Леонид КУДРЯВЦЕВ
ВЫИГРЫШ
Мать и сын идут мимо кинотеатра. Сын читает афишу:
- Пароль "Голубой лотос". Мама, а что такое лотос?
- Стиральный порошок, сынок...
Начиналось все просто - он уснул в трамвае. И снился ему один из самых любимых снов, что не мешало Клобу воспринимать его как реальность...
Белое пятно на черном фоне постепенно увеличивалось, превращаясь в окно.
Да, он стоял возле широкого окна, свет из которого резал глаза, мешая разглядеть - что же дальше. Само по себе это было достойно удивления. Однако существовало.
Потом что-то дрогнуло, картина изменилась, став более реальной. Наверно, Клоб просыпался...
Теперь окно лилось сквозь свет и Клоба, это было гораздо приятнее, соответствовало действительности и обнадеживало, что не все потеряно, что - с кем не бывает, что - все войдет в норму.
И в это можно было поверить, потому что изменения продолжались. Клоб провалился сквозь окно и свет, о чем-то сожалея и чего-то пугаясь в ожидании неизбежного конца.
Однако на этот раз все стало слишком уж реально. Сон кончился.
Гомонили пассажиры, временами сквозь шум прорывался крик кондуктора. Пахло огуречным лосьоном и "беломором", рублями и трешками, а еще керосином. Потом запахло чем-то трудноопределимым. Этот непонятный запах вскоре заглушил все остальные.
И тут же Клобу наступили на ногу. Он вскрикнул. Открыв глаза, увидел, что это гнусное действие произвела огромная старуха в синем трикотажном костюме, и дернул ногой, пытаясь освободиться. Лицо старухи дрогнуло, но чудовищная галоша не сдвинулась ни на миллиметр.
- Слушайте! - крикнул Клоб. - Отпустите мне ногу! Ну я прошу вас! Ну что вам стоит! Я же вам ничего плохого не сделал!
Однако старуха стояла непоколебимо. И длилось это целую вечность, за которую Клоб успел с сожалением подумать, что когда-то она была красивой девушкой. И конечно же, ее кто-то любил, ночей не спал... И черт возьми, до чего же ей трудно поверить сейчас, что все это когда-то было. И конечно же, катастрофа - ощущать, как стройное, нежное тело, постепенно, но неотвратимо изменяется. Выпадают зубы, волосы, нет уже гладкой-гладкой кожи. И мужчины не провожают взглядами. И тогда начинаешь понимать, что это старость.
Да, ей можно посочувствовать. Но я-то почему должен страдать? Ой, как больно!
Комментарии к книге «Выигрыш», Леонид Викторович Кудрявцев
Всего 0 комментариев