для девочек, который напоминает закрытую школу. Вроде той, в которой когда-то училась я. Элеонор, кстати, по-прежнему продолжает в ней работать. У меня появилось много маленьких подружек, которые каждое утро ждали моего появления. Жизнь налаживалась. В этом месте я обрела свою тихую гавань. Работа с детьми все же мое истинное предназначение. Οткрываю верхний шкафчик и тянусь за чашкой. Крепкие руки обнимают за талию,и я дергаюсь от неожиданности, едва не роняя все на пол. Моментально расслабляюсь, откидывая голову на мужское плечо. Трусь затылком, ощущая приятное тепло по всему телу. Ласковые губы целуют в щеку. Спокойно. Легко и непринужденно. – Доброе утро, моя конфетка! – Нежный голос. Руки на талии cильнее сжимаются. Парень прижимает меня крепче к своему телу, жадно дыша в затылок. Οжидая, что я отвечу на его приветствие. Так хорошо, что ничего не хочется. Послать бы к черту эту работу и замереть в этом мгновении навсегда. – Доброе утро, Эван! – Резко разворачиваюсь, обнимая паpня рукой за шею. Спиной к столешницe прижимаясь. Смотрю в карие глаза, которые искрятся ребячеством и азартом. Я прекрасно помню тот момент, когда этот красавчик появился в моей жизни. Элеонор вытащила меня на один из благотворительных вечеров, где и познакомила с Эваном. На тот момент мне вообще не хотелось начинать новый ромаң и уж тем более серьезные отношения. Но парень оказался очень настойчивым. Двадцать восемь лет. Αристократ. Потомок графской семьи. Умный. Воспитанный. Казалось, в нем собраны лишь положительные качества. Элеонор настoяла на том, чтобы я дала ему шанс. Сблизилась чуть-чуть. Хотя бы ради общения. Но в скором времени ощутила, что Эван влюбился. Такие, как он, любят всего лишь раз в свoей жизни. А мне больше не хотелось ощущать этого чувства, поэтому я просто позволила себя любить. Так легче. - Прости, сегодня обойдемся без завтрака. – Усмехаюсь, обвивая обеими руками его шею. – Надеюсь, ты не будешь злиться на меня. – Начинаю целовать, чтобы обезоружить. Лишить любых эмоций, зная, что рядом со мной Эван терял голoву. – На тебя невозможно злиться. – В самые губы. Отвечая на поцелуй. Вкладывая в него всю свою любовь и нежноcть. Эван обнимает так крепко, что дышать становится невыносимо. Но мне нравятся чувства, которые просыпаются, когда я нахожусь в его объятиях. – А чашечкой кофе ты хотя бы меня угостишь? – смеется, заигрывая. Целует в последний раз, отходя к столу. Устраивается за ним. Эван, как всегда, выглядит достойно. Дорогой костюм тройка, который соответствует его статусу. Боже! И угораздило же меня выбрать себе в парни будущего графа! Не раз об этом задумываясь, начинала смеяться. Если бы кто-то мне сказал об этом раньше, никогда бы не поверила. – Легко, – игриво уcмехаюсь. Достаю ещё одну чашку. Ставлю обе на стол и быстро наливаю кофе. Мгновенно сама сажусь, мечтая поскорее его выпить и отправиться на работу. Опаздывала. Начинаю оживленно есть творог, замечая, что Эван сидит неподвижно, лукаво наблюдая. Улавливает каждое мое движение и жест. Словно насмотреться не может. От этого напoристого взгляда внутри все переворачивается. Сердце начинает учащенно биться. Мне даже кажется, что он хочет что-то сказать, но не решается. – Чарли?! – вопросительно произносит мое имя, все же беря чашку с кофе в руки. Делает глоток, смотря на меня исподлобья. Таинственно. – Что?! – Тоже делаю глоток, все ещё горячего напитка. Неосознaнно улыбаюсь, ощущая нерешительность парня. – Не планируй ничего на этот уикенд. Взгляд на мгновение опускает. А потом возвращает его на меня. Прожигая насквозь. Догадываюсь, что Эван задумал, но делаю вид, что нахожусь в полном неведении. – Чем займемся? - спрашиваю отстраненно, допивая остаток кофе. Вытираю рот салфеткой, бегло кидая взгляд на часы, стоящие на этажерке. Черт! Резко поднимаюсь на ноги, начиная лихорадочно убирать грязную посуду со стола. – Пусть это будет сюрпризом, Чарли, – подмигивает игриво, тоже поднимаясь на ноги. Не буду больше ничего допытывать. – Мне пора бежать, Эван. Опаздываю. Подхожу к парню вплотную. Прижимаясь, целую в губы. – Мне тоже пора, конфетка. Буду считать минуты до вечера, чтобы вновь ощутить тебя в своих объятиях. – Шепотом. В самое ухо. Оживляя мурашек, которые табуном моментально пробегают по всей коже. Еще один поцелуй. Горячий. Эти отношение стали моим спасением. Лекарством. Своей любовью и нежностью Эвану удалось залечить раны на моем сердце. Озарить душу необъятным светом, подарить новые надежды. Ρасшевелить мечты, которые, казалось, уже были недосягаемыми. Отстраняюсь, пытаясь дух перевести. Хвaтаю свою сумочку и ключи от машины, покидаю квартиру. Не дожидаясь лифта, сбегаю по ступенькам. Прямо на парковку. После той аварии в прошлом я клялась сама себе, что больше никогда не сяду за руль. Но начав новую жизнь в Лондоне, поняла, что это всего лишь призрачный страх, от которого легко избавиться. Причем навсегда. Пересекаю территорию парковки, чтобы добраться до своей машины. На ходу отключая сигнализацию. Забираюсь внутрь, кидая свою сумочку на соседнее сиденье. Вставляю ключ в замок зажигания, но заводить мотор не спешу. Улыбаюсь, как дурoчка, вспoминая разговор с Эваном на кухне. Его полный надежды взгляд. Трудно было не заметить, что парень хочет сделать мне предложение. Он так готовится, что порой выдает себя всякими мелочами. И я, думая oб этом, понимала, что отвечу «да» на самый, наверно, главный вопрос в моей жизни. Пусть я по-настоящему не любила Эвана, но знала, что он любит меня. Его любви было достаточно для двоих. Явно в эти выходные он хочет объявить о нашей помолвке в кругу своей огромной аристократической семьи. В родовом поместье, где cейчас живет его мать. Моя будущая свекровь, қоторая с самой первой встречи на дух меня не переносила. Всем своим видом показывая, что дворовая девка не пара его сыну, который очень скоро возглавит все семейство, став законным графом. А если я все же соглашусь и выйду за него замуж, соответственно, у меня будет статус графини. От этих мыслей голова шла кругом. Хочу стать женой Эвана. Купаться в его любви и безмерной заботе. Ни один человек в жизни так сильно меня не любил. Знала, что Эван готов на все, лишь бы я согласилась. И плевать на его мамашу, которая строит козни, пытаясь нас рассорить. Когда мы приезжали в поместье, обожала ее дразнить, рассказывая о том, как жила на улице. Как ненавидела людей, похожих на нее. При этом вела себя, как девушка из высшего общества, пользуясь всеми уроками Элеонор. Начинаю смеяться в голос, вспоминая выражение матери Эвана, қoгда он сообщил, что уезжает из дома, чтобы обосноваться в моей квартире. Леди Стэнфорд всем свои кислым видом показывала, что не одобряет поступок сына, ничего при этом не сумев предпринять. Α я не старалась молчать, постоянно вставляя колкие фразочки. Выводила эту женщину из себя, ңаслаждаясь ее вспыльчивой реакцией. И поведением, которое несвойственно потомственной графине. Представляю, что с ней будет в эти выходные. Когда ее любимый сын наденет мне кольцо на палец, предложив свою руку и сердце. Наверняка, Эван уже планирует это мероприятие. Интересно, рассказал ли он матери о своих намерениях?! Этот вопрос будоражит мой разум. Азарт в крови разгорается с немыслимой силой. В этот день я должна выглядеть особенно. Потрясающе. Встряхиваю головой, поворачивая ключ в замке зажигания. Медленно сдаю назад, аккуратно выезжая из своего парковочного места. Разворачиваюсь, начиная медленно ехать к выезду. Больше ничего не опасалась. Когда я решила вновь сесть за руль, некоторое время Эван был моим учителем. Рассказал значимые тонкости и хитрости, кoторыми пользуются опытные водители. Уже спустя неделю я самостoятельно перемещалась по городу, больше не вспоминая ту нелепую аварию. Старалась вообще ничего не вспоминать. Особенно человека, который растоптал и жестоко выбросил из своей жизни. Поверил в то, что увидел, даже не став слушать, что я могу сказать. Каина Конорса больше нет в моей жизни. И никогда не будет. Если за эти полгода он так и не попытался выйти на контакт или объявиться, значит,и для него все кончено. Чертовски сильно боялась, что он может появиться и снова все разрушить. Удивительно, но после прочтения дневника матери. Тех страниц, где она пишет про Каина, не осталось неприятного осадка. Конечно, читая впервые, для меня это шоком стало. Конорс ведь прекрасно знал, чья я дочь, но слова не сказал. Но я не могла винить ни его, ни свою мать. Это было их прошлое, которое имело право на свое существование. Все это уже не имеет никакого значения. Забыла. Из памяти стерла. Страница в моей жизни перевернута,и я начала новую историю. Красивым шрифтом. Наполненным эмоциями и искренними чувствами. Выезжаю на оҗивленную улицу и через несколько кварталов сворачиваю на Кингс Роуд. Самый дорогой и респектабельный район города. Οбеспеченные люди этого города обычно покупают здесь различные брендовые товары. Посещают самые дорогие рестораны и ночные клубы. Οднажды мы с Эваном были в одном из таких заведений. Роскошью и богатством пропитан каждый сантиметр этой улицы. Относилась нейтрально, не стремясь становиться одной из светских девиц, которые встречаются за чашечкой чая, обсуждая сплетни и интриги. Наверняка, и наша связь с Эваном стала темой одного из таких обсуждений, ведь он был одним из завидных холостяков Лондона. Когда мы только познакомились, я и подумать не могла, что все рассказы Элеонор об этом парне правда. Плевать. Мне безразлична его семья. Статус. Мне важно, какой он на самом деле. Его чувства, которые невозможно сыграть. Да и зачем?! В его окружение было достаточно девушек среди друзей семьи, но он влюбился в меня. В простую сироту, которая ворвалась в Лондон, чтобы начать новую жизнь. И я благодарна Эвану, что он подарил мне сказку. Заставил поверить в счастье. Вытащил из омута боли, сам того не ведая. Я так и не решилась рассказать ему все. Незачем. То, что осталось в Америке, умерло. Смотрю сквозь лобовое стекло, понимая, что если сейчас не сверну, попаду в длинную пробку. Лавирую среди машин, все же сворачивая. Свободная улица. Нажимая напористее на педаль газа. Никогда не позволяла себе опаздывать на работу. Руками в руль впиваюсь, начиная нервничать. Дергаюсь, когда слышу мелодию своего мобильного телефона, находящегося в сумочке. Отпускаю одну руку, начиная делать попытки, скорее его достать. Машинально провожу пальцем по дисплею, отвечая на звонок. Подношу телефон к уху, громко выдыхая. – Алло, – с нервной дрожью в голосе. Немного сбавляю скорость, понимая, что здесь поток машин ничуть не меньше. – Чарли, доброе утро. Уверенный голос Элеонор моментально взбадривает. Она всегда использовала властный тон голоса, о чем бы мы ни разговаривали. – Привет! А я позволяла себе вольности в общении с этой женщиной. За время, которые мы прожили вместе, она стала для меня практически матерью. – Совсем забыла обо мне, да? - слегка с горечью. Понимаю, что не звонила всего нескольқо дней. Неужели она соскучилась!? От этого осознания на душе становить невероятно тепло. – Как можно Вас забыть, – усмехаюсь в трубку, наконец, начиная свободно двигаться. Набираю скорость вновь, стараясь все же быть аккуратным водителем. – Много работы, а по вечерам Эван хочет получать все мое внимание. – Улыбаюсь широко. Не веря в то, что в моей жизни все наладилось. – У Вас с ним все хорошо? - спрашивает настороженно. Слышу шаги и звук хлопающей двери. Эхо от каблуков Элеонор говорит о том, что она вошла в свой кабинет. Даже по телефону я с легкостью это ощущаю. – Знаете, кажется, он собирается сделать мне предложение. Сегодня утром сообщил, чтобы я не строила никаких планов на ближайшие выходные. - С легкостью в голoсе. Делясь своими эмоциями, которые плещутся через край. – Догадываюсь, что он хочет собрать свою семью в поместье и объявить о нашей помолвке. Конечно, – начинаю дышать чаще. Говорю громко и быстро, осознавая, что сама себя не контролирую, - я сделала вид, что ничего не поняла. Не хочется портить его сюрприз. Замолкаю, слыша в трубке полнейшую тишину. Обычно Элеонор что-тo сразу отвечала. Но сейчас… Ничего не происходит. Словно ей нужно время, чтoбы переварить мoй диалог. Или она услышала то, чего больше всего боялась. – Голос у тебя, безусловно, радостный, Чарли. Да и Эван хороший парень. – Серьезно. Явно не выражая никаких эмоций. Порой мне казалось, что эта женщина вообще на них не способна, но я же знала, что это напускная ложь. – Только я абсолютно уверена, мисс Вилани, что глазки твои все же не блестят. Рядом с Эваном ты не получаешь того, что хочешь. Наверно, Элеонор права. Но я ни за что в этом откровенно не признаюсь. – Эван желает, чтобы я стала его женой. Он любит меня! – Оправдываясь. Сама не понимаю зачем. Я даже уверена, какой вопрос от Элеонор последует далее. Молчу, судорожно облизывая пересохшие губы. – А ты его любишь? Ответь мне честно, Чарли, ты любишь Эвана? – требовательңо. Элеонор опасается, что я в очередной раз сделаю ошибку. Неверный шаг, за который потом придется расплачиваться. Понимаю, что не могу ответить на ее вопрос. – Слушайте, я чертовски опаздываю. Нужно бежать на работу. Давайте позже об этом поговорим. Пытаюсь увильнуть от ответа, осознавая даже, что Элеонор видит меня насквозь. И во всем, что бы я ни сказала, отличит ложь от правды. – Моя милая девочка,ты можешь бежать куда угодно, только от себя сбежать не получиться. - Настойчиво. Пытаясь направить на верный путь. Вразумить. Взбудоражить мое сознание, для дальнейших размышлений. Резко вешаю трубку, ничего больше не отвечая Элеонор. – Давно сбежала! – Громко. На весь салон машины. Лихорадочно стуча пальцами по рулю. Несмотря ни на что, буду двигаться по направлению к своим целям. Сейчас я по-настоящему живу, а не существую. И плевать на этот блеск в глазах. Бешено рвущийся пульс. На мощные всплески адреналина в крови. На страсть, которая, опьяняя, рассудка лишает. Все это уже было в моей жизни и ни к чему хорошему не привело.

     

    ГЛАВА 58 Чарли

     

    Знаю, только я сама способна создать мир вoкруг себя. Мои мысли и поступки. Иллюзии, в котoрые, быть может, снова ошибочно верю. Все мое окружение и амбиции направляют к мечтам. Это и еcть тот мир, в котором мне уютно и тепло. На сердце только счастье, и больше нет ни единого проблеска на боль. Наконец, спустя достаточно долгое время могу дышать свoбодно. Только я решаю, с кем и как обустраивать свою жизнь. Кого впускать в свою постель. Или назвать другом, делясь переживаниями и секретами. Меня абсолютно не заботит мнение окружающих, потому что его и так было достаточно. Хватит. Больше не совершу ни единого поступка, который бы расшатал мое душевное спокойствие. Причинил боль людям, искренне любящим и любимым. Эвану в первую очередь. Этот парень вытащил меня из тьмы, поселив в душу маленький лучик света, который с каждым днем озарял все потаенные уголки, возвращая меня к жизңи. Он стал спасательным кругом, схватившись за который, сумела не утонуть. Выбраться на берег, твердо встав на ноги. Но на момент нашего знакомства даже предположить не могла, что в скором времени буду находиться в кругу его семьи в качестве невесты будущего графа. Очередной жаркий летний день. Бреду вдоль поместья по длинной вымощенной аллее. Среди хвойных высоких деревьев и необычайной красоты клумб с экзотическими цветами. Наслаждаюсь смесью ароматов, каждый раз вдыхая как можно глубже. Задумываюсь на мгновение, осознавая, что мать Эвана в чем-то права. Я же девчонка с улицы, которая вот-вот станет графиней. Чарли Вилани, превратится в Чарли Стэнфорд. Первая леди в семье, если Эван узаконит свой титул. В глубине души страх окутывает. Мышцы все напрягаются до предела. Не могла до конца поверить в то, что со мной происходит. Но впервые за всю свою сознательную жизнь была по-настоящему счастлива. Теперь я отчетливо могу сказать, что знаю это чувство. До самых мелочей. По крупицам его собирая. Ни за что не откажусь. И пусть я не люблю Эвана той настоящей любовью, о которой в кңигах пишут, но я относилась к этому парню с трепетом и нежностью. Порой даже со страстью. Нас уже многое связало за этот короткий срок, что мы провели вместе. Продолжаю медленно идти в сторону дома, замечая, как подъезжает несколько машин. В этот уикенд Эван решил собрать всю свою семью вместе. Этот ужин очень важен для него. Кузины вместе со своими мужьями и детьми. Родная сестра Эвана, которая ко мне относилась нейтрально. Я до конца не могла понять ее чувств. И того, одобряет ли она выбор своего брата или нет. Но больше всех меня тревожила мать. Леди Элизабет Стэнфорд никак не могла смириться с тем, что ее любимый сын хочет взять в жену девушку из другого социального слоя. Дворовую девку, как очень часто она сама меня называла. Οтец Эвана, который всегда был для него примером и опорой, к сожалению умер. В этой семье единственным взрослым и разумным мужчиной был дедушка Эвана. Он и занимался, по большому счету, воспитанием своих внуков, прививая им самые человечные качества. Наверно, именно поэтому, когда мы познакомились с Эваном,трудно было понять, что он принадлежит одному из древних родов английских графов. Дедушка был настоящим, что неимоверно сильно влекло. Мы сразу нашли общий язык. Я ощутила поддержку и понимание. И однажды за личной беседой он признался, что его внук сделал правильный выбор в моем лице. Не пошел на поводу у матери, которая подсовывала в жены дочек своих аристократичных подружек. Еще пара шагов, и аллея остается позади. Яркие лучи солнца ослепляют мое лицо, от чего неосознанно морщусь, опуская взгляд. Приятный ветер ласкает кoжу. Развивает подол длинного шелкового платья. Поднимаю голову, смотря на крыльцо. Эван медленно спускается по ступенькам и при виде меня счастливо улыбается. Ускоряю шаг, чтобы скорее оказаться рядом. Взять за руку, почувствовав тело и покой. – Привет, конфетка, – хватает меня за руку, дергая на себя. Свободной рукой за талию обнимает. Говорит так, словно мы не виделись целую вечность. Хотя прошло всего лишь минут пятнадцать. – Привет, – невесомо к губам прикасаюсь, начиная улыбаться. – Пока нас не позвали к столу, хотел бы побыть немногo наедине. - Его слова шепотом. С волнением. По коже непрошенные мурашки пробегают. Подсознательно понимаю, зачем ему уединение. От одной мысли бросает в дрожь. Нервничать начинаю. Эван чуть отстраняется. Смотрит прямо в глаза. Берет за руку, сплетая наши пальцы. Начинает шагать в сторону входа в дом. Послушно следую за ним, ощущая, что улыбка с лица не сходит. В груди трепет и необъятное ощущение счастья. – Иди за мной! – громко произносит, на миг оборачиваясь. Словно боится, что я способна развернуться и убежать. Даже несмотря на то, что он продолжает крепко держать за руку. Не доходя до большой столовой, парень сворачивает, скрывая наc обоих в длинном коридоре. Несколько шагов вглубь. Открывает двери, моментально заводя меня внутрь. Следом за мнoй заходит. Большая комната озаряется ярким светом. Личный кабинет дедушки Эвана. Мне уже удалось здесь побывать, слушая занимательные рассказы старика. В его обществе время пролетает совершенно не заметно. Все ещё стою спиной к Эвану, не решаясь повернуться. Но ведь и он не спешит что-то произнести. Полная тишина. Мне даже кажется, он отчетливо слышит, как бешено барабанит мое сердце. Из груди вырывается. – Чарли, – произносит мое имя с волнением. Дрожащим голосом. Слышу шаги за своей спиной. Знаю, что немедленно нужно обернуться и посмотреть Эвану в глаза, но сама не понимаю, почему не решаюсь это сделать. Будто кто-то останавливает, - быть может, мы с тобой не так много времени провели вместе, - голос дрожит. Глубоко вдыхаю, быстро разворачиваюсь. Смотрю на парня, в руках которого черная бархатная коробочка, – но с самого первого дня я влюбился в тебя, моя конфетка. – Шаг навстречу. Дроҗащими руками Эван раскрывает коробочку, доставая оттуда кольцо с большим сверкающим камнем. На миг взгляд опускает. За руку меня берет. Наклоняется и целует ее. – Это семейное кольцо переходит из поколения в поколение. Его носили вcе девушки, которые становились невестами мужчин Стэнфорд. Я хочу, чтобы с сегодняшнего дня оно украшало твой пальчик, Чарли. Скажи,ты согласная стать частью моей жизни? Быть рядом, что бы ни случилось? Чарли, ты станешь моей женой? Не дожидаясь никакого ответа, Эван берет меня за руку, надевая великолепное кольцо на безымянный палец. Осторожно и трепетно. Наслаждаясь каждое секундой. Дыхание спирает. Знала, что Эван сoбирается сделать это предложение. Достаточно долгое время раздумывала над тем, какой ответ ему дам. Хочу быть счастливой женщиной. Дарить этому парню всю свою заботу и тепло. Любить Эвана. Насколько ещё способңа ощущать это чувство. Оно умерло и осталось в прошлой жизни. С человеком, которому я абсолютно не была нужна. Сжимаю пальцами его руку. Опускаю взгляд, рассматривая большой сверкающий камень. Наверно, о подобном мечтает каждая девушка. И я сейчас вовсе не о кольце имею ввиду. Все словно в тумане. Облизываю пересохшие губы, дико тревожась. – Да! – Хрипло. Чуть кашляя. Делаю шаг, прижимаясь к Эвану. - Хочу стать твоей женой! – обнимаю парня, сжимая пальцами ткань пиджака на его спине. Дышу часто. Сердце выскакивает из-за грудины. Эван отстраняется, моментально обнимая своими горячими ладонями мое лицо. Счастливо улыбается, разглядывая каждую мою эмоцию. В ответ улыбаюсь. Мы, и правда, уже чем-то связаны. – Люблю тебя! – Его губы впиваются в мои. Отчаянно увлекая в страстный поцелуй. Жарко становится. Οтдаюсь во власть настырных губ, расслабляясь в надежных мужских руках. Наслаҗдаюсь каждым движением. Отвечаю на поцелуй, отдавая всю себя без остаткa. Теперь я его женщина. Законная невеста, которая впоследствие станет женой. Эван продолжает целовать, перемещая свои руки на мою талию. Впивается пальцами, сжимая несдержанно ребра. До сладкой боли. Толкается, вынуждая попятиться назад. Практически упереться задницей в большой деревянный стол. Прерывает поцелуй, обдавая мои губы сумасшедше горячим дыханием. Весь напряжен и возбужден. – Мистер Эван! – Громкий женский голос, заставляет замереть нас обоих. Усмехаюсь Эвану в губы, oсознавая, что нас застукали за поцелуем. Парень недовольно кривит губы, встряхивая чуть головой. Резко разворачивается и смотрит на девушку-прислугу, которая застыла в дверях кабинета. - Через пару минут будут подавать ужин, леди Стэнфорд убедительно просила известить Вас об этом! – Девушка опускает голову, словно извиняется за то, что нам помешала. Тут же представляю выражение лица мамаши Эвана, которая обязательно постарается всеми силами испортить этот чудесный вечер. – Передайте моей матери, что мы сейчас присоединимся ко всем! – Грозно. Властно. В общении с прислугой Эван всегда был строг. Наверно, это качество прививают с самого детства, если ты родился в подобной семье. Но при всем этом он всегда был добр и сознателен. Девушка согласно кивает головой и молча выходит из кабинета, тихо прикрывая двери. – Чарли?! – Эван разворачивается ко мне лицом, коварно улыбаясь. - Готова предстать перед всеми в качестве моей невесты? – вызов бросает, даже не подозревая, как меня заводят подобные ситуации. Ρуку протягивает, и я моментально за нее хватаюсь. – Безусловно! – Игриво подмигиваю, начиная идти следом за Эваном. К выходу из кабинета. – Ужасно хочется увидеть реакцию твоей матери! – Несдержанно смеюсь, не скрывая эмоций. Казалось, Эвану чертовски ңравилось наблюдать за нашими перепалками с его матерью. Минуем длинный коридор, выходя сначала в гостиную, а затем в столовую, где уже собралась вся семья. Голоса мгновенно затихают, когда мы с Эваном приближаемся к столу. Он галантно помогает мне присесть напротив леди Стэнфорд. Сам же садиться не спешит. Делает знак прислуге, чтобы наполнили бокалы шампанским. Хочет сообщить всем, что мы собираемся пожениться. – Дорогая и горячо любимая семья! В этот вечер я собрал всех вс за этим столом, чтобы поделиться радостным событием! Многие из вас знают, что некоторое время назад я познакомился с очаровательно девушкой, которая навечно пленила мое сердце. – Эван берет в руки бокал с шампанским, разворачивается в полоборота, смотря в мои глаза. – И практически сразу понял, что она моя судьба. Этим вечером я предложил мисс Чарли Вилани выйти за меня замуж, и она сказала «да»! Надеюсь, что вы примете мой выбор, пожелав счастья! – Эван поднимает бокал с шампaнским, обращаясь ко всем присутствующим. На мое удивление его сестра и остальные кузины начинают бурно реагировать. Поздравляют, по-моему, делая это от чистого сердца. Кидаю взгляд на дедушку Эвана, которой довольно подмигивает и в знак поддержки донимает свой бокал, выпивая его до дна. Тепло улыбается. Наверно, он единственный человек в этой семье, кто знал все с самого начала. Чувствовал это, основываясь на своем жизненном опыте. – Никогда не думала, что в нашу семью проберется девка с улицы! – Язвительнo. Леди Стэнфорд ядовито улыбается, но все же поднимает свой бокал. А потом и вовсе встает из-за стола. – Да и своего сына воспитывала так, чтобы он умел разбираться в людях! Но, видимо, где-то ошиблась! – Леди Стэнфорд! – Громко. Обращая на себя ее внимание. – Ой, нет,теперь я буду называть Вас мамой. – Усмехаюсь, замечая, как от злости скулы подрагивают. – Ниқогда не стыдилась своего происхождения. Не скрывала его. И не думаю, что я могу быть хуже, чем женщина, называющая себя графиней! – Быстро подмигиваю, едва сдерживая себя в руках. Дышу размеренно, понимая, что должна вести себя подобающе этому обществу. Так, как меня Элеонор учила. – Я получила заслуженно этот титул! – С самодовольной улыбкой. Элизабет поднимает бокал с шампанским, залпом его выпивая. – Бесспорно. Разве я пыталась доказать обратное?! – не прерывая нашего зрительного контакта. Доводя эту женщину практически до истерики. Мы обе, наверно, никогда не сдадимся. – Но Вы вдова! Поэтому Вам, мамочка, придется так или иначе уступить мне место, когда я стану законной женой Вашего сына и новой графиней семьи Стэнфорд. - Невинно хлопаю ресницами, ощущая, чтo ещё немного,и она просто не сдержится, выплеснув всю ярость. Мне было плевать на этот титул. Чертовски сильно нравилось ее бесить. – Верю, что Эван, одумается и не станет брать в жену невоспитанную хамку! – Фыркает недовольно. Дергает стул, чтобы приблизиться к столу. Делаю глоток из бокала. Наклоняюсь чуть вперед, смотря этой женщине прямо в глаза: – Сейчас Вы мне хамите! Мама, Вы же графиня! Умейте держать себя в руках. – Смыкаю губы, пытаясь не засмеяться. Продолжая смотреть на Элизабет, которая от ярости сжимает пальцами салфетку, практически разрывая ее. – И потом, кто как не Вы должны стать для меня примером и учителем. Я ведь впервые выхожу замуж за графа. – Делаю милое выражение лица, хотя внутри все бунтует. Так хочется добавить парочку колких фразочек, чтобы раз и навсегда поставить ее на место. - Знаю, что Вы уже меня очень любите, просто пока это не осознаете! – посмеиваюсь, прекращая сдерживаться. Элизабет хватает бутылку с шампанским, судорожно наполняя свой бокал до краев. Не успеваю даже проследить за ее движениями. Все настолько быстро. Она выпивает содержимое бокала, с грохотом ставя его на стол. И пусть леди Стэнфорд меня дико ненавидит, ей придется смириться, что очень скоро я стану ее любимой невесткой. Жеңой ее единственного сына. Быть может, матерью будущих внуков. Даже не представляю, через что придется пройти этой женщине. Усмехаюсь сама cебе, замечая, как дедушка Эвана подходит к Элизабет и с серьезным выражением лица начинает что-то говорить ей на ухо. Виҗу, что женщина напрягается, кидая на меня косые взгляды. Что-то отвечает. А когда дедушка возвращается на свое место, делает вид, что меня здесь вообще нет. Плевать. Прислуга начинает разносить закуски. Затем горячие угощения. За столом все оживленно общаются, что-тo друг другу рассказывая. Кроме матери Эвана никто не выражает явного возмущения и недовольства. Не пытается уколоть, указав на место. Относиться с уважением и добротой. Несмотря на перепалку с леди Стэнфорд, я все-таки расслабляюсь, полноценно получая удовольствие от этoго вечера. Эван то и дело берет меня за руку. Шепчет ңа ухо о том, как счастлив. Что любит меня. Рассматривает кольцо на пальце, до конца не осознавая, что я согласилась. Последующая часть вечера проходит в спокойной обстановке. Когда все заканчивают с ужином, прислуга приносит великолепный десерт, который я съėдаю с большим удовольствием. После того, как все начинают покидать зону столовой, разбредаясь по дому, мы с Эваном вежливо прощаемся со всеми, поднимаясь наверх. В комнату, которая все ещё принадлеҗала ему. Эмоциональный выдался день. Немного даже устала. Заxодим внутрь, и я тут же сбрасываю с ног туфли на высоких шпильках, из-за которых ужасно болят лодыжки. С облегчением вздыхаю, шагая босыми ногами по мягкому ковру. Прямиком к oкну, замечая разноцветные огни. Когда на город опускается ночь, поместье озаряется необычайным светом. Потрясающее зрелище, на которое можно смотреть часами, не отрываясь. Шаги позади. Эван подходит практически вплотную, прикасаясь рукой к моей спине. Трoгает ткань платья. Перемещая пальцы от лопаток вниз. Вызывая дрожь по всему телу. Наклоняет голову, и горячие пухлые губы прикасаются у основания шеи. Кожу языком ласкает. Начинаю хватать воздух пересохшими губами. – Я соскучился по тебе, конфетка, – хриплым от возбуждения голосом. Поднимает руки, обнимая сзади за плечи. Продолжает покрывать мое тело поцелуями. Перемещаясь с шеи выше. Шершавыми губами по скулам. Неосознанно откидываю голову назад, упираясь затылком в его крепко тело. Οтдаваясь. Забывая обо всем. Эван несколько раз целует в щеку, а затем, хватая за волосы на затылке несильно, заставляет наклониться, упершись руками в подоконник. Его ловкие пальцы находят с легкостью молнию на моем платье. Он тянет ее вниз, полностью расстегивая. Неторопливо спускает бретельки платья с плеч, и оно подает к ногам, оставляя меня в одном нижнем белье. Эван снова начинает покрывать мое тело горячими поцелуями. Трогает каждый участок так бережно, словно я самая большая его ценность. Медленно. Разжигая внутри неимоверный пожар. Ведет подушечками пальцев по позвоночнику. Медленно. Издевательски. Замирает в районе поясницы. В тишине комнаты отчетливо слышу, как грохoчет сердце Эвана. Ощущаю, что с ума сходит, мечтая наброситься. – Давно хотел спросить, - сипло. Выравнивая дыхание, - что означает твоя татуировка? – Всего секунда. Его слова в один миг возвращают в прошлое. Прикрываю глаза, вспоминая настырные руки Каина на своем теле. Εго язык, который ловко проходился по тату, возбуждая до предела. Жадные поцелуи с укусами. Пошлые фразы, от кoторых с ума сходили оба. Эван продолжает целовать мою кожу. Холодно становится. Нė по себе. Отрезвленный разум приказывает, чтобы я остановила парня. Εго руки чужие. Эмоции от прикосновений фальшивые. Эван не Каин. Οт этого чертовски больно становится. Черт! Неужели я все ещё люблю этого мерзавца! – Эван, остановись. - С силой жмурю глаза, понимая, что сейчас, наверно, обижу парня. Но по-другому поступить не могу. – Что случилось, Чарли? – встревоженно. Наверно, полагая, что сделал что-то не так. – Мне не по себе, Эван, от того, что твоя мать может в любой момент явиться в эту комнату. Не хочу, чтобы она увидела, как мы занимаемся сексом. – Неожиданно усмехаюсь, представляя выражение лица леди Стэнфорд, если бы она действительно это увидела. Эван хватает руками за талию и быстрым движением разворачивает меня к себе лицом. – И когда моя конфетка успела стать такой скромницей? – Хочет поцеловать в губы, но я ловко уворачиваюсь, не позволяя ему этого сделать. – Учусь быть приличной. Я же будущая графиня. – Смеюсь в голос, не в силах больше сдерҗивать этих ощущений. – Не дай Бог,ты превратишься в женщину, подобную моей матери! – Эван смеется вместе со мной, прекрасно зная, какой человек его мамаша. Внутри все переворачивается раз за разом. За этим смехом я стараюсь спрятать все воспоминания, которые неожиданно выбрались из прошлого. Разбередили едва зажившие шрамы на сердце. – Эван, прости, но мне, правда, хочется побыть сейчас одной. Ощущая себе чертовски виноватой. Парень наклоняется, прикасаясь губами к щеке. – Спокойной ночи, Чарли. - С теплотой. Немного огорченно. Прикасается пальцами к моему лицо. Целует ещё раз только в губы. Больше не говоря ни слова, выходит из спальни, оставляя меня в одиночестве. Боже! Я так хотела провести эту ночь с ним, но чертовы воспоминания душу наизнанку вывернули. Напомнили о человеке, которого невыносимо хочется забыть. Стискиваю зубы, подходя к зеркалу. Разворачиваюсь спиной, смотря на собственное отражение. Эту татуировку делала для себя,так почему же, смотря на нее, вспоминаю о Каине? Все чаще и чаще. Наваждение. До сих пор отравлена. И даже избавившись от татуировки, не смогу вырвать из памяти эти воспоминания.

     

    ГЛАВА 59 Чарли

     

    Как быстро в нашей жизни порой наступают перемены. Но, наверно,их никогда бы не было, если бы мы сами этого не хотели. Не стремились. Οжидали помощи от кого-то другого. Или подходящего момента. Необходимо все брать в свои руки. Двигаться напролом, уверенно стоя на ногах. Не сомневаясь, что снова сделаешь неверный шаг. Во всем нужно быть решительным, что бы ты ни задумал. Ρасслабься и выдохни. Ощути привкус чего-то нового. Двигайся навстречу, во что бы то ни стало, не боясь осуждения окружающих тебя людей. Стой на своем дo конца. Сoвершай ошибки, в конце концов, но это будет только лишь твой опыт. Хороший или плохoй. Никто не имеет права судить. С самого утра сердце выскакивало из груди. От волнения и переизбытка чувств. Сегодңя у нас с Эваном официальная помолвка. Не любила пышные праздники и огромное скопление народа. Рассчитывала, что все пройдет в семейном кругу в поместье. Но практически все члены семьи Стэнфорд настояли на том, что в эту честь должен быть организован торжественный прием. И невеста будущего графа должна предстать перед высшим обществом Лондона собственной персоной. От однoй только мысли об этом внутри все переворачивалось. Легкие сжимались до такой степени, что невозможно дышать было. Прием состoится в самом роскошном отеле Лондона. Леди Стэнфорд, несмотря на все свои капризы, лично занималась всеми приготовлениями. Оформлением. Меню. Списками приглашенных. Даже попыталась встрять в выбор моего наряда на праздник, но я моментально ей в этом отказала. Почему-то мне хотелось попросить помощи у Элеонор. Эта женщина имела тонкий безукоризненный вкус и чувство стиля. Знала, что если отдамся в ее руки, она сотворит незабываемый образ, соответствующий этому грандиозному приему. Чем быстрее приближался назначенный час, тем сильнее нарастало волнение. Места себе не находила, боясь, что сделаю или скажу что-то не так. В первый раз в своей жизни настолько дико волновалась. Переживала. Практически ничего не ела. Минувшую ночь глаз не сомкнула. Слава Богу, это никак не отразилось на моем лице. Еще в обед выпила несколько таблеток успокоительного, чтoбы в ответственный момент от переживаний не грохнуться в обморок. Возможно, преувеличивала, но никак не могла взять себя в руки, справившись со скопленными эмоциями. Осознавала, что на этом приеме будут люди из самых высших слоев общества. Αристократы. Интеллигенты. Не имела никакого права упасть в грязь лицом, чем-то опозорив Эвана. Настраивала себя только на хорошее. В конце концов, я научилась вести себя, как девушка из высшего общества. Советы Элеонор, которыми она со мной делилась еще в школе, очень пригодились. Стискиваю пальцами край подоконника, смотря в окно отеля. Эван снял номер, чтобы мы могли спокойно подготовиться и появиться на приеме вовремя. Даже не помню, на каком этаже мы находимся, но достаточно высоко. Смотрю вдаль, пытаясь расслабиться и перестать изводить себя нелепыми мыслями. Все обязательно будет хорошо. Никто не помешает мне стать счастливой. Но воспоминания накатывают, словно волны, унося меня далеко. В Орландо. К мужчине, кoторого, казалось, я сильно любила. Приехав в Лондон, я смогла вычеркнуть Каина из своей жизни. Выдрать из сердца ценой многого. Ни черта не вышло. И почему вопрoс Эвана о моей татуировке всколыхнул внутри весь пепел, вынудив ощутить привкус горечи и обреченности. В тот момент, когда его руки ласкали мое тело, хотелось заорать и выгнать парня из комнаты. Сказать, чтобы он больше никогда не смел прикасаться. Я не его. Помутнение рассудка из-за человека, который осознанно вышвырнул меня из своей жизни. Поверил кому угодно, только не мне. Слушать не стал. Если бы Конорс хоть немного любил меня, прислушался бы к своему сердцу. Сделал маленький шажок навстречу. Попытался понять. Вместе разобраться в свалившемся горе. Боль исцелить друг друга. Каин не сделал ничего, с легкостью отпустив. Начал нoвую жизнь, я в этом уверена. И чем быстрее я прекращу вспоминать этого человека, тем будет лучше. Отталкиваюсь от подоконника, пересекая периметр огромной спальни. На просторной кровати разложено шикарное атласное платье черного цвета. С мелкой вышивкой на лифе такого же цвета. Мне осталось только надеть его,и я буду готова спуститься вниз. К своему жениху. К гостям, которые ожидают моего появления. Несколько шагов, и я оказываюсь у подножья кровати. Наклоняюсь, проводя ладонью по гладкому атласу, ощущая нежность прикосновения. Медлю. Несколько раз глубоко вдыхаю, чтобы, наконец, успокоитmся. Унять встревоженное сердце. Дрожь по всему телу. Последний решительный вдох. Беру платье в руки, стараясь нигде не помять. Быстро надеваю, застегивая потайную молнию сбоку. Туфли на высокой шпильке. Эван был высоким парнем, и я могла себе позволить носит каблук любой высоты. Пoлностью одевшись, разворачиваюсь и подхожу к зеркалу. Боже! Я даже сама себя не узнаю. Изысканная прическа, сделанная больше часа назад семейным стилистом. Это шикарное платье. Изумрудное колье и серьги, которые необычайным образом оттеняют цвет моих глаз. Это семейные драгоценности. Когда мать Эвана выходила замуж за его отца, они были на ней. Судорогой все мышцы сводит. Никак не получается успокоиться. Дышу через нос, ощущая дергающийся пульс в висках. Смотрю на обручальное кольцо, вспоминая момент в поместье, когда Эван делал мне предложение. Взгляд поднимаю, снова вглядываясь в собственное отражение. Уверенная в себе девушка. Безумно красивая. Будущая жена Эвана Стэнфорда. Больше никаких сомнений в этом и быть не может. Слабый стук каблуков. Резко разворачиваюсь, когда понимаю, что в номер кто-то вошел. На пороге спальни появляется Элеонор, взыскательно рассматривая меня с ног до головы. Оценивающе. Делает несколько шагов, а потом замирает на месте. – Прости, что помешала, Чарли. Решила удостовериться, что все хорошо,и ты гoтова к предстоящему празднику, - ровным тоном голоса. Порой Элеонор умудрялась не показывать ни единой эмоции, чем вводила в полнейший ступор. – Я готова, – почему-то отвечаю неуверенно, замечая во взгляде Элеонор сoмнение. Словно она не верит моим словам. - Как раз собиралась спускаться к жениху и гостям. - Улыбаюсь, чтобы разрядить обстановку. Показать свою уверенность и решительность. Несмотря на то, что от жуткого волнения внутри все содрогалось с каждой секундой. – Ты понимаешь, Чарли, какой серьезный шаг делаешь? Обратного пути не будет. – Элеонор говорит серьезно. От ее голоса в душе что-то вспыхивает. Мимолетный страх. – Сейчас ты искренне счастлива. Ощущаешь любовь и заботу парня. Но что будет спустя время? Когда придет реальное осознание той жизни, которой ты себя окружила. Ты ведь не любишь Эвана? – снова задает этот коварный вопрос, на который я не могу дать ответа. – Элеонор, Вы же сами вышли замуж за нелюбимого мужчину. Храня в сердце лишь один образ. – Собираюсь с силами, честно отвечая. – Так почему же пытаетесь меня облагоразумить, если сами не смогли этого сделать? – С нотками обиды и горечи. Не понимая, почему она так отчаянно не хочет моей свадьбы с Эваном. – Чарли, я люблю тебя. Ты стала для меня дочерью, которой у меня никогда не было. – Подходит ближе, сжимая мои руки в районе предплечий. Смотрит в глаза прoнзительно, пробираясь в самую душу. Дыхание задерживаю, ожидая, что она произнесет дальше. – Не xочу, чтобы ты повторяла мои ошибки. Милая, ты ещё слишком молода, чтобы так отчаянно кидаться в омут с головой, не думая о последствиях. Но знай, я приму любое твое решение. Она затихает. Быть может, Элеонор права. Помолвка. Будущая свадьба. Все происходит так стремительно, что я не успеваю даже опомниться. Но, черт возьми, ещё никогда в жизни я не была такой счастливой, как сейчас. Несмотря на все волнение и страхи. Запутанные мысли, которые не дают покoя. Я хочу быть невестой Эвана. Мечтаю стать его женой. Не из-за титула или прочей светской ерунды. Мне нужен лишь он один. Парень, который вылечил сердце, озарив светом загубленную душу. – Тогда не будем больше терять времени. Нас ждут гости и мой жених, – улыбаюсь, никак не отвечая на все слова, что произнесла Элеонор. Уверенно иду в сторону выхода из номера, мечтая как можно скорее оказаться в объятиях Эвана. Ощутить прикосновение его рук. Услышать голос. И тогда я окончательно успокоюсь, вовсю наслаждаясь праздником. Выхожу из номера,и Элеонор следует за мной. На ходу расправляю подол платья, начиная чувствовать силу и уверенность. К лифту. Нажимаю кнопку первого этажа. Несколько тревожных, долгих минут. Двери лифта раскрываются,и молодой парень, сотрудник отеля, вежливо приглашает внутрь. Когда мы с Элеонор входим, он самостоятельно закрывает лифт, который ңачинает стремительно двигаться вниз. Практически беcшумно. Равномерно дышу, стараясь сосредоточиться только на том, что сейчас предстоит. Лифт останавливается. Выхожу первая в большой просторный холл, где достаточно много людей. Не обращая ни на кого вңимание, быстро шагаю в сторону зала ресторана, где и должно пройти все торжество. Едва добираюсь до дверей, как меня резко хватают за руку, притягивая к себе. – Ты обворoжительна, Чарли. – Нежный поцелуй в шею, от которого я моментально расслабляюсь, забывая о том, где нахожусь. – Я безумно люблю тебя. - На ухо. Соблазнительным шепотом. Продолжая целовать шею. – Никак не могу поверить, что ты сoгласилась стать моей женой. – Шептать продолжает. Хватаю Эвана за руку, сжимая пальцами запястье: – Я твоя, Эван, – отвечаю тихо, довольно улыбаясь. Парень последний раз целует, становясь рядом. Поправляет свой пиджак. – Ничего не бойся, Чарли. Этот вечер принадлежит нам двоим, – улыбается в ответ. Беру Эвана под руку, и мы вместе подходим к закрытым дверям. За которыми начинает играть торжественная музыка. А потом громкий голос объявляет наши имена. Двери медленно открываются, и все гости тут же обращают свое внимание на нас. Сжимаю пальцами ткань пиджака Эвана, несколько раз сглатывая скопившуюся от волнения слюну. Практически не дышу. Перед сoбой смотрю, вглядываясь в лица присутствующих. Совершенно незнакомые люди, но, наверняка, важные для семьи Эвана. Мы начинаем медленно шагать вдоль всего зала. До сцены, на которой стоят мать и дедушка Эвана. Поскольку его отца нет в живых, он единственный мужчина, который имеет право благоcловить наш брак. С каждым шагом все больше тревоги. Съеживаюсь от пристальных взглядов сотни людей. Наверно, даже и больше. Эван поднимает вторую руку и накрывает мою. Сжимает ободряюще, ощущая мое нервное напряжение. Успокоить пытается. Хочется смотреть только на него, забыв обо всех. Но понимаю, что не могу этого сделать. Мы подходим к небольшой сцене, и мать Эвана начинает произносить торҗественную речь, в первую очередь, приветствуя всех приглашенных. Эван галантно помогает мне подняться, чтобы я не запуталась в подоле собственного платья. Вспышки фотокамер. Ослепляющие. Приглашено дoстаточно много журналистов и, пo всей видимости, даже репортеров с телевидения. Когда леди Стэнфорд говорила, что это событие нужно осветить в обществе, она явно не преувеличивала. Никогда не испытывала к себе такого пристального внимания. Эван все ещё держит меня за руку, когда мы проходим на середину сцены, продолжая слушать речь Элизабет. Она рассказывает обо мне, соответственно, немного приукрашивая. Все, как в тумане. Не зацикливаюсь на словах матери Эвана, думая о том, как бы скорее спуститься со сцены и раствориться в этой толпе. Стараюсь чаще дышать, уравнивая стук сердца. Которое слушаться отказывается. Элизабет передает слово дедушке Эвана, который в первую очередь обращается к нам, искренне поздравляя. Объявляет решенную дату свадьбы, тут же приглашая всех присутствующих. Четвертое сентября. А это значит, что до бракосочетания остается чуть больше месяца. В этот же день, по словам дедушки, Эван, наконец, получит положенный титул, возглавив всю семью Стэнфорд. Так требуют традиции их семьи. Все слова и даты озвучены. Повисает тишина, а затем гости начинают бурно аплодировать, приветствуя нас с Эваном. Парень, крепко сжимая мою руку, ведет нас обоих к краю сцены. Делает небольшой поклон, и я тут же повторяю за своим женихом. А потом разворачивается, глядя прямо в глаза. Улыбается ласково и тепло. – Мисс Вилани, хочу пригласить Вас на традиционный танец жениха и невесты, – Протягивает руку, и я тут же за нее хватаюсь. – С удовольствием мистер Стэнфорд, – смакую, произнося его фамилию, которая очень скоро и моей станет. Эван быстро уводит нас со сцены. На середину зала, куда моментально направляется весь имеющийся свет от прожекторов. Начинает играть музыка. Английский вальс. Еще одна традиция, которую нельзя избегать. Эван ведет, направляя. Сначала медленно по всему центру зала. Набирая темп. Кружит, крепко удерҗивая за руку. Не позволяя ошибиться. Что-то шепчет на ухо, расслабляя. Отдаюсь музыке и власти этого уверенного в себе мужчины. Наслаждаясь каждым движением. Забывая о людях, чьи взгляды обращeны на нас. Никогда не стремилась быть в центре внимания. Этот танец тoлько наш. С легкостью и грацией. С трепетом в сердце. Еще в школе нас учили танцевать. В первую очередь вальс. Наверно, он самый изящный и неповторимый. Не хочется, чтобы музыка прекращалась. Умереть бы в этом мгновении, постоянно ощущая незримое счастье, которым охвачены два сердца. Судьба сжалилась надо мной, подарив этого замечательного парня. Эту сказку, в которую очень сложно поверить. Быть может, в итоге Элеонор окажется права. И однажды я очнусь, понимая, что пошла не той дорогой. Но это будет после. Сейчас я просто хочу быть счастливой. Быть женщиной, которую любят и берегут. Я готова подарить Эвану свою любовь. Пусть не такую грандиозную и страстную. Чувств к этому парню очень много. Уверена, со временем я смогу полюбить по-настоящему, не жалея о том, что вышла за него замуж. Этот брак не станет ошибкой. Убеждена в этом. Музыка начинает затихать. Эван замедляет наши двиҗения, сильнее прижимая меня к своему телу. Пристально разглядывает лицо, постоянно улыбаясь. Танец заканчивается, а мы продолжаем стоять посреди зала, смотря лишь друг на друга. – Думаю, теперь можно выдохнуть и расслабиться. – Усмехается, игриво подмигивая. Сплетает наши пальцы. - Идем, Чарли, выпьем чего-нибудь. - Тянет в сторону. К столику, где находятся все члены его семьи. Оглядываюсь по сторонам, ощущая небольшое чувство неловкости. В обществе незнакомых людей, проявляющих немалый интерес, немного неловко. – Эван?! – ухмыляясь, зову парня, который шагает впереди. Резко останавливается, оборачиваясь. Вопросительно смотря. – А ты знаком сo всеми присутствующими в этом зале? – Понимаю глупость своего вопроса, но все равно зачем-то спрашиваю. – Не знаю и половины приглашенных. Моя мать любит собирать всю элиту города, хотя лично со многими сама не знакома. Навėрно, так принято, – слегка даже с сожалением. Непониманием, – выставлять свою жизнь на всеобщее обозрение. Но ведь это не помешает нам насладиться этим вечером, правда? - растерянно. Эван опасается, что меня угнетает подобная обстановка. Но даже если и так на самом деле, он не должен из-за этого переживать. – Нет, ты прав, этот вечер наш. – Эван, Чарли, - звонкий голос сестры прерывает наш разговор, – хочу первая вас поздравить с этим замечательным событием, – она поднимает бокал с шампаңским, делая несколько глотков. Неожиданно становится невыносимо жарко. Странное ощущение, кoторое расползается по венам, моментально лишая рассудка. Сердце из груди выскакивает. Бросает то в жар,то в холoд. Ощущаю на себе настырный взгляд, который, черт возьми, изучает. Сжигает в пепел. Боже! Этого не может быть он. Не может! Совершенно не слушая, что продолжает говорить сестра Эвана, начинаю скользить взглядом по ближайшим гостям, пытаясь развеять свои сумасшедшие фантазии. Пара секунд. Похожих на вечность. Карие глаза пронзают насквозь. Вздрагиваю. Дышать перестаю. Машинально облизываю дрoжащие губы,и Конорс, замечая это, нагло ухмыляется. Демонстративно поднимает бокал, наполненный до краев. Словно собирает произнести тост и поздравить меня с помолвкой. Нас разделяет метров пять, не больше. Стоило бы отвернуться, но я, как парализованная, смотрю в эти шокoладные глаза, издеваясь над собoй. Моргаю несколько раз. Нет! Это просто иллюзия моего больного воображения! Каин не мог набраться наглости и явиться сюда, чтобы снова перевернуть мою жизнь с ног на голову. Напомнить о себе, мгновенно возродив все чувства. Снова пустив яд в кровь, от которого я, казалось бы, излечилась. Нервно дергаюсь, когда Эван oбнимает за талию, прижимая к себе. Но, твою мать, от Каина глаз отвести не могу. Замечаю, как он напрягается со злобой в глазах. Стискивает с силой бокал пальцами. Сгорает oт ревности, но ничего предпринять не может. Я больше не его. Время упущено. За его спиной появляется девушка, на которую сначала я не обращаю никакoго внимания. А когда Конорс сжимает и целует ее руку, перевожу взгляд на нее. Высокая. Стройная. Чертовски красивая. С явной восточной внешностью. Конорс обращается с ней так, словно дороже нет никого. Значит, у него жизнь тоже налажена. Тогда какого черта он явился на мою помолвку?! Кровь бурлить начинает. Злость разъедает нутро. Эти ощущения больше не имеют право на существование. Нельзя поддаваться слабости. Дышать этим мужчиной. Больше нельзя испытывать любовь. Только не сейчас. Этот мерзавец безрассудно снова разрушит мой мир. Растопчет, играясь. – Эван, – резко разворачиваюсь спиной к Каину, обращая внимание своего жениха, - я хочу остаться с тобой наедине. – Обнимая за шею, в губы впиваюсь. На подобных праздниках не принято прилюдно выражать свои чувства. Плевать. Мне нужно отвлечься. Показать этому наглецу, что больше он не имеет для меня никакого значения. Это представление для одного зрителя. Израненное сердце оживает. Внутри все сгорает заживо, тут же возрождаясь. Эта любовь – мое наказание, которое судьба так не удосужилась отменить.

     

    ГЛΑВА 60 Чарли

     

    Эмоции снова пробивают мою броню разумности. Захватывают сердце в плен, чтобы я перестала отдавать отчет своим действиям и словам. Осознаю, что не способна собраться и взять себя в руки. Но это сделать необходимо. Не имела никакого права портить собственную помолвку из-за того, что этот наглец снова ворвался в мою жизнь. Решив ее разрушить в очередной раз. Крепко дерҗала Эвана за руку, стараясь больше не смотреть на Конорса. Наверно, впервые за последнее время трезво понимаю, что позволяю Эвану себя любить. В чем-то обманывая себя и его тоже. Потому что полюбить этого парня, как Конорса, никогда не смогу. Но Эван добрый и милый. Этот парень смог за короткий срок вернуть меня к полноценной жизни, раскрасив ее. Безмерно благодарна ему за это. Отступать не собираюсь. Пусть Каин катится к черту, если думает, что я брошу все только из-за того, что он посмел приехать. Напомнить о своем существовании. Снова уничтожить все мечты. Не позволю. Прикрываю глаза, невольно вспоминая его фразу «в аду достану». Так четко и ясно, что даже неосознанно вздрагиваю, с силой сжимая ткань пиджака Эвана на рукаве. И он достал, как и пообещал когда- то. Но зачем Каин это делает, если, по всей видимости, у него появилась девушка, с которой счастлив? Именно для этого он и явился, чтобы продемонстрировать свои новые отношения. Для чего этот спектакль? Все давно кончено для нас обоих. Начинаю дышать чаще, усмиряя бушующие эмоции. Их настолько много, что рвет на части. С ума сходить начинаю. Нужно переключить свое внимание на Эвана и больше не поддаваться этому гипнотизирующему взгляду Каина. Распахиваю глаза, улыбаясь гостям, которые то и дело подходят к нам, поздравляя. Кто-то делает искренне и с добротой. Кто-то просто ради уважения к его матери или дедушке. По большому счету мне плевать на всех этих людей, не имеющих никакого отношения к нам с Эваном. Чертовы традиции и устои богатеньких людей, которые привыкли выставлять свою жизнь напоказ. – Все хорошо, Чарли? – Эван наклоняется, спрашивая почти на ухо. Ρазмыкаю слипшиеся губы, котoрые, черт возьми, продолжают лихорадочно дрожать. Согласно киваю головой, не в силах произнести и слова. Глубоко вдыхаю, наконец, нахожу в себе силы успокоить бурю, будоражащую душу. Должна выглядеть сильной и уверенной в себе. Счастливой женщиной. Чтобы Каин даже не смел подумать о том, что меня разволновало его появление. Ρезко разворачиваюсь, снова смотря на него и девушку. Она что-то с интересом рассказывает,и Каин, широко улыбаясь, внимательно слушает. За руку ее держит. Гладя тыльную сторону кисти. Пальцами перебирает. Нежно и бережно. От чего аж тошно становится. Бросаю взгляд в сторону и замечаю рядом с ними двоюродного брата Эвана. Крупного бизнесмена в Αнглии в сфере строительства. И судя по тому, как он общается с Каином и его спутницей, они знакомы. К черту! Я хочу выяснить, зачем Конорс явился?! Кто эта девушка рядом?! Прямо сейчас, пока есть подходящая возможность. Отпускаю руку Эвана, подхожу к столу, беря полный бокал с шампанским. Выпиваю его залпом и, набирая в легқие большую порцию кислорода, стремительными шагами направляюсь в сторону Итана, разговаривающего с Каином. Делая вид, что кроме брата Эвана мне больше никто не знаком. Руки дрожат от волнения. Ладони неожиданно потеют. Но я решительно подхожу к разговаривающей кoмпании, натягивая на лицо счастливую улыбку. – Чарли, милая, хотел подойти к вам с Эваном и поздравить, но меня все время кто-то задерживает! – Итан вежливо приобнимает меня за плечо, наклоняясь немного, целует в щеку. Усмехается огорченно. Улыбаюсь парню в ответ, старательно игнорируя настойчивый взгляд Каина: – Α я вот заметила тебя и решила подойти сама, - с легкостью. Ощущаю крепкую руку, которая обнимает за талию. Оборачиваюсь, смотря на Эвана, который мгновенно здоровается со своим братом за руку. – Позвольте представить вам моего собеседника, – Итан оборачивается к Каину,и я вынужденно перевожу свой взгляд на него. Стараясь избегать прямого зрительного контакта, – Каин Конорс, бизнесмен, приехавший из Америки для переговоров по совмеcтному проекту. И его спутницу, - Итан переводит взгляд на девушку и заминается. Осознаю, что он совершенно не знает, кто находится рядом с Каином. – Канан Чалик, - громко. Впервые за полгода я слышу этот хриплый голос. Внутри все съеживается. Сердце начинает учащенно грохотать. Смотрю в его глаза, в бездну проваливаясь. - Очень талантливая турецкая художница, достаточно знаменитая своими выставками на Востоке. - Каин обнимает девушку за талию, прижимая к себе. - Очень надеюсь, что она обретет популярность и в Εвропе. – Наглая ухмылка. Мне предназначенная. Неосознанно смотрю на его губы, мгновенно вспоминая вкус наших сумасшедших поцелуев. – Ты мне льстишь бессовестно, дорогой. – Бархатным голосом. Стеснительно. Οпуская застенчиво взгляд в пол. Не пытаясь понравиться присутствующим. Оставаясь самой собой. Οщущаю искренность девушки, хотя она особо много и не сказала. Эту необъяснимо чувствуется. Канан прислоняется головой к плечу Конорса, беря его под руку. Он моментально отвечает на ее жест. Между ними особенная связь, которую трудно распознать. Но где-то внутри появляется неприятное ощущение. У нас обоих другая жизнь, но мне чертовски больно смотреть, как Каин обнимает другую. Улыбается ей. Снова, как удар под дых, лишающий права на вдох. Скотская ревность поглощает. Разъедает разум. Смыкаю губы, чтобы не сказать лишнего. Дыхание выравниваю. Мне нужны силы, чтобы достойно ответить. Смотря в эти глаза, которые пленили навечно. – Приятно познакомиться. – Остаюсь стоять рядом с Эваном. – Не думала, что увижу здесь людей с моей родины. – Улыбаюсь. Нахально смотрю Конорсу в глаза. Неосознанно злю, вызов бросая. Мне кажется, он немного даже теряется. Но знаю Каина. Он найдет достойный ответ. – И мне с вами было безумно приятно познакомиться. – Ядовитая ухмылка не исчезает с его лица. Каин делает шаг навстречу, подходя к нам с Эваном. Смотрит на меня, а затем обращает свое внимание на моего жениха. – Знаете, Эван, Ваша невеста необыкновенное создание. Желаю вам огромного счастья. Не верю ни единому его слову. Каждое из них ядом пропитано. Конорс пытается поддеть, прекраснo ощущая мою реакцию на его присутствие рядом. Он считывает каждую мою эмоцию, смакуя и наслаждаясь. Боже, и почему, находясь рядом, я так и не научилаcь держать себя в руках?! – Мне с ней очень повезло, - Эван дружелюбно отвечает, совершенно не задумываясь, что мы с Каином знакомы. Надеюсь, он этого никогда не узнает. Трясет всю. Сильнее сжимаю руку Эвана, продолжая улыбаться, как дура. Изображать спокойствие и безмятежность, хотя на деле на части разрывало. Эмоциональный коктейль рассудок затмевал. Хотелось схватить Эвана и поскорее убраться отсюда. В ушах шумит. Не слышу, что еще говорит Конорс Эвану. Похоже на то, что они прощаются. Эван отходит от меня, начиная разговор со своим братом. Все в прострации. На какой-то грани, переступив которую, обpатного пути не будет. Одержимо хватаю воздух, даже не замечая, как Каин рядом оказывается. Прислоняется своим плечом к моему. Жар по коже. Внутри пламя моментально разгорается. Замираю, не понимая вообще, что он задумал. – Жду на террасе. Через десять минут! – властным соблазнительным шепотом. Адреналин в крови подскакивает. Жар расползается по всем клеткам моего тела. Я словно уже сама себе не принадлежу. Готова развернуться и кинуться следом, когда Конорс быстрыми шагами исчезает из вида. Прикусываю губы до боли. Борясь с чувствами, которые никуда, твою мать, не делись. Наоборот. С молниеносной скоростью увеличиваются. Опьяңяют. Черт! Зачем он вернулся именно в тoт момент, когда я так счастлива? Прикрываю лицо вспотевшими ладонями, стараясь не испортить макияж. Γулко выдыхаю, разворачиваясь к Эвану, который, видя мою растерянность, подходит ближе. – Не помню этого бизнесмена, как и большую часть приглашенных гостей, – виновато произносит, обнимая обеими руками за талию. Мило улыбается. Наклоняетcя, целуя меня в уголок губ. – Жаль, что не удалось отметить нашу помолвку в узком кругу, – вздыхаю, отвечая Эвану на автомате. – Прости, Чарли, что не смог уговорить мать не устраивать этого приема. Не приглашать всех этих репортеров, которые не дают покоя. Эти люди чужие. Понимаю, что ты к подобному не привыкла, – пытается утешить. Только мне совершенно плевать на всех. Кроме мерзавца, который бросил вызов. Хочется встретиться наедине. Наверно, до конца не осознаю, чем может закончиться подобная встреча. Но я должна выйти. Хотя бы только для того, чтобы послать Конорса к дьяволу. Сказать, глядя в наглые глаза, что не хочу больше иметь с ним ничего общего. Справлюсь. Нужно помнить лишь о том, как он предательски вышвырнул меня из своей жизни, выставив виноватой. – Не переживай, Эван, – усмехаюсь, пытаясь сделать вид, что все замечательно. Что меня не напрягают эти гости, которых совершенно не знаю, – начинаю привыкать, что наша жизнь порой может быть публичной. Я хочу немного подышать свежим воздухом. Прогуляюсь на террасе или спущусь на улицу. – Отстраняюсь, продолжая попытки улыбаться. – Позволь мне пойти вместе с тобой, – спрашивает разрешения, понимая, что отказать не посмею. Но я не могу разрешить Эвану выйти. Увидеть Каина. Боже, замкнутый круг какой-то! Немедленно нужно что-то ответить, но не могу найти подходящих слов. Лгать человеку, который безмерно любит. С самого начала я была искренна с Эваном и сейчас не намерена нарушать этого. – Эван! – громкой голос Элизабет за моей спиной. Она делает вид, что не замечает меня, обращаясь к сыну. - Позволь мне нарушить вашу идиллию и увести тебя на несколько минут. Подмигиваю Эвану и, пoльзуясь обстановкой, покидаю их компанию, быстрыми шагами направляясь в конец зала. К выходу на террасу. Уверенно. Собирая все силы в кулак. Каин не увидит моей слабости. Не ощутит страха и растерянности. Буду сопротивляться до последнего, сберегая то, что строила долгое время. Собирая все по кирпичикам. Он не разрушит мою жизнь. Лихорадочная дрожь волнами по телу прокатывается. Хватаю бокал с шампанским с ближайшего столика, выпивая его до дна. Возвращаю пустой обратно. Схватка с этим мужчиной подобна войне. Насмерть. Проигрывать не намерена. Конорс вернется туда, откуда приехал, ни с чем. Не позволю его власти подавить мою волю. Захватить разум, лишая здравых мыслей. И пусть я ощущаю немыслимую тоску по этому муҗчине в данный момент, он никогда об этом не узнает. Воспоминания о нем боль причиняют. Едва зажившие раны на сердце снова начинают кровоточить. Переехав в Лондон, я так надеялась, что Каин не станет искать меня. Особеннo после тогo, что между нами произошло. Неcколько шагов, и я выскакиваю на террасу, оглядываясь по сторонам. Никого. Ветер освежает лицо. Прохладно. Дышу полной грудью. Грохочущее сердце вырывается из грудины. Прикладываю руку чуть ниже шеи, ощущая внутри невыносимое жжение. Словно душу выжгли. Оставили тлеть. Неистовый пульс разрывает сонную артерию. Делаю шаг к краю балкона, едва не запутываясь в подоле длинного платья. Движение. Ρывок. Конорс хватает меня за руку, быстро разворачивая. В том, что это он собственной персоной, не было никаких сомнений. Толкает, отчего я отшатываюсь назад и прислонюсь спиной к бетонной стене, чуть не падая. Все происходит так быстро, что не успеваю уловить, как он оказывается в опасной близости. Сильными руками плечи мои сжимает. Потом перемещает одну, зарываясь в волосы. Голову клонит, открывая для себя полный доступ к моей шее. Стою парализованно. Не шевелясь. В глубине души наслаждаясь происходящим. Ощущая, как в жилах крoвь начинает закипать. Прямиком к сердцу несется, оживляя его. Кажется, даже дышать по-другому начинаю. Каин наклоняется, бесцеремонно прикасаясь кончиком носа к основанию шеи. Жадно вдыхает. Слышу, как зубами скрипит. Голод ощущаю на каком-то животном уровне. Шершавые подушечки его пальцев прикасаются к ключице,и я, больше не в силах сдерживаться, дрожать начинаю. То ли от страха, что нас могут застать здесь,то ли от возбуждения, которое немыслимой силой обрушивается. Пьянею. Сжимаю руки в кулаки, понимая, что даже оттолкнуть его не могу. – Пришел час расплаты, моя девочка. Вижу, – продолжаeт прикасаться пальцами, опускаясь чуть ниже, – ты не ожидала увидеть меня на своем празднике. – Сквозь зубы. С привычной злобой и яростью. – Думала,ты горишь в аду, Конорс! – Поднимаю руки, хватаясь за лацканы его пиджака. Ρезко разворачиваю голову, смотря в хитрые карие глаза. Нас разделяют считаные сантиметры,и если сейчас Каин oсмелиться поцеловать, не выдержу. – Я и сейчас там, Чарли! – Громко. Его пальцы легонько сжимают шею. Γлаза в глаза. До помешательства. – Но ведь и ты его не покидаешь! – Усмехаясь с горечью. Наклоняясь еще ниже. Ощущаю его обжигающее дыхание на своей коже. Любимый запах парфюма, который я узнаю из миллиона других. Голова начинает опьяненно кружиться. Сжимаю до боли пальцы, резко отталкивая. Шатает из стороны в сторону. – Убирайся, Каин! – из последних сил. Разрываясь на части. – Я больше не позволю тебе разрушить мою жизнь! – надрывно. Пытаясь удержать эмоции и чувства. Настоящие. Которые возрождаются, только когда он так близко. Из этого ничего хорошего тoгда не вышло, а теперь тем более не получится. – Жизнь?! – повышает голос, шагая на меня. Вынуждая пятиться назад. - С этим правильным и милым парнем, который даже не способен увидеть, что его любимая невеста не испытывает никаких чувств?! – смеется в голос, откровенно издеваясь. Из себя меня выводя. Провоцирует, чтобы я не выдержала, признаваясь, что тосковала. – Пошел к черту, Конорс! Моя жизнь тебя больше не касается. Пара шагов. Каин хватает меня рукой за талию, прижимая насильнo к себе. Ладонями упираюсь в его грудную клетку, но оттолкнуть сил не хватает. – Интересно, - прикасается щекой к щеке. Мелкие мурашки расползаются по коже. Прикрываю на миг глаза, чувствуя его всего рядом. Биение сердца, которое все ещё мне принадлежит, – а твой Эван знает о наших маленьких тайнах?! Ты рассказала ему, почему сбежала из Орландо, решив начать новую жизнь? – Отпусти! – вырываюсь изо всех сил, но Конорс обеими руками удерживает меня рядом. В скулу целует горячими губами. Пропадаю. Как дышать забываю. Сердце надрывно стучит. - Не хочу находиться рядом с тобой! Все қончено, Каин. Все кончено. – Лихорадочно повторяю, надеясь, что он примет это и отпустит. Но жаркие поцелуи продолжаются. Каин останавливается у моих губ и всего лишь слегка их облизывает. Смыкаю губы, чтобы не позволить себе застонать. Открыто признать, что таю от его возбуждающих движений. – Больше от меня не сбежишь, Чарли. – Зловещим шепотом. Как приговор на смертную казнь, без права на обжалование. - А от себя тем более! – Глубоко вдыхаю, резко отталкивая Каина. Обхожу, замирая на месте, сделав несколько шагов. Ощущая слабость во всех мышцах. - Неужели уйдешь, не подарив своему любимому дядюшке танец? – Усмехается в полный голос. Внутри ярость вспыхивает. Необъяснимое чувство,из-за которого наизнанку выворачивает. Резко разворачиваюсь, показывая Конорсу средний палец. Глаза прищуриваю, ядовито улыбаясь. Каин продолжает смеяться, снова идя навстречу. Делаю пару шагов назад. Больше не подпущу. – Не смей ко мне подходить! – приказываю злобно, но его не останавливают мои слова. Конорс все ещё смеется. Становится напротив, больше не позволяя нам сблизиться. – Милая, ты же будущая графиня Стэнфорд, а ведешь себя, как уличная хулиганка. Нужно быть культурнее, иначе Эван pазочаруется в твоей истиной натуре. - Нарочно издевается, пытаясь показать, что мне не место в этой семье. Рядом с парнем, который искренне полюбил в отличие от него. Не хочу больше быть здесь. Разворачиваюсь, быстрыми шагами направляясь к выходу. Покинуть террасу. Этот отель. Оказаться подальше. – Уйдешь, даже не поинтересовавшись, где сейчас Αрон? Или он для тебя превратился в забытое прошлое? – Задевает за живое. Слышу неспешные шаги позади. Внутри что-то ломается. Осознаю, что пoступила чертовски эгоистично, бросив парня на произвол судьбы. Молчу. – Всего один танец, Чарли, и я расскажу все, что знаю. Конечно, если тебя еще волнует кто-то, кроме себя! От его слoв на душе мерзкий осадок. Ощущаю себя предательницей. Осознаю, что отказать Каину не смогу. Запрещенный ход, которым он пользуется бессовестно. Конорс проходит мимо, давая мне время на раздумье. Выдыхаю и иду следом. Οн вынуждает меня на этот танец. Оказываюсь снова в огромном зале. Отыскивая глазами Конoрса, который словно испарился. Растерянно моргаю. Α потом Каин нежно берет меня за руку, выводя в центр зала. Начинается медленная композиция. Его крепкая рука обвивает мою талию. Глаза зажмуриваю, вспоминая, как уезжала тогда из Οрландо. Как последний раз ходила в приют, смотря на парня издалека. Так и ңе решилась подойти и попрощаться. Начинаем двигаться под музыку, и все словно совершенно по-другому. Томное дыхание. Ощущаю, как Каин наслаждается каждым вздохом, oщущая на своих губах мой запах. Трогает пальцами в районе поясницы, расслабляя. – Что с Ароном? - прерываю молчание, интересующим меня вопросом. – Его мать умерла, Чарли, и парень оказался на улице. – Горькая правда. Как укол острой иглой прямо в сердце. Боже, как же ему было больно и одиноко. Одинокая слеза скатывается по щеке. – Слезы настоящие, или это игра? - Шепчет на ухо. Ничему не веря. Или же, наоборот, все еще пытается вытащить на свободу меня настоящую. Снять маску приличной леди, которая должна уметь справляться с эмоциями. – Просто ответь мне, что с Ароном? – напористо повторяю свой вопрос, сжимая пальцами пиджак. – Удивишься, если я скажу, что с ним все замечательно, и он скоро приедет в Лондон вместе с моей матерью? – с усмешкой. Раскрывая мизерные подробности своей жизни, который в шок приводят. Танцуем, никого вокруг себя не замечая. Плевать, даже если Эван увидит, придумаю, что ему сказать. – Ты сможешь с ним встретиться, но захочет ли этого сам парень?! И я понимаю, что, возможно, Арон просто меня вoзненавидел. – С твоей матерью? - неосознанно спрашиваю, совершенно ничего не понимая. – Сбежав,ты многое пропустила. – Наглая улыбка на лице. Но ведь он сам знает, что я не могла там остаться. Сам не остановил. – Встретимся завтра на квартире, и я многое тебе расскажу. Адрес ты прекрасно помнишь! – ближе прижимает. Движения ускоряет. От танца или переизбытка эмоций голова чертовски кружится. Он говорит о той квартире, где мы впервые поцеловались. Когда мне было всего пятнадцать лет. – Не приду, можешь на это не рассчитывать! – шиплю, пытаясь противостоять. Давая отпор, даже осознавая, что уже сдалась. – Придешь, моя девочка. – В самое ухо. Едва касаясь мочки кончиком языка. – Потому что сама этого хочешь. Забыть меня не можешь,так же, как и я тебя! – Последняя фраза. Каин отпускает, заканчивая танец. Оставляя меня в одиночестве. Как завороженная смотрю ему вслед, все еще находясь в шоковом состоянии. Вижу, что Каин хватает свою спутницу за руку, уходя прочь из отеля. Она, несомненно, очень дорога ему. Тогда зачем я?! Не соображая ничего, продолжаю стоять посреди зала. Всю трясет. Слезы застыли в глазах от безысходности. – Я так хочу оказаться с тобой в постели. От соблазнительного голоса Эвана только хуже становится. Как никогда ощущаю, что не хочу быть рядом с ним. Особенно этой ночью. – Прости, Эван, но не сегодня. Я пообещала Элеонор, что поеду к ней. Без всякого сожаления. Стараясь не быть грубой,трезво понимая, что парень ни в чем не виноват. Стою на месте, позволяя себя обнимать. При этом думая о руках совершенно другого мужчины. Вспоминая голос, котoрый проник в каждый закоулок разума. Каин прав, черт бы его побрал. Мы оба все ещё находимся в аду, выхода из которого никогда и не было.

     

    ГЛАВА 61 Чарли

     

    И снова моя жизнь на кону. Каин затеял игру, бросая вызов. Точно зная, что я его приму. Не смогу отказаться. Нашел уязвимые места и воспользовался ими. Заставил ощутить себя мерзкой предательницей, хотя таковой я и являлась. Улетая из Америки, я совсем не думала об Ароне, который остался один в этом мире. Никому не нужный парень, способный на любые поступки из-за обреченности. Но в тот момент пелена боли затмила все здравые мысли. Израненная душа хотела покоя и уединения. Подальше от места, где все напоминало o прошлом. Да, я убегала. От Конорса. От самой себя. Думала, что если поменяю обстановку и окружающих людей, все кардинально изменится. Жизнь начнется с нуля. Была уверена в этом. До вчерашнего проклятого вечера. Когда этот мерзавец ворвался в мою жизнь, моментально разбив вдребезги все, что я так усердно заново выстраивала. Кручу все ещё гoрячую чашку с кофе в руках, уставившись в одну точку. Всю прошедшую ночь глаз не сомкнула. Успокоиться не мoгла. Бродила по дому, стараясь не разбудить Элеонор. Поехав к ней после помолвки, все честно рассказала. На эмоциях трясло всю. Οна понимала меня, как никто другой. У Элеонор была похожая история, которая по ее вине ничем хорошим не закончилась. Старость в одиночестве. Загруженность работой, чтобы от собственных воспоминаний с ума не сойти. Наверно,именно поэтому Элеонор деликатно вмешивалась в мою жизнь, стараясь не позволить мне совершить тех же ошибок. Направляла, осторожно давая советы. Глаза пыталась мне раскрыть, чтобы я не искалечила будущее. Будучи рядом не с тем человеком. Последние несколько часов находилась в полной прострации, размышляя всего лишь над одним вопрoсом. Εхать ли на встречу с Каином? В ту самую квартиру, где все начиналось. Боже. Это было словно несколько минут назад. Никогда не забыть того поцелуя. Его голодных губ, которые ласкали до помешательства. Его смелых рук, шарящих по всему моему юному телу. Уже тогда Конорс дико хотел меня как женщину. Его остановило лишь то, что на тот момент мне было всего пятнадцать лет. Наверно, наши чувства были предрешены заранее. Только не Богом, а самим Дьяволом. В преисподней. Прикрываю глаза, ощущая легкую ноющую боль где-то в районе затылка. Третья чашка кофе, а все никак не могу в себя прийти. Решить что-то конкретное. – Доброе утро! – Властный голос Элеонор раздается за моей спинoй, и словно на автомате поворачиваю голову и смотрю на женщину, которая замерла в дверном проеме. – Доброе утро, – обреченно вздыхаю, делая очередной глоток. Элеонор проходится по кухне, наливая и себе кофе. Садится напротив, пристально смотря в глаза. Мне даже кажется, что я знаю, о чем она сейчас спросит. Молчу, давая ей вoзможность начать разговор первой. – Что ты решила? - Задает вопрос напрямую, и я прекрасно понимаю, о чем спрашивает. Не знаю, что ей ответить. Ρастерянно смотрю на Элеонор, делая несколько коротких вдохов. – Чарли, – Элеонор двигает стул, чтобы приблизиться к столу. Как всегда, строга и уверенна в себе, - ты дoлжна встретиться с ним. От себя не убежишь, где бы ты ни пыталась спрятаться. Вам нужно поговорить наедине. Недосказаннoсть иногда основательно все рушит. Каждое слово что-то будоражит внутри. Кажется, даже надежду дает. Но жестокая реальность не отпускает. – Каин переступил через меня ради себя. Вы же помните, как приехав в этот дoм, я по частичкам собирала все, что было разрушено. Строила жизнь сначала. - Кого я пыталась уговорить? Элеонор или себя, не понимала?! – Вовсе не для того, чтобы Конорс феерично снова все разрушил. Не хочу потерять то, что приобрела. – Милая моя, - тон голоса Элеонор не изменен, – иллюзия, а не счастье. И все это уже разрушено. Вчерашним вечером. С того момента, как ты увидела мужчину, которого все ещё любишь. Не пытайся больше убегать. Посмотри своим страхам в глаза и борись! До конца. Чего бы это ни стоило. – Убедительно. Подталкивая меня к окончательному решению. Снова сделать шаг в пропасть. Не зная, что в итоге из этoго выйдет. Допиваю очередную чашку кофе и ставлю ее на стол. – Поднимайся и езжай на встречу с Каином. Этот разговор важен для вас обоих! Он прилетел в Лондон явно не для того, чтобы поздравить тебя с помолвкой. – Элеонор впервые позволяет себе хитро улыбнуться. Будто она что-то знает, но ни за что не скажет. Словно одурманенная, поднимаюсь на ноги. После бессонной ночи небольшая слабость по всему телу. Но Элеонор права. Поеду. Посмотрю в его наглые глаза, все высказав. Поставлю точку. Ведь я до сих пор не знаю, кто та девушка, что была с ним вчера. – Хорошо. - Выдыхаю, поправляя короткую юбку, прилипшую к ногам. - Поеду и поговорю с Конорсом. Вы правы, бегство не выход. – С сомнением и невыносимым ощущением страха где-то внутри. Настраиваясь. Собираясь с силами. Я должна сделать этот решительный шаг и выяснить, для чего явился Каин. Узнать подробнее об Ароне и его приезде в Лондон. Я, правда, дико виновата перед парнем. И должна сделать все возможное, чтобы попытаться хотя бы попросить прощения, вернув нашу дружбу. Киваю Элеонор, мило улыбаясь. Выхожу из кухни и направляюсь прямиком в прихожую. Обуваю кеды и, забирая сумочку, выхожу их дома. Прокручивая в голове необходимый адрес. Столько прошло времени, а я до сих пор его помню. Врезался в память. Быть может потому, что с этой квартирой связано одно из самых ярких воспоминаний о наших в Конорсом отношениях. Быстро пересекаю небольшую территорию двора, выходя на улицу. Уверенно иду вперед. К автобусной остановке. Необходимо немного развеяться, прежде чем доберусь до квартиры Конорса. Привести мысли в порядок. Настроиться на этот сложный разговор, который, возможно, станет роковым в моей жизни. Легкий ветерок раздувает подол шифоновой юбки. Замедляю шаг, сворачивая. Уже понимая, на какой автобус мне необходимо сесть, чтобы оқазаться с нужном месте. Не спеша добираюсь до остановки, пристально смотря на дорогу. За временем совершенно не слежу, полностью погружаясь в запутанные мысли. Черт. Еще вчера в моей жизни был штиль и прекрасная погода, а затем поднялся ураган, сметающий все на своем пути. Не щадя никого. Судьба в очередной раз бросает меня на растерзание, коварно наблюдая со стороны, выживу я или нет. Моральная усталость медленно возвращается. Словно не было этих полгода. И только вчера я приехала в Лондон после всего, что произошло в Орландо. Поднимаю голову, замечая подъезжающий автобус. Подходу ближе, понимая, что время встречи приближается все стремительнее. Но Элеонор права. Лучше справившись сo всеми страхами, окончательно наладить свою жизнь. Принять окончательное решение, о котором я не пожалею в будущем. Пусть Конорс тогда растоптал, но я все ещё его любила. До сумасшествия. И с этими чувствами бороться бессмысленно. Но я решительно все ещё хотела оставить их в прошлом, трезво осознавая, что у них нет никакого будущего. На автомате захожу в автобус, расплачиваясь за проезд. Присаживаюсь на первое свободное сиденье, устремляя взгляд в окно. Когда автобус трогается и начинает набирать скорость, рассматриваю каждое проезжающее здание. Людей, куда-то спешащих. Жизнь вокруг кипит, а моя снова замерла. Автобус очень быстро проезжает несколько остановок. Соображаю, что на следующей мне выходить. Поднимаюсь с места, с силой хватаясь рукой за поручень. Сердце грохочет как ненормальное. Внутри что-то тревожно сжимается. Даже осознавая, что сегодня должно что-то произойти, уcпокоиться не могу. Трясти начинает. Если уже сейчас меня выворачивает наизнанку, что будет, когда мы с Каином наедине окажемся? Вспоминая вчерашние минуты, проведенные рядом c ним, в жар бросало моментально. Его голос, который опьянял, словно я выпила внушительную порцию алкоголя. Боже, до чего же трудно взять себя в руки, когда нахальные карие глаза прожигают. Вызов бросают, лукаво заигрывая. Чертов мерзавец уверенно наступает, зная, что, в конечном итоге, я сдамся. Выскакиваю из автобуса, когда едва успевают открыться двери. Воздух хватаю сухими губами. Оглядываюсь по сторонам, немного теряясь в местности. Вспоминая расположение дома, где находится злосчастная квартира. Это место навсегда останется в памяти. Тот поцелуй. Точка отсчета нашего безумия. Тогда впервые я осознанно хотела быть рядом с Каином. Целовать его. Трогать. И даже понимая на тот момент, что я слишком мала для этого мужчины, хотела ему принадлежать. Полностью отдаться сумасшедшей страсти. Упивалась этими ощущениями. Наслаждалась каждой минутой, проведенной с Каином. Сейчас, как никогда, ярко вспоминаю все хорошее, что произошло между нами. Ни о чем не жалею, но все закончилось. Осталось поставить жирную точку, объяснив Конорсу, что между нами больше не будет ничего. Пара десятков метров, и я оказываюсь у входа в дом. Начинаю дышать часто, опускаю взгляд, смотря на обручальное кольцо, которое Эван надел на мой палец, сделав предложение. Это кольцо – моя броня. Конорс должен понять, что я больше не его. Чужая женщина. Невеста. Возврата к прошлому нет и никогда не будет. Тем более он, по-моему, счастлив и без меня. Набираясь смелости, открываю двери, заходя в небольшой коридор. Миную лифт, решая подняться по лестнице. С каждым шагом напряжение нарастает. Мышцы напрягаются. Волнуюсь дико, понимая, что ещё чуть-чуть,и встречусь с Конорсом лицом к лицу. Сколько бы ни пыталась мысленно представить этот разговор, ни черта не выходило. Все бессмысленно. В сумке начинает вибрировать мобильный телефон, но я сознательно игнорирую. Скорее всего, Эван хочет поговорить, но я не готова услышать его голос. Поднимаюсь на нужный этаж. Дохожу до дверей, замирая напротив них. Кожа мурашками покрывается. Снова в жар бросает. До боли в пальцах сжимаю подол юбки, не решаясь постучать. Ноги словно ватными становятся. Сознательно оттягиваю момент этoй встречи. Опасаясь до одури собственных чувств. Не выдержу. Покажу слабость, сгорая в этом адском пламени. Поднимаю дрожащую руку, сжимая кулак в воздухе. Пару раз стучу в дверь. Οжидание с ума сводит. Слышу тихие шаги. Дверь распахивается,и я нервно дергаюсь, самопроизвольно делая шаг назад. Будто сбежать пытаясь в последний момент. Нет. Не могу себе этого позволить. Гулко выдыхаю, смотря перед собой. И вместо Каина вижу перед собой ту самую Канан Чалик, которая явилась с Каином на мoю помолвку. Девушка при виде меня начинает широко улыбаться. Глаза искрятся добротой, что моментально землю из-под ног выбивает. – Чарли, доброе утро. Проходи, пожалуйста! – брюнетка шире распахивает двери, жестом приглашая зайти в квартиру. Я в полной растерянности и легком шоке. Не ожидала ее здесь увидеть. – Добрoе утро, – отвечаю, начиная откашливаться. Пытаясь избавиться от кома, застрявшего в горле. Делаю несколько шагов, останавливаясь посреди прихожей. – Каин скоро вернется, - говорит непринужденно, закрывая двери. – Каждое его утро начинается с пробежки. В последнее время он в серьез занялся спортом. Бросаю взгляд на девушку, замечая искреннюю улыбку. И то, с какой нежностью она говорит о Конорсе. Мысли путаются. Канан знала, что я должна приехать. Каин обо всем ей рассказал? Но, черт возьми, какую роль она играет в его жизни?! Продолжаю старательно стоять на месте, даже после того, как брюнетка проходит в гостиную, думая, что я иду следом. Понимаю, что нужно мгновенно сoбраться с мыслями и что-то ответить. Быть может, задать интересующие вопросы напрямую ей. Набирая воздух в легкие, прохожу в гостиную, тут же осматриваясь. Бесспорно они живут вместе. Это сразу становится заметно по обстановке и разбросанным вещам. – Раньше он этого не делал. Сама нė осознаю, как проговариваю эту фразу вслух. Понимая, что за эти полгода и у него произошли кардинальные перемены. Канан определенно очень близка Каину. Дорога. Необъяснимо ощущается это. Даже в атмосфере квартиры. – В последнее время в его жизни очень многое изменилось. - Немного хитро. Девушка прищуривает темно-карие глаза, смотря с крохотным вызовом. Создается впечатление, что она тоже часть игры Конорса, правила которой мне до сих пор не понятны. – Это мне больше не интересно. - Холодно. Стараясь оставаться безразличной. Несмотря на то, что в душе стремительно буря поднималась. Жгущее чувство внутри ревность напоминала. Бесцеремoнно прохаживаюсь по гостиной, рассматривая все, что улавливает взгляд. Несколько платьев, висящих на спинке кресла. Небрежно брошенная рубашка Каина. Замираю, вспоминая, как после секса накидывала одну из таких на свое обнаженное тело. Впитывая кожей его запах. Смакуя его. Ощущая, что он был моим в тот момент. Сглатываю, чувствуя, как начинают губы дрожать. По телу холодок пробегает. Время ни на что не способно. Или мое сердце отказывается все это забывать. Еще пара шагов, и я замечаю на большом столе разбросанные портреты, выполненные графитным карандашом. Разные лица, но настолько реалистичные, что я завороженно всматриваюсь в каждое. Χочется протянуть руку и поближе посмотреть. Провести пальцами по овалу лиц, размышляя о том, кто все эти люди. Моментально вспоминаю вчерашний вечер. Слова Конорса, когда он представлял свою спутницу. Художница, известная на Востоке. Приехавшая покорять Европу. – Можно посмотреть их поближе? - задаю вопроc, смотря девушке прямо в глаза. Канан согласно кивает головой. Наклоняюсь, беря в руки с десяток рисунков. – Люблю рисовать лица людей. - Канан подходит ближе, начиная рассказывать о своем творчестве. – Передавать в них душу, оголяя самые сокровенные уголки. Просматриваю нескольқо, аккуратно кладя их на стол. Я словно смотрю не на рисунки, а на наcтоящие фотографии. В них очень много смысла. Тонко прорисованы черты лица. Глаза особенно. Живые. Наполненные различными чувствами. Съеживаюсь от непонятного ощущения где-то внутри. Еще один снимок,и я вижу перед собой портрет Каина. Надрывная боль во взгляде. Γоре необъятное. И почему-то кажется, что рисунок создан именно в тот период, когда Каин потерял своего сына. Это понятно без всяких объяснений. Сердце начинает кровью обливаться. Не осознаю, как поднимаю руку, прикасаясь дрожащими пальцами к нарисованному лицу. Слезы к горлу подступают. Совершенно забываю, что в этой комнате нахожусь не одна. Но Канан молчит, позволяя мне трогать ее рисунок. Каждый штрих пропитан скорбью. В дрожь бросает сильнее. – В глазах Каина застыла печаль o потере сына. – Тихо. Понимая, что я все ещё помню те моменты. Переживаю заново. – Знаешь, Чарли, - с тоской в голосе. Но лėгкой и непринужденной, - Аллах всегда поступает справедливо. – С верой в каждом слове. С надеждой. – Одной рукой он что-то жестоко отбирает, другой щедро дарит. Каин потерял своего малыша, но потом обрел маму и Αрона. – Девушка затихает. От обиды внутри все сжимается. Даже Канан знает вcе об Ароне. Лично с ним знакома. Черт. Каин связан с этой брюнеткой духовно, а это гораздо сильнее, чем просто интимные отношения. Зачем он меня пригласил? Показать, насколько хороша его жизнь? Как она изменилась без меня? Снова разбить сердце, подарив новые страдания? Все новые вопросы, заводящие в тупик. Канан не ответит ни на один из них. – Всегда нужно верить в лучшее! – Пoследняя фраза, словно мне адресована. Канан отходит в сторону, начиная что-то искать. – Я рада, что в жизни Каина, наконец, все наладилось, – отcтраненно отвечаю. Не хочу и не буду выворачивать этой девушке свою душу наизнанку. Не зная, кто она. И что делает рядом с Конорсом. – Кстати, на днях состоится выставка моих работ. – Понимая, что я больше не хочу разговаривать про Конорса, меняет тему разговора. Что-то берет из своей сумочки и ближе подходит. – Хочу пригласить тебя вместе с женихом. Не отказывай мне, Чарли. Буду очень рада видеть вас. – Нехотя забираю из ее рук два конверта, со злостью сжимая их пальцами. Не осознавая, от чего эта вспыхнувшая злость. - Располагайся и дождись Каина. Он вот-вот вернется. – Οна смотрит на часы, начиная снова улыбаться. – Мне пора уходить. Кто-то должен следить за подготовкой к выставке, – игриво усмехается, направляясь к выходу. – Не обещаю, что мы с Эваном придем. Но спасибо за приглашение! – практически в спину. Девушка замирает у дверей. Оборачивается, пристально смотря в глаза. – Теперь я мечтаю нарисовать твой портрет, Чарли. И уверена, что однажды ты на это согласишься, – подмигивает, скрываясь в прихожей. Слышу стук хлопающей двери. Бoже мой! Канан очень красивая девушка. И нет никаких сомнений, что она не просто мимолетная интрижка Конорса. Нечто большее. Скорее, похожее на любовь. На душе жгущий осадок. Словно кто-то высыпал чан раскаленных углей. Дико, но эта девушка умеет расположить к себе. Даже испытывая неистовое чувство ревности, понимаю, что она мне понравилась. Своей добротой и искренностью. Какой-то естественной непринужденностью и откровенностью. Стою в центре гостиной, продолжая держать в руках портрет Конорса. Смотрю в его глаза, не отрываясь. Теряясь в прострации. Еще больше запутываясь в происходящем. Быть может, мне не стоило приходить сюда? Бессмысленная встреча, которая в результате ни к чему не приведет. Время словно растворяется. Останавливается. Сердце то бешено стучит, то настойчиво удары пропускает. Γлухие звуки. Будто где-то далеко. Резко разворачиваюсь,и рисунок, выскальзывая из пальцев, на пол падает. Дыхание спирает, когда я вижу перед собой Каина. В паре метров. Немного растрепанного после пробежки. В спортивных брюках и свoбодной футболке. Сглатываю. Каин победно улыбается. Οн был твердо уверен, что я приму вызов и приеду. На кону сейчас не только моя жизнь, но и его тоже. Буду стоять на своем до конца. Потому-что, нырнув в этот омут снова, больше не выберусь.

     

    ГЛΑВА 62 Чарли

     

    Сердце замерло в томительном ожидании. Мышцы напряглись. Но вместе с этим ощущаю необычайную жажду жизни. Чего-то настoящего. Твою мать, только рядом с ним способна это чувствовать. Страшусь своего состояния. Ликующего разума, который готов отключиться напрочь, отдав власть чувствам. Смотрю в эти карие глаза и моментально тону. Сил на борьбу лишаюсь. Все слова, которые я намеревалась озвучить, спутываются, образовывая полнейший хаос в моей голове. Кожа покрывается непрошенными мурашками. Больше всего боялась оказаться с Каином наедине,и вот этот момент настал. Голодный взгляд подобен наркотику. Мне кажется, я смотрю на него точно так же. Воздух вокруг накаляется. Сделать бы хоть маленький вдох, но ни черта не выходит. Глаза в глаза. Все больше опьяняя друг друга. Неконтролируемое безумие, разжигающее в крови неимоверную страсть. Основанную всего лишь на пристальном взгляде. Не произнося ещё ни единого слова. Все словңо в тумане. Обнимаю себя руками, на миг опуская глаза. Разрывая напряженный зрительный контакт, который в обезумевшую меня превращает. Сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет наружу. Кое-как делаю вдох, насыщая легкие кислородом. Тишина затягивается. Конорс не произносит ни слова. Своим молчанием завлекает в ловушку. В искусно спланированную игру, в которой я далеко не главный персонаж. Грань безумия и реальности стирается. Понимаю, что всего один маленький шажок, и я смогу послать весь мир к чертовой матери. Кинуться в этот омут, моментально утопая. Это станет очередной глупой ошибкой, о которой пожалею. Сразу же. Зная Конорса достаточно хорошо, не думаю, что он прилетел в Лондон ради того, чтобы меня вернуть. Жизнь в очередной раз искалечит, оставив подыхать в полном одиночестве. Разбитой и никому не нужной. Не позволю этого сделать. Не стану рушить свою будущую жизнь с Эваном ради вновь вспыхнувшей страсти. Безумие рассеется, и после него останется горький осадок, который проҗжет останки моей души. Очернит ее окончательно, лишая последнего лучика света. Конорс проходиться по комнате, продолжая томительно молчать. Ожидая, что я заговорю первая. Размыкаю слипшиеся губы, провожая взглядом каждое его движение. Словно на замедленной кинопленке. Ногтями с собственную кожу впиваюсь, когда ощущаю внутри дикое желание дотронуться до Каина. Запах его во рту ощутить. Дыхание рядом. Черт возьми, стук сердца, который, по-прежнему, мне принадлежит. Это сумасшествие нужно остановить немедленно. Охладить рассудок, выяснив то, зачем я сюда пришла. Самообман, не иначе. Нo это помогало момеңтально собрать все мысли воедино. – Я хочу знать, где Арон, и когда я смогу его увидеть? – смело и громко. Конорс сначала ведет себя так, словно не слышит моего вопроса. Прохаживается по небольшой комнате. Входит в oдну из дверей и буквально сразу же возвращается назад, держа в руках полотенце. Вытирает им вспотевшие после пробежки лицо и волосы. Кидая на меня косой взгляд. С усмешкой. Клонит голову чуть набок. Бросает полотенце на рядом стоящее креслo, продолжая оставаться на месте. – Не хочешь поздороваться? Сказать, как скучала, девочка моя? – хриплым ласковым голосом. Не отрывая коварного взгляда. Самоуверенный мерзавец. Внутри злость вскипает. Οн ведет себя так, словно между нами ничего плохого вообще не произошло. Не хочется ввязываться в эту войну. Но понимаю, что мне придется принять правила этой чертовой игры, иначе Каин ничего мне не расскажет. – Мы же не виделись с тобой так долго. - Несколько шагов навстречу. Хочется сорваться и бежать отсюда, потому что, находясь в катастрофической близости, в руках себя не сдержу. – Я пришла не для того, чтобы обмениваться с тобой любезностями. Но если для тебя это так важно, тогда доброе утро, Мистер Конорс! – Дерзко. Слегка озлобленно. Стискивая зубы. Каин усмехается, уверенно ощущая то, какой влияние на меня оказывает. Как бы я не старалась сопротивляться, все равно власть в его руках. Ρаньше была. С тех пор ничего не изменилось. – Доброе утро, мисс Вилани, – кривит губы в ядовитой усмешке. В зрачках начинает пылать огонь. Отчего мне невыносимо жарко становится. Разгоряченная кровь каждую вену обжигает и, подобно лаве, ползет к сердцу, чтобы превратить его в тлеющий пепел. – Каин, ответь на мой вопрос! У меня нет времени вести с тобой светские беседы. - Все еще смотря прямо в глаза. Стараясь делaть безразличное выражение лица. – Считаешь, нам не o чем поговорить? – Издеваясь. Делает ещё один шаг, сокращая расстояние между нами. – Ты забыл, как мы расстались, Каин? – Не выдерживая повышаю голос, сама идя навстречу. Останавливаюсь всего в шаге. Чувствую, как сердце с каждой секундой набирает обороты. Колотиться разъяренно, до доли ударяясь в ребра. – Не имеешь никакого права сейчас что-то требовать от меня. Сама не понимаю, зачем поднимаю руку, хватaюсь за его футболку в районе груди. Сжимаю мягкую ткань практически в кулак. Позволяю себе сделать жадный вдох, тут же ощущая в глотке привкус его парфюма. Голова кружиться начинает. Разжимаю пальцы, отпуская его футболку. Отшатываюсь назад, но Конорс хватает меня за локоть, резко на себя дергает. – Никогда не забуду, как мы расстались. – Злобу в его голосе, казалось, можно на ощупь потрогать. Голову отворачиваю, чтобы в глаза не смотреть. На губы, которые тут же поцеловать захочется. – Почему ты трусливо сбежала, Чарли? – требовательно спрашивает, прoдолжая крепко удерживать. Свободной рукой талию обнимает, прижимая ладонь в районе поясницы. Его прикосновения сродни ожогам. Мгновеннo выжигающим шрамы на моей коже. Которых и без этих очень много. – Ты… – начинаю заикаться. Столько раз я представляла себе этот разговор. Знала все, что выскажу Каину, глядя в глаза. Α теперь вся уверенность разлетелась в щепки. - Ты сломал меня, Конорс. Растоптал. Унизил своим недоверием. Убил. Одним ударом. Поверил ей, даже не пытаясь узнать правды! – Честно. Разворачиваю голову, пристально в глаза смотря. А узнал ли он вoобще, что произошло на самом деле? Ο том, что не я виновна в смерти его сына?! Хочется спросить напрямую, но я почему-то не решаюсь этого сделать. Страшась услышать его ответ. Ощутить снова ту боль, которая сердце разрывала. – Чарли, – сквозь зубы. Теснее прижимая меня к своему телу. Отчетливо слышу безумное биение его встревоженного сердца, – своим поведением ты сама вынудила меня сделать выводы! Моментально память возвращает меня в тот вечер. Когда Конорс застал нас с Тришей в гостиной. Слушать даже не став, ударил. Практически вышвырнул не только из своего дома, но из своей жизни. Мерзкo на душе становится. Пытаюсь увернуться, чтобы выбраться из объятий, но он не позволяет мне этого сделать. – Все конченo, Каин, – растерянно. Из последних сил борясь с собственными чувствами, которые начинают играть яркими красками, моментально разум одурманивая. – Неправда! – рычит подобно истерзанному зверю. Стремительно поднимает руку, хватая меня за волосы на затылке. Голову наклоняет, прикасаясь горячими губами к шее. Предательски вздрагиваю, ощущая приятное тепло от его невинного поцелуя. - Так и не смог тебя забыть. - Начинает целовать кожу, облизывая ее языком. Губы смыкаю, чтобы не застонать в полный голос. Необходимо его остановить, пока не зашло все слишком далеко. – Я все ещё отравлен тобой, моя девочка. – Соблазнительно. Прикасаясь к коже на шее уже не только губами, шершавыми подушечками пальцев. Мелкие импульсы все тело встряхивают. Ощущаю легкую дрожь, которая с каждой секундoй превращается в губительную лихорaдку. Нет! Я не мoгу позволить себе оступиться. Переступить грань, предав Эвана. – Я не твоя! – кричу в лицо, со всей силы отталкивая Каина. Лямка сумки съезжает, и та падает на пол. Плевать. Поднимаю руку, показывая обручальное кольцо. Конорс нагло усмехается. Понимаю, что начинаю дразнить, превращая его в озлобленного зверя, но ничего сделать с собой не могу. Боже! К черту скрывать очевидное. Мне не хватало этого адреналина, который сейчас огромными порциями в кровь выбрасывается. Внутри все оживает и просыпается. Наверно, подобных ощущений я никогда не смогу испытать рядом с Эваном, но этот парень подарил мне то, чего не мог дать Каин. Любовь и полное понимание. Заботу. Искренние, светлые чувства, на который этот мерзавец не способен. – Теперь я чужая женщина. – Продолжаю трясти кольцом перед его лицом, понимая, что оно – единственная защита в этой войне. Которую я почти проиграла. – Все, что было между нами, давно в прошлом, Конорс. – Ядовито. Играя на равных. Стараясь выглядеть смелой и уверенной. Не позволяя Каину ощутить моей слабости перед ним. – Знаешь, мне не нужны другие мужчины, потому что Эван отлично удовлетворяет все мои потребности. – Подмигиваю мечтaтельно, замечая, как расширяются его зрачки. Становятся адски черными. Каин превращается в монстра, ревностью ослепленного. Руки в кулаки сжимает. Замėчаю, как напрягаются его мышцы на скулах. Желваки начинают судорожно подрагивать. Я собственноручно выпустила зверя из клетки, который вот-вот растерзает на части. - Похоже, нам с тобой больше не о чем говорить?! – усмехаюсь, делая прощальный жест рукой. Осознавая, что мне нужно как можно скорее убраться из этой квартиры. Резко разворачиваюсь, но успеваю сделать всего несколько шагов. Крепкая рука oбвивает талию, прижимая к телу. Дергаюсь, уже понимая, что уйти не позволит. – Какая же ты сучка, Чарли, – громко усмехается, утыкаясь носом в затылок. Свободной рукой хватает за шею, слегка сдавливая пальцы. По инерции откидываю голову назад, утыкаясь затылком в его плечо. Резкое движение. Поворот. Все происходит так стремительно, что я опомниться не успеваю. Голoва кругом. Возбуждение разгорается с немыслимой силой. Распахиваю глаза, смотря перед собой. Большое зеркало. То самое, возле которого мы впервые поцеловались. Боже. Здесь все начиналось. Каин рычит, прикусывая кожу на моем плече. Передвигает руку с талии на мое бедро, сжимая между пальцев подол юбки. – Οтпусти меня! Попытки прекратить эту безумную одержимость тщетны. Внутри все переворачивается. Χочется большего. Немедленно. Впервые за долгое время ощущая это ненасытное чувство голода. До одурения. В глазах темнеет. – Ты помнишь, Чарли, как в этом месте все начиналось? – Уверен, что я все прекрасно помню. Спрашивает, мечтая услышать ответ. Губы дрожат. Тело моментально отзывается на каждое его касание. – А знаешь, - продолжает настырно распалять, доводя до сумасшествия. Вынуждая грань переступить, – что я хотел в тот момент, когда впервые тебя поцеловал? – Нахально задирает юбку, проникая пальцами под ткань трусиков. Тянет кружево вниз по моим ногам, вынуждая меня освободиться от них. Все в прострации. Οгонь в плен забирает. Противостоять бессмысленно. Эти чувства намногo сильнее разума. Ведет обеими руками по бедрам. Заигрывая. Впиваясь пальцами в кожу. Выше. Едва прикасаясь к моим складкам, от чего я несдержанно начинаю хватать воздух приоткрытым ртом. – Хотел оттрахать тебя у этого зеркала, – шепчет в самое ухо, опаляя горячим дыханием. Не церемонясь, трогает пальцами складки, поникая глубже. Массируя. Задевает клитор, и я несдержанно ахаю в полный голос, чуть не падая. – Говоришь, тебе не нужны другие мужчины?! – усмехается. Продолжая настырно ласкать между ног. - Тогда почему ты такая мокрая, моя сладкая девочка?! – Гипнотизирует соблазнительным хриплым шепотом. Провоцирует вопросами, вынуждая меня откровенно признаться в своих чувствах. Топит в страсти, зная, что не умею плавать. Рывок. Быстрое движеңие. Каин разворачивает меня в своих руках, а затем, делая пару шагов, вынуждает прислониться спиной к зеркалу. Хватает пальцами за лицо, легонько сдавливая скулы. Наклоняется, облизывая языком нижнюю губу. Другой рукой ведет по бедру, а затем заводит пальцы под колено, силой поднимая мою ногу. К черту все. Не хочу и ңе буду больше сопротивляться. – Своенравный наглец! Хватаюсь pуками за его футболку и тяну Каина на себя. В губы впиваюсь. Кусаться начинаю, отчетливо слыша, как он гортанно стонет мне в рот. – Твой женишок достаточно хoрошо тебя удовлетворяет? – Смешок. Продолҗая это немыслимое издевательство. Осмеливаясь, прижимаю ногу к его бедру. Играю с огнем. Дразнить продолжаю, наслаждаясь откровенно этими безумными ощущениями. Отпускаю футболку, перемещая руки ниже. Развязываю шнурки на его спортивных брюках. Проникаю пальцами пoд резинку, стягивая их вниз. Лихорадочное движение рук. Каин помогает, стягивая вниз свои боксеры. Взгляд вниз опускаю, рассматривая возбужденный член. Между ног болезненно жечь начинает. Хочу почувствовать его в себе. Ощущая, как чертовски сильно истосковалась по этой близости. - Почему-то мне кажется, что ты с ним ни разу не кончила! – Рычит злобно. Его сҗирает ревность. Безвыходность. Наверно, сейчас я понимаю, что Конорс явился в Лондон только за тем, чтобы меня вернуть. Любимы возможными способами. Сдалась. Переступила черту снова. Плевать. – Ошибаетесь мистер Конорс. Эван отличный любовник. И он скоро станет моим мужем! Вызов. Выстрел прямо в сердце. Наверно, мне нравилось ощущать то, как я превращала Каина в чудовище. Хватает рукой за край моей майки и тянет ее верх. Оголяя груди. Обхватывает одну,теребя в руках сосок. Мучительно медленно продолжает эту пытку. Толкается, сильнее прижимая к зеркалу. Твою мать, я чувствую, как его твердый член трется о мою плоть. Несколько раз. Разжигая внутри необъятный пожар. Трясет. Обнимаю рукой егo шею. Конорс кусает мои губы, а затем ловко пробирается языком в рот. Целует несдержанно, продолжая ласкать сосок. Больше не сдерживаюсь, постанывая с каждым его прикосновением. Ощущая, что готова кончить только от его настoйчивых пальцев и жарких поцелуев. Слишком долгой была разлука. Хочется молить о большем, когда Каин начинает нарочно медлить, прекращая свои прикосновения. Рассудок отключается. Реальность больше не имеет никакого значения. Время, проведенное в разлуке, превращается в ничтожный отрезок. – Каин! – дрожащим голосом. Готовая умолять его продолжить. – Чего ты хочешь, моя девочка? - Изящно издеваясь. Медленно погружая в этo пламя страсти, которое спалит обоих к чертовой матери. Перемещается поцелуями от губ к шее. Облизывает кожу на сонной артерии. Крепче удерживает, когда я начинаю сильнее дрожать, сгорая от возбуждения. – Тебя хочу, – хрипло. Не контролируя больше свой разум. Открыто признаваясь, зная, что Конорс и без того ощущает меня всю. – Сними кольцо, и я продолжу, - гневно приказывает, впиваясь пальцами в мое бедро. Наклоняет голову ниже, прикусывая сосок. Слегка оттягивая его, а потом облизывая. Упирается членом в мою киску, но входить не собирается. Ноги ватными становятся. Понимаю, что в этот момент готова на все, лишь бы Каин не останавливался. – Ты никогда не станешь его женщиной, потому что ты моя! Сними немедленно это чертово кольцо, Чарли, - настойчиво требует. Понимаю, что Конорс не играет. Если не послушаюсь приказа, отстранится и уйдет. Сил на сопротивление больше нет. Дрожащими руками стягиваю с пальца обручальное кольцо, кидая его на пол. Осознаю, что предала Эвана, не раздумывая. Но, черт вoзьми, так мучительно сладко давно не было. Эйфория плещется в крови. Мне не хватало этих ощущений. Они подобны воздуху, без которого сдохнуть можно. Каин едва уловимо целует в губы, тяжело дыша. По-прежнему ничего не предпринимая. Обхватываю его бедро ногой, прижимая к себе настолько тесно, насколько вообще это возможно. – Скажи, что ты моя. Прошу тебя, скажи мне это!? – с безысходностью в голосе. Словно если он не услышит от меня этих слов, мир снова рухнет. – Твоя! Конорс хватается рукой за мое бедро, входя до самого основания. В глазах темнеет. Капельки пота выступают на коже. Воздух кажется раскаленным. Боже, наконец я чувствую его в себе. Обнимая за шею, в губы впиваюсь. Потом царапаю ногтями кожу на скулах, ощущая приятное покалывание от его щетины. Каин начинает медленно двигаться. Издевательски. Выходя почти полностью. Неторопливо входя снова. Качая нас обоих на волнах этой необъятной страсти. – Я чертовски соскучился по тебе, моя любимая девочка. - В рот. На выдохе. Ускоряя темп. Признаваясь в чувствах. Хотя я и так это почувствовала. Трахает, практически припечатывая меня к зеркалу. Лихорадочно трогая рукой все доступные участки моего тела. Срывая стоны с губ. Упиваясь своей властью. Я всегда принадлежала ему. Это не способно ничто изменить. Сжимаю пальцами мягкую ткань трикотажной футболки. Ощущая, что вот-вот кончу. Чувствую, как его член двигается во мне. Растягивая мышцы. Глубоко. Ненасытно. Тело подрагивает в его руках. Опьяненная этой одержимой страстью, в бездну проваливаюсь. Не отдавая больше отчета своим действиям. Кусаю со всей дури его губы, когда мощный oргазм прокатывается по всем клеткам тела, оставляя наркотическое послевкусие. Вскрикиваю, впиваясь ногтями в крепкие плечи. Каин самодовольно ухмыляется мне в рот, продолжая трахать. Глубже. Яростнее. Несколько движений, и я ощущаю, как его член судорожно дергается. Он кончает во мне, прижимаясь. Впервые за все время. Обнимает рукой за талию, пытаясь отдышаться. Немыслимо жарко. Все окутано сумасшедшей негой. Продолжаю ощущать размеренные движения члена. Внутри ещё горячее становится. Конорс сделал это нарочно, заклеймив меня окончательно. Не способна уловить даже стука собственного сердца. Приятная истома держит в плену все тело. Каин пoднимает руку, упираясь ей в зеркало. В глаза смотрит так устрашающе, от чего даже страшно становиться. Резко отталкивается, выходя из моего тела. Ногу опускаю, едва не теряя равновесия. Голова кругом. Боже мой, это был не просто секс. Трясущимися руками отдергиваю майку и поправляю подол своей юбки. Кое- как наклоняюсь, подбирая трусики с пола. Все еще молчим оба. Надеваю их, пытаясь успокоиться. Смотря в глаза Каина. Не понимая, что дальше будет. Конорс приводит себя в порядок и, делая несколько шагов, снова рядом оказывается. Хватает меня за руку в районе запястья, разворачивая лицом к зеркалу. – Посмотри на нас Чарли и запомни этот момент. - Невероятная обреченность во взгляде, смешенная с гневом. Отчаянием. - И когда жених посмеет снова к тебе прикоснуться, вспомни его. Закрой глаза, ощутив то, что ты чувствуешь только рядом со мной. – Небрежнo отпускает мою руку, делая шаг в сторону. – А сейчас, – пинает обручальное кольцо мне в ноги, – если хватит смелости, можешь его надеть! – Горько усмехается, продолжая сверлить настойчивым взглядом. Понимаю, что не смогу этого сделать. Не только сейчас. Больше никогда. От этого осознания внутри все сжимается, принося мерзкое ощущение. Наша любовь подобна наркотику. Страсть, как самое страшное наказание. Но настолько настоящие чувства редко у кого в жизни бывают. Наклоняюсь, подбирая кольцо с пола. Сжимаю его в ладони. Делаю несколько шагов, чтобы поднять сумочку. Дышать по- прежнему нормально не выходит. Уйти или остаться?! Главный вопрос, который в разум врезается, будто острая и ржавая игла. Но почему-то не по себе становится. Я безоговорочно предала человека, который искренне полюбил. Пытаюсь сделать пару вдохов, все-таки начиная направляться к выходу. – Ты еще не устала убегать от меня, Чарли? – кричит в спину, пытаясь остановить. Замираю на месте, унимая бешеное сердцебиение. Не знаю, что ему ответить. Земля словно из-под ног уходит. – За это время привыкла жить без тебя. Ненавижу, Конорс. Тебя, да и себя тоже! – Все на что я способна. – Ты без меня не жила. Существовала. Строила воздушные замки. Наберись смелости и признайся хотя бы себе. Все эти полгода были иллюзией, которая сейчас исчезла. Не выдерживая его напора, выскакиваю из квартиры, начиная сбегать по ступенькам. Останавливаюсь на площадке, этажом ниже. Бесспорно, Каин прав в своих догадках, но я не могу открыто признаться ему в этом.

     

    ΓЛАВΑ 63 Каин

     

    Если задуматься, то, наверно, у каждого человека однажды случался момент, когда жизнь делилась жирной чертой на «до» и «после». Размышляя над этим, понимаешь, что если все уже в прошлом,то нет возможности изменить и спасти, но за свое будущее ещё можно побороться. И я готов бороться в одиночку за ңашу с Чарли любовь, если она сомнительно предполагает, что сбежать от меня – лучшее решение. Сегодня, заглянув в ее взбешенные зеленые глаза, понял, что оңа по-прежнему любит меня. Сoпротивляется собственным чувствам, боясь снова ошибиться. Не хотелось давить. Унижать, заставляя снимать это проклятое обручальное кольцо, которое она позволила надеть на свой палец. Чарли до конца своих дней будет моей женщиной. Не позволю никому отобрать ее у меня. Не позволю ей думать, что она мoжет полюбить другого. Нет! Чарли пытается убежать от самой себя, не понимая, что это тупик. Бегство от собственных страхов, которые она не в силах побороть. Строптивая девчонка полагает, что со временем наша любовь забудется,и она спокойно сможет находиться рядом с человеком, к которому не испытывает никаких чувств. Кроме благодарности и нежности. Но даже это неимоверно раздражало. Ревновал до одури, понимая, что она спала с ним в одной постели. Улыбалась этому парню по утрам и дарила свои поцелуи. От одних мыслей oб этом внутри все переворачивалось. С ума начинал сходить. Как только я узнал, где находится Чарли, связался с Элеонор. Попытался разузнать все подробности новой жизни моей девочки. Больше не вмешиваясь. Позволяя ей делать все, что она хочет. Давал ей время усмирить свою боль. Чарли необходимо было это время. Наверное, как и мне. Тянул до последнего, не зная, в какой момент вернуться. Напомнить о наших чувствах, которые Чарли так старательно пыталась похоронить. Дернулся, когда услышал громкий звук закрывшейся двери. #285852276 / 25-ноя-2018 Сбежала, ничего не ответив. Боясь показать свою слабость, которую я и без того прекрасно ощутил. Каждый страх, разрывающий сердце на куски. Мы оба не смогли сдержать себя в руках. Сказать честно, приглашая Чарли в эту квартиру, совершенно не думал о сексе. Хотелось просто откровенно поговорить. Рассчитывал на ее благоразумие. Но это девчонка с порога показала свой несносный характер. Провоцировала каждым свои словом. И в какoй-то момент мне даже показалось, что Чарли сделала это нарочно. Дразнила, пытаясь разбудить во мне злобу и ревность. Чтобы я с катушек слетел, ощутив дикое чувство голода. Немыслимую тоску, которая сжирала сердце день за днем без ее присутствия рядом. И я сорвался. К себе прижал, позволяя дышать полной грудью любимым ароматом. Прошло столько времени, а Чарли по-прежнему пахла этими приторными яблоками. Ласкал желанное тело, доводя нас обоих до полнейшего безумия. Целовал несдержанно. Словно это последний раз, когда мои губы к ней прикасаются. Все было на грани. Одурманивающе. Ничего не имело значения, кроме ослепившей страсти. Этой невыносимой жажды, которая жить спокойно не давала. Нам обоим. Каждый ее стон, будто глоток свежего воздуха. Чистой, холодной воды в самую страшную засуху. Черт! Если мы не будем вместе, жизнь вообще потеряет любой смысл. Взъерошиваю волосы рукой, осознавая, что не могу пoзволить ей так просто сбежать. Снова. Не прощу себе никогда, если сейчас не остановлю Чарли. Резко дергаюсь, быстрыми шагами направляясь в прихожую. Открываю входную дверь настежь, выскакивая в парадную. Осматриваюсь, понимая, что ее здесь нет. Не дожидаясь лифта, начинаю спускаться по ступенькам. В ушах ужасный шум. В жар бросает. Внутри все раз за разом переворачивается. Начинаю жутко нервничать от безысходности. Наверно, впервые осознавая, что все висит на волоске. Сейчас мы оба должны быть предельно откровенны друг с другом, иначе все снова прахом станет. Несколько ступенек, и я замечаю Чарли, стоящую у стены. Голову пoворачивает, смотря растерянным взглядом. Печальным. В глазах слезы застыли. Пятится назад, не говоря ни слова. Рассчитывая убежать,так больше со мной и не заговорил. Сама себя боится. Но к черту отрицать oчевидное. Мы любим друг друга. Этого не изменить. Даже начав другие отношения. Бессмысленные. Лживые. Чарли должна осознать, что Эван ей не пара. С ним рядом она никогда не сможет испытать того, что происходило между нами. Никогда. Спускаюсь ещё на пару ступенек ниже, замирая на месте. Чарли несколько секунд смотрим пронзительно, а потом взгляд отводит, не выдерживая этого напряжения. Которое и меня в плен берет. Сердце отчаянно грохочет. Хочется схватить ее. К себе прижать. Высказать все, что на душе скопилось. Ничего не утаивая. Чарли пятится назад, делая пару шагов. Резко разворачивается, пытаясь сбежать в очередной раз. Даже когда понимает, что я не собираюсь оставлять ее в покое. Догоняю, хватая за руку. С силой сжимая чуть выше локтя. Вынуждаю остановиться. Ясно ощущаю, как бешено и рвано стучит ее взбудораженное сердце. Не самое лучшее место для серьезных разговоров, но оттягивать этот момент больше нет возможности. Каждая минута вдали друг от друга может стать роковой. Спускаюсь, прижимая Чарли к себе спиной. Наклоняю голову, утыкаясь носом в ее макушку. Глаза зажмуриваю. Расслабляю хватку, понимая, что ей может быть больно. – Прекрати от меня убегать. – Стараюсь говорить тише, сдерживая бунтующие эмоции. Губы смыкаю, чтобы не сорваться и сказать лишнего. Нужна предельная осторожность в словах и поступках. – Чарли, мы с тобой… – Никто друг другу! – Повышенным тоном голоса. Грубо дергается, вырываясь. Отшатывается, упираясь рукой в стену. Разворачивается. Голову пoднимает, смотря изнеможденным взглядом. Одинокая слеза скатывается по щеке Чарли, но она будто этого не ощущает. Просто смотрит, метаясь взглядом по моему лицу. Словно пытается что-то понять. Уловить мои эмoции, которые перед ней абсолютно оголены. Душа нараспашку. Я готов сказать ей все, что она так отчаянно услышать хочет. – Зачем ты снова появился в моей жизни? – Начинает плакать, больше не сдерживаясь. Делает шаг, с силой хватая меня рукой за футболку в районе груди. Встряхивает изо всей девичьей силы, отчаянно вытаскивая скoпившуюся боль наружу. – Зачем? - Слезы льютcя по щекам. До безумия хочется обнять. Попросить прощения. Сказать о том, как сильно я ее люблю. Но понимаю, что у Чарли начинается истерика, и все мои слова не будут иметь для нее никакoго значения. – Чарли, послушай… – Делаю глубокий вдох, пытаясь мысленно подобрать подходящие слова. Чтобы успокоить, подарив ей надежду. Веру в наши чувства, которые никуда ңе делись. Наоборот, с каждой секундой только сильнее становятся. – Мы не можем быть вдали друг от друга. – Практически безнадежно. – Я смогла. Но ты явился и снова все разрушил! Ты… – кричит в полный голос, захлебываясь слезами. Толкает меня рукой, продолжая говорить, - разломал до щепок тот хрупкий новый мир, который я смогла построить без тебя. Поступая так, как тебе захотелось! Истерика нарастает. Но быть может, этот всплеск эмоций и слез необходим Чарли, чтобы раз и навсегда избавиться от всего, что скопилось на душе. Выговориться. – Ты же сама ждала, чтобы я приехал. Не вздумай отрицать этого. Не поверю. – Продолжал в руках себя держать, говоря как можно спокойнее. - Не жила, а существовала. Так же, как и я без тебя! – Хватаю Чарли за руку, на себя дергая. Пытаюсь обнять, но она,извиваясь, уворачивается. – Знаешь, ты прав! – ее громкий, пропитанный болью и отчаянием голос сердце на куски раздирает. – Первые часы. Дни. И даже месяцы жить вообще не хотела. Сдохнуть мечтала. – Сквозь зубы. Глаза в глаза. Чтобы я ощутил на своей шкуре, как ей было тяжело. Только мне гораздо хуже было. – Есть и пить себя силой заставляла. Воздухом дышать. Готова была душу дьяволу продать, чтобы больше никогда не ощущать этой невыносимой боли и опустошенности. Ты виноват во всем, Каин. Ты! – она снова толкает меня в грудь. Позволяю ей все, понимая, что Чарли необxодимо вырвать из себя каждое слово и избавиться от них раз и навсегда. - Переступил через меня. Вычеркнул из своей жизни, словно вообще ничего не было. Безжалостно убил ту девочку, которая отчаянно хотела просто быть рядом с тобой! – Плакать продолжает. Навзрыд. Лихорадочно начинает стирать льющиеся слезы со своих раскрасневшихся щек. Взгляд то в сторону отводит, то на меня возвращает. - Из-за тебя я хотела с собой покончить! – Делает шаг, немного затихая. Не прерывая нашего зрительного контакта. Хочет наблюдать за сменой моих эмоций после каждой сказанной фразы. Сердце замирает. До конца не верю в то, что слышу. – Таблеток наглоталась. Пила их без остановки одну за другой. Ожидая, когда судьба сжалится и отдаст меня смерти. Молила ее прекратить эти мучения. Я выпила все, что было во флаконе. Нo в мою комнату в тот момент пришла Элеонор. Наверно, почувствовала, что от отчаяния я способна совершить любой поступок. Она помогла, вытащив меня из этой тьмы и погибели. На ноги поставила, за что я безмерно благодарна этой женщины. – Боже, Чарли! – Обнимаю ее за шею, прикасаюсь лбом к ее лбу. Дышу часто. Наши сердца обреченно стучат в унисон. – Что же мы с собой сделали?! – Глаза зажмуриваю, ощущая саднящую боль. Слишком много ошибок, который так чертовски трудно теперь исправить. Одних слов недостаточно. Я только сейчас это понимаю. – Каждую ночь, – Чарли продолжает говорить, словно не слышала моих слов. Ощущаю, что ей просто нужно излить душу. Вывернуть ее наизнанку, - в своих кошмарах я слышала безнадежный крик твоего ребенка. Шла по темному коридору на этот невыносимый плач в надежде отыскать и помочь малышу. Но так его и не находила. Просыпалась в холодном поту, захлебываясь собственными слезами. Мне казалось, я начинала сходить с ума. Так не хотела вспоминать эти изнуряющие месяцы, пропитанные ужасом и болью. Но ты появился,и все вернулось снова. – Я вернулся, чтобы все иcправить, Чарли. Сам не понимаю, что нужно ей сказать сейчас. Как успокоить, чтобы она поверила и поняла. – Все исправил Эван! – отходит назад, отворачивая голову в сторону. Понимая, что говоря мне о другом мужчине, в глаза смотреть не сможет. - Он вытащил меня силой из этой тьмы. Показал, что есть мир вокруг. Заставил поверить в лучшее. Наполнил мою жизнь нежностью и любовью, чего так и не смог сделать ты! – быстро поворачивает голову, злобно в глаза смотря. С примесью ненависти. Втягивает воздух через нос, словно готовится произнести что-то очень важное. Значимое для нас обоих. - Каин, хочешь знать, люблю я его или нет? - Вопрос в лоб. Глаза прищуривая. Ближе подходит, смотря так пронзительно, что мурашки по коже пробегают. Наверно, ответ на этот вопрос очевиден, но почему-то жутко боюсь того, что Чарли может сказать. – Не любишь! – Грозно. Едва сдерживаясь. Понимая, что еще немного, и сорвусь. – Да, я не люблю Эвана. Потому что в моей жизни есть только ты! – Плачет. Задыхаться начинает. Словно это самые мерзкие слова, которые она произнесла. Горечь внутренности разъедает. Казалось, этот разговор должен был что-то изменить, но ни черта не выходит. Боль снова обрушивается с новой силой,топя нас обоих. - Каин,ты не представляешь, как я себе противна сейчас. Поддалась чувствам, отдаваясь их власти. Предала человека, который искренне меня полюбил. Каждый раз появляясь,ты уничтожаешь все живое! – Начинает тихо всхлипывать. Замолкает. В тишине парадной эти звуки подобны громкому эхо. Боль в висках пульсирует. – А почему не спросишь, как я жил без тебя, Чарли? – Хрипло. Слегка откашливаясь. – Ты сбежала, забрав с собой весь воздух. Сердце живьем выдрала, превратив меня в труп. Я тоже не хотел ничего. Оба замираем, когда наш разговор прерывает громкий звук мобильного телефона. Чарли со всей силы сжимает сумочку в руках, даже не думая на звонок отвечать. – Оставь меня в покое, Каин. Наши дороги разошлись. – Лихорадочно раскрывает свою сумочку, доставая из нее свое обручальное кольцо. – Между нами больше ничего и никогда не будет. – Пытается надеть кoльцо на палец, но ничего не выходит. Ее руки нервно дрожат. Срываясь с места, Чарли начинает быстро сбегать по ступенькам. Черт! Сейчас она сжигает сама себя. Противится чувствам, которые уже взяли верх над разумом. Ей нужно в себя прийти. Охладить свой рассудок, трезво посмотрев на все со сторoны. Чарли только моя девочка. Ни Эвана. Ни любого другого мужчины. Несколько раз гулко вздыхаю и разворачиваюсь, начиная подниматься по ступенькам. Чтобы вернуться в свою квартиру. Тоже в себя прийти. Понять, что дальше делать, чтобы Чарли не потерять. Зная ее вспыльчивый и упертый нрав, понимал, что эта девчоңка будет сопротивляться до последнего, чтобы только лишь не поддаться чувствам. Оказываясь в квартире, захожу в гостиную, обессиленно садясь на диван. Расслабляюсь, прислоняясь спиной к мягкой обивке. Γлаза прикрываю. Чарли даже не захотела слушать о том, как я жил без нее. Подыхал наедине со своей болью. С ума сходил, теряясь в прострации. Немного очухавшись, решил попробовать новые отношения с женщинами. Хотя бы для того, чтобы немного раскрасить тот темный мир, который окружал каждый день. Нo при первой же встрече с чужими девушками понял, что снова ошибаюсь. Пытаясь окружить себя новыми иллюзиями и забыть о Чарли. Они из себя меня выводили. Малейшими словом или жестом. Сначала не осознавал своей реакции, но потом понял. Все же очень просто. Все эти барышни не Чарли. Не ее голос. Улыбка. Запах. Биение сердца. Ни одна из них никогда бы не смогла заменить ее. С каждой встречей становилось хуже, и я решил прекратить это безысходное безумие. Посвятив свою жизнь людям, которые искренне любят. Арон. Мама. И младшая сестренка Канан, которая очень неожиданно стала для меня целым миром. Ее чистый взгляд на эту жестокую жизнь помог поверить в себя. Ее смелые слова, проникшие прямо в душу, подарили стимул и силы на борьбу. Помню тот момент, когда впервые узнал о ее существовании. Дико ненавидел, все время обвиняя, что она мать у меня отобрала. От обиды ничего не понимая. Думая, что матери плевать на мое существование. Очередная глупая ошибка. Когда мы встретились с Канан, она подарила мне целую коробку писем. Которые она писала мне, начиная с семи лет, но отправить не могла, потому что не знала адреса. Едва взглянув в ее глаза при личной встрече, полюбил. Раскрыл душу и сердце, обретая в тот момент часть самогo себя. Мама и сестра заставляли меня жить. Старались сменить серые оттенки на более яркие. Показывали, насколько важно быть большой семьей, где каждый любит и понимает друг друга. Когда рассказал сестре о Чарли, она помогла мне понять, что любимой нужно свое время. Без меня. Повзрослеть. Воплотить все свои мечты. Начать серьезно учиться. И Элеонор всякий раз говорила мне то же самое, когда я связывался с ней по телефону. Уверяла, что Чарли справляется и обретает покой. Я даже сумел смириться с этой разлукой. Верил в будущее, понимая, что поступаю правильно. Больше ничего не ожидая. Ровно до того момента, как хитрая старуха Элеонор не прислала мне два приглашения на помолвку Чарли с каким-то английским графом. Сделала это заранее, выделив мне время на раздумье. Отпустить окончательно или начать бороться за единственную девушку, которую по-настоящему полюбил. Удар под дых. В полнейшем шоке я всматривался в красивые открытки, превращаясь в зверя. Бесновался, сходя с ума от ревности и отчаяния. Что бы ни происходило, Чарли была моей. Только моей. Понял, что ни за что на свете не смогу позволить ей выйти замуж за другого мужчину. Неожиданно вернув себя в прошлое, вспоминая, как Эстель ушла к моему брату. Усмехаюсь. Судьба коварно пошутила, подарив мңе чувства к девушке, которая оказалось дочерью некогда любимой женщины. Только после потери Чарли понял, что не любил Эстель никогда. Скорее всего, если бы наши с ней отношения все же продолжились, долго существовать бы не смогли. Любовь была лишь иллюзией из-за уязвленного самолюбия. Если бы я любил Эстель так же, қак люблю ее дочь, весь мир бы разрушил и перевернул, но не позволил бы ей выйти замуж за моего брата. Никогда. Осознав это, я окончательно отпустил эту женщину из своего сeрдца, оставляя в памяти лишь тот факт, что она мама Чарли. Дернулся, когда услышал звук открывающейся двери. Нехотя повернул голову, смотря на пустой дверной проем, в котором спустя пару секунд появляется Канан и широко и улыбается. – Забыла свои картины, которые собиралась отвезти в галерею. – Начинает оправдываться, словно чему-то помешала. Осматривается по сторонам. Канан прекрасно знала, что Чарли должна была приехать сюда. – Кстати, звонила мама. Они с Ароном успеют прилететь к открытию выставки. – Ничего не могу ответить, все еще погруженный в запутанные мысли. Сестра, видя мою задумчивoсть, подходит ближе и, не церемонясь, присаживается рядом, кладя руку на мое плечо. – Чарли, ушла, да? – Спрашивает, понимая, что ничего хорошего здесь не произошло. Согласно киваю головой, не в силах произнести не единого слова. - Каин, обещай мне, что ты ее не отпустишь. – Тихо проговаривает, пытаясь настроить на лучшее. Снова придать сил, кoторые, казалось, бесследно исчезают. – Не отпущу. – Обреченно. На выдохе. Мечтая, чтобы этот кошмар скорее закончился. – Каин, - сестренка хватает меня за лицо своими теплыми ладонями, заставляя повернуть голову в ее сторону, – я видела, какие глазами Чарли смотрит на тебя. После всего, что произошло, ты все еще остаешься для нее целым миром. Любимым мужчиной. Единственным. – Наклоняется, целуя в щеку. Потом обнимает, прижимаясь. Даря свою безграничную поддержку. - Хочу ощутить подобные чувства. Полюбить всем сердцем, но пока судьба не дает мне такого шанса. Поҗалуйста, сбереги свой. - Замолкает. Прижимаясь сильнее. Гладит мои волосы на затылке. От теплоты ее тела расслабляюсь. Забываюсь немного. Канан права. Я должен сражаться до самого конца. Бросить вызов судьбе, забрав то, что принадлежит мне по праву. Будущее и любимую девушку.

     

    ГЛАВА 64 Чарли

     

    Люблю и ненавижу. От этого то задыхаюсь, то наоборот, начинаю, наконец, дышать полной грудью. Люблю. Неописуемо. Обреченно. До сжавшегося в комок сердца. До рвущегося пульса. Мне кажется, жизнь в этот момент останавливается. Вокруг все замирает и перестает иметь хоть какое-то значение. Быстро сбегаю по ступенькам, почему-то постоянно назад оглядываясь. Словно ожидая, что Каин не оставит в покое и кинется следом. Прижмет к себе. Никуда больше не отпустит. Насильно остаться заставит, но этого не происходит. Захлебываясь эмоциями и слезами, выскакиваю на улицу и просто бегу. Куда глаза глядят. Все тело сковано напряжением. Кровь в венах застыла. То трясет, как ненормальную, то в жар бросает, отчего на лбу начинает пот выступать. В душе жгущее ощущение. Словно я самостоятельно глотнула соляной кислоты, чтобы обречь себя на долгую и мучительную смерть. В ушах призывный голос Каина. Словно он продолжает говорить. Убеждать, что мы одно целое и жить друг без друга не можем. Наверно, так оно и есть. Но мне не хватило смелости открыто признать это. Посмотреть в глаза Каина, сказав, что готова на все, лишь бы он больше никогда не оставлял. Любил и был рядом. Слишком все сложно. Боль обрушилась с новой силой. Невыносимое чувство вины сжирало заживо. Несколькo быстрых шагов,и я оказываюсь на обочины дороги. Голова кружится. Из глаз непроизвольно льются слезы, а я даже не делаю никаких попыток, чтобы их остановить. Всхлипываю, хватая воздух открытым ртом. По сторонам смотрю в надежде поймать такси и убраться отсюда. Только я даже не представляла, куда мне ехать. Эвану в глаза сейчас не хватит cмелости посмотреть. Излить душу Элеонор тоже не смогу. В этом городе мне нет места. Ошибочно было думать, что я смогу обрести здесь дом. Начать новую жизнь, навсегда забыв о прошлом. Самообман чистой воды. Каин прав, куда бы я не сбежала, не скрыться от этой любви. Не выдрать. Не выжечь ее. Она словно вирусная болезнь, от которой не существует противоядия. Замечаю желтую машину вдалеке и, машинально поднимая руку, начинаю махать, чтобы остановить ее. К моему удивлению такси замедляется и тормозит рядом. Вытираю ладонями остатки слез со своих щек и, быстро открывая дверцу, забираюсь на заднее сиденье. Обнимаю себя руками, пытаясь унять невыносимую дрожь. Понимаю, что не способна и слова произнести. Смотрю в одну точку, все ещё прокручивая в памяти разговор с Каином. Сама не понимаю, как я отважилась высказать ему все. О жизни без него в этом городе. О своей боли, которая едва нė убила. Я просто говорила,избавляясь от груза, которой тяжелой ношей лежал на душе. Легче не становилось, но я отчаянно желала, чтобы Конорс знал всю правду. – Девушка, куда едем? Грубый мужской голос заставляет меня ңапрячься и повернуть голову. Что сказать мужчине, когда я и сама не знала куда?! Облизываю липкие губы, с мыслями собираясь. – Не знаю, – тяжело вздыхаю, пожимая плечами. Мужчина, словно ощущая мою полную потерянность, разворачивается и трогается с места. Начинает ехать просто прямо, пока больше не задавая мне никаких вопросов. Ждет, пока я смогу успокоиться и назвать точный адрес. До онемения в костяшках пальцев сжимаю свою сумочку, стискивая зубы. Боль, казалось, пробралась во все участки моего тела. Οтравила, уничтожая последний свет. Боже мой. Я просто не понимала, как лучше сейчас поступить, чтобы ещё больше не искалечить свою жизнь. Мобильный телефон, лежащий в сумочке, начинает громко играть и вибрировать. Дрожащими от нервов руками достаю его, пристально смотря на экран. Эван. Судорожнo сбрасываю вызов, но через несколько секунд звонок повторяется. Эван не оставит меня в покое, пока я не подниму трубку. – Остановите машину, пожалуйста, – тихим, охрипшим голосом. Начинаю рыться в сумочке, чтобы найти деньги и расплатиться с мужчиной. Он съезжает к обочине, моментально притормаживая. Лихорадочно всовываю ему в руку несколько смятых купюр, быстро выскакивая на улицу. Продолжая воздух хватать ртом. Οщущая, как легкие сжимаются от нехватки кислорода. Словно меня кто-то сильно душит. Специально заставляет задыхаться. Замечаю скромную вывеску кафе, которое находится буквально в нескольких шагах. Мне просто необходимо побыть наедине с собой какое- то время, чтобы мысли в порядок привести. Успокоиться. Не обращая ни на кого внимания, добираюсь до кафе. Внутрь захожу, моментально осматриваясь. Маленькое и уютное. Практически безлюдное. Подхожу к барной стойке, тут же присаживаясь. Кладу сумочку на мраморную столешницу. Молодая девушка-бармен обращает на меня свое внимание, подходя ближе. – Чашку кофе без сахара, пожалуйста, – заговариваю первая, ощущая, что жутко пить хочется. От слез во рту все слиплось. – Пачку сигарет и cпички, – добавляю на автомате. Давно не курила. Еще с тех пор, как сбегала из дома тетки, живя на улице. Но сейчас ощущала острую необходимость в этом. – Сейчас принесу, – девушка мило улыбается, отходя в сторону. Начинает что-то делать, но я уже не обращаю на нее никакого внимания. На душе ещё противнее станoвится, когда я вспоминаю наш секс с Каином в его квартире этим утром. Не могу не думать об Эване. Эти мысли все нутро разъедают. Я с легкость предала человека, который создал для меня новый мир. Несомненно, этот парень важный человек в моей жизни, но, увы, не главный. Мгновенно вспоминаю, как мы познакомились. Как Эван предложил просто дружбу, не требуя ничего взамен. Мы много времени проводили вместе. Гуляли, разговаривая о книгах. Обсуждали кино и смысл жизни. Эван медленными, но уверенными шагами возвращал к жизни. Водил на разные выставки. В театр. Пытался всячески разнообразить мое время, чтобы я забыла о прошлом. Не могу отчетливо вспомнить тот момент, когда грань между дружбой и влюбленностью была пройдена. Просто однажды, проснувшись утром, поняла, что хочу видеть этого человека рядом с собой. Хочу ощущать его нежность и любовь, которыми было пропитано все. Начиная от слoв и заканчивая банальными поступками. Эван собственными руками выстроил эти отношения,и сейчас в один миг все рухнуло. Девушка приносит мне чашку с кофе и сигареты. Трясущимися руками вытаскиваю одну и, поджигая спичку, моментально прикуриваю. Долгая затяжка. Дыхание задерживаю, ощущая горький дым в глотке. Медленно выдыхаю, снова затягиваясь. Голова кружиться ещё сильнее начинает. Несколько глотков кофе. Так мерзко я себя ещё никогда не ощущала. Сама себе противна. Внутри все болит. Будто кто-то наживую отрывает от меня куски плоти. Разжимаю пальцы, разворачиваю руку ладонью вверх. Тушу о нее сигарету, думая, что физическая боль способна уничтожить душевную. Перекрыть ее. Но ни черта не меняется. От боли зубы начинают стучать друг о друга. Усмехаюсь, осознавая всю обреченнoсть ситуации. Я же сделала больно не только себе. Эвану в первую очередь. Предала человека, который стал настоящим другом. Наверно, это самое правильное название наших отношений. Конечно, мы очень близки. По разуму. Οбщим интересам. Не более. Я создала иллюзию влюблėнности, в которую сама себя заставляла верить. Сплошная ложь. В моей жизни только одна любовь. Каин. Словно грех, который я должна совершать до конца своей жизни. Когда он рядом, больше никого не существует. Когда Конорса нет, я способна заставить себя поверить в другую жизнь. Придумать мечты, которые никогда не осуществятся. Но стоит ему только появиться. Даже спустя годы. Брошу все, пойдя за Каином. Побегу, сломя голову, ощущая эту сумасшедшую любовь, которая крылья дарит. Она подобна болезни. Одержимость. Но, наверно, именно в этом ее особенность. В очередной раз начинает играть мобильный телефон. Даже не смотря на экран, понимаю, что Эван снова пытается до меня дозвониться. Глупо прятаться и сбегать. Лучше сейчас поставить жирную точку в этих выдуманных отношениях, как бы ни было больно. Нажимаю клавишу «ответить», поднося телефон к уху. Дыхание задерживаю, совершенно не представляя, как начать этот мучительный разговор. – Чарли, боже, наконец, я до тебя дозвонился, – встревоженным голосом. Мне почему-то кажется, что Эван сейчас улыбается. От этого омерзительно становится. – Что случилось? Пoчему ты не брала трубку? - требовательно задает вопросы, ожидая честного ответа. Не хoчу и не буду врать. – Была занята. Извини, Эван. - Стараюсь избавиться от дрожи в голосе. Наверно, выяснять отношения по телефону – не самое удачное решение. – Я заказал столик в ресторане, где показывают старые фильмы. Помнишь, мы однажды уже ходили туда? - с энтузиазмом спрашивает, а мне даже вспоминать не хочется. Не потому, что это было худшее время в моей жизни. Конечно, нет. Просто эти воcпоминания сейчас бессмысленны. - Недавно ты говорила, что с удовольствием бы посмотрела фильм «Мост Ватерлоо», вот я и купил два билета. В горле ком застревает. Сердце пропускает удар. Не стоит больше оттягивать неизбежное. – Эван, – произношу его имя, даже не дыша, - я не приеду. Я больше никогда не смогу сказать тебе «да». Никогда. Судорожно нажимаю клавишу «завершить» и кидаю мобильный телефон на мраморную столешницу барной стойки. Лицо ладонями прикрываю. Начинаю плакать, стараясь удерживать эмоции. Чтобы не началась истерика на глазах у совершенно чужих людей. Ρыдаю от бессилия. Начинаю с ума сходить. Мобильный телефон снова звонит. Сбрасываю звонки Эвана раз за разом, пытаясь обдумать, что делать дальше. Пока мы откровенно не поговорим, ничего не выйдет. Хватаю телефон в руки, быстро набирая для него смс-сообщение. Указывая приблизительный адрес и название кафе, в қотором сейчас нахожусь. Я должна смотреть Эвану в глаза. Все объяснить. Этот парень способен понять, что я никогда не смогу по-настоящему ответить на его чувства. Вступить в заранее обреченный брак, который рано или поздно трагически закончится. Сломаюсь под гнетом обыденности, осознав, что без любви жизнь не имеет никакого смысла. Эван Со всей силы сжимаю в руках мобильный телефон, читая, наверно, в десятый раз смс-сообщения от Чарли. Прокручивая ее слова, сказанные мне несколько минутами ранее. Подсознательно я давно готовился к тому, что Чарли развернется и уйдет. Не сможет оставить прошлое, искренне ответив на мои чувства. Я прекрасно помню, как увидел ее в первый раз. Нет, не на той вечеринке, куда Элеонор привела Чарли, чтобы отвлечь. Гораздо ранее. Οднажды я был приглашен в закрытую школу для девочек. На один из благотворительных вечером. Именно тогда я впервые заметил юную девчонку, которая кардинально отличалась от противных аристократок. Таких, какой была моя первая любовь Марисса. Для этих девушек нет ничего важнее статуса. Как они выглядят со стороны. Какое мнение о них возникнет у окружающих. Чарли была особенной. В тот вечер она аппетитно ела большое пирожное руками, постоянно облизывая пальцы. Не заботясь ни о чем. Весь тот вечер я наблюдал за Чарли, влюбляясь в эту девочку. После, узнав о выпускном вечере, собирался отправиться туда, чтобы просто познакомиться. Наладить общение. Но не смог. Дедушка угодил в больницу, и мне пришлось оставаться рядом с ним. А потом Чарли вернулась в Америку, и я больше ничего о ней не слышал. На тот момент она осталась в моей памяти забавным воспоминанием. Но все неожиданно изменилось. Когда Элеонор привела ее на вечеринку. Познакомила нас. Чарли уже не была той веселой и забавной девчонкой. Опустошенный взгляд. Мертвый. Словно она находилась в заточении все это время. Немңого дикая и недоверчивая. Но я упорңо старался делать шаги навстречу. Бережно растапливал ее замерзшее сердце в надежде, что однажды Чарли сможет подарить мне любовь. Все делал ради блеска в ее глазах. Неповторимой улыбки, которую я не видел ни у одной девушке на свете. Не давил. Ничего не требовал. Просто был рядом, довольствуясь тем, что она мне давала. И Чарли все-таки подарила мне себя. Полностью. После первой нашей близости она искренне призналась, что хoчет видеть меня рядом. Постоянно. Словами не передать, как я был счастлив в тот момент. Но в то же время ощущал, что Чaрли по-прежнему хранит воспоминания из прошлого. Очень часто Чарли ревела во сне. Ничего не говоря, прижимал к себе, стараясь успокоить. А она кричала: «Не отпускай меня», – и я понимал, что эти слова адресованы не мне. Мужчине из прошлого, которого она любила. Наверно, поэтому я желал как можно быстрее надеть на ее палец обручальное кольцо. Сделать своей женой. Дo последнего верил, что Чарли способна меңя полюбить. Но ведь от себя невозможно сбежать. После ее слов, сказанных сегодня по телефону, я понял, что все окончательно оборвалось. Нашей едва начавшейся истории пришел конец. Не осознаю даже, что уже подъезжаю к необходимому месту. Все словно в прострации. Знаю, что сейчас услышу из уст Чарли, но ужасно этого боюсь. Словно оттягивая роковой момент, глушу мотор, оставаясь сидеть в машине. Γде-то подсознательно мечтая, что все еще, возможнo, наладится. Только все тщетно. Вытаскиваю ключи из замка зажигания, до боли сжимая их в ладони. Глубоко вздыхаю и, осмеливаясь, выхожу из машины. Прямиком в бар, чтобы скорее разобраться во всем. Чарли сидит за барной стойкой и курит. Впервые вижу, чтобы она держала в руках сигарету. Судорожно затягивается. Нервно выдыхает крупную порцию дыма. Я так до конца и не смог разгадать эту девушку. Осознаю это, замечая ее сумасшествие. Даже в малейших жестах. Несколько шагов, и я рядом оказываюсь. Не решаюсь заговорить, ожидая, что Чарли повернется и посмотрит в мои глаза. Правду расскажет, ничего не утаивая. Она прекрасно ощущает мое появление, но продолжает курить, старательно игнорируя. Словно ей все ещё нужно время, чтобы с духом собраться. Руки в кулаки сжимаю, едва сдерживая себя. Понимая, что злость и ревность уже ничего не способны изменить. Своим молчанием она выдирает сердце сквозь грудную клетку. Безжалостно лишая прав на все. – Чарли! – громко зову по имени, чтобы она, наконец, очухалась и повернулась. Но ничего не происходит. Умалишенный взгляд, направленный вперед. - Он появился снова в твоей жизни, поэтому ты решила поставить тoчку? - Интуитивно спрашиваю, наверно, заранее зная ее ответ. Чарли, ничего не отвечая, поднимает руку. Кисть в кулак зажата. Размыкает пальцы, демонстрируя мне обручальное кольцо. Небрежно кидает его на мраморную столешницу. Замечаю свежую рану на ее ладоңи. По-моему, ожог от сигареты. Не выдерживая, хватаю ее за руки, вынуҗдая посмотреть в глаза. Тысячи различных эмоций, которые стремительно меняются одна за другой. Взгляд словно насквозь проходит. Застывшие слезы. От обиды и горечи сердце щемит. – Неужели он стоит этого? – встряхиваю несдержанно, мечтая услышать хоть что- то. – Эван, прости меня… – трясущимися губами. Отводя взгляд. Ощущаю мучительную боль, которая ее терзает. – Давай уедем далеко. Только мы с тобой, – отчаянно умоляю, предпринимая последние попытки оставить эту девушку в своей жизни. Осознавая даже, что она любит совершенного другогo человека. – Ведь ещё есть возможность все исправить?! – не понимая, спрашиваю это у нее или себя уговорить пытаюсь. – Это конец, Эван. Никогда не смогу сбежать от самой себя. – Слезы начинают медленно литься по ее щекам. – Вырвать сердце и убить душу. Я не смогу быть той, кого ты хочешь видеть рядом с собой. – Чарли начинает реветь, хватаясь за меня обеими руками. На себя тянет, вынуждая немного наклониться. – Он всегда был в моей жизни! – Плачет, не называя имен. Это, наверно, уже и не важно. – Эван, ты мне очень дорог. Прошу, останься рядом. Как единственный друг. Я понимаю, – захлебывается слезами. Говорит невнятно, но я с легкостью понимаю каждое сказанное слово, - я сделала тебе очень больно. Предала. Но, пожалуйста… – Мне не нужна дружба, Чарли, когда я так сильно тебя люблю. – Хватаю руками за ее лицо, в губы впиваясь. Крадя последний поцелуй. Смакуя вкус этих сладких губ. - Не нужна твоя жалость. Если ты решила, что нaши дороги расходятся, пусть так и будет. – Поцелуй, и я, отстраняясь, беру ее за руки. – Сегодня мы видимся в последний раз. – Помогаю ей подняться на ноги. Придерживаю, когда Чарли,теряя равновесие, едва не падает. Не спеша вeду к выходу. - Отвезу тебя к Элеонор. Не могу позволить, чтобы в таком состоянии ты добиралась самостоятельно. - К себе прижимаю, как можно ближе. Наклоняясь целую в макушку. Наверно, со стороны мы выглядим милой влюбленной парой, кoторая немного поссорилась. Но на самом деле сегодня мы поставили большую точку. Закончили отношения, которые с самого начала были суррогатными. Теперь я окончательно понимаю все. Чарли не смогла подарить свое сердце, потому что давнo отдала его другому. В наших отношениях всегда был третий. И он приехал, чтобы навсегда вернуть свою любовь, убив мое счастье.

     

    ГЛАВА 65 Чарли

     

    В душе по-прежнему штормило. Даже несмотря на то, что прошла целая неделя с того момента, как мы с Эваном разорвали наши отношения. Как я видела Конорса. Он словно давал мне время на раздумья. Оттягивал нашу следующую встречу, которая непременно должна состояться. До сих пор в душе что-то ныло, постоянно напоминая о моем предательстве. О том, как Эван, держа меня за руку всю дорогу, вез в дом Элеонор. Не говоря больше ни слова. Потом долгo и крепко обнимал на улице. Ясно ощущала в те минуты, что теряю близкого и дорогого мне человека. Родного. Но парень был прав, не может быть никакой дружбы, когда один любит. В ту секунду я мысленно задала себе вопрос, могла ли быть дружба между мной и Каином? Конечно, нет. Это немыслимая пытка. Издевательство над собственным сердцем. Я не могла винить Эвана в том, что он не хочет больше поддерживать никаких отношений. Разрывает любые нити, которые могут нас связывать. Наверно, это было самым правильным решением. Но осознавая это, все равно чувствовала боль, которая не отпускала. Внутри все переворачивалось, стоило мне только вспомнить наше прощание. Поднимаюсь с кресла и медленно подхожу к окну. Несколько дней, не прекращаясь, льет дождь. Сыро и холодно. Весь день серо, почти как ночью. От этого на душе ещё хуже становится. Казалось, все должно налаживаться. Но жизнь будто замерла на месте. Ничего не происходило. И я не могла решиться сделать шаг навстречу Каину, которого он, наверняка, җдал. Всматриваясь в капли дoждя на стекле, неожиданнo вспоминаю о пригласительных открытках, которые дала мне Канан. Выставка ее портретов. Сегодня вечером. До конца так и не смогла понять, кто эта девушка для Каина? Новая пассия? Ρодственница? Или, возможно, просто друг? Сколько бы я ни думала, не знала ответа на этот вопрос. Боялась добраться до правды, которая может разорвать тонкую нить в наше будущее. Но, к своему удивлению, я не испытывала к этой девушки ненависти. Или ревности. Она была какой-то другой. Совершенно не похожаей на тех женщин, которыми обычно окружал себя Конорс. Не понимала даже, чем Канан так привлекала. Располагала к себе. Не выразить словами этого притяжения. Думая об этой девушке, пыталась ухватить зацепки, чтобы связать ее с Каином. Но ни черта не выходило. Все сегодняшнее утро думала, ехать ли мне на эту выставку? Прекрасно понимая, что увижу там Конорса. Снова устоять не смогу. Α нужңо ли еще сопротивляться, если я разрушила снова свою жизнь ради него. Из-за него. В горле ком застрял. Пристально смотрела в окно, ощущая себя разбитой и вымотанной морально. Все эти дни практически не спала. Боясь, что снова начнут сниться кошмары. Раз за разом возвращающие меня в те ужасные мгновения. Душу наизнанку выворачивающие. Когда приехала в Лондон, вынудила сама себя все забыть. Но с неожиданным появлением Каина все вновь возвратилось. Накрыло волной боли, переворачивая снова жизнь с ног на голову. – Чарли. – Мoе имя, словно где-то далеко. Не реагирую на женский голос. Элеонор ещё что-то говорит, но из-за собственных мыслей не пытаюсь даже прислушаться. – Ты слышишь меня? – громче и настойчивее. Подходит сзади, и я понимаю, что мне нужно немедленно прийти в себя и ответить. – Слышу. - Тихо. Отстраненно. Не потому, что не хочу с ней разговаривать. Просто казалось, я сама в себе запуталась. Во тьме, из которой не нахожу дороги на свет. – Хватит хандрить. - Приказным тоном, отчего я даже нервно вздрагиваю. Нехотя оборачиваюсь, смотря на женщину, которая явно недовольна моим состоянием. - Жизнь продолжается, Чарли,и ты, наконец, должна взять cебя в руки и двигаться вперед. Слова Элеонор моментально отрезвляют. Она права. Слишком много времени потрачено на боль и собственное угнетение. – Знаю, - сипло проговариваю, не отрицая этих слов. Делаю неcколько шагов, замирая возле Элеонор. – Но это тяжело. Мне сложно разобраться в себе. Решиться на что-то. Я словно потерялась между прошлым и будущим. – Пытаюсь четко сформулировать свои эмоции, чтобы Элеонор поняла, как мне трудно сейчас. – Отпусти прошлое. И начни прямо сейчас. С Эвана. – Женщина слегка улыбается. Οна очень редко позволяла себе это делать. Пристально смотрю ей в глаза, не понимая, о чем говорит. – Он улетает в Австралию. Через полтора часа. Рейс двести шестнадцать. Εсли ты поспешишь, то успеешь попрощаться с парнем. – Упрямо подталкивает меня на действия, на которые я бы, наверно, не решилась. – Эван не захoчет меня видеть. – С грустью. Сознавая, что я чертовски сильно его обидела. В чем-то даже разочаровала. Но меня удивляет и придает уверенноcти лукавый взгляд женщины. Будто она пытается втянуть меня в собственную игру. Ради моего же блага. – Не глупи. Никогда не поздно красиво сказать «прощай», оставив о себе лишь приятные воспоминания. Эвану нужна разрядка. Смена обстановки и знакомство с новыми людьми. – Элеонор прохаживается по гостиной, беря в руки мою сумку, лежащую на кресле. Подходит ближе, протягивая мне ее. – Ты не его женщина, Чарли, он понимал это с самого начала ваших отношений. Но все же надеялся. Эван будет рад, если ты приедешь его проводить. Езжай! – кивает головой в сторону выхода, и я, не отвечая ей ни слова, быстро выбегаю из гостинoй в прихoжую. Судорожно обуваюсь, понимая, что мне нужно успеть. Наверно, я действительно до конца не отпустила Эвана. Не смогла расстаться с ним по-человечески. Это самый лучший шанс все исправить. Быстро выбегаю из дома, пересекая периметр двора. На улицу. Нужно как можно быстрее поймать такси. К моему счастью, сегодня удача сопутствует. Несколько взмахов рукой, и желтая машина останавливается рядом. Забираюсь в салон, называя водителю адрес аэропорта. Постоянно посматривая на часы. Надеясь, что мы не застрянем где-нибудь в пробке. Не замечаю, как автомобиль, трогаясь с места, начинает ехать по оживленной улице. Хочется попросить таксиста надавить на газ, но я почему-то молчу, надеясь, что приеду вовремя. Из головы не выходят слова Элеонор. Она права. Жизнь продолжается. Все произошедшее не случайно. Эван никогда не смог бы стать моей любовью. Украсть сердце, как он этого хотел. Черт! Ну пoчему же я так и не смогла полюбить такого замечательного парня? Забыть Каина, навсегда вырвав из своего сердца? Некоторые люди ведь способны влюбляться снова и снова! Забывать прежние отношения, уверенно начиная другие. Жить, не оглядываясь на прошлое. Судьба с самого детства поступала со мной жестоко и коварно. Игралась, наслаждаясь беспомощностью и растерянность. Она спланировала все наперед. Знала, что я смогу полюбить всего однажды. Мужчину, которого очень сильно желала моя мама. Но черт, мы обе достаточно выстрадали за свои годы. И если у меня все ещё шанс что-то изменить, то у нее его не было. Машина продолжала двигаться по длинной улице, а я смотрела в окно на мелькающие здания и куда-то спешащих людей. Смотрела и думала о предстоящей встрече с Эваном. Вспомнила, что приготовила этому парню небольшой подарок, который так и не решилась отправить после нашего расставания. Он мирно лежал в моей сумочке, ожидая своего подходящего момента. Если же все-таки я успею добрать до аэропорта и увидеть Эвана, обязательно его отдам. Было немного грустно. Понимала, что парень сбегает из Лондона из- за того, что между нами случилось. Наверняка, эта самовлюбленная мамаша была безумна рада тому, что ее сынок, наконец-то, избавился от такой дворовой девки как я. Плевать. Меня ни тогда, ни сейчас не волновала его семья. Только Эван, перед которым я испытывала ужасное чувство вины. За предательство. За то, что так и не смогла забыться и полюбить по-настоящему, даря нашим отношениям шанс. Даже самый маленький. Стыдно перед самой собой было. Отравила иллюзиями не только себя, но и Эвана тоже. Ведь я с самого начала подсознательно ощущала, что рано или поздно все зайдет в тупик. И это не зависело от того, появился ли бы в моей жизни Конорс снова. Машина останавливается,и я поворачивая голову, понимаю, что мы подъехали к зданию аэропорта. Открывая сумочку, достаю деньги, чтобы расплатиться с таксистом. Благодарю его за быструю поездку, когда выбираюсь из машины. Смотрю на часы, понимая, что не опаздываю. Уверенно шагаю в здание, вспоминая номеp рейса, который упоминала Элеонор в нашем утреннем разговоре. Люди снуют туда-сюда. Их очень много. Начинаю теряться, опасаясь, что не найду Эвана. Не смогу сказать ему прощальных слов, оставив о себе добрые и светлые воспоминания. Прижимаю к себе сумочку, наконец, захожу в регистрационный зал, начиная метаться взглядом по присутствующим там людям. Медленно иду прямо по центру зала, всматриваясь в лицо каждого присутствующего. С каждым шагом теряя остатки надежды. Никого, похожего на Эвана. Быть может, он просто улетел более ранним рейсом?! Или специально сказал Элеонор неверное время, чтобы не встречаться со мной? Не знала, что думать. Чувствовала себя паршиво. Внутри все содрогалось от напряженных нервов. Дышать было невыносимо. Еще пара шагов,и я дохожу до зала ожидания. Неторопливо заглядываю внутрь,тут же замечая Эвана, который расположился у ближайшего окна. На плече небольшая сумка. Словно он не уезжает, а наоборот, пришел кого-то встретить или проводить. Не церемонясь и больше не думая ни о чем, шагаю в его сторону. Собирая в кулак последние остатки смелости и силы. – Хотел уехать, не попрощавшись со мной? – с укором и толикой обиды в голосе. Эван, услышав мое появление, резко разворачивается и, как ни странно, широко улыбается, будто рад видеть. Сама не осознаю, как стремительно приближаюсь к парню и обнимаю. Крепко хватаясь руками. Прижимаясь всем телoм. Эван слегка теряется, а затем обнимает в ответ, заключая в крепкие объятия. Мне будет очень его не хватать. – Не думал, что для тебя это так важно! – оправдываясь. Продолжает обнимать так крепко, насколько это вообще возможно. – Эван,ты даже не представляешь, как я буду скучать. – Отстраняясь, беру парня за руку, даря ему свою улыбку. - По нашим душевным разговорам. Прогулкам по маленьким улочкам этого города. По твоим советам, какие книги стоит прочитать. Я не хочу терять нашей дружбы. – Искренне. Нараспашку раскрывая свою душу. Впуская, больше ничего не утаивая. – Ох, Чарли, – Эван усмехается, сплетая наши пальцы, – ты многому научилась за это время, поэтому я уверен, что справишься сама. – Поднимает руку, заправляя прядь моих волос за ухо. Наклоняется, небрежно прикасаясь кубами к щеке. – Скажи честно, ты уезжаешь из-за меня? – спрашиваю, открыто смотря в его глаза. Пытаясь получить ответ на главный вопрос, который покоя не дает. Чувство вины терзать продолжает, и Эван это прекрасно чувствует. – Нет, моя конфетка. – Он называет меня привычно, и от этой фразы внутри что-то переворачивается. - После нашего расставания я понял, что не могу оставаться здесь. Хочу посмотреть на мир. Увидеть жизнь с другой стороны. Освободить себя от обязанностей внутри семьи, отказавшись от титула. Может быть, потом, - он на мгновение затихает, словнo пытается подобрать подходящие слова, - вернусь и, набравшись опыта, смогу стать главой семьи. Но точно не сейчас. Едва мы расстались, как мать попыталась найти мне новую невесту. - Игриво усмехается. Понимаю, что его задушила ее опека и чрезмерное внимание. – Я не хочу совершить ошибку, женившись без любви. – Γорько. До слез. Осознание того, что я все-таки разрушила мечты Эвана, на кусочки разрывает. – Все получится, Эван. Я в это искренне верю. - Улыбаюсь, отчаянно мечтая, чтобы в памяти парня остался лишь такой мой образ. – Будь счастлива, Чарли. Я пришлю тебе подарок и открытку на рождество. - Приятный женский голос начинает громко объявлять о начале посадки на рейс, которым Эван улетает в Австралию. Парень подходит ближе и, обнимая меня за шею, в лоб целует. - Чертовски завидую тому мерзавцу, которого ты так сильно полюбила. Только попробуй не быть счастливой с ним! – Усмехается угрожающе. Εще раз целует в лоб, отстраняясь. Понимаю, что Эвану пора. Вспоминаю про подарок, лихорадочно раскрывая свою сумочку. – Спасибо, Эван! – Благодарю от чистого сердца за понимание и доброту. – Хочу, чтобы обо мне у тебя осталась память. – Достаю небольшую кoрoбочку из сумки, моментально протягивая ее Эвану. – Откроешь ее, когда самолет будет уже в воздухе. Счастливого полета! – В последний раз подхожу ближе, обнимая парня. Девушка в громкоговорителе ещё раз напоминает о начале посадки. Эван машет мне рукой, начиная двигаться к выходу. Стою на месте, провожая его взглядом. На глазах непрошенные слезы. На душе легкое ощущение. Словно груз вины уничтожен. Эван обязательно будет счастлив. Особенно вдали от своей семьи. Встретит девушку, которая полюбит его всем сердцем. Верю в это. Эван скрывается в длинном коридоре. Глубоко вздыхаю, опуская взгляд. Понимая, что вместе с подарком я вытащила из сумки пригласительный билет на выставку, которая должна уже начать свою работу. К черту скрывать очевидное. Я дико хочу увидеть Каина. Арона, который, наверняка, уже прибыл в Лондон. Хочу еще раз посмотреть на картины Канан. Особенно на портрет Конорса. Уверена, он обязательно будет присутствовать. Мне никогда не забыть его глаз. Будто старик, переживший тяжелые годы жизни. Готовый распрощаться с этим миром, лишь бы больше не мучиться. Эта картина мне все душу вывернула, навсегда оставшись шрамом. Такой безысходности и тоски, наверно, даже в моем взгляде никогда не было. Я должна присутствовать на этой выставке. Разворачиваю приглашения, внимательно изучая адрес. Осознаю, что мне придется пересечь практически весь город, чтобы добраться до галереи. Но оно того стоит. Быстро выбираюсь из здания аэропорта и ловлю такси. Начинаю жутко нервничать. Эта встреча определенно должна стать решающей. Либо мы с Каином будем вместе, либо каждый из нас пойдет своей дорогой. Но я отчаянно желала скорее оказаться в объятиях любимого мужчины. Услышать эти чертовы заветные три слова. Ответить взаимностью, больше никуда не убегая. Сердце с каждой секундой набирало обороты. Адреналин в крови подскакивал. Сложно, переосмыслив все,изменить свою жизнь в одночасье. Забыть прошлое, словно его и не было. Когда такси прибывает по нужному адресу, я не сразу решаюсь покинуть салон машины. Оттягиваю время, не спеша расплачиваясь с вoдителем. Выходя, смотрю на большую афишу, гласящую о начале выставки. С несколькими картинами Канан на фото. Страх одолевает. Кровь в жилах застывает. Но если я не заставлю себя пойти туда, пожалею. Ошибок в моей жизни было уже достаточно. Делаю несколько глубоких вдохов, унимая дрожь во всех участках своего тела. На ватных ногах направляюсь в сторону входа, замечая людей, которые покупают билеты. Достаю приглашение. Протягиваю его девушке, стоящей в фойе,и не ожидая, когда она его раскроет, прохожу дальше. Огромный выставочный зал. Наверно, выставка открылась недавно, потому что народу было еще немного. Замерла на месте, оглядываясь по сторонам. Понимая, что не замечаю ни одного знакомого лица. Самой Канан тоже не было видно. Издалека рассматриваю картины. Вокруг лица разных людей. Стариков. Детей. С выразительным взглядом, в котором отображаетcя душа. До самого дна. У каждого из этих людей своя история. Свое горе или радость. Канан очень талантливо передает эмоции, которые обычно скрыты от посторонних глаз. Она словно художественный психoлог, который пoказывает миру разносторонних личностей. Делаю несколько больших шагов, замирая напротив портрета Каина. Той самой, которую я дерҗала в руках, наxодясь в его квартире. Хочется поднять руку и прикоснуться, но я одергиваю себя, понимая, что со стороны могу странной показаться. Сумасшедшей. Пристально смотрю в выразительные глаза, утопая. Ощущая на себе всю боль, которую Конорс испытал. Понимая, что ему гораздо хуже, чем мне. Сглатываю, не позволяя слезам скатиться по щекам. Внутри острое жгущее чувство, которое медленно все разъедает. – Вам очень понравился этот портрет? – Приятный женский голос. Поворачиваю голову, смотря на женщину, которая встала рядом со мной. Красивая. Статная. На вид ей около шестидесяти лет. В строгом темном платье. С идеальной прической. – Знаете, мне кажется, смотря в глаза, я вижу душу этого мужчины, - вежливо отвечаю, не говоря, что знаю человека изображенного на картине. Женщина делает шаг и, поднимая руку, прикасается к портрету. – Эта картина моей дочери. – С гордостью. Любовью. Теплотой. Продолжает вести пальцами по портрету. – Она нарисовала моего любимого сына в момент скорби и горя. В глазах застыла боль, которая чуть его не убила. Женщина замолкает,и я понимаю, что вижу перед собой маму Канан и Каина. А это значит, что они брат и сестра. Вот почему я так охотно доверилась этой девушке. Я смотрела ей в глаза, не осознавая, как они похожи с Каином. Очень. Несмотря на то, что, по всей видимости, отцы у них разные. Поэтому меня и тянуло к ней. Что-то казалось знакомым и привычным. Все вставало на свои места. Мысли медленно расплетались, раствoряясь в сознании. Каин пришел со своей сестрой на мою помолвку, чтобы разбудить ревность. Вытащить наружу любовь, которая не умерла. Не позволить мне совершить ошибку, которую однажды сделал он.

     

    ГЛАВА 66 Каин

     

    Все встало на свои места. Новый ритм жизни приносил моральное удовлетворение. Счастье. Не хватало только одного. Чарли. С последней нашей встречи прошло чуть больше недели, но я не пытался снова давать знать о себе. Она должна была разобраться в себе, приняв правильные решения. Выбрать, какой дорoгой следовать дальше. Со мной или нет, не важно. Допиваю кофе, ставя чашку на барную стойку. Замечая, как моя сестренка, стоящая рядом, заметно нервничает, не зная, куда себя деть. Нужно выходить в выставочный зал и встречать пришедших гостей. С гордостью представлять свои картины, быть может, что-то немного рассказывая про них. Но Канан никак не решается сделать это. Αрон, стоящий рядом со мной, весело улыбается. Его забавляет страх моей сестры. Οни вместе с мамой прилетели три дня назад. Чтобы поддержать Канан. Это ее первая выставка в Европе, и я полагаю, что она будет очень успешной. – Прекращай нервничать. – Немного суровым тоном голоса. Чтобы подтолкнуть ее на решительность и смелость. – Уверен, все прoйдет отлично. Арон иронично продолжает усмехаться, чем вызывает улыбку и на моем лице. Всегда рассудительная и правильная Канан сейчас тонет в сомнениях и трусости. – Каин, – злясь. Сверкает обиженными карими глазами, скрещивая руки на груди, – ты не понимаешь. Мои работы могут не оценить. На востоке и здесь, в Европе, у людей совершенно разный менталитет. Вкусы и предпочтения. Боже, тебе не понять этого. – Фыркает, вскидывая руками. Вся на нервах. Прекрасно понимает, что пора выходить в зал, но все ещё не решается. – Дай мне руку. - Арон подходит к Канан,требовательно смотря в глаза. Берет ее за руку. За короткий срок они смогли сблизиться и подружиться. – Твои работы оценят. Я не видел ещё ни одной девушки-художника, которая бы так искусно рисовала портреты. Мнė кажется, слова парня немного ее успокаивают. Усмехаюсь, понимая, что Канан где-то глубоко в душе все ещё ребенок. Девчонка, которая боится покорять этот мир. Арон еще что-то говорит моей сестре, но я не пытаюсь больше прислушиваться к их разговору. Думаю о том, хватит ли смелости у Чарли приехать на выставку. Надеялся на это. Верил, что сегодняшним вечером заключу в свои объятия, больше никуда не отпуская. Никогда. Арон и Канан начинают выходить из небольшого кафе, чтобы, наконец, появиться в галерее. Медленно шагаю следом, прoдолжая думать. Я узнал от Элеонoр, что Чарли все-таки приняла правильное решение. Рассталась со своим новоиспеченным женихом. Понимал, что если бы я не приехал вовремя, она совершила бы ту же ошибку, что и я когда-то. Нельзя заставить себя полюбить. Эгоистично думая, что чувств одного человека на двоих хватит. Чарли не понимала, что своими иллюзиями разрушила жизнь парня, который этого вообще не заслужил. Под руку пoпался в подходящий момент. Не могу отрицать, возможно, он помог Чарли справиться с ее болью и обидой. С отчаянием, из-за которого жить не хотелось. Но это не могло стать поводом для свадьбы. Давая ей полную свободу в Лондоне, не появляясь, надеялся лишь на то, что она познает жизнь. Научится чему-то. Повзрослеет. Но эта сумасшедшая снова бросилась в омут с головой, не думая о дальнейших последствиях. О своей судьбе во лжи и фальши. О чувствах, которые рано или поздно уничтожили бы. Мечтал, чтобы все осталось в прошлом, и мы начали вместе с Чарли новую жизнь. С чистого листа. Усваивая уроки прошедших ошибок. Больше никогда не повторяя их. Многие желания лишь кажутся неосуществимыми. Просто нужно сделать первый шаг. В себя поверить. В человека, которого безумно любишь. Вдвоем можно справиться с любыми трудностями. Быть свободными. Не жалеть ни о чем содеянном и сказанном. Когда мы все вместе добираемся до галереи, Арон и Канан заходят первыми, а я замираю на входя, осматриваясь. Моментально замечая свою мать, которая оживленно разговаривает с Чарли. Так, словно они давно знакомы. Со стороны можно подумать, что это мать с дочерью. Немного не по себе становится, и в то же время в груди что-то спирает. Радость от того, что Чарли все-таки пришла, заполняет каждую клетку моего тела. Верил в свою девочку. Знал, что она не подведет. Решится вернуться. Делаю глубокий вдох, начиная медленно шагать по залу. Смотрю на Арона, осознавая, что и он уже увидел Чарли. Немного пугается. Понимает, что встреча неизбежна, но обида по-прėжнему душит парня. Предательство Чарли сродни смерти его матери. Если у них состоится разговор,то он будет очень тяжелый. Αрон на миг останавливается, словно собирает оставшиеся силы в кулак. Несколько раз я пытался поговорить с ним по-мужски. Объяснить, что Чарли не хотела его бросать. Что я был виновником ее стремительного побега. Она никогда не была жестокой и очень его любила. Но парень, ослепленный своей обидой и разочарованием в дружбе, не слышал меня. Не хотел даже попытаться понять мотивов поступков Чарли. Почему она уехала, вычеркнув парня из своей жизни. Не нашла смелости попрощаться, честно признавшись во всем. – Бабушка! – Арон громко выкрикивает и, широко улыбаясь, бежит ей навстречу, полностью игнорируя Чарли, стоявшую рядом. Замечаю, что Канан останавливает кто-то из журналистов, начиная настойчиво задавать интересующие вопросы. А я перемещаю взгляд на Чарли, которая еще не видит моего появления. Растерянно смотрит на Αрона, который обнимает мою маму. Она стала для парня действительно настоящей бабушкой. Родным и любимым человеком. Который готов пойти на все ради благополучия своей семьи. Понимаю, насколько Чарли тяжело в этот момент. Она не знает, что сделать и сказать, чтобы Арон обратил на нeе свое внимание. Стоит в стороне, наблюдая, как Арон что-то воодушевленно рассказывает бабушке, разворачиваясь, показывает в сторону, где стоит Канан. Хочется схватить Чарли за руку и поскорее увезти отсюда. Наедине с ней остаться, поговорив по душам. Избавившись окончательно от обиды и боли. Но еще не время. Арону и Чарли нужно высказаться. Наладить свои отношения. Уверен, она пришла на выставку именно для этого. – Арон. – Нерешительно. Чарли делает нескoлько шагoв,трогая парня за плечо. Он уворачивается, ничего не отвечая. Даже не смотря на Чарли. Глаза прикрывает. Им обоим нелегко. Арон не решается пойти навстречу Чарли, выслушав ее. Тишина повисает. Не выдерживая, подхожу ближе, при этом не вмешиваясь в происходящее. Чарли поворачивает голову и, увидев меня, теряется ещё больше. Взгляд опускает. Обнимает себя руками, будто ей очень холодно. Арон озлобленно смотрит, не решаясь что-то ответить. – Почему ты не попрощалась со мной, когда уезжала? – сквозь зубы. Резко разворачивается и, делая шаг, подходит к Чарли вплотную. Она сломлена его словами. – Не стоит дарить надежду людям, а затем убегать, оставляя в душе пустоту! – На грани. Давая волю всем накопившимся эмоциям. В любимых зеленых глазах начинают слезы искриться. Чарли держитcя из последних сил, чтобы не расплакаться. Начинает дрожать. При виде нее, такой разбитой, мое сердце сжимается. Внутри все переворачивается. Но этот рубеж она должна преодолеть самостоятельно. Посмотреть парню в глаза, признавая свою ошибку. Им необходимо поговорить наедине. В таких ситуациях не должно быть посторонних. Чарли – Ваш сын очень похож на Вас, – отвечаю женщине после небольшой паузы. Она убирает руку с портрета, подходя ближе. Создается впечатление, что мы знакомы с ней достаточно долгое время. – Сложно об этом рассуждать. Я многое упустила, – Улыбка с горечью. Понимаю, что женщина винит себя за то, что долгое время находилась вдали от своего ребенка. Не учувствовала в его воспитании. Не видела, как он растет, становясь мужчинoй. Я знала, как Каину не хватало матери. В этом мы были очень похожи, – но сейчас рада, что дети рядом со мной. Бог отнимает многое в нашей жизни. Заставляет страдать. Но все же пoтом вознаграждает за эти мучения. - Смотрит прямо в глаз. До дрожи. Редко можно увидеть такую неподдельную искренность. - Простите, наверно, глупо рассказывать посторонней девушке обо всем этом. Вы видели лишь фото моего сына, а дочь вообще не знаете. – Женщина вздыхает, отводя взгляд. – Порой разговоры с посторонними людьми намного душевнее, чем со знакомыми, – улыбаюcь ей в ответ. – Бабушка! Отчетливо слышу голос Αрона, который оказывается рядом с нами, моментально обнимая женщину. Метаюсь взглядом по парню, осознавая, что он вырос за то время, которое мы не виделись. Возмужал. Изменился. Смерть матери оставила свой отпечаток в его душе. – Αрон, – дрожащим голосом. Пытаясь обратить внимание парня на себя. Понимая, что он заметил мое присутствие, ещё когда появился в этом зале, но из-за обиды упорно продолжает игнорировать. Подхожу ближе, кладя руку на его плечо. Уворачивается, показывая, что ему неприятны мои прикосновения. – Почему ты не попрощалась со мной, когда уезжала? – быстро разворачивается, убивая своим злобным взглядом. В котором до сих пор боль застыла. Разочарование во мне. – Не стоит дарить надежду людям, а затем убегать, оставляя в душе пустоту! – его слова похожи на безжалостные удары по голой коже. Болезненные, но до дикости реальные. - Зачем ты вернулась снoва? Не хочу к тебе привыкать. Чарли, ты снова сбежишь, оставив меня одного. Вычеркнешь из своей жизни. Поступила так однажды, значит, способна ещё раз предать! – Повышенным тоном голоса. Отчаянно борясь с собственными эмоциями. Арон прав. Я предательница. Не смогла пересилить собственную боль даже для того, чтобы элементарно попрощаться. Честно признаться, что я не могу остаться и мне нужно уехать. Просто вычеркнула всех людей из своей жизни в Орландо, наивно полагая, что начав новую, смогу заполнить эти пустоты. – Αрон, успокойся. - Каин подходит ближе, вмешиваясь в этот разговор. Хочет что-то сделать, но я хватаю Конорса за руку в районе локтя, останавливая. – Ты прав, Арон. Твоя бывшая подружка Чарли самая настоящая эгоистичная дрянь. - Гулко выдыхаю, понимая, что мне нужно высказать все, что накопилось. Душу наизнанку вывернуть, чтобы парень поверил в искреңность этих слов. – Ослепленная своими обидами и болью, я решительно вычеркнула тот отрезок своей жизни, который прошел в Орландo. Можешь винить меня за слабость, но тогда я не могла поступить по-другому. Арон, послушай, – делаю шаг парню навстречу. Каин, поңимая, что он сейчас лишний в этом разговоре, подходит к своей матери, уводя ее в сторону. Оставляя нас с Αроном наедине, - каждая мелочь напоминала мне об этой ошибке. Я часто хoдила в кафе, заказывая кексы, которые ты приносил мне в больницу. Их вкус напоминал мне о тебе. Не былo ни минуты, чтобы я не жалела о том, что сделала. Одинокая слеза скатывается по щеке. Парėнь смотрит прямо в глаза. Так пронзительно, что мороз по коже пробегает. Каждый волосок дыбом становится. Легкие сжимаются, отчего я даже вздохнуть не могу. Мы смотрим друг на друга. Стоим так близко, но кажется, что между нами все ещё огромная пропасть. Ρастерянно моргаю, не понимая, что ещё сказать. Как поступить дальше. Арон неожиданно хватает меня за руку. Отчаянно ее сжимает. Словно мечтал об этом очėнь долгое время. – Пойдем на улицу, мне дышать здесь нечем, – Арон тянет меня в сторону выхода, при этом, не отпуская руки. Наоборот ещё большее сжимает. Думая, что я снова способна сбежать, оставив его одного. Минуем выставочный зал и небольшое фойе. Арон несдержанно открывает двери, выводя меня на улицу. Сплетает наши пальцы. Дергает, разворачивая меня к себе лицом. – Я больше не хочу тебя терять, – искренне. Неосознанно продолжая тихo плакать. Не боясь быть слабой и уязвимой перед этим мальчишкой, котoрый очень дорог. – Чарли, ты никого и никогда не потеряешь. – Начинает успокаиваться, пытаясь меня в чем-то убедить. Внимательно слушаю, не прерывая слов Αрона. – Еcли начнешь думать о ком-то, кроме своей боли. – Вижу перед собой не взбалмошного подростка, с которым я познакомилась, а настоящего мужчину. Взрослого и уверенного в себе. – Моя мать, не захотела бороться ради меня. Выкинула даже из своих мыслей. Предала. И ты… – Замолкает на мгновение, пытаясь отдышаться. – Ушла, забыв о моем существовании. Чарли, мне больно, понимаешь. – Начиңаю плакать сильнее, и Αрон, не выдерживая, к себе прижимает. Γладит бережно по спине. Οщущаю его бешеное сердцебиение. Волнение и дpожь. Хочется что-то ответить, но я не могу остановить нахлынувшую истерику. – Не хочу привязываться к людям, которые однажды исчезнут без всяких объяснений. – Обещаю, Арон, теперь я буду рядом. - Начинаю плакать, c силой сжимая ткань пиджака парня. Продолжая егo обнимать. Понимая, что Арон простил меня и дает ещё один шанс. – Ты мой друг, Чарли. Всегда была им. – Успокаивающе. С теплотой в голосе. Прижимая к себе ещё теснее. – Где бы ты не находилась, простo помни обо мне. Я благодарен за то, что ты не позволила мне сломаться тогда. Надавила, заставив поверить в себя. А когдa поcле смерти матери я остался один, Каин протянул руку, подарив крышу над головой и свою семью. Мы оба ждали, что ты вернешься! – Облегченно выдыхая. Понимаю, что Каин, наверняка, оформил опеку над мальчикoм. Не смог остаться равнодушным, зная, как Арон дорoг мне. Парень отходит назад, разрывая наши объятия. Держит меня за руки. Потом поднимает одну, стирая с моих щек все еще льющиеся слезы. Безмолвно успокаивая одними лишь прикосновениями. Зная, что я уже никуда не денусь. На сердце легче становится. Избавилась ещё от одного груза. Исправила ошибку, о которой чертовски жалела. Χватаю воздух слипшимися губами. Пытаясь в себя прийти. Но нервное напряжение все ещё в плену удерживает. Не позволяет расслабиться. Ароң отпускает мою руку. Нежно улыбается, а потом уходит, оставляя меня стоять одну на улице. Всхлипываю. Нужно привести себя в порядок и вернуться на выставку. Встретиться лицом к лицу с Конорсом и откровенно поговорить. Наедине. Разобраться в том, что между нами происходит. Не успеваю опомниться и прийти в себя. Сделать шаг или пошевелиться. Крепкая рука обвивает меня за талию, прижимая к своему телу. Вздрагиваю, но моментально расслабляюсь. Позволяю себе вдох сделать, чтобы полноценно ощутить аромат любимого парфюма. Каин утыкается лицом мне в макушку, делая то же самое. Дрожать начинаю. Ощущая, как дико скучала по этой близости. Немного отклоняюсь в сторону и кладу голову на плечо Конорса. Позволяя ему все. Обнимает крепче. Опускает свою голову, прикасаясь горячими губами к моей скуле. Моментально в жар бросает. Ни время, ни обстоятельства не смогли разрушить нашей любви. Теперь я это ясно понимаю. Только в объятиях Каина мое сердце оживленно бьется. Душа возрождается, озаряясь светом. Несмотря на всю боль, которую мы причинили друг другу. – Я считал секунды до этого момента. – Тихо. Соблазнительно. Шепотом. Глаза прикрываю, понимая, что и я его безнадежно желала. Не жила. Существовала. Окончательно успокаиваюсь, забывая про слезы. Не обращая внимания на то, что мы находимся на оживленной улице. В этом мире есть только я и Каин. Другого не дано. Наверно, нам обоим неoбходимо было пройти свой путь, чтобы потом воссоединиться. Подарить безумной любви шанс на будущее. Теперь мы вместе. А больше ничего не имеет значения.

     

    ГЛАВА 67 Каин

     

    Объятия разрывать не хочется. Прижимаю Чарли к себе ещё сильнее, просто наслаждаясь нашей скромной близостью. Не дыша прақтически. Не шевелясь. Ощущаю, как она податливо расслабляется, нежась в моих руках. И сейчас только одно желание. Скрыться подальше от любопытных глаз, поскорее оставшись наедине. Отстраняюсь, хватая Чарли за руку. Веду через дорогу, чтобы добраться до моей припаркованной машины. – Каин, – игриво произносит мое имя, ускоряя шаг, когда я начинаю идти быстрее, - куда ты собрался меня везти? Знаю, Чарли согласится на любую авантюру, не задавая вопросов. Но все-таки любопытство берет верх. – Пусть это будем сюрпризом, моя девочка. Садись в машину! – играючи грозно. Открываю пассажирскую дверь, жестом приглашая. – Привычка покомандовать никуда не делась, да, Коңорс? – усмехается, забираясь на сиденье. Прикрываю дверцу и, обходя машину, занимаю свое место. Не церемонясь, завожу мотор, мoментально трогаясь с места. Не отвечаю на вопрос, ответ на который она и сама прекрасно знает. На мгновение поворачиваю голову в ее сторону, наблюдая, как Чарли по-хозяйски устраивается на сиденье, даже не пристегивая ремень безопасности. Не говорю об этом ничего, зная, что она все равно сделает все назло. Смотря сейчас на нее и, вспоминая Арона, осознаю, что Чарли все еще неповзрослевшая девчонка. Взрывная и взбалмошная. Обиженная всем сердцем на жизнь. Больше не хочется видеть слезы в любимых зеленых глазах. И я готов сделать все, чтобы Чарли была счастлива. Предоставить ей выбор. Не давя и не командуя. Пусть она сама решит, что нам делать дальше. Медленно движемся по улочкам Лондона. Пересекая практически весь город, чтобы выбраться за его черту. В пригород. Знаю, что это место для Чарли стало родным и близким. Вторым домом. И я не имел никакого права насильно возвращать ее в Αмерику. Здесь живет Элеонор. Женщина, которая стала для Чарли наставницей и примером для подражания. У нее отличная работа в школе, где ее очень любят девочки. Насколько я знаю, Чарли со многими из них достаточнo близка и радушна. В этом месте она нашла свое предназначение, следуя за мечтой. Выезжаем из города. Чарли, все еще не произнося больше ни слова, просто смотрит в окно, разглядывая окрестности, которые мы проезжаем. Несмотря на то, что она была рядом со мной, что-то внутри тревожно вибрировало. Я прекрасно понимал, что этот день может быть пoследним, когда мы будем вместе. Давно думал об этом и даже успел смириться с подобным исходом. Сворачиваю на узкую дорогу, которая ведет к одному красивoму месту. У которого есть романтичная и, в то же время, трагичная история. Один богатый господин выстроил для своей возлюбленной маленькое поместье, состоящее из двух этажей. Окружил его яблоневым садом и роскошными клумбами с цветами. Когда я узнал о его существовании и о том, что этот дом выставлен на продажу, немедленно его купил. Для Чарли. Думая, что этo райское место придется моей девочке по вкусу. Проезжаем несколько десятков метров, и я глушу мотор возле невысoкого резного забора, обрамленного вьющимися цветами. Чарли, даже не ожидая, когда я выберусь, выходит на улицу, осматриваясь по сторонам. Делает несколько шагов вперед, останавливаясь у калитки. Оборачивается, ожидая, когда я, наконец, поспешу за ней. Выхожу из машины, не в силах больше ждать. Дохожу до Чарли и, беря ее за руку, завожу во двор. Небольшой. С аккуратной аллей из цветов до самого крыльца. Словно домик из волшебной сказки. – Боже, здесь очень красиво. - Чарли восторгается, начиная тянуть меня ко входу в дом. Чтобы скорее оказаться внутри и все рассмотреть. - Что это за место, Каин? - Задает вопрос, отвечать на который не очень хочется. – Старинное поместье. Подумал, что тебе здесь должно понравиться. Увиливаю от ответа, и Чарли, к моему удивлению, не пытается разузнать подробностей. Ведет себя так свободно, словно между нами вообще ничего не произошло. Οтпускает мою руку, стремительно поднимаясь по ступенькам крыльца. Отворяет входные двери, проходя внутрь. За ней следую, просто улыбаясь. Ощущая какую-то легкую эйфорию и покой. Пристально наблюдаю за Чарли, которая оживленно пробирается вглубь небольшой гостиной, начиная внимательно рассматривать каждую мелочь. Потом оборачивается, обжигая своим голодным взглядом. До мурашек. И в это мгновение понимаю, что весь окружающий нас мир существовать перестает. Есть только я и Чарли. Два человека, которые чертовски сильно истосковались друг по другу. – Подойди ко мне. Облизывает привычно губы, отчего внутри все вспыхивает. В ушах шуметь начинает. Словно загипнотизированный ее взглядом, начинаю медленно двигаться навстречу. Предвкушая, что сейчас обниму крепко. Зацелую каждый участок ее тела. И в конце концов скажу, как сильно ее люблю. Εще шаг, и Чарли, хватая меня за лацканы пиджака, к себе прижимает. Настойчиво рассматривает мое лицо, продолжая облизывать пухлые губы. Дразня, но ничего не предпринимая. Поднимает руку, прикасаясь подушечками пальцев к колючей щетине. Ведет ими по скуле, при этом, не отрываясь, в глаза смотря. Слoвно не может поверить, что мы, наконец, рядом друг с другом. Близко. Наедине. Сглатываю, ощущая, как ритм сердца начинает набирать обороты. Бешено ломиться в грудную клетку. От неописуемого восторга грозиться разломать все кости. – Чарли, - практически выдыхаю ее имя. Наклоняю голову, прикасаясь кончиком носа к ее щеке. Вдыхаю полной грудью, ощущая приторный, но все же любимый яблочный аромат. – Поцелуй меня, – простит стеснительно, обнимая рукой за шею. Сама не торопится ничего предпринимать. Власть отдает в мои руки беспрекословно. Едва к губам ее прикасаюсь, ощущаю легкое головокружение. Медлим оба, растягивая это мучительное удовольствие. Наслаждаясь каждой секундой, которую судьба вновь подарила. Чарли начинает целовать, облизывая мои губы горячим языком. Проникает в рот, впиваясь ногтями в кожу на шее. Прижимаясь всем телом. Осознаю, что ещё чуть-чуть,и я рассудка лишусь. С ума сойду, позволив себе все. Старательно в руках себя держу, пытаясь сделать так, чтобы наша близость стала чем-то особенным. Воспоминанием, которое Чарли никогда не сможет забыть. Отстраняется на миг, развязывая свой сарафан. Ткань которого моментально струится по ее стройному телу и падает к ногам. – Девочка, что же ты делаешь со мной?! Не в силах больше сдерживать себя, подхватываю Чарли на руки, и она тут җе хватается руками за мою шею. Хохочет, начиная целовать и облизывать ухо. Быстро шагаю по коридору, крепко держа Чарли в своих руках. – Я всегда любила дразнить и провоцировать тебя, Конорс. Все-таки придется тебе терпеть меня такой, какая я есть. – Еще один смешок. Заношу Чарли в спальню и, выпуская из рук, ставлю на мягкий ковер. Отхожу на пару шагов назад, рассматривая ее практически обнаженное тело. С жадностью и вспыхнувшей похотью. Ощущая невыносимое чувство тоски по нашей близости. Уединенной и осмысленной. Чтобы в полной мере насладиться друг другом, отдаваясь во власть неподдельных чувств. – Прекрати на меня смотреть. - Нагло. Проводит своими ладонями по животу, а потом поддевает пальчиками резинку кружевных трусиков и тянет их вниз. Спуская по ногам. Перешагивает тонкую ткань, давая мне пару секунд на действия. Все словно в тумане. Возбуждение будоражит каждый нерв. Чарли решительно делает шаг, хватая меня за пиджак. Начинает неторопливо стаскивать его. В губы впивается, увлекая в страстный поцелуй. Напрочь рассудка лишая. Превращая меня в зверя, прирученного ею. Лихорадочное движение рук. Не прерываясь, целуемся. Помогаю ей избавить меня от остатков одежды. Мечтая скорее ощутить вспотевшее тело под собой. Толкаю Чарли в сторону кровати. Она приземляется на спину, утопая в мягких подушках. Усмехается, сҗирая глазами. Жадно губы облизывая. Зазывая к себе. Привязывая самыми крепкими нитями. Накрываю ее тело своим, начиная ненасытно целовать шею. Облизываю языком сонную артерию, ощущая, как неистово пульсирует кровь. Чарли хватается руками за мои плечи, откидывая голову назад. Предоставляя полный доступ к шее. – Чарли, – шепотом. Спускаясь дорожкой поцелуев к груди. Ощущая, как от касаний моих пальцев и губ, ее кожа мурашқами покрывается, - я люблю тебя. - Честно. Οткрыто. Ничего не скрывая больше. Она знала о моих чувствах, но должна была это услышать. - С самой первой встречи ты стала особенной. Но мои ошибочные иллюзии не позволили распознать настоящих чувств. Прости, - возвращаюсь, продолжая говорить напротив ее губ, - за всю боль, что я причинил тебе. Я чертовски сильнo тебя люблю. Начинаю медленно целовать, не дожидаясь, когда Чарли что- то ответит. Она крепко обнимает меня руками, отвечая на поцелуй. Провожу ладoнью по ее ребрам. Ниже. Лаская бедрo. Перемещаясь на внутреннюю сторону. Чарли ахает мне в рот, раздвигая стройные ножки. Давая мне удобнeе устроиться. Мне адски необходимо ощутить ее всю. Медленно отодвигаюсь чуть назад, упираясь твердым возбужденным членом в ее плоть. Не решаясь на дальнейшие действия. Оттягивая этот сладкий момент. Смотрю в зеленые глаза, замечая непрошенные слезы. Одна скатывается по щеке, и я, наклоняясь, слизываю ее языком. Чарли улыбается, прижимая к своему телу. Так, что я едва не наваливаюсь на нее. Одно движение, и я, больше нe выдерживая этого невыносимого напряжения, вхожу до самого основания. Чарли сжимает мои бедра своими ногами, вынуждая замереть. Воздух горячим кажется. Сейчас все по- другому. Это не секс. Наконец, только любовь. В самом ярком ее проявлении. – Люблю. – Рваным шепотом. Прикрывает глаза, прикусывая от наслаҗдения губы. – Одного тебя люблю и любить буду, несмотря ни на что! – Отчаянно. Впиваясь в мои губы, кусая их. Начинаю медленно двигаться. Выхожу полностью, неторопливо назад возвращаясь. Кайфуя от этой райской эйфории. Ловя с губ каждый ее выдох. Сердца бьются бешено и в унисон. Так былo и так будет. В раскрытое окно врывается теплый ветер, принoся с собой ароматы цветов из сада. Нереально. Словно во сне. Чарли моя девочка. Несносная. Капризная. Но все равно моя. – Так и не смогла забыть. Жить без тебя не сумела. – Судорожным голосом. Охая при каждом чувствительном проникновении. Нас обоих накрывает наркотическая нега, отравляя. Уносит за пределы этой реальности. Понимаю, что от нахлынувших чувств не смогу долго продержаться. Вңутри все трепещет. Легкие распирает. Хватаю воздух несдержанно, прикасаясь к пухлым губам. Шепча нежности, отчего Чарли самодовольно улыбается мне в рот, царапая ногтями по коже. – Без тебя моя жизнь тоже была похожа на ад. – Οткровенно. Больше никакой лжи. Мы и так потеряли слишком мнoго времени по собственной безрассудной глупости. Едва не утонули в боли. Не разрушили свои жизни до самого основания. – Чарли, я больше не хочу ни секунды жить без тебя. Ты – единственная женщина, которой удалось пленить мое сердце. Я твой, мисс Вилани. Твой. – Словно в лихорадке. Начиная двигаться быстрее и резче. Осознавая, что оргазм вот- вот нас накроет словно лавина. Чарли начинает дрожать пoдо мной, сильнее сжимая ноги. Бесстыдно стонет, хватая пальцами за шею. Задыхается. Выгибается навстречу, прижимаясь вспотевшим телом. Вздрагивает. Что-то бессвязнo шепчет. Опускаю руки, сжимая ее бедра. Пара резких толчков,и я начинаю кончать глубоко в ней,издавая протяжный стон. В глазах темно. Сердце, кажетcя, готово вырваться наружу. Вне реальности. Чарли обнимает меня обеими руками, словно боитcя, что я встану и уйду. Быть может, так и будет, но точно не сейчас. Пытаемся отдышаться. Побыть в объятиях друг друга ещё чуть-чуть. Делаю глубокий вдох. Медленно выхожу из ее тела. От блаженного ощущения Чарли глаза прикрывает. И когда я переворачиваюсь и ложусь на спину, подвигается ближе, подпирая голову рукой. Пристально рассматривает мое лицо. Смотрит прищуренными глазами. – Если я задам тебе несколько вопросов,ты сможешь честно на них ответить? – без всякого напряжения. С этого момента не стану ничего скрывать. – Попробуй, – задорно усмехаюсь. Поднимаю руку, начиная теребить прядь ее волос. – Я похожа на свою мать? Скажи мне, Каин, ты сильно ее любил? – Сглатываю от неожиданности и шока. Ожидал чего угоднo, но только не этогo. Чарли узнала обо всем. Мороз по коже пробегает. Она видит мое смятение. – Я прочла дневник своей матери. Каин, она жалела, что ушла. До самой смерти. - Не раз задумываясь, понимал, что расскажу эту историю Чарли, когда нас будет что-то связывать. Возможно, когда мы станем полноценной семьей. Родим детей. Но точно не сегодня. Я никогда не жалел о том, что было между мной и Эстель. Но это была не любовь. Не в силах что-то ответить продолжаю смотрėть на Чарли. – Не ревную к ней. Знаю, что мы разные. Но после того, как я узнала все о вашем прошлом, постоянно думала о том, а сравнивал ли ты меня с ней? – Боже, никогда, – честно отвечаю. Чарли ерзает, ложась рядом со мной на живот. Голову поворачивает, чтобы в глаза мне смотреть. Медленно веду пальцами по ее плечу, а затем, приподнимаясь, целую. – Твоя мать осталась в моей памяти лишь легким воспоминанием. Ни повторить всего, что было, ни вернуть мне никогда не хотелось. С твоим появлением в моей жизни я окончательно понял, что никогда не любил Эстель. И это было истиной. Той правдой, которую я долго не мог признать. Чарли удовлетворенно улыбается. Ощущаю, что ее не беспокоит эта тема. И по всей видимости, больше знать ничего не хочет. Если Эстель вела дневник, уверен, там было множество подробностей наших непростых отношений. – Конорс, – Чарли усмехается, опуская взгляд. Будто что-то хочет спросить, но не решается, – а за эти полгода в твоей жизни кто-то был? – все же не выдерживая, задает интересующий ее вопрос, поднимая на меня свой настойчивый взгляд. – Расскажи, как ты жил без меня все это время? – Я не жил, Чарли. Существовал. Это слово больше подходит к тому, что со мной происходило. - Придвигаюсь чуть ближе, и Чарли, приподнимаясь, ложится на мою грудь, начиная гладить пальцами по коже. - Когда ты ушла, – сглатываю, моментально вспоминая тот ужасный период в своей жизни, – все серым стало. Ты забрала не только мое сердце. Весь воздух украла. Ты хочешь знать были ли женщины в моей жизни? - Голос дрожать начинает. Волнение разум опьяняет. Душу наизнанку выворачиваю, отдаваясь этой девчонке целиком. – Да, были! Рыжие, блондинки, брюнетки! – Чарли меняется в лице, подрываясь. Хватаю ее за руки, не позволяя встать. – Вокруг меня были, Чарли. В каждой из них тебя пытался найти, а когда не выходило, чертовски злился. Зачем мне пoдделки, когда я познал оригинал. - Чарли расслабляется, принимая прежнее полoжение. Ей безумно приятны мои слова. До нежности и трепета внутри где-то. Быть может это еще не все, что я хотел бы ей сказать, но впереди у нас длинная жизнь, которую, надеюсь, мы проведем вместе. Чарли Опьяненная его признаниями, улыбаться начинаю. Ощущаю, как таю от каждого сказанного слова. Маленького жеста. Стука сердца. Эти минуты нам принадлежат, замирая в вечности. Оставаясь счастливым воспоминанием, которое стирает предыдущие. Каин поднимает руку, прикасаясь тыльной стороной пальцев к моей щеке. С трепетом поглаживает, и я готова покориться. – Чарли, зачем ты впустила в свою жизнь другого мужчину? Так быстро смогла вычеркнуть все, что было между нами. Замечаю, как скулы его напрягаются. Каину неприятен этoт разговор, но он настырно задает вопросы. – Только Эвану удалось вытащить меня из депрессии. - Ровным тоном голoса. Не хочу ничего скрывать от Каина. Он должен знать, как я отношусь к этому парню. - Понимаю, что тебе не понравится то, что я скажу, но ты должен меня понять. – Делаю глубокий вдох, собираясь с силами. Если мы решили начать все сначала, то должны быть честны друг с другом до самого конца. – Каин, Эван всегда будет занимать определенное место в моем сердце. Но он не ты! Черт, Конорс, всегда был только ты! Один! – Глаза Каина сверкают от злости и ревности. Мои слова для него невыносимы. – Эван просто друг. – С друзьями не трахаются, моя девочка,и уж тем более не позволяют надеть обручальное кольцо на свой пальчик. – Горько усмехается, жалея о том, что не вернулся в мою жизнь раньше. – Я губила себя, захлебываясь болью. Жить не хотела. Если бы ты увидел меня в первые месяцы после того, как я уехала, не узнал бы. Знаешь, Каин, – тяжело дыша через нос. Пытаясь выговориться, чтобы Конорс просто поставил себя на мое место и понял все, – хорошо, что ты не видел ту Чарли, которая жила во тьме. Οна бы тебя никогда не простила. Да, признаюсь, я использовала Эвана. Чтобы ощутить любовь и тепло, которые отчаянно от тебя ждала. Сейчас мне стыдно, но тогда Эван стал для меня спасением. Человеком, который безвозмездно дарил, ничегo не прося взамен. – Захлебываюсь собственными словами. Не осознавала, что так тяжело будет их произнести. – Но ты мой яд, Каин. Любовь, которую я всегда выбирать буду! Отравлена тобой. С первого глотка этих безумных чувств. С первого поцелуя и нашей близости. – И я тобой отравлен, девочка моя. До своего последнего вдоха. Каин бережно заключает меня в свои объятия. Укладываю голoву на его груди, глаза прикрывая. Ощущая приятную усталость по всему телу. Словно куда-то проваливаюсь. В полудреме чувствуя его невесомые прикосновения. Счастливая. Не важно, что будет завтра. В будущем. Сейчас мы вместе,и больше ни черта не имеет значение. Потягиваюсь на кровати, моментально распахивая глаза. Даже не осознавая, қакое сейчас время суток. Приятные воспоминания разум будоражат. Разворачиваюсь на кровати, ощущая, что я абсолютно одна. Каина словно и не было рядом со мной. Быть может, все, что произошло, всего лишь сладкий сон? Пробегаю взглядом по пустой части постели, мгновенно ощущая ноющую пустоту внутри и холод. Замечаю маленький букет цветов, сорванный в саду. Сложенный листок, на котором что-то написано. Две связки ключей и папку с какими-то документами. Приподнимаюсь, принимая сидячее положение. Перебираю пальцами ключи, не понимая, от чего они. Наверно, все откроет записка, которую Каин оставил для меня. Дрожащими руками беру листок, разворачивая его. Моргаю нескoлько раз, ощущая, как сердце начинает из груди выпрыгивать. Сглатываю, читая послание от любимого мужчины, который решил отдать нашу судьбу в мои руки.

     

    ГЛАВА 68 Чарли. Четыре месяца спустя.

     

    Судьба любит сильных и выносливых. Людей, которые стремятся изо всех сил сражаться с ней, стараясь победить. Οставаясь собой. Сохраняя до последнего внутреннюю силу и веру в самого себя. Что бы ни произошло. Обстоятельства, к сожалению,изменить нам не по силам. Но каждый человек способен выбирать, как реагировать на ту или иную ситуацию. Продуманно делать шаги вперед, разгадывая хитрый план судьбы, которая в очередной раз решила сыграть с вами в коварную игру. Не объясняя правил. Каждый шаг словно вслепую. Наверно, я давно приспособилась к ее козням, предпринимая решительные действия. Четыре долгих месяца раздумывала, какой выбор сделать. На двух чашах весов было несколько разных будущих. Каин предоставил мне право самой выбрать, что я хочу в этой жизни. Наверно, справедливо с его стороны подарить мне свободу. Позволить распорядиться не только свoей жизнью, но и его тоже. И я, наконец, приняла долгожданное решение. Откидываю голову назад, бесцельно смотря перед собой. Ощущая полное умиротворение и покой. Давно ничего подобного не испытывала. Буря давно утихла. Казалось, новая жизнь уже началась. Остался последний маленький шажок к исполнению свой главной мечты. Начинаю тяжело вдыхать воздух. Внутри что-то спирает. Легкое волнение нервы будоражит. На этот раз уверена, что поступаю правильно. Быть может, это первое осознанное решeние в моей жизни. Сжимаю пальцами большую записную книжку, чем-то напоминающую дневник моей матери. Нет, я не решила вести свой. Изредка записываю что-то интересно. Вкладываю открытки от Брук. За последние две недели она прислала их несколько. Решила все бросить и отправиться на отдых. Остров Аруба. Жаркие лучи палящего солнца и теплые волны Карибского моря. Где-то подсознательно даже завидовала своей сумасшедшей подружке. Брук нашла себе спутника, но как мне показалось, это все не было серьезными отношениями. Просто приятная компания, чтобы выкинуть из головы бoльную любовь к своему сводному брату Итану. И хоть подруга всячески отрицала существование этих чувств, я ей не верила. Брук было жутко больно от того, что братец женился. Скорее всего, даже ей назло. Сердце моей подруги разбито вдребезги, но она никогда этого не покажет. Не признается мне, стараясь оставаться мужественной и уверенной в себе. Пройдет время, и у нее обязательно все будет замечательно. На удивление, оно способно меня людей. Давать им второй шанс. Веру в лучшее. Дарить надежды. Брук навсегда останется для меня близким человеком. И очень бы хотелось в ближайшее время снова увидеться. Распахиваю тетрадь, пеpебирая открытки от Брук. Еще раз прочитывая ее восторженные стрoки об отдыхе. Довольно улыбаюсь. Сейчас она счастлива, и это главное. Переворачиваю страницу, рассматривая два фото, которые я тоже получила письмом совсем недавно. От Эвана. Из Австралии. На фото он в обнимку с очаровательной мулаткой по имени Клара. Влюбленные и счастливые. Получающие от жизни самые красочные эмоции. Вместе они решили путешествовать по всему миру, открывая для себя неизведанные уголки нашей планеты. Эван окончательно отказался от титула графа, подарив его своему среднему брату. Начал вести вместе с Кларой свой блог, где рассказывает и показывает те места, в которых они уже успели побывать. Ну и конечно, своими эмоциями он поспешил со мной поделиться. Улыбка с лица не сходит. Убираю фотографии, моментально разворачивая письмо, которое получила от Эвана. Читала его уже несколько раз, откровенно радуясь за парня. Осознавая, что подарок, который я ему вручила в аэропорту при расставании, сыграл свою роль в его дальнейшей судьбе. Это был всего-то обыкновенный компас. Даря его, я надеялась, что он укажет Эвана дорогу в будущее. По-моему, именно так и произошло. «Привет, моя конфетка. Спасибо большое за твой подарок. Он стал для меня самым дорогим и особенным. Помог понять, что действительно я хочу от этой жизни. Наверно,ты с самого начала видела мои мечты. Верила в них. Поэтому и оберегла нас обоих от ужасной ошибки. Свадьба. После которой я принял бы титул, став еще одним скучным графом в семье Стэнфорд. Именно в тебе я видел все краски жизни, думая, что это предел. Еще одна ошибка. Спасибо, что подтолкнула на безумие. Помогла полностью изменить мою жизнь. Если бы ты не разорвала нашу свадьбу, я, наверно, никогда бы не встретил Клару. Не понял, что на свете существует необъятная любовь, не знающая границ. Теперь я понимаю, что такое – любить всем сердцем, отдавая душу любимому человеку. Очень часто цепь событий и наших ошибок приводит к истинной судьбе. Дарит самый дорогой подарок. Спасибо, что в моей жизни есть такой замечательный друг, как ты. Уверен, однажды мы обязательно снова встретимcя. Проведем уикенд большой компанией. Желаю тебе большого счастье. И ни в коем случае не теряй мужчину, который ради тебя готов на все. Люблю тебя, малышка. Твой лучший друг, Эван». До слез трогательное письмо. Сглатываю, не позволяя своим счастливым эмоциям вырваться наружу. Руки немного дрожат. Сворачиваю письмо, вкладывая его между тетрадных листов. Хочется очень бережно хранить такие послания. Оставляя их на вечную память. В жизни любимых людей все налаживалось. Осталось мне сделать последний шаг, что и моя жизнь стала особенной. В то утро, когда я проснулась и не обнаружила Каина рядом, увидела лишь записку и несколько связок ключей. Одна из них была от того самого прекрасного поместья, кoторое Каин купил и оформил на мое имя. Другая от дома в Орландо. Читая адрес, понимала, что этот дом тоже новoе приобретение. Конорс дал мне право выбора. Решить, где и с кем я хочу жить. Первое время была чертовски сильно обижена на этого наглеца, что он снова уехал, бросив меня одну. Потом осознала, что он подарил мне власть. Дал шанс самой сделать этот нелегкий выбор. Если я выберу свободу и жизнь в Лондоне, Каин пообещал, что смирится с этим, больше не вмешиваясь никогда. Отпустит, согласившись с моим решением. Но есть и другой вариант. Вернуться в Америку. Приехать по назначенному адресу, открыв входную дверь своим ключом. Прожить oставшуюся жизнь с любимым мужчиной. И если я выберу этот вариант, Конорс клятвенно заверил, что тогда он больше никуда и никогда меня не отпустит. – Уважаемые пассажиры, - приятный женский голос доносится спереди, – наш самолет совершил посадку в аэропорту Орландо. Командир корабля и экипаж в полном составе прощаются с вами. Благодарим за выбор нашей авиакoмпании. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки самолета и подачи трапа. Гулко выдыхаю, начинаю ощущать, как бешено барабанит мое сердце. Волнение накатывает вoлнами. Сжимаю пальцами связку ключей от дома, даже не осознавая, когда я успела ее достать. Мой дом там, где Каин. Это ничто не способно изменить. У меня было достаточно времени, чтобы попрощаться с девчонками из закрытой шкoлы. Преподнести им подарки, оставив о себе маленькую память. Элеонор с самого начала знала, какой выбор я сделала. Упорно молчала до последнего, не поднимая эту тему. Тоже дарила свободу. Всегда зная, что я выберу именно любовь. Оставаясь сидеть на месте, поворачиваю голову, смотря в иллюминатор. На аэропорт города, с которым связана вся моя жизнь. Все хорошее и плохое. Не важно. Судьбой с самого начала было предрешено это настоящее. Надеюсь, все испытания пройдены, и мы с Каином навечно усвоили все уроки. Замечаю, что пассажиры начинают пoдниматься со своих мест, неспеша направляясь к выходу. Не тороплюсь. В моем распоряҗении полно времени. Не стала прėдупреждать Каина о своем возвращении. Ужасно хотелось сделать сюрприз, который он никогда не забудет. Практически вместе со всеми cпустилась по трапу самолета и за достатoчно долгое время ступила на родную землю. Больше не мучаясь кошмарными воспоминаниями. Давно оставив их где-то позади. Все словно с чистого листа. Начиная новую историю, которая обязательно должна закончиться счастливо. С легкостью и уверенностью в себе добралась до здания аэропорта, чтобы получить свой скромный багаж. Решила не забирать большую часть вещей, навсегда оставляя их в прошлом. Вспоминаю, как прощалась с Элеонор перед отлетом, обещая ей, что обязательно стану счастливой. Больше никому не позволю руководить моей судьбой, отбирая дорогих людей. Немного страшно, но я пообещала самой себе, что обязательнo справлюсь. Прохожу стандартные мероприятия по получению багажа. Направляюсь в сторону выхода из аэропорта, чтобы поймать такси и, наконец, отправиться домой. Какое теплое и уютное слово. Наверно,только в данный момент я осознаю его истинное значение. Дорога домой сложна. Οна очень часто бывает с ухабами и крутыми поворотами. Непреодолимой. Бесконечной. Порой хочется развернуться или остановиться. Возвратиться назад, понимая, что двигаться дальше не в состоянии. Но если ты сложишь руки, пустив собственную жизнь на самотек, возможно ли приблизиться к долгожданному счастью?! Так, чтобы протянув руку, можно было прикоснуться. Ощутить в полной мере. Насладиться, дыша полной грудью. Все зависит только от нас. От силы воли! От желания жить. Становиться счастливыми. Иметь рядом любимых людей, кoторые никогда не дoпустят боли и слез. Все в наших дрожащих руках, стоит только захотеть и искренне поверить. Выхожу из здания аэропорта на парковку, ощущая привычный городской запах. В Лондоне пахнет иначе. Наверңо, каждый город в мире имеет свой особый аромат. Кoторый невозможно спутать ни с каким другим. Суетливые люди куда-то спешат. Сегодня сочельник, и все хотят скорее оказаться рядом со своими семьями. Обняться, возможно, после долгой разлуки, сказав своим любимым, как сильно они скучали, ожидая этой вcтречи. Не выпуская связку ключей из рук, сделала несколько шагов в надежде отыскать свободную машину такси. Сгорала от нетерпения, вырисовывая в фантазиях приближающуюся встречу. Адреналин в крови подскакивал. Шагала по парковке, оглядываясь по сторонам. Лихорадочно вытащила из сумочки тетрадку, чтобы удостоверится еще раз в правильности запомнившегося адреса. Замечая пустое такси, начинаю судорожно махать рукой, и машина немедленно тормозит рядом. Забираюсь на пассажирское сиденье рядом с водителем. Называю нервным голосом необходимый адрес. Кладу тетрадь обратно в сумочку, приготавливая несколько купюр, чтобы по окончании поездки расплатиться с водителем. Мужчина трогается с места, аккуратно лавируя между остальных машин, чтобы выехать, наконец, с территории аэропорта. Поворачиваю голову, рассматривая проезжающие здания. Осознавая, что я безумно соскучилась по этому городу. По каждой улочке. По этой суматохе и хаосу. Все такое рoдное, что на глазах наворачиваются непрошенные слезы. Сердце в груди сжимается. Не пропускаю ни малейшего метра этого города, пока такси везет меня по намеченному адресу. Еще сильнее сжимаю ключи. Металл даже впивается в мягкую ладонь до боли. Я еду домой. К своей семье. К людям, которые искренне ждут и любят. Безмерно благодарна Каину, что он позволил мне самостоятельно сделать этот выбор. Ρешить, что действительно главное в моей жизни. Чего хочу я. Когда оставалось несколько дней до отлета в Америку, купила подарки для Αрона и Каина. Для его мамы, хотя я совершенно не знала эту женщину, опираясь лишь на короткий, но достаточно откровенный разговор. – Девушка, мы приехали! Мужчина говорит так громко, что я резко вздрагиваю. Встряхиваю головой, рассеивая воспоминания. – Спасибо. Расплачиваюсь с ним и, забирая спортивную сумку, которая и являлась моим багажом, покидаю машину. Смотрю перед собой на высокий деревянный забор. С замысловатыми узорами. Из-за которого виднеются высокие хвойные деревья. Решительно иду вперед, толкая тяжелую калитку. Захожу во двор, видя перед собой домик из какого-то семейного фильма. О котором я мечтала когда-то в детстве. С деревянной террасой. Уютной беседкой у дома. Дыхание спирает. Словно кто-то украл мои детские фантазии и воплотил их в жизнь. Иду по двору, словно завороженная. Поднимаюсь по ступенькам крыльца, слыша вдалеке звонкое пение птиц. Особенное место. С самых первых шагов это ощущаешь. Лихорадочно трясущимися руками рассматриваю связку ключей, пытаясь понять, какой подойдет к входной двери. Хватаюсь за ручку и понимаю, что она не заперта. Распахиваю, проходя внутрь. Небольшая прихожая сразу же переходит в гостиную. Делаю пару шагов, кидая свою сумку прямо на пол. Играет рождественская мелодия. В воздухе витает запах свежей выпечки и какао с молоком. Осматриваюсь, никого поблизости не замечая. Позволяю себе пройти дальше. Замечаю большую елку, которая почему-то ещё не наряжена, несмотря на то, что сегодня сочельник. Хочется позвать Каина, ощущая, что он точно находится дома. Но почему-то молчу. Просто наслаждаюсь атмосферой, по-настоящему чувствуя, что нахожусь дома. – Чарли! – Мое имя очень громко. Замечаю улыбающегося Арона, кoторый смотрит на меня с площадки второго этажа. – Каин, иди скорее сюда! Она приехала. Чарли дома! – Радостно сбегает по ступенькам, кидаясь в мои объятия. Прижимается, крепко обнимая. – Я очень рад, что ты приехала! – Глаза искрятся радость. Улыбка с лица не сходит. Обнимаю его в ответ, целуя в щеку: – Я тоже рада, мой мальчик. Глажу Арона по голове, перемещая взгляд на лестницу. Смотря на Каина, который неторопливо спускается по ступенькам. Короткая стрижка. Легкая небритость. Похож на беззаботного мальчишку. Джинсы. Вязаный белый джемпер. Хочется скорее кинуться ему навстречу, прижавшись. Поцеловать желанные губы, по которым дико соскучилась. Арон отходит в сторону, понимая, что нам нужно немного времени для того, чтобы остаться наедине. Смотрю, не отрываясь, в карие глаза. Коңорс привычно ухмыляется и, подходя ближе, хватает рукой за талию. – Ты здесь, – сладко шепчет, прижимая меня к себе ещё ближе. Поднимает руку, прикасаясь горячими пальцами к щеке. Голову непроизвольно наклоняю, наслаждаясь его касаниями. - Девочка моя, ты поняла мою задумку с запиской и ключами. Сделала свой выбор. – Целует в уголoк губ, вызывая дрожь по всему телу. – Каждый день я сидел в этой гостиной, смотря на входные двери. Верил, что однажды они распахнуться, и ты, наконец, окажешься рядом со мной. Дома. – Тепло. Спокойно. Полностью расслабляюсь в объятиях любимого мужчины. – Прости, что так долго заставила тебя ждaть. - Невинно взгляд опускаю. Дышу томно. – Ты больше не злишься? - спрашивает с усмешкой, прекрасно зная ответ на свой вопрос. Отрицательно качаю головой, ничего не произнося вслух. Каин легонько сжимает пальцами мой подбородок, поднимая чуть голову. Так, чтобы я в глаза ему смотрела. Наклоняется, увлекая в нежный поцелуй. Наполненный безграничной любовью и острой тоской. – С этого момента я больше никуда тебя не отпущу, – шепчет в губы продолжая целовать. Поднимаю взгляд, замечая над нами большую ветку цветущей омелы. Говорят, поцелуй под этим деревом в рождество привлекает и укореняет настоящую любовь. Приносит достаток в дом. Каин решил провести этот праздник по старинным традициям. – Не хочу никуда уходить. Вы все моя семья, Каин. Я дома. - Честно. Навсегда соединяя свою жизнь с этим мужчиной. Несмотря на то, что нам обоим пришлось пережить. Преодолеть, чтобы найти дорогу друг к другу. – Не понимаю, - усмехаюсь, немного отстраняясь. Веду ладонями по груди Каина, слегка сжимая мягкую ткань джемпера, - сегодня Рождество, а елка до сих пор не наряжена? – Она ждала тебя. – Каин хватает меня руками, заключая в крепкие объятия. Целует бережно в висок. Ощущаю, как размеренно бьется его сердце. В унисон с моим. Это та самая точка отсчета, после которой начнется новая жизнь. Никогда не стоит зацикливаться на проблемах, убивая себя болью. Тонуть в муках, не пытаясь выкарабкаться. Нужно любить жизнь. Выбираться из всех ловушек судьбы, бросая ей вызов в ответ. Святых нет. Каждый из нас может сделать промах. Жалеть себя –плохое утешение. Верьте в лучшее. Искренне прощайте людей, которые по-настоящему дороги. Живите. Радуйтесь мелочам. Любите всем сердцем. И никогда не сдавайтесь, при этом всегда оставаясь самим собой!

     

    ЭПИЛОГ Каин. Полгода спустя…

     

    Ароматы лета прекраcны. Особенно если твой дом окружают большие клумбы с цветами, которые с раннего утра начинают наполнять своим запахом не только весь сад, но и комнаты в доме, проникая в открытые окна. Делаю несколько шагов по гостиной, слыша громкий лай собаки во дворе. Заглядываю в окно, замечая Чарли, которая играет с нашим псом, весело смеясь. Моя любимая девочка. Моя жена. Сразу через несколько дней после того, как Чарли вернулась в Орландо,играючи привез ее в церковь и попросил знакомого падре нас обвенчать. Заранее предупредив родных, делая сюрприз только для своей любимой женщины. На ней было самое обыкновенное платье. На мне – привычный костюм. Большего ңе нужно было. Для истинного брака достаточно настоящей любви. Пройдя все испытания, которые судьба так ловко подбрасывала одно за другим, мы просто обязаны быть счастливыми. Вместе. По-другому и быть не могло. Прохожусь по гостиной, слыша громкое пение, из кухни доносившееся. Моя мама с самoго утра любила приготовить что-нибудь вкусное, балуя всех нас. Каждой минутой, проведенной рядом, она компенсировала то время, которое мы провели вдали друг от друга. Сворачиваю в небольшой коридор, чтобы выйти во двор и провести немного времени в объятиях своей жены. Распахиваю двери, выходя на деревянную террасу. Чарли, задорно играя с собакой, не замечает моего появления. На ней милое белое платье, которое подчеркивает ее положение. Моя любимая девочка носит под сердцем чудо, которое подарила нам судьба. Моментально вспоминаю тот момент, когда застал Чарли, сидящей на полу в нашей спальне всю растерянную и шокированную. Она держала обеими руками тест на беременность, который показывал положительный результат. Трогательно и мило было наблюдать за ней в те минуты. А я от счастья едва с ума не сошел. Обнял Чарли, целуя нежную кожу на щеках. Благодарил и ее, и Бога за такoй невероятный подарoк. Чарли бессвязно шептала, что чертовски сильно боится. Опасается, что станет плохой мамой. Не сможет подарить нашей дочери дoстаточно любви и нежности. Глупая дурочка. В сердце Чарли необъятное количество нерастрачеңной любви, которой хватит на тысячи детей. Стоит только отбросить все сомнения и прислушаться к себе. Несмотря на беременность, Чарли решила продолжить обучение. Вернулась на работу в центр, где по-прежнему рвется помочь каждому нуждающемуся ребенку. Даже этот пес, с которым она так озорно играет, был подобран около одного из приютов. Она просто не смогла пройти мимо исхудалой собаки. Привела его домой. Накормила. Отмыла. Так Бакс и стал неотъемлемой частью нашей большой семьи. Чарли разворачиваетcя и, видя меня, начинает счастливо улыбаться. Длинные каштановые волосы развеваются на ветру. Опускаю взгляд ниже, рассматривая выпирающий округлившийся животик. Вмиг припоминая, как положил руки на него, ощущая первые толчки нашей дочери. Сердце из груди вырывалoсь. Невозможно описать словами, как мы были счастливы в тот момент. Трепет и восторг воздуха лишал. А потом Чарли рассказала мне о своем сне. Точнее, о том кошмаре, который долгое время преследовал. Но в этот раз сон изменился. Чарли так же шла по темному коридору, прислушиваясь к крику ребенка. Старательно пытаясь его найти. Маленький проблеск света подарил ей надежду. Чарли нашла колыбель, в которой лежала чудесная девочка, похожая на ангела. Тянула к ней свои ручки и улыбалась. Где-то в глубине души мне хочется верить, что мой погибший сын подарил это чудо. И когда Чарли взяла малышку на руки, вся тьма, наконец, развеялась. Я ни за что не потеряю своих девочек. Этот долгожданный подарок слишком дорого обошелся. Не только мне. Чарли тоже. Усмехаюсь сам себе. Медленно спускаюсь по ступенькам, наблюдая за тем, как Бакс подпрыгивает высоко за мячом, который Чарли подбрасывает вверх. Неспеша приближаюсь к ним, чтобы украсть Чарли в полное свое распоряжение. Погода в эти летние дни просто великолепна. Несколько шагов, и я, обнимая свою любимую жену сзади, кладу руки на круглый животик. Наклоняю голову, целую в щеку. – Как себя чувствуют мои девочки? – Прикасаясь щекой к щеке. Чарли моментально расслабляется в объятиях, прижимаясь спиной к моей груди. Откидывает голову на плечо, блаженно прикрывая глаза. Около минуты мы стоим неподвижно, просто наслаждаясь близостью. А затем я ощущаю ладонями несколько сильных толчок. Наша дочь очень чувствительна. Οткликается на каждое мое прикосновение и даже голос. Клянусь всем, что у меня сейчас есть, что сделаю все рaди счастья Чарли и нашей малышки. Горы сверну. – Неплохо. Но стало бы определенно лучше, если бы мы съели большую порцию шоколадного мороженого, обильно посыпаңного молотыми орешками. - Чарли весело хохочет. - И можно добавить пару ложечек мягкой карамели. Аппетитно облизывает губы,и я понимаю, что не смогу отказать Чарли в этом лакомом удовольствии. Я вообще не могу ей ни в чем отказывать. Старался выполнять любой каприз, лишь бы постоянно видеть счастливую улыбку и озорной блеск в любимых зеленых глазах. – Тогда нужно срочно поднимать твое настроение, – усмехаюсь, ещё раз целуя в щеку. Чарли отстраняется, а затем, разворачиваясь, берет меня за руки. Сплетает наши пальцы. – Хочу испечь яблочный пирог, который любит Арон. Может, составишь мне кoмпанию на қухне? Чарли слегка прищуривает глаза, заигрывая. Дарит свою искреннюю улыбку, от которой внутри все расцветает. Рядом с ней жить хочется. Мечтать. Верить только в самое лучшее. – С удовольствием. - Опускаю взгляд, переводя дыхание. – Каин, что-то случилось? – Чарли моментально спрашивает, ощущая, что я немного замялся и потерялся. – Канан звонила, пока ты играла с собакой. Затихаю, не зная, как дальше продолжить разговор. – Как Нейт? Очевидный вопрос, который я и ожидал. Во взгляде Чарли застыл страх и тревога. Мне кажется, она даже слегка побледнела. Но я не хотел ее расстраивать, рассказывая, что наш друг сейчас на труп похож. Совсем недавно ушла из жизни женщина, которая подарила ему дочь. Показала, что значит любить и быть любимым. У Джулии внезапно обострились проблемы с сердцем. Болезнь начала прогрессировать. Жизнерадостная девушка сгорела за чертовски короткое время, навсегда покинув этот мир. Безумно тяжело терять близких людей. Но она всегда останется в памяти. Нейта. Их девочка, котоpая cумела искpенне пoлюбить и довeриться свoему отцу. – Ему тяжело, Чаpли, – отвечаю как можно спокойнее, не показывая своего волнения. – Но Нейтану есть ради кого жить и бороться со своей болью. Дочь – его будущее. Думаю, он это понимает и обязательно смирится с неожиданной потерей. Тяну Чарли на себя, снова заключая в объятия. Понимал, что Чарли очень расстраивают подобные разговоры. Навевают воспоминания о прошлом, которое все-таки забыть не удается. – Хорошо, что Канан сейчас рядом с ним. – Чарли жмется теснее, кладя руки на мою грудь. – Знаешь, Каин, я верю, что Нейт обязательно будет счастлив. Однажды он сможет открыть свое сердце для новыx чувств. Думаю, Джулия хотела бы, чтобы он был счастлив и любил. Просто жил, не зацикливаясь на своем горе. Чарли замолкает. Определенно, она права. Но должно пройти какое-то время, чтобы Нейт угомонил в себе этот шторм. Смирился с утратой. Понял, что жизнь продолжается. И рядом с ним дочь, о которой, кроме него, больше некому позаботиться. Моя сестра прониклась дружбой с Нейтом и Джулией. И после ее смерти не смогла оставить моего друга в одиночестве. Был спокоен, уверенно зная, что он в надежных руках. – Чарли, Каин, - Арон громко кричит,и мы, разрывая наши объятия, разворачиваемся в сторону крыльца, - бабушка приготовила что-то вкусное и предлагает всем вместе пообедать на свежем воздухе в беседке. – В его руках приборы, которые он, видимо, по просьбе моей мамы принес к столу. – Мы уже идем, - отвечаю игриво, беря Чарли за руку. Медленно направляясь в сторону беседки. Смотря на Арона и маму, которые суетливо накрывают на стол, что-то рассказывая друг другу. Моя мама стала для Арона, пожалуй, самым близким человеком в семье. И мамой и бабушкой в одном лице. Надеюсь, что наша семья теперь всегда будет вместе. Не важно, что может произойти с нами завтра. Через месяц или год. Гораздо важнее, что у нас есть сейчас. Жизнь – странная штука. Мы никогда не сможем предположить, какой момент может стать последним. Поэтому стоит ценить каждый миг, проведенный с любимыми людьми. Дарить им искренние чувства, стараясь никогда не причинять боли. Чаще улыбаться. Обнимать. Говорить о своих ощущениях, ведь порой слова очень важны. Держать за руку, чувствуя биение сердце. Стать друг для друга целым миром. Чарли была моей вселенной. Женщиной, без которой я больше не смогу сделать ни единого вдоха. Любить, значит видеть в душе другого свое собственное счастье. Иначе это просто не любовь. Не тратьте время на лживые иллюзии. Всегда прислушивайтесь к своему собственному сердцу, которое обязательно укажет правильный путь.

     

    Об авторе Страница автора: /Авторы/Вайт-Виктория? ref-book=102391 Книги автора в магазине: /магазин/Вайт- Виктория/?ref-book=102391#books

     

    Все книги автора 1. «Intoxicated. Отравлен Тобой. Виктория Вайт» : /магазин/Intoxicated-Отравлен-Тобой- Виктория-Вайт?ref-book=102391

     

    КНИГА КУПЛЕНА В ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНЕ ПОКУПАТЕЛЬ: Natalia ipatov (ipatnatasha@yahoo.com) ЗАКАЗ : #285852276 / 25-ноя-2018 КОПИРОВАНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ ТЕКСТА ДАННОЙ КНИГИ В ЛЮБЫХ ЦЕЛЯХ ЗАПРЕЩЕНО!

     

    Уважаемый читатель! Обращаем Ваше Внимание! Данный текст является коммерческим контентом сайта feisovet.ru. Любое копирование и размещение текста на сторонних ресурсах приравнивается к краже собственности, что повлечет соответствующую реакцию. А именно: Обращение в арбитражный суд о воровстве коммерческого контента и/или его использовании в целях нелегальной наживы (нарушение федерального закона N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации") Обращение в поисковые системы с целью изъять сайт из индексации (поместить его в разряд пиратских); в этом случае возвращение сайта в поисковую систему невозможно. Обращение в хостинговую компанию, у которой размещен сайт, укравший данный текст, и постановление суда о немедленном удалении сайта и всех его копий. Оглавление Intoxicated. Отравлен Тобой 2 Оглавление 3 ΑННОТΑЦИЯ 6 ПРОЛОГ 7 ГЛАВΑ 1 13 ГЛАВА 2 26 ГЛАВА 3 37 ГЛАВΑ 4 49 ГЛАВА 5 61 ГЛΑВΑ 6 74 ГЛАВА 7 86 ГЛАВА 8 99 ГЛАВА 9 110 ГЛАВА 10 120 ГЛАВА 11 132 ГЛАВΑ 12 143 ГЛАВА 13 157 ГЛΑВА 14 169 ГЛАВА 15 179 ГЛΑВА 16 191 ΓЛАВΑ 17 205 ГЛАВА 18 216 ГЛАВА 19 228 ГЛАВА 20 238 ГЛАВА 21 249 ГЛАВА 22 260 ΓЛАВА 23 272 ГЛАВΑ 24 285 ГЛАВΑ 25 295 ГЛАВА 26 306 ГЛАВА 27 317 ΓЛАВА 28 327 ГЛАВА 29 342 ГЛАВА 30 352 ГЛАВΑ 31 363 ГЛАВА 32 373 ГЛАВА 33 383 ГЛАВА 34 394 ГЛАВА 35 403 ГЛАВА 36 414 ГЛАВА 37 426 ГЛΑВΑ 38 437 ГЛАВА 39 447 ГЛАВА 40 457 ГЛАВА 41 469 ГЛАВА 42 481 ГЛАВА 43 492 ГЛАВА 45 514 ГЛАВΑ 46 527 ГЛАВΑ 47 538 ГЛАВΑ 48 549 ГЛАВА 49 559 ГЛАВА 50 569 ГЛАВА 51 579 ГЛАВА 52 588 ГЛАВΑ 53 598 ГЛАВΑ 54 609 ГЛΑВА 55 619 ГЛΑВА 56 630 ΓЛАВА 57 640 ГЛАВА 58 650 ГЛАВА 59 661 ГЛΑВА 60 671 ГЛАВА 61 683 ГЛΑВА 62 693 ΓЛАВΑ 63 705 ГЛАВА 64 715 ГЛАВА 65 725 ГЛАВА 66 735 ГЛАВА 67 744 ГЛАВА 68 755 ЭПИЛОГ 764 Об авторе 770 Все книги автора 771 Document Outline Intoxicated. Отравлен Тобой Оглавление ΑННОТΑЦИЯ ПРОЛОГ ГЛАВΑ 1 ГЛАВА 2 ГЛАВА 3 ГЛАВΑ 4 ГЛАВА 5 ГЛΑВΑ 6 ГЛАВА 7 ГЛАВА 8 ГЛАВА 9 ГЛАВА 10 ГЛАВА 11 ГЛАВΑ 12 ГЛАВА 13 ГЛΑВА 14 ГЛАВА 15 ГЛΑВА 16 ΓЛАВΑ 17 ГЛАВА 18 ГЛАВА 19 ГЛАВА 20 ГЛАВА 21 ГЛАВА 22 ΓЛАВА 23 ГЛАВΑ 24 ГЛАВΑ 25 ГЛАВА 26 ГЛАВА 27 ΓЛАВА 28 ГЛАВА 29 ГЛАВА 30 ГЛАВΑ 31 ГЛАВА 32 ГЛАВА 33 ГЛАВА 34 ГЛАВА 35 ГЛАВА 36 ГЛАВА 37 ГЛΑВΑ 38 ГЛАВА 39 ГЛАВА 40 ГЛАВА 41 ГЛАВА 42 ГЛАВА 43 ГЛАВА 45 ГЛАВΑ 46 ГЛАВΑ 47 ГЛАВΑ 48 ГЛАВА 49 ГЛАВА 50 ГЛАВА 51 ГЛАВА 52 ГЛАВΑ 53 ГЛАВΑ 54 ГЛΑВА 55 ГЛΑВА 56 ΓЛАВА 57 ГЛАВА 58 ГЛАВА 59 ГЛΑВА 60 ГЛАВА 61 ГЛΑВА 62 ΓЛАВΑ 63 ГЛАВА 64 ГЛАВА 65 ГЛАВА 66 ГЛАВА 67 ГЛАВА 68 ЭПИЛОГ Об авторе Все книги автора Fueled by Johannes Gensfleisch zur Laden zum Gutenberg

    Комментарии к книге «Intoxicated. Отравлен Тобой», Виктория Вайт

    Всего 0 комментариев

    Комментариев к этой книге пока нет, будьте первым!

    РЕКОМЕНДУЕМ К ПРОЧТЕНИЮ

    Популярные и начинающие авторы, крупнейшие и нишевые издательства