Она невольно поднесла руку к сердцу. Застрелиться бы, подумала она. Дверь ванной тоже была открыта настежь. Внутри — ни шороха. Больше спрятаться было негде. Главная комната была большая и открытая, гостиная и кухня вместе, с камином в одном конце и дровяной печкой в другом. Среди дубовых стен находились: громадный диван, кресла, индейские коврики, керамика, старинный ломберный столик, на котором они иногда играли в карты и в шахматы. На кресле валялась мужская рубашка. Ничего женского — ни следа. На кухне медные котелки и сковородки. За круглым дубовым столом находились маленькие шкафчики. Дверь кладовки была закрыта, но Карен знала, что она слишком забита спортивным инвентарем и одеждой, чтобы там спрятаться.
Крэйг хлопнул себя ладонью по лбу.
— Ч-черт! Это твой уик-энд? Наверное, я перепутал числа. На работе совершенно собачья неделя. Я не поглядел на календарь. Извини…
— Все в порядке. Не обращай внимания. Честно говоря, я с удовольствием уеду. Я и приезжать-то не собиралась. Просто выдалось несколько свободных часов, а дети у папы и…
— Карен, что у тебя с шеей?
— С шеей?
Она невольно поднесла руку к горлу, но Крэйг уже не смотрел на нее. Он заглядывал ей за спину — сначала слева, потом справа, потом, искоса, через входную дверь. С ее шеей все было в порядке. Вот он выгибал шею, как страус.
— Ты что-то ищешь?
Он мгновенно выпрямился.
— Кого-то ищу? Почему, черт возьми, я должен кого-то искать?
Смутившись, она провела рукой по волосам.
— Я не спрашивала, кого ты ищешь. Я спросила, что ты ищешь.
— Да ничего я не ищу. Я как раз готовил завтрак. Я приехал вчера вечером, после работы… Карен, что у тебя с шеей? Растяжение?
— Ммм?
Где же эта проклятая баба? Единственные башмаки в пределах видимости были явно сорок третьего размера. Она могла пойти искупаться в ручье, но Крэйг ни за что не отпустил бы ее одну. Течение было слишком быстрым, вода — ледяная. Много лет назад, когда Карен улизнула поплавать одна, Крэйг скатился с обрыва, готовый шкуру с нее спустить. Она еще помнила…
— Если ты что-то оставила в машине, доставай, не стесняйся.
Она снова взглянула ему в лицо, недоуменно хмурясь. Ее бывший муж никогда не говорил с ней таким странным голосом. Его замечание было бессмысленно. Она похлопала по сумке.
Комментарии к книге «Таблетка от всего», Лора Патрик
Всего 0 комментариев